1 Функции симптоматического поведения в семейной системе



страница1/2
Дата21.05.2016
Размер296 Kb.
  1   2

ББК88 П86

Автор-составитель:

Строкатова Л.Г.

Работая с семьей, практический психолог сталкивается с трудностями диагностики семьи как системы, с понятиями по психотерапии семьи, подбором литературы. Данное пособие предлагает ответы на некоторые вопросы, которые встречаются при семейном консультировании, представляет собой подбор статей и глав из психотерапевтической литературы.



Работа психолога с семьей (системный подход). Ч. 2. - Иркутск: ИПКРО,2003.-48с.

1.6. Функции симптоматического поведения в семейной системе

Под симптоматическим поведением мы будем понимать широ­кий класс нарушений, включая психические симптомы, а также любое поведение удовлетворяющее следующим условиям:



  1. Поведение пациента оказывает сравнительно сильное влияние на других людей;

  2. Оно непроизвольно и не поддается контролю со стороны пациента.

Кроме этого, симптоматическое поведение часто «закрепляется окружением, и пациент приобретает в той или иной форме вто­ричное заболевание».

С коммуникативной точки зрения, симптоматическое поведе­ние представляет собой неконгруэнтность между логическими уровнями послания и метакоммуникации. Пациент делает что-то крайнее или избегает делать что-то и одновременно указывает, что он не делает этого, так как не контролирует то, что происходит. Возможно, серьезные проблемы, такие, как шизофрения, требуют описания на большем числе уровней, но подавляющее количество невротических и психосоматических симптомов, а также поведен­ческих проблем детей могут быть представлены этим способом.

Очевидно, что симптомы могут быть следствиями нарушения разных иерархических уровней глобальной системы в модели Оудсхоорна и для раскрытия их смысла и функций может быть найдено не одно объяснение. В настоящем исследовании показы­вается, что смысл симптомов меняется от того, что является еди­ницей рассмотрения - индивид, диада или триада. В последующем изложении на основе использования структуры треугольника в качестве единицы анализа, обосновывается роль, которую сим­птомы играют в семейной системе. Далее будет показано что, во-первых, симптоматическое поведение может быть воспринято как коммуникативная метафора, характеризующая некоторые груп­повые темы из ближайшего окружения пациента, во-вторых, оно представляет собой часть циркулярной коммуникативной последо­вательности, и, в-третьих несет в себе определенные функции в семейной системе.

С появлением семейной психотерапии произошел сдвиг в по­нимании проблемного (симптоматического) поведения членов се-



1

мьи. В психоанализе психические симптомы признаются следст­вием внутреннего конфликта, компромиссом между бессознатель­ными влечениями и репрессивными механизмами. Симптомы рас­сматриваются исключительно как свойство индивида, выражение интрапсихического конфликта, обострившегося, возможно, вслед­ствие травматического влияния со стороны его социального окру­жения. Тревога или депрессия признаются характеристиками со­стояния человека. Например, женщина компульсивно моет руки. Тогда, возможной психодинамической метафорой может быть объяснение ее поведения как «искупление ею чувства вины».

С развитием коммуникативной теории и теории систем про­изошло изменение в понимании симптомов. Симптомы являются не только характеристиками, состояния, но и выражением отно­шений между людьми, и могут служить средствами достижения некоторых тактических целей в отношениях с близкими. Вопрос теперь ставится так: к чему ведет приступ тревоги, если рассмат­ривать его в контексте семейных отношений, отношений на работе или отношений с психотерапевтом?

Несколько простых примеров:


  • У ребенка заболевает голова, живот и т.д. в тот момент, когда
    ему надо идти в школу.

  • В семье есть мальчик подросткового возраста, очень привязанный к матери. Мама замужем второй раз. Одновременно с рождением братика или сестренки у подростка возникают проблемы с поведением или успеваемостью. Он реагирует на появление со­перника и «сообщает» семье с помощью крайнего поведения, что чувствует себя покинутым в этой ситуации. Его проблемы отвле­кают мать и отчима от новорожденного и, получая свою порцию отрицательного внимания, подросток чувствует, что родители продолжают выполнять свои функции по отношению к нему.

