ОБЪЕКТИВИЗАЦИЯ БОЛЕВОГО СИНДРОМА ПРИ ВЫБОРЕ



страница11/41
Дата21.05.2016
Размер3.36 Mb.
1   ...   7   8   9   10   11   12   13   14   ...   41

ОБЪЕКТИВИЗАЦИЯ БОЛЕВОГО СИНДРОМА ПРИ ВЫБОРЕ

ЛЕЧЕБНОЙ ТАКТИКИ У БОЛЬНЫХ С ОСТРЫМ ХОЛЕЦИСТИТОМ

Гирин Н.В., 23 гр. 6 курс ЛФ

Ярославская государственная медицинская академия, г. Ярославль



Руководитель темы: асс., к.м.н. Кузьмин В.С.
В вопросе выбора тактики лечения конкретного пациента с диагнозом острый холецистит хирург опирается на данные объективных методов исследования – УЗИ, лапароскопия, а также на свое видение клинической картины и ее трактовку. Важнейшее место в клинике заболевания является оценка боли, тесно связанной с выраженностью воспалительного процесса. Данный порядок вещей не подвергается нами сомнению, но существуют ли дополнительные (альтернативные) методы, которые могут подсказать врачу направление его мышления? Мы поставили перед собой цель выяснить такую ценность и перспективность предложенного нами комплекса методов альгометрии, выявить закономерность динамики болевого синдрома в ответ на обезболивание и ретроспективно определить наличие отличий между пациентами, потребовавшими оперативного лечения и больными, получавшими только консервативное лечение. Нами изучены 22 пациента с выраженным болевым синдромом, обусловленным острым холециститом, среди них в срочном порядке было оперировано 10 человек и 12 больных подверглись только консервативному лечению. Обе группы практически не отличались по объему консервативных мероприятий при поступлении, а также по половому и возрастному признакам. Средний возраст оперированных пациентов составлял 61,5± 5,62, женщин было 9 и 1 мужчина. Средний возраст неоперированных составил 56,67±4,71 лет, женщин было 9, мужчин 3. Использовались следующие методы измерения боли: визуально-аналоговая шкала (ВАШ), метод приложения дозированного давления (ДД) на зону максимальной болезненности, проецирование больным распространения боли на схему тела, показатели гемодинамики (ЧСС, артериальное давление (АД), ударный (УО) и минутный (МОК) объемы крови, общее периферическое сосудистое сопротивление (ОПСС), интервалокардиография по Баевскому, расчет индекса Кердо. Изучение всех параметров проводили до и после обезболивания, проведенного посредством инфузионной терапии с применением анальгетиков и спазмолитиков. По исходным гемодинамическим показателям обе группы практически не отличались. Показатели АД и ЧСС имели однонаправленную динамику к уменьшению (в группе оперированных САД – 131,67±6,73 мм.рт.ст., ДАД – 84.44±5,34 мм.рт.ст., СрД – 105,21±5,44 мм.рт.ст., ЧСС – 78,89±3,71, в группе неоперированных САД - 137±7,98 мм.рт.ст., ДАД – 81,5±4,58 мм.рт.ст., СрД – 105,39±5,82 мм.рт.ст., ЧСС – 76,09±5,18 мм.рт.ст.) и статистически достоверной разницы между двумя группами выявлено не было (р>0,05). УО и МОК изменились после обезболивания по-разному: в группе оперированных значения УО и МОК снизились (УО – 38,52±4,49 мл., МОК – 3023,66±374,90 мл.), в группе неоперированных увеличились (УО – 44,05±3,53 мл., МОК – 3422,49±444,61 мл.), но разница и там и там была незначительна и также различия между первой и второй группами статистически недостоверны (р>0,05). ОПСС выросло в первой группе и снизилось во второй (в группе оперированных - 3135,84 дин·см-5/с. и 3007,33±591,7 дин·см-5/с. в группе неоперированных), но и его анализ не имеет ценности, как и у прочих показателей гемодинамики (р>0,05). До обезболивания значения данных ВАШ в группе оперированных были незначительно и статистически недостоверно выше (в группе оперированных - 80,5±5,71 и 72,82±3,82 в группе неоперированных, р>0,05). Площадь, очерчиваемая в этой же группе, была достоверно больше (в группе оперированных – 261,5±71,37 и 144,17±29,88 в группе неоперированных, р<0,05). Это свидетельствует о том, что оперированные больные были склонны оценивать интенсивность и распространение болевого синдрома выше, чем в группе неоперированных. Динамика показателей всех методов субъективной оценки боли в обеих группах была однонаправленной. Интенсивность и распространенность боли уменьшились в обеих группах, но в группе неоперированных разница была больше (в группе оперированных: ВАШ – 57,5±10,14, площадь – 110±41,37 мм2, в группе неоперированных ВАШ – 34,09±5,91, площадь – 33,09±10,22 мм2). Из чего следует, что субъективный эффект от обезболивания в этой группе был выше, кроме этого разница динамики между двумя группами статистически достоверна (р<0,05), что свидетельствует о высокой ценности данных методов альгометрии при определении тактики дальнейшего лечения больных с острым холециститом. Гамма корреляция между динамикой ВАШ и необходимостью оперативного лечения составила –0,56 (р=0,02). Болезненность, определяемая методом ДД, уменьшилась (давление необходимое для появления или усиления боли увеличилось) в обеих группах, в группе оперированных она уменьшилась больше (в группе оперированных ДД составило 160,67±13,18 мм.рт.ст. и 151,1±10,56 мм.рт.ст. в группе неоперированных), но разница статистически недостоверна (р>0,05), изначальный уровень болезненности в обеих группах был одинаков. Динамика вегетативного статуса по данным индекса Кердо была однонаправлена в обеих группах – усиливался тонус симпатической части вегетативной нервной системы (значение индекса в группе оперированных до обезболивания составляло -9,13±11,71 и -7,69±6,07 после, в группе неоперированных -32,46±21,65 – до, -14,64±13,22 после). Достоверных различий между значениями индекса после обезболивания нет (р>0,05). По данным вариационной пульсометрии обе группы отличались типом ответа вегетативной нервной системы на обезболивание: в группе оперированных усилился тонус симпатической нервной системы, в группе неоперированных – парасимпатической. При детальном анализе каждого члена в обеих группах выяснена их индивидуальная неоднородность. У 7 больных (70%) в группе оперированных и у 8 больных (66,6%) в группе неоперированных усиливался тонус симпатической части вегетативной нервной системы. У 3 (30%) в первой группе и у 4 (33,3%) во второй соответственно возрастал парасимпатический тонус. Отличие в типе ответа в этих двух группах (с примерно равным соотношением и количеством больных с разным типом ответа ВНС на обезболивание) можно объяснить высоким повышением парасимпатического тонуса у 4 больных, в группе неоперированных. Возможно, именно большое возрастание парасимпатического тонуса по данным вариационной пульсометрии после проведения инфузионной терапии с применением анальгетиков и спазмолитиков может стать критерием, для того чтобы отнести данного конкретного больного в категорию пациентов, не требующих срочной операции. Подводя итоги нашего исследования, мы сделали следующие выводы: 1.Предложенный нами комплекс методов альгометрии определенно является перспективным в качестве дополнительного аргумента при определении лечебной тактики больных с диагнозом острый холецистит. 2.До обезболивания оперированные больные оценивали интенсивность, и распространенность своей боли выше и больше, а субъективный эффект от проводимого консервативного лечения у этих больных достоверно ниже, чем у неоперированных. 3.Выделенные нами группы отличаются типом ответа ВНС на обезболивание за счет более высокого повышения парасимпатического тонуса у части больных в группе неоперированных в отличие от пациентов с аналогичным типом ответа в противоположной группе. 4.Наиболее перспективными для комплексной оценки выраженности боли мы считаем методы субъективной оценки болевого синдрома (ВАШ, ДД и проецирование больным распространения боли на схему тела) и метод интервалокардиографии по Баевскому.

