Представления молодых людей о содержании мужской роли в зависимости от этнической, половой и гендерной принадлежности



Скачать 143.94 Kb.
Дата22.05.2016
Размер143.94 Kb.
Представления молодых людей о содержании мужской роли в зависимости от этнической, половой и гендерной принадлежности
Ключевые слова: представления; мужская роль; гендер; маскулинность; фемининность; андрогинность; русские; белорусы.
В данной статье рассматриваются представления молодых людей о содержании мужской роли. Описываются результаты эмпирического исследования, выявившего половые, этнические и гендерные различия.
Социальные изменения, размывание границ между «мужскими» и «женскими» профессиями приводят к трансформации и нормативных представлений о мужских и женских половых ролях.

Нивелируются многие, казавшиеся раньше «естественными», различия. Идеалы маскулинности и фемининности сегодня как никогда противоречивы. Во-первых, традиционные черты в них переплетаются с современными. Во-вторых, они значительно полнее, чем раньше, учитывают многообразие индивидуальных вариаций. В-третьих, и это особенно важно, они отражают не только мужскую, но и женскую точку зрения. Согласно идеалу «вечной женственности» буржуазной моды XIX века, женщина должна быть нежной, красивой, мягкой, ласковой. В то же время пассивной и зависимой, позволяя мужчине чувствовать себя по отношению к ней сильным и энергичным [5]. Эти качества и сегодня высоко ценятся, составляя ядро мужского понимания женственности. Но в женском самосознании появились также новые черты: чтобы быть с мужчиной на равных, женщина должна быть умной, энергичной, предприимчивой, то есть обладать некоторыми свойствами, которые раньше составляли монополию мужчин.

Неоднозначен и образ мужчины. Раньше ему предписывалось быть сильным, смелым, агрессивным, выносливым, энергичным, не особенно чувствительным. В самосознании современного мужчины, так же как и у женщин, прослеживается появление новых качеств, мужчина за последние десятилетия стал более мягким, покладистым, терпеливым и т.п. Благодаря большому участию женщин в наемном труде, мужчины сбрасывают иго роли единственного кормильца, освобождаясь от давления профессии и поворачиваясь лицом к семье, детям, то есть мужчина становится заинтересован не только в профессии, но и в семье [1].

Иначе говоря, нормативные наборы социально-положительных черт мужчины и женщины перестают казаться полярными, взаимоисключающими, и открывается возможность самых разнообразных индивидуальных их сочетаний. Человек, привыкший ориентироваться на однозначную, жесткую норму, в этих условиях чувствует себя неуютно. В связи с этим у мужчин часто возникает страх гомофобии [7] и ряд других психологических проблем, которые связаны с внутренней зажатостью, излишней жесткостью, нежеланием потерять свой статус и уважение других [2].

В последнее время в науке все чаще появляются работы, посвященные изучению социальной роли мужчины, его предназначения в семье и обществе. Среди них можно выделить труды как зарубежных ученых (Э. Бадинтер, Ш. Берн, С. де Бовуар, П. Бурдье, Р. Коннелл, М. Лерри, М. Месснер и др.), так и отечественных исследователей (Г.А. Брандт, В.А. Геодакян, Т.А. Гурко, Е.А. Здравомыслова, И.С. Кон, В.А. Рамих, Э.И. Слепян, Е.И. Трофимова, Б.Ц. Урланис, С.М. Ушакин, Ж.В. Чернова, Е.Р. Ярская-Смирнова и др.). Однако содержание представлений о типичной мужской роли, особенности их трансформации в разных этно- и социокультурных средах изучены недостаточно.

Таким образом, наличие объективного противоречия между потребностью раскрыть содержание и динамику представлений о мужской роли в современном обществе и недостаточной изученностью социально-психологических механизмов, лежащих в основе их трансформации в историческом и этнокультурном контексте, и обусловило актуальность нашего исследования.


