Феномен эскапизма в медианасыщенном обществе



Скачать 309.63 Kb.
Дата12.05.2016
Размер309.63 Kb.
ТипАвтореферат


На правах рукописи

ГРЕКОВ Максим Александрович



ФЕНОМЕН ЭСКАПИЗМА

В МЕДИАНАСЫЩЕННОМ ОБЩЕСТВЕ

Специальность 09.00.13 – религиоведение,

философская антропология, философия культуры

АВТОРЕФЕРАТ


диссертации на соискание ученой степени

кандидата философских наук

Омск 2008
Работа выполнена на кафедре философии

ГОУ ВПО «Курганский государственный университет»


Научный руководитель: доктор философских наук, профессор

ШАЛЮТИН Борис Соломонович

Официальные оппоненты: доктор философских наук, профессор

НИКОЛИН Виктор Владимирович
кандидат философских наук, доцент

БАШИРОВА Лариса Семеновна


Ведущая организация: ГОУ ВПО «Челябинский

государственный университет»

Защита состоится 20 июня 2008 г. в 16.00 часов на заседании диссертационного совета Д 212.177.03 по защите диссертаций на соискание ученой степени доктора наук в Омском государственном педагогическом университете по адресу: 644099, Омск, наб. Тухачевского, 14, ауд. 212.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Омского государственного педагогического университета


Автореферат разослан 17 мая 2008 г.





Ученый секретарь

диссертационного совета Л.А. Максименко

кандидат философских наук



ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность исследования. Феномен человека – не есть нечто неизменное. Процесс развития человеческого мира имманентно содержит в себе возникновение принципиально новых существенных характеристик культуры и самого человека. Миссия философии – осмысление не только инвариантных начал человеческого бытия, но и исторических новаций. Стремительное ускорение исторического процесса, характерное для информационного общества, порождает множество не просто новых явлений, а существенных фактов культуры, без философского осмысления которых невозможно адекватное понимание самого современного пространства культуры и бытия человека в нем. В реалиях культуры конца XX и начала XXI века обозначилось все более приковывающее к себе общественное внимание явление, устойчиво маркируемое термином «эскапизм» (от английского escape - бегство). Нарастающее количество публикаций по этой проблеме само по себе свидетельствует о его значимости. В то же время границы эскапизма определены весьма нечетко. Даже поверхностный анализ источников, в которых упоминается исследуемое понятие, позволяет увидеть, что термин «эскапизм» употребляется каждым автором по-своему и в своем контексте. Дело не просто в том, что отсутствует близкое к общепринятому определение эскапизма в философии. Многие, в том числе самые фундаментальные, философские понятия определяются существенно по-разному, но применительно к ним каждое определение лаконично выражает ту или иную глубоко проработанную философскую трактовку. По отношению к эскапизму - новому, хотя и важному феномену - такие проработки почти отсутствуют.

Актуальность исследования заключается в том, что существует острая необходимость своевременно отреагировать на проявления эскапизма, исследовать его генезис, механизмы распространения и действия в культурном пространстве. Философская рефлексия призвана выявить сущность эскапизма, более четко зафиксировать его, отграничив от поверхностно сходных, но иных культурных феноменов, проявить формы, контексты и среды существования, выработать и обосновать отношение к нему как факту культуры.



Степень разработанности проблемы. Одним из первых феномен эскапизма целенаправленно рассматривает Дж.Р.Р.Толкиен в своем эссе «О волшебных сказках», который трактует его как оправданный акт «Побега» от «уродств современности» в мир приключенческой литературы. В качестве объекта исследования эскапизм выступает в двух крупных зарубежных работах: A. Evans. «This Virtual Life. Escapism and Simulation in Our Media World», где предпринимается попытка свести «под одной обложкой» разнообразные связанные, по мнению автора, с эскапизмом культурные и психологические явления, и Yi-Fu Tuan. «Escapism», где дается предельно широкое понимание эскапизма как атрибутивного компонента любой культуры, которая сама может характеризоваться как своего рода глобальный эскапизм, уход от естественного бытия.

В отечественной литературе можно отметить монографию Ю.А. Замошкина «Кризис буржуазного индивидуализма и личность», написанную еще в 1966 году, в которой явление эскапизма рассматривается в контексте тотальной критики западной культуры, а также работы Д.А. Кутузовой, анализирующей эскапизм по преимуществу с психологической стороны, и Р.Я. Подоля, отождествляющего эскапизм с нравственным нигилизмом.

Хотя трудов, непосредственно посвященных эскапизму, не так много, можно отметить, что существует множество философских, социологических, социально-психологических и культурологических книг и статей, в которых исследуется связанная с эскапизмом проблематика.

Детерменированность эскапизма информационными технологиями рассматривается в данной работе на основании трудов таких зарубежных и отечественных авторов как Д. Нейсбит, Э. Тоффлер, М. Маклюэн, Н. Кириллова, В. Кортунов, В. Кутырев.

Особое значение для понимания эскапизма имеет постмодернистская концепция симуляции и симулякров, во многом разработанная Ж. Бодрийяром.

Связанные с эскапизмом экзистенциальные проблемы подлинности бытия, выбора, жизненной реализации разработаны в произведениях Б.Паскаля, С.Кьерекогора, М.Хайдеггера, Ж.-П. Сартра, Ортеги-и-Гассета, П.Тиллиха, А. Маслоу, Л. Бинсвангера, Э. Фромма, Э. ван Дорцен, Р.Мэя.

Рассмотрение эскапизма как явления, связанного с отчуждением, опирается на работы К.Маркса, Р. Мертона, Э. Дюркгейма, Э. Фромма, Ж. Бодрийяра.

