Механизмы и языковые средства манипуляции в текстах сми



Дата16.05.2016
Размер0.6 Mb.
ТипДиссертация


На правах рукописи

УДК 811.161.1



КАТЕНЕВА Ирина Геннадьевна

МЕХАНИЗМЫ И ЯЗЫКОВЫЕ СРЕДСТВА МАНИПУЛЯЦИИ

В ТЕКСТАХ СМИ

(на примере общественно-политических оппозиционных изданий)

Специальность 10.02.01 — русский язык

(филологические науки)



АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

кандидата филологических наук

Новосибирск 2010

Работа выполнена на кафедре современного русского языка ГОУ ВПО «Новосибирский государственный педагогический университет».
Научный руководитель: кандидат филологических наук

БУЛЫГИНА

Елена Юрьевна


Официальные оппоненты: доктор филологических наук

ЛУКАШЕВИЧ

Елена Васильевна


кандидат филологических наук

БАРАНЧЕЕВА

Екатерина Игоревна


Ведущая организация: ГОУ ВПО «Томский государственный университет»

Защита состоится 9 апреля 2010 г. в 13.00 на заседании диссертационного совета Д 212.172.03 по защите диссертации на соискание ученой степени доктора филологических наук при ГОУ ВПО «Новосибирский государственный педагогический университет» по адресу: 630126, г. Новосибирск, ул. Вилюйская 28, корпус 3, ауд. 212.


С диссертацией и авторефератом можно ознакомиться в научной библиотеке ГОУ ВПО «Новосибирский государственный педагогический университет» (ул. Вилюйская 28).

Автореферат разослан «__» марта 2010 года.


И. о. ученого секретаря

диссертационного совета

доктор филологических наук,

профессор Матханова И.П.

Общая характеристика работы

Диссертация посвящена исследованию особенностей манипулятивного воздействия в текстах современных периодических изданий, а также анализу вербальных и невербальных средств реализации стратегий и тактик манипуляции на страницах оппозиционных газет.



Актуальность данной работы обусловлена необходимостью выявления особенностей манипуляции в СМИ. Специфика манипулятивного воздействия в масс-медиа рассматривается как одна из характеристик современной речевой деятельности, изучение которой находится в центре внимания лингвистов (Р. М. Блакар, Т. Г. Винокур, Т. А. ван Дейк, В. Г. Костомаров, И. А. Стернин и др.). В большинстве работ, посвященных манипуляции массовым сознанием, анализируются манипулятивные технологии, стратегии и тактики воздействия, рассматриваются варианты психологической защиты. На периферии исследований оказывается роль языковых средств (вербальных и невербальных), которые являются базой для реализации манипуляции в сфере массовой коммуникации.

Особенности языкового манипулирования изучаются в рамках политической лингвистики, в частности исследуется роль политической метафоры (А. Н. Баранов, Э. В. Будаев, М. Джонсон, Ю. Н. Караулов, Дж. Лакофф, А. П. Чудинов и др.), речевое воздействие других тропов (М. P. Желтухина, Е. В. Какорина, В. Г. Костомаров и др.), анализируется выбор номинаций, используемых в речи политиков (Н. Ю. Воеводкин, Н. Б. Руженцева, А. А. Романов, Е. Г. Романова, П. Серио и др.).

Современные исследователи проявляют особый интерес к проблеме воздействия СМИ на массовое сознание (Ю. А. Антонова, Ю. С. Баскова, О. Н. Быкова, Н. Д. Голев, Н. Э. Гронская, Е. В. Горина и др.). Специфика манипулятивного воздействия в рамках коммуникации «журналист — целевая аудитория» рассматривается в различных аспектах: этическом (Б. Н. Бессонов, А. И. Власов, Г. Г. Почепцов, А. М. Цуладзе и др.), психологическом (Л. Войтасик, Р. Р. Гарифуллин, Г. В. Грачев, С. Г. Кара-Мурза, И. К. Мельник, В. Н. Панкратов и др.), риторическом (И. М. Дзялошинский, Е. Н. Зарецкая, А. К. Михальская, И. А. Стернин и др.), лингвистическом (Н.  А.  Купина, С. А. Мегентесов, И. Мохамад, Н. А. Остроушко и др.).

Изучению воздействующего потенциала периодических изданий, а также речевого поведения журналистов, создающих рекламные и политические тексты, посвящены работы коммуникативно-прагматического направления (О. С. Иссерс, Д. В. Ольшанский, Ю. К. Пирогова, О. Н. Паршина, Е. С. Попова и др.). Манипуляция рассматривается как вид психологического или речевого воздействия, при этом существует множество классификаций стратегий и тактик манипулятивного воздействия, реализующихся в сфере бытового, рекламного, политического дискурса. В связи с этим необходимо выстроить классификацию манипулятивных стратегий, представленных в текстах периодических изданий, выявить особенности функционирования системы «стратегия → тактика → прием → языковые средства». Актуальность данного исследования обусловлена возрастающей ролью манипулятивного воздействия в СМИ и недостаточной лингвистической изученностью комплекса вербальных и невербальных ресурсов, обладающих манипулятивным потенциалом в текстах периодических изданий.



Объектом исследования являются тексты, опубликованные на страницах общественно-политических оппозиционных газет, то есть изданий, критикующих существующий режим и выдвигающих собственные альтернативные проекты развития общества.

Предмет исследования — стратегии и тактики, а также вербальные и невербальные средства реализации манипуляции, которые используют журналисты оппозиционных газет.

Эмпирический материал. Для получения объективных результатов анализировались материалы трех оппозиционных газет, представляющих интересы различных политических групп и имеющих разные характеристики с точки зрения локальности. Это федеральные издания «Новая газета» и «Завтра», а также городская газета «Новая Сибирь». Публикации отбирались методом сплошной выборки, рассматривались только журналистские материалы. Для выявления стратегий, тактик, приемов, языковых средств манипуляции анализировались номера газет, вышедшие с 2003 по 2009 год включительно. Характеристика коммуникативной политики изучаемых изданий (в частности соотношение доминантных стратегий и тактик манипулирования) давалась на базе материалов, опубликованных в течение 2008 года.

Цель диссертационной работы — исследовать вербальные и невербальные средства реализации манипуляции в текстах оппозиционных изданий. Достижение поставленной цели связано с решением следующих задач:

1) охарактеризовать основные походы к пониманию феномена манипуляции;

2) рассмотреть особенности коммуникации, которые способствуют реализации манипулятивного воздействия в печатных СМИ, и дать определение манипуляции в оппозиционной прессе;

3) выявить и описать виды манипуляции в текстах СМИ;

4) построить классификацию стратегий манипуляции, реализующихся на страницах оппозиционной прессы, и определить закономерности соотношения стратегий, тактик, приемов, языковых средств;

5) выявить и охарактеризовать вербальные и невербальные средства реализации манипулятивного воздействия в текстах оппозиционных газет;

6) установить связь между выбором конкретных манипулятивных стратегий, тактик, языковых средств и коммуникативной политикой (концепцией) издания.

