ГЛАВА 5. ОСОБЕННОСТИ ЭМОЦИОНАЛЬНЫХ РЕАКЦИЙ УМСТВЕННО ОТСТАЛЫХ ШКОЛЬНИКОВ С НАРУШЕННЫМ ПОВЕДЕНИЕМ



страница4/5
Дата11.05.2016
Размер0.57 Mb.
ТипРеферат
1   2   3   4   5
ГЛАВА 5. ОСОБЕННОСТИ ЭМОЦИОНАЛЬНЫХ РЕАКЦИЙ УМСТВЕННО ОТСТАЛЫХ ШКОЛЬНИКОВ С НАРУШЕННЫМ ПОВЕДЕНИЕМ

Известно, что нарушения эмоционально-волевой сферы и поведения в целом встречаются у детей с умственной отсталостью гораздо чаще, чем у их психически здоровых сверстников. Выделяют разные причины этих отклонений. Ряд исследователей (18,24,26,59,62) ведущее значение в появлении нарушений поведения умственно отсталых детей придает именно интеллектуальному недоразвитию и неправильному формированию системы личности ребенка. Другие авторы подчеркивают либо большую чувствительность умственно отсталых детей к психотравмирующим ситуациям (65,70,72), либо органическое повреждение мозга, в частности, его лимбико-ретикулярного комплекса, в связи с нарушением их эмоционально-волевой сферы (30,31,51,64). Большинство исследователей считают наиболее частыми проявлениями нарушенного поведения умственно отсталых детей аффективную неустойчивость и возбудимость, склонность к примитивным истероидным реакциям, бродяжничеству, воровству, повышенной сексуальности, антисоциальным действиям (17,18,30,31).

Сложность этиопатогенеза нарушений поведения умственно отсталых детей, недостаточность и противоречивость данных разных авторов о взаимосвязи эмоционально-мотивационных факторов с причинами и условиями порождающими эти нарушения, а также характером расстройств поведенческих реакций побудили нас предпринять комплексное клинико-психофизиологическое исследование умственно отсталых школьников с разными формами отклонений в поведении и эмоционально-мотивационной сфере.

5.1. Психофизиологический анализ эмоциональных реакций умственно отсталых школьников с нарушенным поведением.

Проводилось развернутое психопатологическое, электрофизиологическое (регистрация электроэнцефалограммы и эхоэнцефалограммы), нейропсихологическое и психометрическое исследование и сопоставление данных, полученных этими методами, индивидуально для каждого ученика в возрасте 8-12 лет из 1-4 классов вспомогательных школ.

ЭЭГ регистрировали от 10 симметричных точек мозга в состоянии спокойного бодрствования и при восприятии нейтральных и эмоционально значимых словесных сигналов. Проводили визуальный и корреляционный анализ ЭЭГ при разных функциональных состояниях. Эхоэнцефалограмму (ЭхоЭГ) регистрировали с помощью аппарата "Эхо-11" в височно-теменной области обоих полушарий мозга. По параметрам ЭхоЭГ определяли состояние желудочковой системы головного мозга, на основании чего судили о степени внутричерепной гипертензии.

Нейропсихологическое обоследование состояло из тестов на произвольное зрительное запоминание, слухоречевую память, вычерчивание "кривой заучивания" (41). Психометрическое исследование предпринято с применением методик "Полярного профиля", клинического "малого" теста Люшера (15), методики Э.Т.Дорофеевой (16).

Комплексное обследование позволило получить целый ряд важных клинико-психологических и физиологических критериев для диагностики нарушений эмоциональных и поведенческих реакций умственно отсталых школьников. Рассмотрим полученные результаты исследований на конкретных детях с разными формами нарушений эмоционально-мотивационной сферы и поведения.

В качестве первого примера приведем результаты обследования ребенка Виталия С., 9 лет с диагнозом: умственная отсталость в степени дебильности, психопатоподобный синдром. У ребенка наблюдались: эмоциональная напряженность, бродяжничество, абстинентный синдром во время поступления в клинику, агрессивность. Экстернальная социальная позиция, т.е. во всех несчастьях больной обвиняет других (дерется, т.к. его бьют, убегает из школы, т.к. его заставляют). Мотивы и потребности больного примитивны, плохо или совсем неосознаваемы. К школе отношение резко негативное. Резкие беспричинные колебания настроения, аффективная взрывчивость.

При ЭЭГ-обследовании этого мальчика выявлены ирритативные нарушения мозга с преимущественным вовлечением в патологический процесс диэнцефальных и лобно-височных структур правого полушария. По данным ЭхоЭГ патологии выявлено не было. Корреляционный анализ ЭЭГ показал, что в состоянии покоя число корреляций было небольшим (8,9%), и они были представлены диффузно по всей коре полушарий, между нижнетеменной и затылочной зонами правого полушария имела место сильная связь, что указывает на их более тесную, по сравнению с другими обследованными зонами, функциональную взаимосвязь. Между симметричными точками моторной и височной зон устанавливались слабые положительные корреляции. Лобные зоны имели всего лишь одну отрицательную корреляцию, что свидетельствовало об отсутствии функциональной активности лобных отделов мозга и их функциональной разобщенности с другими исследованными зонами (рис.3).

При восприятии ребенком знакомого слова "магазин" более чем в 2 раза повышалось число значимых корреляций биопотенциалов (до 20,0%), однако корреляции также были представлены диффузно по коре, преобладали асимметричные межполушарные связи. Сильная взаимосвязь устанавливалась только между моторной и нижнетеменной зонами правого полушария, а взаимосвязь лобных зон с нижнетеменными и затылочными центрами левого полушария имела отрицательный знак. Восприятие незнакомого слова "тирозин" вызывало, вероятно, повышенную ориентировочную реакцию, что выражалось увеличением общего уровня корреляций биопотенциалов до 31,2%, появлением фокусов активности в лобной и моторной зонах правого полушария и затылочной левого. Однако и в этом случае имело место большое число отрицательных корреляций, что говорило о функциональной разобщенности и заторможенности корковых центров на фоне усиления подкорковых влияний. Предъявление словесного раздражителя, обозначающего название наркотического вещества, не вызывало у этого больного достоверных сдвигов в межцентральной организации биопотенциалов мозга по сравнению с покоем.

Нейропсихологическое обследование показало снижение у этого школьника показателей произвольного зрительного запоминания (4 из 7 предметов), однако интересно, что объем непроизвольного запоминания при этом составил 5 предметов из 7 предъявленных, т.е. превышал объем произвольного запоминания и был значительно выше, чем у здоровых детей. Поскольку произвольное запоминание связывают преимущественно с деятельностью левого, а непроизвольное - с деятельностью правого полушария (75), то, вероятно, у этого мальчика на фоне снижения деятельности левого полушария отмечалось повышение функциональной активности правого.