В характеристике взаимообусловленности порнографии и эскапизма использовались в основном работы Ж. Бодрийяра и С. Зонтаг.

Несмотря на то, что связанные с эскапизмом моменты в какой-то мере фиксируются в довольно широком спектре работ по философии и гуманитарным наукам, в современном состоянии исследованности проблемы имеет место фундаментальный недостаток. Он заключается в отсутствии комплексных, вскрывающих истоки и сущность эскапизма работ, в силу чего его проявления в различных формах культуры предстают как разрозненные, гетерогенные, не имеющие внутренней связи. Можно утверждать, что в настоящее время «эскапизм» - это термин, который у многих на устах, легко используется, однако обозначаемое им явление не осмыслено в достаточной мере на философском уровне глубины, о чем, в частности, свидетельствует игнорирование этого термина большинством философских словарей и энциклопедий.

Проблема исследования обусловлена малоразработанностью и неоднозначностью интерпретаций феномена эскапизма в философии и других гуманитарных науках и может быть сформулирована в виде вопросов. Что такое эскапизм? Чем обусловлено его появление и распространение: внутренними качествами индивида или действием определенных культурных факторов? Какова связь эскапизма и так называемых аддикций или зависимостей?

Целью исследования является осмысление эскапизма как существенно значимого феномена человеческого бытия, актуализированного посредством ряда конституирующих компонентов культуры современного информационного общества.

Исходя из данной цели, в диссертации поставлены следующие задачи исследования:

- проанализировать наметившиеся подходы к пониманию эскапизма, выявить его сущность и логически отграничить эскапизм от смежных культурных явлений;

- рассмотреть основные антропологические и культурные предпосылки эскапизма;

- рассмотреть особенности информационного общества, связанные с актуализацией и развитием эскапизма;

- классифицировать и проанализировать феномены культуры медианасыщенного общества, связанные с проявлением эскапизма.

В качестве теоретико-методологической основы исследования выступают, прежде всего, концепция отчуждения, исходно разработанная Л. Фейербахом и К.Марксом, развернутое в экзистенциализме противопоставление подлинного и неподлинного бытия человека, идея «бегства от свободы» Э. Фромма, концепция симуляции Ж. Бодрийяра, анализ происходящих и ожидаемых фундаментальных трансформаций культуры Э. Тоффлером, Д. Нейсбитом.

Научную новизну исследования составляют:

- экспликация сущности и определение понятия эскапизма, его отграничение от смежных социокультурных феноменов; анализ антропологических и культурных предпосылок эскапизма, выявление и исследование его культурных катализаторов;

- обнаружение и описание явления отчужденного досуга; рассмотрение его как условия, способствующего развитию эскапизма;

- анализ ряда наиболее значимых проявлений эскапизма, включая такие как увлечение компьютерными играми и распространение порнографии, ранее почти не исследованных философией.

Научная новизна работы может быть конкретизирована через следующие положения, выносимые на защиту:

1. Эскапизм может быть определен как уход индивида от подлинного бытия через его симуляцию в развлечениях. Следует отличать эскапизм от различных аддикций, представляющих собой не просто «уход от…», а патологическую «тягу к…», причем к чему-то конкретному.

2. Формирование и распространение эскапизма во многом связано с культурой постиндустриального общества, порождающей такие важнейшие предпосылки эскапизма как:

- расширение культурного пространства свободы;

- усиление потребительской составляющей в культуре;

- возникновение медиасреды, комплексно интегрирующей информационные технологии в ткань культурного пространства.

3. Реалии культуры XX – XXI века позволяют говорить об отчуждении досуга, в котором человек не утверждает себя, а отрицает, не развивает свободно свою физическую и духовную энергию, а изнуряет свою физическую природу и разрушает свои духовные силы посредством уводящих от реальности развлечений.

4. Адекватное описание эскапизма требует различения понятий медиаканалов эскапизма, то есть феноменов культуры, обусловленных определенным способом передачи информации в медийном пространстве, и культурных катализаторов эскапизма. В работе к медиаканалам относятся, в первую очередь, телевидение и компьютерные коммуникации, к катализаторам - реклама, компьютерные игры, порнография.



Теоретическая и практическая значимость исследования.

Работа имеет, прежде всего, теоретическое значение в контексте развития философии культуры, философской антропологии и социальной философии. Ее результаты могут использоваться в преподавании общего курса философии, в преподавании названных философских дисциплин и различных спецкурсов. Кроме того, данная работа может послужить методологической основой для изучения эскапизма средствами социологии. Она содержит в себе также и определенный потенциал для разработки и реализации профилактики эскапизма в педагогике и организации работы с молодежью.



Апробация работы. Диссертация обсуждена на кафедре философии Курганского государственного университета и рекомендована к защите.

Основные положения исследования были представлены на международных конференциях «Машины. Люди. Ценности» (Курган, 2006г.), «Проблемы информатики: философия, науковедение, образование» (Санкт-Петербург, 2007г.), «Философия ценностей: религия, право, мораль в современной России» (Курган, 2008г.), а также на кафедре философии Курганского госуниверситета. По теме диссертации сделано семь публикаций.



Структура и объем работы: Работа состоит из введения, двух глав (первая из четырех, вторая из двух параграфов) и заключения. К работе прилагается список литературы из 124 наименований. Общий объем диссертации составляет 131 страницу.

ОСНОВНОЕ Содержание работы
Во введении обосновывается актуальность темы исследования, характеризуется степень ее разработанности, формулируются цель, задачи, методологические основания и научная новизна диссертационной работы, ее теоретическая и практическая значимость.