ОЦЕНКА ВЛИЯНИЯ ОТХОДОВ ЦЕЛЛЮЛОЗО-БУМАЖНОГО

ПРОИЗВОДСТВА НА ОРГАНОЛЕПТИЧЕСКИЕ СВОЙСТВА ВОДЫ

Говорова В.И., 435 гр. ЛФ, Сущий К.К., 525 гр. МПФ,

Осипова С.В., 354 гр. ЛФ, Попова А.О., 450 гр. ЛФ

СПбГМА им. И.И.Мечникова, кафедра общей, военной, радиационной гигиены и медицинской экологии

Руководитель темы: доц., к.м.н. Аликбаева Л.А.
Качество питьевой воды потребитель оценивает полностью полагаясь на свои органы чувств. Компоненты воды могут влиять на ее внешний вид, запах или вкус. Вода с высокой мутностью, выраженной окраской или неприятным запахом и привкусом может быть эпидемиологически опасной и вредной по химическим показателям. Гигиеническая значимость этих показателей необычайно велика, так как они позволяют исключительно быстро, без наличия дорогостоящего оборудования решить вопрос пригодности воды для питья.

Целью исследования явилось влияние комплексона на органолептические свойства воды, который представляет собой смесь отходов целлюлозно-бумажной промышленности. В его состав входят: таловый пек (43%), лигносульфонаты (42%), гидроксид натрия (5%), карбоксиметилцеллюлоза (10%). Это твердая вязкая масса темно-коричневого цвета, способна придавать воде окраску от желтой до темно-коричневой.

Цветность питьевой воде, обусловленная антропотехногенными факторами должна быть отнесена к интегральным показателям, не только характеризующим общее содержание трудноокисляемых органических соединений, но и к коррелирующим с токсикологической опасностью питьевых вод.

Данные о влиянии составляющих комплексона подтверждают неблагоприятное воздействие этой смеси в отношении органолептических свойств воды и, прежде всего цветности.

Пороговая концентрация по хромофорному эффекту устанавливалась методом кратных разведений. Исследования проводили при температуре 200С и 600С. Параллельно с определением окраски растворов в проходящем дневном свете визуально изучали способность комплексона вызывать опалесценцию воды. Исследования проводили применительно к водоемам 1 и 2 типа водопользования в столбиках воды 10 и 20 см. Результаты исследований показали, что наименьшая концентрация, способная вызвать окраску воды, находится на уровне 10,0 мг/л. Пороговая концентрация для водоемов 1 вида водопользования составила 10,0 мг/л, для 2 вида – 20,0 мг/л.

Комплексон в водных растворах обладает специфическим древесно-смолистым запахом. Установление пороговых концентраций по влиянию его на запах воды проводили бригадным методом с оценкой интенсивности запаха по 5-бальной шкале оценок при температуре 200С и 600С. Полученные данные обобщались в виде сводных таблиц и подвергались статистической обработки с вычислением параметров достоверности.

Пороговая концентрация по влиянию комплексона на запах водных растворов при температуре 200С составляет 1,0 мг/л. Статистически обработанные результаты проверили графическим методом на соответствии физиологическому закону Вебера-Фехнера о пропорциональной зависимости восприятия от логарифма концентрации вещества. На основании построенного графика выявлена прямолинейная зависимость нарастания интенсивности запаха от логарифма концентрации смеси. При нагревании водных растворов до 600С менялся характер запаха, однако, пороговая концентрация находилась на том же уровне – 1,0 мг/л.

В пороговых концентрациях по запаху комплексон не придавал воде привкуса, мутности, не способствовал пенообразованию и появлению пленок.

Таким образом, в качестве пороговой концентрации по влиянию комплексона на органолептические свойства воды установлена 1,0 мг/л, которая изменяет запах воды.

ОСОБЕННОСТИ КЛЕТОЧНО-СТРОМАЛЬНЫХ РЕАКЦИЙ В

ПЕРВИЧНЫХ ЗЛОКАЧЕСТВЕННЫХ МЕЛАНОМАХ ГЛАЗА

Голдыш Т.В., 635 гр. ЛФ

СПбГМА им. И.И.Мечникова, кафедра патологической анатомии

Руководитель темы: доц., к.м.н. Новицкая Т.А.
Первичная злокачественная меланома (ПЗМ) глаза составляет до 79% внекожных злокачественных меланом и 85% всех опухолей этой локализации. Сложное тканевое строение глаза и тесное взаимоотношение различных морфо-функциональных структур, исходное наличие в их составе элементов меланогенной системы определяет различную первичную локализацию ЗМ. В зависимости от локализации они имеют разные клинико-морфологические особенности и прогноз. Однако свободные клетки стромы и особенности процессов десмопластики в ПЗМ глаза изучены недостаточно.

Материал и методы. Исследовано 69 меланом (ж – 45, м – 24), удаленных у 69 больных в возрасте 17-83 лет (средний возраст 64,2 года). Проведено комплексное клинико-морфологическое исследование стромального компонента и свободных клеток стромы с использованием гистологических, гистохимических, статистических методов.

Результаты. 88,1% опухолей локализуются в сосудистой оболочке, значительно реже встречаются первичные меланомы радужной оболочки, цилиарного тела. Определяются типовые клеточные формы: эпителиоподобная (42,6%), веретеноклеточная (48,2%), невоидная (7,1%), баллонная (1,8%). В меланомах глаза встречаются розетки, менингиомоподобные и клубочковые структуры, периваскулярные клеточные муфты, нередки сочетания различных гистологических структур. Стромальный компонент ПЗМ развит слабо. Аргирофильные ШИК-положительные слабо пикринофильные волокна формируют крупнопетлистую сеть. Наиболее выражен волокнистый компонент в веретеноклеточных меланомах (площадь 12,7+1,5%), в невоидных – практически отсутствует. Эпителиоидноклеточные меланомы характеризуются слабовыраженным стромальным компонентом. Отчетливая реакция свободных клеток стромы обнаружена в 52 наблюдениях (75,4%). Реакция свободных клеток стромы в ПЗМ глаза варьирует, отличаясь по интенсивности и клеточному составу в зависимости от тенденций прогрессии опухоли. Реакция свободных клеток стромы была различной: 1) в участках без инвазии, 2) в участках с инвазией, 3) в участках с признаками спонтанной регрессии. Клеточный инфильтрат состоит из лимфоцитов (36,2%), тучных клеток (2,5%), макрофагов (21,3%) и меланофагов (16,0%). В участках прорастания опухоли в склеру число лимфоцитов достигает 63,8%, увеличивается количество меланофагов (21,3%), снижается удельный вес макрофагов (6,6%) и тучных клеток (7,0%), появляется минимальное количество плазматических клеток. По мере увеличения глубины инвазии лимфоциты становятся не только основными, но и практически единственными клеточными формами в инфильтрате.

Выводы. Стромальный компонент в ПЗМ глаза выражен незначительно. Несмотря на вариабельность количественной и качественной характеристики, процессы десмопластики в меланомах глаза характеризуются принципиальным сходством морфогенеза. Количественная характеристика реакции свободных клеток стромы отличается разнообразием и коррелирует с направлениями и этапами прогрессии опухоли.