О снижении функций левого полушария свидетельствовали и особенности слухоречевой памяти. С первого предъявления мальчик воспроизводил только 3 слова, причем повторял их в случайном порядке, "кривая заучивания" имела зигзагообразный вид, относилась к типу "истощающейся" (по классификации А.Р.Лурия).

Исследование эмоционально личностных особенностей данного больного при помощи теста "Полярный профиль" позволило установить завышенную самооценку, т.к. все его характеристики своих качеств, кроме последней (недрачливый-драчливый), были положительного знака и в превосходной степени. Так, больной считал себя самым счастливым, самым храбрым, достаточно умным, добрым, необидчивым, общительным и здоровым, немного веселым, красивым, честным, но в то же время драчливым.

Любопытные данные получены при обследовании ребенка при помощи цветовых тестов (Люшера и Дорофеевой). Согласно интерпретационным коэффициентам теста Люшера мальчик отличается гетерономностью (2,6 балла), т.е. пассивен, зависим от окружающих, склонен к нарушениям поведения, сензитивен, является личностью противоречивой, неустойчивой (баланс его личностных свойств равен 1,4), у него преобладает тонус парасимпатической нервной системы (-3,4 балла);работоспособность плохая (14,7 балла); выражено стрессовое состояние (12,7 баллов). Характеристика эмоций ребенка по сдвигу цветов (16) свидетельствует о состоянии аффективного возбуждения, дисфории.

Итак, на примере этого умственно отсталого школьника можно было видеть, что целый ряд психопатологических особенностей ребенка коррелировал с результатами, полученными при помощи различных методов параклинического обследования, которые, в свою очередь, существенно дополняли и уточняли, объективно доказывали характер нарушений центральных механизмов мозга и связанных с этим нарушений высших психических функций, в том числе и эмоциональных состояний.

Рассмотрим еще один пример.

Мальчик Игорь Т., 11 лет. Диагноз: умственная отсталость в степени дебильности, депрессивно-тревожный синдром. Отличается инфантильностью, выраженной подражательностью и внушаемостью, резко негативным отношением к учебе, убегает из школы, ворует. Экстерналъная социальная позиция. Мотивы деятельности плохо осознаваемы. Агрессивен, внимание неустойчивое, эмоционально неуравновешен, упрям, вспыльчив.

По данным ЭЭГ-обследования у ребенка выявилось наличие органического поражения мозга с локализацией патологического очага в лобно-височных отделах полушария, судорожная готовность. ЭхоЭГ -в пределах нормы. Как и у предыдущего мальчика, у этого ребенка общее число значимых корреляций в покое было небольшим и составляло 13,4%, они были представлены диффузно, с большей локализацией в височной зоне правого полушария. При восприятии слова "магазин" число корреляций увеличивалось до 28,9%, возрастали взаимосвязи передних отделов мозга: лобных и моторных зон, лобных и нижнетеменной зоны левого полушария, однако опять, в основном, за счет увеличения слабых отрицательных корреляций. Сильная взаимосвязь имела место только между лобной и моторной зонами правого полушария. При восприятии незнакомого слова "тирозин" и слов названий наркотических веществ отмечались сходные схемы межцентральной организации биопотенциалов мозга с таковыми у предыдущего ребенка, однако число корреляций было несколько меньшим (22,2 и 11,1% против 31,2 и 13,4% у первого ребенка) (рис.3).

Показатели произвольного зрительного запоминания у этого мальчика были выше, чем у первого, и составили 6 предметов из 7 предъявленных, но объем непроизвольного запоминания также был достаточно высоким по сравнению с нормой - 4 из 7 предметов, что говорило о повышении функциональной активности правого полушария. Слухоречевая память у этого школьника, по сравнению с первым, также отличалась более высокими значениями. С первого предъявления он воспроизводил 4 слова, но уже со второго - все 7 слов. Однако воспроизводил он их тоже в случайном порядке, и "кривая заучивания" имела "истощающийся" тип, что свидетельствовало о наличии общемозговых повреждений.

Исследование с помощью "Полярного профиля" показало сдвиг у этого ученика отдельных эмоциональных оценок в сторону отрицательных знаков. Так, хотя он считает себя самым веселым, добрым, счастливым и здоровым, достаточно умным, красивым, недрачливым, немного храбрым, но при этом он характеризует себя необщительным, лживым и обидчивым человеком.

По данным теста Люшера, этот ребенок обладал в значительной степени концентричностью (6,6 балла), т.е. был сосредоточен на собственных проблемах; баланс его личностных свойств (1,6 балла) свидетельствовал о противоречивости и неустойчивости личности; у него преобладал тонус парасимпатической нервной системы (-6,9 балла), больной отличался низкой работоспособностью (14,0 баллов), более выраженным по сравнению с первым ребенком стрессом (20,9 балла). По результатам цветочного сдвига (3) эмоциональное состояние ребенка оценивалось как функциональное торможение, т.е. у больного доминировали отрицательные эмоции, неудовлетворение потребностей; от грусти до подавленности, от озабоченности до тревоги.

Проанализируем результаты комплексного обследования умственно отсталых детей с нарушением поведения, которые, помимо, совершения асоциальных поступков, являются еще и токсикоманами, т.к. систематически употребляют различные наркотические вещества.

Ученик Костя Я., 12 лет. Диагноз: умственная отсталость в степени выраженной дебильности, психопатоподобное поведение. Мать у мальчика - алкоголичка, находится в заключении. В обычном состоянии больной в общении добр, однако, у него наблюдаются периоды возбуждения, агрессии, озлобления к воспитателям и товарищам. Отмечается инертность аффектов по эпилептическому типу, дисфория. Мальчик не хочет учиться, ворует, нецензурно бранится, избивает детей, устраивает поджоги и дышит наркотическими препаратами. Мотивы своих поступков объяснить не может.

На ЭЭГ у мальчика выявились диффузные изменения с наличием межполушарной асимметрии биопотенциалов в задних и височных отделах мозга и вспышек пароксизмальной активности. Данные ЭЭГ свидетельствовали о нарушении корково-подкорковых взаимоотношений мозга и с повышенной судорожной готовности. На ЭхоЭГ имели место нерезко выраженные признаки внутричерепной гипертензии.