В первой главе «Общая характеристика эскапизма» анализируются наметившиеся подходы к пониманию эскапизма, выявляется его сущность. Исследуемое понятие логически отграничивается от смежных социокультурных явлений. Рассматриваются основные антропологические и культурные предпосылки эскапизма. Выделяются особые условия современной культуры, способствующие развитию эскапизма, которые фиксируются в понятии «отчужденный досуг».

В первом параграфе «Определение понятия и сущности эскапизма» предпринимается «инвентаризация» определений эскапизма и систематизация существующих подходов, что позволяет дать комплексный критический анализ соответствующего проблемного поля. Этот анализ показывает, что эскапизм может ошибочно отождествляться с ретритизмом (то есть уходом от принятых в обществе целей и норм поведения), с различными зависимостями, невротическими проявлениями. Такое отождествление происходит не только потому, что не существует общепринятого определения исследуемого явления, но и потому, что недостаточно прояснена сама его сущность.

Нередко для определения эскапизма используется словосочетание «бегство от действительности». Такое словоупотребление может далеко уводить от понимания исследуемого явления. Любая человеческая активность, даже глубоко биологичная, например, потребность в пище или половое влечение, преломляется через культуру. Понимание ухода от действительности может отодвигаться к самым границам различия человека и животного, культурного и природного. При некоторых крайних трактовках культура как надприродное сущее может быть вся оценена как уход от реальности (природы, естественности), и эскапистским окажется всякое специфически человеческое бытие.

Направление ухода или бегства от действительности в рассмотренных определениях эскапизма характеризуется как «мир воображения», «мир иллюзий, фантазии», «вымышленный мир». Мир иллюзий, воображения – это мир образов, которые живут в сознании человека. Это может быть мир, созданный самим индивидом, или мир художественного произведения. Но правомерно ли говорить об уходе от действительности в мир воображения? Читает ли индивид книгу (и в его сознании возникают целые миры, порожденные фантазией автора), или осваивает виртуальную реальность, создаваемую компьютерной симуляцией, он всегда остается под воздействием природных и социальных сил. Индивид, таким образом, никуда не уходит от действительности. При всем желании, по-настоящему попасть в мир воображения нельзя, человек обречен всегда оставаться в реальности.

Индивид может быть недоволен действительностью, может хотеть ее изменить, но при эскапизме он делает это только в воображении, реально оставаясь в той же ситуации. Если же происходит действительное изменение реальности, то это уже не эскапизм.

Относительно приемлемые в рамках публицистики метафорические описания эскапизма как бегства в вымышленный мир, ухода от действительности не удовлетворяют требованиям терминологической определенности, принятым в научном или философском сообществе. Существующий философский язык позволяет более глубоко и точно описать эскапизм как уход человека от своего подлинного проявления в мире (подлинного бытия), под которым понимается действительное присутствие и участие человека в своей жизни. Подлинность бытия может быть описана с достаточной определенностью с использованием модуса бытия в его экспликации Э. Фроммом.

При эскапизме, как показывается в диссертации, уход индивида от его подлинного проявления в действительности происходит посредством развлечений. В этом контексте развлечения – не просто отдых как релаксация и восстановление сил, не любая досуговая деятельность в самом широком смысле, не любимое занятие, дело, увлечение, хобби. Развлечения – это деятельность, поверхностно направленная на привнесение в реальность чего-то нового, но не в аспекте познания и развития, а в аспекте разнообразия, разбавления, разжижения повседневности. Нередко развлечения вообще ничего не приносят в реальность, временно опутывая индивида и забирая с собой психические, физиологические и материальные ресурсы. Индивид просто растрачивает себя на бесполезную псевдореализацию. Таким образом, развлечения как часть досуга и отдыха могут получить доминирующее значение в ценностях индивида. Здесь уже не идет речь об отдыхе, это «сжигание» себя развлечениями вхолостую. Погруженность в развлечения – это вытеснение бытия.

Если индивид реально действует, то его внутренний духовный опыт, который может складываться, в том числе, под воздействием различных образов, транслируемых через средства массовой информации, является активным фактором. Но если человек только воспринимает, и это воспринимаемое не выходит за пределы его сознания, когда индивид предпочитает пространство воображаемого мира миру реальному, то можно говорить об эскапизме. Виртуальный или воображаемый мир может оказаться для индивида привлекательней, чем реальный. В таких случаях присутствие, переживание своей жизни рассеивается, минимизируется. Индивид переносит свою жизненную реализацию из действительности в субъективную реальность. Сущность эскапизма может быть выражена как подмена подлинной жизненной активности ее симуляцией.

Эскапизм – не сиюминутная деятельность, не релаксирующая игра или просмотр уставшим после рабочего дня человеком нескольких телепередач. Эскапизм – это регулярная практика пустого растрачивания своего жизненного времени. Это образ жизни, когда индивид не знает, как ему реализовать себя и чем заняться. Именно такой человек попадается на удочку индустрии развлечений, именно его разум легко опутывается рекламно-развлекательными сетями массмедиа.

Эскапизм – это отчуждение индивида от себя самого как субъекта действия; свертывание творческого потенциала; имитация жизни, деятельности, чувств, поступков. В итоге эскапизм может быть определен как уход индивида от подлинного бытия через его симуляцию в развлечениях.

Самостоятельного рассмотрения требует вопрос соотношения эскапизма и так называемых аддикций. Необходимо различать пристрастие, болезненное влечение к алкоголю, наркотикам, компьютерным играм и т.д. от эскапизма. Эскапизм – это не зависимость, это более тонкое явление – не сразу заметное для индивида состояние неприятия, разрыва со своей реальностью. Зависимость может быть основана на эскапизме, когда бегство в другой мир становится для человека постоянной потребностью и необходимостью. Но если возникает такая зависимость, то скорее уже не индивид бежит от реальной жизни с помощью каких-то явлений и действий, а они завладевают им, и тянут к себе.