Методологической базой исследования являются работы отечественных и зарубежных исследователей, посвященные теории речевого воздействия (Т. А. ван Дейк, Е. В. Клюев, А. А. Леонтьев, Н. А. Остроушко, И. А. Стернин, П. С. Таранов, М. Ю. Федосюк и др.), коммуникативным стратегиям и тактикам (В. З. Демьянков, О. С. Иссерс, П. О. Миронова, О. Н. Паршина, Г. Г. Почепцов, Б. Н. Руженцева, А. А. Филинский и др.), теории манипулятивного воздействия (В. Бенуа, О. Н. Быкова, Л. Войтасик, Е. Л. Доценко, С. Г. Кара-Мурза, В. И. Карасик, Т. М. Николаева, В. Н. Панкратов, И. В. Сентенберг, А. М. Цуладзе и др.).

Вербальные и невербальные средства манипулятивного воздействия в текстах оппозиционных изданий выявлялись и анализировались на базе исследований лингвистов (Т. В. Булыгина, Л. Ю. Веретенкина, М. Р. Желтухина, С. А. Мегентесов, О. Л. Михалева, И. Мохамад, Е. В. Лукашевич, Л. А. Нефедова, Ю. К. Пирогова, Е. С. Попова, С. И. Сметанина, А. П. Чудинов, А. Д. Шмелев и др.) и журналистов (В. М. Березин, А. А. Грабельников, Э. А. Лазарева, К. М. Накорякова, Е. П. Прохоров и др.).

В диссертации используются следующие методы лингвистического исследования: анализ словарных дефиниций, контекстуальный и компонентный анализ, дискурсивный анализ. При систематизации, классификации, обобщении результатов наблюдений применялся описательный метод. В процессе выявления и характеризации стратегий и тактик манипуляции, реализуемых на страницах оппозиционных изданий, использовался контент-анализ. Сравнительно-сопоставительный метод позволил выявить особенности коммуникативной политики анализируемых газет, то есть определить доминантные стратегии и тактики манипулятивного воздействия, а также связь между их выбором и особенностями целевой аудитории газеты.

Научная новизна работы заключается в рассмотрении манипуляции в текстах СМИ как макростратегии, а не одной из стратегий коммуникации. Представлена авторская классификация манипулятивных стратегий, созданная на основе таких критериев, как мотив общения и интенции журналиста. Описаны тактики и приемы реализации манипулятивных стратегий, охарактеризованы вербальные и невербальные средства манипуляции, а также особенности их взаимодействия. В работе уточняются определения «манипуляция в СМИ», «манипулятивная стратегия» и «манипулятивная тактика»; конкретизируется представление о видах манипуляции в текстах периодических изданий.

Выявлена специфика реализации манипулятивного воздействия, связанная с типологическими характеристиками СМИ (оппозиционные газеты). Установлена связь между выбором конкретных стратегий, тактик, языковых средств манипулирования и коммуникативной политикой издания, которая определяется реальным и моделируемым образом целевой аудитории. Сравнительно-сопоставительный анализ доминантных стратегий, тактик и приемов манипуляции, реализованных на страницах качественных (официальных, проправительственных, оппозиционных) и бульварных изданий, позволил выявить особенности манипулятивного воздействия, связанные с функционально-тематической направленностью газеты.



Теоретическая значимость работы заключается в изучении манипуляции с точки зрения ее многоуровневости и многослойности. В процессе выявления манипулятивных стратегий учитывался комплекс факторов, что позволило представить нежесткую классификацию, отражающую особенности речевой деятельности журналистов. В результате челночного движения от стратегий, тактик манипулятивного воздействия к приемам, языковым средствам и обратно была создана свободная модель с открытым списком тактик, объединенных по доминантному признаку. Подобный ход исследования позволил установить связь между стратегиями, тактиками, приемами и языковыми средствами манипуляции, а также выявить зоны их пересечения. Изучение манипуляции с точки зрения многофакторности, в частности наличия у газетного текста двойного адресата, обусловило выявление непрямых способов воздействия, связанных с расширением зоны неопределенности.

Практическая значимость диссертационной работы заключается в возможности применения ее теоретических и практических результатов в процессе профессиональной подготовки лингвистов, журналистов и специалистов по связям с общественностью, в частности при чтении курсов «Лингвистический анализ текста», «Журналистика и лингвистическая безопасность», «Теория и практика СМИ», «Риторика», «Основы речевой коммуникации», в спецкурсах и спецсеминарах по медиакритике.

Материалы исследования могут быть использованы в лингвистическом экспертировании текстов масс-медиа. На основе работы могут быть сформулированы практические рекомендации по созданию текстов, эффективно воздействующих на различные типы адресатов, а также по защите читательской аудитории от манипулятивного воздействия (методика определения манипулятивных текстов).



Положения, выносимые на защиту:

1. Манипуляция является макростратегией, которая включает в себя частные стратегии. С точки зрения мотива общения и интенций журналиста выделяются стратегии дискредитации и героизации, фрустрационная и псевдорационально-эвристическая стратегии.

2. Особенность манипуляции в СМИ заключается в ее многоуровневости и многослойности. В связи с этим манипулятивные стратегии можно вычленить только искусственно, в тексте они взаимодействуют на уровне тактик, приемов и языковых средств. Концентрация в одной публикации различных приемов манипуляции как на вербальном, так и невербальном уровне позволяет журналисту достичь намеченной цели, даже если часть приемов будет дешифрована читателем.

3. Выбор доминантных стратегий, тактик, приемов, языковых средств манипуляции определяется коммуникативной политикой издания и обусловлен спецификой целевой аудитории газеты. Наиболее востребованы в арсенале журналистов, работающих в оппозиционных изданиях, стратегия дискредитации и псевдорационально-эвристическая стратегия, так как их сочетание позволяет создать у читателя иллюзию объективного отображения действительности и сформировать негативное отношение к отдельному человеку, группе лиц, социальному институту, явлению.

4. Для реализации манипулятивного воздействия используются вербальные (лексические, морфологические, синтаксические, стилистические) и невербальные средства (креолизованный текст и параграфемные ресурсы). Наибольшим манипулятивным потенциалом обладают лексические и синтаксические средства, а также креолизованный текст, которые создают эффект двусмысленности и неопределенности, являющийся основой манипуляции. Вербальные и невербальные средства манипулирования эффективно используются в заголовочном комплексе и на межтекстовом уровне, что позволяет оказывать воздействие на адресата даже при беглом знакомстве с номером издания.