Таким образом, симптоматическое поведение может выполнять роль скрытой, парадоксальной коммуникации между людьми. Оно определенно несет в себе коммуникативную метафору и, в то же время, представлено в форме, которая не воспринимается как по­слание другими членами семьи.

В следующем примере нарушение поведения дочери, ее «склонность дружить с девочками легкого поведения и поздние возвращения домой» могут быть восприняты как метафора, от­ражающая групповую тему семьи,

Супружеская пара и двое детей (дочь от первого брака матери 13-ти лет и общий ребенок, девочка 3-х лет) живут в одной комна­те коммунальной квартиры. Интимная жизнь между супругами нарушена много лет. Жена через два года совместной жизни обна­ружила, что у мужа есть любовница, которую муж по ее тре­бованию тут же оставил. Однако, тревога, что это может рано или поздно случиться, не стихла и время от времени подкрепляется новыми подозрениями. Тем более, что несколько месяцев назад ее старшая дочь сказала, что отчим как-то странно на нее стал погля­дывать и часто прижимать к себе. Муж все это отрицал, и после инцидента супруги больше об этом не разговаривали. У мужа год назад умер отец и осталась двухкомнатная квартира, в которую семья могла бы переехать. Однако, жена, мотивируя нежеланием менять школу дочери, настояла на той, чтобы временно сдать эту квартиру. (Переезд в новую квартиру и приобретение супругами отдельной спальни, возможно, воспринимались ими как угроза стабильности сложившихся между ними отношений). Последст­виями инцидента с приставаниями отчима стало то, что мать уси­лила контроль за дочерью и стала запрещать ей гулять после 6 ча­сов вечера, что раньше было вполне обычным делом. «Я места се­бе не нахожу, если кого-то нет дома» - говорила она, опасаясь также, что муж и девочка могут встречаться в новой квартире. Дочь на это ответила протестной реакцией и вскоре подружилась с девочками своего возраста, живущими половой жизнью. Супруги совместно стали бороться с «испорченностью» девочки, отслежи­вая ее опоздания домой, устраивая скандалы и вскоре добились, что она пару раз не ночевала дома. После этого мать появилась с девочкой в психологической консультации с запросом на исправ­ление моральной распущенности дочери. Девочка в этой семье оказывается в парадоксальной ситуации. Являясь жертвой неадек­ватного поведения отчима, она не только не получает защиту ма­тери, но и становится объектом преследования родителей. Поведе­ние девочки, характеризовавшейся раньше со всех сторон положи­тельно (в том числе и учителями), быстро приобретает крайние формы и метафорически отражает групповую тему семьи. Обсуж­дая поведение дочери, супруги могут теперь иметь депо с важ­нейшими и щекотливыми для них вопросами интимной жизни и «нравственной чистоты» не на своем материале, а на событиях из жизни дочери. Изобретая совместные меры по спасению девочки,
3

они совершают также определенные магические действия по спа­сению собственного брака.

Ряд авторов системного подхода придерживаются той же точки зрения на природу симптомов в семье как вид коммуникативной метафоры.

«Большинство симптомов - а также реакция на них членов се­мьи - в действительности только метафоры, зеркально отражаю­щие - и одновременно как в кривом зеркале искажающие - все остальные семейные проблемы, прямое выражение которых непо­правимо нарушило бы семейный status quo. Задача терапевта -правильно прочитать это отражение и, опираясь на него, создать свою метафору, в которой будут предложены возможные решения проблемы.