Некоторые исследователи выделяют положительный и отрицательный эскапизм, которые различаются, по их мнению, в зависимости от характера ухода. С нашей точки зрения, эта позиция – одно из проявлений аморфности термина «эскапизм», его слишком произвольного употребления в литературе. Когда та или иная деятельность способствует самореализации, развитию человека или действительному отдыху, релаксации, тогда не идет речь об эскапизме. Поэтому для одного человека компьютерные игры могут быть увлекательным времяпровождением, отдыхом и даже хобби, для другого – способом бегства от реальности, а для третьего – болезненной зависимостью.

Во втором параграфе «Человек убегающий. Антропологическое измерение эскапизма» рассматриваются наиболее важные антропологические особенности индивида, внутренне связанные с эскапизмом и характерные для склонных к нему личностей. К их числу, с нашей точки зрения, относятся мечтательность, рассеянность, устремленность к развлечениям, стремление заменить свою настоящую личность воображаемой.



Мечтательность. Мечтательный субъект часто предается представлениям о своем успехе в обществе, признании, известности, героических поступках, любовных похождениях. Но его деятельность не направлена к реализации своих желаний, а только на их генерацию в воображении. Это очень близко к тому, что понимается под эскапизмом. Но эскапизм связан не просто с нереализуемыми мечтами, а с развлечениями, уводящими человека от действительности, заменяющими его реализацию в реальности. В наше время распространен тип мечтателя-эскаписта, которого можно обнаружить на диване или кресле, занятым просмотром телевизионных программ или погруженным в виртуальную реальность компьютерных технологий.

Рассеянность. Под рассеянностью у контексте диссертационного исследования понимается состояние, которое выражается в том, что индивид отвлекается от своих непосредственных ощущений в конкретный момент, от собственного переживания реальности, присутствия, осознания окружающего. Рассеянность может развиваться как следствие современного способа организации досуга, когда различные технологии «сбивают» конкретную направленность человеческого внимания, распыляя, рассредоточивая его.

Устремленность к развлечениям. Некоторым индивидам, чтобы ощутить, что они живут, необходимы некие яркие, выделяющиеся из повседневности переживания. Таким индивидам нужны не просто развлечения, то есть нечто отвлекающее, а приключения, то есть что-то случающееся. Однако для массового обывателя потребность в приключениях, с одной стороны, в ее столкновении со стремлением к уюту и покою, с другой, может реализовываться путем симуляции и подмены реальных жизненных переживаний искусственными. Именно воображаемые события и происшествия, нередко воспроизводимые сегодня через всевозможные медиаустройства, могут восприниматься многими как «приключения», в противовес реальным, наполненным риском и нестандартными ситуациями, событиям своей жизни. Псевдоприключения подобного рода оказывются одним из самых распространенных, хотя и далеко не единственным видом развлечений, прокладывающих дорогу эскапизму.

Стремление заменить свою настоящую личность воображаемой. Тот или иной художественный образ или идеал может выступать для индивида образцом для подражания. Стремление к лучшему, воспитание в себе тех или иных качеств может обратиться в отрицание своей собственной личности и реальности. Искусственное подстраивание под выбранный образец, возможное несоответствие ему, может порождать неудовлетворенность и чувство отчуждения.

Несмотря на важность антропологических предпосылок для конституирования эскапизма, исследуемое явление не возникает исключительно под влиянием таких предпосылок. Субъективные качества индивида могут привести к эскапизму только при воздействии определенных культурных факторов.

В третьем параграфе «Культурные предпосылки эскапизма» анализируются те происходящие в постиндустриальном обществе изменения, которые внутренне связаны с формированием и распространением эскапизма. Выделяется несколько основных культурных предпосылок эскапизма.

Расширение культурного пространства свободы как предпосылка эскапизма. В отличие от традиционного общества, в котором жизнь была регламентирована, в постиндустриальном обществе уровень свободы индивидов значительно возрастает. Свобода проявляется через уменьшение регламентации, анонимность (которой способствует городская среда, в отличие от сельской, когда все знакомы друг с другом), улучшение благосостояния. Среди благ, которые получает большое число членов общества, можно выделить значительный временной резерв, который люди могут расходовать не на обеспечение себя необходимым продуктом.

В современном относительно «сытом» либеральном обществе индивид не ограничен выбором альтернативы «субъектность-подчинение». Он имеет возможность уйти и от подлинно свободного человеческого бытия, и от превращения в «винтик» жесткого социального механизма. Эскапизм представляет собой третью возможность, альтернативу существования в культурном пространстве - иллюзорную самореализацию. Именно возможность выбора способов и характера жизненной реализации означает, что человеком может быть избрана имитация и симуляция своей жизни, деятельности, поступков вместо их переживания и осуществления в реальности.



Усиление потребительской составляющей в культуре как предпосылка эскапизма. Ориентация на потребление, пронизывающая современную культуру, глубоко укореняется в сознании и поведении индивидов. Потребление связано с эскапизмом в том аспекте, что жизненная активность смещается в сторону ориентации на вещи, материальное обладание ими, что приводит к неподлинности. Модус быть, связанный с подлинным бытием человека и его реализацией, противопоставляется Э. Фроммом модусу иметь, то есть ориентации на потребление.

Мотивированные на обладание вещами, индивиды зависимы и одновременно отчуждены от них. Человек превращается в пользователя, причем не только вещей, но и своей жизни. В конечном счете, индивиды могут стремиться не прожить, а употребить свою жизнь, которая измеряется количественно, степенью того, что удалось накопить. Причем копится не только материальное, но и впечатления, события, эмоции.