Общее число значимых корреляций в покое у этого умственно отсталого школьника составляло 15,6%, взаимосвязи были представлены диффузно. Восприятие знакомого слова "магазин" и незнакомого "тирозин" незначительно повышало уровень пространственной синхронизации биопотенциалов мозга (до 20,0%), появлялся фокус активности в лобной зоне правого полушария в ответ на слово "магазин" и в височной зоне правого полушария в ответ на слово "тирозин". Более значительные сдвиги в межцентральной организации биопотенциалов мозга отмечались у мальчика при восприятии эмоционально значимого для него слова - названия наркотика. При этом увеличивалось число корреляций до 26,7%, преобладали асимметричные межполушарные связи, в основном, отрицательные, наибольшее число корреляций имело место в затылочных зонах обоих полушарий, нижнетеменной и височной правого, а также лобной и моторной левого полушария (рис.4).

Высшие корковые функции у ребенка были изменены. Так, отмечалось по сравнению с нормой снижение объема произвольного запоминания (5 из 7 предметов), повышение непроизвольного (3 из 7 предметов). Слухоречевая память также была нарушена, с 1-го предъявления ребенок повторял только 2 слова, затем "кривая заучивания" росла, но медленно, т.е. имела "ригидный" характер, а с 7-го предъявления - начала снижаться, т.е. имелась значительная астенизация, что оказывало влияние на процесс запоминания. Нейропсихологическое обследование этого больного свидетельствовало о дисфункции левого полушария с некоторым повышением функциональной активности правого полушария.

Самооценка ученика в тесте "Полярный профиль" выявляла снижение уровня критичности по отношению к собственной персоне. Ребенок считал себя самым веселым, добрым, общительным и здоровым, в меру умным, красивым, счастливым, при этом очень обидчивым, вруном, немного трусливым и драчливым.

Исследование ребенка с помощью цветового теста показало, что он пассивен, зависим от окружающих, склонен к нарушению поведения, сенситивен (0,7 балла), в то же время в значительной степени сосредоточен на собственных проблемах (7,6 балла), является личностью противоречивой, неустойчивой. У него преобладает тонус парасимпатической нервной системы (-3,4 балла), работоспособность снижена (12,7 балла), отчетливо выражено астеническое состояние. Но сдвигу в цветочной гамме эмоции ребенка характеризуются наличием функциональной напряженности, повышенной активностью.



Еще один пример умственно отсталого школьника с нарушенным поведением, употребляющего наркотические вещества.

Мальчик Алексей С., 10 лет. Диагноз: умственная отсталость в степени умеренной дебильности. Отец и мать ребенка - алкоголики, лишены родительских прав. Мальчик не хочет учиться, не любит трудиться. Осознанные мотивы отсутствуют, не подчиняется требованиям учителей, постоянно убегает из школы, бродяжничает, живет в подвалах, ворует. У него отсутствует критическое отношение к себе, наблюдается повышенная внушаемость. Для него характерен истерический радикал, импульсивность, агрессивность, лживость. Внимание неустойчивое, быстро истощается; мышление конкретное, примитивное. Полинаркоман, пьет водку, курит, нюхает наркотические препараты, т.к. нравится смотреть "мультики". Данные ЭЭГ свидетельствуют об органическом поражении мозга с преимущественной локализацией патологического очага в височном отделе правого полушария. По данным ЭхоЭГ наблюдались выраженные признаки внутричерепной гипертензии. В состоянии спокойного бодрствования у этого мальчика, в отличие от предыдущих, отмечалось значительное повышение уровня пространственной синхронизации биопотенциалов мозга, общее число значимых корреляций составляло 31,2%, преобладали положительные корреляции правого полушария, устанавливались сильные взаимосвязи между моторной и височной зонами в правом полушарии и затылочными центрами обоих полушарий. Предъявление слова "магазин" (а оно является для этого больного эмоционально значимым, т.к. он неоднократно участвовал в ограблении магазинов в качестве исполнителя) вызвало у него существенное изменение межцентральных взаимодействий корковых зон. Фокусы активности перемещались в височные зоны обоих полушарий и лобную зону левого, взаимосвязи из положительных становились отрицательными, что, как мы уже упоминали, свидетельствует о разобщенности корковых центров и о приходе в них усиленной афферентации из подкорковых и стволовых структур мозга. При восприятии "неэмоционального" слова "тирозин" отмечалось снижение корреляций до 24,5%, фокусы активности в височных зонах и лобной левого полушария исчезали. Как и в покое, наибольшей функциональной активности отличались лобная, нижнетеменная и затылочная зоны правого полушария (рис.4).

Восприятие "эмоционального" раздражителя, обозначающего название наркотического вещества, значительно усиливало уровень пространственной синхронизации биопотенциалов мозга (до 48,9%), возрастало число сильных положительных корреляций, они устанавливались между симметричными точками височных и нижнетеменных зон, а также между затылочными правого и двумя нижнетеменными зонами, лобной и моторной зонами правого полушария. По сравнению с покоем и восприятием "неэмоционального" слова "тирозин" резко возрастало число корреляций височных зон обоих полушарий.

У этого мальчика были снижены по сравнению с нормой как показатели зрительной (повторял 4 предмета из 7), так и слухо-речевой кратковременной памяти - с первого предъявления запоминал только 3 слова из 7. "Кривая заучивания" имела зигзагообразный вид и относилась к истощающему" типу, т.е. свидетельствовала о наличии общемозговых нарушений и снижении ассоциативных функций мозга.

"Полярный профиль" этого мальчика в общих своих чертах был сходен с таковыми у предыдущего ребенка, употребляющего наркотические вещества. Он считал себя счастливым, вполне здоровым и красивым, немного умным, веселым и добрым, и в то же время, вруном, очень трусливым, обидчивым и драчливым.

Интерпретация теста Люшера показала, что этот ребенок в определенной степени независим, активен, стремится к самоутверждению (коэффициент автономности равен 0,29 балла), в значительной мере он сосредоточен на собственных проблемах (4,3 балла), работоспособность у него плохая (14,1 балла), преобладает тонус парасимпатической нервной системы (-2,2 балла), стрессовое состояние в настоящее время не выражено, но он функционально напряжен и насторожен.

Таким образом, сопоставление клинико-психофизиологических характеристик умственно отсталых детей с различными формами нарушений в поведенческих реакциях и эмоциональной сфере позволяет считать, что у них имеется не только органическое поражение головного мозга, заключающееся в нарушении диэнцефального уровня, лимбических структур, межполушарной дезинтеграции, но и дисфункции левого полушария и его лобных ассоциативных структур. Нарушения диэнцефального уровня приводят к расстройствам вегетативной регуляции. Поскольку преобладание тонуса симпатической нервной системы приводит организм к мобилизации сил при чрезвычайных обстоятельствах, к энергичной деятельности, а преобладание парасимпатической, наоборот, связано с поддержанием и сохранением основных ресурсов организма, то можно думать, что у умственно отсталых детей отсутствуют необходимые внутренние условия для того, чтобы противостоять неблагоприятным факторам социального характера, они становятся зависимыми от внешних обстоятельств, легко поддающимися "дурным" влияниям.

