Психологическое содержание переходного периода от младшего школьного к младшему подростковому возрасту



Скачать 357.94 Kb.
Дата15.05.2016
Размер357.94 Kb.
ТипАвтореферат
На правах рукописи


Катеринина Анна Андреевна

ПСИХОЛОГИЧЕСКОЕ СОДЕРЖАНИЕ

ПЕРЕХОДНОГО ПЕРИОДА

ОТ МЛАДШЕГО ШКОЛЬНОГО К МЛАДШЕМУ ПОДРОСТКОВОМУ ВОЗРАСТУ

Специальность 19.00.13 –

Психология развития, акмеология

АВТОРЕФЕРАТ
диссертации на соискание ученой степени

кандидата психологических наук


Москва – 2013

Работа выполнена на кафедре проектирующей психологии Института психологии им. Л. С. Выготского федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего профессионального образования «Российский государственный гуманитарный университет» (РГГУ)

Научный руководитель:

доктор психологических наук, профессор

КРАВЦОВА ЕЛЕНА ЕВГЕНЬЕВНА



Официальные оппоненты:


САЛМИНА НИНА ГАВРИЛОВНА

доктор психологических наук, профессор,

МГУ им. М.В. Ломоносова, профессор

факультета психологии.









АНДРЕЕВА АЛЛА ДАМИРОВНА

кандидат психологических наук, доцент,

ФГНУ «Психологический институт» РАО,

зав. лабораторией практической психологии.






Ведущая организация:

ФГНУ «Институт психолого-педагогических проблем детства» РАО

Защита состоится « 5 » декабря 2013 года в 16.00 часов на заседании диссертационного совета Д 212.198.10, созданного на базе РГГУ по адресу: 125993, ГСП-3, Москва, Миусская пл., д. 6, корп. 7.
С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке РГГУ по адресу:

125993, ГСП-3, Москва, Миусская пл., д. 6, корп. 6.

Автореферат разослан «2» ноября 2013 года.



Ученый секретарь

диссертационного совета


А.Г. Жиляев


ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ



Актуальность исследования. Подростковый возраст всегда привлекал к себе внимание исследователей. В то же время, много важных теоретических и практических проблем, касающихся особенностей развития в подростковом возрасте еще не получили своего решения. Что происходит с ребенком при переходе из начальной школы в среднюю школу, что заставляет подростков терять интерес к учению и сознательно противостоять миру взрослых, почему с каждым годом увеличивается число подростков с противоправным поведением? Это далеко не полный перечень вопросов, на которые сегодня нет однозначных ответов в психологии. В этом контексте исследование переходного периода от младшего школьного к младшему подростковому возрасту представляется актуальным.

В современной психологии развития есть традиция называть этот возраст переходным периодом, а не кризисом. В этом есть некоторое противоречие в видении и понимании подросткового периода развития. Так одни исследователи готовы объявить весь подростковый период, возрастом кризиса, ориентируясь на негативизм ребенка, на его желание эмансипироваться от взрослых, на нежелание учиться и т.п. Другие, вслед за Л.С. Выготским, считают подростковый период развития стабильным периодом.

Определить роль и место подросткового периода в целостном онтогенезе поможет исследование периода развития между младшим школьным и младшим подростковым возрастами.

В нашем исследовании мы предприняли попытку разобраться в этой проблеме, понимая под кризисом период, в котором происходит качественное, скачкообразное развитие, ведущее к возникновению нового самосознания. В этом контексте особый интерес представляют изменения в самосознании, происходящие у ребенка, при переходе из младшего школьного в младший подростковый возраст.

Анализ психологической литературы по проблемам развития в младшем школьном и младшем подростковом возрастах (Л.С. Выготский, В.В. Давыдов, А.М. Прихожан, Н.Н. Толстых, Г.А. Цукерман, Д.Б. Эльконин и др.) позволил выявить ряд важных особенностей, которые стали теоретической основой нашей работы.

При переходе от дошкольного к младшему школьному периоду развития у ребенка происходит расщепление единой самооценки. В результате кризиса семи лет возникают личностная самооценка и самооценка, связанная с осознанием себя как субъекта деятельности (Е.Е. Кравцова, 1981 и др.).

В исследованиях детей младшего школьного возраста (В.В. Давыдов, Н.С. Лейтес, Г.А. Цукерман и др.) показано, что младший школьник в большей степени ориентирован на оценку себя как субъекта деятельности. При этом, как показывает анализ психологической литературы, личностная самооценка младшего школьника мало меняется в течение этого возрастного периода. Он начинает ориентироваться на нее только в тех случаях, где, по его мнению, у него возникают какие-то проблемы и трудности.

В младшем подростковом возрасте, согласно мнению разных авторов, (Т.В. Драгунова, Г.Г. Кравцов, Д.Б. Эльконин, Д.И. Фельдштейн и др.) значимой фигурой для ребенка становится сверстник. Его интерес к взрослому резко падает, причем в большей мере ребенок начинает противостоять не конкретным взрослым, а их социальным ролям. Именно этим можно объяснить потерю интереса к учебе – учитель теряет свою значимость. Как отмечает Е.Л. Бережковская, у ребенка размывается образ «хорошей детки», которому он старался соответствовать в младшем школьном возрасте.

Аналогичные изменения происходят у младшего подростка в отношениях с родителями. В детско-родительских отношениях превалируют, с точки зрения подростка, родительские запреты и поощрения, диктуемые социальными ролями, и ребенок всячески старается изменить характер взаимоотношений.

В исследованиях разных авторов (Е.Е. Кравцова, Н.В. Разина, А.А. Усипбаева и др.) было установлено, что центральное психологическое новообразование стабильного периода развития определяющим образом влияет на центральную психическую функцию этого возраста, делая ее произвольной. При этом на выходе из кризиса ребенок обретает способность быть субъектом своего центрального психологического новообразования. Так, было установлено, что воображение (центральное психологическое новообразование дошкольного возраста) делает произвольными эмоции (центральную психическую функцию данного периода развития). Это обеспечивает «обобщение переживание», характеризующее вхождение ребенка в кризис семи лет, и «интеллектуализацию аффекта», характеризующую выход из кризиса семи лет (Е.Е. Кравцова, 1996, А.А. Усипбаева, 1994). При этом ребенок становится субъектом собственного воображения по выходу из кризиса семи лет и это (произвольное управление собственным воображением) обеспечивает возникновение нового самосознания.

В свете интересующей нас проблемы – психологического содержания переходного периода от младшего школьного к младшему подростковому возрасту, сказанное означает, что изменения в самосознании ребенка связаны с логикой и закономерностями развития в младшем школьном возрасте.