ОЦЕНКА УРОВНЯ МОТИВАЦИИ СРЕДНЕГО МЕДИЦИНСКОГО ПЕРСОНАЛА ОТДЕЛЕНИЯ МИКРОХИРУРГИИ ГЛАЗА

Головенко О.В., 493 гр. ФВСО

СПбГМА им. И.И.Мечникова, курс менеджмента и экономики здравоохранения кафедры социально-гуманитарных наук

Руководитель темы: проф., з.д.н. РФ, акад. РАЕН, Поляков И.В.
Мотивация - это процесс побуждения себя и других к профессиональной деятельности в соответствии с целями организации. С целью определения уровня мотивации среднего медицинского персонала 5 отделения микрохирургии глаза. Большая часть - 66,6% - в возрасте от 25 до 32 лет, по 16,6% - моложе 25 или старше 45 лет. Большая часть сестер - 83,3% - имеет стаж больше 10 лет, а 16,6% сотрудников являются молодыми специалистами. Среди основных мотивирующих факторов 86% сестер в возрасте 20-25 лет назвали рост заработной платы. 67% кроме материальной заинтересованности считают для себя важным возможность помочь пациенту и наблюдать положительный результат своей работы. 67% всех респондентов указали положительную оценку руководством их профессиональной деятельности в качестве мотивационного фактора. Менеджеру необходимо запомнить то, что для этих лиц особенно важна внешняя оценка и вербальная похвала. На вопрос: “Что Вам больше всего нравится в работе на нашем отделении?” 100% респондентов указали на дружный сестринский коллектив. Обращает на себя внимание тот факт, что благоприятный климат респонденты отмечают именно среди медицинских сестер, а не всего коллектива отделения в целом. 88% респондентов считают свою профессию социально значимой. Получение высшего сестринского образования планируют 11,1% медицинских сестер. Остальные полагают, что специалисты с высшим сестринским образованием не востребованы в практическом здравоохранении и не обладают необходимым авторитетом. Значимость материальных стимулов при унизительно низком уровне заработной платы среднего медицинского персонала понятна. Администрация использует дополнительные выплаты из фонда отделения, но его финансовые возможности ограничены. Активно применяются нематериальные методы стимулирования и мотивации: элементы партисипативного управления, создание желательных ситуаций, повышение самостоятельности медицинской сестры как независимого специалиста. К счастью, материальный фактор не является определяющим в процессе мотивации. Для сестринского персонала отделения микрохирургии глаза важнее чувствовать “обратную связь” с пациентом, желание ему помочь, радость от возможности это сделать.

СРАВНИТЕЛЬНАЯ ОЦЕНКА ЭФФЕКТИВНОСТИ ПРИМЕНЕНИЯ МЕДИКАМЕНТОЗНОЙ ТЕРАПИИ В СОЧЕТАНИИ С РАЗЛИЧНЫМИ ФИЗИОТЕРАПЕВТИЧЕСКИМИ ЛАЗЕРНЫМИ АППАРАТАМИ И БЕЗ НИХ ДЛЯ ЛЕЧЕНИЯ СПОНДИЛОГЕННЫХ ЗАБОЛЕВАНИЙ ПОЯСНИЧНО-КРЕСТЦОВОГО ОТДЕЛА

Головин А.В., 543 гр. ЛФ, Недельская С.Г., 543 гр. ЛФ

СПбГМА им. И.И.Мечникова, кафедра неврологии, нейрохирургии и медицинской генетики

Руководитель темы: доц. Шварцман Г.И.
Заболевания нервной системы, в частности спондилогенные, являются распространённой патологией и представляют для медицины одну из важных проблем. Корешковые и ирритативно – рефлекторные синдромы, характеризующиеся чувствительными, двигательными и болевыми расстройствами, наиболее частые проявления данной патологии.

Целью проведённого исследования являлось определение эффективности применения различных физиотерапевтических лазерных аппаратов в сочетании со стандартной медикаментозной терапией для лечения спондилогенных заболеваний нервной системы в пояснично – крестцовом отделе.

Под наблюдением находилось, в общей сложности, 36 человек с корешковыми и ирритативно – рефлекторными синдромами. В контрольную группу, в которой проводилась стандартная медикаментозная терапия, вошло 12 человек, из них 4 человека с мышечно – тоническим синдромом поясничного отдела, 5 человек с корешковым синдромом на уровне L5 справа, 3 человека с корешковым синдромом на уровне S1 слева; в основную группу, в которой, помимо стандартной медикаментозной терапии, проводилось лечение с использованием инфракрасного физиотерапевтического лазерного аппарата, вошло 24 человека, из них 8 человек с мышечно – тоническим синдромом поясничного отдела, 4 человека с корешковым синдромом на уровне L5 справа, 5 человек с корешковым синдромом на уровне L5 слева, 5 человек с корешковым синдромом на уровне S1 слева, 2 человека с корешковым синдромом на уровне S1 справа.

При обследовании пациентов учитывались жалобы на боли, интенсивность которых оценивалась по ВАШ, клинические неврологические проявления синдромов. Так при поступлении у всех пациентов интенсивность болей по ВАШ составляла 8 баллов в обеих группах, неврологические проявления были у всех схожие (скованность и боли при движении в поясничном отделе, иррадиация болей в нижнюю конечность, парез разгибателей большого пальца стопы, нарушения чувствительности, симптом натяжения Лассега с 30º на стороне поражения, также при мышечно – тоническом синдроме участки патологически напряжённых длинных мышц спины).

Стандартная медикаментозная терапия, применявшаяся в обеих группах больных, включала в себя следующие группы препаратов: НПВС, сосудистые средства, миорелаксанты, хондропротекторы, антидепрессанты. В основной группе больных, в сочетании со стандартной медикаментозной терапией, применялся инфракрасный лазерный аппарат «Мотылёк» с длиной волны 0,87 – 0,91мкм, частотой импульсов 80 Гц, мощностью 12 Вт. Облучались при мышечно – тонических синдромах участки патологически напряжённых длинных мышц спины и зоны наибольшей болезненности, при корешковых синдромах – паравертебральные точки выходов спинномозговых нервов, зоны наибольшей болезненности. Время экспозиции каждой области составляло 3 – 4 минуты, курс лечения, в среднем, составлял 10 – 15 ежедневных утренних процедур.

В процессе лечения в обеих группах для оценки эффективности проводимых лечебных мероприятий проводились ежедневные опросы по указанию интенсивности болей по ВАШ, проверялись неврологические проявления синдромов (уменьшение скованности и боли при движении в поясничном отделе, уменьшение иррадиации болей в нижнюю конечность, уменьшение пареза разгибателей большого пальца стопы, улучшение чувствительности, уменьшение симптома натяжения Лассега до 60º, снижение напряжения длинных мышц спины).

Так, в контрольной группе у пациентов с мышечно – тоническим синдромом уменьшение болей по ВАШ до 6 баллов начиналось с 9 дня лечения, регресс неврологической симптоматики начинался с 11 дня лечения, у 3 пациентов с корешковым синдромом на уровне L5 справа уменьшение болей по ВАШ до 5 баллов начиналось с 8 дня лечения, регресс неврологической симптоматики – с 10 дня лечения, у 2 пациентов с корешковым синдромом на уровне L5 справа уменьшение болей по ВАШ до 6 баллов начиналось с 8 дня лечения, регресс неврологической симптоматики – с 10 дня лечения, у 3 пациентов с корешковым синдромом на уровне S1 слева уменьшение болей по ВАШ до5 баллов начиналось с 9 дня лечения, регресс неврологической симптоматики начинался с 11 дня лечения.