Цель исследования: выявление содержания мужской роли как совокупности социокультурных качеств в представлениях молодых людей в зависимости от этнической, половой и гендерной принадлежности.
Гипотеза: существуют значимые различия в представлениях о содержании традиционной мужской роли у молодых людей, обусловленные их этнической, половой и гендерной принадлежностью.

Эмпирическую базу исследования составили результаты диагностики испытуемых в количестве 224 человек, из них 138 женщин 86 мужчин в возрасте от 17 до 38 лет (средний возраст М=20,80; SD=3,20). Русских 101 человек, из них 64 женщины и 37 мужчин, белорусов 123 человека: 74 женщины и 49 мужчин. В исследовании приняли участие студенты Смоленского гуманитарного университета и Витебского государственного университета имени П.М. Машерова.
Методы. В исследовании использовались такие эмпирические методы, как семантический дифференциал и психодиагностическое тестирование.

При составлении опросника, направленного на изучение представлений молодых людей о содержании мужской роли, мы основывались на воззрениях И.С. Кона о мужской традиционной гендерной роли, которая включает в себя роли добытчика, защитника, профессионального деятеля, главы семьи, мужа и отца [6, с. 32-59]. Был использован метод семантического дифференциала, состоящий из 40 признаков (например, агрессивный, деловитый, трудолюбивый, активный и т.п.). Качества, взятые для построения семантического дифференциала, были отобраны путем проведения пилотажного исследования, как наиболее часто встречающиеся для описания типичной мужской роли. Респондентам предлагалось оценить 6 традиционных мужских ролей по 7- бальной шкале (от 1 балла – никогда не проявляется до 7 баллов – всегда проявляется) и давалась следующая инструкция: «Оцените, пожалуйста, по семибалльной шкале, насколько каждое из приведенных ниже качеств подходит для описания типичной мужской роли».

Для каждой группы респондентов: русских и белорусов, мужчин и женщин –подсчитывались средние баллы по каждому качеству и по каждой из шести ролей.

Для диагностики психологического пола личности использовалась методика С. Бем, в адаптации О.Г. Лопуховой [8]. Согласно данной методикt, по двум шкалам: маскулинность и фемининность – подсчитывается сумма баллов, которая находится в пределах от –35 до +49 баллов. Если результат по одной из шкал будет получен с минусом, то тогда мы говорим о проявлении маскулинности или соответственно фемининности, если результат по обеим шкалам положительный, тогда – об андрогинности.

Основная сложность в интерпретации данных заключается в том, что в современных условиях лица с чисто «маскулинным» или «феминным» типом личности встречаются крайне редко. Большинство молодых людей являются андрогинными по психологическому полу, то есть имеют набор психологических качеств, присущих и мужчинам, и женщинам [4, с. 394 – 402] .

Учитывая данное обстоятельство, испытуемых, получивших андрогинный результат, но близкий по оценкам либо к маскулинности, либо к фемининности, мы отнесли к одной из 2 дополнительно введенных нами шкал и названных, как «андрогинная маскулинность» и «андрогинная фемининность». К примеру, если результат испытуемого по одной из шкал маскулинности или фемининности находился в пределах от 1 до 10, а по другой шкале был более 20 (например, 6 и 33), то мы относили данного респондента к одной из введенных нами шкал, а если значения были близки друг к другу (например, 14 и 18), то результат оставался андрогинным.

Математико-статистическая обработка результатов осуществлялась с использованием компьютерных пакетов STATISTIKA 6.0 и включала применение непараметрических критериев оценки достоверных различий между выборками (критерии Колмогорова-Смирнова, Манна-Уитни). В результате были получены достоверные различия на уровне значимости р≤0,05. Данные критерии позволяют выявить наличие или отсутствие различий между группами испытуемых по определенному параметру.
Рассмотрим представления молодых людей о содержании типичной мужской роли отдельно по выборке русских и белорусов, мужчин и женщин.