Исследование Е.Л. Горловой позволило экспериментально подтвердить идею Л.С. Выготского о том, что центральным психологическим новообразованием младшего школьного возраста является произвольное внимание (произвольное изменение соотношения фигуры и фона). При этом, как отмечает Л.С. Выготский и подтверждает в своем экспериментальном исследовании А.Н. Леонтьев, центральной психической функцией младшего школьного периода развития является память.



Теоретико-методологической основой исследования выступает культурно-историческая теория Л.С. Выготского.

Объект исследования: психологическое содержание переходного периода от младшего школьного к младшему подростковому возрасту.

Предмет исследования: изменения в самосознании ребенка при переходе от младшего школьного к младшему подростковому возрасту.

Цель исследования: выявить психологическое содержание переходного периода от младшего школьного к младшему подростковому возрасту.

Для достижения указанной цели в работе решались следующие задачи:



  1. Исследовать соотношение центрального психологического новообразования (произвольного внимания) и центральной психической функции (произвольной памяти) в стабильной фазе младшего школьного возраста и при переходе к младшему подростковому возрасту.

  2. Выявить особенности в развитии общения с взрослыми и сверстниками при переходе от младшего школьного к младшему подростковому возрасту.

  3. Выявить новообразование первого подросткового кризиса при переходе от младшего школьного к младшему подростковому возрасту.

Гипотеза исследования: психологическое содержание переходного периода от младшего школьного к младшему подростковому возрасту связано со становлением субъекта произвольного внимания - способности произвольного структурирования предметного содержания сознания.

Методы исследования: метод свободных описаний; исследовательская методика «Директор»; исследовательская методика «Друзья»; методика «Красная шапочка» (Е.Е. Кравцова); методика «Скажи наоборот» (Е.Л. Горлова); «Пиктограмма»; 10 слов (А.Р. Лурия).

В качестве методов обработки экспериментальных результатов использовались непараметрические статистические методы, выбранные в соответствии с поставленными исследовательскими задачами.

Респондентами выступили учащиеся второго, пятого и шестого классов школы № 4 г. Орска, Оренбургской области. Всего в исследовании принимало участие 65 человек.

Положения, выносимые на защиту:


  1. Развитие произвольного внимания (произвольного структурирования) обеспечивает становление и развитие произвольной памяти – центральной психической функции младшего школьного периода развития.

  2. Возникновение субъекта произвольного структурирования ведет к появлению нового самосознания и обеспечивает становление и развитие рефлексии в младшем подростковом возрасте.

  3. Переходный период от младшего школьного к младшему подростковому возрасту является полноценным кризисом развития (в контексте понимания понятия кризиса Л.С. Выготским).

Научная новизна исследования: в данной работе впервые исследование психологического содержания переходного периода от младшего школьного к младшему подростковому возрасту проводилось в контексте периодизации психического развития Л.С. Выготского. В исследовании впервые получены данные о новообразовании первого подросткового кризиса, выявлены механизмы становления и развития центральной психической функции младшего школьного периода развития.
Теоретическая значимость исследования: доказано, что переходный период от младшего школьного к младшему подростковому возрасту является полноценным кризисом психического развития, сопряженным с изменениями в самосознании. В работе показана связь разных этапов кризиса и последующих изменений в общении и взаимодействии ребенка с взрослым и сверстниками. Полученные в исследовании результаты позволяют выстроить целостную картину перехода ребенка от младшего школьного к младшему подростковому возрасту.

Достоверность полученных результатов и обоснованность сделанных выводов обеспечивается адекватностью теоретико-методологического подхода, четкой постановкой задач и целей исследования, набором методик и методов, адекватных предмету, целям и задачам диссертационного исследования, репрезентативностью выборки испытуемых, применением адекватных методов математической статистики для анализа и оценки полученных экспериментальных результатов.

Практическая значимость исследования: результаты данного исследования позволяют:

- выявить логику построения обучения в младшем школьном возрасте, способствующую формированию психологической готовности к обучению в средней школе и обеспечивающую преемственность обучения в начальной и средней школе;

- выявить содержание переходного периода от младшего школьного к младшему подростковому возрасту и определить особенности коррекционной работы с младшими подростками, имеющими проблемы и трудности, связанные со становлением новообразований первого подросткового кризиса.

Апробация и внедрение результатов диссертационного исследования: Результаты теоретических и эмпирических исследований автора по теме диссертации неоднократно обсуждались на заседаниях кафедры проектирующей психологии Института психологии им. Л.С. Выготского РГГУ. Промежуточные и итоговые результаты работы докладывались на российских и международных конференциях: на XI Чтениях памяти Л.С. Выготского «Зона ближайшего развития» в теоретической и практической психологии» (Москва, РГГУ, 2010); на международной научной конференции «Лев Выготский и современная культурно-историческая психология: проблемы развития личности в изменчивом мире (Гомель, 2010); на XIX международной научной студенческой конференции «Студент и научно-технический прогресс» (Новосибирск, 2011); на Всероссийской научно-практической конференции «Современный ребенок и образовательное пространство: проблемы и пути реализации» (Новокузнецк, 2011); на международной научно-практической конференции «Актуальные вопросы психологии» (Краснодар, 2012); на Пятой научно-практической конференции «Современная психология: теория и практика» (Москва, 2012); на всероссийской научно-практической конференции «Психолого-педагогические проблемы развития личности в современных условиях» (Орск, 2013).

Полученные в диссертации результаты нашли отражение в материалах курсов «Психология развития» и «Психология подросткового возраста», преподаваемых студентам ИП им. Л.С. Выготского РГГУ и ОГТИ (филиал) ОГУ.


Структура и объем диссертации. Представляемая работа состоит из введения, четырех глав, заключения, списка литературы и приложений. В первой части работы раскрываются основные теоретические положения и понятия; во второй части излагаются материал, методы, процедуры и результаты экспериментального исследования психологического содержания переходного периода от младшего школьного к младшему подростковому возрасту.

Объем диссертации составляет 143 страницы, включая 7 таблиц и 3 диаграммы. Список литературы содержит 141 наименование, из них 7 на английском языке.


ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновываются актуальность и новизна работы, определяются основные цели и задачи исследования, раскрываются его теоретическая и практическая значимость. Формулируются положения, выносимые на защиту.

В первой главе анализируется психологическая литература по проблемам развития в младшем школьном и младшем подростковом периодах (Ж. Пиаже, З. Фрейд, Э. Эриксон, В.В. Давыдов, Т.В. Драгунова, К.Н. Поливанова, А.М. Прихожан, Д.И. Фельдштейн, Г.А. Цукерман и другие).