Возникновение медиасреды как предпосылка эскапизма. Стремительное распространение медиа и расширение сферы их влияния позволяет говорить об актуальной культурной реальности как о медиасреде. Никогда ранее человек не обладал подобными мощными технологиями, причем доступными и охватывающими практически любого. Жизнь человека изменилась.

В диссертации современное общество характеризуется как медианасыщенное. Медианасыщенное общество – это общество, в котором информационные и телекоммуникационные технологии значительно интегрированы в систему социального функционирования и развития. Медиатехнологии в таком обществе приобретают большое значение как для жизни отдельного индивида, так и для всего социума.

Медиасреда конца XX начала XXI века носит преимущественно аудио-визуальный характер. Современная культура может быть охарактеризована как «экранная». Индивида повсюду окружают различные экраны. «Экранный» способ получения информации наиболее прост и удобен: индивид поглощает готовые зрительные образы, как правило, сопровождаемые звуковым потоком. Информация сама вкладывается в человека.

Эскапизм как значимое явление в пространстве культуры возникает при взаимодействии антропологических и культурных предпосылок именно в медианасыщенном обществе. В диссертационном исследовании анализируется связь антропологических предпосылок и распространения медиатехнологий.



Связь медиатехнологий и устремленности к развлечениям. В современном культурном пространстве развлечения выступают частью информационного потока медиасреды, постепенно укореняются в ней, становятся само собой разумеющимися. Происходит своеобразная инверсия – индивиды начинают обращаются к развлечениям не для того, чтобы скрасить досуг, а потому что медианосители, которыми окружены люди, предполагают развлечения.

Сам факт существования телевизора, проигрывателя, компьютера, предполагает его использование. Индивиды постепенно привыкают к постоянно функционирующему источнику информации и ждут или ищут, чтобы там всегда было что-нибудь интересное. Можно с уверенностью сказать, что некоторые вначале просто включают по инерции телевизор или свой домашний компьютер, а потом уже думают и выбирают, что будут там «смотреть».

Выделяется два основных актуальных медиаконцентрата досуга: телевидение и компьютерные коммуникации.

Связь медиатехнологий и рассеянности. Находясь в медиасреде, индивид, пользуясь терминологией Хайдеггера, должен быть постоянно «включенным». Состояние рассеянности во многом формируется как следствие постоянной направленности внимания индивида на внешние раздражители – всевозможные медиаустройства. Поглощенное и расфокусированное такими раздражителями, внимание только поверхностно захватывает отдельные куски реальности, погружая человека все больше в неподлинное, спящее состояние, или выражаясь словами Маклюэна «электронный наркоз».

Как правило, современный эскапист опутан медиа. Его окружают: музыка из всевозможных проигрывателей, фильмы, компьютерные игры, интернет-общение. Все это перемешано, и индивид не просто переключается с одного на другое, а часто совмещает. Ему нужно, чтобы постоянно было что смотреть и что слушать.

Телевидение, компьютерные программы, как и остальные источники информации, приковывают внимание, пожирают время, и порой доминируют над непосредственными актуальными жизненными вопросами и ситуациями. Активное построение и развертывание жизни индивида заменяется погружением в информационно-телекоммуникационное пространство.

Связь медиатехнологий и стремления заменить свою настоящую личность воображаемой. В медианасыщенном обществе многие чувства и представления индивидов могут быть опосредованы воздействием телевизионных программам, фильмов, популярных песнен. Между нами и реальностью постоянно присутствуют медиа, то есть точно в соответствии с латинской этимологией слова – «посредник». Но тенденция современной культуры такова, что «посредник» сам становится подлинной реальностью.

Распространение информационных технологий и приобщение к ним значительной части общества, в свою очередь, означает, что большое количество людей подвергаются воздействию различных медиаобразов. Благодаря такому воздействию индивиды все больше начинают стремиться к вымышленным образам в своей повседневной жизни, примеряя фантазию к реальности.

Конечно, индивид может «болеть» той или иной темой, и в определенной степени медиа могут вдохновлять его и придавать силы для осуществления своей мечты. (Например, тот, кто мечтает стать пилотом, может с большим энтузиазмом воспринимать фильм о летчиках). Однако медиаобразы нередко оказываются гораздо привлекательнее реальности. Чаще всего они лишь симулируют, разряжают остаток нереализованной и необходимой активности.

Экранная культура формирует особое восприятие действительности. Во многом она культивирует внешнюю реализацию, стремление самому попасть на экран, прославиться.

В четвертом параграфе «Отчужденный досуг» характеризуются некоторые распространенные негативные особенности проведения свободного времени в современном обществе.

Если в XIX веке Маркс отмечал проблему отчуждения труда, то реалии XX - XXI веков позволяют говорить об отчуждении досуга. Отчужденный досуг – это характеристика распространенной в современном обществе формы досуга, при которой возникает и распространяется эскапизм.

Распространенный вариант распределения рабочего времени и отдыха сегодня выглядит так: 8-9 часовой рабочий день, 2 выходных в неделю и отпуск раз в год. Такая схема занятости во многом способствует стандартизации досуга, когда отдых значительной части людей приходится на вечер и нередко сводится к просмотру телепередач и фильмов, чтению газет и журналов, играм на компьютере. Развлечения противопоставляются работе и выступают как способ проведения свободного времени.

У многих людей время, отданное работе, в значительной степени может восприниматься как время, отнятое у своей жизни в обмен на материальное вознаграждение. Об этом говорит Маркс, характеризуя отчужденность труда, далеко не преодоленную и сегодня. Учитывая, что работе отводится значительная часть жизненного времени, логично, что время, оставшееся после работы, становится выражением самостоятельности и свободы, возможностью уделить внимание себе. Однако вместо самореализации в свободное время индивид начинает искать различные способы уйти от реальности, от своего подлинного существования через развлечения, пассивное потребление информации – или, иными словами, через формы пассивного досуга.