5. На страницах оппозиционных изданий манипулятивное воздействие не ограничивается политическим дискурсом. Манипуляция сознанием целевой аудитории осуществляется в публикациях, посвященных экономике, культуре, досугу, так как адресат менее критично воспринимает такие тексты. Помимо коррекции читательского мировоззрения, манипуляция реализуется для того, чтобы снять с журналиста (редакции) этическую и юридическую ответственность за сообщение негативных сведений об объекте дискредитации.

Основные положения диссертации апробированы на Всероссийской конференции «Седьмые филологические чтения» (Новосибирск, 2006); Международной научной конференции «Интерпретация текста: лингвистический, литературоведческий и методический аспекты» (Чита, 2007); Всероссийской конференции «Восьмые филологические чтения» (Новосибирск, 2008); Всероссийской научно-практической конференции молодых ученых «Актуальные проблемы журналистики» (Томск, 2008); Всероссийской филологической конференции молодых ученых «Семантические и прагматические аспекты высказывания и текста» (Новосибирск, 2007, 2008, 2009); Международной научно-практической конференции «Взаимодействие молодежных организаций со средствами массовой информации: проблемы и перспективы» (Новосибирск, 2009).

По теме диссертации опубликовано 16 статей, из них две в рецензируемых журналах, включенных в реестр ВАК.



Структура диссертации. Диссертационная работа состоит из введения, двух глав, заключения, библиографического списка и приложения.

Краткое содержание работы

Во Введении обосновывается актуальность работы, выбор объекта и предмета исследования, определяется цель, задачи, методы исследования, характеризуется теоретическая и практическая значимость работы, приводятся положения, выносимые на защиту.



Первая глава «Природа манипулятивного воздействия в текстах СМИ» посвящена описанию различных подходов к изучению манипуляции, выявлению специфики манипулятивного воздействия в прессе, характеризации видов манипуляции в текстах СМИ. В данной главе также представлена классификация манипулятивных стратегий, реализующихся на страницах оппозиционных изданий. В различных сферах деятельности манипуляция характеризуется следующими признаками: скрытостью воздействия и его управляющим характером; наличием явного и неявного уровней воздействия; отношением адресанта коммуникации к адресату как средству достижения целей; стремлением инициатора общения изменить установки реципиента, чтобы получить односторонний выигрыш.

Манипуляция в СМИ имеет ряд особенностей, обусловленных спецификой коммуникации: 1) реализация интересов коллективного адресанта (цели, преследуемые журналистом, редактором, учредителем СМИ, заказчиком материала, либо совпадают, либо находятся в конфликте); 2) существование двойного адресата манипуляции — целевая аудитория СМИ и герои конкретных материалов, которые, как правило, являются объектами критики; 3) несовпадение реальных интенций автора и намерений, декларируемых в тексте; 4) создание в материале максимальной концентрации различных приемов манипуляции как на вербальном, так и невербальном уровне, что позволяет инициатору общения достичь намеченной цели, даже если часть реализованных приемов будет дешифрована читателем.

В соответствии с выбираемым основанием классификации выявляются различные типы манипулятивного воздействия. В зависимости от условий реализации и характеристик адресата коммуникации исследователи выделяют межличностную и массовую манипуляцию. В текстах СМИ всегда реализуется массовая манипуляция. С точки зрения задач, поставленных адресантом, на страницах оппозиционных газет осуществляется композиционная и содержательная манипуляция. Цель композиционной манипуляции — привлечь и удержать читательское внимание, то есть любыми средствами заставить целевую аудиторию полностью ознакомиться с текстом материала, содержанием полосы, номера. К средствам реализации композиционной манипуляции относится: создание сенсационных заголовков, подзаголовков и лидер-абзацев (эффект усиленного и обманутого читательского ожидания); эксперименты с композицией текста (шрифтовые выделения, выноски и т. п.); особенности дизайна и верстки полосы.

Цель содержательной манипуляции — сделать читателя своим единомышленником, заставить реципиента принять точку зрения корреспондента (редакционного коллектива, заказчика материала). Содержательная манипуляция реализуется за счет искажения объема информации (неверная расстановка акцентов, утаивание какой-либо части сведений, частичная фальсификация фактов) и использования языковых средств.

В зависимости от адресата воздействия на страницах оппозиционных изданий реализуется манипуляция читателем (целевой аудиторией издания) и манипуляция оппонентом (дискредитируемым лицом). Чаще встречается манипуляция читателем, которая заключается в изменении целей, желаний, намерений, отношений или установок целевой аудитории, навязывании определенной точки зрения. Под манипуляцией оппонентом понимается сообщение негативных сведений об объекте дискредитации, унижение личного достоинства, деловой репутации человека таким образом, чтобы факт оскорбления, клеветы был недоказуем в суде.

Понятия «адресат воздействия» и «объект манипуляции» не совпадают, хотя они взаимосвязаны: адресатом является тот, на кого направлено воздействие, объектом — тот, кто не актуализировал момент манипуляции. Таким образом, адресатом манипуляции является активный читатель, который выявляет истинные интенции автора материала и расшифровывает манипулятивные приемы, а также оппонент (герой публикации), который эксплицирует момент умаления его авторитета, но не может доказать этот факт. В качестве объекта манипуляции выступает пассивный читатель, который доверяет конкретному журналисту и/или изданию, а также экономит собственные усилия при расшифровке сообщаемой информации.

В данной работе манипуляция в СМИ рассматривается как макростратегия. С точки зрения мотива общения и действительных, а не декларируемых адресантом интенций выделяются стратегии дискредитации и героизации, фрустрационная и псевдорационально-эвристическая стратегии. Стратегии дискредитации и героизации работают на характеристику объекта описания, фрустрационная и псевдорационально-эвристическая стратегии связаны с формированием тона публикации.

В текстах оппозиционных газет наиболее востребованы стратегия дискредитации и псевдорационально-эвристическая стратегия, так как их сочетание позволяет создать у читателя иллюзию объективного отображения действительности и сформировать негативное отношение к отдельному человеку, группе лиц, социальному институту, явлению. Особенности манипуляции можно описать через характеристику каждого компонента в структуре воздействия: стратегия → тактика → прием → языковые средства.



Стратегия дискредитации — стратегия, в основе которой лежит интенция, направленная на умаление авторитета оппонента (политика, партии, правительства), а также унижение, оскорбление и опорочивание объекта критики. Мотив стратегии — журналист пытается разобраться в причинах и следствиях сложившейся ситуации, главная задача — найти виновных и разоблачить их деятельность.

В оппозиционной прессе данная стратегия является лидирующей, что обусловлено функционально-тематической направленностью изданий. Она реализуется при помощи таких тактик, как бездоказательное умаление авторитета, сопоставительная тактика, цитирование объекта дискредитации, превращение нейтральных контекстов в дискредитирующие, оскорбление, агрессивный оппонент и др.