Исключительное значение для нашего исследования имеет периодизация психического развития, предложенная Л.С. Выготским, в которой психологический возраст определяется психологическими новообразованиями (стабильного и критического периода), центральной психической функцией и социальной ситуацией развития.

В исследованиях, выполненных в логике этой периодизации, получены важные результаты, согласно которым, во-первых, центральное психологическое новообразование делает произвольной центральную психическую функцию и, во-вторых, в результате появления новообразований кризисов у ребенка появляется новое самосознание, связанное с тем, что он становится субъектом психической функции. Само новообразование кризиса становится основой центрального психологического новообразования следующего возрастного периода (Е.Е. Кравцова, Н.В. Разина, А.А. Усипбаева, Е.Л. Горлова и др.).

Так, воображение, являющееся центральным новообразованием дошкольного возраста, делает произвольными эмоции – центральную психическую функцию дошкольного периода развития. Способность осмыслять и переосмыслять собственные эмоции, является, по мнению Л.С. Выготского, и экспериментальным данным Е.Е. Кравцовой, новообразованием кризиса семи лет, открывающего младший школьный период развития. Появление субъекта воображения создает основу для становления и развития произвольного внимания – центрального новообразования младшего школьного периода развития (Е.Е. Кравцова, Е.Л. Горлова и др.).

Ориентируясь на эту логику, мы предположили, что психологическое содержание первого подросткового кризиса (при переходе от младшего школьного к младшему подростковому возрасту) непосредственно связано с новообразованиями младшего школьного возраста.

Конкретизируя сказанное, можно предположить, что произвольное внимание, являющееся по мысли Л.С. Выготского и экспериментальным данным Е.Л. Горловой, центральным новообразованием младшего школьного периода развития, с одной стороны, делает произвольной память – центральную психическую функцию этого возраста. С другой стороны, результат интересующего нас периода перехода от младшего школьного к младшему подростковому возрасту характеризуется возникновением субъекта произвольного внимания, обеспечивающего становление центрального психологического новообразования младшего подросткового возраста.

Проверке этих предположений посвящены 2 и 3 главы настоящей работы.

Во второй главе работы представлены ход и результаты экспериментального исследования, направленного на исследование произвольного структурирования.

В методике «Красная Шапочка», разработанной Е.Е. Кравцовой, ребенку предлагалась следующая инструкция: «Давай вспомним сказку «Красная шапочка». Вспомнил? Попробуй рассказать ее от имени волка». Мы полагали, что ребенок, который умеет произвольно структурировать, сможет рассказать сказку от имени какого-то конкретного персонажа, изменив, таким образом, общепринятую структуру сказки.

По характеру выполнения задания мы поделили детей на пять групп.

Дети, которых мы отнесли к первой группе, фактически не приняли и/или не поняли инструкцию. Они рассказывали сказку «Красная шапочка» традиционно, то есть от имени рассказчика.

Особенности выполнения инструкции детьми второй группы позволяет заключить, что они, с одной стороны, начинают по-другому структурировать текст сказки, однако еще не справляются с поставленной задачей. Так, они с удовольствием брались за выполнение задания, но практически сразу соскальзывали на пересказ этой сказки от имени автора (то есть традиционный). Иногда дети понимали инструкцию буквально, например, принимая зловещий вид, используя интонации волка, но полностью сохраняя в пересказе фабулу сказки: «Жила-была красная шапка. У ней была бабка. Она была больна…А волк ей говорит…», либо удерживая инструкцию лишь в самом начале своего рассказа (в приводимых примерах сохранены синтаксис и лексика детских рассказов).

У детей, отнесенных нами к третьей группе, характер выполнения заданий близок по своим особенностям тому, который показали дети второй группы. Они сначала начинают структурировать (смотреть на ситуацию глазами волка), но сбиваются на авторскую позицию. Затем снова возвращаются к позиции волка, но вскоре ее заменяют позицией автора. Таким образом, в отличие от детей второй группы дети этого возраста несколько раз пытаются рассказать сказку от имени волка. Например, «Жила-была бабушка, Красная шапочка и волк. Красная шапочка была такая вкусная, и она все время носила своей бабушке пирожки. Ее бабушка была, по мнению волка, невкусная, и поэтому волк захотел съесть только Красную шапочку. И вот идет Красная шапочка по лесу и несет своей бабушке пирожки, а волк затаился в кустах и ждет Красную шапочку…».

Дети, которых мы отнесли к четвертой группе, сокращали сказку и выбирали те места, где действует волк, от имени которого нужно рассказать сказку. Таким образом, пересказ оказывался коротким, маловыразительным и нелогичным, так как пропускались целые смысловые куски. Например, сразу с середины, сохраняя только прямую речь волка: «Что ты несешь, Красная шапочка? А давай я отнесу гостинцы и передам бабушке. Ням-ням, какая вкусная бабуля. Входи, внучка, это чтобы хорошо видеть, хорошо слышать и тебя съесть! Нет, Нет!»

Дети пятой группы полностью удерживали инструкцию и произвольно ее выполняли. Например: «Однажды я пошел в лес и встретил Красную шапочку. Она несла в корзинке пирожки бабушке. Я узнал, кому она несла пирожки, и решил бабушку съесть. Я сказал Красной шапочке: «Иди по длинной дорожке», а сам пошел по короткой». Когда я пришел к бабушке, я сразу съел ее. Потом пришла Красная шапочка и стала расспрашивать о моем внешнем виде. Я долго слушал ее и отвечал на вопросы, но после я ее съел. Потом пришли охотники. Они услышали шум в доме, увидели меня и застрелили, и из меня вышли Красная шапочка и бабушка. Конец».

Большинство детей этой группы рассказывали от имени волка с появлением новых деталей (вместо пирожков в корзинке – гамбургеры; дверь взорвал, бабушку проглотил; оказался в милиции, брюхо распороли, бабушка вышла с Красной шапочкой, а потом зашили и стал жить вместе, и другие варианты историй, рассказанных от имени волка). Таким образом, дети этой группы, с одной стороны, – удерживают позицию и «взгляд» волка, а с другой стороны, сочиняют новый вариант сказки.

U критерий Манна-Уитни показал статистически значимые различия между группами по методике «Красная шапочка».

Для уточнения полученных результатов мы использовали методику «Скажи наоборот», разработанную Е.Л. Горловой, позволяющую фиксировать уровень развития у детей произвольного структурирования. Ребенку предлагается стать на время волшебником и превратить все слова, предложенные экспериментатором в противоположные. Для отчетливого понимания инструкции ребенку приводится несколько примеров с использованием картинок.

