Представление о личности русских православных мыслителей в типологии теоретических моделей личности



Скачать 208.43 Kb.
Дата16.05.2016
Размер208.43 Kb.
Представление о личности русских православных мыслителей

в типологии теоретических моделей личности

Из Покровские чтения 2001–2003 гг. Материалы. Автор: Коржова Е.Ю.

Обилие существующих сегодня представлений о личности побуждает обратиться к их сравнительному анализу и определить место представлений личности русских православных мыслителей в общей типологии личностных концепций.

Прежде всего, необходимо определить специфику феномена личности. Она видится в особенностях взаимодействия человека с окружающим миром. Личность и может быть понята как инструмент взаимосвязи внутрипсихической организации и внешнего мира человека. Отсюда вытекает и ее специфическая функция: личность «отвечает» за внутреннюю организацию субъективного и за ее воплощение вовне.

Становление субъекта является необходимой предпосылкой формирования личности. Личность - это человек: 1) проявляющийся во взаимодействии с окружающим миром в качестве субъекта своей жизни (сознательно, осмысленно действующий в жизни);

2) имеющий определенную жизненную позицию, которую, в соответствии с направленностью, характеризует ответственность, творчество и нравственный выбор;

3) обладающий определенным складом внутрипсихической организации (индивидуальным своеобразием психической организации, субъективной значимостью явлений, отношением к ним;

4) тем или иным способом реализующий свою внутрипсихическую организацию во внешнем мире;

5) определенным образом «видимый», опознаваемый другими в поведении (поступках);

6) изменяющийся (развивающийся) в процессе жизни;

7) в разной мере реализовавший свою человеческую сущность;

8) понимаемый другими с разных позиций в зависимости от исходного набора гипотез;

9) воспринимающий (податливый) помощь извне;

10) обладающий индивидуально-специфическими особенностями, группирующимися в тип (вариант).

Если быть кратким, то определить личность можно следующим образом: личность — это человек, в процессе жизни сознательно реализующий свою внутрипсихическую организацию во внешнем мире на основе определенной жизненной позиции.

Такое понимание личности согласуется с представленным в современных отечественных психологических концепциях. Так, Д. А. Леонтьев [1] выделяет три уровня структурной организации личности: уровень ядерных механизмов личности, образующих психологический «скелет», «каркас»; смысловой уровень (отношения личности с миром, взятые с содержательной стороны, «внутренний мир человека»); экспрессивно-инструментальный уровень (структуры, характеризующие типичные способы внешнего взаимодействия с миром). А. Г. Асмолов [2] также разделяет «план содержания» (смысловые образования — мотивы, жизненные цели, направленность) и «план выражения» (способности и черты характера, отвечающие за проявления личности в деятельности).

Б. С. Братусем [3] называются три уровня структуры личности: личностно-смысловой (определение общего смысла, жизненной задачи), индивидуально-исполнительский (уровень реализации поведения: черты, особенности, свойства), психофизиологический уровень. В концепции В. Н. Панферова [4] внутренний психический потенциал субъектной активности характеризуется произвольностью в самовы-ражении, осознаваемой как самость (способность к самостоятельно-сти и независимости) — «Я». Через различные аспекты «Я», характе-ризующие экстериоризацию как высвобождение внутреннего потен-циала в субъектной активности, может быть описана внутриструктурная организация: «Я-хочу», «Я-могу», «Я-должен», «Я-реальное», «Я-интимное». Взаимоотношения между ними характеризуют внутренние и внешние противоречия на пути к целостной личности при гармонизации компонентов психической организации человека как субъекта взаимодействия с внешним миром.

Можно видеть, что сегодня авторы стремятся выделить отдельные моменты «вхождения» личности в бытие. Начальный этап может быть соотнесен с формированием направленности, определением жизненной задачи. Благодаря этому активизируется внутренний потенциал (в нашей терминологии, «внутрипсихическая организация»), и на основе того или иного способа взаимосвязи его с внешним миром происходит реализация этого потенциала — выполнение жизненной задачи индивидуально присущим образом.