Для создания негативного отношения читателя к объекту критики без предъявления аргументированной доказательной базы журналисты чаще всего используют тактику «бездоказательное умаление авторитета». Дискредитация деятельности и личности оппонента реализуется за счет обозначения его самого или события, в котором он участвовал, словом или выражением, изначально содержащим в себе негативный оттенок.

Одним из распространенных приемов реализации данной тактики является прием «наклеивание ярлыков». Он базируется на эксплуатации предрассудков и стереотипов, так как создаваемый ярлык квалифицирует объект описания как нечто подозрительное, нежелательное. Для реализации данного приема корреспонденты концентрируют в тексте эмоционально-оценочные слова и устойчивые сочетания с негативной коннотацией (сообщник, взяточник, обман, бюрократия, коррупция, предательство, некомпетентность, неприличное поведение и др.).

Пример: Поймать Путина и его сообщников за руку трудно — слишком профессионально они заметают следы своей неприличной деятельности. Видимо, переняли опыт Саддама Хусейна: американцы так и не смогли найти в Ираке достаточных доказательств коррупции при режиме Хусейна. Хотя Саддам и его сыновья купались в роскоши и ни в чем себе не отказывали (НГ, 2007, №9). Дискредитация образа руководства страны осуществляется за счет употребления слов и выражений с негативной коннотацией, а также сравнения с дискредитировавшим себя лицом.

В зависимости от редакционной политики издания в качестве ярлыков выступают слова «либералы», «демократы», «коммунисты», которые в контексте приобретают негативную коннотацию. Это обусловлено спецификой существования и функционирования российской оппозиции, представители которой не выступают единым фронтом и воспринимают друг друга в качестве конкурентов. Так, на страницах «Новой газеты» и «Новой Сибири» формируется отрицательный образ представителей коммунистической партии, в текстах газеты «Завтра» объектом дискредитации становятся либералы, например: Сколько бы ни рассуждали нынешние российские «либералы» про «активное меньшинство, творящее историю», общественная поддержка у них стремится к уровню статистической погрешности, и они уже практически в открытую занимаются отрабатыванием зарубежных грантов и прочих «инвестиций» (Завтра, 2009, №17).



Псевдорационально-эвристическая стратегия — стратегия, направленная на создание иллюзии объективного и непредвзятого исследования действительности, логичности авторского рассуждения и адекватности комментирования, в то время как адресант коммуникации, используя логические «ловушки» и подстановку суждений, «навязывает» целевой аудитории определенную точку зрения. Мотив стратегии — журналист стремится усыпить бдительность целевой аудитории, снизить критический порог восприятия информации за счет использования ресурсов псевдоаргументации. Эта стратегия реализуется при помощи тактик совместное рассуждение, генерализация, апелляция к авторитету, создание неопределенности и др.

Наиболее востребованной является тактика «совместное рассуждение» — журналист создает у читателя иллюзию паритетного общения и предлагает совместно искать ответы на поставленные им же вопросы. Самым распространенным приемом реализации данной тактики является «аддубитация». В процессе рассуждения корреспондент имитирует сомнение, оценивая событие или деятельность конкретного лица. Для создания иллюзии консультирования с читателем используется личная адресованность, вопросно-ответный ход, а также риторические вопросы, обращенные к самому себе либо к массовой аудитории.

Например, отрывок из материала «Месть мундира и честь оборотня»: Вы поняли, на что обиделись милиционеры? Я нетЯ не знаю, есть ли достоверная статистика, отражающая уровень преступности по отдельным группам населения. Но ответьте себе сами на вопрос: «Кто больше совершает преступлений: учителя, врачи, студенты, уборщицы, продавцы, менеджеры, скотники, доярки или милиционеры?» Ответили? Я готов съесть потную от неустанной борьбы за правопорядок милицейскую фуражку, если уровень даже вскрытой, а уж тем более, латентной преступности среди сотрудников милиции ниже, чем среди всех остальных вместе взятых россиян (НС, 2007, №16).

Особенность реализации тактики «совместное рассуждение» заключается в том, что адресат коммуникации в процессе совместного поиска решения проблемы подталкивается журналистом к негативным умозаключениям. В анализируемом материале негативная оценка представлена уже в заголовке «Месть мундира и честь оборотня», что настраивает читателя на соответствующее восприятие основного текста. При этом корреспондент создает в публикации иллюзию паритетного общения, якобы интересуется мнением читателя, чтобы изложить собственное оценочное суждение (уровень даже вскрытой преступности среди сотрудников милиции больше, чем среди всех остальных вместе взятых россиян).



Фрустрационная стратегия, рассчитанная на активизацию эмоций адресата, находится в отношениях противопоставления с псевдорационально-эвристической стратегией. В основе фрустрационной стратегии лежит создание психологического напряжения, направленного на дезориентацию адресата коммуникации, выведение его из состояния эмоционального равновесия путем запугивания негативным прогнозом, детальной прорисовкой страшных последствий, связанных с событиями прошлого и настоящего. Мотив стратегии — журналист стремится искусственно вызвать состояние тревоги, сформировать систему подозрений, то есть осознанно настороженное отношение к окружающей действительности. Для реализации данной стратегии корреспонденты используют тактики нагнетание отрицательных эмоций, шокирование «фактами», негативное прогнозирование и др.

Одной из широко распространенных тактик является «нагнетание отрицательных эмоций», суть которой заключается в специальном представлении ситуации как безысходной и трагической. Журналист играет на читательских эмоциях, то есть акцентирует внимание целевой аудитории на моментах, вызывающих бурный эмоциональный отклик. Данная тактика востребована на страницах газеты «Завтра», так как она позволяет за счет эмоционального заражения и актуализации оппозиции «свой — чужой» снизить уровень критичности читательского мышления.

Стимулирование иррационального восприятия действительности лежит в основе приема «подмена фактов художественными образами». Корреспондент создает эмоциональное напряжение и фрустрацию за счет метафорического описания проблемы и подмены фактов аналогиями и ассоциациями. Пример: Вы знаете, как убивают лося? Лесной великан могуче бежит в сугробах, выбрасывая из ноздрей букеты пара. Первая пуля, попадая в зверя, замедляет бег, и он вяло бежит, неся под лопаткой свинец. Вторая пуля его останавливает, и он стоит в снегах с хлещущими кровавыми ранами. После третьей пули он падает на колени, тупо качает огромной головой, выдыхая из ноздрей сгустки боли. Четвертая пуля подошедшего вплотную охотника валит зверя с ног, уносит его страдающую жизнь. Сегодня в Россию попала третья пуля. Серия ужасных катастроф подтвердила мистический календарь «черного августа». Выявила полную исчерпанность политического курса и экономического устройства страны (Завтра, 2009, №35).

