Тема социология: становление и развитие науки



страница1/4
Дата20.05.2016
Размер0.57 Mb.
  1   2   3   4














Тема 3. СОЦИОЛОГИЯ: СТАНОВЛЕНИЕ И РАЗВИТИЕ НАУКИ

 

Круг рассматриваемых проблем и понятий:



Предыстория и социально-философские предпосылки социологии как науки. Особенности философского и социологического знания об обществе. Социологический проект О. Конта. Классические социологические теории (Г. Спенсер, К. Маркс, психологическая школа, Ф. Тённис, Г. Зиммель, Э.Дюркгейм, М. Вебер). Современные социологические теории (структурный функционализм: Т. Парсонс, Р. Мертон; теории конфликта: Л. Козер, Р. Дарендорф; фрейдизм и неофрейдизм; символический интеракционизм; концепции П. Бурдье, Э. Гидденса,  Н. Лумана.

 Изучать историю

 социологии.



Для чего?

 

Рассматривая предмет социологии, мы установили: она изучает взаимодействие человека и общества (от  человека  -  к обществу, от общества к человеку) через призму функционирующих  и  изменяющихся  социальных институтов и социальных общностей. Однако возникает вопрос: как возникла эта наука, как она развивалась,  какова ее история? Понятно, что интерес к истории социологии у будущих инженеров, менеджеров и будущих социологов не может быть одинаковым.  В первом случае вряд ли нужна излишняя подробность и глубина в изложении взглядов и позиций классиков этой науки, социологов конца ХIХ - сер. ХХ вв. В конечном счете, те студенты, которых это особенно заинтересует,  смогут обратиться к учебникам и словарям по истории социологии, к работам самих классиков социологии (в последние годы они относительно широко издаются на русском языке).

    Но даже краткое, обобщенное – в чем-то конспективное – изложение истории  социологии  не снимает другого вопроса: можно ли найти у классиков этой науки  ответы на проблемы, с которыми мы сталкивается  сегодня ? Если нет, то стоит ли искать эти ответы? Мы обращаемся к истории социологии не для того, чтобы оценивать (или переоценивать) вклад классиков в нашу науку, не для того,  чтобы расставить их «по ранжиру», выделив «незыблемость» одних идей и выводов или «ограниченность», «ошибочность» других. К истории науки и истории вообще разумнее подходить, исходя из принципа русского историка В.О. Ключевского: «История учит даже тех, кто у нее не учится, она их проучивает за невежество и пренебрежение». И это подчеркивает необходимость иного подхода: как ставились тем или иным ученым проблемы, весьма  актуальные и сегодня, какие пути их разрешения предлагались. Исходя из такого подхода, обратимся к краткому анализу истории социологии - к истории идей,  к истории  постановки проблем. При этом по необходимости ограничимся основными проблемами социологии: характер социологии как  науки; представления об обществе, его функционировании и развитии; анализ социального взаимодействия людей, социальных отношений, социальных общностей и институтов. В конечном счете мы будем искать у классиков социологии различные варианты ответов  на  вопросы, удачно сформулированные в сборнике шведских ученых о современной западной социологии:

·      Насколько свободно и сознательно мы создаем наши социальные связи?

·      Является ли общество непредсказуемым и изменчивым результатом толкований и действий  отдельных  людей или это  структура,  которая  создается  и  воссоздается независимо от желания и ведома  отдельных ее участников?

При всей кажущейся абстрактности и наукообразности этих вопросов они (тот или иной ответ на них) весьма непосредственно связаны с нами,  нашими жизненными планами и действиями. Вернемся к примеру, приведенному в начале 1-й главы.  Действительно, выбор (поступать в вуз или нет?  Если «да», то – куда? Где работать после окончания?) делает каждый. Но так ли он свободен в этом выборе, так ли случаен этот выбор? Не связан ли он с семейными традициями, полученной подготовкой, со сформировавшимися в определенных социальных, экономических, политических условиях ценностными установками и ориентациями?