Субъект-объектное взаимодействие выступает у нас в качестве основания систематизации типологий представлений о личности. В процессе систематизации мы опирались на разработанную нами ранее концепцию человека как субъекта жизнедеятельности и обоснованные как теоретически, так и эмпирически, ортогональные оси типологии жизненных ориентаций [5]

В контексте психологии личности основания типологии выглядят следующим образом:

1) в одномерной типологии — как «активность жизненной позиции»;

2) в двумерной типологии — как «жизненная ответственность» и «жизненное творчество».

С нашей точки зрения, в описании личности могут быть использованы уже рассмотренные нами оси «субъектная ориентация — объектная ориентация» и две ортогональные оси двухмерной типологии трансситуационного локуса контроля и трансситуационного творчества. Эти основания одномерной и двухмерной типологий по отношению к личности выступают как более обобщенные характеристики направленности: «активная жизненная позиция — пассивная жизненная позиция» (соответствует на уровне субъекта его характеристикам «субъектная ориентация — объектная ориентация»); «жизненное творчество — жизненное приспособление» (соответствует на уровне субъекта характеристикам «трансситуационное творчество — трансситуационное приспособление»); «высокая жизненная ответственность — низкая жизненная ответственность» (соответствует на уровне субъекта характеристикам «высокий трансситуационный локус контроля — низкий трансситуационный локус контроля»).

В результате построена типология подходов к личности как теоретических моделей, описывающих различные варианты (типы) личности, реально существующие в действительности. Анализируя различные представления о личности, мы пришли к мысли о том, что каждое из них характеризует реальный тип личности, отличающийся определенным уровнем личностной зрелости. При этом, благодаря сопоставлению теоретических моделей личности выстраивается определенная иерархия концепций по уровням зрелости каждого из типов личности — от наименее совершенного до наиболее совершенного. Это и есть своеобразная метаконцепция личности, не синтезирующая теории личности, что на сегодняшний день не представляется возможным, а сопоставляющая их. Направленность — важнейшая характеристика личности, определяющая значение для нее явлений внутреннего и внешнего мира. Именно направленность «задает тон» всему «строю» личности и определяет выбор жизненной позиции. На уровне человека жизненной позиции соответствуют субъект-объектные ориентации, характеризующие направление проявления субъектности.

Сравнение теоретических моделей — как индуктивное, на основе знания их содержания, так и дедуктивное, по заранее разработанной схеме, показывает, что можно определить место каждой из основных моделей и соответствующих им персонологических концепций:

· «Объектная модель личности». Это направление понимает личность как человека с пассивной жизненной позицией и низкой жизненной ответственностью. Сюда включаются следующие концепции: а) ортодоксальный психоанализ и близкие к нему психоаналитические подходы: психодинамическая концепция З. Фрейда, межперсональная теория психиатрии Г. Салливана, теория Эго и защитных механизмов (А. Фрейд), эпигенетическая концепция Э. Эриксона; б) российская наука о поведении (И. М. Сеченов, В. М. Бехтерев, И. П. Павлов) и американский бихевиоризм (концепция оперантного научения Б. Скиннера), а также типологический подход Г. Айзенка.

· «Субъектная» модель личности» характерна для направлений, напротив, рассматривающих личность как человека, обладающего активной жизненной позицией и высокой ответственностью. Соответствующие направления: а) гуманистический неофрейдизм (социокультурная теория К. Хорни, «индивидуальная психология» А. Адлера, гуманистическая концепция Э. Фромма); б) классическая гуманистическая психология (теория самоактуализации А. Маслоу, феноменологическая концепция личности К. Роджерса, диспозиционная концепция Г. Олпорта).