Анализируя проблемы семьи, полезно думать о симптоматиче­ском поведении как о прерывистом процессе и считать, что про­блема существует не постоянно, а время от времени. Например, дети начинают больше ссориться и выяснять отношения, когда родители дома и прекрасно ладят, когда их нет. В связи с этим, важнейшими для семейного терапевта являются вопросы: «Что меняется в семье, когда симптом есть и когда его нет? После каких событий происходит обострение проблемы? Какова реакция дру­гих членов семьи? Чем заканчивается эта последовательность со­бытий и взаимодействий и каков результат?» Рассуждая на эту те­му, Джей Хейли пишет: «Чтобы справиться с проблемой, ее нужно описать в операциональных терминах... Ярлыки «делинквентный подросток», «алкоголик», «доминантная мать и пассивный отец», «невротик», «симбиоз между матерью и ребенком» скорее кри­сталлизуют проблему, чем дают способы ее решения». Системные семейные терапевты стараются проследить циркулярную последо­вательность, частью которой является симптоматическое поведе­ние. Подобная позиция постепенно сформировалась по мере раз­вития семейной терапии.

Хейли выделяет следующие стадии процесса изменения точки зрения на природу детских симптомов:

1. Первоначально допускалось, что вся проблема - в психике ребенка и он как-то не так функционирует. Основной гипотезой было, что он отвечает на прошлый опыт, который интериоризировал.


  1. Позднее, матери подчеркивали, что он имеет проблему во
    взаимоотношениях с нею. Например, говорили, что она беспомощна и некомпетентна, и ребенок адаптировал к этому свое по­ведение. Объясняя, почему мать такова, какая она есть, строилась гипотеза, что она реагирует на свой прошлый опыт, и особенно, детский.

  2. Еще позднее был открыт отец. Многократно убеждались, что
    поведение матери объяснимо через ее взаимоотношения с мужем.
    Например, если она ведет себя беспомощно и некомпетентно с ре­бенком, то отец вынужден приходить на помощь и больше прово­дить время с ними. Когда же проблема ослабевает, он отстраняется
    от семьи.

  3. Наконец, начинает признаваться, что в замкнутую последо­вательность включено поведение всех участников драмы. Состоя­ние души отца и его бегство из семьи, возможно, является продуктом его взаимоотношений с матерью и ребенком, которые таковы по причинам его предыдущих действий и т.д.

В данном примере, симптоматическое поведение ребенка и беспомощность матери являются функциями возвращения отца в семью и представляют собой часть циркулярной последовательно­сти. Другой ее частью является последовательность взаимодейст­вий, приводящая к отстранению его от семьи, например, по при­чине конфликтов с женой. Добавляя сюда исторический подход, можно увидеть как семья попала в данную точку развития своей структуры и коммуникативных последовательностей. «Понимая значение симптома, я вижу как он встроен в семейную систему. Я верю, что каждый фрагмент поведения в семье логичен для данной системы».

Когда мы пытаемся понять функции симптомов в семейной системе, нам важно отдавать себе отчет в том, что является едини­цей нашего анализа - индивид, диада или триада. Если индивид, то мы думаем о проблеме, как правило, в терминах недостатка или излишка чего-либо. Мы обычно строим гипотезу следующим об­разом: «Этот человек ведет себя так, потому что ему не хватает... силы Эго (тепла и эмоциональной поддержки; положительных эмоций и активности; определенных химических веществ в орга­низме и т.д.)».

В том случае, если в качестве единицы нашего рассмотрения выступает диада, то объяснение существующих проблем осущест-
5

вляется в терминах взаимодействия (конфликт, соревнование, сплоченность, борьба за власть и т.д.). Симптоматическое поведе­ние становится тогда межличностными силовыми маневрами, средствам контроля других людей. Например, муж много работа­ет, и у жены, которая сидит дома с ребенком, развивается депрес­сивное настроение. Возможно, эта женщина не может войти в от­крытую конфронтацию со своим мужем, а когда у нее депрессия, муж начинает менять свое поведение в том направлении, которое ей больше нравится.

— У ребенка начинается рвота перед входом в здание школы. Мама вынуждена отводить его домой и укладывать в постель. В выходные дни и в дни, когда он по каким-либо причинам не учит­ся, рвоты не возникает.

- У мужа кардиофобия, он боится умереть от сердечного при­ступа, хотя физически с сердцем обстоит все в порядке. Его сим­птомы могут структурировать всю жизнь семьи, начиная с интим­ных отношений между супругами и кончая поведением детей, ко­торые не должны шуметь, когда отец так болен.