Предыстория социологии

 Стремление понять смысл социальных  процессов,  их  природу, направленность и перспективу проявилось уже на ранних этапах развития социальных наук. В основном – в формах социально-философского и исторического познания. Среди этих социальных мыслителей  можно выделить: античных философов Платона (теория «идеального государства») и Аристотеля (характеристика человека как общественного существа, «политического животного»); идеологов «централизованного государства» и «сильной власти» XIV-XVI вв. (Н. Макиавелли и Ж.Боден); просветителей XVII-XVIII вв., разработавших теории «естественного права» и «общественного договора», который люди заключают для обеспечения своих интересов (Г. Гроций,  Т.Гоббс, Ш. Монтескье, Ф. Вольтер, Ж.-Ж. Руссо), социальных утопистов, мечтавших о более совершенном устройстве общественной жизни (Т. Мор, Т. Кампанелла, Ж. Мелье, А. Сен-Симон, Ш. Фурье, Р. Оуэн).

Но  становление социологии  как самостоятельной науки – продукт более позднего времени, сер. ХIХ в. Родоначальником социологии может считаться французский ученый  О. Конт (1798-1857 гг.). Не только потому, что именно он первым использовал сам термин «социология». Не считают же его «отцом



Конт первым утверждал, «что  общество должно рассматриваться как неделимое  и организм», и пытался основать науку о социальных явлениях в их полноте – науку позитивную по ее методам, основанную на широком наблюдении фактов».       Ф. Гиддингс

биологии», хотя и этот термин введен в научный оборот именно им. К тому же сам  Конт длительное время  использовал для обозначения нашей науки другой термин – «социальная физика», подчеркивая важность подхода к социальным проблемам с позиций естествознания, используя его научные методы (такой подход получил в дальнейшем название позитивизма). Главное в другом – Конт впервые поставил проблему самостоятельного статуса социологии как науки. Представим основные положения теории О. Конта:

·       Наука должна быть «позитивной», изучать факты: как протекают явления, а не что представляет их сущность.   

·       «Не человечество нужно объяснять, исходя из человека, а... человека, исходя из человечества».   

·      История  = история идей («идеи управляют и переворачивают мир»). «Никакой строй не может  ни возникнуть, ни установиться, если он не согласим с прогрессом. Никакой прогресс не может осуществиться, если он не стремится к упрочнению прогресса».  

·       Этапы развития общества: (соответствуют развитию науки и мировоззрения):                  

1.Теологический (власть фикций и иллюзий).

2. Метафизический  (власть  абстракций, общих рассуждений).

3. Позитивный (власть реального, «позитивного» знания).

·       «Любовь как принцип, порядок как основание, прогресс как цель».

·       Нужно различать «социальную статику» (функционирование, «порядок») и «социальную динамику» (изменение, прогресс).

    


Многие идеи О. Конта и сегодня  заставляют задуматься:

·      «история = история идей»  какова реальная роль идей, убеждений, мировоззрения в жизни человека и  общества?

·      «социология – вершина наук»  проблема классификации наук, места в ней социологии, взаимосвязи  естественных и социальных наук, применимости в социологии методов естествознания;

·      «наука должна быть «позитивной», изучать факты». Что такое социальный факт? Как их изучать? Как соотносятся теоретический и эмпирический уровни исследования? Как  перейти с одного уровня на другой?

·      «семья – основная ячейка общества»  сложность структуры общества, реальное влияние семьи, семейного воспитания на развитие человека.

·      прогресс = утверждение «порядка», революция = «анархия умов»  не слишком ли дорогую  цену общество должно платить за революции? Не является ли согласие оптимальным условием  развития общества?

Следующий шаг в развитии социологии связан  с английским ученым Г. Спенсером (1820-1903 гг.). Какими же идеями он  обогатил нашу науку?

·      Эволюция – всеобщий закон.

·      3 вида эволюционных процессов: надорганические (общество), органические,                       

неорганические. 

·       Эволюция – это переход: однородного в разнородное; неопределенного в определенное; бессвязного в связное.