«Объектная» и «субъектная» модели личности иначе могут быть названы «полюсными», обозначающими крайние позиции исследователей как в понимании направленности, так и, в конечном счете, в понимании предназначения личности. Далее располагаются «экваторные» позиции авторов, которые избегают одностороннего понимания личности и, следовательно, являются более гармоничными и целостными. Среди таких концепций есть односторонне целостные: когда в оценке одного из двух основных параметров жизненной позиции авторы склонны к крайней позиции, а в оценке другого — учитывают обе возможные тенденции. Как правило, «средняя» оценка относится к жизненной ответственности, а «крайняя» — к жизненному творчеству. При этом выделяются следующие модели личности:

· «Целостная гомеостатическая модель личности» свойственна направлениям, которые стремятся учесть как воздействие извне, так и собственные устремления личности (целостная, или гармоничная оценка жизненной ответственности); при этом личность рассматривается как низкокреативная (низкая оценка ее жизненного творчества, признание ее высокой приспособляемости). К таким направлениям относится когнитивная психология личности Дж. Келли и ее когнитивно-аффективный вариант У. Мишела, топологическая теория поля К. Левина, активационный подход Д. Фиске и С. Мадди.

· «Целостная гетеростатическая модель личности» выделяется в направлениях, также учитывающих в объяснении ответственности личности воздействия извне и ее собственные устремления (целостная, или гармоничная оценка жизненной ответственности); личность при этом полагается высококреативной (высоко оценивается ее способность к жизненному творчеству). Соответствующие направления: а) подходы, сохранившие «психоаналитический радикал»: аналитическая психология К. Юнга, психосинтез Р. Ассаджоли, гештальт-подход Ф. Перлза; б) подходы, вышедшие из психоанализа и отвергающие его: экзистенциальная психология Л. Бинсвангера, Дж. Бюдженталя, Р. Мэя.

Далее следуют двусторонне-целостные модели личности. Их авторы избегают крайних оценок жизненной позиции по обоим ее основаниям. Выделяются два варианта таких моделей:

· «Ситуативно-целостная модель личности» свойственна направлениям, учитывающим внутренние и внешние факторы бытия, в соответствии с которыми распределяется ответственность; личность при этом может быть адаптивной или творческой в зависимости от конкретной ситуации. Это системные направления отечественной психологии советского периода: понимание личности как системы отношений (концепция эндо- и экзопсихики А. Ф. Лазурского, психология отношений В. Н. Мясищева), деятельностный подход к личности (С. Л. Рубинштейн, А. Н. Леонтьев), психология установки (Д. Н. Узнадзе); отечественные структурные концепции советского периода, также тяготеющие к системности (интраиндивидуальная структура личности в концепции человека Б. Г. Ананьева, концепция динамической структуры личности К. К. Платонова, теория интегральной индивидуальности В. С. Мерлина). Кроме того, данную модель характеризуют также психологические концепции авторов, тяготеющих к французской социологической школе (личность в психологии образа действия П. Жане, личность в концепции «духовного человека» Ж. Нюттена).

· «Внутренне-целостная модель личности» выделяется в направлениях, учитывающих внутренние и внешние факторы бытия, в соответствии с которыми распределяется ответственность; личность в конкретной ситуации рассматривается как адаптивная или творческая в соответствии с осознанным нравственным идеалом. Это направления, в которых истинная целостность личности достигается благодаря целостному охвату бытия посредством его осмысления (психология смысла). Существуют четыре варианта направлений, представляющих данную модель личности: а) современные версии психологии отношений и психологии индивидуальности в рамках естественно-научного подхода отечественной психологии (подход к личности в концепциях общения и акмеологии А. А. Бодалева, личность в интегративной концепции человека В. Н. Панферова, психология настроения личности Л. В. Куликова, концепция профессионально важных качеств личности В. Л. Марищука, концепция цельности личности В. А. Аверина; теория адаптирующейся личности С. Т. Посоховой); б) психология смысла в современных версиях деятельностного подхода (историко-эволюционная теория личности А. Г. Асмолова, психология смысла Д. А. Леонтьева, психология переживания Ф. Е. Васи-люка); в) «психология бытия» (термин В. В. Знакова), (субъектно-деятельностный подход С. Л. Рубинштейна, концепция стратегии жизни К. А. Абульхановой-Славской, личность в жизненной (нравственной) философии М. М. Бахтина, философско-психологическая теория поступка В. А. Роменца, экзистенциальная концепция логотерапии В. Франкла); г) духовная психология в рамках религиозно-философских догм православной церкви (духовная психология В. А. Снегирева, «наука о человеке» В. И. Несмелова, личность в «науке о духе» М. М. Троицкого, концепция души человека С. Л. Фран-ка, антроподицея П. А. Флоренского, учение о доминанте А. А. Ухтом-ского, личность в православной педагогике В. В. Зеньковского); д) современные версии православной духовной психологии (нравственно-духовная концепция личности Б. С. Братуся, экзистенциально-онтологическая концепция нравственного функционирования личности Е. К. Веселовой, концепция личности М. Я. Дворецкой, основанная на святоотеческом подходе к человеку).