Это происходит еще и потому, что у них значительно снижена функциональная активность корковых структур, и особенно основных регуляторов поведения - лобных зон мозга. Повышенная агрессивность таких больных с преобладанием отрицательных эмоций, эмоциональной напряженностью, вероятно, может быть связана не только с повышением подкорковых влияний, но и межполушарной дезинтеграцией, что выражается снижением взаимосвязей левого полушария при вербальности и повышением правого, особенно височных зон, тесно связанных с диэнцефальными структурами и входящими в лимбическую систему.

Органическое повреждение мозга умственно отсталых школьников, а также неблагоприятная социальная среда, влияние которой значительно возрастает у детей, употребляющих наркотические вещества, способствуют углублению дефекта, что ведет к еще более значительному снижению интеллекта и нарушению эмоционального поведения.



5.2. Электрофизиологические корреляты эмоциональных реакций умственно отсталых школьников с нарушением поведения.

Для детей, страдающих олигофренией, характерным является недоразвитие эмоциональной сферы, причем, при относительной сохранности элементарных эмоций имеется выраженное недоразвитие более сложных эмоциональных проявлений, формирование которых тесно связано с интеллектуальным развитием (65,70). Расстройства в эмоционально-мотивационной сфере умственно отсталых детей грубо дезорганизуют работоспособность, деятельность в целом, ведут к развитию нарушений поведения, нередко вызывая тяжелые явления школьной и социальной дезадаптации больного олигофренией ребенка (85,86).

В изучении патогенетических механизмов эмоциональных реакций у умственно отсталых детей с нарушенным поведением важная роль принадлежит электрофизиологическим методам, в частности, регистрации ЭЭГ.

Исследованию изменений ЭЭГ у детей с отклонениями в поведении посвящены единичные работы. Так, у школьников 7-12 лет с нарушением поведения выявлены медленные волны в затылочных отделах мозга (19), у мальчиков 8-13 лет с повышенной агрессивностью обнаружены низкие амплитудные характеристики ЭЭГ в левом полушарии при выполнении простых задач на время реакции (19). Проведенный Н.К.Благосклоновой (3) анализ фоновой ЭЭГ у детей с психопатоподобным поведением резидуально-органического генеза выявил нарушения электрической активности мозга у 93% обследованных, причем у 51% они были резко выражены. Эти нарушения проявлялись в уменьшении альфа-ритма и наличии билатерально-синхронных вспышек тета-волн с фокусом активности в передних отделах полушарий. В противовес этим работам ряд авторов считают, что изменения ЭЭГ не могут быть связаны с нарушениями поведения, а зависят от других причин, поскольку при обследовании большого контингента детей (732 чел.) с расстройствами поведения изменения ЭЭГ в виде замедления ритмики были обнаружены только в 11,5% случаев, а гиперсинхронная активность - в 5,2% (57,84).

В главе 3 при визуальной оценке ЭЭГ выявлен ряд особенностей ЭЭГ, связанных с патологическим изменением функционального состояния мозга у умственно отсталых школьников 8-12 лет, при разных формах нарушенного поведения. Корреляционный анализ ЭЭГ позволил установить, что у умственно отсталых детей с нарушением поведения в школе в состоянии спокойного бодрствования отмечается значительное снижение пространственной синхронизации биоэлектрической активности, преобладание межполушарных взаимосвязей по сравнению с внутриполушарными, резкое снижение взаимосвязей в левом полушарии, особенно корреляций лобных и нижнетеменных ассоциативных зон с другими центрами.

Недостаточность, а также противоречивость имеющихся немногочисленных сведений, полученных при ЭЭГ исследованиях, представляют значительные трудности в интерпретации их результатов, определении теоретической и практической важности для разработки системы медико-педагогических мер эффективного воздействия на умственно отсталых школьников с нарушенным поведением. Поэтому задачей данного раздела работы явилось изучение межцентральных отношений биопотенциалов проекционных и ассоциативных зон правого и левого полушарий головного мозга у умственно отсталых школьников с девиантным поведением при восприятии эмоционально значимых словесных сигналов.

ЭЭГ обследованию было подвергнуто 26 больных мальчиков в возрасте 8-12 лет и для контроля 17 здоровых детей того же возраста. В зависимости от формы нарушения поведения обследованные школьники были разделены на 2 группы. В 1-ю группу (15 чел.) вошли дети, отличающиеся выраженными нарушениями поведения в школе, во 2-ю (11 чел.) - с асоциальным поведением вне школы, совершающие побеги, поджоги, бродяжничество, воровсто, хулиганские действия и употребляющие, наряду с этим, наркотические вещества (токсикоманы, наркоманы).

Психическое недоразвитие у детей 1 группы было неглубоким, неравномерным или дисгармоничным, им была свойственна эмоциональная неустойчивость, раздражительность, ипохондричность и плаксивость. Повышенная обидчивость и эмоциональная ранимость сочетались у них с аффективной возбудимостью. Нарушенное поведение у этих детей являлось своеобразной реакцией на волевые приемы в организации их обучения без учета психопатологических особенностей детей.

2-ю обследованную группу больных детей составили наркоманы и токсикоманы. Чаще это были политоксикоманы, использующие алкогольные напитки и различные токсикоманические препараты. В этой группе были представлены дети с разными формами и вариантами олигофрении. Резидуальная органическая недостаточность мозга и психопатоподобное поведение этих детей сопровождались нарушениями в эмоциональной сфере, которые не являлись однозначными. У одних детей на фоне добродушного или приподнятого настроения без особого повода возникали бурные аффективные реакции, сопровождаемые агрессивными действиями. У других детей эмоциональные нарушения отличались постоянной напряженностью аффекта, на фоне которой эпизодически возникали дисфорические состояния, мрачное, злобное настроение, склонность к разрушительным и агрессивным поступкам. Потребности и мотивы таких детей были чаще всего примитивны, плохо или совсем неосознаваемы. Решающими в психопатологическом состоянии таких детей для возникновения токсикомании являлись повышенная внушаемость, подражание, нарушение влечений, снижение интеллекта и невозможность критически оценить свои действия.

Корреляционный анализ ЭЭГ показал, что в состоянии спокойного бодрствования общий уровень пространственной синхронизации биопотенциалов мозга у больных детей обеих групп был достоверно ниже, чем у здоровых (15,6% в 1-й и 22,2% - во 2-й, а в норме - 30,6%). Эта закономерность сохранялась и при восприятии различных словесных сигналов (табл.2). По сравнению с покоем при восприятии слов у здоровых и больных детей 1 группы отмечалось повышение среднего числа корреляций, но достоверно значимо только ответ на предъявление незнакомого, индифферентного в эмоциональном отношении слова "тирозин". У больных 2 группы, напротив, наблюдалось повышение числа корреляций только на эмоционально значимое слово, обозначающее наркотик, и различия при его восприятии по сравнению с восприятием знакомого и незнакомого "неэмоциональных" слов были статистически достоверны (табл.2).

