Картина мира: круг основных проблем



страница1/3
Дата13.05.2016
Размер0.72 Mb.
ТипЛекция
  1   2   3
КАРТИНА МИРА: круг основных проблем. ( лекция).
План.

1.Типология картин мира в истории культуры. Понятие о мифе, временном циклизме, научно-философской эклектике, метафорике.

2.Формирование научной картины мира: основные этапы. Понятие о классике, неклассике, неонеклассике.

3.Современное положение дел. Эклектицизм.


Философская теория базируется на использовании предельно широких по своему объему понятиях – категориях. Есть два возможных пути работы с этими понятиями – определение ( дефиниция) этих понятий по ведущему признаку ( аристотелевский, формальный вариант; эффект сократического «наведения» на общее), либо определение через свою противоположность ( гегельянский вариант использования техники определения в терминах диалектической логики). Всякая работа с понятиями, особенно в сфере теоретической всегда начинается с дефиниции, что в конечном итоге определяет весь характер дальнейшего исследования ( правила, методы, подходы и т.д.).

« Картина мира» принадлежит именно к таким общим понятиям, дефиниция которых всегда «размыта». Однако продуктивность работы с «размытыми» понятиями не вызывает сомнений. Вариативность определения такого рода понятий связана с их реальным содержательным богатством при нечеткости ограничения мыслью самого феномена ими обозначаемого. Понятие, любое, это фиксированная мысль о предмете, если же предмет (денотат) – сама изменчивая реальность, то задача предельно усложняется.

Мне представляется, что такого рода понятия нуждаются в неких «рабочих» дефинициях, создающих и задающих возможное «поле» исследования. В этом смысле определение, данное понятию «картина мира» автором книги «Астрономическая картина мира и ее творцы» А.И. Еремеевой ( М., Наука, 1984), более тонко угадывает суть проблемы, чем некоторые стремящиеся к полноте философские дефиниции..

Итак, возможна (!) следующая дефиниция : КАРТИНА МИРА – это существование определенной устойчивой идейной атмосферы, которая стимулирует появление одних научных проблем ( или проблем в области знания), но при этом жестко препятствует появлению других.

Например, в конце девятнадцатого века сложно было бы перед сообществом ученых биологов отстаивать точку зрения креационизма, когда эволюционная концепция стала безусловно господствующей теорией, объясняющей происхождение живого и человека на планете ( вспомним небезызвестный «клуб самоубийц», описанный романтиком Стивенсоном в записках о принце Флоризеле, с упоминанием несчастного будущего самоубийцы, не могущего смириться с мыслью небожественного происхождения человека ), однако те же идеи вряд ли могли пробить себе дорогу во времена Галилея. Напротив, сегодня идея креационизма ни у кого не вызовет одной лишь ироничной улыбки, идеи синергетизма ( теории самоорганизации открытых нелинейных систем) могут иметь как атеистический, так и неатеистический характер ( теория сопряжения различных видов энергий, их согласования), теория эволюции превратилась в синтетическую теорию эволюции ( СТЭ), накопившиеся в ней противоречия требуют пересмотра, но никто из научного сообщества пока на это не решается, при этом научно-популярные фильмы вообще не подвергают идеи эволюционизма никакому сомнению, а серьезные ученые готовы идти на любые компромиссы, чтобы «спасти» теорию, приблизительно так же, как спасал когда-то основы классической механики один из основателей квантовой механики – Нильс Бор. Не обязательно сжигать на кострах ( хотя и такое человечество переживало), достаточно жестко воспроизводить устоявшиеся стереотипы мышления, что собственно и создает господствующую идейную атмосферу ,чтобы это могло серьезно помешать продвижению новых ( часто неожиданных) научных идей. До сих пор в науке почти крамольными считаются идеи выдающегося астрофизика Козырева, некоторые из направлений деятельности основателя гелиотараксии Чижевского, атомизм в интерпретации Циолковского, лишь «почти открытым» предполагается существование черных дыр в космосе и т.д. Несмотря, однако, на мощный вектор консерватизма, который отличает любую цивилизацию, любое общество и принимая во внимание характер устойчивой идейной атмосферы=картины мира, следует заметить, что именно своеобразная культурная стабильность - культурный консерватизм парадоксально не только препятствует, но косвенно способствует продвижению каких-то новых идей за счет накопления базы информации внутри цивилизации. За счет этого осуществляется передача опыта от мастера к ученику непосредственно ( все древние цивилизации), ретрансляция знания через различные формы обучения ( Академия, Ликей, схола, университет и т.д. – в античные времена и в период Средневековья). Аккумуляция знаний даже путем закрепления их в стереотипах общественного мышления и поведения служит импульсом к формированию письменности, а в дальнейшем - искусственных языков в целях передачи информации будущим поколениям как в древнейших цивилизациях, так и сегодня.

Т.о. картина мира – это вполне насыщаемый содержанием термин для обозначения каких-то наиболее важных диалектичеких моментов в существовании и развитии человеческих сообществ.

Все классификации, как об этом писал «отец-создатель» логики правильного мышления - Аристотель, - неполны по определению. Можно пойти по пути выделения некоего минимума, встречающегося в различных, пересекающихся по своему содержанию классификациях, в этом случае применительно к нашей теме, выделяются три типа картин мира в истории известных нам человеческих цивилизаций: мифологическая, религиозно-философская и научная ( можно дополнить научную картину мира современным положением дел, которое я бы охарактеризовала как эклектику).
ТИПОЛОГИЯ КАРТИН МИРА.
МИФОЛОГИЧЕСКАЯ КАРТИНА МИРА.

Хронологически можно обозначить: от первых свидетельств о древнейших цивилизациях – приблизительно от второго тысячелетия до н.э. –до «осевого времени», т.е. 8-5 вв. до н.э.


Складывается в различных древних цивилизациях – китайской. индийской, египетской, вавилонской.
В мифологической картине мира, как правило, преобладают следующие характеристики мира и человека.

1.Мифологизм мышления, мифологизм в трансляции знания , мифологизм как господствующая идейная атмосфера во всех древних государствах. Характерной особенностью является рассмотрение мира как единого «живого» текста: каждый элемент этого мира имеет смысл ( «реальный символизм», если использовать термин Н.А.Бердяева и при этом «все во всем есть часть всего» (Анаксагор), т.е. по части можно судить о целом ( pars pro toto), все связано со всем ( Земля есть смысловой центр – «упование» всех небесных, высших сил).
МИФ.

Взгляд на мифологию изменили раскопки Генрихом Шлиманом ( 1822-1890) легендарного Илиона ( Трои) ( 1882 г.), подтвердив реальный исторический контекст развития событий в эпических поэмах Гомера. На миф «после Шлимана» взглянули как на зашифрованное свидетельство существования исторического факта. Культурология ХХ столетия, особенно в лице Ю.М. Лотмана, а также философа А.Ф.Лосева дала глубокую проработку понятия «миф» и тех феноменов, которые за ним стоят. Применительно к нашей проблеме особенно важно выделить в мифе две его составляющих – вымысел и символ. Итак, МИФ= вымысел+символ. Если вымысел всегда насыщен художественными образами и сродни искусству, то символ – это зашифрованное «содержание» ( знания) о конкретной реальности. Пример из Лотмана – хлеб может означать еду на ужин, или самое жизнь, когда мы говорим : «хлеб наш насущный». В Древнем Египте все люди носили талисманы, на которых были записаны магические заклинания, даже те, кто не умел читать. Для посвященного в тайны символики самой реальности (жреца, шамана, мага, волхва) человека могла замещать деталь его одежды, даже его тень.