Когда человек работает, то по большей части обеспечивает себя «на жизнь», а когда отдыхает, то нередко стремится оказаться «над жизнью», занять себя чем-то искусственно созданным для развлечения, «убийства времени». Таким образом, непрекращающийся жизненный процесс постоянно сопровождается стремлением находиться вне жизни.

Вторая глава «Медиаканалы и культурные катализаторы эскапизма в медианасыщенном обществе» посвящена анализу конкретных способов проявления эскапизма через определенные феномены культуры, для структурирования и характеристики которых предлагается использовать понятия «медиаканал эскапизма» и «культурный катализатор эскапизма».

В первом параграфе «Медиаканалы эскапизма» рассматривается взаимосвязь эскапизма и таких распространенных в современности феноменов культуры как телевидение и компьютерные коммуникации. Выделенные явления характеризуются как медиаканалы, то есть целостные явления культуры, детерминированные определенным техническим способом передачи информации в медийном пространстве.

Телевидение. Телевидение рассматривается как одно из главных развлечений и наиболее предпочитаемый способ организации досуга человека в современной культуре. Тотальная популярность телевидения и его относительная молодость позволяет сделать вывод о значительном вытеснении прежних, традиционных форм досуга из образа жизни людей.

Привыкая связывать свой досуг с телевизором, индивиды привыкают дистанцироваться от собственного непосредственного переживания реальности, участия в ней. Телевизионный дискурс формирует новый тип человека – зрителя. Не любой зритель ТВ, но зритель как тип, человек-зритель, – это эскапист.

Телевидение заменяет всякую активность аудиовизуальным потреблением, в прямом смысле обездвиживает человека. Популярность телевидения отражает пустоту жизни. Если индивид регулярно смотрит телевизионные шоу и сериалы, значит в его реальной жизни нет того, чем бы можно было заполнить «телевизионное» время. Эфир, сетка передач структурирует время. Здоровый или естественный режим может заменяться «телережимом».

Информационно-развлекательная сущность современного телевидения отражает и формирует направление вектора зрительского интереса на развлечения, который во многом сегодня связан с конституированием неподлинного бытия индивида.

Особое место в эфире современного телевидения и, соответственно, в жизни человека-зрителя, занимают телесериалы. Для различных аудиторий существует и выпускается множество сериалов: подростковые, криминальные, юмористические, исторические и т.д. Действие в сериале то напрягается, активизируется, то растягивается, замедляется, стимулируя интерес зрителя. Каждодневные коллизии героев как бы дополняют реальность индивида, который может проживать свое досуговое время вместе с героями сериала до года и больше.

Телевизионная «правдивость» отличается от реальности. Например, мы не осознаем реальный рост актеров или просто людей, попавших на то или иное телешоу; мы редко видим скрытый за гримом настоящий цвет человеческой кожи и т.п. Реальное событие и его трансляция по телевидению – разные вещи. Поэтому, феномен отчуждения зрителя от своей реальности как проявление эскапизма связан не только с содержание телепрограмм, но и с механизмом восприятия телевизионных трансляций, и особенностей их воспроизведения.

Сегодня индивиды стремятся приобретать телевизоры с большим экраном, домашние кинотеатры, более совершенную технику для передачи звука и изображения. Многие рекламные ролики эксплуатируют сюжет, когда телеизображение воспринимается настолько реально, что врывается в мир человека. Дать еще больше реальности – значит лишь сделать еще более реальной симуляцию.

Компьютерные коммуникации. Компьютерную коммуникацию по сравнению с телевизионной отличает отсутствие привязки к эфирному времени, более широкий уровень взаимодействия человека и компьютера, охватывающий всевозможные области деятельности. В современной культуре взаимодействие индивида с компьютером гораздо шире, чем выполнение неких рабочих обязанностей. Выделяется развлекательная составляющая компьютерных коммуникаций как значимая в данном исследовании.

Знаковая сфера виртуальной реальности компьютерных коммуникаций способна конституировать альтернативный реальному мир, к которому может стремиться индивид, тем самым совершая уход от подлинного проявления в действительности.

Взаимодействие с компьютером может осуществляться в режиме оффлайн, то есть неподключенным к сети Интернет, или когда возможности сети не используются, и в режиме онлайн, то есть подключенным к Интернет. Тенденция развития компьютерных технологий такова, что компьютер все больше превращается в «ворота в Интернет»: современные операционные системы и программы постоянно обращаются в глобальную компьютерную сеть для обновления; снижаются цены на интернет-услуги и одновременно растет число пользователей сети, что активизирует процессы коммуникации и обмен данными, например, фильмами, музыкой; появляются виртуальные кинозалы, осуществляется радиовещание через Интернет и т.д.

Среди большого функционального разнообразия Интернета мы выделяем развлекательную и коммуникативную составляющие как наиболее связанные с эскапизмом. Выделенные составляющие могут быть связаны между собой, например, сетевое общение может осуществляться ради развлечения.

При развлекательной составляющей ресурсы Интернет используются для удовлетворения потребности к развлечению. При коммуникативной составляющей возможности Интернета используются для общения, установления и/или поддержания связей между индивидами (родственниками, друзьями, деловыми партнерами, учеными и т.д.). Такая коммуникация рассматривается не как симуляцией общения, а как иной уровень взаимодействия. Но такое взаимодействие может способствовать формированию искаженного представления человека о себе, когда индивид подменяет свою настоящую личность воображаемой. Посредством интернет-общения нивелируются границы между реальностью и фантазией, вместо реальных действий происходит их декларация (индивид выдает желаемое за действительное). Таким образом, может конституироваться самоотчуждение и эскапизм.

