Глава седьмая МОТИВ И ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ ПРЕСТУПЛЕНИЙ



страница19/22
Дата21.05.2016
Размер5.89 Mb.
ТипКнига
1   ...   14   15   16   17   18   19   20   21   22

Глава седьмая

МОТИВ И ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ ПРЕСТУПЛЕНИЙ

§ 1. Мотив преступления и назначение наказания


Наказание принадлежит к тем немногим институтам уголовного права, в конструкции которых особенно ярко проявляется
роль нравственного начала, моральных требований общества. Оно
теснейшим образом связано с личностью преступника, субъективной стороной, мотивами и целями совершения преступления. Эта
связь заключена уже в непосредственных условиях мотивации
преступления. Угрозой наказания уголовный закон, как известно,
выражает требование должного поведения, поэтому сознание наказуемости поступка является важнейшей частью психологического содержания волевого процесса и выступает как контрмотив
антиобщественного поведения. Хотя детерминистическое значение
идея о наказуемости поступка значительно снижает имеющийся
почти во всех случаях расчет на безнаказанность, было бы, однако, неправильно недооценивать ее роли в мотивации антиобщественного поведения. Мысль о наказании, если даже она не уничтожает намерения совершить преступление, во всех случаях играет роль противодействующего стимула, на фоне которого более отчетливо проявляется стойкость и активность антиобщественной установки, сила и стремительность господствующих побуждений. С другой стороны, сам факт применения наказания оказывает большое воздействие на психику виновного, на его сознание и волю и, следовательно, также имеет немаловажное значение в предупреждении преступлений.

Вместе с тем отмеченное обстоятельство далеко не исчерпывает всех аспектов тесной связи между мотивом и уголовным наказанием. Мотив выступает как фактор, играющий важную роль в назначении наказания, а также в определении других видов принуждения, применяемых к совершившему преступление. Это свойство мотива преступления определяется общим направлением уголовной политики Советского государства и непосредственно вытекает из задач и целей наказания, предусмотренных в действующем уголовном законодательстве, конкретно — из принципа индивидуализации, являющегося важнейшим принципом назначения наказания по советскому уголовному праву.

Статья 20 Основ устанавливает, что наказание не только явится карой за совершенное преступление, но и имеет целью исправление и перевоспитание осужденных в духе честного отношения к труду, точного исполнения законов, уважения к правилам социалистического общежития, а также предупреждение совершения новых преступлений, как осужденными, так и иными лицами.

Наказание не имеет целью причинение физических страданий или унижение человеческого достоинства».

Таким образом, при определении целей наказания действующее уголовное законодательство большое внимание обращает на
нравственную сторону этого вида государственного принуждения,
его социально-психологический аспект. Наказание рассматривается не только как важный инструмент общей и специальной превенции, как средство охраны правопорядка (задача частного и общего предупреждения), но и как цель исправления и перевоспитания осужденного в духе честного отношения к труду, точного исполнения законов, уважения к правилам социалистического общежития. Иначе говоря, применением наказания законодатель преследует цель убедить правонарушителя не только в последствиях, но и в оценке поступка, изменить его отношение к содеянному, возбудить у него новые навыки и стимулы поведения.

Для того чтобы наказание могло выполнить поставленные задачи, оно должно быть не только законным и обоснованным, но и


справедливым, т. е. основываться на нравственных началах общества, общих моральных требованиях, на строгом учете личности
преступника и всех обстоятельств совершенного преступления.

Большое значение психологического аспекта поведения виновного, особенностей его внутреннего содержания заключено уже в условиях общей и специальной превенции, являющихся важнейшей частью любого вида уголовного наказания. Чем тщательнее учет психологических особенностей личности виновного, тем больше гарантии в выборе мер и видов наказания, исключающих возможность совершения осужденным новых преступлений, тем лучше обеспечивается общепревентивная, предупредительная сторона наказания.