Магия и ее конкретное воплощение – мантика использовали как эффект реального символизма, так и принцип суждения по части о целом ( какая, например, связь между печенью жертвенного животного и будущим успехом или неуспехом правителя, «заказавшего» жрецу гадание, или зачем колдун или шаман племени по волоску гадает на жизнь или смерть какого-то человека - все это исключительно исходя из принципа pars pro toto, или из понимания того, что в реальности как в живом тексте - все во всем есть часть всего). Индивидуализация даже дробей в Древнем Египте, сама иероглифика в Древнем Египте и Китае – все это говорит о том, что мифологизация реальности – это особый способ ее освоения, и хотя в нем много фантазийности, многие из достижений такого рода отношения к миру мы утеряли почти навсегда ( например, знание древними египтянами свойств органической материи, что необходимо было при бальзамировании тел умерших, понимание древними вавилонянами некоторых астрономических зависимостей, знание древними китайцами соотношений между различными органами нашего тела – рефлексотерапия, понимание индусами языка животных и т.д.).

2. Антропоморфизм – человекообразность интерпретаций всех окружающих древнего человека реалий от простейших соотношений ( в мире все имеет цель и предназначение, как и целеполагающее существо – человек), до описания стихий и богов – покровителей этих стихий. Рассуждения ведутся в этом случае преимущественно по аналогии, что критиковал уже в 4 веке до н.э. Платон. Однако в 17 веке Ф.Бэкон, назвав антропоморфизм «идолом рода», предупреждал о невозможности полностью избавиться от него. ( Например, современная палеонтология – это своеобразная форма веры в то, что «любые наши суждения о прошлом есть более или менее вероятные предположения, основанные на интерпретации фактов и событий современности», см. об этом Еськов К.Ю. «Удивительная палеонтология» М.,2007). Древние цивилизации отличает всепронизывающий органицизм вплоть до фаллических культов. В Древней Индии, например, весь мир возникает из очеловеченных частей Бога. Вот как описывает К.Фламарион в своей книге «История неба»( очень популярном в 19 веке исследовании) представление древних египтян о мире : « Внизу – Земля в виде лежащего бога, покрытого листьями, вверху небо в виде богини, тело которой испещерено звездами; меду ними - Мау, символизирующий разумное начало, управляющее равновесием мира; две ладьи плывущие по небесному своду символизируют восходящее и заходящее Солнце».

Рано или поздно антропомофизм должен был перерасти в рациональное осмысление человеком самого себя, что и произошло в «осевое время» человеческой истории.



3.Фисиолгизм, или натурализм древних цивилизаций. выражающий себя в политеизме, религии многобожия ( преобладает во всех древних культурах, за исключением израильтян).
4. Циклизм. Рассмотрение времени и всех событий во времени как циклического процесса ( сансара у древних индусов, метемпсихоз у орфиков, реинкарнация у латинян, идея «вечного возвращения» в архаическую эпоху у Гераклита и т.д.). Важно отметить, что циклизм порождал взгляд на прошлое как на золотой век человечества, но не мог породить ни идеи эволюции, ни идеи революции, ни представления о линейном ходе развития исторических событий, т.е собственно истории в привычном для нас понимании.
5. В астрономической картине мира преобладал геоцентризм ( Земля как центр мироздания, как упование всех высших сил, например, Боги-управители у вавилонян, Земля как самодостаточная величина во Вселенной и т.д.).

6.Идея всеобщей одушевленности – древний гилозоизм ( связано частично с мифологизмом мышления в древних цивилизациях). Любопытно, что русские космисты уже в 20 веке, особенно в лице Циолковского тяготели к возвращению этой идеи уже с научных позиций ( идея «одушевленности атома», например).

Поэтика мифа предполагает некоторую недосказанность в описании реальности, привносит ощущение тайны - таков древний герметизм как следствие магического освоения реальности. Человечество неоднократно будет возвращаться то в форме каббалистики, то в форме «великого делания» алхимиков, то в символике художественных образов искусства 20 века к мифологизированному ощущению реальности, к попыткам познания мира через символику мифа. Мифологизация, перерастающая в мистификацию социальной реальности в политических технологиях теперь уже прошлого ХХ века, вообще впечатляет. Коммунист, потерявший партбилет, – это трагический анекдот нашего времени - сейчас смешно, но пятьдесят лет назад – страшно.


Итак, основные характерные особенности мифологической картины мира это «реальный символизм»=мифологизм, антропоморфизм, циклизм, натурализм и гилозоизм ( иногда анимизм, как у шаманов) как в онтологической сфере, так и в гносеологии.
РЕЛИГИОЗНО-ФИЛОСОФСКАЯ КАРТИНА МИРА.

Хронологически от 8 века до н.э. («осевого времени») до эпохи Нового времени ( 17 века).


Различные варианты религиозно-философского освоения реальности начинают формироваться в «осевое время» известной нам человеческой истории. Термин «осевое время» предложен в ХХ веке экзистенциальным психологом и философом К.Ясперсом и означает, что в различных мало соотносимых территориально ( географически) цивилизациях начинается формирование антропологического отношения к миру, когда человек пробует создать различные мировоззренческие модели на основе складывающегося абстрактного знания о реальности ( буддизм в Индии, конфуцианство в Китае), квинтэссенцией этого процесса является «любовь к мудрости», т.е. философия, как она формируется в античной Элладе, достигая своего расцвета в эпоху классики ( 5-4 века до н.э.). По словам Ясперса, в это время «миф становится материалом для языка» ( в кн. «Истоки истории и ее цель»).
Характерными особенностями религиозно-философских моделей мира являются следующие:

1. Антропологизм ( сменяет антропоморфизм). Человек разных типов цивилизаций рефлексирует по поводу себя самого, своего положения в мире, смертности и бессмертия (конфуцианство в Китае, буддизм в Индии, философия в Европе).
2. Линейное ( или линеарное) время как следствие идеи творения мира Богом (КРЕАЦИОНИЗМ).

Следствием креационизма является появление идеи нравственного самосовершенствования в европейской культуре, т.е. эволюции ( постепенного, поэтапного восхождения человека к Богу), к 18 столетию эта идея приобретает черты просвещенческого атеизма, в котором Бога заменяет природа=натура, а человека – живой механизм, вполне «достроенный», до своего совершенства , лучший из всех природных механизмов ( остается только «исправить» «почву»=общество для его нормального существования). Особенно иллюстративна в этом плане работа философа-просвещенца 18 века Ж.Ламетри с характерным названием «Человек-машина».

