материалы уголовной статистики



Скачать 175.16 Kb.
страница3/3
Дата08.02.2019
Размер175.16 Kb.
1   2   3
материалы уголовной статистики;

  • материалы социологических опросов граждан, социальных групп, социальных институтов и служб, работников системы уголовной юстиции;

  • >материалы формально-правового анализа;

  • опросы жертв преступлений и самоотчеты;

  • анализ средств массовой информации;

  • опросы свидетелей;

  • анализ медицинской документации.

         Основываясь на диалектическом принципе познания, современная виктимология в процессе сбора и обработки информации использует достаточно стандартные для конкретно-социологических и психологических исследований методы системы сбора данных (сплошное обследование, выборочное обследование, монографическое обследование), методы регистрации единичных событий (наблюдение, изучение документов и материалов, анкетирование и иные виды опроса, психоанализ, тестирование), методы обработки и анализа данных (описание и классификация, типологизация, экспериментальный анализ, статистический анализ, генетический анализ, социальное моделирование) [19].

         Экспертный анализ виктимологической информации, полученной из 52 стран в 90-е годы, свидетельствует, что материалы уголовной статистики отражают только 30-40 % общеуголовных и около 10 % совершаемых сексуальных преступлений в стране. Причем, чем менее развитым является государство, тем выше латентность преступности в нем[20].

         В этой связи виктимологические опросы являются одним из наиболее совершенных инструментов получения репрезентативных и валидных сведений о жертвах преступлений и преступности в целом. Естественно, их проведение предполагает создание дорогостоящей национальной сети изучения общественного мнения. Данные опросов, как правило, не отражают в полной мере сведений о преступлениях против детей, престарелых, злоупотреблений властью, случаев политического и массового социального насилия [21]. Тем не менее именно виктимологический опрос, - пожалуй, единственный инструмент, позволяющий достаточно полно охарактеризовать "виктимологическую и криминальную физиономию" общества. Недаром в мировой криминологической практике основательно закрепилась тенденция сущностного анализа преступности и ее цены через показатели и характеристики виктимизации [22].

         Особый интерес представляет использование виктимологией экспериментальных методов и методик в групповой терапии и имитационном моделировании. Так, по мнению большинства преподавателей, готовящих специалистов в области виктимологической профилактики, наилучшее понимание будущим диспетчером проблемы жертвы и оптимальное предупреждение вторичной виктимизации могут быть достигнуты только тогда, когда сам диспетчер побывает "в шкуре жертвы".

         В силу этого на Западе с легкой руки Джоанны Шерпланд (одного из наиболее видных английских виктимологов, впервые заставившей своих студенток пройти все унизительные тесты и обследования, которым подвергаются жертвы изнасилований, обращающиеся в полицию) обучение основам виктимологической профилактики начинается с "пропуска" студентов через горнило системы доступа жертв к уголовному правосудию.

         Думается, что подобного рода практикумы и деловые игры стоило бы ввести и для отечественных студентов-юристов. Цель их - обучение будущих юристов противостоянию культивируемым в некоторых субкультурах работниками системы уголовной юстиции "обычаям" видеть в заявителе не живого, пострадавшего человека, а обезличенное "терпило", с которым можно вести себя как заблагорассудится.

         Опросы оперативных работников свидетельствуют, что подобное отношение профессионалов к населению и до сих пор сохраняется в некоторых регионах. Недаром, согласно результатам исследования российского социологического центра "Статус", на вопрос: "Кого вы больше боитесь - преступников или милиции?" 37 процентов москвичей ответили, что одинаково боятся и тех и других. 43 процента москвичей, соответственно, ни при каких обстоятельствах не откроют дверь работнику милиции [23].