Особенно возрастает роль индивидуально-психологических особенностей личности, в частности мотивов совершения преступления, привычек и склонностей, характеризующих стойкость пережитков прошлого в сознании осужденною, в осуществлении задач
исправления и перевоспитания. Основной смысл идеи исправления
и перевоспитания осужденного сводится к тому, чтобы при помощи назначенного наказания изменить его поведение, свести на нет
роль антиобщественных навыков и стремлений, содействовать выработке новых, положительных начал в его поведении. Совершенно очевидно, что эту задачу нельзя решить, если наказание и его применение не будет связано с личностью преступника, его
психологическими особенностями и побуждениями, которые нашли
отражение в совершенном преступлении. В связи с этим представляется необходимым, чтобы мотивировка приговора, особенно в части, касающейся меры и вида наказания, должна непременно включать в себя и психологическую характеристику подсудимого, в частности, обрисовку побуждений, положенных в основу его, поведения. В полной мере данное требование относится и к обоснованию наказания в речах государственного обвинителя и защитника. Все это не только позволило бы органам мест лишения свободы более предметно строить работу по исправлению и перевоспитанию осужденного, но и главное значительно повысило бы

Справедливость приговора, как в глазах осужденного, так и во мнении других граждан 2.

Обстоятельный анализ психологии преступления и личности
преступника мы находим в речах Н. В. Крыленко. Касаясь вопросов применения наказания к тому или иному подсудимому, Н. В. Крыленко не ограничивался разбором содеянного, а всегда стремился увязать его с нравственной стороной личности подсудимого, с психологической обрисовкой его внутреннего содержания, а также характеристикой побуждений, которыми руководствовался подсудимый в своих действиях. Говоря об одном из таких подсудимых, Некрасове Иване Ивановиче, старом инженере, заявившем на суде, что он брал взятки «по привычке», Н. В. Крыленко отметил: «Мерой репрессии к Ивану Ивановичу должно быть применено заключение в тюрьму, где Иван Иванович должен быть поставлен в условия, где он не будет иметь возможности брать взятки, проявлять эту приобретенную им привычку. Может быть, и отвыкнет» 3.

Социально-психологический аспект преступления и преступника


всегда рассматривался в советском уголовном законодательстве
как важный признак в индивидуализации наказания. Данный момент нашел свое четкое выражение и в ныне действующем уголовном законодательстве. Ст. 34 Основ предписывает суду при
определении наказания признавать отягчающими обстоятельствами, повышающими общественную опасность и степень вины осужденного, совершение им преступления из корыстных или иных низменных побуждений; совершение преступления в отношении
малолетнего, престарелого или лица, находящегося в беспомощном состоянии, а также в отношении лица, находящегося в материальной, служебной или иной зависимости от виновного. Ст. 38
Основ предлагает суду рассматривать в качестве основания для
смягчения ответственности такие обстоятельства, как совершение
преступления вследствие стечения тяжелых личных или семейных| обстоятельств; совершение преступления под влиянием угрозы
или принуждения либо в силу материальной, служебной или иной
зависимости. Помимо этого, психологические особенности деяния
и личности преступника, в том числе и мотив преступления, играют существенную роль и в оценке других обстоятельств, признаваемых законом смягчающими или отягчающими ответственность.
Сознание необходимости учета мотива преступления при назначении наказания прочно вошло в судебную практику. Верховный Суд СССР, а также Верховный Суд РСФСР в своих руководящих разъяснениях, а также в постановлениях Пленумов и определениях Коллегий по конкретным делам не раз обращали внимание судебных органов на необходимость всестороннего исследования мотивов совершения преступления, имеющих важное значение, как для квалификации преступника, так и определения наказания. Так, в постановлении Пленума Верховного Суда СССР от 27 июня 1975 г. «О судебной практике по делам об умышленном убийстве» говорится: «Учитывая, что мотивы, цель и способ убийства имеют

важное значение для оценки содеянного и назначения наказания,


судам необходимо во всех случаях выяснять эти обстоятельств.
При этом в приговоре должны быть приведены конкретные доказательства, обосновывающие сделанные судом выводы» 4.