·       Социальные факты – общественные явления, в которых проявляются эволюционные процессы. Их нельзя наблюдать под микроскопом, измерить с помощью приборов.   

·       «Конт предлагает описывать необходимое и реальное развитие идей. Я  предлагаю описывать необходимое и реальное развитие вещей... Одно -  субъективно,  другое   - объективно».

«Возрастание общества, как в отношении его численности, так и прочности, сопровождается   возрастанием разнородности его политической и экономической организации». «Жизнь всего общественного организма, как цель, должна быть поставлена выше составляющих его единиц...Как скоро общественное состояние уравновешивается, сохранение общества становится средством к сохранению его единиц».

·       Основные социальные процессы: производство, регулирование, распределение. Два типа обществ:  военные (централизованный контроль, принуждение); индустриальные (сотрудничество). «Индустриальный тип с его децентрализованными аппаратами представляет высший тип потому, что он лучше служит тем целям (благополучия единиц), к достижению которых должна стремиться общественная организация, - в отличие от тех целей (благосостояние агрегата), которым должна служить индивидуальная организация с ее централизованными аппаратами».

·       Социальные институты = механизмы самоорганизации совместной жизни: домашние (семья, брак, воспитание); церковные; обрядовые (обычаи, обряды, этикет);политические (право, государство); профессиональные, промышленные (объединения людей по занятиям).

·       «Каков бы ни был социальный строй, несовершенство природы граждан будет проявляться в дурных действиях. Такой политической алхимии, с помощью которой можно было бы превращать олово инстинктов в золото поступков не существует».

·       Социализм = грядущее рабство;  революция – ненормальное изменение.

 

С позиций сегодняшнего дня заметна ограниченность ряда положений Спенсера: излишний  натурализм в понимании общества (как «надорганического»); чрезмерная абсолютизация роли эволюции; ее упрощенная, механистическая трактовка (эволюция = усложнение). Но важнее то, что не утратило значения:



·      акцент на регулирование социальных процессов; обоснование  регулятивной роли различных социальных институтов;

·      идея  «равной  свободы», акцент на пределы  «абсолютной свободы» человека   и – одновременно – на необходимость утверждения в обществе  механизмов самоорганизации совместной жизни людей: «справедливое государство – то, в котором действует формула справедливости – «Каждый свободен делать все, что хочет, предполагая, что он не нарушает свободы кого бы то ни было другого».

·      выявление социальной роли государства и – что не менее важно – социальной  ответственности граждан:  Общество «существует для блага своих членов», «служит благосостоянию индивидов». «Самый агрегат существует только для блага единиц». «По мере того, как усиливается вмешательство государства в общественные интересы, растет между гражданами и уверенность, что все должно делаться для них и ничего не требуется от них. Мысль о том, что желанная цель должна быть достигнута личной энергией или ассоциациями частной инициативы, делается с каждым поколением все более и более чуждой людям, тогда как убеждение в том, что эта цель должна быть достигнута при помощи правительства начинает считаться единственно практическим способом».

·      предостережение (на  примере социализма и революции) от попыток «переделать человека», какими бы целями эти  попытки не прикрывались.

 

Одновременно с Контом и Спенсером своеобразные идеи в социологии развивал К. Маркс (1818-1883 гг.). Его теория нашим молодым читателям или не знакома или знакома в упрощенном, искаженном, догматизированном виде («научный социализм», учение о классах  и классовой борьбе,  о революциях и смене общественно-экономических формаций, о социалистической революции и диктатуре пролетариата). Но во многих случаях идеи самого Маркса гораздо глубже,  чем их  последующие интерпретации. Подчеркнем и другое: сегодня,  когда у нас моден принцип «о марксизме или ничего, или плохо», на Западе критический анализ сочетается с объективным признанием  вклада Маркса в сокровищницу мировой социальной мысли.



 Вот лишь один пример. В изданной (наконец-то!) у нас  книге  известного  французского социолога Р. Арона «Этапы  развития социологической мысли» дан серьезный, объективный, научный анализ взглядов классиков социологии, и среди них – К. Маркса. 