Этнические различия

Русские в большей степени, чем белорусы, представляют типичного мужчину, реализующего роль добытчика, рискованным (М=5,40 и М=4,80, р<0,0004) и динамичным (М=4,81 и М=5,23, р<0,03). Иными словами, для русских респондентов данная роль в большей степени, чем для белорусов, связана с выражением опасности, проявлением активности.

Русские респонденты видят типичного мужчину, выполняющего роль защитника, более смелым (М=6,42 и М=5,99, р<0,04) и искусным (М= 4,46 и М=4,06, р<0,02), то есть русские, представляют мужчину, осуществляющего данную роль, более храбрым, решительным и хорошо знающим свое дело человеком, по сравнению с белорусами.

Русские представляют мужчину, выполняющего роль профессионального деятеля, более деловитым (М=5,92 и М=5,60, р<0,02), самоуверенным (М=5,76 и М=5,21, р<0,0001), амбициозным (М=5,14 и М=4,71, р<0,04), деловым (М=6,00 и М=5,71, р<0,02), чем белорусы. Следовательно, мужчина, реализующий данную роль, видится русским респондентам человеком, высоко оценивающим свои силы, претендующим на достижения, успех, обладающим предприимчивостью.

Русские испытуемые видят мужчину в роли главы семьи более интеллигентным (М=5,74 и М=5,41, р<0,03), сердечным (М=5,63 и М=5,42, р<0,05), но менее компетентным (М=4,76 и М=5,19, р<0,02), то есть русские респонденты, по сравнению с белорусами, презентуют мужчину, исполняющего данную роль, образованным, культурным, добрым, но, видимо, не всегда осведомленным в решении семейных или житейских вопросов.

Русские представляют типичного мужчину, выполняющего роль отца, более сердечным (М=5,92 и М=5,55, р<0,05), чем белорусы. Таким образом, современный мужчина-отец в глазах представителей русского этноса выступает душевным, чутким, отзывчивым, способным проявить жалость человеком.


Половые различия

В выборке русских респондентов женщины видят типичного мужчину, реализующего в современных условиях роль защитника, более доминирующим, чем представляют данную роль сами мужчины (М=5,28 и М=4,56, р<0,05), властным (М=5,46 и М=4,83, р<0,02) и терпеливым (М=5,46 и М=4,81, р<0,03), то есть в сознании женщин образ мужчины остается в большей степени традиционным. Современный мужчина под влиянием возросшей самостоятельности и независимости женщины может ощущать себя в определенном смысле подавленным и поэтому чувствует себя не таким уж властным, доминирующим, как раньше. Да и женщина привыкла защищаться и оберегать себя сама.

Типичного мужчину, выполняющего роль профессионального деятеля, женщины видят более рискованным (М=5,71 и М=4,67, р<0,001), самодостаточным (М=5,58 и М=5,37, р<0,03) и деловым (М=6,25 и М=5,59, р<0,01), но менее сентиментальным (М=3,18 и М=4,18, р<0,004). Как видим, представления женщин достаточно традиционны: мужчине присуще быть рискованным, самодостаточным и деловым. Вызывают интерес представления мужчин о себе как о сентиментальном человеке, то есть мужчина, выполняющий роль профессионального деятеля, готов растрогаться, расчувствоваться, даже умиляться чему-то, ранее такое поведение для мужчины считалось недопустимым и могло быть в обществе неправильно понято.

Мужчина, осуществляющий роли главы семьи и отца, предстает в глазах женщин более рискованным, чем в глазах мужчин (соответственно М=4,78 и М=4,18, р<0,03; М=4,65 и М=3,97, р<0,04). Вероятно, современные женщины представляют мужчину, выполняющего данные роли, как смелого и не надежного. В то же время, как показывают результаты исследований Джеймса Макналти из университета Теннеси США, наиболее важными качествами для женщины в мужчине прежде всего являются надежность и способность обеспечить семью [9]. А такое личностное качество, как рискованность не может этому способствовать.