В постановлении Пленума Верховного Суда СССР от 6 октября 1970 г. «О судебной практике по делам об автотранспортных


преступлениях» также отмечается, что «при назначении наказания
суды должны исходить не только из наступивших последствий, но
учитывать характер и мотивы допущенного нарушения правил
безопасности движения и эксплуатации транспортных средств, отношение виновного к этим нарушениям, его поведение после совершения преступления..., а также личность виновного и иные обстоятельства, смягчающие и отягчающие ответственность». Аналогичное требование содержится и в постановлении Пленума Верховного Суда РСФСР от 12 декабря 1964 г. «О судебной практике по делам об обмане покупателей» 6. «Мотив и цель совершенного обмана покупателей,— сказано в этом постановлении,— должны учитываться судами при определении степени общественной опасности содеянного и назначении наказания виновному».

Уголовный закон, как было отмечено, роль мотива в назначении наказания связывает с его оценкой, а именно — совершается


ли преступление из низменных побуждений или по мотивам, лишенным низменного содержания.

К обстоятельствам, отягчающим ответственность, ст. 34 Основ


относит наличие в действиях лица корысти' или иных низменных
побуждений.

Содержание корысти как отягчающего обстоятельства нами


было подробно раскрыто выше. Что же касается понятия иных
низменных побуждений, то к ним судебная практика относит побуждения, в которых ярко проявляется эгоизм и выражаются наиболее типичные навыки и традиции прошлого. Это — месть, ревность, ненависть, зависть, злоба, хулиганские побуждения и др.
Совершение преступления по указанным мотивам значительно повышает его общественную опасность и, как правило, служит основанием для усиления ответственности и наказания.

Вместе с тем, как было показано выше, оценка перечисленных


мотивов не бывает во всех случаях одинаковой, как не бывает
одинаковой степень общественной опасности совершенного преступления. В значительной степени она определяется конкретными
обстоятельствами, которые породили мотив и вызвали у лица
намерение совершить преступление. Большую роль тут играет
характер повода, с которым непосредственно связывает виновный
свое поведение. Наиболее наглядным примером в этом отношении является месть.

Месть — мотив особенный. Идея мести не только самая древняя, но и самая распространенная идея среди низменных идей,


которые возникают в голове человека. Специфичен этот мотив и
с точки зрения его непосредственной обусловленности. Месть может быть вызвана самыми различными обстоятельствами, с учетом

которых и должна производиться ее оценка. Здесь, прежде


всего, имеет значение, вызвана ли месть правомерными или противоправными действиями потерпевшего. В первом случае месть выступает как проявление исключительного эгоизма и поэтому
преступление, совершенное на ее основе, представляет наибольшую
общественную опасность и в соответствии с этим должно влечь
наиболее суровое наказание. Напротив, месть, вызванная противоправными действиями (с чем, кстати сказать, чаще всего сталкивается судебная практика) при определенных условиях может быть извиняема поведением потерпевшего и не рассматриваться как отягчающее обстоятельство. В отдельных случаях особо аморальный характер действий потерпевшего, послуживших основанием для возникновения мести, может значительно снижать общественную опасность совершенного преступления и служить основанием для применения менее сурового наказания.

Т. была признана судом виновной в умышленном убийстве


своего мужа и осуждена по ст. 103 У К РСФСР к трем годам лишения свободы. Определяя наказание Т., суд принял в соображение, прежде всего антиобщественный характер действий потерпевшего, толкнувших виновную на совершение преступления. Т. пояснила на суде, что муж систематически пьянствовал и постоянно избивал ее, издевался над ней. Не выдержав издевательств, она уехала в другой город, но через некоторое время муж приехал за ней. Ночью, когда потерпевший уснул, виновная взяла опасную бритву и убила его 7.