Соответственно, выделяются критерии совершенства персонологической модели и основания типологии моделей личности. Совершенство личностного типа (зрелость, целостность) может быть понято с разных сторон: как широта осмысления границ бытия; как интегративность поуровневого описания; как гармоничность жизненной адаптации — творчества, внутренней/внешней ответственности, активной/пассивной жизненной позиции; как наличие нравственного идеала; наконец, как общая ценность личности. В рамках каждой теоретической модели по-разному решаются основные проблемы психологии личности, соответствующие ее системообразующим признакам: направленность и жизненная задача личности, внутрипсихическая организация (источник и принцип), способ взаимосвязи внутрипсихической организации и внешнего мира, внешняя реализация внутрипсихической организации, развитие личности, ее норма и патология, типология личности, а также возможность познания личности и оказания ей психологической помощи. Это дает возможность осознанного выбора той или иной модели личности в качестве образца, что имеет существенное значение не только для исследовательской или консультативной позиции, но и для мировоззренческой позиции в целом.

Модель личности, представленная духовной психологией, в наибольшей мере удовлетворяет нашим критериям совершенства личности и, таким образом, описывает наиболее совершенный тип личности. Во-первых, личность в данной модели характеризуется, по сравнению с предыдущими, наиболее целостно:

А. Если целостность личности рассматривать как широту охвата (осмысления) границ бытия, то в данной модели бытие безгранично. Личность анализируется как включенная не только в земное бытие, но и в бытие за пределами земной жизни, в свое посмертное (а, значит, бессмертное) существование. Несомненно, что это экзистенциальная психология духовности. Личность как образование духовного порядка существует вечно.

Б. Если целостность личности понимать как гармоничность «жизненного творчества — адаптации» и «внутренней/внешней ответственности», то данная модель удовлетворяет и этим критериям. Человек понимается как создание Божие по Его образу и подобию. Этим тезисом определяются, с одной стороны, четкие рамки жизненного творчества, с другой — отсутствие пределов в плане личностного совершенствования. Образ человеку дается изначально, а к подобию он постепенно (если стремится к этому) приближается в течение жизни. Кроме того, в единстве и взаимодополнении находятся внутренняя и внешняя ответственность. С одной стороны, человек всецело полагается на волю Божию, с другой — обладает правом свободы выбора, что, прежде всего, проявляется в его нравственном самоопределении. «Подлинное величие человека, — пишет В. Н. Лосский [6: 240] — не в его бесспорном родстве со Вселенной, а в его причастности Божественной полноте, в сокрытой в нем тайне «образа» и «подобия». В самом деле, в мире языческом, как отмечает К. Н. Сильченков [7], к человеку относились без должного уважения — его достоинство определялось приносимой им пользой, точнее, местом, занимаемым в государстве.

Но для того, чтобы стать подобным Богу, человек и должен осуществить свободный выбор в пользу следования заповедям. Св. Григорий Нисский полагал, что только разум и воля исходно присущи человеческой природе; нравственные же свойства человек развивает в процессе своей жизни [8]. Именно этим человек обретает богоподобие и становится личностью.



В. Следующий критерий совершенства личности: наличие нравственного идеала. Данная характеристи-ка в рассматриваемой модели неотъемлема от личности, более того, является ее центральным, определяющим признаком. Содержание нравственного идеала: это, в данном случае, — Бог как высшая ценность.