Идея поступательного развития вплоть до признания взрывного характера социальных перемен, каким является революция, как и представление об исторической памяти человечества в системе – прошедшее-настоящее-будущее – также невозможно в рамках древнего циклизма, но вполне обосновано в анизотропном времени. Идея необратимости во времени, как и представление о сотворенной ( тварной) реальности диктует понятие о научном законе, закон же представляет из себя такую необходимую и существенную связь явлений действительности, в которой причина по определению предшествует следствию. Т.о. переход человечества к представлению себя в линейном (анизотропном) времени ( от Сотворения до Страшного суда) продиктовал возможность формулировки законов в привычном для нас классическом варианте.

Древний мир знал политические законы ( Аристотель определял человека как «существо политическое», Ликург покончил собой ради сохранения в неизменном виде выработанного им кодекса политических законов для полиса Спарты), однако «номос» у эллинов мыслился как искусственная конструкция, античный мир ничего не знал о законах природы, подчиняющейся, по мысли античных авторов, либо воле богов, либо принципу телеологизма=целесообразности, как, например, у Аристотеля, и только эпоха Нового времени высветила законосообразность самих природных процессов.



3. Космоцентризм ( гелиоцентризм и геоцентризм диалектически сосуществуют, например, гелиоцентризм Аристарха Самосского в античные времена; напротив, геоцентризм преобладает в эпоху патристики и схоластикти, но сменяется гелиоцентризмом во времена Ренессанса). Вселенная описывается рационально с использованием достижений античной математики ( Птолемей создает во 2 веке н.э. первую математическую геоцентрическую модель мира).

4. В различных картинах мира в этот исторический период преобладает тенденция к монотеизму, пантеизму или атеизму.
5. Атомизм: в античности атомистическая модель стохастически (случайно) возникшей и при этом жестко детерминированной Вселенной принадлежит Левкиппу-Демокриту; в средние века в гносеологии в рамках эмпирико-номиналистической традиции формируется лингвистический атомизм (каждой вещи- одно понятие) , вырабатывается важный и для современной науки принцип: не умножай сущности сверх необходимого ( «бритва Оккама»). Спор номинализма с реализмом в Средние века заканчивается компромиссом – концептуализмом Фомы Аквинского ( 13 век), что приводит в гносеологии к преобладанию концепции «двух истин» ( откровения и знания).

6. Социальный утопизм.

Антропологизм достигает своей кульминации в создании различного рода социальных утопий ( «Утопия» Т.Мора, «Город Солнца» Т. Кампанеллы , общехристианская республика Э.Роттердамского и др.). Рациональные поиски построения идеального государства от времен арабской фальсафы и до периода французской революции 1789 года часто грозят гибелью целым цивилизациям, тем не менее человечество продолжает свои жестокие эксперименты, несмотря на море крови и постоянные неудачи с осуществлением «идеальных проектов» и по сей день.

Мифологизированность сознания людей не исчезает, но перестает носить преобладающий характер в различных культурах, намечается тенденция к объективации знания, его рационализации и демократизации. Античная культура – это время формирования философских школ ( Академия Платона, Ликей Аристотеля, Сад Эпикура и т.д.), Средневековье – это возникновение и распространение по всей Европе университетов, универсальный характер которых проявляется в демократизации состава обучающихся (вместо ученого монаха – «бородатый студент»).

Т.о. характерными особенностями религиозно-философской картины мира являются в сфере изучения человека антропологизм и социальный утопизм, в онтологической сфере - креационизм и монотеизм ( или просвещенческий атеизм), в гносеологии – атомизм, номинализм, или компромиссный вариант существования «двух истин», а также детерминизм ( как следствие креационизма).

НАУЧНАЯ КАРТИНА МИРА.

Хронологически научная картина мира складывается как следствие двух «революций» в естествознании на рубеже 16-17 веков ( кульминацией выступает 18 век Просвещения) и на рубеже 19-20 веков ( кульминацией можно считать 60-ые годы 20 века.

Обычно, первый этап называют КЛАССИКОЙ науки, а второй – НЕКЛАССИКОЙ. Современное положение дел, или хронологически – «постшестидесятые», – интерпретаторы ( как и различные учебники по философии науки) различно характеризуют как постклассику, неонеклассику, или как ту же неклассику. Мне представляется, что рациональнее назвать современную картину мира эклектикой, что заметно и по разбросу в использовании терминов и в каком-то смысле составляет нерв науки нашего времени, и что уже в шестидесятые годы 20-го века К.Поппер обозначил как проблему демаркации науки от ненауки, проблему, по большей части сегодня все еще нерешенную.
КЛАССИКА.

Классическая, или первая НАУЧНАЯ картина мира, в истории человеческой цивилизации складывается на основе четко отработанной системы законов механики И.Ньютона, математически сформулированного им же закона Всемирного тяготения, рационализма Декарта, Лейбница, Паскаля, вульгарного материализма Ламетри, Кабаниса, сенсуализма Локка, Гоббса, Кондильяка и тех стереотипов научного мышления, которые приобретают в 17 ( эпоха Нового времени) и 18 веках ( эпоха Просвещения) характер либо деизма (минимизации функций Бога), либо атеизма (антропологический натурализм). Классический этап формирования науки отличается завидным оптимизмом в гносеологической сфере ( нет ничего невозможного ни экстенсивно, ни интенсивно, чего нельзя было бы познать, законы чего открыть и математически их сформулировать). Мир представляется либо четко отлаженным Творцом «небесным механизмом», либо природой с ее неизменными законами, следовательно, мир можно познать, адекватно описать и с определенной долей вероятности экспериментально эти описания подтвердить. Знаком эпохи становится ньютонианский тезис: «гипотез не измышляю»,- декартово: « то, что не математизировано, то не истинно» - и само понятие «критического эксперимента» ( т.е. такого эксперимента, который может подтвердить или опровергнуть всю научную теорию целиком). Тезис позитивиста О.Конта (19 век): главное в науке ответить не на вопрос «почему», а на вопрос «как», - становится руководящим в гносеологии. Классика отождествляется некоторыми эпистемологами (философами науки) с жестко-детерминированной, механистической картиной мира, однако в 80-ые годы 19 века формируются также диалектико-материалистические подходы в естествознании( Ф.Энгельс), делается попытка избежать редукционизма ( сведения сложного к простому) вульгарного материализма. При этом общим как для механицистов, так и диалектиков является сведение науки к понятию классического закона, можно сказать, что оба направления в научной методологии придерживаются тождества науки и закона. Не ставится ни проблема сложности языка самой науки, ни проблема «прозрачности» научного текста.

Попробуем смоделировать основные характеристики мира с точки зрения научной классики.


  1. Гелиоцентризм окончательно побеждает геоцентризм ( труды Дж. Бруно, Коперника, Галилео Галилея, Кеплера и др.).

  2. Движение рассматривается как имеющее универсальный характер.

  3. Открыты законы сохранения количества движения, вещества и энергии.

  4. Из двух моделей пространства и времени ( Ньютона и Лейбница) предпочтение отдано субстанциональной модели Ньютона, что диктует рассмотрение Вселенной как открытой стационарной системы.