              

 О сложности, неоднозначности теории Маркса говорит хотя бы  его понимание общества. В советском обществознании преобладал лишь его формационный подход к обществу. Каждая  из  формаций  (первобытно-общинная, рабовладельческая, феодальная, капиталистическая и будущая коммунистическая) рассматривались во взаимосвязи базиса (экономические,  производственные отношения)  и надстройки (политические, правовые, культурные и т.д. институты). Производственные отношения  взаимосвязаны с  производительными силами и  возникающее между ними несоответствие (противоречие, конфликт) создает объективные предпосылки для социальной  революции. В результате революций (выступающих высшей формой  классовой борьбы – закономерности развития классового общества) происходит смена формаций, осуществляетсясоциальный прогресс. Революции выступают «локомотивами истории». Даже в таком конспективном изложении, если эти позиции сравнивать с идеями Конта и Спенсера, заметны определенные подвижки в социологическом познании общества:

·      предлагается  иной – материалистический – подход к пониманию общества, истории;

·      экономика, производство,  отношения собственности рассматриваются как основа социальной жизни и развития общества;

·      анализ социальной структуры общества становится более конкретным, в центре его оказываются  классы, их интересы, взаимодействие, борьба;

·      акцент переносится с констатации социального прогресса, с утверждений о его закономерности на выявление  факторов и движущих сил развития общества.

Конечно, сегодня  – тем более с учетом последующих попыток практически реализовать марксизм – яснее становится и то, что вызывало полемику уже во времена Маркса. То, что заставляло его корректировать свои взгляды. Действительно, упреки в экономическом детерминизме, односторонней абсолютизации роли производственных отношений частично были оправданы. Во многом односторонним был и  революционаризм. Он как бы был оборотной стороной  эволюционизма О. Конта и особенно Г. Спенсера.  И здесь к месту  напомнить известный афоризм: истина не между разными подходами, между ними – проблема: как соотносятся эволюция и революция в социальном развитии.

    Да и неверно  рассматривать  марксизм  (даже  применительно к  взглядам самого Маркса) как нечто изначально целостное, неизменное. Усиленно подчеркивая роль базиса, он приходил и к активному, обратному воздействию надстройки. Смену формации новой он считал правомерной и  возможной лишь тогда, когда старая исчерпала потенциал развития производительных сил. И хотя его конкретная оценка тогдашнего капитализма («бьет час капиталистической частной собственности») оказалась неверной, как это ни парадоксально, факт «живучести» капитализма лишь подтвердил его способность, трансформируясь, обеспечивать высокий уровень развития экономики.

    Но главное даже не в этом. У К. Маркса есть и иные, «неформационные» трактовки  общества.  Одна  из  них – теория  «азиатского  способа производства». Смысл ее в том, что на Востоке почти  не было рабовладения в чистом виде (рабовладельцы – рабы). В качестве собственника выступало государство в целом, а чиновники становились собственниками, лишь занимая ту или иную государственную должность. Тем самым, отношение «базис – надстройка» выступает как очень сложное, противоречивое.

  Другая схема социального развития означала и отход от социоцентризма, который преобладал и у Конта,  и у Спенсера, и у Маркса. Центральная проблема в этой схеме –  отношение человека и общества. Соответственно, Маркс выделяет  3 этапа в развитии человечества :

·      на первом -  конкретный человек как бы растворен в роде, общине, не является самостоятельным;

·      на втором происходит становление индивидуальности,  но одновременно человек  отчуждается, теряет смысл своей жизни, труда, деятельности; созданные им вещи, машины как бы «подчиняют» человека себе;

·      на третьем – будущем – этапе должно было произойти освобождение человека, преодоление отчуждения. Коммунизм, соответственно, и понимался как гуманизм.

 Тем самым,  социалистическая  революция  рассматривалась  не только как преодоление частной собственности, но и как освобождение человека. Несоответствие двух этих подходов и позволяло западным  ученым  говорить  о  «двух Марксах» – «раннем» (гуманисте) и «позднем» (пролетарском революционере).