Г. Наконец, модель полностью удовлетворяет и последнему критерию ценности личности. В духовной психологии личность однозначно понимается как «вершина» развития человека, как абсолютная ценность. Так, протоиерей А. Шмеман [9] полагает, что «идея личности религиозна, потому что очевидно: если нет ее высшего корня, если человек не «сверху», а «снизу», тогда … есть только люди — безличная масса». Личность в богословском значении — это человек, не ограниченный земной природой, имеющий уникальную возможность бесконечного совершенствования, ориентир (идеал) в недостижимом совершенстве Богочеловека. «…христианское восприятие человека проходит мимо его периферии, не смущается о грехах и слабостях человека, но ведет нас к узрению образа Божия в человеке — и оттого основное отношение к человеку и должно быть отношением радости, любви и веры в него и благоговения. Мы ощущаем и сквозь оболочку обыденщины и сквозь темный покров греховности — ту духовную сердцевину, в которой заключена индивидуальность человека» [10: 59–60]. Человек «персонализирует» мир благодаря связи с Богом как его первообразом.

К историческим предпосылкам духовной психологии личности относятся традиции религиозно-философской мысли в России, христианская (православная) культура в целом, определявшая направление развития науки. Б. С. Братусь отмечает, что православная психология отличается сознательной ориентацией на христианский образ человека и признанием абсолютных оснований нравственности. В. Х. Манеров [11] к христианскому идеалу человека относит простоту, смиренность и целомудрие, тем самым подчеркивая, что такой идеал очень далек от гуманистического, представляющего идеального человека как самодостаточного, успешно адаптирующегося, самореализующегося и наслаждающегося актуальным моментом.

Рассматривая богословское понятие человеческой личности, В. Н. Лосский [6] отмечает, что в святоотеческом богословии нет разработанного учения о личности человека — при четком изложении учения о Лицах (Ипостасях) Божественных. Однако существует христианская антропология, учение о человеке в контексте христианской догматики, в рамках которого рассматриваются и вопросы, относящиеся к личности. К личности относятся в христианской антропологии «высшие», «духовные» способности человека («человеческий разум»). Это «некий воплотившийся ум, связанный с природой животного, которую он «воипостазирует» или, вернее, которой он, господствуя над нею, противопоставляется» [6].

Таким образом, личность может быть понята как несводимость человека к его природе. Св. Василий Великий, первым в истории человечества рассмотревший специфику феномена личности, точно выразил суть христианского понимания личности: «Бог сотворил человека животным, получившим повеление стать Богом» [6: 243]. Чтобы стать подобием Бога, человек и должен сделать свой свободный выбор. Однако вопрос о том, как человек, будучи одновременно телесным и духовным, в падшем состоянии со времен грехопадения утратившим полноту своей природы, будучи раздираем противоречивостью двух противостоящих друг другу начал, стремится преодолеть свое несовершенство через обожение, при этом превосходя возможности человеческого познания. На него невозможно ответить, опираясь лишь на рациональное познание человеческой жизни. Ответ на вопрос о самом способе, «механизме» достижения совершенства личности выходит за пределы онтологии и находится на уровне метаонтологическом, подвластном только Божьему разуму. Поэтому христианство останавливается в рассмотрении личности на обозначении пути, ведущего к единству с Богом и восстановлению единства человеческой природы, так как оно заключается в соединении с природой, Божественной во Христе через Таинства Церкви. Речь идет о том, что помимо Церкви, без Божественной поддержки, невозможно приближение к богоподобию, невозможно бесконечное личностное совершенствование человека, идущего трудным путем нравственного самоопределения, падающего и поднимающегося вновь. Высшие проявления души не могут быть объектом изучения — но могут и должны стать его ориентиром.