Зарисовочный элемент, представленный в лидер-абзаце материала, вводится для привлечения читательского внимания (личная адресованность вы знаете) и эмоциональной перезагрузки адресата. Метафорическое описание проблемы (Россия — несчастный зверь, которого убивает безжалостный охотник), создание ярких образов (лесной великан, свинец под лопаткой, сгустки боли) позволяет вывести целевую аудиторию на уровень иррационального мышления, в частности заставить принять безосновательное утверждение о полной исчерпанности политического курса и курса и экономического устройства страны.

В текстах оппозиционных газет наименее востребована стратегия героизации. Она рассчитана на создание положительного образа объекта описания, что больше соответствует редакционной политике официальных и проправительственных изданий. Стратегия героизации — стратегия, в основе которой лежит интенция, направленная на возвеличивание, укрепление авторитета человека, группы лиц, социального института (в том числе самой газеты) в сознании адресата коммуникации. Мотив стратегии — восстановить и/или увеличить доверие читателей к деятельности издания и политических сторонников. Данная стратегия реализуется при помощи тактик создание образа защитника, подчеркивание высоких морально-этических качеств, я (он) — профессионал и др.

Для повышения собственного статуса и уровня читательского доверия к изданию, что в свою очередь способствует реализации других манипулятивных стратегий, чаще всего используется тактика «я (он) — профессионал». Ее суть заключается в акцентировании внимания читателя на качествах, которые свидетельствуют о профессионализме и компетентности героя публикации. Как правило, на страницах оппозиционных газет эта тактика используется журналистами для саморекламы.

Наиболее распространен прием «гиперболизация в оценке своих действий и значимости», например: «Завтра» — не просто газета, а волнорез, о который расшибаются бури, желающие смыть Россию. Оружие, которое борется с теми, кто тщится уничтожить русских…За восемнадцать лет нашего существования нас не сразили пули карателей, не подавили суды либералов, не погубили расколы и неурядицы в стране патриотов. Нас может погубить экономический кризис, который резко уменьшил наши финансовые возможности, поставив газету на грань закрытия. Мы нуждаемся в помощи. Не мы, газета, а тот обширный пласт читателей, для которых «Завтра» является «живой» водой… Нам нужна материальная помощь. Присылайте в газету свои пожертвования (Завтра, 2009, №7). В данном отрывке также реализован прием «амальгирование» — создание «мы-дискурса». Манипулирование читательским сознанием строится на подмене значения эксклюзивного мы (редакционный коллектив газеты «Завтра») инклюзивным мы (читатели и журналисты издания).

Особенностью манипуляции в СМИ является ее многоуровневость и многослойность. В связи с этим манипулятивные стратегии можно вычленить только искусственно, в тексте они взаимодействуют на уровне тактик, приемов и языковых средств. Например, сопоставительная тактика является общей для стратегий дискредитации и героизации, прием «оперирование числами (статистикой)» реализуется на базе тактик «шокирование “фактами”» (фрустрационная стратегия) и «создание псевдоопределенности» (псевдорационально-эвристическая стратегия). Манипулятивные приемы «амфиболия», «создание оппозиции “свой — чужой”», «амальгирование», «визуализация» являются универсальными, так как участвуют в реализации практически всех манипулятивных стратегий.



Во второй главе «Вербальные и невербальные средства реализации манипулятивного воздействия в текстах оппозиционных изданий» предпринята попытка установления связи между выбором конкретных языковых средств и манипулятивными приемами, тактиками, которые они позволяют реализовать. Анализируются лексические, морфологические, синтаксические и невербальные ресурсы (креолизованный текст и параграфемика). Особое внимание уделяется установлению связи между выбором конкретных стратегий, тактик, языковых средств манипулирования и коммуникативной политикой конкретного издания.

Основными языковыми ресурсами манипуляции являются лексические средства. К наиболее востребованным из них относятся полисеманты, омонимы, окказионализмы. Важную роль играют семантические преобразования, обыгрывание имен собственных, трансформация фразеологических единиц и иных прецедентных текстов. Полисемия и омонимия являются семантической основой одного из самых распространенных и универсальных приемов манипуляции «амфиболия», суть которого заключается в создании намеренной двусмысленности. В текстах анализируемых газет чаще реализуется амфиболия, базирующаяся на омонимии. Как правило, она присутствует в элементах заголовочного комплекса; например, заголовок отчета о пикете новосибирцев в защиту Нарымского сквера «Скверные технологии» (НС, 2008, №19).

В читательском сознании актуализируются две интерпретации данного заголовка. Первая — в тексте рассказывается о плохом отношении городских властей к жителям Новосибирска. Вторая — журналист сообщает о способах защиты городских скверов от застройки. В толковых словарях прилагательное «скверный» трактуется как «гадкий, недостойный». Значение «имеющий отношение к скверу» актуализируется за счет использования потенциала типовой словообразовательной модели.

Значение обоих омонимов обыгрывается в надзаголовке «Пикет в защиту Нарымского сквера, закончившийся дракой и арестами, может быть репетицией предвыборных баталий» и в самом тексте публикации: Но митингующие лишь еще громче кричали и требовали привезти к скверу Владимира Городецкого. Через несколько минут в толпу зашли несколько человек весьма спортивного вида, завязали драку и как бы невзначай отошли в сторонку. Милиционеры после такого развития событий, естественно, пошли в атаку. Кого-то слегка задели, других растолкали, а самых ярых пикетчиков избили, уложили на асфальт и попытались утащить в машины. Амфиболия позволяет реализовать прием «наклеивание ярлыков» (тактика «бездоказательное умаление авторитета»), так как читатели в первую очередь воспринимают узуальное значение прилагательного «скверный».

Амфиболия является универсальным манипулятивным приемом, который лежит в основе реализации тактик «бездоказательное умаление авторитета», «сопоставительная тактика», «превращение нейтральных контекстов в дискредитирующие», «оскорбление». Амфиболия работает на привлечение читательского внимания, а также позволяет журналистам выразить негативное отношение к объекту описания и снять с себя юридическую ответственность.

Востребованность окказионализмов в текстах оппозиционных изданий обусловливается их нестандартностью и привязанностью к конкретному тексту, что работает на повышение экспрессивности материала, расстановку акцентов, наклеивание ярлыков; например, заголовок публикации, посвященной анализу политической ситуации на Украине, «Ющенячья радость» (Завтра, 2008, №42). Окказионализм «ющенячья» образован при помощи контаминации, то есть наложения фамилии украинского президента и прилагательного «щенячий». Корреспондент специально акцентирует внимание читателя на фонетической аллюзии Ющенко — щенок, что позволяет снизить статус президента (реализация зооморфной метафоры).