         Проведенные сотрудниками института прокуратуры РФ в середине 90-х годов виктимологические исследования свидетельствуют, что из общего числа опрошенных в четырех крупных городах России "обращались в правоохранительные органы с заявлениями о совершенных в отношении них преступлений 247 человек, из них только 25 человек ответили, что преступник был осужден, и 30 - что преступник был установлен и освобожден от уголовной ответственности по просьбе самого потерпевшего. Другие три четверти заявителей ответили, что заявлению вообще не был дан ход, либо их не уведомили о принимавшихся мерах, либо преступник не был найден, либо он не был привлечен к уголовной ответственности и т.п. Причем нереагирование на заявление обжаловали лишь 16 %, а сами, вместо такого обжалования, приняли меры в отношении преступника и возмещения вреда - более 20 %" [24].

         Показательно, что по тем же данным, ввиду боязни мести и неверия потерпевших в справедливость государства, от 50 до 80 % совершенных преступлений остаются незарегистрированными [25].

         Использование социально-психологических и психологических методик исследования жертв социально-опасных проявлений предполагает также оперирование достаточно стандартным инструментарием и способами изучения взаимодействия социальной среды и личности жертвы, методиками психологии общения, разработанными и освоенными комплексом наук о человеке: социометрическим опросом, изучением документов, психоанализом личности.

         Здесь, пожалуй, следует отметить, что специфика виктимологического исследования заключена в особой ранимости и беззащитности предмета исследования: жертв социально-опасных проявлений и в силу этого, не отличаясь от применяемых методов по форме, предполагает упор на особую этическую, профессиональную подготовку операторов и интервьюеров.

         Любое напоминание жертве о случившемся с ней травмирует ее, причиняет боль и страдания. Вот почему системная разработка методологического и методического инструментария виктимологических исследований предполагает особое внимание к проблеме формирования основ профессиональной этики виктимологов и лиц, сталкивающихся с жертвами социально-опасных проявлений.





    1. См.: Криминология: Учебник (для учебных заведений МВД Украины) / Под ред. В.Г. Лихолоба, В.П. Филонова. - К.; Донецк, 1997. - С. 134-135.

    2. Голина В.В. Специально-криминологическое предупреждение преступлений (теория и практика) - Дис. ... д-ра юрид. наук. - Х., 1994. - С. 87.

    3. См.: Лапин Н.И. Социальные ценности и реформы в кризисной России // Социологические исследования. - 1993. - N 9. - С. 22; Здравомыслов А.Г. Фундаментальные проблемы социологии конфликта и динамика массового сознания // Социологические исследования. - 1993. - N 8. - С. 12-13.

    4. См.: Viano E. The recognition and implementation of victims' rights in the United States: developments and achievements // The Victimology handbook. - New York, 1990. - P. 330.

    5. См.: Туляков В.А. Проблемы развития отечественной виктимологии // Юридический вестник (Одесса). - 1994. - N 1.

    6. К сожалению, разразившаяся в 1999 году война в Югославии ставит под сомнение справедливость этого тезиса.

    7. См.: Costing a bomb // The Economist. - 1997. - January, 4th-10th. - Р. 46.

    8. Согласно экспертным оценкам, Иран, Ирак, Ливия, Сирия и Северная Корея достаточно активно помогают друг другу в разработке ракетных программ. В случае, если финансируемая Ираном и весьма интересующая Ливию разработка корейской двухступенчатой ракеты "Нодонг-2" увенчается успехом, ракета, запущенная из Ливии, сможет достичь практически любой страны Европы. См.: Circles of fear // The Economist. - 1997. - January, 4th-10th. - Р. 49.

    9. См.: Costing a bomb // The Economist. - 1997. - January, 4th-10th. - Р. 47.

    10. Недаром среди ориентировочных тем ХΙΙ Μеждународного Конгресса по криминологии, который состоялся в августе 1998 года, специально была выделена проблема криминологического исследования смертной казни и телесных наказаний. См.: The 12th International Congress on Criminology. Call for papers. - Seoul, 1996. - Р. 11.

    11. Viano E. The protection of victims: socio-political considerations and a plan for action // Quad. Psich.Forense. - 1994. - Vol. III, № 1. - Р. 37.

    12. См., например: Громадська програма спiвробiтництва по запобiганню насильству в сiм'ї. - Одеса, 1999. - 126 с.