Стимульным материалом служили специально отобранные словосочетания - объект и его качественное описание одним словом, например: темная ночь, жаркое лето, трудная задача, скучное занятие. Методика проводится в две серии – в первой, кроме стимульных словосочетаний, используются картинки с изображением возможных вариантов превращений. Во второй серии картинки не применяются.

Анализ полученных результатов позволил разделить всех респондентов на 5 групп разного психологического возраста на основе умения произвольно структурировать.

Так, дети первой группы, не могут произвольно структурировать. Они находятся внутри «ситуативной позиции». Предложенную задачу «сказать наоборот» подменяют своей и стараются пояснить, синонимически обозначить то значение, которое было уловлено в предлагаемых словосочетаниях. Например, сильный удар - драка; чужая вещь – украденная; голодная девочка – покормили; грустная девочка – стала веселая; полный чемодан – пусто стало; жаркое лето – это когда цветы, тепло, можно купаться; грустная песня – музыку включили и танцуют. Данный способ, по мнению Е.Л. Горловой, характерен для докризисных (до кризиса семи лет) детей. Были обнаружены значимые различия со второй группой (U=24, при p=0,037)

У детей второй группы появляется надситуативная позиция, но она недолговременна и во многих моментах все еще ситуативна. Эта ситуативность не позволяет детям выйти в рефлексивную позицию и переконструировать заданное словосочетание на противоположное. Дети, как правило, меняют одно слово в стимульном материале, при этом, довольно типично для детей этого возраста изменение предиката с помощью частицы «не» (жаркое лето - нежаркое). Это формальный уровень произвольного структурирования, когда ребенок выделяет в качестве фигуры имеющийся у него способ образования противоположных по значению слов. Е.Л. Горлова определяет психологический возраст таких детей, как младший школьный. С помощью критерия Манна-Уитни были получены значимые различия (U=60 при p≤0,001).

Дети третьей группы стараются придерживаться заданной позиции. В несложных словосочетаниях подбирают антоним и к прилагательному, и к существительному (жаркое лето – холодная зима). При этом дети могут допускать неточности, повторение слов из предыдущих ответов (трудная задача – легкая задача, сильный удар – легкий удар). (U=60,5 при p=0,18).

У детей четвертой группы наблюдается ориентирование одновременно и на значение, и на смысл предлагаемых словосочетаний (трудная задача – легкий пример, сильный удар – слабый поцелуй). Различия четвертой и пятой групп по сравнению с первыми тремя достаточно высокие (U=0 при р<0,001).

Выход в «надситуативную позицию» характеризует появление нового сознания у детей пятой группы, что позволяет рассматривать их как младших подростков. Они тоже ориентированы одновременно и на значение, и на смысл, как и дети предыдущей группы. Однако, в отличие от них, значение и смысл у детей этой группы созвучны друг другу, кроме того в этой группе встречалось разнообразие ответов при предъявлении одного и того же словосочетания. Например, (сильный удар – мягкая ладонь, нежный поцелуй, слабое поглаживание). Здесь задается определенный авторский контекст, как фон, в котором намеренно выделяется наиболее существенная на данный момент зона смысла.

Таким образом, мы получили группы, аналогичные тем, которые были выделены Е.Л. Горловой, и которые, по ее мнению, могут служить характеристиками определенных психологических возрастов.

Сопоставление полученных результатов с данными, полученными в результате использования методики «Красная шапочка», позволил выявить особенности развития произвольного структурирования у детей младшего школьного - младшего подросткового возрастов.

Дети дошкольного возраста, с одной стороны, воспринимают ситуацию (в данном случае текст) целостно и в своем рассказе придерживаются классической версии (от имени автора). С другой стороны, они пытаются как-то осмыслить предложенные словосочетания (и путем замены слов, и с помощью средств, которые, с их точки зрения, могут изменить смысл предложенных словосочетаний).

У детей младшего школьного возраста появляется способность к структурированию (иными словами, они начинают выделять фигуру), однако у нет еще способов реализовать эту способность, поэтому они быстро скатываются к авторской версии («Красная шапочка») и меняют предложенные словосочетания формально («скажи наоборот»).

Дети, вошедшие в первый подростковый кризис (по нашему предположению), с одной стороны, похожи по характеру структурирования на младших школьников. Однако они уже способны многократно выходить в надситуативную позицию и поэтому их пересказ сказки можно представить следующим образом: с позиции волка – с позиции автора – с позиции волка и т.д. В то же время, они уже способы заменить одно слово из предложенных словосочетаний. Это свидетельствует о том, что они способны выделять не только фигуру (главное), но и некоторый фон (второстепенное). Мы считаем, что выделение фона у детей этой группы кратковременное (ситуативное). Именно поэтому они многократно пытаются пересказать сказку от имени волка и устойчиво меняют одно из словосочетаний.

Дети, находящиеся в конце кризиса, уже имеют устойчивую надситуативную позицию по отношению и к тексту сказки, и к предложенным словосочетаниям. Именно поэтому у них можно отчетливо проследить произвольное структурирование, которое они реализуют путем сокращения текста сказки (Красная шапочка) и одновременной ориентацией на значение и смысл предлагаемых словосочетаний.



Младшие подростки тоже отличаются наличием надситуативной позиции. Однако теперь эта позиция связана не с текстом сказки или значением словосочетаний, но с самой предлагаемой им инструкцией (можно предположить, что это должно отразиться на отношениях этой группы детей с взрослым). Именно эта специфика надситуативной позиции позволяет младшим подросткам не просто произвольно структурировать, но ориентироваться, прежде всего, на смысл предлагаемых словосочетаний, что приводит к разнообразным ответам на одни и те же задания. Помимо того, это позволяет им не только рассказывать сказку от имени волка, но и наделять ее множеством подробностей и даже новых линий, которые отсутствуют в традиционной сказке. Особенности структурирования у детей этой группы позволяют предположить, что у них появилась способность не просто к произвольному структурированию, но они овладели этим структурированием. В современной психологической литературе овладение тем или иным навыком, психической функцией, деятельностью и т.п. принято соотносить с появлением субъекта данного вида активности. Таким образом, согласно полученным результатам, можно сказать, что младшие подростки становятся субъектами собственного произвольного структурирования.

На диаграмме 1 представлено процентное соотношение групп по произвольному структурированию.

Процентное соотношение групп по произвольному структурированию

Как установлено в исследованиях Е.Е. Кравцовой, Н.В. Разиной и др. центральное психологическое новообразование обеспечивает становление произвольности центральной психической функции. Поэтому на следующем этапе исследования мы попытались исследовать развитие памяти у детей младшего школьного и младшего подросткового возраста (3 глава).