Субстанциональная модель пространства и времени Ньютона.

Допускается возможность существования абсолютно пустого пространства ( вакуума Галилея).

ПРОСТРАНСТВО есть абсолютная протяженность, несотворенная субстанция, по своим метрическим характеристикам – безграничность.

Топологические характеристики ( с т.зр. качественности) такого пространства: абсолютная проницаемость, неподвижность, непрерывность ( континуум), изотропность ( равно во всех направлениях), однородность ( основание принципа мгновеннодействия), трехмерность ( Декартова система координат фиксировала трехмерность, принимаемую без доказательства).

ВРЕМЯ есть абсолютная длительность, бесконечно по своей метрике, существует независимо от пространства как несотворенная субстанция.



Топологическими характеристиками времени является одномерность, непрерывность (континуум), однородность, анизотропия ( необратимость, хотя запретить обратимость во времени ньютонианская механика не может, в ней также существует представление о симметричности прошедшего, настоящего и будущего).

Вселенная, построенная по открытым и сформулированным Ньютоном принципам и законам, описывается с использованием математического аппарата, созданного с ориентацией на постулаты и аксиомы Евклидовой геометрии.

Однако уже во времена Ньютона Г.Лейбниц выдвинул альтернативную концепцию релятивисткой модели пространства и времени, исходя из которой пространство рассматривалось как удобное ( инструментальное) понятие для обозначения сорасположенности предметов, объектов или явлений ( феноменов),

а время как обозначение различного рода последовательностей предметов, событий, явлений ( календари могут быть разными, но Александр Македонский жил раньше Ньютона; такого же принципа придерживается и современная палеонтология, в которой любая последовательность событий уже сама по себе является временем=относительным временем и составляет «палелонтологическую летопись», т.е. время стратификационно определяется по слоям залегания флоры и фауны).

В полемике Лейбница и Кларка ( представителя ньютонианской точки зрения) в классическую эпоху победила ньютонианская физика, однако уже во второй половине 19 века диалектики-материалисты стали настаивать на рассмотрении пространства и времени в качестве основных атрибутов материального мира, и хотя их выводы носили более идеологический, чем научный характер, на рубеже 19-20 веков изменения во взгляде на основные физические константы повлекло за собой и новые предпочтения: можно сказать, что Лейбниц взял верх над Ньютоном.
5. В области изучения биоса принимается за основу эволюционная теория (классический дарвинизм). Своеобразной формой редукционизма является позитивисткая концепция ( Г.Спенсер) «космического эволюционизма», сводящего социальные процессы к биологическим.
В целом научная картина мира на первом этапе ее формирования – это механико-математическая модель, редуцирующая сложные виды движения материи и сложные процессы в сфере идеального к более простым, очевидным, часто сугубо механическим процессам.

Характерными чертами научной картины мира периода классики является механицизм и редукционизм в онтологической сфере, эволюционизм и диалектико-материалистический подход в антропологической области (особенно в сфере социальных отношений), материализм ( вульгарный и диалектический) в гносеологии.

НЕКЛАССИКА.
Неклассическая научная картина мира начинает формироваться под «валом» открытий в физике : специальная ( СТО) и общая ( ОТО) теории относительности Энштейна, квантовая механика Нильса Бора и Шредингера, - а также под влиянием изменения ментальности в рациональных областях познания и в художественной сфере : теорема о неполноте К.Гёдля, «воображаемые геометрии» Лобачевского, Римана, пространство Минковского, лингвистические исследования Венского кружка, психоанализ Фрейда, неокантианская методология, модернизм в искусстве – все это знаки наступившего 20-ого столетия, разрушившего стереотип прозрачности научного знания, идеал непогрешимости научных законов, ясности языка логики и математики, моральности искусства. Человечество в науке и культуре как-будто заскользило по тонкому льду: вместо ньютонианской и декартовой ясности – метафорическая неясность в использовании терминов типа «квант», «фотон», «мнимое время ноль», «эдипов комплекс»; невозможность полной формализации научной теории (теорема К.Гёдля о неполноте), бесперспективность постановки «критического эксперимента» ( Дюгем), размытость нравственных критериев и представлений о красоте ( символ – черный квадрат Малевича).

В новой неклассической научной картине мира стали преобладать элементы фантазийности и метафоричности в описании реальности, математические модели мира выступили как не менее значимые, чем наблюдение и факт (например, математические модели Вселенной А.А.Фридмана), язык науки начал меняться в сторону размытости, неопределенности в переносах значений и вариативности. Итогом стала постановка вопроса о демаркации науки от ненауки уже во второй половине 20 века, когда вопрос об истинности научного знания был заменен на вопрос о догматизме и антидогматизме знания. О фальсификационизме как «прививке» от догматизма в науке см. лекцию «Наука как форма духовного производства. Парадоксы и сложности научного познания».


Материализм в неклассической научной картине мира уступает место энергетизму. Тезис «материя исчезла» в начале 20 века был обусловлен выдвижением Эйнштейном специальной теории относительности – СТО.

Опыт Майкельсона, поставивший под сомнение существование эфира, косвенно обосновавший константность=постоянство скорости света; преобразования Лоренца и Дж.Фицджеральда, законы электромагнетизма, сформулированные К.Максвеллом, – все это стало базой для нового понимания физических характеристик массы вещества, времени, энергии. Следствием СТО явилось понимание того, что при скоростях, близких к скорости света, масса вещества стремится к бесконечности, время замедляется, длина тела сокращается ( парадокс двух близнецов). E=mс2 – формула, которая показала, что сама масса вещества, считавшаяся в ньютонианской физике неизменной непроницаемой протяженностью, есть сгусток энергии. Диалектики материалисты ( кн. В.И.Ленина «Материализм и эмпириокритицизм») попытались решить данную проблему «исчезновения» массы вещества через расширительное толкование материи как субстанции, могущий принимать любые формы ( в т.ч. и энергии), но при этом всегда лишь обозначающей объективную реальность, однако физическая сущность, обозначенная этим понятием, осталась для ученого сообщества все-таки неизменной.



2.В СТО и ОТО сложилось представление о замкнутости Вселенной, мир и вселенная перестали быть взаимозамещаемыми понятиями.

Эйнштейн отказался от субстанциональной концепции пространства и времени Ньютона, признав возможность изогнутости (искривленности) пространства под воздействием больших гравитационных масс. ОТО диктовала признание связанности между собой пространства и времени – существование пространственно-временного континуума, получившего название «четвертого измерения» ( времени). Для понимания такой метрики пространства и времени стала использоваться хроногеометрия, построенная на базе «воображаемых геометрий» Лобачевского и Римана, а также n-мерной геометрии Минковского.



3. В неклассической картине мира остро встал вопрос о возникновении Вселенной и времени ее существования.