Мужчина, выполняющий роль мужа, предстает перед женщинами более самодостаточным (М=5,68 и М=5,13, р<0,02) и интимным (М=5,98 и М=5,37, р<0,01), чем перед мужчинами, то есть женщина считает, что типичный муж уверен в себе и не нуждается в одобрении социального окружения, но стремится к более близким отношениям. Под качеством интимности мы предполагаем область глубоко личного, сокровенного, то есть человек обладающий данной личностной характеристикой может быть задушевным, близким.

Заметим, что среди русских респондентов не обнаружено значимых различий между мужчинами и женщинами в оценке мужчины в роли добытчика. Возможно, это связано с тем, что в представлениях данная роль очень сильно изменилась и в современных условиях не только мужчина, но и женщина в полной мере ее реализует.

Итак, русские женщины видят современных мужчин более мужественными, склонны приписывать им традиционные качества, сами мужчины представляют себя терпеливыми и готовыми проявлять больше эмоций.
В выборке белорусских респондентов также существуют значимые половые различия. Так, мужчины, исполняющие роль добытчика, по сравнению с женщинами представляют типичного мужчину более доброжелательным (М=5,12 и М=4,29, р<0,0007), интеллигентным (М=4,95 и М=4,09, р<0,01), искусным (М=4,65 и М=4,10, р<0,02), добрым (М=4,97 и М=4,24, р<0,01), преданным (М=5,24 и М=4,59, р<0,02), сердечным (М=4,59 и М=3,94, р<0,03), интимным (М=4,79 и М=3,93, р<0,01), чутким (М=4,57 и М=3,90, р<0,03). Как видим, у мужчин, выполняющих данную роль, доминанта от традиционных, стереотипно входящих сюда качеств сместилась в сторону некой чуткости, открытости, что совсем не свойственно типичным проявлениям данной роли.

В роли «Защитника» мужчины представляют себя более интеллигентными (М=4,95 и М=4,24, р<0,03), компетентными (М=4,85 и М=4,21, р<0,02), сентиментальными (М=4,16 и М=3,17, р<0,001), искусными (М=4,93 и М=4,14, р<0,02), интимными (М=4,75 и М=4,08, р<0,03), чувственными (М=4,63 и М=3,97, р<0,02), чуткими (М=4,73 и М=4,20, р<0,03). Возможно, мужчинам хочется казаться более положительными в глазах женщин. Следует отметить, что данная роль характеризуется не традиционными качествами: сила, надежность, а такими, как интеллигентность, компетентность, которые тоже можно с некоторыми оговорками отнести к «мужским» качествам, то есть на смену одним качествам – сила, властность пришли другие – ум, интеллигентность, что свидетельствует об изменении мужской роли в сторону феминизации.

Типичный мужчина, реализующий роль профессионального деятеля, видится белорусским мужчинам как нежный (М=4,44 и М=3,87, р<0,02), интимный (М=4,28 и М=3,68, р<0,004), грамотный (М=7,04 и М=5,98, р<0,02), сентиментальный (М=4,10 и М=3,33, р<0,004), разумный (М=5,32 и М=5,89, р<0,02), эмоциональный (М=4,96 и М=3,85, р<0,007). А белорусские женщины представляют типичного мужчину, реализующего данную роль, как более самодостаточного (М=5,14 и М=5,64, р<0,03). И здесь наряду с важными для профессиональной деятельности качествами прослеживаются и традиционно женские свойства: эмоциональный, интимный, сентиментальный. Современный мужчина готов проявлять эмоции, идти на уступки и т.д. Также эти процессы, скорее всего, связаны с тем, что немало руководящих постов в современном мире занимают женщины и мужчине приходится подстраиваться под существующее положение дел.