Как отмечалось выше, у умственно отсталых детей в покое наблюдаются диффузно представленные по коре, в основном, слабые положительные и отрицательные корреляции. При этом 49% всех установившихся связей приходится на долю отрицательных корреляций, что свидетельствует о низкой синхронизации корковых биопотенциалов и о функциональной разобщенности проекционных и ассоциативных зон мозга. Только у 8,2% больных детей в покое составляют сильные положительные связи, в то время как у здоровых -26,2%, что говорит о низком функциональном взаимодействии корковых центров у умственно отсталых детей. Указанные изменения корреляций биопотенциалов имели место и у умственно отсталых детей с девиантным поведением в обеих обследованных группах и не только в покое, но и при восприятии слов.


Этот факт, по нашему мнению, служит доказательством значительного нарушения межцентральных взаимодействий на уровне коры головного мозга у умственно отсталых детей с нарушенным поведением не только в фоне, но и в процессе восприятия различных по эмоциональной значимости словесных сигналов.

Анализ общего числа внутриполушарных корреляций показал, что у умственно отсталых школьников обеих групп в состоянии покоя доминируют взаимосвязи правого полушария, а не левого, как у здоровых, при этом, у детей 2-й группы их общее число в обоих полушариях было более высоким, чем у детей 1 группы (табл.3). При восприятии знакомого слова "магазин" у здоровых детей преобладали более чем в 2 раза корреляции левого полушария, а у больных детей обеих групп наблюдалось нивелирование различий между левым и правым полушариям. Предъявление незнакомого слова "тирозин" у здоровых детей активизировало взаимосвязи обоих полушарий, но больше правого. У умственно отсталых детей 1 группы в этом случае наблюдалась тенденция доминирования левого полушария, а у детей 2 группы достоверных различий между числом корреляций в левом и правом полушариях не отмечалось. Предъявление слова, обозначающего наркотик, вызывало у здоровых детей сходное с восприятием знакомого слова соотношение внутриполушарных связей, т.е. преобладание корреляций левого полушария. У умственно отсталых детей эти соотношения существенно различались: если в 1 группе число корреляций почти в 2 раза было более высоким в правом полушарии, то во 2-ой - оно лишь незначительно повышалось в левом полушарии. Однако интересно отметить, что если число корреляций в правом полушарии у больных 1 и 2 групп между собой достоверно не различалось, то в левом полушарии у токсикоманов оно в 2,4 раза превышало значения у детей, неупотребляющих наркотические вещества.

Рассмотрим особенности топической локализации биопотенциалов мозга у умственно отсталых школьников с разными формами нарушенного поведения. В состоянии покоя у детей обеих групп наибольшее число корреляций было представлено в задних отделах мозга (нижнетеменных и затылочных). При этом у детей 2 группы число корреляций всех зон, кроме моторных, являлось более высоким, чем у больных 1 группы (табл.4). При восприятии слова "магазин" по сравнению с покоем в 1 группе увеличивались в 2 раза корреляций лобных и в 1,5 раза - нижнетеменных и затылочных зон; в то время как во 2 группе в 1,6 раза снижались взаимосвязи нижнетеменных зон, а остальные, по сравнению с покоем, - достоверно не изменились, но по сравнению с 1 группой имело место снижение в 1,4 раза связей нижнетеменных и повышение в 1,5 раза височных зон. При восприятии незнакомого слова "тирозин" по сравнению с покоем в 1 группе повышались корреляции всех зон, кроме височных, причем, лобных и затылочных - в 1,8, а нижнетеменных - в 1,5 раза. Во 2 группе, как по сравнению с покоем, так и по сравнению с восприятием этого слова детьми 1 группы, достоверных различий выявлено не было. Наибольшие изменения в межцентральной организации биопотенциалов мозга между двумя группами больных отмечались при предъявлении слов, обозначающих название наркотика. У детей-токсикоманов при восприятии этих слов по сравнению с учениками, неупотребляющими наркотические вещества, увеличивалось число корреляций всех зон, особенно височных, взаимосвязи которых возросли в 1,8 раза. У больных 1 группы восприятие этого раздражителя не вызвало достоверных изменений по сравнению с покоем и восприятием других слов, кроме уменьшения в 1,5 раза корреляций лобных зон (табл.4).






Поскольку наиболее существенные сдвиги в характере межцентральных взаимосвязей у умственно отсталых школьников с нарушенным поведением наблюдались при действии "эмоциональных" слов, сопоставим динамику внутриполушарных корреляций всех зон левого и правого полушарий в разных группах детей.

В состоянии покоя у детей 2 группы корреляций всех зон, кроме лобной левого полушария, превышали в 2-3 раза таковые у детей 1 группы. Наибольшее число связей в обеих группах имели центры правого полушария. Восприятие слова-наркотика вызывало в 1 группе незначительное увеличение корреляций всех, кроме затылочной, зон правого полушария, а также височной и затылочной левого полушария. У детей 2 группы восприятие этого сигнала приводило к увеличению корреляций всех, кроме нижнетеменной, зон левого, а также связей височной и затылочной правого полушария. Если сопоставить изменение корреляций в обеих группах между собой, у больных с депрессией эти авторы наблюдали повышение активизации заднеассоциативной зоны правого и лобной левого полушарий как при положительных, так и при отрицательных эмоциях.

В нашей работе выявлены отличия от нормы особенности межполушарных отношений мозга у умственно отсталых школьников с нарушенным поведением при восприятии слов нейтрального и эмоционального характера. При прослушивании слов "неэмоциональных", как знакомых, так и незнакомых, межполушарные различия нивелировались. Однако если больным предъявляли слова, имеющие для группы детей, систематически употребляющих наркотические вещества, эмоционально значимый характер, взаимосвязи исследованных проекционных и ассоциативных зон левого, а также височной, нижнетеменной и затылочной зон правого полушария достоверно увеличивались. Поскольку большинство исследователей связывает правое полушарие с управлением негативными, а левое - позитивными эмоциональными состояниями (4,8,75), можно думать, что выявление изменения межполушарных отношений мозга у больных-токсикоманов связаны либо с отсутствием четкого доминирования одного из полушарий в организации эмоциональных реакций, либо данные "эмоциональные" раздражители имеют для них положительное значение в гораздо большей степени, чем отрицательное, т.е. у них уже сформировалась выраженная психическая зависимость от наркотических веществ.