А.А.Фридман ( 1888-1925) сделал самостоятельные выводы из ОТО, не согласившись с Эйнштейном в том, что Вселенная должна иметь исключительно стационарный характер (у Эйнштейна Вселенная должна была носить характер стационарной замкнутой системы, имеющей форму четырехмерного цилиндра). Фридман отказался от постоянства R (радиуса) кривизны пространства и получил три возможных математических моделей Вселенной. Одна из моделей – сингулярная - в конце концов получила благодаря открытию астрономом Хабблом эффекта «разбегания галактик» свое физическое обоснование и была названа «Большой взрыв».



Модели Фридмана.

В 1922 году, через пять лет после первой космологической работы Эйнштейна и за семь лет до открытия Хаббла, Фридман обратился к модифицированным уравнениям общей теории относительности и доказал, что они богаче, чем об этом можно было судить ( см. об этом в кн. Артур Чернин «Космология: большой взрыв» Фрязино, 2005).

1. Сингулярная модель Вселенной ( Вселенная расширяется из точки пространства в момент времени ноль («мнимое время») с эффектом бесконечного расширения.

Именно эта модель и стала математическим основанием модели «Большого взрыва», в ней сохраняется представление о «стреле времени» ( термин введен Эддингтоном в 1928 году в работе «Природа физического мира», Мичиган), она включает в себя представление об эволюции Вселенной и вполне совместима как с моделью стохастической Вселенной в современном синергетизме ( Пригожин и др.), так и с креационизмом ( идеей сотворенности мира Богом).



  1. Расширяющаяся Вселенная с некоторой конечностью объема.

  2. Пульсирующая Вселенная ( коллапсирующая Вселенная, в ней чередуются сжатие и расширение, смерть Вселенной и ее восстановление, т.е. в этом случае Вселенная не вечна, понятия «мир» и «Вселенная» не совпадают, за понятием «мир» стоит кантовская «вещь в себе»).

Фридман писал по поводу сделанных им заключений: «Невольно вспоминается сказание индийской мифологии о периодах жизни, является возможность также говорить о сотворении мира из ничего…»

Он попытался вычислить возраст Вселенной «от сотворения мира» и у него получилось «порядка 10 миллиардов лет». По самым свежим ( 2005 г.) космологическим данным возраст мира заключен в пределах от 13 до 15 миллиардов лет.



4В неклассической научной картине мира произошел отказ от тождества науки и закона, что в основном было связано с созданием квантовой механики. «Кризис в физике» обычно связывают с заменой материализма на энергетизм, или с терминологической неразберихой, связанной с возникновением новых направлений в науке. На самом деле разрушено было представление о непрерывности, связанное с соблюдением принципа причинности в ньютонианской механике.

В 1952 году один из основателей квантовой механики Э.Шредингер писал в книге «Наука и гуманизм, или Физика в наше время»: « …мы обязаны утверждать. что элементарные составляющие материи совершенно лишены такого качества как «одинаковость»; когда вы наблюдаете частицу определенного типа, скажем, электрон, здесь и сейчас - в принципе это должно рассматриваться как отдельное событие.., утверждение о том, что в обоих случаях наблюдалась одна и та же частица, лишено подлинного точно выраженного смысла.» Далее он подчеркивал, что «элементарные частицы есть чистая форма, только форма и ничего более», при этом форму он определял немецким термином «гештальт», т.е. форма не имеющая «ни единой частицы материала», не имеющая геометрического выражения. Он разъяснял, что «наблюдаемые факты ( о частицах, свете, различных видах излучения и их взаимодействия)…несовместимы с классическим идеалом непрерывного описания в пространстве-времени», когда, как подчеркивал Шредингер, «рушится точная формулировка принципа причинности».

Создатели квантовой механики ( Нильс Бор, Шредингер, Планк и др.) показали, как стирается грань между субъектом и объектом в познании, ибо физическое действие на субэлементарном уровне всегда выступает как взаимодействие , при этом «наблюдающий разум» нельзя назвать «физической системой», т.к. он не может взаимодействовать с «произвольной физической системой», это было названо принципом дополнительности (объект не всегда наблюдается непосредственно, но его «гештальт»=явление может быть зафиксировано при помощи прибора).

5. В гуманитарной сфере неокантианцы уже в первые годы наступившего ХХ века остро поставили вопрос о двух методах в познании : описательном ( «идиографическом») - в гуманитарной сфере и объективистком («номотетическом»=законосообразном) - в естествознании. Несовместимость явления как описания индивидуального (неповторимого) и закона как повторяющегося в явлении преодолевалась ими аксиологически – через отнесение явления в гуманитарной сфере, например в истории, к ценности. Например, по мысли неокантианцев, Наполеонов-Боунопартов будет столько же, сколько историков будет освящать события его жизни, но отнесение к ценности каких-то его достижений вполне может сформировать некое подобие объективного взгляда на деятельность этой личности. В истории, как они пытались показать, нет проистекания события из какого-либо закона (даже если бы таковой и был открыт), историческое описание силлогистично: большая посылка – закон, меньшая – условие протекания исторического действия, вывод – индивидуальное (неповторимое) событие, которое и пытается как можно более подробно описать историк. Связь между большой и меньшей посылкой, т.е. между законом и условием, через средний термин обязательно возникает, но мало что объясняет в результате – выводе=индивидуальном событии. Можно, иллюстрируя неокантианскую логику, привести пример из нашей истории: личность Ивана Грозного у историка Карамзина – это навеки покрывший себя позором тиран, переступивший через все нормы морали; во времена Сталина, напротив, режиссеру Эйзенштейну был дан социальный заказ показать Ивана Грозного как великого реформатора и создателя мощного государства (фильм поставленный этим режиссером неожиданно для самих исполнителей стал подтверждением мысли Карамзина).ьного) и закона (обнаружение повторяющегося в явлении) преодолевалась ими аксиологически - черие"о названо принципом дополнительности ( объект не всегда наблюдается непосредственно, но может быть зафиксироваься как о

Неокантиацы особенно остро почувствовали опасность социальных экспериментов на основе тех идеологий, которые может породить претендующая на научность ( т.е. объективность и в каком-то смысле непогрешимость) социальная теория. Они даже выдвинули лозунг объединения кантианства и марксизма с целью соблюдения главного морального закона (категорического императива): поступай так, чтобы человечество, как в твоем лице, так и в лице всякого другого всегда употреблялось тобой как цель и никогда, как средство. Их пугало приравнивание Марксом сущности человека к совокупности всех общественных отношений и рассмотрение революций в качестве локомотивов истории, а как следствие, приравнивание прогресса к высшей гуманитарной ценности. Для неокантианцев все это означало «разрешение крови по совести» в общественных преобразованиях и жуткую перспективу смертоубийства , оправданного номотетически ( по закону). Опасения неокантианцев разделяли русские религиозные философы Серебряного века, американские прагматисты ( У.Джемс и др.). К сожалению, перенос абсолютов из сферы теории в реальность, череда революций, войн, создание идеологизированных тоталитарных государств – все это стало реальностью ХХ столетия.


6. Язык науки становится самостоятельной научной проблемой, вместо проблемы истинности знания - проблема логической взаимосогласованности терминов в научном тексте, или вместо вопроса о первичности материального либо идеального - уточнение значения выражения ( логический и лингвистический позитивизм начала ХХ века).