Мужчина, исполняющий роль главы семьи, более деловитый (М=5,22 и М=4,51, р<0,004), деловой (М=5,38 и М=4,83, р<0,005), сентиментальный (М=4,83 и М=4,10, р<0,03). Иными словами, в современных условиях мужчины-белорусы представляют себя в данной роли толковее, умелее и чувствительнее, чем женщины.

Типичную роли мужа мужчины представляют более деловитой (М=5,04 и М=4,29, р<0,005), чем женщины.

Как видим, на белорусской выборке половые различия в представлениях о содержании типичных мужских ролей в современных условиях более выражены, нежели на русской выборке.

Итак, у русских респондентов наблюдаются различия между полами по таким характеристикам, как властность, деловитость, рискованность, самодостаточность, терпеливость, а у белорусов по этим качествам различий нет. Значит, у белорусов более согласованные представления по этим «мужским» качествам. Однако мужчины-белорусы считают себя более чуткими, добрыми, сердечными, интимными, искусными, интеллигентными, сентиментальными, чувственными, грамотными, эмоциональными по сравнению с тем, как их видят белорусские женщины. Это может говорить о несовпадении представлений о мужской роли у мужчин и женщин данного этноса. В то время как у русских по этим качествам различий нет, что свидетельствует о большей гармонизированности представлений о содержании мужской роли по таким качествам, которые можно условно отнести к «женским».
Гендерные различия

Нами были выявлены достоверные различия в зависимости от психологического пола личности и этнической принадлежности.

Русские респонденты, имеющие андрогинный (25 человек) пол личности, считают типичного мужчину, исполняющего роль добытчика, в меньшей степени трудолюбивым (М=5,40, р<0,009), чем андрогинно-маскулинные респонденты (34 человек) (М=6,20, р<0,009), в большей степени рискованным (М=5,44 и М=4,64, р<0,025) и сентиментальным (М=3,60 и М=3,50, р<0,01). Другими словами, андрогинные респонденты представляют традиционного мужчину, реализующего данную роль, более работящим, а значит прилежным, старательным, усердным, а андрогинно-маскулинные –

ненадежным и чувствительным.

Андрогинные респонденты в большей степени считают типичного мужчину, проявляющего роль «Защитника», доминирующим (М=5,00 и М=4,82, р<0,04), чем андрогинно-маскулинные. Следовательно, в представлениях русских андрогинов мужчина, выполняющий данную роль, традиционно является покровителем, заступником женщины и поэтому он главный.

Типичного мужчину, исполняющего роль Профессионального деятеля, андрогинные испытуемые видят менее трудолюбивым (М=6,00 и М=6,32, р<0,03), самоуверенным (М=6,16 и М=5,79, р<0,03), компетентным (М=5,78 и М=4,25, р<0,005), чем андрогинно-маскулинные. В представлениях русских андрогинов профессиональный деятель в меньшей степени имеет желание трудиться, имеет о себе невысокое мнение и не обладает высокими профессиональными знаниями.

Андрогинные респонденты в большей степени считают типичного мужчину, проявляющего роль главы семьи, властным (М=4,96 и М=4,76, р<0,02), данное качество можно отнести к традиционным проявлениям мужской роли. Властный мужчина, как правило, является победителем, призванным доминировать в семье и обществе. А роль отца менее деловым (М=4,40 и М=4,55, р<0,02), властным (М=5,28 и М=4,46, р<0,04), сентиментальным (М=4,60 и М=5,29, р<0,01), соответственно, типичный мужчина-отец представляется как не очень умелый, безавторитетный и бесчувственный.

Белорусские респонденты, имеющие андрогинно-маскулинный (28 человек) пол личности, представляют типичного мужчину в роли добытчика более выносливым (М=5,75 и М=5,00, р<0,03), амбициозным (М=4,82 и М=4,00, р<0,02), бодрым (М=5,60 и М=4,73, р<0,03), грамотным (М=5,17 и М=4,04, р<0,008), искусным (М=4,92 и М=3,73, р<0,025), чем респонденты, имеющие андрогинно-феминный пол (23 человека). То есть мужчина, реализующий данную роль, стремится занять более высокое место в обществе, самоутвердиться, но и не потерять уже имеющегося.