По сравнению с контрольной группой, в основной группе больных у пациентов с мышечно – тоническим синдромом уменьшение болей по ВАШ наступало быстрее на 2,5 дня, регресс неврологической симптоматики – быстрее на 3 дня; у пациентов с корешковыми синдромами уменьшение болей наступало быстрее на 3,5 дня, регресс неврологической симптоматики – быстрее на 3,3 дня.

Таким образом, проведенное исследование показало, что применение инфракрасного физиотерапевтического лазерного аппарата в сочетании со стандартной медикаментозной терапией в лечении спондилогенных заболеваний пояснично – крестцового отдела вызывает более быстрое уменьшение болевого синдрома, более быстрый регресс неврологической симптоматики; применение сочетанной физиотерапевтической лазерной и медикаментозной терапий оказало наибольший эффект при лечении корешковых синдромов в области пояснично – крестцового отдела.

ОСОБЕННОСТИ ЭПИДЕМИОЛОГИИ И ПАТОГЕНЕЗА

некротической формы рожи

Голодников М.А., 513 гр. ЛФ

Иркутский государственный медицинский университет, г. Иркутск

Руководитель темы: к.м.н. Фролов А.П.
С середины 80-х годов ХХ века в странах Западной Европы, США, Канады наблюдается значительный рост числа больных с различными формами рожи, которые в 60–70-х годах встречались относительно редко. Существенно увеличилась доля больных с некротической формой рожи (НФР), которая стала протекать крайне тяжело с образованием обширных некрозов кожи и инфекционно-токсическим шоком. Заболеваемость составляет 1,2–6,1 больных на 100 тыс. населения, а летальность 30–80%. В России в виду слабой лабораторной базы эпидемиологический контроль за заболеваниями стрептококковой этиологии не ведется, в связи с чем данные по распространенности рожи отсутствуют.

Цель исследования: выявить эпидемиологические особенности НФР и роль стрептококковой инфекции в патогенезе заболевания.

Материалы и методы: 1640 больных с различными формами рожи, которые находились на лечении в клинике общей хирургии ИГМУ с 1971 по 2005 гг. С целью изучения влияния стрептококковой инфекции на развитие некротического поражения мягких тканей проводилось цитологическое и бактериологическое исследование экссудата, полученного методом пункционной аспирации в центе очага воспаления. У больных вываляли наличие антител к ферментам стрептококка, путем определения уровня антистрептолизина-О (АСЛ-О) и антистрептогиалуронидазы (АСГ) в плазме крови. Результаты и их обсуждение. При анализе динамики госпитализаций больных с различными формами рожи за последние 35 лет установлено, что с 1971 по 1980 гг. на лечение находилось 130 больных, с 1981 по 1990 гг. – 434, с 1991 по 2000 гг. – 609 и с 2001 по 2005 гг. – 467 больных. В среднем ежегодно в 70-х годах госпитализировалось 13 больных, в 80-х годах – 43,4, в 90-х – 69, в 2000-х – 93,4 больных. НФР в начале 70-х годах отсутствовала. Появление НФР совпало с общим ростом заболеваемости рожей. В начале 80-х годах, она составила 9,9% от общего количества госпитализированных больных с различными формами рожи. В последующие годы рост НФР продолжился. В 90-х годах НФР отмечалась в 25,2% наблюдений, а в 2000-х годах – в 36,2% наблюдений, что составило 33,8 больных в год. Учитывая, что все больные с НФР являлись жителями г. Иркутска и находились на лечении в одной клинике можно полагать, что заболеваемость НФР в 2000-х годах составила 7,5 на 100 тыс. взрослого населения, что сопоставимо с заболеваемостью в странах Западной Европы и США.

В 2000-х годах НФР, как и другими формами рожи, страдает население всех возрастных групп. Наиболее часто болеют лица пожилого возраста, средний возраст составляет 61,12,7 год. Чаще всего НФР отмечается у женщин (56,1%), реже – у мужчин (43,9%). Сезонная заболеваемость ярко не выражена. У большинства больных с НФР патологический процесс локализуется на нижних конечностях (77,3%), в меньшей степени – на верхних конечностях (18,9%), другая локализация встречается редко (3,8%). У 68,2% больных имелись фоновые заболевания, которые приводили к нарушению микроциркуляции в коже нижних конечностей и тем самым способствовали развитию заболеванию этой локализации. Развитию НФР также способствует наличие входных ворот инфекции и несвоевременная их санация (43,9%). Летальность за последние 10 лет составляет 18,9% – 29,5%. Основной причиной летальных исходов является стрептококковый инфекционно-токсический шок. Обследовано 82 больных. со сходной клинической картиной рожи в первые 3-е суток заболевания. Из них на фоне проведения консервативного лечения у 30 больных развилась НФР, у 31 – эритематозная и буллезная формы, у 21 – флегмонозная форма. При цитологическом исследовании экссудата мягких тканей установлено, что у больных, у которых в дальнейшем развилась НФР в экссудате обнаруживается 566,50±66,28 стрептококков в одном поле зрения (630), при развитии эритематозной и буллезной форм – 8,39±1,89 стрептококков, при флегмонозной форме – 25,95±6,78 стрептококков (р<0,0001). В 96,7% наблюдений НФР развивалась при наличии в экссудате 100 и более стрептококков, при других формах во всех случаях количество стрептококков было существенно меньше 100. Межу количеством стрептококков в экссудате и развитием формы рожи выявлена прямая корреляционная связь (r=0,77; p<0,05). Количество лейкоцитов при развитии НФР у 66,7% больных было такое же, как при развитии эритематозной и буллезной форм рожи (до 20 клеток в позе зрения), что указывало на отсутствие гнойного процесса в этот период заболевания. У остальных 33,3% больных количество лейкоцитов было как при развитии флегмонозной форме (свыше 20 клеток), что свидетельствовало о развитии гнойного процесса в мягких тканях.

При бактериологическом исследовании экссудата полученного у больных, с развившейся в дальнейшем НФР, в 70% наблюдений был выделен Streptococcus pyogenes, что достоверно чаще чем, при развитии флегмонозной (20%, р0,0001) и эритематозно-буллезной формах (13,8%, р0,0001). При эритематозно-буллезной и флегмонозной формах чаще всего выделяется Staphylococcus aureus (38,7% и 54,2% соответственно) при НФР он был выделен в 13,3% наблюдениях. При исследовании уровня антител к стрептолизину-О и гиалуронидазе в крови больных рожей на 3 неделе заболевания выявлены достоверно более высокие титры АСЛ-О и АСГ при НФР, чем других формах рожи (р0,05), что может свидетельствовать о перенесенной больными более выраженной стрептококковой атаке при НФР. Следовательно, можно полагать, что развитие НФР обусловлено высокой инвазией стрептококками мягких тканей с образованием ими большого количества токсинов и ферментов.

Выводы. 1. В настоящее время заболеваемость НФР в Сибири составляет 7,5 на 100 тыс. взрослого населения, что сопоставимо с заболеваемостью в странах Западной Европы и Америки. 2. Ключевым моментом патогенеза НФР является высокая инвазия стрептококками группы А мягких тканей с образованием суммарновысокого количества токсинов на фоне неадекватного иммунного ответа. 3. Критическим уровнем инвазии мягких тканей необходимым для развития НФР является наличие в экссудате 100 и более стрептококков, данный критерий может быть использован для прогнозирования развития НФР.



РОЛЬ ВОЕННОЙ МЕДИЦИНЫ В ЛИКВИДАЦИИ ПОСЛЕДСТВИЙ ЧЕРНОБЫЛЬСКОЙ КАТАСТРОФЫ

Голощапов О.И., 442гр. ЛФ, Иванова О.А., 443 гр. ЛФ

СПбГМА им. И.И.Мечникова, кафедра военной и экстремальной медицины.