Человек, который демонстрирует беспомощность и ожидает, чтобы о нем заботились, на более высоком уровне контролирует того, кто проявляет о нем заботу.

В современной системной терапии принято считать, что собст­венно системный анализ начинается там, где в единицу рассмот­рения включают три и более элементов. В этом случае для объяс­нения смысла симптомов прибегают к категориям равновесия, по­рядка, защиты, регуляции, эволюции и т.п. О семье тогда можно думать в терминах саморегулирующейся системы, к которой могут быть применены общие принципы кибернетики. Семья представ­ляет собой систему, в которой равновесие поддерживается, благо­даря постоянному переходу от гомеостаза к изменениям. Все по­стоянно меняется и движется, и равновесие, которое достигается, является динамическим равновесием. С точки зрения системной теории, симптомы появляются, если имеет место смещение или нарушение процесса развертывания жизненного цикла семьи или другой естественной группы. Они являются средствами уравнове­сить «застрявшую систему», и для внешнего наблюдателя симпто­мы сигнализируют о том, что семья испытывает трудности при переходе из одной стадии развития в другую. Симптоматическое поведение часто является ответом на парадокс: семейную систему,

которая требует серьезных изменений и реорганизации, необходи­мо срочно стабилизировать как она есть.

Симптоматическое поведение может выполнять в семейной системе две функции:

1. Морфостатическую функцию, то есть консервацию семей­
ной системы как она есть. (Синонимы: гомеостаз, негативная об­
ратная связь, «отклонение в сторону снижения»). Так, ребенок
может заболеть или у него появляется девиантное поведение как
попытка уменьшить напряжение в браке своих родителей. В генезе
поведенческих расстройств у детей особое место принадлежит
способам разрешения конфликтов между родителями.

Другой пример: Супруги собираются разводиться из-за алкого­лизма мужа. Жена подает на развод, но в этот момент он «случай­но» ломает ногу, и она не может его бросить в таком состоянии. Симптом позволяет им избегнуть пугающих изменений. Муж че­рез симптом несет «кару» за свое безобразное поведение. Он кля­нется исправиться. Жена снова занимает привычную для нее роль «спасителя» своего «слабого» партнера. Через некоторое время запои возобновляются. И т.д.

2. Морфогенетическую функцию (позитивная обратная связь,
«отклонение в сторону усиления»), целью которой является изменение семейной системы, переход на другую стадию. Так, подрос­ток может предпринять суицидальную попытку как крайнюю меру для того, чтобы получить больше жизненного пространства для самого себя и чтобы изменить жесткие семейные правила. «Важ­нейший фактор, ведущий к позитивным переменам в семье – это отчаяние. Когда семья в отчаянии, она меняется, если нет остается прежней» (Карл Витакер в кн. Р. Саймона, 1996). В качестве сим­птомов выступает обычно именно то поведение, которое вызовет крайнюю реакцию у данных конкретных лиц ближайшего окруже­ния. Так, в нашем примере с приставанием к тринадцатилетней девочке отчима, в качестве симптоматического поведения возни­кает, например, не плохая учеба или конфликты с учителями, а поздние приходы домой и дружба с девочками особого типа. Именно это поведение вызовет крайнюю реакцию родителей и от­разит групповые темы семьи.

Симптоматическое поведение детей может выполнять морфо-статическую и морфогенетическую функции одновременно: при­зывать к изменениям на уровне всей семьи, заставляя ее, напри-

7

мер, обратиться к специалисту, и стабилизировать при этом под­систему родителей, которые должны позабыть о своих разногласи­ях и объединиться для помощи ребенку.



Следовательно, на симптоматическое поведение можно взгля­нуть с точки зрения его целесообразности для семейной системы. Такая позиция позволяет терапевту осуществлять переопределение существующих проблем в позитивных терминах, что уменьшает сопротивление семьи и создает «работающую реальность» для из­менений.