Психологическая

школа

Гуманистическая линия  у Спенсера и Маркса получила развитие во взглядах социологов, которых условно можно объединить в  психологическое направление( Д.С. Милль, Г. Лебон, Г. Тард  и др.). 

В центре их внимания человек, его психологическое взаимодействие с другими  людьми. Во многом типичными (по ориентациям) являются идеи английского ученого Д.С. Милля (1806-1873 гг.):

·       Прежде всего, его не устраивает социократия  (власть общества) Конта.  Соответственно ставится вопрос о «пределах  власти»  общества  над отдельным индивидом: «Власть общества над  индивидуумом не должна простираться далее тех действий  индивида, которые не касаются других людей. В сфере же касающейся его самого, его независимость абсолютна».

·       С этим соотносится и иная  стратегия социологии  - от человека к обществу. Привлекает уже обращение к конкретному человеку: «В общественной жизни люди обладают такими свойствами, которые вытекают из  законов  природы  отдельного человека и могут быть к ним сведены». «Счастье неразрывно связано с высшими потребностями человека - чувством собственного достоинства».

·       Особый интерес вызывает и аргументация: «Что общее счастье желательно, об этом можно иметь только одно доказательство: всякий человек желает себе счастья, ...желание человеком счастья - это факт; существование этого факта составляет полное доказательство, какое только возможно и какого только можно желать». Итак, найдено слабое звено социоцентризма: социолог не может зафиксировать общие интересы иначе, как изучая интересы отдельных людей и определяя степень их общности. А значит: общность интересов нельзя постулировать. С этих позиций осуждаются  попытки навязывать человеку общие интересы: «Нельзя правомерно принуждать индивида что-либо делать или что-либо не делать лишь на том основании, что так будет лучше для него, что это сделает его счастливее, потому что, по мнению других, сделать так будет мудро и даже правильно».

·       Осуждался начавшийся процесс растворения индивида в «толпе», «массе»: «Зло заключается в том, что индивидуум смешался с толпою и становится в ней бессильным, что ..индивидуальный характер поражен и ослаблен».

·       Очерчивается уже знакомый нам путь: психология Þ человек Þ общество.

  

      Но примечательны и возникающие на этом пути серьезные исследовательские трудности. Одна из них – как подняться от «отдельного индивида» к обществу? Ведь при понимании общества как совокупности индивидов может потеряться их взаимодействие («интеракционизм» ). Стремясь разрешить эту  сложность, ряд социологов данного направления подчеркивали роли  «групповой», коллективной  психологии. В конечном счете на основе различий в психическом  складе  и  отношении к окружающему миру выделялись и социальные группы. Вновь мы имеем и перекос (абсолютизация сознания, психологии группы), и постановку серьезной исследовательской  проблемы: может ли социальная общность, группа, класс рассматриваться только с позиции  их  реального  социально-экономического  положения? Сторонники психологического  направления считают само это положение мало значимым. Но, и не соглашаясь с ними,  нельзя однозначно отбрасывать их аргументацию.  Кстати, и у Маркса было разграничение  «класса в себе» (еще не осознавшего свои коренные интересы) и «класса для себя»  (поднявшегося до такого понимания).  К сожалению, идея классового сознания в дальнейшем не получила развития, и в догматизированном марксизме классовые интересы (например, рабочего класса) напрямую выводились из его положения. Но это еще раз подтверждает: игнорирование иных подходов в науке мало плодотворно.



Подход психологического направления наталкивается еще на одну проблему.  Его представители, как разумные ученые, не могут не видеть очевидного: в обществе существует немало феноменов (промышленные предприятия, памятники культуры и т.д.), не зависящих от сознания, психологии отдельного индивида,  группы. А значит, они не могут просто отбросить  влияние общества на  индивида и группу.  Другое дело,  что такое влияние оценивается ими в  основном негативно.  У Милля это проявляется в следующей оценке развития общества: «значение масс постоянно увеличивается, значение индивидуумов уменьшается».