Руководитель темы: подполковник Грибенко О.В.
Актуальность данной работы обусловлена в первую очередь возможностью повторения событий произошедших 26 апреля 1986 года на Чернобыльской АЭС и необходимостью возможной ликвидации их последствий при слаженном взаимодействии всех ответственных структур и ведомств, в том числе и медицинской службы МО РФ.

Материалы и методы: при выполнении данной работы были использованы хроники событий аварии на ЧАЭС, нормотивно-правовые документы, приказы МО СССР, касающиеся действия мед. службы в очагах радиационного заражения.

При проведении данной работы были получены следующие результаты:


  1. Действия медицинской службы МО СССР соответствовали приказам МО СССР, касающимся деятельности медицинской службы в очагах химического и радиационного поражения.

  2. При проведении ликвидации последствий катастрофы на ЧАЭС личный состав мед. службы вооруженных сил понес значительные санитарные потери.

  3. Оказание помощи раненым и пораженным военнослужащим и гражданскому населению проводилось согласно дерективам и приказам МО СССР, в необходимом объеме.

  4. Техническое оснащение медицинской службы ВС не полностью соответствовало особенностям ситуации. Так, например, мед. служба испытывала явную потребность в средствах индивидуальной защиты и препаратов группы радиопротекторов.

  5. Значительное внимание было обращено на проведение противоэпидемических мероприятий в очаге поражения.

  6. Для усиления мед. службы были в экстренном порядке мобилизованы силы Центрального подчинения, в том числе несколько подвижных радио-токсикологических групп создано на базах военно-медицинских учебных заведений.

  7. Медицинская служба МО СССР на ряду с табельными средствами медицинской помощи также использовала и перспективные средства (радиопротекторы и др.), прошедшие клинические испытания.

Выводы.

Из всего вышеперечисленного можно сделать следующие выводы:

действия медицинской службы МО СССР полностью отвечали нормативно-правовым документам и оказались достаточно эффективными, даже при отсутстви всего необходимого оснощения.

Наряду с этим внедрение новых перспективных средств значительно уменьшило тяжесть санитарных потерь. Применение и обобщение опыта медицинской службы МО СССР полученного при ликвидации последствий Чернобыльской катострофы может оказаться незаменимым при возможном развитии подобных аварий.



МИОФАСЦИАЛЬНЫЙ СИНДРОМ МЫШЦ ШЕИ И ПЛЕЧЕВОГО ПОЯСА ПРИ ОСТРОМ НАРУШЕНИИ МОЗГОВОГО КРОВООБРАЩЕНИЯ

Голубкова Д.А., 604 гр. ЛФ, Зиннатуллина А.А., 615 гр. ЛФ, Бельков А.И., врач–интерн, неврологическое отделение 1 РКБ г. Ижевск

Ижевская государственная медицинская академия, кафедра неврологии, нейрохирургии и мед.генетики, г. Ижевск

Руководители темы: асс. Пелин А.И., проф. Осетров А.С.
В настоящее время проблема нарушения мозгового кровообращения и его последствий стоит чрезвычайно актуально. Частота острого нарушения мозгового кровообращения (ОНМК) колеблется в пределах от 1,5 до 7,4 на 1000 населения. Смертность от инсульта в России занимает 2-3 место. Лишь 20% больных, перенесших ОНМК, возвращаются к труду, 60% остаются инвалидами, а 20% нуждаются в постоянном уходе. Нередко одним из дезадаптирующих факторов является боль в парализованных конечностях, которая по структуре неоднородна и может быть как центрального происхождения, так и возникать за счет вторичных мышечных синдромов. Болевые ощущения сопровождают многие двигательные расстройства, а зачастую и сами манифестируют эти нарушения. Отношение к вопросу происхождения и даже существования миофасциальной боли до недавнего времени оставалось противоречивым. Однако постепенно достигается понимание в попытках классифицировать и выделить отличительные черты основных категорий мышечной боли неизвестной этиологии. В частности, возникли два специфических диагноза – фибромиалгия и миофасциальный болевой синдром. Наиболее важным отличием между ними является то, что миофасциальный болевой синдром имеет тенденцию к большему ограничению очага, выраженную специфичность, в процесс вовлекается меньшее количество мышц, а при пальпации определяются «триггерные зоны (точки)», которые инициируют боль, распространяющуюся на удаленные области тела.

Целью данной работы было изучение миофасциального синдрома мышц шеи и плечевого пояса у больных, перенесших ОНМК и имеющих в неврологическом статусе центральные гемипарезы.

Материал исследования включал 20 человек с нарушением мозгового кровообращения, из них 10 (50%) мужчин и 10 (50%) женщин в возрасте от 28 до 76 лет (средний возраст больных - 52 года). Давность перенесенного инсульта от 3 дней до 2,5 лет. Контрольную группу составили 10 здоровых людей в возрасте от 39 до 60 лет (средний возраст – 50 лет), 5 (50%) мужчин и 5 (50%) - женщин. В ходе исследований были использованы два основных метода: клинико-неврологический анализ и вертеброневрологическое исследование мышц шеи и плечевого пояса. В результате проделанной работы получены следующие данные: глазодвигательные нарушения наблюдались у 11 (55%) больных, поражение лицевого нерва по центральному типу – у 18 (90%), бульбарные расстройства были выявлены у 3 (15%) пациентов, правосторонних центральных парезов 5 (25%), левосторонних – 15 (75%), гемигипестезии у 14 (70%) пациентов, вестибуло – мозжечковые нарушения – 13 (65%), моторная афазия наблюдалась у 10 (50%) обследованных. Средний индекс альготонуса (ИАТ) мышц шеи и плечевого пояса при правосторонних гемипарезах справа (16,286±0,09) достоверно более выражен, чем слева (11,286±0,06), а при левосторонних гемипарезах наоборот: слева - 45,858±0,40, справа - 32,286±0,16 (p<0,01 – 0,001). В контрольной же группе достоверной ассиметрии ИАТ в мышцах шеи и плечевого пояса не наблюдалось и его значение заметно ниже, чем в основной группе (15,857±0,27, p>0,05). Нами был исследован ИАТ по отдельным мышцам. В ременных (2,375±0,42), лесничных (3,85±0,38), больших грудных (2,725±0,48), дельтовидных (2,85±0,48) и плечелучевых (2,575±0,51) мышцах индекс альготонуса был достоверно (p<0,01 – 0,001) более выражен, чем в соответствующих мышцах лиц контрольной группы. При сравнении ИАТ по затылочным (2,85±0,37) и трапецевидным (2,55±0,42) мышцам достоверных различий не обнаружено (p>0,05).

Таким образом, у лиц, перенесших ОНМК, имеется достоверно выраженный миофасциальный синдром мышц шеи и плечевого пояса, который соответствует стороне гемипареза. Этот факт подтверждает положение, что одним из составляющих болевого синдрома после инсульта могут быть миофасциальные проявления, наличие которых ухудшает двигательную активность больных. Поэтому при реабилитации пациентов с последствиями нарушения мозгового кровообращения необходимо своевременно выявлять миофасциальный синдром и проводить его лечение (физиопроцедуры, блокады, курсы мануальной терапии).



ЭФФЕКТИВНОСТЬ НОВОГО ЦИНКОРГАНИЧЕСКОГО

АНТИГИПОКСАНТА ПРИ ЭКСПЕРИМЕНТАЛЬНОЙ

АДРЕНАЛИНОВОЙ КАРДИОМИОПАТИИ

Горгоцкий И.А., 436 гр. ЛФ

СПбГМА им. И.И.Мечникова, кафедра фармакологии

Руководитель темы: асс., к.м.н. Зайцева М.А.