Б. С. Братусь [12], рассматривая причины современного состояния отечественной психологии и непростые пути ее развития, убедительно показывает, как человек — не только в России — постепенно становился просто объектом эксперимента, теряя ореол «образа и подобия Божьего», как происходило «снижение вертикали бытия человека», а XX век ознаменовал собой победу материалистического мировоззрения. Традиции отечественной христианской мысли были утрачены. Однако та психология, которая привычно существовала в рамках религиозно-философской мысли до конца XIX — начала XX века, все же представила глубокие исследования человека, включенного в контекст собственного бытия. Это непривычный для позитивистского исследовательского взгляда, сложный путь познания человека, предполагающий наличие собственного духовного опыта. Сегодня понять и принять этот путь и, тем более, получить духовный опыт весьма непросто. Однако почему мы должны считать правильными только легкие пути познания и развития, ведь речь идет о приближении к своей человеческой сущности, — а значит, и к своей личности?

В русской христиански-ориентированной философии традиционно центральной была тема всеединства как единства человека с миром [13]. Эта идея оказала значительное влияние на крупнейших русских мыслителей (в том числе на самого В. В. Зеньковского), стремившихся понять человека не как замкнутое в себе целое, а как обретающего целостность лишь в соединении с миром, в котором он существует. Сама идея существует с древних времен. Впервые она разрабатывалась в античности стоиками. Подробно останавливался на ней Плотин. В последующем эту идею не обходили вниманием те мыслители, которые не ограничивали природу человека им самим. С точки зрения В. В. Зеньковского, метафизика всеединства, которая на протяжении веков развивалась в Западной Европе и пыталась вместить в себя идею творения, постепенно «потускнела», превратилась в разработку отдельных моментов проблемы (Н. Кузанский, Г. Лейбниц, Г.-Ф. Гегель).

В русской философии не случаен интерес к связи природы и Абсолюта. Однако особое место идея всеединства занимает в творчестве крупнейшего отечественного философа В. С. Соловьева, чье учение о Софии, софиология, существенно повлияло на понимание человека последующими поколениями мыслителей (кн. Сергея и Евгения Трубецких, о. П. Флоренского, о. С. Булгакова, В. Н. Лосского). Его работы имели значение и для общеевропейской философии. София понималась В. С. Соловьевым как «душа мира», реализующая единство существующей во множественности природы. Это посредник между множественностью живых существ и единством Бога. В человеке мировая душа соединяется с Богом в сознании как форме всеединства. В учении В. С. Соловьева, по сути, закладывались предпосылки нового учения о личности: личность «есть не замкнутый в себе и полный круг жизни, обладающий полным содержанием, сущностью или смыслом своего бытия, а только носитель или подставка (ипостась — hypostasis) чего-то другого, высшего… Отдаваясь этому другому, забывая о своем «я», человек … на самом деле удерживает себя в своем истинном значении» [13: 496].

Давая неоднозначную оценку софиологии В. С. Соловьева, показывая соединение в его философии идей христианства и пантеизма, богословских мотивов и живого чувства целостности природы, вместе с тем В. В. Зеньковский подчеркивает эвристичность этого учения и его роль в создании особого антропологического направления отечественной мысли. Негативная сторона философии всеединства — близость к «теокосмизму», т. е. сближению Бога и космоса, ведущему к признанию ненужности и неприменимости идеи творения. Как показывает В. В. Зеньковский [10], социальная психология личности и западная христианская антропология исказили реальную суть личности. Первая — абсолютизировала соци-альные факторы становления личности, вторая — сформировала представление об искажении грехом образа Божия в человеке. Тем самым оба направления умалили личностное (глубинное, духовное) начало человека.