Конкретные обстоятельства, сопровождавшие преступление,


имеют большое значение и при оценке других низменных мотивов,
в том числе и тех, которые противостоят социалистической морали
как абсолютно чуждые, например, корысти. Судебная практика
свидетельствует, что этот мотив может носить устойчивый характер
и быть выражен в самой крайней степени или же, напротив, определяться мимолетными стремлениями и интересами, а иногда —
случайным стечением обстоятельств.

Так, по делу несовершеннолетнего Д. суд, применяя условное


осуждение, указал в приговоре, что подсудимый находился в тяжелом положении (не имел никакой помощи со стороны опекуна и родственников) и кражу продуктов совершил потому, что ему не на что было жить 8.

Оценка конкретных обстоятельств, послуживших причиной совершения преступления, и возникшего на их основе мотива, должна


производиться с учетом личности виновного, его индивидуально-
психологической характеристики. В этом отношении особое значение имеет несовершеннолетие. Повышенная эмоциональная возбудимость, неуравновешенность и другие особенности создают такие условия поведения, в силу которых лицо легче поддается
внешнему воздействию, случайному стечению обстоятельств. Излишняя доверчивость несовершеннолетних делает легкоранимыми их самолюбие, и поэтому нередко незначительные противоправные

действия могут вызвать у них сильную месть и обиду и побудить к совершению преступления.

Г. был осужден народный судом по ст. 108 ч. 1 УК РСФСР за
причинение своей тетке Г-ой тяжких телесных повреждений, нанесенных при следующих обстоятельствах. В день своего рождения Г. пригласил к себе на вечер своих товарищей, среди которых была В., дружившая с Г. В. не понравилась Г-ой. Она вызвала в коридор Г. и потребовала, чтобы он выгнал В., предупредив его, что в противном случае сделает это сама. Когда Г. отказался выполнить требование потерпевшей, она обозвала его нецензурно. Г. схватил кухонный нож и нанес Г-ой три раны в области груди, живота, причинив телесные повреждения, опасные для жизни. Г. был приговорен к одному году исправительных работ 9.

Назначая в данном случае такое мягкое наказание, суд принял в соображение не только молодость виновного, но главным


образом аморальность поведения потерпевшей, под влиянием которого у него возник умысел на совершение преступления.

Основы и УК союзных республик непосредственно не называют


в перечне смягчающих обстоятельств мотивы совершения преступления. Однако не возникает никакого сомнения, что и в этом случае имеется не только возможность, но и необходимость точного установления мотива совершения преступления. В выборе
смягчающих обстоятельств, как известно, суд не ограничен. В соответствии с требованием уголовного закона он вправе признать
смягчающим любое обстоятельство, в том числе и относящееся к
мотиву преступления. В судебной практике отсутствие в действиях
лица каких-либо низменных побуждений, по общему правилу, рассматривается как признак, свидетельствующий о меньшей общественной опасности преступления и лица, его совершившего и,
следовательно, является основанием для применения более мягкой меры наказания. Мотив преступления дает также возможность
правильно определить значение других обстоятельств, которые
нашли отражение в противоправном неведении и с которыми закон
связывает применение наказания.

Помимо рассмотренных, в действующем советском уголовном


законодательстве имеется целый ряд других норм, дающих суду
возможность при назначении наказания считаться с мотивами
совершения преступления. К ним, прежде всего, следует отнести
нормы, содержащиеся в статьях 232, 37, 38, 39, 43 и др. Основ.
Статья 37 Основ содержит весьма важное правило, управомочивающее суд при наличии исключительных обстоятельств дела и с учетом личности виновного допустить смягчение наказания ниже низшего предела, предусмотренного законом, или перейти к другому, более мягкому виду наказания.