Целью исследования являлось изучение эффективности нового цинкорганического антигипоксанта на модели катехоламиновой кардиомиопатии. В качестве препарата сравнения использовался токоферол.

Для эксперимента использовали 60 белых нелинейных крыс-самцов, 180-220г, возрастом 3-4 месяца. Кардиомиопатию моделировали на 45 животных ежедневным подкожным введением адреналина гидрохлорида в дозе 5мг/кг в течение 14 дней. Остальные животные составили интактную группу. Экспериментальную терапию проводили после формирования модели кардиомиопатии. Всего было сформировано 4 экспериментальные группы по 15 животных: 1. Интактные животные; 2. Животные с экспериментальной кардиомиопатией без лечения; 3. Животные с экспериментальной кардиомиопатией - терапия токоферолом (10мг/кг в 15% крахмальной взвеси, 1 раз в сутки в течение 7 суток); 4. Животные с экспериментальной кардиомиопатией – терапия цинкорганическим антигипоксантом (20 мг/кг в 15% крахмальной взвеси 1 раз в сутки в течение 7 суток).

Все вещества вводили в желудок через атравматический зонд. Интактным животным и животным с экспериментальной кардиомиопатией без лечения вводили растворитель (15% крахмальная взвесь) в том же режиме в эквивалентных количестах. Сравнительную эффективность препаратов оценивали по нескольким группам показателей: клинической картине; функциональным – ЭКГ (до, 14 день и 21 день эксперимента (после терапии)); гистологическим – (14 день и 21 день эксперимента (после терапии)). Статистическую обработку результатов экспериментов проводили по Стьюденту и Фишеру.

У животных с экспериментальным адреналиновым миокардитом без лечения, по сравнению с интактной группой, наблюдалось выраженное уменьшение амплитуды зубца Р в 2.5 раза, прогрессирующее уменьшение амплитуды зубца R в 3 раза, прогрессирующее уменьшение амплитуды зубца S в 4 раза. Это является одним из признаков формирования правожелудочковой недостаточности с перегрузкой и гипертрофией правых отделов сердца. Зарегистрированное достоверное увеличение амплитуды зубца Т в 2.4 раза по сравнению с интактной группой свидетельствует об увеличении левого желудочка, выраженных метаболических нарушениях в миокарде и сердечной декомпенсации с увеличением левого желудочка. При гистологическом исследовании у крыс контрольной группы наблюдался очаговый интерстициальный миокардит: множественные участки трабекулярных и сосочковых мышц левого желудочка сердца были инфильтрированы гистиоцитами, плазматическими клетками и фибробластами.

Терапия токоферолом в течение 7 дней предотвращала выраженное уменьшение возбудимости и проводимости волокон сердечной мышцы, что проявлялось увеличением амплитуды зубца Р в 2 раза по сравнению с контрольной группой, увеличением амплитуды зубца R в 2 раза по сравнению с контрольной группой (но амплитуда ниже в 1.5 раза по сравнению с интактной группой). Следует отметить уменьшение амплитуды зубца S в 2 раза.

Терапия цинкорганическим антигипоксантом предотвращает выраженное уменьшение возбудимости и проводимости волокон сердечной мышцы, что проявляется достоверным увеличением амплитуды зубца Р в 2 раза по сравнению с контрольной группой, амплитуды зубца R в 2 раза по сравнению с контрольной группой (но амплитуда ниже в 1.7 раза по сравнению с интактной группой) и амплитуды зубца S в 3.5 раза с контрольной группой, где отмечена нормализация.

На фоне терапии обоими исследуемыми препаратами амплитуда зубца Т оставалась достоверно увеличенной в 2.5 раза по сравнению с интактной группой.

При гистологическом исследовании у крыс, получавших терапию токоферолом и у крыс получавших терапию цинкорганическим антигипоксантом, очаги интерстициального миокардита были единичными, скопления клеток фибробластического ряда были мелкими. Поперечная исчерченность миокарда левого желудочка и ядра кардиомиоцитов были четкими.

Полученные данные свидетельствуют о том, что новый цинкорганический антигипоксант в условиях экспериментального катехоламинового миокардита оказывает выраженный лечебный эффект, предотвращая выраженное уменьшение сократительной активности миокарда, уменьшая ЭКГ проявления перегрузки правых отделов сердца, способствовуя восстановлению амплитуды зубцов R,S,T, терапия изученным препаратом экспериментального катехоламинового миокардита приводила к регрессии воспалительных изменений в кардиомиоцитах и достоверно способствовала более скорому восстановлению их нормальной структуры.

Выявленные фармакологические эффекты нового цинкорганического антигипоксанта сопоставимы с таковыми известного препарата базисной метаболической терапии миокардита – токоферола.

ОСОБЕННОСТИ МЕТАБОЛИЧЕСКИХ НАРУШЕНИЙ ПРИ

ИШЕМИЧЕСКОЙ БОЛЕЗНИ СЕРДЦА, АССОЦИИРОВАННОЙ С

САХАРНЫМ ДИАБЕТОМ 2 ТИПА У МУЖСИН И ЖЕНЩИН

Гордеев Е.О., кл.орд., Матвеева А.О., кл.орд., Маренина Т.В., кл.орд. МФ

Сургутский государственный университет, г. Сургут

Руководитель темы: проф., д.м.н. Попова М.А.
В последние годы большой научный и практический интерес вызывают вопросы диагностики сложного сочетания нарушений углеводного, липидного и других видов метаболизма и обсуждение их роли в патогенезе наиболее распространённых и важных хронических неинфекционных заболеваниях человека: ишемической болезни сердца (ИБС), артериальной гипертензии (АГ) и инсулиннезависимого сахарного диабета (ИНСД). В современной медицинской литературе указанные нарушения метаболизма принято рассматривать в рамках синдрома инсулинорезистентности, или метаболического синдрома (МС).

В апреле 2005 года Международная Диабетическая Федерация (МДФ) подготовила документ “Определение метаболического синдрома для всего мира”, который содержит обновлённые критерии синдрома. В соответствии с новым определением МДФ, для того чтобы состояние человека могло быть обозначено как МС, у него должно иметься:

Абдоминально-висцеральное ожирение плюс любые два из следующих 4 факторов: повышенный уровень триглицеридов (>1,7 ммоль\л) или проведение специфического лечения направленного на это липидное нарушение;сниженный холестерин липопротеинов высокой плотности (<1,0 ммоль\л у мужчин и <1,3 ммоль\л у женщин) или проведение специфического лечения направленного на это липидное нарушение; повышенное артериальное давление (систолическое АД больше или равно 130 или диастолическое АД больше или равно 85 мм.рт.ст) или проведение лечения в связи с ранее диагностированной гипертонией; повышенный уровень глюкозы в плазме натощак (>5,6 ммоль\л) или ранее диагностированный диабет 2 типа.

Проведён анализ клинического течения ИБС, ассоциированной с сахарным диабетом (СД) 2 типа, у 315 женщин и 162 мужчин, госпитализировавшихся в кардиологическое и эндокринологическое отделения Сургутской центральной клинической больницы в 2000-2004 годах. Сравнительный анализ проведён в возрастных группах до 60 лет и после 60 лет по наличию и степени выраженности таких метаболических факторов как ожирение, АГ, содержание общего холестерина и триглицеридов. Для количественной оценки степеней ожирения использовали классификацию ожирения по индексу массы тела (ИМТ) в связи с тем, что объём талии не входил в стандарт обследования пациентов в период, который подлежал анализу. Ожирение III степени достоверно чаще встречается у мужчин (значимого различия в возрастных группах среди мужчин не выявлено) с сочетанием ИБС и СД 2 типа. Следует отметить, что в группе женщин число больных с нормальной массой тела вдовое больше, чем у мужчин.