    13. Domestic violence // Marie Claire. - October, 1995. - № 86. - Р. 132.

    14. См., например: Корецкий Д.А. Предупреждение тяжких преступлений против личности, совершаемых на почве бытовых конфликтов: Автореф. дис. : канд. юрид. наук. - Х., 1980. - 24 с.; Крупка Ю. Кримiнологiчна характеристика побутових злочинiв // Радянське право. - 1983. - № 3. - С. 65-68; Лопушанский Ф.А. Предупреждение преступлений в сфере семейно-бытовых отношений. - М., 1989. - С. 5-7, 91-97; Лопушанский Ф.А., Подзняк В.П., Еременко В.В. Следственная профилактика умышленных убийств // Криминалистика и судебная экспертиза. - К., 1977. - Вып. 15. - С. 27-33; Ривман Д.В. Виктимологические факторы и профилактика преступлений. - Л., 1975. - С. 19-24; Соотак Я.Я. Некоторые вопросы взаимосвязи между разводами и преступлениями против супруга // Актуальные задачи советского права по укреплению семьи и предупреждению правонарушений несовершеннолетних в советских республиках Прибалтики: Тезисы науч.-практ. конф., 19-20 апреля 1979 года. - Рига, 1979. - Т. I. - С. 115; Старков О.В. Роль криминогенной ситуации в бытовых насильственных преступлениях: Автореф. дис. : канд. юрид. наук. - М., 1981. - С. 27; Трофимов С.В. Криминологическая характеристика лиц, совершивших преступления против личности на почве семейно-бытовых отношений // Проблемы изучения личности правонарушителя. - М.: Изд-во МГУ, 1984. - 121 с.; Шестаков Д.А. Социальное зло - алкоголизм: семья и право. - Л., 1985. - С. 17-18; его же: Предотвратить семейную драму. - Л.: Знание, 1981. - С. 37-42; его же: Семейная криминология: семья - конфликт - преступление. - С.Пб.: Изд-во С.-Петерб. ун-та, 1996. - С. 7-12, 39-48; его же: Конфликтная семейная ситуация как криминогенный фактор: Автореф. дис. : канд. юрид. наук. - М., 1977. - 24 с.

    15. Haag R. The birthday letter // Prelipp S.A. Family violence center training manual - Green Bay, Wi., N.D. - Domestic violence Intervention Program.

    16. См.: Viano E. Violence, victimization and social change: a socio-cultural and public policy analysis // Victimology: an international journal. - 1983. - № 8 (3-4). - Р. 54-79.

    17. См., например: Braithwaite J. Corporate crime in the Pharmaceutical industry. - London: Routlege & Keagan Paul.,1984.

    18. Henry F., Chomicki S. Violence against children: The pharmaceutical industry // The Victimology handbook. - New York, 1990. - Р. 61-76.

    19. См.: Ядов В.А. Социологическое исследование: Методология. Программа. Методы. - М., 1972. - С. 42-43; Гречихин В.Г. Лекции по методике и технике социологических исследований. - М.: Прогресс, - 1988. - С. 58-93.

    20. Cм., например: Латентная преступность: познание, политика, стратегия: Сб. материалов междунар.семинара. - М.,1993. - 337 с.

    21. См.: International Manual On The Use And Application Of The Declaration Of Basic Principles Of Justice For Victims Of Crime And Abuse Of Power // A Draft manual designed by the 2nd UN Experts Meeting On Victims Of Crime And Abuse Of Power In The International Setting. - Washington D.C., 1996. - Р. 14.

    22. См.: Profiles of criminal justice systems in Europe and North America 1990-1994. - Helsinki, HEUNI, 1999. - 493 p.

    23. См.: Скосырев В. Кто же в России будет защищать граждан, а не государствоi // Известия . - 1997. - 5 апр. (№ 64). - С. 1, 3.

    24. Организованная преступность-4. - М.: Криминологическая ассоциация, 1998. - С. 38.

    25. Там же. - С.37


    Поделитесь с Вашими друзьями:
  • 1   2   3


    База данных защищена авторским правом ©dogmon.org 2017
    обратиться к администрации

        Главная страница