Наблюдаются две тенденции, характерные для образования окказионализмов на страницах оппозиционных газет: 1) фонетическое обыгрывание узуальных слов, создание потенциальных слов (Постцхинвалье, Византийщина, проблематизация, терорризация, вождизм); 2) нестандартное использование словообразовательных моделей (гастбезарбайтер, главначпуп$, варфолопутинский). В текстах оппозиционных изданий окказионализмы, как правило, являются языковыми маркерами тактик «бездоказательное умаление авторитета» (взяткодатель, путчелюб, демозавр, горбачевизм, быдлизация, олигархатура), «оскорбление» (гитлереныш, покидады, баблофилы, совокупленцы, дорогоносцы, либерасты, ГУМалишенные), «превращение нейтральных контекстов в дискредитирующие» (Новосибирцев выхухоли; Кто наспартачил?).

Более широким потенциалом в реализации тактик стратегии дискредитации обладают семантические преобразования, игра с коннотацией слов, расширение сочетаемости слов. Данные средства манипулятивного воздействия редко выявляются адресатом коммуникации, так как подмена смыслов реализуется на уровне значения, созначения, оттенка значения, наведенных сем. Расширение сочетаемости слова может являться языковым маркером приема «наклеивание ярлыков», например: Властью был назван Медведев — значит, должен быть (президентом — прим. — И.Е.) Медведев. Пресса обеспечила управляемую любовь к преемнику, церковь — управляемую веру в его благочестие, Общественная палата — управляемое мнение «широких народных масс», ЦИК — управляемую предвыборную интригу, а системная оппозиция — управляемое недовольство тем, что демократию извратили донельзя (НГ, 2007, №15).

Корреспондент представляет в тексте неузуальные варианты сочетаемости прилагательного «управляемый», так как специально выбирает слова, в значении которых актуализируется момент бесконтрольности (любовь, вера, мнение, недовольство). В результате семантического сдвига нейтральное слово «управляемый» приобретает негативную коннотацию, так как актуализируется значение «безвольный, полностью подчиняющийся нелегитимной, необъективной, предвзятой власти». Пассивная конструкция «был назван» указывает на то, что персона Медведева не выпадает из общей системы, так как он тоже будет управляемой властью. Таким образом журналист наклеивает на президента ярлык «марионетка».

Для реализации тактик «бездоказательное умаление авторитета» и «оскорбление» корреспонденты используют трансформацию антропонима в этноним, а также обыгрывают в материалах имена собственные. Для того чтобы опорочить деятельность политиков, чиновников, олигархов, журналисты постоянно эксплуатируют стереотипы, связанные с национальной принадлежностью, например: Абрамович заявляет, что он в первую очередь еврей, а потом уже россиянин. А в какую очередь он — чукча? Все ли страны и нации и народности записались в очередь на право сообщества с Абрамовичем? И кто к кому записывает или записывается: народы к абрамовичу или абрамович к народам? (Завтра, 2009, №37). Унижение достоинства объекта описания происходит за счет трансформации имени собственного (Абрамович) в нарицательное существительное (абрамович) и выстраивания оппозиции «свой — чужой», в частности «русский — нерусский».

На создание оппозиции «свой — чужой», благодаря которой реализуются тактики «поляризация» (стратегия дискредитации), «генерализация» (псевдорационально-эвристическая стратегия), «создание образа защитника» (стратегия героизации), работают знаки личного дейксиса. Корреспонденты эффективно актуализируют в тексте различные значения местоимений мы, вы, они. В частности, замена личного местоимения я на местоимение мы позволяет журналисту создать иллюзию объективного освещения информации, а также повысить статус, представив свою позицию как мнение большинства, например: Предприятия останавливаются и объекты замораживаются? Так это только для того, чтобы народ мог отвлечься и как следует попраздновать. А попраздновать нам всегда есть что. В ближайшую пятницу, 31 октября, вместе со всем миром можно отметить Международный день экономики. Очень своевременно, не так ли? Мы уже не говорим про любимый Хэллоуин, в честь которого будем колбаситься в ночь с пятницы на субботу… А дальше только поспевай: болгарский День народных будителей (1 ноября), католический День поминовения усопших (2-го), День культуры в Японии (3-го), Праздник Девятого Дня (4-го), День первого послания президента Медведева Федеральному собранию (5-го)… (НС, 2008, №44).

В тексте представлено эксклюзивное мы, то есть автор данного материала и редакция издания (мы уже не говорим), и общенациональное мы (народ, нам, вместе). Это позволяет не только установить контакт с адресатом коммуникации, но и представить авторскую точку зрения как поддерживаемую редакционным коллективом и разделяемую всеми, кто относит себя к категории «народ». Для манипуляции в оппозиционных СМИ характерно совмещение в одном тексте нескольких значений личных местоимений.

Ресурсы синтаксического уровня в процессе манипуляции помогают создать эффект диалогичности общения, а также снизить или увеличить категоричность утверждений журналиста. Корреспонденты часто осуществляют манипуляцию сознанием целевой аудитории за счет использования формы вопросительного предложения в функции повество­вательного. Например, заголовок отчета о митинге-протесте, посвященном бездействию властей в расследовании убийства адвоката-правозащитника Станислава Маркелова и журналистки Анастасии Бабуровой, — «Медведев говорит пустые слова?» (НГ, 2009, №3), который содержит в себе утверждение, дискредитирующее объект описания. Выбор такой формы подачи информации обусловлен тем, что автор материала снимает с себя этическую и юридическую ответственность за выдвигаемые обвинения, а также создает иллюзию консультирования с адресатом коммуникации.

Цепочка риторических вопросов лежит в основе реализации тактик «агрессивный оппонент» (стратегия дискредитации) и «совместное рассуждение» (псевдорационально-эвристическая стратегия). Вопросы, обладающие высокой экспрессивностью и вызывающие эмоциональную ответную реакцию, являются базой для реализации тактики «агрессивный оппонент»: Можно ли «переформатировать», трансформировать антирусское телевидение? Можно ли творцам антикультуры, как солдатам Урфина Джюса из детской сказки, нарисовать новые, добрые честные лица? Ответьте, господин Кандидат! (Завтра, 2008, №16).

В рамках тактики «совместное рассуждение» вопросы являются своеобразным способом установления контакта с читателем. Пример: В каких проектах ковался нынешний «кадровый резерв», призванный сменить проворовавшихся чиновников и губернаторов? Может быть, они возрождали разрушенный ельцинистами русский Космос? Или восстановили попранное демократами русское сельское хозяйство? Или построили новую Российскую армию? Способствовали созданию новых научных школ, подняли образование и духовную культуру народа? Ничего подобного (Завтра, 2009, №12). Чтобы сохранить объективность повествования и снизить категоричность высказываний, журналист строит материал по принципу «опровержение выдвинутой версии». Корреспондент выступает в роли адвоката, который путем предположений якобы пытается найти позитивные моменты в деятельности объектов критики.