При сочетании ИБС и СД 2 типа у всех пациентов выявлено сочетание с артериальной гипертензией не менее II степени. Нормальное и высокое нормальное АД не зарегистрировано ни в одном случае. До 60 лет у женщин АГ III степени на 13% чаще встречается, чем у мужчин до 60 лет, а у мужчин старше 60 лет АГ III степени встречается на 6% чаще, чем у женщин старше 60 лет.

При анализе уровня липидов крови установлено, что у пациентов до 60 лет чаще встречается высокая гиперхолестеринемия и гипертриглицеридемия, чем у женщин в разных возрастных группах. Следует отметить, что при сочетании ИБС и СД 2 типа у каждого пятого мужчины и каждой 8 женщины отмечены нормальные показатели холестерина (ниже 5,0 ммоль\л). Нормальный уровень триглицеридов выявлен в 22,9-34,2% у женщин и в 12-19,3% у мужчин в разных возрастных группах. Проведен анализ структуры ИБС в группах обследованных больных (табл.4.). Стабильная стенокардия IV функционального класса (ФК) достоверно чаще встречалась у женщин в разных возрастных группах чем у мужчин, у которых преобладают стенокардии I-II ФК.

Следует отметить, что постинфарктный кардиосклероз в два раза чаще встречается у мужчин в разных возрастных группах, но у женщин до 60 лет чаще встречается инфаркт миокарда.

Таким образом, у мужчин разных возрастных групп, страдающих ИБС, ассоциированной с СД 2 типа наблюдается менее тяжелое течение хронической ишемической болезни сердца, чем у женщин. Среди метаболических факторов в среднем возрасте превалирует сочетание ожирения, артериальной гипертензии II и III степени, умеренной гиперхолестеринемии и гипертриглицеридемии. В возрасте старше 60 лет чаще встречаются ожирение и степени, артериальная гипертензия III степени.



ОСОБЕННОСТИ ИЗМЕНЕНИЯ НЕКОТОРЫХ ЛАБОРАТОРНЫХ И ИНСТРУМЕНТАЛЬНЫХ ПОКАЗАТЕЛЕЙ ПРИ РАЗЛИЧНЫХ

ВАРИАНТАХ ИНФАРКТА МИОКАРДА.

Горшкова М.В., 433 гр. ЛФ, Серебреницкая М.П., 439 гр. ЛФ

СПбГМА им. И.И.Мечникова, кафедра факультетской терапии c курсом интервенционной кардиологии

Руководитель темы: асс. Бурак Т.Я.
В настоящее время заболевания сердечно-сосудистой системы являются лидирующими в структуре заболеваний, существенно влияющих на продолжительность и качество жизни. Ведущая роль отводится инфаркту миокарда (ИМ), за последнее десятилетие возраст больных ИМ существенно уменьшился, и в настоящее время среди пациентов преобладают мужчины старше 30 лет и женщины старше 55 лет. С другой стороны, по данным литературы имеются неоднозначные сведения о прогностическом значении и характере изменений лабораторных и инструментальных показателей при различных формах ИМ.

Целью настоящего исследования явилось сравнение некоторых лабораторных и инструментальных показателей у больных с Q и не Q-ИМ, изучение связей между этими показателями, а также их зависимости от формы ИМ.

Материал и методы: всего в исследование было включено 84 больных, проходивших лечение в клинике кардиологии Клинической больницы им. Петра Великого с января по декабрь 2005 года. Больные были разделены на две группы в соответствии с формой ИМ: 50 человек – в группе с Q-ИМ и 34 человека – в группе с не Q-ИМ. Проводилось сравнение по следующим лабораторным показателям: уровню гемоглобина (Hb), количеству тромбоцитов (Tr), количеству лейкоцитов (Le), количеству моноцитов (mon), СОЭ, уровню АСТ; вышеперечисленные показатели клинического и биохимического анализов крови изучались на 3-5 день после ИМ. Также изучались данные ЭхоКГ, которая была проведена больным на 1-ой неделе после ИМ. Проводилась оценка следующих показателей: диаметр аорты (dA), размер левого предсердия (ЛП), конечнодиастолический размер левого желудочка (КДРЛЖ), толщина межжелудочковой перегородки (МЖП), толщина задней стенки левого желудочка (ЗСЛЖ), размер полости правого желудочка (ПЖ), размер полости правого предсердия (ПП), размер легочной артерии (ЛА), конечнодиастолический и конечносистолический объемы левого желудочка (КДОЛЖ и КСОЛЖ), фракция выброса левого желудочка (ФВ). Кроме того, проводилось сравнение частоты встречаемости в группах следующих заболеваний: ГБ, ХСН III ф.к. (NYHA), СД 2 типа.

Статистическая обработка проводилась с помощью пакета анализа Microsoft Excel. Различия в группах выявлялись при помощи двухвыборочного t-теста с различными дисперсиями, результаты представлены в виде М±m – где М – среднее значение, m - стандартное отклонение (достоверными считались различия при p <0,05). Дополнительно в каждой группе рассчитывалась корреляция показателей.

Результаты и обсуждение: по данным t-теста получены следующие результаты: в группе больных с Q-ИМ ФВ была достоверно ниже, чем в группе с не Q-ИМ (56,02±7,61% против 59,62±9,84; р=0,03).Также обращает на себя внимание достоверно более высокий уровень Tr в группе с Q-ИМ (246,94±78,05 против 201,65±52,82; р=0,001).Достоверные различия в этих группах наблюдались также по dA: 33,2±2,88мм при Q-ИМ против 35,1±3,82 при не Q-ИМ (р=0,009) и уровню АСТ (42,84±22,80 ед. против 31,26±12,9 ед. соответственно; р<0,05). По остальным изучаемым показателям достоверных различий не обнаружено. Следует отметить, что показатели, по которым обнаружены достоверные различия, все же не выходят за пределы нормы.

Что касается расчета корреляции, получены следующие результаты: в группе больных с не Q-ИМ отмечалась значимая корреляция сильной степени между ФВ и КСОЛЖ (r=- 0,84), в то время как в группе пациентов с Q-ИМ также выявлялась указанная корреляция, однако сила связи была значительно меньше(r=-0.46). Данные результаты можно объяснить тем, что при Q-ИМ имеется больший объем поражения миокарда с его ремоделированием, что и приводит к уменьшению вышеописанной зависимости между ФВ и КСОЛЖ. В отношении частоты сопутствующих заболеваний получены следующие данные: в группе больных с Q-ИМ ХСН III ф.к. (NYHA) наблюдалось у 5 больных (10%), СД 2 тип – у 7 больных (14%). В группе больных с не Q-ИМ - ХСН III ф.к. (NYHA) – у 4 больных (11%), СД 2 тип – у 4 больных (11%). Таким образом, достоверных различий по этим признакам между группами не наблюдалось.

Выводы: несмотря на то, что исследуемые показатели не выходили за пределы нормы, в группе больных с Q-ИМ были достоверно ниже показатели ФВ и dA, а также достоверно выше уровень АСТ по сравнению с больными с не Q-ИМ. Эти различия могут быть объяснены большим объемом повреждения при Q-ИМ и процессами ремоделирования миокарда. Достоверно более высокий уровень тромбоцитов у больных в группе Q-ИМ может играть определенную роль в патогенезе данной формы ИМ. Однако прогностическое значение полученных различий нуждается в дальнейшем изучении.