Анализируя проблематику семьи, важно помнить о двух сис­темных принципах — эквифинальности и мультифинальности. Один и тот же тип дисфункциональной семейной структуры может привести к самым разным видам симптоматического поведения (мультифинальность). Верно также обратное, что разные типы се­мейных систем могут порождать схожие проблемы (эквифинальность). Таким образом, одни и те же симптомы в разных системах могут нести прямо противоположный смысл и иметь разные функции, поэтому так важен анализ уникальной ситуации данной семьи.

Понимание того, что может означать то или иное симптомати­ческое поведение в контексте существования семьи, каков его прагматический смысл для отдельных ее членов и для всей систе­мы в целом, является одной из важнейших задач семейного психо­терапевта.

Van Dijck (1980) предлагает при оценке симптоматического по­ведения использовать поочередно три вопроса или гипотезы:

1. Носит ли симптом сигнальный характер, то есть, служит ли сигналом тревоги, или он является специфической, закодирован­ной информацией.

При включении сигнала тревоги загорается красная лампочка, которая предупреждает, что данная ситуация далее невыносима. Речь идет о стрессе в конкретной ситуации. Например, приступы тревоги у молодой матери, возникшие сразу после рождения ре­бенка, могут говорить о том, что эта семья не в состоянии перейти на стадию выращивания детей.

Или, в другом случае, семилетняя девочка, приходя из школы, в особенно трудный для нее период привыкания разбрасывала книжки и тетрадки по комнате, отреагируя аффект. Через некото­рое время она их собирала и садилась за уроки.

Можно рассматривать такие отклонения как реакцию на слу­чайные травмы или на неизбежные трудности, связанные с прохо­ждением жизненного цикла индивида и его семьи (рождение, бо­лезнь, кончина члена семьи, первый день в школе и т.д.).

Симптом превращается в закодированное сообщение, когда существующие взаимоотношения исключают открытое обсужде­ние проблем в семье. Информация приобретает симптоматическую форму и часто противоречит вербальным высказываниям. Если ребенку не нравится ходить в школу и если родители способны это понять, то ему нет необходимости проявлять неудовольствие в прогулах украдкой или жалобах на боли в желудке. Такие симпто­мы у детей могут выражать:

- протест против родителей (когда открытый протест чересчур


опасен);

- сообщение в метафорической форме (например, головная


боль при наличии у ребенка трудностей в обучении).

2. Является ли данный симптом частью модели поведения, по­вторяющейся хронически?

Часто первое оптимистическое предположение терапевта за­ключается в том, что симптом пропадет, если расшифрована за­ключенная в нем информация и решена конкретная проблема. Вместе с тем, случается, что симптоматическое поведение никуда не исчезает или даже обостряется, так как симптом давно перестал быть острым и превратился в хронический, встроенный в семей­ную систему, подкрепляемый ее членами. Взаимоотношения меж­ду членами семьи носят комплементарный характер. Например, чем больше степень беспомощности у ребенка, тем выше степень доминирования его родителя(ей). И наоборот. Трудно определить, кто начинает отклоняться от нормы. Реакции одного провоцируют то или иное поведение другого, что в свою очередь подкрепляет поведение первого. Образуется порочный круг.

Закрепляющие симптом модели, как правило, ригидны и трудно поддаются изменениям. Если родители привыкли втягивать ребен­ка в свои взаимоотношения и используют его в качестве громоот­вода, козла отпущения, партнера коалиции, арбитра или посредни­ка, то формируется устойчивая модель. Члены семьи фиксируются в своих стереотипных ролях. Попытки терапевта изменить устояв­шиеся поведенческие паттерны вызывают активное противодейст-


9

вне, как прямое, так и в виде усиления или затягивания симптома­тического поведения.

Одним та самых простых закрепляющих факторов является до­полнительное «внимание», получаемое носителем симптоматиче­ского поведения от других членов семьи.

3. Является ли данный симптом выражением «механизма пре­одоления», проявлением адаптации с целью избежать альтернати­вы?