Суммируя все вышесказанное, можно выделить следующие характерные для неклассической научной картины мира особенности: энергетизм ( весь мир – это взаимодействие различных видов энергий) и схематизм ( преобладание мыслительных вероятностных моделей мира над наблюдаемыми) – в онтологии; стирание грани между субъектом и объектом (принцип дополнительности Н.Бора), метафоричность языка науки - в гносеологии, отсутствие оригинальных моделей социального переустройства ( замена социальных утопий на политические технологии), перенос гносеологических абсолютов в антропологическую сферу ( постановка «социальных экспериментов» по внедрению различных идеологий – следствий утопических социальных теорий) – в социологии.



Современное положение дел, или эклектицизм.

Современная научная картина мира столь эклектична, что ее, как мне кажется, в строгом смысле слова вообще нельзя назвать научной даже с неклассической точки зрения.



Признаются в этой картине мира как элементы уже состоявшихся стереотипов мышления, так и вновь возникающие ориентиры в познании мира. Часто, и это обращает на себя внимание при том «информационном взрыве», который мы сегодня наблюдаем, происходит возврат к давно забытым истинам. Наметилась тенденция к синтезу науки, религии и философии, которая проявляется в различного рода компромиссах во взгляде на Вселенную, человека, общество, познавательные программы. Синергетизм в онтологии , например, имеет сегодня как атеистическую, так и креационистскую направленность. Антропный принцип ( роль и место разумной жизни во Вселенной) в гносеологии и онтологии включает в себя пантеистические мотивы. В антропологической сфере остро встает вопрос о происхождении человека из-за накопившихся несоответствий в эволюционной версии антропогенеза ( особенно исследование последнего времени в палеогеномике). Синтетическая теория эволюции (СТЭ) не отвечает главной задаче любой научной теории – предсказанию. Мифологизм мышления прорывается через метафористичность современного языка науки. Стирается грань между реальностью и мифом. Если воспользоваться культурологической схемой М.Фуко: вещь, потом вещь-слово, потом слово ( знак) , - то наше время – это возврат к истокам, но только через порождение вещей словами, а не вещами слов, как было в древних цивилизациях. Работа с термином по существу вызывает построение очередной модели Вселенной – с Богом или обезбоженной, замкнутой или открытой, самоорганизующейся или спрограммированной. В современном учебнике по истории и философии науки можно прочитать, что современная наука «пока не может предложить универсальную теоретическую модель мира как целостной системы, а имеет дело с совокупностью частных моделей, каждая из которых удовлетворительно отражает свойства одного из фрагментов реальности; поэтому современную научную картину мира следует понимать как систему частных моделей». ( см., например,«Введение в историю и философию науки» под ред. С.А.Лебедева М., Академический проект, 2005) Очевидно, что такого рода моделирование должно нести на себе печать эклектики. Не спасает от эклектики ни сведение научной картины мира к физической картине мира ( через констатацию: все физические законы имеют всеобщий характер, что по меньшей мере сомнительно!), ни введение понятия «парадигма» и «научная революция» ( Т.Кун) и выделение таких «парадигм» науки на пути формирования научных картин мира как натурфилософская (преднаучная), механическая ( научная классика), универсальная ( современная) и т.д. В этом смысле можно поддержать авторов учебника «Концепции современного естествознания» под редакцией В.Н.Лавриненко и В.П.Ратникова ( М., 1999) в том, что они начинают свое изложение с главы «Естественно-научная и гуманитарная культуры». т.е. не занимаются редукцией ( сведением) всех явлений этого мира к их интерпретации в системе физического знания. Реальность настолько же «физична», насколько метафизична, «поведение» частиц еще в 30-годы теперь уже прошлого века заставило задуматься выдающихся ученых своего времени, таких, например, как Шредингер, Эйнштейн и др. над вопросом исключенности из физической реальности живых объектов с их непредсказуемой природой и мало исследованной энергетикой. Шредингер писал в связи с проблемой, имеет ли квантовая механика отношение к вопросу о свободе воли: « Я вне всякого сомнения представляю собой часть природы, в то время как с другой стороны, объективная природа известна мне как феномен исключительно моего разума».

ПРОБЛЕМА ГЕНЕЗИСА СОЗНАНИЯ И ЕГО СУЩНОСТИ.


ПЛАН.

1.Антропогенез как философская проблема.

2.Традиционная модель сознания.

3.Нетрадиционные модели сознания.


Существует не менее двух основных подходов в оценке сущности антропогенеза сегодня:

ЭВОЛЮЦИОНИЗМ и КРЕАЦИОНИЗМ.

Концепция ЭВОЛЮЦИОНИРОВАНИЯ ЧЕЛОВЕКА выстраивается на теории корреляции четырех основных факторов антропогенеза: труда, языка, мышления и социализации в процессе эволюционирования человека от его человекообразного предка.

Для обозначения этого направления появился термин «антропосоциогенез», дефиниция которого не является еще и сегодня прозрачной. Значительную роль сыграла в формировании этой концепции дарвиновская теория эволюции, а также марксистские разработки трудового происхождения сознания (всп. статью Ф.Энгельса под рабочим названием «Роль труда в процессе превращения обезьяны в человека»), в логической связи с названными направлениями находились исследования И.П.Павлова рефлекторной деятельности мозга высших животных и человека, его выводы о существовании «ВТОРОЙ СИГНАЛЬНОЙ СИСТЕМЫ»=ЯЗЫКА в качестве отличительной способности человека в природе, а также эмбрионального развития человека.

СТЭ, или синтетическая теория эволюции рассматривает такие факторы антропогенеза как труд, язык и общение только в координации, и ни в коем случае не в субординации, как это было во времена Энгельса и его последователей. Современные эволюционисты настаивают на том, что понятие «труд» вообще не стоит включать в число важнейших признаков антропогенеза, т.к. отличить охотничий и собирательский труд древнего человека от охотничьей и собирательской активности диких млекопитающих совсем не просто. Считается, что антропогенез в эволюции класса млекопитающих был лишь единым звеном параллельной эволюции разных групп, начавших в миоцене завоевывать открытые пространства. Выход на открытые пространства и завоевание степей способствовало социализации человека, возникновению дифференциации функций между членами стада, усложнению иерархии внутри первобытного социума и необходимости передачи навыков и опыта молодому поколению, так что язык, мышление, ретрансляция знания опередили даже навык прямохождения и «высвобождение руки», при этом человек умелый сформировался раньше человека прямоходящего. Для всех млекопитающих (не только для человека), вышедших на открытые пространства, характерно усложнение звуковой коммуникации, а по существу, возникновение особого языка общения .

Филогегенез (т.е. развитие всей человеческой популяции) в таком контексте рассматривается как единообразный процесс, в то же время онтогенез как индивидуализируемый процесс накопления разнообразных признаков в зависимости от разнообразных факторов природного и социального ряда также необходимо учитывать.