Для выявления логики и закономерностей развития центральной психической функции младшего школьного периода развития, мы изучали особенности развития механической (непосредственной) и опосредствованной памяти, и их соотношения у детей младшего школьного – младшего подростковых возрастов с помощью методик «10 слов» и «Пиктограмма».

Анализ полученных результатов позволил поделить всех респондентов на пять групп.

Память у детей первой группы непосредственная. Дети этой группы не понимают и не принимают задачи нарисовать что-то, чтобы лучше запомнить слово («Пиктограмма»). Они или просто сидят и стараются как-то запомнить или начинают рисовать, но их рисунки не имеют ничего общего с задачей запомнить.

Память детей второй группы тоже, преимущественно, является «натуральной» и механической. Правда, в отличие от детей первой группы, у них есть опосредствованная память, но она находится у них на низком уровне развития.

Проблемы в развитии опосредованной памяти связаны у детей этой группы, по нашим данным, с используемыми ими средствами. Так, они рисуют символы ко всем словам и словосочетаниям, но воспроизвести в последующем значения этих символов у них не получается. При этом они нередко при воспроизведении ориентируются не на стимульные слова, произносимые экспериментатором, а на собственные изображения. Например, к стимулу «вкусный ужин» ребенок рисует шашлык и сок, а воспроизводит – «любимая еда». Рисунки детей этой группы имеют большое количество деталей, которые, как представляется, препятствуют точному воспроизведению заданного слова и его значения или словосочетания.

Память у детей третьей группы существенно меняется. Увеличивается количество верных воспроизведений по методике «Пиктограмма», что свидетельствует о более высоком уровне развития, нежели у детей предыдущей группы, опосредствованной памяти.

Меняются и средства, используемые детьми при запоминании. Они становятся менее детализированными и приобретают более абстрактный характер по сравнению с конкретными рисунками детей предыдущей группы. Например, к слову «развитие» ребенок рисует лестницу, а при воспроизведении называет его «прогресс». Картинки детей не всегда могут быть понятны для внешнего наблюдателя, но ребенок с их помощью точно воспроизводит запомненные стимульные слова. Например, к слову «болезнь» ребенок написал «х-вирус», нарисовал человечка со стрелочкой – «игра окончена», и точно воспроизвел заданное слово по своему рисунку.

Несмотря на значительное увеличение объема опосредствованной памяти, дети этой группы имеют хорошо развитую механическую (непосредственную) память.

У детей четвертой группы оба исследуемых вида памяти в количественных показателях практически не отличаются друг от друга. Правда, их рисунки, в отличие от рисунков детей предыдущей группы, носят еще более абстрактный (символический) характер.

Таким образом, мы на нашем материале получили подтверждение данных А.Н. Леонтьева, отраженных в «параллелограмме развития памяти».

В последнюю, пятую группу вошел только один ребенок, у которого опосредствованная память значительно лучше развита, чем память непосредственная. Он старался даже при запоминании 10 слов, использовать какие-то средства (начинал что-то рисовать, а после того, как экспериментатор говорил о недопустимости этого, некоторое время пытался использовать лежащие на столе предметы в качестве средств запоминания). В результате он воспроизводил 3 слова по методике «10 слов», и полностью справлялся с «Пиктограммой».

Экспериментальное изучение особенностей развития памяти у детей разных психологических возрастов позволило выделить логику развития памяти в младшем школьном – младшем подростковом возрастах: от непосредственной памяти в дошкольном возрасте через различное сочетание опосредствованной и непосредственной памяти, к преобладанию памяти опосредствованной (младший подростковый возраст). Выявленная логика подтверждает идею Л.С. Выготского о том, что к подростковому возрасту память становится высшей психической функцией.

На диаграмме представлено процентное соотношение групп детей по соотношению непосредственной/опосредствованной памяти и произвольного структурирования.
Процентное соотношение групп детей по опосредствованной памяти и произвольному структурированию

Как видно из диаграммы центральное психологическое новообразование опережает в своем развитии центральную психическую функцию. Мы получили связь между развитием произвольного структурирования и произвольной памяти, аналогичную связи воображения (центрального новообразования дошкольного возраста) и эмоций (центральной психической функцией данного периода). Таким образом, есть основания говорить о том, что особенности становления и развития произвольной памяти непосредственно связаны с закономерностями развития произвольного структурирования. Помимо того, что в этом возрасте количество детей с более низким уровнем развития произвольной памяти больше, нежели детей с низким уровнем развития произвольного структурирования, обнаружились несколько детей, которые оказались полностью не способны даже принять мнемическую задачу на опосредствованное запоминание. Они что-то рисуют, но их деятельность не имеет никакого отношения к предложенной задаче. Любопытно, что среди таких детей один ребенок не смог справиться ни с одним заданием на структурирование, но трое детей справлялись с этими заданиями, правда, на очень низком уровне.

Если сопоставить стадии развития произвольного структурирования и произвольного запоминания, то можно сделать некоторые предположения. Так, по нашим данным, особенности структурирования у тех респондентов, которые находятся в конце первого подросткового кризиса, связаны с появлением устойчивой надситуативной позиции (по отношению к тексту сказки и по отношению к значению-смыслу словосочетаний).

Большинство детей этой группы имеют особенности развития памяти, свойственные третьей группе, где присутствуют оба вида памяти, правда, опосредствованная память и средства для запоминания качественно меняются по сравнению с детьми предыдущей группы. Есть основания полагать, что этот вид памяти может быть назван как обобщение памяти (по аналогии с обобщением переживания).

Значительное число подростков с устойчивой позицией по отношению к инструкции заданий и к самим заданиям имеют практически одинаковую по уровню развития непосредственную и опосредствованную память. Мы полагаем, что это может быть названо интеллектуализацией памяти (по аналогии с интеллектуализацией аффекта).

Был получен высокий коэффициент корреляции (по Спирмену), который свидетельствует о связи между произвольным структурированием и произвольной памятью.

Е.Е. Кравцова и А.А.. Усипбаева выявили, что вхождение в кризис семи лет связано с изменением в общении ребенка с взрослым. Одновременно, выход из кризиса семи лет ведет к изменению отношения к самому себе. Наконец, собственно критическая фаза (Л.С. Выготский), по мнению Е.Е. Кравцовой характеризуется изменением отношения со сверстниками.

По аналогии с этим мы предположили, что выделенные нами группы (стадии) развития центрального психологического новообразования и центральной психической функции младшего школьного возраста могут быть проверены наличием/отсутствием изменений в отношениях с взрослым, сверстниками и к самому себе.