Усложненный синтаксис позволяет создать в тексте семантическую расплывчатость, дезориентировать читателя, снизить порог критичности в восприятии информации. Для реализации тактик «нагнетание негативных эмоций», «негативное прогнозирование» (фрустрационная стратегия) и «создание неопределенности» (псевдорационально-эвристическая стратегия) журналисты намеренно концентрируют в тексте структурно-сложные конструкции. Пример: Читатель, посмотри, с чего я начал свои размышления по поводу развития! С того, что Д. Медведев сказал о необходимости для России долговременной передышки, а я обратил внимание на то, что еще до того, как он об этом заговорил (да и Путин, конечно, уже успел сказать что-то о необходимых нам десятилетиях развития в спокойных условиях), стало обсуждаться — из какого именно окна и пулей какого именно калибра с кем именно из этих «развивантов» будут разбираться… обрушена и четвертая, последняя схема власти Запада, он НЕ избранник Бога, НЕ справедливый судья, НЕ создатель проекта Модерн и даже НЕ господин по признаку бесстрашия.

И НЕУЖЕЛИ НЕПОНЯТНО, ЧТО МАЛО-МАЛЬСКИ ПОЗИТИВНЫЙ ВЫХОД ИЗ КОЛЛИЗИИ, ЗАДАВАЕМОЙ ЭТИМИ ЧЕТЫРЬМЯ «НЕ», СВЯЗАН С РАЗВИТИЕМ? РАЗ-ВИ-ТИ-ЕМ! СТРАНА, КОТОРАЯ, ПЕРЕСТАВ КОПИРОВАТЬ ИСЧЕРПАННОЕ, СКАЖЕТ НЕЧТО НОВОЕ О РАЗВИТИИ, — ТЕМ САМЫМ СОЗДАСТ ПРОЕКТ, СОЗДАВ ПРОЕКТ, ОНА ВЕРНЕТ (ЛИШЬ ПРОЕКТОМ И ПОРОЖДАЕМУЮ) ВЛАСТНУЮ ЛЕГИТИМНОСТЬ. В ПРОТИМВНОМ СЛУЧАЕ МИР ПОГИБНЕТ В ЯДЕРНЫХ СУДОРОГАХ БЕЗВЛАСТНОЙ, ТО ЕСТЬ СИЛОВОЙ КОНКУРЕНЦИИ (Завтра, 2008, №36).

Автор текста преследует двойную цель: создать иллюзию своей осведомленности и авторитетности представленного мнения; сделать читателя более внушаемым за счет построения нарочито неясной речи. Усложнение синтаксической организации текста происходит за счет введения обращения (читатель), вводного слова со значением стереотипности (конечно), обособленных определений (задаваемой этими четырьмя «не», лишь проектом и порождаемую), обособленных обстоятельств (перестав копировать исчерпанное, создав проект), однородных сказуемых (не избранник, не судья, не создатель и не господин). Корреспондент также дезориентирует читателя в пространстве материала за счет шрифтового выделения целого текстового блока.

Востребованными невербальными ресурсами для реализации манипуляции являются креолизованный текст и параграфемные средства (шрифтовые выделения — курсивное, полужирное, капитель; цветовые выделения — выворотка, растры, фоновые подложки; подчеркивающие и отчеркивающие линейки; особенности верстки). Использование креолизованных текстов, иконическим элементом которых является карикатура, лежит в основе реализации тактик «бездоказательное умаление авторитета», «оскорбление», «превращение нейтральных контекстов в дискредитирующие». Так, в карикатурах «Новой газеты» изображение лиц людей и животных часто выполнено в одной стилистике, что является своеобразной зоосемантической метафорой в рисунке.


В реализации тактики «превращение нейтральных контекстов в дискредитирующие» важную роль играет не только карикатура, но и надзаголовок, заголовок публикации, которые настраивают читателя на критический лад восприятия позитивной или нейтральной информации о событии. Например, статья, в которой журналист оценивает организацию празднования Дня Победы, озаглавлена «Лень победы» (НС, 2007, №19).

Надзаголовок публикации «Чиновник выйдет победителем из любой войны, даже не шевельнув для этого пальцем» является квинтэссенцией позиции редакции по отношению к представителям различных органов власти, которая дублируется в самом материале: Для чиновников и политиков, которые те же чиновники, только вид сбоку, просто святое дело снять сливки и пенки даже с такого святого дела, как День Победы. Карикатура выступает в качестве доказательства, подтверждающего правоту обвинений.

Вербальный компонент карикатуры акцентирует внимание читателей на социальном расслоении. Графическое выделение полужирным шрифтом местоимения «нашу» актуализирует новый смысл лозунга «За нашу победу!» Создается эффект поляризации, так как корреспондент выстраивает весь текст в рамках бинарной системы: для чиновников «свои» (наши) — представители политической и административной элиты, «чужие» — ветераны Великой Отечественной войны.

Как показал анализ газет «Завтра», «Новая Сибирь», «Новая газета», манипуляция является одним из основных элементов коммуникативной политики оппозиционных изданий. Специфика коммуникативной политики каждой газеты формируется благодаря градации стратегий по степени их востребованности, а также из набора доминантных тактик. Так, самой популярной стратегией является стратегия дискредитации, что обусловлено функционально-тематической направленностью данного типа СМИ.

Корреспонденты газеты «Завтра» эксплуатируют эмоциональную сферу адресата, стимулируют иррациональное восприятие действительности, так как вступают в коммуникацию с маргинальным читателем. Журналисты «Новой газеты» не могут навязывать целевой аудитории свою точку зрения, так как создают иллюзию объективного освещения событий и паритетного общения с интеллигентным читателем. Коммуникативная политика «Новой Сибири» представляет собой синтез характеристик качественных и бульварных изданий, что обусловлено ориентацией на два типа читателей. Первый по своим характеристикам совпадает с целевой аудиторией «Новой газеты». Ко второму типу относятся люди, больше интересующиеся формой материалов (языковыми экспериментами), а не их содержанием.

В заключении подводятся итоги исследования и намечаются перспективы.

В диссертационной работе выявлены условия эффективной реализации манипуляции на страницах оппозиционной прессы, представлена авторская классификация манипулятивных стратегий, выявлены и охарактеризованы вербальные и невербальные средства их реализации. Комплексное изучение языковых средств манипуляции позволило обнаружить приемы, работающие на уровне гипертекста. Материалы исследования могут быть использованы для дальнейшего описания языковых ресурсов, составляющих манипулятивный потенциал текстов газетно-публицистического дискурса.

Для определения и характеризации специфики манипулятивного воздействия в СМИ целесообразно рассмотреть особенности манипуляции в электронных изданиях, радио- и телепрограммах, что позволит выйти на уровень обобщения и сформировать представление о том, как канал передачи информации влияет на выбор стратегий, тактик, приемов, языковых средств манипуляции.