Андрогинно-маскулинные испытуемые типичного мужчину в роли защитника видят трудолюбивым (М=5,42 и М=4,78, р<0,04), самоуверенным (М=5,78 и М=4,78, р<0,001), бодрым (М=5,82 и М=5,00, р<0,01), динамичным (М=5,42 и М=4,60, р<0,03), осторожным (М=6,03 и М=4,95, р<0,008), грамотным (М=5,21 и М=4,34, р<0,03), компетентным (М=4,78 и М=3,82, р<0,025), доминирующим (М=5,46 и М=4,73, р<0,03), интеллигентным (М=4,89 и М=4,08, р<0,02), чем андрогинно-феминные. Мы видим аналогичную картину, и в роли добытчика.

Белорусские андрогинно-маскулинные испытуемые типичного мужчину в роли профессионального деятеля представляют более сентиментальным (М=4,17 и М=2,91, р<0,025), чем андрогинно-феминные. Тем самым, в современном обществе мужчина в роли профессиональный деятель, как считают белорусские андрогинно-маскулинные респонденты, проявляет такие феминные черты, как чувственностьый и эмоциональность.

Андрогинно-маскулинные респонденты в отличие от андрогинно-феминных, типичного мужчину, выполняющего роль главы семьи, видят в большей степени деловитым (М=5,00 и М=4,21, р<0,025), деловым (М=5,35 и М=4,65, р<0,025), амбициозным (М=5,03 и М=4,08, р<0,04), бодрым (М=5,75 и М=4,91, р<0,01), преданным (М=6,03 и М=5,26, р<0,02), сентиментальным (М=4,75 и М=3,82, р<0,02), эмоциональным (М=5,10 и М=3,91, р<0,002). А мужчину, реализующего роль мужа, – амбициозным (М=5,10 и М=3,73, р<0,0001), динамичным (М=5,82 и М=4,82, р<0,005), эмоциональным (М=5,00 и М=4,04, р<0,01), сентиментальным (М=4,85 и М=3,91, р<0,04). Иными словами, мужчина, реализующий роли главы семьи и мужа, наряду с традиционно приписываемыми этим ролям «маскулинными» качествами обладает, по мнению андрогинно-маскулинных респондентов, еще и качествами, которые можно назвать «феминными».
Итак, в ходе анализа результатов эмпирического исследования были выявлены различия в представлениях молодых людей о содержании традиционной мужской гендерной роли в зависимости от их этнической, половой и гендерной принадлежности.

1. Этнические различия. В выборке русских по всем ролям, реализуемым типичным мужчиной, по сравнению с выборкой белорусских респондентов наблюдается большая традиционность проявления мужской роли, однако образ отца характеризуется наметившимися тенденциями в сторону смягчения данной роли, что подтверждается также данными других исследований (И. Кон, Н. Радина, В. Рамих, А. Ротундо и т.д.).

2. Половые различия. Русские женщины в большей степени, чем мужчины представляют типичный мужской образ как традиционный. Кроме того, в сознании русской женщины мужчина должен быть не только доминантным, властным, но также уметь проявлять свои чувства и быть эмпатийным. Мужчины-белорусы более гибки в своих представлениях, они жестко не придерживаются полоролевых норм. Соответственно, в их представлениях о мужской роли мы обнаруживаем качества, традиционно приписываемые женщинам. А белорусские женщины, в меньшей степени, чем русские, но все же склонны представлять мужской образ как традиционный, желая также получать от мужчины ласку, внимание и заботу. Полученные нами данные подтверждают предположение о несовпадении представлений о типичной мужской роли у мужчин и женщин русских и белорусов.