Для проверки наших предположений о характере изменений в развитии произвольного структурирования и произвольной памяти мы провели 3-ю часть экспериментального исследования, ход и результаты которого изложены в 4-й главе работы.

Для изучения изменений в отношении ребенка с взрослым при переходе от младшего школьного к младшему подростковому возрасту мы использовали авторскую методику «Директор».

Мы предлагали учащимся следующую ситуацию: «Представь, что в вашем городе открывается новая школа и тебя приглашают работать директором. Как ты будешь вести набор учителей в свою школу? Каких учителей ты точно возьмешь? А каких нет? Какими качествами они должны обладать?».

Анализ полученных результатов позволил нам поделить всех респондентов на три группы. Учащихся, которых мы отнесли к первой группе, выделяли случайный набор качеств учителей, который мог быть применен к любой профессии: «Взял бы на работу добрых, красивых», «спросил, сколько Вам лет? и т.п.».

Вторая группа оказалась неоднородной. Часть детей руководствуется своими пристрастиями: «принял бы учителя по физкультуре, потому что это мой любимый предмет», «взял бы учителя по математике – сам хорошо знаю этот предмет, смогу проконтролировать».

Другие дети оказываются уже способными выделить те качества педагогов, которые наиболее ценны именно в данной профессиональной деятельности: «учитель должен знать свой предмет, требовать от учащихся выполнения всех заданий, быть настойчивым…». Такие учащиеся оказываются способными на вопросы, типа: «Какое у вас образование? Хотите ли вы постоянно подтверждать свою квалификацию? Умеете ли вы общаться с детьми? Как вы выходите из конфликтной ситуации?» и т.п.

Мы полагаем, что выделенные подгруппы детей, тем не менее, являются представителями одного психологического возраста, поскольку они демонстрируют ориентацию на профессиональную деятельность педагогов и, соответственно, на их профессиональные качества.

Сравнение полученных результатов с данными первой и второй частей исследования позволяет говорить, что выделенные подгруппы респондентов находятся в разных частях подросткового кризиса – в его начале и, соответственно в его конце.

Дети, отнесенные нами к третьей группе, способны на свой авторский взгляд на деятельность учителя. Их описание характеристик учителя порой оказывается неожиданным и носит отчетливо смысловой (личностный) характер: «При отборе я бы обратил внимание на то, курит или нет данный человек, той ли он ориентации, как общается в коллективе, не оскорбляет ли он окружающих». Их вопросы также носят индивидуальный характер: «Какой у вас характер? Опишите его…».

Анализ полученных результатов позволяет, во-первых, говорить, что при переходе из младшего школьного возраста в подростковый, ребенок меняет свое отношение к взрослому (в данном случае педагогу). Если для младшего школьника оценка и восприятие педагога целостны, без выделения его профессиональной деятельности, то младшие подростки уже отчетливо ориентируются на личностные и профессиональные характеристики педагога. Во-вторых, согласно полученным результатам, вхождение в подростковый кризис (по данным 1 и 2 частей исследования) сопряжено с качественными изменениями в отношениях с взрослым (выделение его профессиональных качеств). Наконец, в-третьих, аналогичное изменение в отношениях с взрослым можно наблюдать уже в младшем подростковом возрасте. Скорее всего, именно эти изменения (ориентация одновременно на личностные и профессиональные качества) связаны с появлением новой надситуативной позиции произвольного структурирования (надситуативность по отношению к инструкции).

Для выявления логики построения отношений со сверстниками на временном отрезке младший школьный – младший подростковый возраст мы провели специально сконструированную методику «Друзья». Мы предложили детям разных психологических возрастов назвать по пять друзей. Затем они должны были рассказать об этих друзьях от имени их мамы, соседа по парте, учителя, друга и недруга.

Помимо этого, мы просили детей ответить на вопросы, типа: «Есть ли у тебя друзья? Как много их? Кого больше - мальчиков или девочек?» и т.п. Анализ полученных результатов позволил поделить всех респондентов на три группы.

Дети первой группы практически не справились с этим заданием. Они, часто, не задумываясь, называли какую-то характеристику, которая, как потом оказывалось, не имеет никакого отношения к характеризуемому другу. При характеристике друга от имени других людей, они, как правило, говорили общепринятые одинаковые слова: «Соседка по парте говорит: «хороший», и мама говорит «хороший» и т.п.

Дети второй группы оказались неоднородными в составе этой группы. Одни из них также придерживались некоторых общих стандартов: «Мама сказала бы, что трудолюбив, всегда ей во всем помогает, учитель, что он прилежный, хороший ученик, враг, что обзывается и задирается». Любопытно, что, если младшие школьники, не задумываясь, давали характеристики, то дети данной группы не были столь импульсивными.

У других детей, которые нередко долго думали, прежде чем дать ответ, появляется единая логика и в оценке разных людей, и в оценках, данных разными людьми: «Как сосед по парте он смешной, интересный, веселый, для мамы непослушный, как друг заступается за меня; учитель по литературе умный, много читает; враг невеселый». В некоторых случаях у детей этого возраста появляются обобщенные образы друзей - один друг веселый, интересный, начитанный, шаловливый, в то время как другой спокойный, дружелюбный, забавный троечник.

Как и при анализе общения с взрослым, мы полагаем, что эти разные группы детей находятся в начале и конце подросткового кризиса.

Дети третьей группы уже способны в своих характеристиках вставать на позицию другого человека. Например: «Сосед по парте очень смешной, но в трудную минуту всегда поможет в беде; для мамы я всегда добрый, сочувствующий; для учителя - способный воспринимать любую информацию». У некоторых младших подростков характеристики друга и соседа оказывались идентичными.

Рассмотрение полученных результатов в контексте данных об их произвольном структурировании позволяют увидеть общую картину изменений в отношениях со сверстниками. Для младшего школьника сверстник целостен (он оценивается всеми и в разных ситуациях одинаково). Аналогичная картина наблюдается и в начале подросткового кризиса, а вот к концу подросткового кризиса ребенок оказывается способен выделять разные стороны в характеристиках сверстника и разные позиции при его оценке. В младшем подростковом возрасте сохраняется такая же логика, однако характеристики сверстника становятся более разнообразными и содержательными, в зависимости от разных ситуаций и позиций.

Для уточнения полученных результатов и их конкретизации мы предложили детям написать эссе, где просили описать себя, свою семью и друзей.