Например, симптоматическое поведение у ребенка появляется после сильных скандалов между родителями, представляющих угрозу для существования семьи. Им следует на время позабыть о своем конфликте и переключиться на симптом, который является частью морфостатаческого механизма.

Итак, вопросы, которые задает себе терапевт при оценке семьи, имеющей симптоматическое поведение, являются следующими:

Если правильна гипотеза 1, то что означает данный симптом? В чем состоит его коммуникативная метафора?

Если справедлива гипотеза 2, то в какую семейную модель ук­ладывается данный симптом, какие циклические поведенческие паттерны можно наблюдать в связи с симптомом в этой семье?

Если верна гипотеза 3, то в какой степени данный симптом свя­зан с вопросами адаптации и выживания?

Часто правильными оказываются две или три гипотезы.

Как это все соотносится со стадиями жизненного цикла семьи и с семейной структурой? И как симптоматическое поведение вы­глядит в контексте семейной истории, по крайней мере, трех поко­лений?

Итогом является определение функций симптоматического по­ведения в ядерной и распространенной семейной системах, а так­же отношение к нему как к коммуникативной метафоре.

Общие гипотезы семейного функционирования должны быть циркулярными и включать в себя всех членов семьи. При этом симптом рассматривается как звено циркулярной последователь­ности, в которой семья застряла.

1.7. Цели системной семейной терапии на основе интегративной модели

Различные направления семейной терапии отличаются, в част­ности, по своим целям. Существует, однако согласие, что «реше­ние представленных семейных проблем и облегчение симптомов без возникновения новых симптомов у каких-либо членов семьи должно быть минимальной задачей терапии». В этом параграфе коротко обсуждаются цели и средства для решения этой централь­ной терапевтической задачи, вытекающие из различных диагно­стических подходов, интегрируемых в нашей модели.

В системной теории изменений выделяются изменения первого, второго и третьего порядка. Изменения первого порядка, или адап­тация, не затрагивают структуры и основных правил функциони­рования системы и, если проблема серьезна, их, как правило, не­достаточно для возвращения к нормальному состоянию системы. Часто адаптация предлагает лишь временное решение, например, на основе симптоматического поведения. Изменения второго по­рядка (метаадаптация) касаются изменения организационных ос­нов системы и обычно обозначаются термином переструктуриро­вание. Изменения третьего порядка обозначают сдвиги в самовос­приятии системы, в том числе, своей способности меняться. На­помним, что под системой могут пониматься и индивид, и семья, и любая другая социальная организация.

Семья, как правило, приходит на терапию, исчерпав свои воз­можности в адаптации, опасаясь необходимости реорганизации и имея негативный образ себя самой и своих перспектив. Целью системной семейной терапии является создание условий по со­вершению семьей изменений второго и третьего порядка. Пред­полагается, что такие изменения приведут к редукции проблем и симптомов, выходу семьи из тупика, облегчению в ее продвиже­нии по стадиям жизненного цикла и, в конечном итоге, к больше­му оптимизму и удовлетворенности семейной жизнью.

Итак, рассмотрим, на что направлены усилия семейного тера­певта, использующего критерии интегративной диагностической модели:

1. Изменения в структуре семьи.

Основным допущением здесь является то, что дисфункцио­нальная семейная организация поддерживает существование про-


10

11


блем семьи. Тогда, используя модель Олсона, необходимо создать условия, помогающие семье сдвинуться к более сбалансирован­ным типам семейной организации. Например, в ригидной системе организовать более открытую коммуникацию и переговоры; хао­тичной семье помочь выстроить иерархическую структуру, обес­печить сильный родительский альянс; сотрудничество в супруже­ской подсистеме, что обеспечит подходящее руководство семьей и воспитанием детей. Для этого в хаотичной системе терапевту, мо­жет быть, понадобится даже занять авторитарную позицию руко­водства на начальной фазе терапии. В разобщенной системе тера­певт помогает объединению семьи на основе помощи идентифи­цированному пациенту и прояснении потенциальных выгод для всех членов семьи, кто в этом участвует. Часто бывает полезным помочь «отстраняющемуся» от семьи ее члену найти себе ком­фортную нишу внутри нее, изменив коалиционную структуру се­мьи: Напротив, в запутанной семье терапевт будет поддерживать прочерчивание границ между подсистемами и увеличение облас­тей личностной автономии, уважая при этом их высокую по­требность в эмоциональной близости. Он стремится помочь семье установить подходящий возрасту баланс привязанности и отда­ленности между ее членами и людьми вне семьи. Чтобы не быть частью запутанной терапевтической системы, терапевту важно в работе с такой семьей постоянно прояснять свою роль и границы профессиональной ответственности.