Во втором параграфе «Культурные катализаторами эскапизма» анализируются некоторые феномены современной культуры, через взаимодействие с которыми непосредственно обнаруживается и развивается эскапизм. В данной работе представлены и рассматриваются те из культурных катализаторов эскапизма, которые наиболее значимы на сегодняшний день. К их числу в диссертации относятся реклама, порнография и компьютерные игры. Перечисленные явления поставлены в один ряд, потому что именно с их помощью осуществляется распространенный сегодня уход индивида от своей подлинности. Выделенные явления непосредственно не отождествляются эскапизмом, но эскапизм проявляется через них.

Реклама, компьютерные игры и порнография не могут рассматриваться как медиаканалы. Это именно особые явления культуры, связанные с эскапизмом, которые в свою очередь распространяются через медиаканалы.

Реклама. В современном информационном обществе реклама не только сообщает потребителям о свойствах тех или иных товаров и услуг, но и нередко оказывается средством воздействия на ценностные установки индивидов с целью формирования спроса. Рекламный дискурс направлен, как правило, на повседневную жизнь человека. Реклама по любому поводу имеет свое мнение: что носить, что читать, чем заниматься и т.д.

Реклама стремиться сформировать искусственные потребности, которые должны осознаваться человеком как его собственные. Реклама не только позиционирует необходимость тех или иных вещей, но постоянно спекулирует тем, что их использование – то, чего нам не хватает, чтобы быть счастливыми. Реклама приучает к тому, что достижение определенного результата всегда достигается только с приобретением того или иного продукта.

Маскируя свое суггестивное воздействие, реклама может создавать впечатление предоставления индивиду свободы выбора, продиктованного индивидуальностью. Парадоксальность и фальшивость таких концепций заключается в стремлении подчеркнуть индивидуальность серийными вещами.

Реклама – это потребительская мифология, призванная обеспечить спрос на множество товаров (в том числе ненужных), которые необходимо продать. Бренды, опутывающие индивида в повседневности, превращаются в модели поведения. Постоянное поддержание в себе необходимого уровня соответствия выбранному образу отчуждает индивида от своей подлинной личности, заменяя поиски смысла и собственного пути в реальности комбинаторикой массмедийных образов. Мотивированные на обладание вещами, индивиды становятся зависимы от них и отчуждены от себя.



Компьютерные игры. Игровой мир современных компьютерных игр все больше походит на реальность, которую позволяет воспроизводить неуклонно возрастающая мощь компьютерных технологий.

Динамика и интерактивность современных компьютерных игр позволяют обывателю симулировать различные приключения, не выходя за пределы своего дома или игрового клуба. В основном содержанием компьютерных игр выступают разнообразные «напряженные» ситуации и приключения: боевые действия, экстремальный спорт, противоправные поступки, которые в реальности, как правило, выходят за рамки повседневного существования обывателя. Соответственно, игрок может переживать и испытывать эмоции, ничем не рискуя, оставаясь в безопасности по другую сторону монитора.

Воспроизведение в игре особенностей управления автомобилем, самолетом, другим транспортным средством или техническим устройством превращает компьютерную игру в симулятор, который может обучить индивида определенным навыкам работы с соответствующей техникой. В определенной мере, игры, в основе игрового процесса которых лежит симуляция социального взаимодействия людей, могут актуализировать и помогать увидеть со стороны различные аспекты повседневного существования человека. Однако подавляющее количество игр, в том числе и симуляторов, носят в первую очередь развлекательный характер.

Современные компьютерные игры позволяют не только получить удовольствие от достижения победы в игре, но и реализовать в виртуальном мире определенную модель поведения личности. Нередко геймеры отождествляют себя с героем игры. Более того, в некоторых играх герой может носить имя играющего; с помощью различных параметров можно моделировать персонажа, создавая свой идеал или собственную виртуальную копию – герой игры превращается в воплощение игрока.

Многие современные компьютерные игры представляют собой целые города и миры со своими жителями, учреждениями, машинами, где игрок может покупать еду, недвижимость, менять одежду. Игрок начинает проживать свою жизнь в виртуальном мире. Когда компьютерная игра моделирует жизнь человека, то азарт и удовольствие от переживаемых приключений могут превращаться в попытку и привычку псевдореализации в виртуальном мире. В свою очередь, моделируемый игрой мир может выступать как более привлекательный и интересный по сравнению со «скучной и серой» реальностью.

Говоря о компьютерном игровом досуге, следует отметить, что он редко является настоящим отдыхом. Вместо расслабления игрок проводит игровое время в напряжении. Динамичный характер современных игр оказывает возбуждающее состояние. Игра захватывает все внимание играющего, становится основным объектом, на который направлено внимание. Увлеченный игрок может очень негативно и раздраженно реагировать на те или иные внешние попытки вывести его из игрового измерения за пределы виртуальной реальности. Только игра воспринимается им как ценность.

Как правило, для прохождения многих игр требуется определенное количество времени. Прохождение игры, улучшение результатов в ней может выходить для индивида на первое место среди жизненно важных действий. Даже не играя, он может все время возвращаться мыслями к игре, стремиться вновь оказаться в ней. Компьютерные игры затягивают, увлечение ими нередко превращается в зависимость. Несмотря на то, что компьютерные игры позволяют занять и интересно провести свободное время, а также моделируют определенные ситуации, позволяют проиграть те или иные социальные роли, в конечном итоге, игровое время забирает реальное. Активная социальная жизнь игрока останавливается или замедляется.