На первый взгляд может показаться, что исключительные обстоятельства, о которых говорит ст. 37 Основ, как бы противостоят


личности виновного. Однако такой вывод был бы, конечно, неточным. Понятие исключительных обстоятельств самым теснейшим образом связано с личностью виновного, его индивидуально-психологическими

свойствами и особенностями 10. Обстоятельства потому и носят название исключительных, что они не являются типичными и не «соответствуют» обычному поведению осужденного, так сказать, не вырастают из предшествующего его поведения и жизни, а имеют свое основание в других условиях, возникших помимо воли и сознания лица. Следовательно, правильно решить вопрос о применении ст. 37 Основ нельзя, не установив мотива противоправного поведения и не определив его соотношения с индивидуальными свойствами и особенностями личности виновного. Как свидетельствует практика, суды обращаются к ст. 37 Основ главным образом в том случае, если обстоятельства дела, оцениваемые судом как исключительные, не осложняются наличием корыстных или иных низменных побуждений.

Еще нагляднее роль мотива совершения преступления проявляется при применении института условного осуждения (ст. 38 Основ).

Специфика условного осуждения, отличающая его от других


принудительных мер, применяемых судом, заключается, как известно, в том, что в этом случае весь расчет исправления и перевоспитания осужденного построен на моменте осуждения и порицания виновного лица, на изменении его отношения к содеянному.
Поэтому здесь исключительно важное значение приобретают не
только тяжесть совершенного деяния, но и обстоятельства, характеризующие личность виновного лица, на что не раз обращал внимание судебных органов и Пленум Верховного Суда СССР 1!.

Среди обстоятельств личного характера, учитываемых судом


при применении условного осуждения, особое значение имеют обстоятельства, характеризующие субъективную сторону его поведения, в частности мотивы, щели, последующее раскаяние в содеянном и т. д.12. Именно эти психологические моменты лучше всего характеризуют отношение виновного к содеянному и определяют, является ли совершенное преступление необходимым следствием предшествующего поведения виновного или оно выступает как случайный эпизод в его жизни. Только взвесив все эти данные, суд может сделать правильный вывод, способен ли осужденный исправиться без применения к нему наказания вследствие одного факта осуждения или необходимо изолировать его от общества.

Условное осуждение, как правило, не применяется к лицам,


виновным в совершении тяжких преступлений. Однако отдельные
случаи применения условного осуждения к лицам, совершившим
тяжкие преступления, как свидетельствует судебная практика, основываются исключительно обстоятельствами, относящимися к
личности виновного, мотивами? совершения преступления.

«Суд может применить условное осуждение к отдельным участникам таких преступлений,— говорится в постановлении Пленума Верховного Суда СССР от 4 марта 1961 г.,— лишь в тех случаях, когда установлена второстепенная роль этих лиц, а также, если данные, характеризующие личность виновного, и обстоятельства,

при которых совершено преступление, дают основание считать нецелесообразной изоляцию осужденного от общества».

П., будучи нетрезвым, ударил своего сына, Виктора, охотничьим


топориком по голове, причинив ему телесные повреждения, опасные для жизни. П. был осужден по ч. 1 ст. 108 УК РСФСР к двум
годам лишения свободы условно 13.

Наряду с положительными данными, характеризующими личность виновного, немаловажную роль в решении суда сыграл мотив его поведения. На суде было установлено, что сын П. постоянно нарушал в школе дисциплину, к урокам не готовился, не успевал по многим предметам. В день совершения преступления П.


стал заставлять сына делать уроки, на что последний ответил
грубостью и нецензурными словами. Возмутившись поведением
сына, осужденный ударил два раза его охотничьим топориком по
голове.

Совершенно очевидно, что если бы побудительной причиной в


поведении осужденного были другие мотивы, то суд вряд ли бы
применил к нему условное осуждение за совершение столь тяжкого преступления.

В некоторых случаях особенный мотив настолько четко подчеркивает незначительную степень общественной опасности виновного и совершенного им деяния, что реальное применение уголовного наказания было бы неоправданно жестоким. Такое положение обычно возникает тогда, когда общественно опасное деяние совершается по необычным для данного преступления мотивам или, лучше сказать, когда мотив резко не соответствует личностной структуре виновного и тем целям, которые определяют общественную опасность этого преступления.