Представленная классификация манипулятивных стратегий, а также перечень рассмотренных тактик не являются исчерпывающими. Проведение сопоставительных исследований реализации манипуляции на страницах качественных (официальных и проправительственных) и бульварных газет позволит выявить общие тенденции и специфику манипулирования массовым сознанием, обусловленную функционально-тематической направленностью изданий, а также риторическим образом адресата. Перспективным направлением исследования является изучение роли усредненной языковой личности журналиста в реализации манипулятивного воздействия.



Основное содержание диссертационного исследования отражено

в следующих публикациях:

Статьи в рецензируемых научных изданиях,

включенных в реестр ВАК:

1. Катенева, И.Г. Манипулятивный потенциал иронии в газетно-публицистическом дискурсе (на материале «Новой газеты») / И.Г. Катенева // Вестник НГУ. Серия: история, филология. — Новосибирск: Изд-во НГУ, 2008. — Т. 7. Вып. 2. — С. 37-44.

2. Катенева, И.Г. «Наклеивание ярлыков» как эффективный прием реализации манипуляции в текстах оппозиционных изданий / И.Г. Катенева // Мир науки, культуры, образования. — Горно-Алтайск: Изд-во Горно-Алтайского гос. ун-та, 2009. — №1(13). — С. 83-87.

Статьи в сборниках научных трудов и

материалов научных конференций:

3. Катенева, И.Г. Особенности демократизации языка прессы (на примере общественно-политического издания «Новая Сибирь») / И.Г. Катенева // Современные тенденции функционирования русского языка и культура речи вузовского преподавателя: материалы Всерос. науч. конф. В 2-х. ч. — Белгород: Изд-во БелГУ, 2006. — Ч. II. — С. 38-46.

4. Катенева, И.Г. Специфика интерпретации приемов манипуляции в текстах СМИ / И.Г. Катенева // Проблемы выбора и интерпретации языкового знака говорящим и слушающим: межвуз. сб. науч. труд. — Новосибирск: Изд-во НГПУ, 2007. — С. 83-91.

5. Катенева, И.Г. Влияние языковой агрессии в текстах СМИ на формирование языковой картины мира читательской аудитории / И.Г. Катенева // Татищевские чтения: актуальные проблемы науки и практики: материалы IV Междунар. науч.-практ. конф. Ч. II. Актуальные проблемы современных региональных СМИ. — Тольятти: Волжский ун-т им. В.Н. Татищева, 2007. — С. 317-331.

6. Катенева, И.Г. Специфика приемов манипуляции и их языковой реализации в текстах оппозиционных изданий / И.Г. Катенева // Современная филология: актуальные проблемы, теория и практика: сб. материалов II Междунар. науч. конф. — Красноярск: Ин-т естеств. и гуман. наук Сибирского федерального ун-та, 2007. — С. 91-94.

7. Катенева, И.Г. Манипуляция как особенность дискурса современной массовой коммуникации / И.Г. Катенева // Интерпретация текста: лингвистический, литературоведческий и методический аспекты: материалы I Междунар. науч. конф. — Чита: Забайкал. гос. гум.-пед. ун-т, 2007. — С. 204-207.

8. Катенева, И.Г. Капризы истории: тематика и язык печати в начале XX и XXI века (на примере газет «Сибирь» и «Новая Сибирь») / И.Г. Катенева // Журналистика и информационная политика в регионе: теория и практика функционирования: материалы Всерос. науч.-практ. конф. — Набережные Челны: Изд-во Казанского гос. ун-та, 2007. — С. 27-33.

9. Катенева, И.Г. Интерпретация адресатом газетно-публицистического дискурса как манипулятивного / И.Г. Катенева // Молодая филология-2007: межвуз. сб. науч. тр. — Новосибирск: Изд-во НГПУ, 2008. — С. 56-66.

10. Катенева, И.Г. Манипулятивный потенциал элементов body language (на материале современной прессы) / И.Г. Катенева // Комментарий и интерпретация текста: межвуз. сб. науч. тр. — Новосибирск: Изд-во НГПУ, 2008. — С.265-279.

11. Катенева, И.Г. Роль слухов в реализации манипуляционной стратегии на страницах современных периодических изданий / И.Г. Катенева // Татищевские чтения: актуальные проблемы науки и практики: материалы V Междунар. науч.-практ. конф. — Тольятти: Волжский ун-т им. В.Н. Татищева, 2008. — С. 424-439.

12. Катенева, И.Г. Манипуляция в текстах СМИ как эффективный инструмент политического воздействия и социального контроля / И.Г. Катенева // Средства массовой коммуникации в социокультурном пространстве современной России: сб. материалов науч.-практ. конф. (г. Мурманск, 25 декабря 2008 г.). В 2 ч. Ч. 1. — Мурманск: Изд-во МГТУ, 2008. — С. 120-128.

13. Катенева, И.Г. Особенности манипуляции массовым сознанием на страницах оппозиционных изданий / И.Г. Катенева // Власть и воздействие на массовое сознание: материалы V Всерос. науч.-практ. конф. — Пенза: Пензенский гос. пед. ун-т им В.Г. Белинского, 2009. — С. 67-70.

14. Катенева, И.Г. Лакунарность как основа некоторых манипулятивных приемов в текстах СМИ / И.Г. Катенева // Взаимодействие молодежных организаций со средствами массовой информации: проблемы и перспективы: сб. докл. Междунар. науч.-практ. конф. — Новосибирск: Изд-во НГАУ, 2009. — С. 31-40.

15. Катенева, И.Г. Особенности отображения реализации молодежной политики на страницах современных оппозиционных изданий / И.Г. Катенева // Актуальные проблемы журналистики: сб. тр. молод. учен. Вып. IV. — Томск: УПК «Журналистика», 2009. — С. 138-146.



16. Катенева, И.Г. Манипулирование как модель функционирования оппозиционных изданий в современном политическом и языковом пространстве / И.Г. Катенева // Журналистика: история и современность: материалы Междунар. науч.-практ. конф. — Ростов н/Д: Изд-во НМЦ «ЛОГОС», 2009. — С. 23-29.


Каталог: upload -> files
files -> Основы теории и практики связей с общественностью
files -> Негосударственная автономная некоммерческая образовательная организация (наноо)
files -> Примерная тематика курсовых работ
files -> Методические указания по курсу «Психология и педагогика»
files -> Демонстрационный вариант теста в 2012-2013 учебном году
files -> Особенности восприятия визуальной информации в сми: анализ силы воздействия комплекса «фотография + текст»
files -> Тематика курсовых работ для 2 курса дневной фомы получения образования и
files -> Дискурсивно-стилистическая эволюция медиаконцепта: жизненный цикл и миромоделирующий потенциал
files -> Методические указания по курсу «Психология и педагогика» Тема 5: психология общения: Проблема взаимопонимания т омск 2011
files -> Контрольные вопросы либо написание реферата: Что такое конфликт? Приведите варианты определений


Поделитесь с Вашими друзьями:


База данных защищена авторским правом ©dogmon.org 2017
обратиться к администрации

    Главная страница