Выраженный психотропный эффект наркотических веществ связан с их активным воздействием на эмоциональные структуры мозга, что отражается в нарушениях биоэлектрической активности головного мозга (57). Учитывая то значение, какое лимбическая система имеет в генезе эмоциональных нарушений, можно считать, что усиление эмоционального компонента реакций у умственно отсталых школьников, употребляющих наркотические вещества, связано с повышением активности лимбических структур мозга при резком снижении регулирующей роли передних ассоциативных зон коры головного мозга. Это положение подтверждают выявленные нами у детей-токсикоманов факты, говорящие об усилении корреляций височных зон, имеющих непосредственное отношение к лимбико-ретикулярному комплексу мозга, а также снижения на этом фоне взаимосвязей лобных ассоциативных зон по сравнению с детьми, неупотребляющими наркотические вещества.

Проведенное исследование убеждает нас в том, что употребление наркотических веществ умственно отсталыми детьми ведет к значительному усилению поражений у них головного мозга, особенно его передних ассоциативных структур. В результате нарушения активности нервных элементов коры, вероятно, резко снижается ее тормозящее взаимодействие на функциональную активность подкорковых, прежде всего эмоциогенных, структур. Это выражается в резком снижении высших корковых функций и усилении эмоциональных компонентов реагирования. Данные результаты хорошо согласуются с клинической картиной психопатологических изменений личности детей этой группы, нарушенное поведение которых сопровождается грубыми расстройствами в эмоционально-мотивационной сфере.

Резюмируя результаты, можно констатировать:

1) Общими закономерностями в механизмах деятельности мозга у умственно отсталых мальчиков 8-12 лет с различными формами нарушенного поведения по сравнению со здоровыми детьми являются: низкий уровень функциональных взаимодействий коры больших полушарий, особенно лобных зон, на фоне повышения влияний со стороны мезодиэнцефальных структур мозга; а также межполушарная дезинтеграция, выражающаяся в снижении внутриполушарных взаимодействий корковых зон и нивелировании различий между полушариями при восприятии словесных сигналов нейтрального содержания.

2) Специфическими особенностями нейрофизиологических механизмов мозга умственно отсталых мальчиков 8-12 лет с асоциальным поведением, употребляющих наркотические вещества, по сравнению с умственно отсталыми детьми, неупотребляющими наркотики, являются: повышение функциональной активности правого полушария уже в состоянии спокойного бодрствования, а также усиление активности лимбической системы мозга на фоне резкого снижения регулирующей роли передних ассоциативных структур при восприятии эмоционально значимых словесных сигналов, связанных с психотропным действием наркотических веществ.
5.3. Особенности эмоциональной оценки в выборе будущей профессии учащихся вспомогательной школы.

Важное значение в коррекции нарушенного поведения у умственно отсталых учащихся имеет правильная и рациональная организация трудового обучения. Однако в учебно-воспитательной работе по социально-трудовой адаптации коллективы вспомогательных школ сталкиваются с целым рядом трудностей. Это недостаточно высокий уровень диагностики, затрудняющий правильный выбор профессии с учетом психофизических особенностей каждого умственно отсталого ученика; недостаточный выбор предлагаемых профессий; устаревшее оборудование в школьных мастерских; низкий уровень профориентационной работы; недостатки в организации и проведении производственной практики, уровень знаний, который не позволяет умственно отсталым выпускникам сразу включиться в работу на производстве; отсутствие тесных контактов между школой и семьей и другие.

По данным ряда авторов (45) эти факторы приводят к низкому уровню трудовой адаптации умственно отсталых подростков. Сказанное заставляет искать пути улучшения социально-трудовой адаптации умственно отсталых выпускников, среди которых немаловажное значение имеет дифференцированное проведение мероприятий по совершенствованию методов диагностики интеллектуального недоразвития.

Одним из важных обстоятельств низкой социально-трудовой адаптации умственно отсталых выпускников является нежелание большинства учащихся работать по профессии, приобретенной в школе. Причем, отмечается своеобразная динамика взглядов в отношении приобретаемой специальности. Негативизм к ней усиливается от 5 к 8 классу.

С целью поиска объективных критериев степени снижения интереса и мотивации к выбору будущей профессии учащихся вспомогательных школ, нами изучены эмоционально-личностные показатели отношения к приобретаемой профессии в динамике обучения умственно отсталых школьников по сравнению с их здоровыми сверстниками.

Были обследованы учащиеся 5 (29 чел.) и 8 (23 чел.) классов вспомогательной школы-интерната для умственно отсталых школьников в степени дебильности. Контрольную группу составили учащиеся 5 (51 чел.) и 8 (30 чел.) классов массовой школы. Умственно отсталые дети обучались специальностям: столяр (мальчики), и переплетчица (девочки), а дети в массовой школе - специальностям: столяр (мальчики) и швея-мотористка (девочки).

Для исследования использовали психометрическую методику "полярный профиль" со специально разработанными нами субтестами, обозначающими отношение к выбору будущей профессии и самооценку личностных качеств.

Поскольку на отношение к профессии значительное влияние оказывает эмоциональное состояние детей, то представляло интерес исследование последнего. Для оценки эмоционального состояния использовали методику Э.Т.Дорофеевой (16). По результатам этой методики была предпринята попытка сравнивать эмоциональное состояние умственно отсталых учащихся и учащихся массовой школы, и выяснить, каким образом оно связано с самооценкой учащихся и отношением к будущей специальности. В тесте учащимися предлагалось разложить три карточки с основными цветами (красный, синий, зеленый) в порядке предпочтения.

Помимо методики Э.Т.Дорофеевой, использовали "малый" клинический тест Люшера, который позволяет определить гетерономность и автономность субъекта, концентричность и эксцентричность, баланс личностных свойств, баланс вегетативной системы, работоспособность и наличие стрессового состояния. В данном тесте испытуемому предлагается 8 карточек со следующими цветами: красный, желтый, синий, зеленый, фиолетовый, серый, коричневый, черный и дается инструкция разложить их в порядке предпочтения, а далее при помощи специальных формул вычисляются указанные выше качества и состояние эмоций.

Исследование начинали с предварительной беседы, целью которой является установление контакта с ребенком, объяснение инструкции для выполнения задания. Например, задавали вопрос: "Нравится ли тебе профессия, по которой ты обучаешься в школе?". Если выяснялось, что профессия нравится, то экспериментатор задавал следующий вопрос: "Тебе она очень нравится?". Если профессия не нравилась, то вопрос звучал следующим образом: "Профессия тебе абсолютно не нравится или почти не нравится?". Характер ответа оценивали в виде баллов от 0 до 3 с положительным или отрицательным знаком. Результаты наносили на сетку точкой, соответствующей значению ответа, соединив эти точки, получали график, называемый "полярным профилем" (рис.5).