В один из ювелирных магазинов г. Москвы вошел молодой человек, «попросил показать ему дамские золотые часы, положил их
в карман и убежал. Вскоре, остановленный милиционером и дружинником, он, не сопротивляясь, вернул часы, не попытавшись
скрыться, и отрицать свою вину. Когда же его спросили о мотивах
преступления, он отвечать отказался».

Вопрос о мотивах совершения преступления стал еще более


загадочным, когда установили личность похитителя. Им оказался
В., аспирант одного научно-исследовательского института, которого
знали как одаренного и исключительно скромного человека, к тому
же неплохо материально обеспеченного. Судебно-психиатрическая
экспертиза не установила каких-либо отклонений в его психике и
сознании.

Оказалось, что мотивом поведения В. послужило побуждение,


являющееся необычным для совершенного преступления. В. дружил
с молодой женщиной, научным сотрудником того же института и
несколько раз делал ей предложение выйти за него замуж. Такое
предложение было сделано и накануне совершения преступления.
Однако последняя, будучи старше В. и зная о том, что мать В.
против задуманного им брака, ответила отказом. После чего В.
заявил, что жить без нее не желает и совершит гражданское

самоубийство. Суд признал В. виновным в краже социалистического


имущества, однако, учитывая специфику побуждений в его действиях, определил ему наказание условно и передал на поруки
коллективу научно-исследовательского института н.

Обстоятельства, характеризующие личность виновного, в том


числе мотивы совершения преступления, имеют существенное значение при применении условного осуждения с обязательным привлечением осужденного к труду. (Ст. 232 Основ). В качестве одного из оснований применения условного осуждения с обязательным привлечением осужденного к труду закон указывает на возможность исправления и перевоспитания осужденного без изоляции
от общества, но в условиях осуществления за ним надзора. Мотивы совершения преступления, наряду с другими обстоятельствами,
характеризующими личность виновного, могут подсказать, насколько его антиобщественные склонности и привычки носят устойчивый характер.

Согласно данным конкретно-социологического изучения, проведенного кафедрой уголовного права Казанского университета в


1979 г., среди условно осужденных с обязательным привлечением
к труду преобладают лица, совершившие преступления из хулиганских побуждений (47,7%) и корысти (42,3%) 15.

Обстоятельства, характеризующие личность виновного, в частности мотивы совершения преступления, имеют существенное значение и при применении других институтов советского уголовного права, например, при освобождении от уголовной ответственности в связи с передачей дела о малозначительном преступлении в товарищеский суд или виновного на поруки, привлечением к административной ответственности, в связи с направлением виновного в комиссию по делам несовершеннолетних (ст.ст. 10, 50, 51, 52 УК РСФСР), в связи с отсрочкой исполнения приговора несовершеннолетнему (ст. 39 Основ), а также в определении случаев условною освобождения из мест лишения свободы с обязательным привлечением осужденного к труду (442 Основ), условно-досрочного освобождения от наказания (ст.ст. 44, 441 и 45 Основ).

Психологический момент, входя непосредственно в содержание
вины, не может не оказывать влияния на степень общественной
опасности совершенного преступления и, следовательно, на решение вопроса об освобождении от уголовной ответственности. При
этом само собой разумеется, что данные о личности правонарушителя не могут иметь абсолютного значения — их оценка зависит
от характера совершенного преступления и содержания преступной деятельности. Материалы судебных органов свидетельствуют, что мотивы преступления широко учитываются в практике освобождения от уголовной ответственности, особенно по делам о преступлениях против личности, общественного порядка и общественной безопасности и другим.

Среди других постановлений уголовного закона, которые связаны с применением наказания и в определении которых наглядно

проявляется роль мотива преступления, следует назвать также постановление об особо опасном рецидиве (ст. 23 ' Основ).

Понятие особо опасного рецидива уголовный закон, как известно, связывает не только с характером совершенного преступления, но и личностью осужденного, мотивами совершения преступления.