Важно подчеркнуть, что поставленные цели по трансформации семейных структур должны быть реалистичными и не должны планировать слишком больших изменений. Часто серьезно дис­функциональным семьям свойственны крайние позиции по типу «все или ничего» в рассмотрении возможности перемен. Они ко­леблются между чувствами безнадежности и нереалистическими ожиданиями, достижение которых невероятно. Кроме того, они опасаются, что если в семье будут происходить изменения, то они будут крайними по характеру. Например, запутанные семьи будут противиться любой форме проявления самостоятельности детей, так как будут бояться тотального разрыва. В работе с семьями не­сбалансированных типов важно ставить скромные, конкретные задачи, достигаемые через минимальные изменения, в порядке уменьшения тревоги до устраивающего всех уровня, предотвращая крайние флюктуации и помогая семье постепенно менять.

Другие структурно ориентированные цели системной семейной терапии вытекают из перечня дисфункций семейной организации и включают работу с межпоколенными и скрытыми коалициями, реверсией иерархии и другими структурными нарушениями в от­дельных подсистемах семьи. Часто важной задачей структурно ориентированного системного семейного терапевта будет укреп­ление супружеской подсистемы как центральной в семье.


  1. Помощь семье в разрешении соответствующих задач и требований жизненного цикла и обеспечение успешного перехода на следующую стадию развития семьи.

  2. Изменение характера коммуникаций в семье.

С точки зрения коммуникативного подхода симптоматическое поведение является частью последовательности взаимодействия между людьми. Поэтому, изменение повторяющихся ригидных последовательностей, поддерживающие существование проблемы, является важнейшей целью терапии. Терапевту нужно определить функции симптоматического поведения и опасности потери его для семейной системы. «Определена ли проблема как фобия, де­прессия, отреагирование действием, неуправляемый характер или как-нибудь еще, такая коммуникация является функциональной внутри системы... и представляет собой негласные контракты ме­жду людьми». Терапевту необходимо создать условия для реше­ния тех же семейных задач несимптоматическими средствами или, возможно, помочь семье переформулировать эти задачи по-новому. Терапевты коммуникативного подхода будут активно пе­реопределять индивидуальные проблемы с точки зрения функ­ционирования всей семьи. «Золотым правилом семейной терапии является изменение при любой возможности индивидуальных яр­лыков, которые члены семьи приклеивают друг на друга на более работающие ярлыки взаимодействия».

Разрыв порочного круга может быть достигнут многими сред­ствами — различными терапевтическими заданиями, в том числе парадоксальными, предписанием семейных ритуалов, переопреде­лением проблемного поведения, прояснением коммуникации и обучением семьи различным коммуникативным навыкам. Многие семейные терапевты, использующие идеологию теории научения, акцентируют внимание на увеличении способности членов семьи вести между собой переговоры по изменениям. Терапевты этой ориентации пытаются изменить стиль взаимодействия, обучая




12

13


членов семьи эмпатии, открытому самовыражению, навыкам слу­шания и т.д. Кроме того, организуя переговоры, терапевт может обращать внимание членов семьи на способы их обращения друг к другу, вводя коммуникативные правила (употреблять только пози­тивную критику в виде предложения альтернатив; говорить за се­бя, а не за другого; «не читать мысли» партнера; не использовать дисквалифицирующую коммуникацию; говорить конкретно и яс­но, не использовать смутные формулировки и т.д.). Целью терапии в таком подходе может быть увеличение сложности и количества возможных вариантов поведения членов семьи. 4. Работа с семейной историей.