Для младших школьников характерно восприятие себя, прежде всего, с позиции ученика. Респонденты этой группы описывают себя только по отношению к учебной деятельности и все, что они пишут, связано со школой. Описывая своих друзей или членов семьи они, как правило, перечисляют их функции, например, «мама ходит на работу и по магазинам», «мой дедушка очень любит работать, бабушка любит готовить, а брат любит гулять с друзьями и особенно со своей девушкой».

Дети, находящиеся в начале подросткового кризиса, полностью забывают о себе, как об учениках. Они перечисляют свои хобби, увлечения, интересы. Аналогичная тенденция прослеживается и в их ответах про друзей. Исчезает школьная тематика, зато появляется любимое времяпрепровождение с друзьями («гулять», «играть в сталкеров», «мы с моим другом Даниилом на втором месте в игре «Рыбное место»). Совсем незначительное место у детей этой возрастной группы занимает описание родителей, только, пожалуй, по отношению к себе и своим друзьям: «Мои родители много работают, поэтому мне не удается проводить с ними много времени…».

К концу подросткового кризиса и описание себя, и описание своих друзей и родителей осуществляется то с позиций школьной жизни, то с позиций увлечений и интересов.

Описания младших подростков отличаются тем, что в них, с одной стороны, прослеживается та же логика, что и у детей предыдущей группы («Я» с разных позиций). Однако есть существенное отличие, заключающееся в том, что младшие подростки, описывая себя и в школьной жизни, и во внешкольных занятиях всячески стараются подчеркнуть свою индивидуальность.

Если сравнить эти данные с изменениями в отношениях с взрослым и в отношении к себе, то можно увидеть, что изменения в отношении к сверстнику немного запаздывают, по сравнению с изменениями в отношении к взрослому. Изменения в отношении к себе у детей этого возраста появляются в результате изменений в отношениях со сверстниками.

Для исследования образа «Я» мы использовали метод свободных описаний, который проводился в три этапа. Вначале дети должны были описать хорошего/плохого человека, при этом не давалось установок на преимущественное или ограниченное описание каких-либо отдельных качеств. Далее мы выделили 20 качеств, наиболее часто встречающихся в списках качеств хорошего/плохого человека. На втором этапе мы предложили респондентам поработать с 20 качествами в двух вариантах. В первом варианте детям предлагалось выбрать из 20 слов то качество, которым, по их мнению, не должен обладать идеальный человек и поставить напротив этого слова цифру 1 и т.д. Во втором варианте респонденты должны были выбрать из этих же 20 слов качество, наименее характерное для него и поставить напротив этого качества в колонке «Реальное Я» цифру «1» и т.д. При анализе результатов мы учитывали, как дети заполняли бланки (сами ли справлялись с заданием, были ли исправления, помогал ли им взрослый и т.п.).

Анализ полученных результатов позволил выделить три группы респондентов. К первой группе мы отнесли респондентов, которые перечисляли, как правило, известные и широко используемые в обиходе характеристики, при этом сначала писали положительные качества, и тут же, с помощью частицы «не», превращали их в отрицательные. У детей этой группы наблюдаются существенные различия в образах идеального и реального «Я». Так, например, для идеального человека респонденты указывают такие качества, как ответственный, умный, трудолюбивый, застенчивый, тогда как эти же качества у них находятся в конце списка, характеризующего реальное «Я». Средний паспортный возраст детей этой группы 10,3 года.

Ко второй группе мы отнесли детей, которые с одной стороны, выполняли инструкцию так же, как и дети предыдущей группы: писали положительное качество и тут же отрицательное. Однако, в отличие от них, они подбирали антоним и не использовали частицу «не». Дети, отнесенные нами к этой группе, имеют близкие друг другу оценки реального и идеального «Я». Разность оценок находится в пределах 3-5 позиций.

К третьей группе мы отнесли респондентов, которые, как правило, сначала составляли список положительных качеств, затем отрицательных. При этом они так же, как дети второй группы, подбирали антонимы, однако встречались и качества, не составляющие антонимические пары. При этом у детей третьей группы оценки реального и идеального человека различались в одну – две позиции. Средний возраст детей этой группы 11,2 года.

Полученные результаты и их анализ позволяют сделать заключение о двух видах изменений в самосознании при переходе от младшего школьного к младшему подростковому возрасту. Первое изменение возникает у респондентов, отнесенных нами ко второй группе, и выражается оно в том, что дети начинают соотносить «Я реальное» и «Я идеальное», правда эти два аспекта «Я» ребенка еще очень отделены друг от друга. Второе изменение связано с одновременным учетом «Я реального» и «Я идеального». С момента, когда ребенок начинает соотносить «Я реальное» и «Я идеальное» он может сознательно превращать себя из незнающего в знающего, из не умеющего в умеющего (Д.Б. Эльконин).

Сопоставление данных, полученных по методике «Директор» с данными, полученными по методике «Эссе», позволяет говорить о том, что второе изменение характеризует новое самосознание, характерное для младшего школьного периода развития, тогда первое изменение в большей степени связано с новообразованием подросткового кризиса.

Полученные результаты совпадают с выводами Е.Е. Кравцовой, которая при изучении кризиса семи лет, сделала вывод о том, что предкритическая фаза связана с изменениями в отношениях с взрослым. Содержание собственно критической фазы связано с изменениями в отношениях со сверстниками. И, наконец, посткритическая фаза отличается изменением отношения к самому себе.

Рассмотрение изменений в сознании детей в контексте логики развития центрального психологического новообразования и центральной психической функции позволяет сконструировать целостную картину при переходе от младшего школьного к младшему подростковому возрасту.

В младшем школьном возрасте интенсивно развивается центральное новообразование этого периода, которое Л.С. Выготский обозначает как произвольное внимание. По мере своего развития оно обеспечивает становление и развитие опосредствованной, произвольной памяти.

К началу подросткового кризиса у ребенка меняется характер отношений с взрослым - он начинает выделять и различать личностную и профессиональную позицию и характеристики взрослого.

В критический период меняются отношения со сверстником, распадается целостная оценка сверстника.

К концу критического периода меняется отношение к себе. У ребенка появляется устойчивая и тесная взаимосвязь «Я реального» и «Я идеального».

В младшем подростковом возрасте возникает устойчивая ориентация на собственные индивидуальные характеристики.

Если сопоставить эти данные со стадиями развития произвольного структурирования, то можно сделать вывод, что одновременная ориентация на «Я реальное» и «Я идеальное» предполагает наличие надситуативной позиции произвольного структурирования. При этом особенности этой позиции связаны с конкретными ситуациями. По нашим данным это и есть новообразование первого подросткового кризиса, которое, по мнению Л.С. Выготского, со временем должно уйти с арены психического развития.