ОСОБЕННОСТИ ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ УБИХИНОНА (CoQ10) С

НЕКОТОРЫМИ ПРИРОДНЫМИ АНТИОКСИДАНТАМИ

Грекова М.М., 241 гр. ЛФ

СПбГМА им. И.И.Мечникова, кафедра биологической химии

с курсом биоорганической химии

Руководитель темы: проф., д.х.н. Дадали В.А.


Кофермент Q или убихинон является низкомолекулярным компонентом дыхательных цепей митохондрий, осуществляющий челночный перенос восстановительных эквивалентов между флавин-зависимыми ферментами и системой дыхательных цитохромов, участвуя, таким образом, в реализации одного из ключевых процессов живой клетки – окислительного фосфорилирования и синтезе АТФ, необходимой для нормального обеспечения клетки энергией. В этой системе убихинон обратимо восстанавливается в убигидрохинон, который выступает в качестве восстановителя цитохрома “b” митохондриальной цепи переноса электрона. При его дефиците развиваются заболевания сердечно-сосудистой системы, печени, иммунные нарушения. Исключительно важна роль KoQ в профилактике атеросклероза. В этих процессах участвует не только окисленная – хиноновая форма, но и восстановленная (убихинол), который функционирует как эффективный антиоксидант.

Убихинон является компонентом транспортных форм липидов, и его восстановленная форма, а не витамин E, является ключевым антиоксидантом липопротеинов низкой плотности (ЛПНП), предотвращающим образование окисленных, а потому атерогенных форм липидов. Таким образом, функционирование убихинона как антиоксиданта зависит от его способности восстанавливаться до убигидрохинона. В липопротеинах имеет место неферментативное восстановление радикала убисемихинона аскорбиновой кислотой. Этот процесс представляет особый интерес, поскольку, несмотря на то, что ЛПНП транспортируют токоферолы и каротиноиды к периферическим тканям, защиту этих частиц от свободно-радикального окисления осуществляет не витамин E, а восстановленная форма убихинона. Поэтому изучение процесса восстановления убихинона и роль природных веществ, прежде всего, таких как аскорбиновая кислота, токоферол, флавоноиды и другие антиоксиданты, в этих процессах представляет значительный интерес.

Поскольку хинонимины могут рассматриваться как азотистые аналоги кислородсодержащих бензохинонов, к числу которых относится убихинон, то представляло интерес провести сравнительное изучение характера их взаимодействия с некоторыми из природных восстановителей.

Целью работы является сравнительное изучение особенностей взаимодействия природных восстановителей с убихиноном и модельным хинонимином – дифенил-п-бензохинодиимином, кинетических закономерностей протекания реакций восстановления.

Взаимодействие убихинона и хинонимина с восстановителями изучали спектрофотометрически в протоноакцепторном полярном растворителем диметилацетамиде (ДМА) при 25° C. Кинетику восстановления убихинона и хинонимина изучали на спектрофотометре “Specord M-40” в автоматическом режиме по их расходованию в реакционной смеси при 407 и 450 нм соответственно. Регистрацию спектров поглощения осуществляли в режиме вычитания в диапазоне длин волн 300 – 700 нм.

При изучении реакций восстановления хинонимина было показано, что наиболее активными его восстановителями являются аскорбиновая кислота (kred(2) = 9.60  1.30 моль-1 л с-1) и ее пальмитиновый эфир аcкорбилпальмитат (kred(2) = 8.30  2.20 моль-1 л с-1). Водорастворимый аналог токоферола тролокс и флавоноид кверцетин в отношении хинонимина проявляли значительно более низкую восстанавливающую активность (соответственно kred(2) = (8.03  0.08) 10-3 моль-1 л с-1; kred(2) = (3.82  0.35) 10-3 моль-1 л с-1). При этом кинетические кривые расходования хинонимина (при 450 нм) в условиях избытка восстановителя удовлетворительно описываются кинетическим уравнением первого порядка для всех изучаемых соединений. Тем самым, было показано, что качественный характер взаимодействия хинонимина со всеми изучаемыми восстановителями одинаков, тогда как значительное различие в значениях констант скорости восстановления свидетельствует как о пространственных затруднениях, так и дополнительных стадиях протекания реакций восстановления.

Эти же антиоксиданты в реакционной смеси с убихиноном проявляли значительно более низкий восстанавливающий эффект. Так аскорбиновая кислота и аскорбилпальмитат характеризуются значением константы скорости восстановления 18.8  10-4 моль-1 л с-1, что в 5000 раз меньше скорости их взаимодействия с хинонимином. Вероятно, это связано с существенными пространственными трудностями молекулы убихинона, в структуре хинонового кольца которой имеются метильная, две метоксильные группы и длинная изопреноидная цепь. Кинетические кривые расходования убихинона (при 407 нм) также удовлетворительно описываются уравнением первого порядка. В системе убихинон – тролокс эффект восстановления не наблюдался, тогда как система убихинон – кверцетин характеризуется вообще качественно иным характером взаимодействия.

Так вместо восстановления убихинона (уменьшения интенсивности полосы поглощения 407 нм) нами был обнаружен эффект взаимодействия убихинона с флавоноидами семейства флавон-3-олов - кверцетином, мерицетином, кемпферолом, морином и физетином, по характеру отличным от взаимодействия с хинонимином.

Вместо ожидаемого восстановления убихинона и уменьшения интенсивности его поглощения при 407 нм, для всех указанных соединений наблюдалось быстрое появление новых полос поглощения большей интенсивности: для кверцетина и кемпферола - 438 нм, физетина – 427 нм и морина – 421 нм, не совпадающих с основными максимумами флавоноидов. При 60ºC длинноволновые максимумы сохраняли свою интенсивность, что означает стабильность продукта взаимодействия. В этаноле эффект также наблюдался и характеризуется меньшим батохромным сдвигом, в частности для кверцетина максимум поглощения продукта реакции отвечает 419 нм. Для флавоноидов других групп, в частности, в молекулах которых отсутствует 3-OH группа при двойной C2 – C3 связи (лютеолин), или отсутствует двойная C2 – C3 связь (дигидрокверцетин), или 3-OH – гликозилирована (рутин), длинноволновый максимум в спектрах не наблюдался.

Добавление в систему разных кислот (уксусной, аскорбиновой, монохлоруксусной) приводило к исчезновению новой полосы поглощения и появлению максимума убихинона прежней интенсивности. Тем самым, появление новой полосы поглощения может служить подтверждением образования молекулярного комплекса, приводящего к уменьшению энергии системы, а не химического соединения. При добавлении в систему этилата натрия наблюдался более выраженный батохромный сдвиг и увеличение интенсивности максимума поглощения продукта взаимодействия. Тем самым был установлен основной вклад -электронодонорного влияния 3-OH и 4’-OH групп молекулы кверцетина на комплексообразование.

Таким образом, было показано качественное различие в механизмах восстановления хинонимина и убихинона флавоноидами. Если в первом случае флавон-3-олы проявляют прямой восстанавливающий эффект в отношении хинонимина, то с убихиноном они образуют молекулярный комплекс, вероятно, с переносом заряда. Мы полагаем, что возможно восстановление убихинона флавон-3-олами в составе комплекса, что могло бы свидетельствовать о качественно ином механизме восстановления убихинона.

Развитие представлений о восстановлении убихинона в составе комплекса флавон-3-олы – убихинон позволяет предположить не только возможность повышения антиоксидантной активности убихинола в ЛПНП и эффективности окислительно-восстановительных реакций в митохондриях, но и усиления его антигипоксантной функции за счет дополнительных электронов, поступающих от восстановителя.






Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   7   8   9   10   11   12   13   14   ...   41


База данных защищена авторским правом ©dogmon.org 2017
обратиться к администрации

    Главная страница