Таким образом, личность в духовной психологии в рамках религиозно-философских догм Православия понимается как совершенная целостность, в полной мере удовлетворяющая всем критериям совершенства персонологической модели; личность несводима к ее природе. Ее истоками являются философия всеединства, православная культура, традиции религиозно-философской мысли в России. Согласно пониманию личности представителями духовной психологии, ее жизненная задача (предназначение) — найти смысл и за пределами земной жизни благодаря сознательному формированию нравственного идеала в Боге. По сравнению с пониманием смысла жизни в других направлениях, это наиболее сложная задача, стоящая перед человеком. Суть вопроса об источнике и принципе внутрипсихической организации состоит в понимании сути личности как специфического феномена. Говоря об общей для представителей духовной психологии позиции, отметим, что личность понимается как человек, сознательно проявляющий свою активность (т. е. как субъект) для того, чтобы достичь нравственного идеала. В духовной психологии в качестве способа взаимосвязи внутрипсихической организации и внешнего мира рассматривается сознание. При этом сознанию отводится ведущая роль, именно сознание — источник идей как основа личности. Так, В. А. Снегирев рассматривает непрерывный процесс творческого изменения элементов сознания: от «идеи» тела — осознания себя как живого организма, через «идею внутреннего состояния» («идея Я» — осознание «внутренних сил» ума, воли, чувств и их качеств, в том числе нравственных) к «идее души». Усложнение идей, включающих целиком предыдущие, обеспечивает единство и непрерывность личности на протяжении всего бытия [14].

В качестве внешней реализации внутрипсихической организации в духовной психологии выступает личностное бытие как сознательное самовыражение, имеющее сложную природу, поскольку сложны и задачи, требующие своего воплощения в бытии. Это связано с особым предназначением человека, стремящегося достичь богоподобия в процессе личностного бытия. Данный вопрос тесно связан с проблемой свободы воли. Известно, что в конце XIX века по проблеме свободы воли велись бурные дискуссии. Представители «духовного» направления рассматривали волю как выражение свободной личности, исходящей из природы души, ответственной за свои действия только перед Богом [15]. Свобода личности включала также детерминацию социальными условиями (Н. Я. Грот, В. Н. Лосский, Г. И. Челпанов и др.).

Развитие личности видится представителями духовной психологии в развитии духа, что отражается на всей жизни человека. Вопрос о норме и патологии личности в духовной психологии тесно связан с представлениями об уровне ее развития, о степени ее духовной зрелости. Исходя из общего понимания личности в данном направлении, во главу угла можно поставить понятие о нравственности. В самом деле, норму можно соотнести с максимальным приближением к человеческой сущности, которая, прежде всего, состоит в том, насколько чуток человек к вопросу о добре и зле. Второй вопрос — в какой степени человек является субъектом, насколько активно и творчески он подходит к решению жизненных задач. Данная проблема очень близко стоит к проблеме типологии личности.

Поскольку речь идет о развитии психологических идей в религиозной философии, то и подход применяется философско-богословский. Христианская философия ставит задачу раскрытия содержания веросознания, отличаясь от богословия, основывающегося на догматических системах* как обязательных для общецерковного сознания, фактически субъективно преломляя их индивидуальным сознанием [16, 17]. Переживаемые как интуиции веросознания положения, в действительности, во многом связаны с влияниями, лежащими вне христианства. Однако, как показывает В. В. Зеньковский [13], отличительной чертой русской христианской философии, начало которой положил Ф. А. Голубинский (1797–1854), является стремление как можно точнее соответствовать основам христианства, тем не менее имея свободу в построении системы. Рассматриваемые направления отличаются признанием разнообразия исследовательских методов при предпочтении метода интроспекции.

Психологическая помощь личности в духовной психологии исходит из идеи восстановления целостности человека, необходимости достижения непотиворечивости между телесным, биологическим и духовным. В целостном человеке нет внутреннего болезненного конфликта, сопутствующего греховному несовершенству, испорченности человеческой природы [18]. Поэтому цель помощи личности — помочь в осознании греха, в решении встать на путь восстановления первообраза. Итогом должно стать осознание своей роли, признание неправоты, духовное покаяние, прощение и примирение с целью построения отношений с другими на основе доверия и любви. Духовное возрастание ведет не только к восстановлению взаимоотношений между людьми, но и к гармонии внутренней — чем более человек приближается к Богу, тем в большей мере он ощущает полноту бытия и связь с собой и миром.