Одновременная ориентация на «Я реальное» и «Я идеальное», применительно к собственному внутреннему миру (субъекту произвольного структурирования), обеспечивает индивидуализацию, как реального, так и идеального образа «Я». Это и есть появление нового самосознания, которое характеризует младший подростковый период развития.

В заключении приводятся психологические портреты младших школьников, младших подростков и детей, находящихся в первом подростковом кризисе.

Исследование позволяет сделать следующие выводы.



  1. Психологическое содержание переходного периода от младшего школьного к младшему подростковому возрасту связано со становлением субъекта произвольного внимания – способности сознательного произвольного структурирования предметного содержания сознания.

  2. Развитие произвольного внимания (произвольного структурирования) обеспечивает становление и развитие произвольной памяти – центральной психической функции младшего школьного периода развития.

  3. Возникновение субъекта произвольного структурирования ведет к появлению нового самосознания.

  4. Переходный период от младшего школьного к младшему подростковому возрасту является полноценным кризисом развития (в контексте понимания понятия кризиса Л.С. Выготским).

  5. При переходе от младшего школьного к младшему подростковому возрасту у ребенка меняется отношение к взрослому: от целостной оценки (восприятия), характерной для младшего школьника к ориентации на личностные и профессиональные характеристики педагога (младший подросток).

  6. При переходе от младшего школьного к младшему подростковому возрасту у ребенка меняется отношение к сверстнику от стабильной и целостной оценки, характерной для младшего школьника к содержательной и разнообразной ( в зависимости о ситуации) оценке (младший подросток)

  7. При переходе от младшего школьного к младшему подростковому возрасту у ребенка меняется отношение к самому себе - от оценки «Я» реального, через выделение «Я» реального и «Я» идеального (но без их соотношения друг с другом), к одновременной ориентации на «Я» реальное и «Я» идеальное.

  8. Изменения в отношениях с взрослым, сверстниками и в отношении к самому себе имеют строгую логику развития: сначала изменения в отношениях с взрослым, затем изменения в отношении со сверстником и, наконец, новое отношение к себе.

  9. Возникновение нового отношения к себе связано с возникновением субъекта произвольного структурирования. Есть основания считать, что это образование обеспечивает становление и развитие рефлексии – центрального новообразования подросткового возраста.

Основное содержание диссертации отражено в следующих публикациях в изданиях, рекомендованных ВАК Министерства образования и науки РФ:




  1. Катеринина А.А. Психологические особенности изменения самосознания в подростковый кризис // В мире научных открытий. - Красноярск. Научно-инновационный центр, 2012. №7.1(31) (Гуманитарные и общественные науки). – с.244-260 – ISSN 2072-0831

  2. Катеринина А.А. Интеллектуализация памяти как один из механизмов развития самосознания детей в подростковый кризис // Современные исследования социальных проблем (электронный научный журнал)-№9. 2012 http://sisp.nkras.ru/e-ru/issues/2012/no9.html

  3. Катеринина А. А. Возрастные аспекты личностного развития (на примере перехода от младшего школьного к младшему подростковому периоду развития) // Современные исследования социальных проблем (электронный научный журнал)-№9. 2013 http://sisp.nkras.ru/e-ru/issues/2012/no9.html

и иных публикациях:


  1. Катеринина А. А. Зона ближайшего развития младшего школьника // «Зона ближайшего развития» в теоретической и практической психологии: материалы 11 Международных чтений памяти Л. С. Выготского, Москва, 15-18 ноября, 2010.РГГУ, ИП им.Выготского. - М., 2010. - С. 170-173.

  2. Катеринина А. А. К вопросу об изменения самосознания личности при переходе от младшего школьного к подростковому возрасту // Единое образовательное пространство как фактор формирования и воспитания личности: в 2 ч.: материалы V Всероссийской студенческой научно-практической конференции, 14-15 апреля 2011 года / отв. ред. С. А. Алентикова ; Ряз. гос. ун-т им. С. А. Есенина. - Рязань, 2011. - Ч. 1. - С. 145 - 148. - ISBN 978-5-88006-679-7.

  3. Катеринина А. А. Особенности изменений в самосознании младшего подростка // Материалы ХLIX Международной научной студенческой конференции «Студент и научно-технический прогресс»: Психология. - Новосибирск: Новосиб. гос. ун-т, 2011.- С. 38 - 40.

  4. Катеринина А. А. Психологические характеристики детей с разным уровнем самосознания / А. А. Катеринина // ПСИХОЛОГИЯ И ПЕДАГОГИКА: МЕТОДИКА И ПРОБЛЕМЫ ПРАКТИЧЕСКОГО ПРИМЕНЕНИЯ (23 мая 2011 г): материалы ХХI Международной научно-практической конференция: в 2-х частях. Часть 1.- Новосибирск, издательство НГТУ, 2011. - С .29 - 34. - ISBN 978-5-7782-1712-6.

  5. Катеринина А.А. Культурно-исторические основы психологии сознания и самосознания // Актуальные вопросы психологии: Материалы Международной научно-практической конференции. 16 января 2012.: Сборник научных трудов. - Краснодар, 2012. - с.27-34 – ISBN 978-5-9903392-1-7

  6. Катеринина А.А. Специфика личностного развития ребенка при переходе от младшего школьного к младшему подростковому возрасту // Актуальные вопросы современной науки: сборник научных трудов. Выпуск 21: в 2-х частях. Часть 1 / Под общ. ред. С.С. Чернова. - Новосибирск: Издательство НГТУ, 2012. - с.135-146 - – ISBN 978-5-7782-1940-3



Каталог: binary
binary -> Формирование образа семьи в средствах массовой информации россии
binary -> Тематический план курса «теории личности в психологии» для студентов дневного отделения
binary -> Динамика когнитивного и личностного развития младших школьников в условиях семейной депривации
binary -> Методические рекомендации по изучению курса Программа курса Раздел I. Человек и его познание Тема Необходимость изучения психологии и педагогики: в поисках смысла
binary -> Особенности психологической готовности детей с отягощенным перинатальным анамнезом к обучению в школе
binary -> Особенности я-концепции и специфика самосознания незамужних бездетных женщин
binary -> Личностные особенности людей с зависимым поведением
binary -> Психологические особенности женщин с проблемой гендерной идентичности
binary -> Программа вступительного испытания в аспирантуру Направление подготовки 37. 06. 01 Психологические науки


Поделитесь с Вашими друзьями:


База данных защищена авторским правом ©dogmon.org 2017
обратиться к администрации

    Главная страница