3. Гендерные различия. Андрогинно-маскулинные русские в меньшей степени, чем андрогинные респонденты, склонны приписывать типичной мужской роли традиционно мужские качества. Андрогинно-маскулинные белорусы наряду с типичными для васех 6 мужских ролей добытчика, защитника, профессионального деятеля, главы семьи, мужа и отца мужскими качествами часто используют и традиционно женские, что свидетельствует о феминизации образа мужчины и изменении представлений о содержании мужской роли в зависимости от гендерных и этнических различий.

Гипотеза, выдвинутая нами в начале исследования, подтвердилась, действительно, существуют значимые различия в представлениях о содержании традиционной мужской роли у молодых людей, обусловленные их этнической, половой и гендерной принадлежностью.

Достоверность полученных результатов и сделанных на их основании выводов обеспечивается их теоретической обоснованностью, комплексностью используемых подходов и адекватных диагностических методик исследования. Но мы понимаем, что полученные нами данные не могут быть в полной мере распространены на всю генеральную совокупность выборки, так как в исследовании принимали участие только студенты.



Исходя из этого, можно сделать вывод, что происходит преобразование представлений о содержании мужской роли, и это подтверждают данные других исследований, но как мужчина себя чувствует в своей новой роли, еще только предстоит разобраться.
ЛИТЕРАТУРА

  1. Бек У. Общество риска. На пути к другому модерну: пер. с. нем. М.: Прогресс-традиция, 2000. 384 с.

  2. Берн Шон. Гендерная психология. СПб. 2001. 318 с.

  3. Зингер Т.Э. Влияние феминизированных черт личности мужчин на их профессиональную деятельность в системе госслужбы: автореф. дис… канд. психол. наук. М.: РАГС, 2002.

  4. Знаков В.В. Психология понимания: Проблемы и перспективы. М.: Изд-во «Институт психологии РАН», 2005. 448 с.

  5. Клёцина И.С. Женщина в российском обществе // Российский научный журнал. 2009. № 3 (52). С. 29–41.

  6. Кон И.С. Мужская роль и гендерный порядок // Вестник общественного мнения. 2008. № 2 (94). С. 37–43.

  7. Практикум по гендерной психологии /Под ред. И.С. Клециной. СПб.: Питер, 2003. 480 с.

  8. Психологический пол личности: адаптация диагностической методики // Прикладная психология. 2001. №3. С. 57– 67.

  9. McNulty J.K., Hellmuth J.C. Emotion regulation and intimate partner violence in newlyweds // Journal of Family Psychology. 2008. 22. P. 794–797.


Brazhnik
Presentation of young people about the male role depending on the ethnic, sexual and gender identity
Key words: performance; male role; gender; masculinity; femininity; androgyny; Russian; Byelorussian.
This article discusses the views of young people about the male role. Describes the results of the empirical research identifies sexual, ethnic and gender differences.
Каталог: images -> statii
images -> Программы
images -> Наркотики и дети. Часть 1
images -> Личность подростка формируется не сама по себе, а в окружающей его среде. Особенно важна роль малых групп, в которых подросток взаимодействует с другими людьми
images -> Агрессивное поведение дошкольников и его преодоление
images -> Практические рекомендации родителям и педагогам, как правильно вести себя
images -> Особенности детей младшего школьного возраста с недостатками в интеллектуальном развитии
images -> Проблемы современного школьника
statii -> Образ порядочного человека в глазах подростков
statii -> Исследование множественности преступлений как юридического понятия происходило в науке уголовного права постоянно. Немаловажную роль в этом сыграло то, что дефиниции «множественность преступлений»
statii -> Социальные представления молодежи о содержании мужской роли в прошлом и настоящем


Поделитесь с Вашими друзьями:


База данных защищена авторским правом ©dogmon.org 2017
обратиться к администрации

    Главная страница