Порнография. Порнография может воплощать фантазии индивидов, симулировать желаемое развитие жизненных ситуаций. Не случайно существование разнообразных порновидеоигр и «интерактивных» порнофильмов, где игрок/зритель ассоциирует себя с героем, руководит им или сам выступает таковым. Технические возможности медиа, заключающиеся в контроле над изображением, могут определенным образом воздействовать на восприятие передаваемого ими полового акта.

Среди тех, кто обращается к порнографии, немало людей, имеющих супруга или полового партнера. Порнография может встраиваться в систему отношений полов, обладая в них определенной привлекательностью.

В реальности конкретная физическая близость – лишь определенный эпизод в человеческих взаимоотношениях, которые связаны и детерминированы множеством социальных и психологических факторов. В порно, как правило, сюжеты, обрамляющие и связывающие цепочку половых актов, условны, комичны или вовсе отсутствуют: Таким образом, совокупление вырывается за пределы жизненной реальности, становится автономным, самодостаточным. Порнопотребителю нужен не столько реальный половой акт, сколько акт порнографический, вуайеристский в своей основе. Для порнографического акта может быть вполне достаточно виртуального «партнера», на фоне снижения значения реального. Ведь один может не разделять сексуальных пристрастий другого, недомогать или вообще отсутствовать.

Порнография стимулирует сильное желание, разжигает похоть. Но при этом источник раздражения всегда остается по ту сторону «экрана». Переполненный возбуждением зритель, может только снять напряжение, но способы такого снятия он выбирает сам, уже в реальности. Если он направляет свою энергию на партнера, то последний выступает объектом снятия напряжения, возбуждения. Ситуация когда один партнер используется другим может быть и в обычных половых отношениях. Однако эскаписткое увлечение порнографией может привести к тому, что реальный половой акт может превратиться всего лишь в довесок, когда реальный партнер не выступает даже инициатором возбуждения, а только лишь механизмом удовлетворения. Индивид, даже совершая реальный половой акт, может сохранять психологическую, эмоциональную привязку к порнографии.



Таким образом, порнография, спекулируя на сексуальности, вовлекая зрителя в сладострастное действие, возможно, не столько способствует приданию остроты в сексуальных отношениях, сколько начинает выступать заменой их. Происходит трансформация: реальная половая жизнь индивида может оцениваться им с точки зрения соответствия или несоответствия представлениям, сформированным под воздействием порнографии. На пике порноэкзальтации действительные сексуальные отношения индивида могут вызывать гораздо меньше интереса по сравнению с чьими-то другими, снятыми на фото и видео.

В заключении формулируются основные выводы проведенного диссертационного исследования.
Список работ, опубликованных по теме диссертации
Статьи, опубликованные в научных журналах и изданиях, входящих в перечень для опубликования научных результатов диссертаций на соискание ученой степени доктора и кандидата наук
1. Греков, М.А. Порнография как отчуждение сексуальности в современной социокультурной реальности / М.А. Греков // Вестник Челябинского государственного университета. Выпуск 7. Философия. Социология. Культура. - Челябинск, 2008. – С. 26-31.
Статьи, опубликованные в других научных изданиях
2. Греков, М.А. Что такое эскапизм. К постановке проблемы / М.А. Греков // Сборник научных трудов аспирантов и соискателей Курганского государственного университета.– Курган: Изд-во Курганского гос. ун-та, 2006. –С. 29-31.
3. Греков, М.А. Компьютерные игры: цепи иллюзии или новое измерение свободы? / М.А. Греков // Машины. Люди. Ценности. Материалы международной междисциплинарной научной конференции. – Курган: Изд-во Курганского гос. ун-та, 2006. –С. 84-85.
4. Греков, М.А. Реальная виртуальность / М.А. Греков // Известия СПбГЭТУ «ЛЭТИ». Проблемы информатики: философия, науковедение, образование. – СПб: Изд-во СПбГЭТУ «ЛЭТИ», 2007. – С. 275-277.
5. Греков, М.А. Отчуждение досуга / М.А. Греков // Сборник научных трудов аспирантов и соискателей Курганского государственного университета. – Вып. IX – Курган: Изд-во Курганского гос. ун-та, 2007. – С. 25-26.
6. Греков, М.А. Современные компьютерные игры как симуляция реальности / М.А. Греков // Вестник Курганского государственного университета. – Серия «Гуманитарные науки». – Вып. 3. – Курган: Изд-во Курганского гос.ун-та, 2007. – С.7-9.
7. Греков, М.А. Отчуждение себя как следствие рекламной коммуникации / М.А. Греков // Философия ценностей: религия, право, мораль в современной России. Материалы IV международной научной конференции (Курган, 10-11 апреля 2008г.) - Курган: Изд-во Курганского гос.ун-та, 2008. – С. 51.



Каталог: sites -> default -> files -> files -> dissert
dissert -> Антиномичность городской культуры
dissert -> Антропная катастрофа: сущность, причины, генезис
dissert -> Общая характеристика работы актуальность исследования
dissert -> Граничное биокультурное начало в природе человека
dissert -> Социально-педагогическое сопровождение семьи, воспитывающей ребенка с тяжелыми формами церебрального паралича на этапе его подготовки к школьному обучению
dissert -> Креативное содержание рекламы
dissert -> Становление гражданской позиции школьников старшего подросткового возраста участников детских общественных объединений 13. 00. 01 общая педагогика, история педагогики и образования
dissert -> Феномен рекламного стиля мышления в совремЕнной культуре
dissert -> Рекламный образ как инвариант художественного в современной культуре
dissert -> Ментальные основания поведения русской интеллигенции «серебряного века»


Поделитесь с Вашими друзьями:


База данных защищена авторским правом ©dogmon.org 2017
обратиться к администрации

    Главная страница