Г. Тард (1843-1904 гг.) основное  внимание  уделил психологическим механизмам социального взаимодействия. Важнейший из них,  по его мнению, подражание. Характерна его формула: «Общество – это подражание». Этому соответствовало и понимание общества, прогресса:

·       «Общества организуются именно через согласие и разногласие верований, взаимно укрепляемых и взаимно ограничиваемых: в этом заключается суть их учреждений. Именно через согласие и разногласие желаний и потребностей общества функционируют».

·       «Общественный мир, одинаковая вера в один и тот же идеал или одну и ту же иллюзию, единогласие, подразумевающее все более широкую и глубокую ассимиляцию всего человечества – вот конечный исход, к которому ведут все общественные перевороты, независимо от того, имеют ли они эту цель или нет. Таков прогресс».

·       Самой природе человека присуща «потребность в однообразии». Общество движется к этикету, торжеству полного однообразия.

 

        И хотя при подобной психологизации социальной  жизни  для социолога места не остается («Что же такое подражание? Здесь социолог должен предоставить слово психологу»),Тард выходит на сложные проблемы. Среди них – реальная  трудность разграничения социологии и психологии, особенно в рамках стратегии «от человека к обществу». Интересна и идея, что социология должна иметь дело с фактами  сходными,  много  раз повторяющимися. Это открывало путь для эмпирических исследований, определяя специфику  социологических фактов.



      Французского социолога Г. Лебона (1841-1931 гг.) интересовал иной аспект проблемы - влияние массового сознания, «психологии толпы» на отдельного человека. Он подчеркивал «власть  идей», когда идея (неважно – «истинная или ложная») переходит у масс в чувство. Важнейшей характеристикой современной ему эпохи («эры толпы») Лебон считал «замену сознательной деятельности индивидов бессознательной деятельностью толпы». Критику «толпы» («человека в толпе») он соотносит с тем, что:

·      «в толпе может происходить накопление только  глупости,  а не ума»;

·      «в изолированном положении человек может быть культурным человеком, в толпе это - варвар, то есть существо инстинктивное»;

·      «сила толпы направлена лишь к разрушению».

  

Когда-то взгляды представителей психологической школы, особенно Лебона, истолковывались лишь как страх перед массами, неверие в силу,  ведущую роль народных масс. Тем более, что тот же Лебон в качестве примера разрушительной деятельности толпы обычно говорил о революции и социализме. Сегодня важнее другое – их предостережение  о негативных последствиях массовизации сознания,  единомыслия, единодушия, «баранизма»:



·      «Всегда готовая восстать против слабой власти, толпа раболепно преклоняется перед сильной властью».

·      «Только вникая глубже в психологию масс, можно понять, до какой степени сильна над ними власть внушаемых идей. Толпой нельзя руководить посредством правил, основанных на чисто теоретической справедливости, а надо отыскать то, что может произвести на нее впечатление, увлечь ее» 

·      «Особые условия настоящего времени увеличили в огромных размерах толпу неприспособленных. Эта масса неспособных, обездоленных и выродков грозит серьезной опасностью всякой цивилизации. Объединенные ненавистью к обществу, где для них не находится никакого места, они только и жаждут борьбы с ним. Это – армия, готовая на всякие перевороты, так как терять ей нечего, а выиграть она может все; таков, по крайней мере, ее расчет. В особенности она готова на всякие разрушения».

 

Обращенность социологов психологического направления к человеку и его психологии заставила по-иному посмотреть на характер общества, социальных  связей. На эту потребность откликнулся немецкий социолог Ф. Теннис (1855-1936 гг.).  Тип общества он соотносил с типом социально-психологических отношений, социальных связей между людьми. Он разграничивал две модели  обществ:



·      «общность», «сообщество» - традиционные доиндустриальные отношения;

·      «общество» - индустриальные,  урбанизированные отношения. 





Поделитесь с Вашими друзьями:
  1   2   3   4


База данных защищена авторским правом ©dogmon.org 2017
обратиться к администрации

    Главная страница