В законе подчеркивается, что «суд, рассматривая вопрос о признании лица особо опасным рецидивистом, учитывает личность виновного, степень общественной опасности совершенных преступлений, их мотивы, степень осуществления преступных намерений, степень и характер участия в совершении преступлений и другие обстоятельства дела». В соответствии с требованием уголовного закона Верховный Суд СССР не раз обращал внимание судебных органов на недопустимость формального подхода к решению вопроса о признании лица особо опасным рецидивистом, когда суды принимают во внимание только указанные в законе прежние судимости за преступления без учета характера и степени общественной опасности, совершенных преступлений, данных о личности, а также
конкретных обстоятельств дела 16.

Важную роль в характеристике особо опасного рецидива играют субъективные свойства преступления, психологические особенности личности. Как свидетельствуют материалы судебной практики, особо опасные рецидивисты — это злостные преступники с


укоренившимися стойкими антиобщественными навыками и установками и в силу этого представляющие повышенную опасность для общества. Поэтому не случайно закон (ст. 231 Основ) связывает понятие особо опасного рецидива не только с общественной опасностью уголовно-наказуемых действий, личностью преступника, но и мотивами совершения преступления. Такая конструкция особо опасного рецидива даст возможность повысить эффективность уголовно-правовых мер в борьбе с преступностью. Следует отметить, что в какой-то мере эта тенденция находила свое отражение и в ранее действовавшем законодательстве (примечание к ст. 24 УК РСФСР). Видимо, стремлением подчеркнуть значение личностных особенностей в содержании особо опасного рецидива можно объяснить тот факт, что в перечень менее опасных преступлений, входящих в рецидив, закон включал такие преступления, в которых выражаются наиболее специфические, стойкие навыки и традиции прошлого, стяжательские и разнузданно-эгоистические наклонности и стремления (кража, грабеж, мошенничество,
спекуляция, хулиганство и другие).

Мотив, цель, намерения и другие психологические особенности


личности играют двоякую роль в характеристике особо опасного
рецидива. С одной стороны, характеризуя содержание субъективной стороны, они выступают важными показателями общественной опасности преступления, входящих в рецидив, а с другой —
находясь в теснейшей связи с интересами и склонностями личности,
эти особенности более наглядно подчеркивают степень общественной опасности личности осужденного, его антиобщественные устремления и установки. Вместе с тем и в этом случае психологические

особенности не должны иметь самодовлеющего значения. Их


оценка, в том числе и оценка мотивов совершения преступления,
должна производиться с учетом личности виновного, тяжести совершенного преступления, а также всех других обстоятельств дела.
Эта мысль достаточно четко и определенно выражена в постановлении Президиума Верховного Суда РСФСР по делу Б.

Б., будучи дважды судим за хулиганство, совершил убийство


своей бывшей жены, мотивом совершения убийства явилось то,
что потерпевшая отказывалась возобновить супружескую жизнь с
осужденным.

Судом первой инстанции Б. был признан особо опасным рецидивистом и осужден за умышленное убийство. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РСФСР, рассматривая дело в кассационном порядке, исключила из обвинения признание Б. особо опасным рецидивистом, мотивируя свое решение тем, что «областной суд не принял во внимание данные о личности Б., положительно характеризующегося по работе, и не учел мотивы


совершения преступления — личные взаимоотношения с потерпевшей».

Президиум Верховного Суда РСФСР не согласился с мнением


Коллегии. Он отметил, что само по себе наличие личных взаимоотношений, явившихся мотивом совершения преступления, не может еще свидетельствовать «об отсутствии повышенной общественной опасности совершенного Б. преступления». При решении вопроса о признании лица особо опасным рецидивистом, говорится в постановлении, необходимо учитывать все обстоятельства дела, в том числе тяжесть совершенного преступления, личность виновного и другие обстоятельства, с учетом которых и должна производиться оценка мотива преступления 18.