Т.о. важнейшие предпосылки возникновения человека – общественный образ жизни ( социализация), звуковая сигнализация ( на основе которой возникает речь с необходимой перестройкой голосового аппарата), дневной образ жизни, прямохождение, возникновение сложной иерархической структуры стада и связанное с этим разделение функций между членами сообщества – все это и образует важнейшие признаки антропогенеза, обусловленные изменением экологии ко второй половине миоцена, по крайней мере, так это видится современным сторонникам СТЭ.

Марксизм определяет сознание в рамках последовательного эволюционизма как «СУБЪЕКТИВНЫЙ ОБРАЗ ОБЪЕКТИВНОГО МИРА» на базе теории отражения. Сознание человека как существа разумного рассматривается как особая форма отражения окружающей реальности не только на уровне ощущений, но на уровне абстракций. Абстрактное мышление создает впечатление самодостаточности в работе самой «чистой» мысли. В истории философии неоднократно наблюдались попытки создания различных вариантов интерпретации работы человеческого интеллекта как некоего тождества мышления и бытия (элеаты, Шеллинг, Фихте, Гегель, некоторые варианты картезианства, в наше время картезианские идеи Мамардашвили и т.д.). Теория отражения подразумевает рассмотрение сознания и его составляющих по аналогии с любой отражательной деятельностью, в которой присутствует эффект воспроизведения признаков, свойств и отношений объекта какой-то материальной структурой. Характер отражения зависит лишь от степени сложности организации самой материи. Любое взаимодействие в таком контексте также рассматривается как форма взаимоотражения. Отражение может проявляться как простая механическая деформация, а может как химическое взаимодействие или как раздражимость и избирательность живого организма. Сознание и самосознание человека рассматриваются в этом случае как следствие социальной формы отражения реальности. Такого рода теория на самом деле мало что объясняет в специфике существования и проявления сознания человека. Не случайно уже начиная с 60-х годов ХХ столетия проблема природы идеального была одной из самых «неудобных» в системе диалектико-материалистических воззрений ( см. работы Ильенкова и др.).

Важной для понимания антропогенеза областью является палеонтология и как часть ее составляющая - палеоантропология, а также примыкающая к ней в наши дни палеогенетика ( или палеогеномика).



Справка.

Палеоантропология – это часть антропологической науки, которая занимается изучением физических особенностей древнего населения.

Элементарной единицей палеоантропологического исследования является скелет отдельного человека. Наиболее важны в плане определения морфологических особенностей человека такие части скелета как фаланги пальцев, лицевая и лобная части черепа. Великий И.В.Гете гордился тем, что именно он предложил использовать термин «морфология» при изучении древних скелетов. В конце 18 века выдающийся естествоиспытатель Ж.Кювье, изучая морфологию древнего скелета предполагаемого древнего человека (ребенка) доказал, что это кости саламандры ( позже Карел Чапек использовал этот сюжет в своем романе-мистификации «Война с саламандрами»). Долгое время вообще считалось, что ископаемых человеческих костей «допотопного человека» (как тогда говорили) просто не существует. Первой ласточкой изменения взгляда на исследование костей древних людей стали раскопки на территории континентальной Европы в долине Неандерталь ( 1856 год). Идеи идеалистической морфологии во многом базировались на теории ТИПОВ, считалось, что Творец должен был создать один, руководящий развитием всего живого тип ( «архетип»), или несколько типов, подчиняясь которым природа разнообразит свое существование множеством несходных свойств при сохранении базовых типовых сходств. Так были до формирования дарвинизма выработаны понятия «гомология» и «аналогия», в дальнейшем используемые эволюционистами. Важнейшим понятием в палеонтологии стало также представление об «архетипе». Дарвин истолковал с эволюционных позиций «архетип» не как замысел Творца. а как план строения общего предка для разных видов. Т.о. идеи эволюции вызревали в контексте сравнительной анатомии, идеалистической морфологии и в рамках идеи трансформизма всех живых организмов.

Получаемая палеонтолгами информация крайне ограничена: например, известна гипотеза Т.Хейердала о примеси северной расы у древних перуанцев и их распространению по Тихому океану с востока на запад из-за находок светлых волос в древнеперуанских погребениях разного хронологического возраста, однако исследования последнего времени показали, что при длительном пребывании в земле волосы теряют свой естественный цвет, темный пигмент переходит в светлый, антропологические основания теории Хейердала оказались призрачными; столь же призрачный характер имеют палеонтологические основания прародины славян в Прикарпатской области.

Следует помнить о вариационно-статистических методах, которые используются при обработке палеонтологического материала, а также о том, что именно ПОПУЛЯЦИЯ выступает в современной теории эволюции в качестве основной единицы естественного отбора.

Популяция по определению – это основная биологическая ячейка вида, на уровне популяций прежде всего проявляется динамика антропологических признаков.

При изучении современного населения популяции устанавливаются легко – это группы людей, объединенных по территориальному, этнографическому или этническому признаку, в палеоантропологии выделение популяций сложнее, оно связано с изучением неоднородных могильников, часто предоставляющих материал захоронений людей разной рассовой принадлежности.



В современной теории антропогенеза кроме проблем палеоантропологического ряда, связанных с реконструкцией событий бесписьменной истории человечества, существуют проблемы хронологии происхождения HOMO SAPIENS как вида.

Справка.

В 1959 году находка Л.Лики черепа зиджантропа (человека умелого=homo habilis)и каменных орудий вместе с ним удлинила время существования человека на 600 тыс. лет, доведя его до почти 2-х миллионов лет.

В 1969 году Международная археологическая экспедиция, в составе которой были бельгийские, французские, американские исследователи, сделала в Южной Эфиопии новое открытие: находка отодвинула дату начала человека как вида еще дальше до 4-х миллионов лет. Этап предистории человечества оказывался вдвое продолжительнее, чем можно было предположить ранее.

В 1997 году в Испании находка зубов древнего человека возраста 780 тыс. лет антропологом Хосе Мария Бермудес де Кастро была интерпретирована как находка костей человека – общего предка современного человека и неандертальца (40 тыс.лет назад), она ставила также под сомнение распространенную в современной антропологии гипотезу о происхождении древнего человека из единого центра- Африки и постепенного его распространения на другие территории.

Современные биологи в огромном своем большинстве рассматривают антропогенез синергетически как НЕЛИНЕЙНЫЙ процесс, при этом говорится лишь о возможной связи нашего общего предка с гориллами и шимпанзе 7 млн. лет назад, перспективы антропогенеза в таком контексте также неясны, как и представления о предчеловеке.

Известно, что в процессе перехода от австралопитеков к роду Homo произошло существенное увеличение размеров головного мозга ( процесс цефализации), грань между австралопитеками и ранними людьми достаточно условна, однако в контексте палеогенетических исследований различие между 48-хромосомным кариотипом человекообразных обезьян и (предположительно) австралопитеков и 46-хромосомным набором человека велико. Мы ничего не знаем о мышлении человека умелого ( Homo habilis), оставившего нам свои примитивные орудия труда «галечниковой культуры», можно отметить, что очень важную роль в древних человеческих сообществах, видимо, начали играть старики=старейшины, хранители передаваемого опыта и знаний.