Классик системного направления, Боуэн, считал, что многие интенсивные эмоциональные проблемы не могут быть решены в рамках работы только с ядерной семьей, и отстаивал необходи­мость фокусирования терапии на родительских семьях одного или обоих супругов, оставляя в стороне текущий супружеский кризис. Важнейшей целью семейной терапии Боуэн считал достижение членами семьи способности к дифференциации в семейной систе­ме. Дифференцированность означает способность членов семьи вступать в близкие взаимоотношения и, в тоже время, обладать необходимой самодостаточностью, чтобы быть ориентированным на собственные цели, не оправдываться и не стараться менять дру­гих, легко перенося различия между ними. Одной из основных операций в этом подходе является отмена паттерна треугольника и установление прямых - личность к личности - диадических взаи­моотношений без втягивания третьего во время конфликта и тре­воги. Вовлеченность в треугольники и взаимные пересечения тре­угольников, связывающие поколения, являются ключевым меха­низмом, посредством которого паттерны отношений и функцио­нирования передаются из поколения в поколение в семье.

Использование информации о семейной истории помогает, во-первых, разблокировать семейную систему и получить доступ к семейным секретам. Во-вторых, получение информации о текущей функции «мешающего поведения» в распространенной семейной системе и открытие повторяемых проблемных паттернов и попы­ток решения, сделанных предыдущими поколениями, помогает поместить симптом в определенный контекст, сформировать более обоснованные гипотезы и определить необходимые изменения, в том числе, привлекая для работы членов семейного клана, помимо

ядерной семьи. Кроме того, работа с семейной историей дает большие возможности для изменения семьей взгляда на самих се­бя и переформулирования симптомов.

Коротко резюмируя, можно сказать, что цели терапии, следую­щие из анализа семейной истории, говорят о необходимости:


  1. создания условий для дифференцированности между члена­
    ми семьи;

  2. прерывания дисфункциональных паттернов, взятых из родительских семей, а не передачи их в новые поколения;

  3. вынесения на поверхность важных «незаконченных дел»
    членов семьи (например, прерванного процесса горевания, что
    серьезнейшим образом воздействует на структуру и коммуника­ции в семье);

  4. перестройки текущих взаимоотношений с членами распро­страненной семьи и

  5. переопределения семейного функционирования сточки зре­ния расширенной семейной перспективы.

Параметры интегративной модели логически взаимосвязаны, дополняют друг друга и вместе позволяют получить целостный образ семейной системы и ее проблем. Интегративная модель по­зволяет также выделить основные цели семейной терапии. Объе­динение интегративной модели с моделью Оудсхоорна может служить теоретической основой для взаимодействия семейного терапевта со специалистами другого профиля (врачами, социаль­ными работниками, психотерапевтами, ведущими индивидуаль­ный прием и т.д.).


Каталог: content -> files -> upload -> 131
131 -> Психологическая помощь акцентуированным подросткам
131 -> Н. В. Волкова Подготовка ребенка к школе Вопросы Ответы Диагностика учебное пособие
131 -> Шон Бурн. Гендерная психология
131 -> Борис Диденко Хищная любовь
131 -> Е. К. Лютова, Г. Б. Монина «Тренинг эффективного взаимодействия с детьми»
131 -> Г. Б. Монина «Тренинг эффективного взаимодействия с детьми» Часть 2 Глава
131 -> Содержание: Понятие «семья» и
131 -> Книга для педагогов и родителей. М.: Изд-во владос-пресс, 2004 272с. Типология неблагополучных семей
131 -> Программа по курсу "Учись учиться" для 1-х 4-х классов общеобразовательной школы. Иркутск: Сервико, 2001. 60 с
131 -> Игротерапия методические материалы


Поделитесь с Вашими друзьями:
  1   2


База данных защищена авторским правом ©dogmon.org 2017
обратиться к администрации

    Главная страница