Изложение результатов, полученных при анализе "полярных профилей" начнем с группы младшего возраста - учащиеся 5 классов. Так, анализ ответов умственно отсталых учащихся 5 классов показывает, что в большинстве своем профессия им очень нравится (мальчики-столяры - 57,1%, девочки-переплетчицы - 46,7%). Причем, у умственно отсталых мальчиков отмечается более завышенная самооценка, чем у девочек. 42,9% мальчиков считают себя самым общительным, 64,4% - самыми счастливыми. Девочки лишь в 33,3%, 66,7%, 33,2%, 53,3% соответственно. Следует сказать, что девочки более реально оценивают свои возможности. Так, только 26,7% девочек отметили, что у них всегда все получается, 20% всегда все делают сами. Соответственно у мальчиков 64,3%, 37,5%.

Большинству мальчиков-столяров из контрольной группы очень нравится работать по данной специальности (56%). У них всегда все получается (52%) и работу выполняют, в основном, самостоятельно (52%). Девочки контрольной группы 5 класса профессия швея нравится (65,4%). Завышенная самооценка проявляется в том, что у большинства из них всегда все получается (53,8%), и делают они все самостоятельно (57,7%).

При сравнении усредненных графиков умственно отсталых учащихся 5 класса с учащимися 5 класса массовой школы, можно видеть более завышенную самооценку у учащихся контрольной группы. Однако анализ данных дает возможность заметить, что в самооценке умственно отсталых учащихся пятого класса как девочек, так и мальчиков в основном встречается слово "самый"; а у учащихся массовой школы "очень". Например, 60% девочек вспомогательной школы оценивают себя в превосходной степени как самые старательные (из контрольной группы - 28,9%). Зато 73,1% учащихся контрольной группы считают, что они очень старательные (во вспомогательной школе- 13,3%).

Ответы умственно отсталых учащихся 5 классов нестабильны, отличаются большим разбросом, а у детей контрольной группы разброс значительно меньше (табл.5).



Анализ результатов исследования в 8 классах начнем с описания конкретного примера. Ученица 8 класса вспомогательной школы-интерната Света К. (рис.5). Как следует из графика, ученице не очень нравится профессия, полученная в школе, к работе на производстве она абсолютно не готова, хотя всегда прислушивается к советам учителя, при этом легко справляется с работой, несмотря на то, что она оценивает себя как очень общительную, самую старательную, очень аккуратную, считает, что она самая несчастная и к тому же ленивая. В ответах на вопросы можно отметить несоответствие оценок. Так, например, ученица считает себя ленивой и в то же время самой старательной в классе. Подобное несоответствие в оценке личностных качеств встречается у 44,2% обследованных нами умственно отсталых учащихся. Причем, к 8 классу количество данных несоответствий самооценок значительно увеличивается.

График Светланы К. можно характеризовать как тип кривой, обозначенный нами "разброс". При оценке графиков нами установлено, что подобный тип свойственен подавляющему большинству умственно отсталых учащихся. Для умственно отсталых девочек 8 класса графики по типу "разброс" составили 70%, для мальчиков 69,2% (табл.5).

Анализ ответов умственно отсталых выпускников показал, что девочкам в 50% случаев профессия очень нравится, но 70% считают, что они абсолютно не готовы к работе на производстве. Однако 50% из них всегда легко справляется с работой. Большинству умственно отсталых мальчиков 8 класса профессия столяр абсолютно не нравится; 53,8% считают, что совсем не готовы к работе на производстве; 46,2% отмечают, что всегда легко справляются с работой в мастерской. Исследование результатов в 8 классе позволяет установить изменение самооценки умственно отсталых выпускников по мере обучения профессии. Так, 53,8% мальчиков ответили, что профессия столяра им абсолютно не нравится, и лишь 30% она по-прежнему очень нравится.

В 8 классе усредненные графики "полярного профиля" дают представление о более завышенной самооценке у умственно отсталых девочек. У мальчиков, наоборот, она занижена. Например, 30,3% мальчиков редко прислушиваются к советам учителя по труду, 30,8% считают себя самыми ленивыми в классе, 23,1% - самые неаккуратные, 23% - самые несчастные. По-видимому, эту разницу можно объяснить тем, что в 8 классе большинство умственно отсталых мальчиков-подростков проявляют негативное отношение к учебной и трудовой деятельности в школе, отличаются нарушениями в поведении. Поэтому, профессия столяра им абсолютно не нравится, они считают себя неготовыми к работе на производстве.

Например, ученик 8 класса Саша Е. отмечал, что профессия столяра ему абсолютно не нравится, хотя он готов к работе на производстве, он никогда не прислушивается к советам учителя, но легко справляется с работой в мастерской; самый ленивый, самый неряшливый, самый несчастный (рис.6).

Данный тип кривой "полярный профиль" по типу "разброс" является наиболее типичным для мальчиков, заканчивающих вспомогательную школу. Встречается и основное противоречие, характерное для ответов умственно отсталых детей; они считают себя самыми ленивыми в классе, самыми неряшливыми, и в то же время самыми старательными. Однако, говоря о том, что профессия столяра абсолютно им не нравится, мальчики хотели бы работать по недоступным для них профессиях шофера, слесаря, по ремонту автомобилей и т.д.

Сопоставление результатов у учащихся 8 классов массовой и вспомогательной школ показывают, что считают себя самыми общительными 76,9% умственно отсталых мальчиков и 50% мальчиков контрольной группы; самыми трудолюбивыми - 30,8% и 16,7%; самыми старательными - 76,9% и 26,7%. Соответственно, у девочек в 8 классе примерно такое же соотношение исследованных показателей. Это подтверждает вывод о том, что умственно отсталые школьники имеют в основном значительно завышенную самооценку, т.е. у умственно отсталых детей большой "разброс" графиков "полярного профиля". Кроме того, у этих учащихся к 8 классу отношение к профессии меняется в худшую сторону (особенно резко у мальчиков).

Попытка сравнить эмоциональное состояние умственно отсталых учащихся и учащихся контрольной группы на момент эксперимента дала интересные результаты.

Из таблицы 6 видно, что у умственно отсталых девочек 5 класса доминирует положительный эмоциональной настрой в 60% случаев. У 60% из них встречается график по типу "разброс", 46,7% очень нравится работать по своей профессии. У умственно отсталых мальчиков 5 класса доминируют в 50% случаев отрицательные состояния, у них 64,3% составляют графики по типу "переоценка", 77,1% очень нравится работать по профессии столяра.