Роль мотива преступления не исчерпывается тем, что он помогает определить вид и меру наказания. Важное место должно быть отведено ему и в завершающей стадии — стадии исполнения приговора. Причем в последнем случае имеется гораздо больше


возможностей считаться с мотивом, а также другими психологическими особенностями, характеризующими личность осужденного. Как бы ни была дробной предусмотренная в законе система мер и видов наказания, она не позволяет полностью учесть индивидуальные особенности личности виновного, в том числе и мотивы совершения преступления. Это можно сделать только в процессе исполнения назначенного судом наказания, исправительно-трудового воздействия на осужденного.

Работа по исправлению и перевоспитанию осужденного — всегда работа индивидуальная, определяемая главным образом свойствами и особенностями личности. Не последнее место в этом случае принадлежит социально-психологическим особенностям личности осужденного. С точки зрения социально-психологической характеристики, осужденные — всегда разные люди. Один совершает


преступление из корысти, другой — из мести; для одного преступление — случайный эпизод в его жизни, для другого — это привычное

занятие, обусловленное стойкими антиобщественными наклонностями и привычками и т. д. Совершенно очевидно, что во всех этих случаях работа по исправлению и перевоспитанию осужденного не может быть одинаковой. Если, к примеру, осужденный в своем антиобщественном поведении руководствовался корыстными соображениями, то, очевидно, методика его исправления и перевоспитания должна быть совершенно иной, чем в тех случаях, когда определяющим в поведении явился мотив мести. Учет психологических особенностей личности — необходимое условие для классификации осужденных и определения правильных методов исправительно-трудового воздействия на них 19.

К сожалению, социально-психологическая характеристика личности не всегда учитывается как при классификации преступников, так и в определении методов исправительно-трудового воздействия, что, несомненно, отрицательно сказывается на воспитательной работе среди осужденных. Социально-психологическая характеристика личности осужденного, в особенности обрисовка мотивов совершения преступления, не всегда находит должное отражение и в материалах дела, в частности в судебных приговорах. Устранение этих недостатков будет способствовать повышению эффективности уголовного наказания в деятельности исправительно-трудовых учреждений. Немаловажное значение в этом отношении имело бы также совершенствование методики изучения личности осужденного, в особенности его психологических свойств, индивидуальных черт характера и темперамента 20.

В заключение следует отметить, что в действующем уголовном


законодательстве должна быть расширена возможность суду считаться с мотивами преступления.

В связи с этим было бы целесообразно конкретизировать общую рубрику «иные низменные побуждения», предусмотренную ст. 34 Основ, и дать в законе перечень наиболее часто встречающихся в судебной практике мотивов, с которыми связано усиление


уголовного наказания. Такая конкретизация будет ориентировать
суды на необходимость более внимательного отношения к мотивам
совершения преступления при назначении наказания. Следует также увеличить количество статей, которые бы предписывали суду
учитывать при назначении наказания мотив преступления, другими словами, в которых мотив мог бы служить в качестве признака, разграничивающего уголовную ответственность.

Каталог: z3950 -> law -> knigi
knigi -> Издательство казанского университета
z3950 -> Формирование семейных ценностей у детей-сирот средствами арт-педагогики в условиях детского дома 13. 00. 01 общая педагогика, история педагогики и образования
z3950 -> Развитие коммуникативной культуры будущего учителя в условиях двуязычия 13. 00. 01 общая педагогика, история педагогики и образования
knigi -> Аффект. Его уголовно-правовое и криминологическое значение
knigi -> Тактические приемы при расследовании преступлений
z3950 -> Проектирование и реализация педагогических условий развития творческой активности студентов в вузе (в процессе обучения иностранному языку) 13. 00. 01 общая педагогика, история педагогики и образования
knigi -> Несовершеннолетнего подозреваемого


Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   14   15   16   17   18   19   20   21   22


База данных защищена авторским правом ©dogmon.org 2017
обратиться к администрации

    Главная страница