Поднимая вопрос о значении христианства, К. Н. Сильченков [7] пишет, что оно может дать человеку истинную радость. Обращаясь к истории, К. Н. Сильченков отмечает ее отсутствие в глубоко пессимистическом языческом мире, где единственным утешением в несправедливости общественной жизни предлагалось учение о слепой судьбе. С точки зрения Э. Гартмана, христианство победило благодаря сильнейшему стремлению человека к счастью, иллюзорно обещая блаженство в загробной жизни и обучая пренебрежению жизнью земной. Однако христианство, в действительности, в самой земной жизни признает возможным радость и счастье при удовлетворении высших потребностей человеческого духа. Типология личности в духовной психологии явно или косвенно выводится из понимания в рамках данного направления зрелости личности, уровня ее развития. Обладая двойственной природой, телесной и духовной одновременно, человек может в большей мере реализовать первое или второе. В первом случае человек уподобляется «зоологическому экземпляру» (В. И. Несмелов), во втором — Божественному началу.



Литература

  1. Леонтьев Д. А. Психология смысла. М., 1999.

  2. Асмолов А. Г. Личность как предмет психологического исследования. М., 1984.

  3. Братусь Б. С. Личностные смыслы по А. Н. Леонтьеву и проблема вертикали сознания // Традиции и перспективы деятельностного подхода в психологии: школа А. Н. Леонтьева. М., 1999.

  4. Панферов В. Н. Интегративный подход к психологии человека // Психология человека: Интеграт-й подход. СПб., 0.

  5. Коржова Е. Ю. Психологическое познание судьбы человека. СПб., 2002.

  6. Лосский В. Н. Богословие и Боговидение. М., 2000.

  7. Сильченков К. Н. Новая заповедь. СПб., 1999.

  8. Несмелов В. И. Догматическая система святого Григория Нисского. СПб., 2000 (репринтное изд. 1887 г.).

  9. Шмеман А., протоиерей. Проповеди и беседы. М., 2002.

  10. Зеньковский В. В. Проблемы воспитания в свете христианской антропологии. М., 1993.

  11. Манеров В. Х. Самореализация личности: взгляд с позиций христианской психологии // Психологические проблемы самореализации личности. СПб., 1997.

  12. Братусь Б. С. Русская, советская, российская психология. М., 2000.

  13. Зеньковский В. В. История русской философии. Харьков; М., 2001.

  14. Снегирев В. Психология. Харьков, 1893.

  15. Будилова Е. А. Проблема личности в русской психологии второй половины XIX — начала XX века // Теоретические проблемы психологии личности. М., 1974.

  16. Василенко Л. И. Краткий религиозно-философский словарь. М., 2000.

  17. Флоренский П. А. Столп и утверждение истины // Флоренский П. А. Собр. соч. в 2 т. М., 1990. Т. 1 (I, II).

  18. Дворецкая М. Я. Святоотеческая психология. СПб., 2000.

* «Догма», или «догмат» (от греч. «мнение» или «общее убеждение») — вероучительные истины, принятые на вселенских Соборах (Василенко Л. И., 2000). Догматы выражают истину, принимаемую на веру, хранят тайну непостижимого, позволяют сохранить учение Церкви. Жизненное значение догматов, их путеводительная роль раскрыты П. А. Флоренским (1990), В. И. Несмеловым (2000). В. И. Несмелов подробно показывает, как святой Гр. Нисский первым попытался философски осмыслить догматическое содержание христианства и показать, что оно имеет не только объективно божественную, но и субъективно
Каталог: docs -> community-based-education -> 1.3. Individ i lichnost
docs -> Агрессивное поведение дошкольников и его преодоление
docs -> Агрессивное поведение детей и подростков
docs -> Лекция для специалистов доу и родителей «Профилактика агрессивного поведения дошкольников»
docs -> Консультация для родителей: «Если ваш ребенок дерется…» в группе раннего возраста
1.3. Individ i lichnost -> Учение о личности в русской религиозно-философской антропологии
1.3. Individ i lichnost -> Структура и содержание характера человека
1.3. Individ i lichnost -> Как воспитать характер Общее понятие о характере в буквальном переводе с греческого


Поделитесь с Вашими друзьями:


База данных защищена авторским правом ©dogmon.org 2017
обратиться к администрации

    Главная страница