К 8 классу у девочек наблюдается незначительное преобладание отрицательного настроения (40%). У мальчиков, наоборот, доминирует состояние аффективного и функционального возбуждения (61,5%) на фоне абсолютно отрицательного отношения к профессии (53,8%). У всех учащихся контрольной группы преобладает положительное эмоциональное отношение. Причем, количество учащихся с состоянием аффективного и функционального возбуждения увеличивается к 8 классу.

Анализ показывает, что насколько резко преобладает положительное состояние у умственно отсталых девочек 5 класса над эмоциональным состоянием девочек контрольной группы, настолько резко доминирует эмоциональное состояние у умственно отсталых мальчиков 5 класса над учащимися контрольной группы мальчиков. Анализ графиков умственно отсталых мальчиков 5 класса позволил заметить интересную особенность. Именно, умственно отсталые учащиеся в состоянии аффективного торможения имеют тип графиков, наименее присущих вообще всем учащимся вспомогательной школы, а именно типа "переоценка". Как уже отмечалось, у умственно отсталых девочек 5 класса 60% графиков типа "разброс", и у них же положительный эмоциональный настрой составляет 60%.

У учащихся вспомогательной школы и массовой школы в 8 классе доминирует положительное состояние. Исключение составляют умственно отсталые девочки, среди которых отрицательные эмоции преобладают в 40% случаев. Таким образом, у девочек 5 и 8 классов преобладают резко полярные эмоциональные состояния, при этом можно отметить некоторую взаимосвязь с отношением их к профессии.

Так, если в 5 классе 13,3% случаев умственно отсталым девочкам вообще не нравилась профессия переплетчицы, то в 8 классе она не нравилась уже 30%. 70% из них считают себя в 8 классе абсолютно не готовыми к работе на производстве; 30% считают себя довольно замкнутыми (в 5 классе - 6,7%).

Установлено, что эмоциональное состояние связано с самооценкой учащихся, которая, в свою очередь, отличается по типу графиков. При состоянии аффективного возбуждения чаще встречаются графики по типу "разброс", где наблюдаются наиболее полярные ответы, которые у умственно отсталых часто противоречат друг другу. Чем ниже самооценка, тем в большем проценте случаев преобладают состояния аффективного и функционального торможения.

Анализ данных, полученных при использовании малого клинического теста Люшера показал, что учащиеся из контрольной группы состоят, в основном, из субъектов независимых, активных, инициативных, склонных к доминированию, стремящихся к самоутверждению, успеху. Гетерономны, пассивны, склонны к зависимому положению, спонтанному поведению, сенситивны умственно отсталые мальчики 5 класса. Концентричны, сосредоточены на своих проблемах умственно отсталые учащиеся, особенно мальчики 8 класса (53,8%). Однако, 76,9% из них считает себя очень общительными. Вероятно, в этом также проявляется завышенная самооценка, свойственная умственно отсталым подросткам. Эксцентричны, интересуются окружением как объектом воздействия или источником получения помощи у учащихся контрольной группы, причем, отмечается преобладание этого качества над концентричностью.

Умственно отсталые подростки в большинстве своем являются неустойчивыми, противоречивыми личностями, для них характерно преобладание тонуса симпатической нервной системы, катаболических обменных процессов.

Анализ работоспособности показывает, что у учащихся массовой школы она выше, чем у умственно отсталых детей. Исключение составили умственно отсталые учащиеся 5 класса, у которых она была более высокой, чем в норме. Примечательно то, что 71,4% умственно отсталых мальчиков 5 класса считают себя трудолюбивыми и остальные 28,6% - очень трудолюбивыми. Работоспособность у умственно отсталых девочек от 5 к 8 классу резко снижается от 75% до 40%. У контрольной группы она остается прежней. Любопытно, что 60% умственно отсталых девочек 8 класса считают себя очень трудолюбивыми (работоспособность равна 40), а в 5 классе - 66,7% (работоспособность - 75). Это еще раз служит доказательством завышенной самооценки у умственно отсталых детей.

Стрессовые состояния наиболее ярко выражены у умственно отсталых учащихся. Причем, они возрастают от 5 к 8 классу: у девочек - от 56,2 до 80, у мальчиков - от 64,3 до 69,2.

Таким образом, завышенная самооценка наиболее свойственна умственно отсталым учащимся, причем, ее выраженность к 8 классу заметно снижается, т.е. становится отрицательной. Причина этого: видимо, в негативном отношении умственно отсталых выпускников к учебной и трудовой деятельности, в их асоциальном поведении. В целом, негативизм к полученной специальности у всех умственно отсталых учащихся усиливается к 8 классу, выявляется взаимосвязь эмоционального состояния и самооценка личностных свойств учащихся. Самооценка заметно снижена, если у учащихся преобладают состояния, функционального и аффективного торможения. Ответы умственно отсталых детей отличаются большой разбросанностью и противоречивостью по сравнению с ответами детей контрольной группы.

Следовательно, в результате проведенного исследования была выявлена отчетливая тенденция усиления отрицательного отношения к будущей профессии, наиболее выраженная у умственно отсталых мальчиков 8 класса, что коррелировало с преобладанием у них отрицательных эмоций и возрастанием стрессовых состояний по сравнению со здоровыми детьми. По-видимому, своевременная переориентация этой группы умственно отсталых учащихся на обучение другой более желаемой и доступной для них профессии, по нашему мнению, позволит избежать возникновения негативных проявлений в поведении подростков и созданию наиболее социально-трудовой адаптации их в обществе.


Каталог: book -> age psychology
age psychology -> -
age psychology -> К 90 На приеме у психолога подросток: Пособие для практиче­ских психологов. Спб.: Изд-во ргпу им. А. И. Герцена; Издательство «союз», 200! [Серия «Практическая психоло­гия»]. 350 с
age psychology -> Давыдов В. В. Научные достижения Д. Б. Эльконина в области детской и педагогической психологии Раздел I. Природа детства и его периодизация Введение в детскую психологию
age psychology -> Хотя консультирование населения представляет собой новый вид практической деятельности психологов, строится оно сегодня не на «пустом месте»
age psychology -> Сиротюк А. Л. Нейропсихологическое и психофизиологическое сопровождение обучения
age psychology -> Вахромов Евгений Евгеньевич
age psychology -> Справочник «Костромина, С. Справочник школьного психолога»
age psychology -> Валерий Михайлович Астапов Тревожность у детей
age psychology -> Конспект лекций по возрастной психологии Лекция Понятие возраста и возрастных особенностей


Поделитесь с Вашими друзьями:
1   2   3   4   5


База данных защищена авторским правом ©dogmon.org 2017
обратиться к администрации

    Главная страница