Человека умелого около миллиона лет назад сменил человек прямоходящий(Homo erectus)=питекантроп ( Европа), позднейшей его формой считается синантроп, живший около 300 тысяч лет назад и уже владевший огнем ( Китай, под Пекином). Около 100 тысяч лет назад можно констатировать появление неандертальца ( Европа), совместные находки скелетов человека современного типа и неандертальцев известны по раскопкам в Палестине. Палеогенетики настаивают на том, что 28 тысяч лет назад неадерталец перестает существовать по непонятным пока причинам, при этом он не скрещивается с человеком современного типа ( Homo sapiens). Бесспорно, что 35-40 тысяч лет назад человек разумный уже обитает на территории Европы ( находки костей кроманьонца). Уловить эволюционные различия между кроманьонцами и людьми современного типа практически невозможно. Археологи оценивают численность человека 300 тысяч лет назад в 1 миллион особей.

Следует особым образом подчеркнуть, что СТЭ ( синтетическая теория эволюции) сформировалась как целостная концепция только к концу ХХ столетия. Свое название синтетическая теория эволюции получила от книги Дж.Хаксли «Эволюция: современный синтез», опубликованной в 1942 году.

СТЭ включила в себя как процессы макроэволюции, так и процессы микроэволюции ( исследуются генетиками). Огромный вклад в создание научных оснований для подобного синтеза принадлежит в нашей стране выдающемуся генетику Н.В.Тимофееву-Ресовскому. Чуть ли не первая попытка, как пишет об этом известный эволюционист и эколог Ник.Ник. Воронцов, в формулировке основных положений СТЭ принадлежит ее критику энтомологу А.А.Любищеву, который сделал акцент на постулировании основных положеий=постулатов синтетической теории.

Согласно определению, ПОСТУЛАТ ( от лат. postulatum ) – это требование (условие или даже допущение) в силу каких-либо соображений принимаемое без доказательства, но, как правило, с обоснованием, которое и служит обычно доводом в пользу принятия постулата.

Основные положения СТЭ именно постулируются, имея в основном обоснование в сфере эмпирии. Основной проблемой СТЭ Любищев считал «проблему приспособления и целесообразности». Я бы назвала это спором Аристотеля с Дарвином: один предлагал рассматривать все виды и формы космической реальности как всесовершенство (Аристотель и его идея энтелехиальности), другой много веков спустя настаивал на стохастическом ( случайном) характере естественного отбора благоприятных признаков и возникающей в результате этого отбора «лестнице» восхождения от простого к сложному ( Ч.Дарвин).

Н.Н. Воронцов в книге «Развитие эволюционных идей в биологии» (1999г.) предпринял попытку синтезировать основные положения СТЭ так, как это видится современным ученым, у него получилось 11 основных постулатов, которые можно перечислить:

1.Материалом для эволюции служат, как правило, очень мелкие, но при этом дискретные (прерывистые) изменения наследственности – МУТАЦИИ ( мутационная изменчивость носит случайный характер = «тихогенез»);

2.Основным движущим фактором эволюции является ЕСТЕСТВЕННЫЙ ОТБОР («селектогенез»);

3.Наименьшая эволюционирующая единица эволюции – ПОПУЛЯЦИЯ, а не особь (отсюда особое внимание к изучению стада, стаи и возникновение в 60-х годах ХХ столетия нового направления – популяционной биологии);

*Справка.



К 60-70-ым годам ХХ века стало ясно, что термин «популяция» расплывчат. Кажущееся простота в определение популяции генетиками как группы особей, среди которых в течение одного поколения реально может происходить скрещивание, вызывает критику со стороны экологов. Все большую популярность приобретает термин «дем» как элементарная структура популяции, внутри которой в течение одного поколения происходит обмен генами (этим сегодня занимается демэкология), речь идет о «пространственно-этологической структуре популяции».

4. Эволюция носит дивергентный характер, т.е один таксон может стать предком нескольких дочерних таксонов, но каждый вид имеет единственный предковый тип, а в конечном итоге и единственную предковую популяцию ( образ дерева с единым стволом и множеством ветвей).

*В этом положении можно усмотреть некое противоречие с положением о популяционном характере отбора ( см. постулат №3);

5.Эволюция носит постепенный ( градуалистический) и длительный характер (представления о возможности взрывного=сальтационнго характера эволюции, например, на уровне геномных мутаций у растений изучаться начали только в последнее время);

6.Вид состоит из множества соподчиненных ( морфологически, генетически, физиологически) подвидов ( популяций), концепция носит название – широкого политипического биологического вида;

7. Обмен аллелями, «поток генов» возможен лишь внутри вида, т.е. вид есть ГЕНЕТИЧЕСКИ ЦЕЛОСТНАЯ И ЗАМКНУТАЯ СИСТЕМА;

8. Поскольку критерием так называемого биологического вида является его репродуктивная обособленность, то эти критерии вида не применимы к формам жизни, существующим без полового процесса, т.е. агамным, амфимиктичным, партеногенетическим;

9.Т.о. за рамками концепции биологического вида СТЭ оказалось огромное множество видов прокариот, низших эукариот без полового процесса, а также некоторые специализированные формы высших эукариот – как среди животных, так и среди растений, вторично утерявших половой процесс; строго говоря этот же критерий вида неприемлим и для видов во времени, в результате чего происходит отказ от использования понятие «вид» в палеонтологии.

* Важно отметить, что все огромное видовое разнообразие современного населения Земли меньше числа вымерших видов.

Согласно СТЭ, не существует закономерностей макроэволюции, отличных от микроэволюционных, хотя есть явления параллелизма, конвергенции, аналогии и гомологии);

10. Любой реальный таксон имеет однокорневое, монофилетическое происхождение;

11. Исходя из всех постулатов ясно, что ЭВОЛЮЦИЯ НЕПРЕДСКАЗУЕМА, имеет ненаправленный к некоей конечной цели характер (т.е. нефиналистична!)

Воронцов также отмечает, что есть положения в СТЭ. которые не вызывают споров, однако во многом именно они представляют некую «ахиллесову пяту» современного эволюционизма. В частности, такова проблема происхождения жизни на нашей планете. Никто не спорит, что жизнь существует на Земле около 3,8 – 4 миллиардов лет. Однако, как возникла жизнь не ясно. Создается впечатление, что буквально сразу после остывания земной коры ( по космическим меркам 100 млн. лет на остывание планеты – предельно короткий срок) возникла жизнь. Непонятно также, почему почти одномоментно появляются на планете все скелетные организмы, а на становление сложной структуры генетического кода, биосинтеза белка, сложной ферментативной и структурной регуляции клеток прокариот остается ничтожный в геологическом плане промежуток времени ( 100 млн. лет).

Хорошо известна фраза «зубра» генетики Тимофеева-Ресовского: « О том, как произошла жизнь, знают лишь академик Опарин и Раиса Львовна Берг, а я был маленький, я не помню».

Сегодня популярно и даже «модно» рассматривать эволюционные идеи сквозь призму идей современной синергетики.



Поделитесь с Вашими друзьями:
  1   2   3


База данных защищена авторским правом ©dogmon.org 2017
обратиться к администрации

    Главная страница