Учебное пособие для студентов вузов Казань 2014



страница1/12
Дата16.05.2016
Размер1.13 Mb.
ТипУчебное пособие
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   12


Казанский федеральный университет

Юридический факультет


Р.Р. Рахматуллин

Некоторые проблемы криминалистической тактики в современных условиях


Учебное пособие для студентов вузов

Казань

2014


В работе рассмотрены некоторые проблемы криминалистической тактики в процессе раскрытия и расследования прес­туплений. Прежде всего это связано с усилением противодействия расследованию преступлентий. С научных позиций наиболее перспективным направлением в исследовании проблемы, по мнению автора, представляется обращение к известным криминалистическим теориям: следственной ситуации, противодействия расследованию преступлений и методов его преодоления. Автором предложен и рассмотрен правовой институт, который способен обеспечивать самостоятельное регулятивное воздействие на определенный участок отношений, возникающих вследствие оказываемого противодействия раскрытию преступлений.

Издание рекомендуется студентам юридических учебных заведений, работникам правоохранительных органов, а также научным работникам, преподавателям, аспирантам.



Казань-2014

ОГЛАВЛЕНИЕ

Глава 1. Конфликтные ситуации и противодействие раскрытию и расследованию преступлений как предметы изучения криминалистической тактики

§ 1. Конфликт и конфликтная ситуация в процессе раскрытия

и расследования преступлений 4

§ 2. Понятие и сущность противодействия расследованию

преступлений 24

§ 3. Субъекты противодействия раскрытию и расследованию преступлений…………………………………………………………………………52.



Глава 2. Правовые и криминалистические основы упреждения и преодоления противодействия

§ 1. Сущность и криминалистическое значение деятельности по

упреждению и преодолению противодействия расследованию 67

§ 2. Основы обеспечения безопасности лиц, содействующих

уголовному судопроизводству 93

§ 3. Институт условий беспрепятственного и достоверного

доказывания обстоятельств по уголовному делу в юридической

науке и практике 106

§ 4. Криминалистические приемы и методы выявления и

нейтрализации противодействия расследованию преступлений

121

Список использованных источников 189

§ 1. Конфликт и конфликтная ситуация в процессе

раскрытия и расследования преступлений
В последние два десятилетия новейшей истории объектом специального изучения стали проблемы противодействия раскрытию и расследованию преступлений. Результатом изучения стало, в частности, возникновение новой частной криминалистической теории – теории противодействия расследованию и его преодоления.

Однако рассмотрение данной теории немыслимо без обращения к другой криминалистической теории – теории следственной ситуации. Как справедливо отмечает В.П.Лавров, «…развитие теории противодействия расследованию и его преодоления шло “по спирали”: от изучения следственной ситуации, способа сокрытия – к исследованию феномена противодействия; от общих положений теорий следственных ситуаций и сокрытия – к прикладным аспектам, к следственной ситуации и сокрытию как элементам частных криминалистических теорий (методик расследования отдельных видов преступлений); затем от общих положений указанных криминалистических теорий и специфики, выраженной в частных методиках, – снова к общей теории криминалистики, но уже на уровне учения о противодействии расследованию»1.

Таким образом, теория следственных ситуаций, наряду с теорией сокрытия, в своем развитии прошла длинный путь и явилась благодатной почвой для возникновения и развития новой, частной криминалистической теории противодействия расследованию и криминалистических методов его преодоления. Особо следует выделить теорию следственных ситуаций, которая продолжает совершенствоваться, оказывая при этом самое непосредственное воздействие на развитие теории противодействия расследованию. Поэтому важно показать соотношение общепринятых в науке криминалистических категорий – «следственная ситуация» и «противодействие расследованию».

Следует заметить, эти понятия не являются идентичными. Более того, они располагаются в разных плоскостях. Прежде всего, противодействие можно рассматривать как составной элемент следственной ситуации (фактор, оказывающий существенное влияние на ее формирование). Следственную ситуацию можно представить как систему межличностных отношений, позиций, взглядов. Поэтому можно говорить, что это информационная модель противодействия. В эту модель Р.С.Белкин вклю­чает как обстоятельства объективного характера (например, наличие и характер имеющихся у следователя доказательств, наличие в распоряжении следователя необходимых сил и средств и др.) и субъективного характера (практический опыт следователя и его психологическое состояние на момент расследования; противодействие установлению истины со стороны преступника и его связей, а иногда и потерпевшего и свидетеля; различные усилия следователя для изменения ситуации в благоприятную для следователя сторону и др.)1.

Концепция ситуационного подхода заняла подобающее ей место в теории криминалистики (как правило, в следственной тактике и методике расследования отдельных видов преступлений) в конце 60-х годов прошлого века. В развитии данного направления в криминалистике важная роль принадлежит таким известным отечественным специалистам, как О.Я.Баев, Р.С.Белкин, В.М.Быков, В.Л.Васильев, Л.Я.Драпкин, В.Н.Кудрявцев, И.М.Лузгин, А.Р.Ратинов, Н.П.Яблоков и др.2

В наиболее общем и упрощенном виде под следственной ситуацией понимается совокупность условий, в которых в данный момент осуществляется расследование, то есть та обстановка, в которой протекает процесс доказывания1. А.Н.Колесниченко и В.Е.Корноухов рассматривали следственную ситуацию как некоторую информационную среду, в которой действует следователь. Именно наличие источников информации о событии преступления, их содержание характеризуют следственную ситуацию2. Конечно, следственная ситуация не может быть ограничена только характеристикой информационной среды. В нее необходимо включать различные аспекты, имеющие значение для работы следователя.

Анализируя соответствующие литературные источники, мы пришли к выводу, что наиболее точное и полное определение рассматриваемого понятия дается Л.Я.Драпкиным, который под следственной ситуацией понимает мысленную динамическую модель, отражающую информационно-логическое, тактико-психологическое, тактико-управлен­ческое и организационно-управленческое состояния, сложившиеся по уго­ловному делу и характеризующие благоприятный характер процесса расследования3.

Полемизируя с Р.С.Белкиным, отрицавшим информационно-модель­ный характер следственной ситуации, Л.Я.Драпкин справедливо замечал: «Следователь в процессе расследования преступления руководствуется полученными доказательствами, другими сведениями и созданными на их базе информационными моделями реальной ситуации. Следователь фактически действует в реальной обстановке, но это не дает ни малейших оснований называть эту обстановку следственной ситуацией. Прежде чем действовать, ему надо собрать и хотя бы предварительно оценить доказательственную и другую информацию о существенных чертах внешней среды, создать ее адекватную (в той или иной степени) модель»4.

О.Я.Баев и Н.Б.Баева считали, что «следователь работает не в искусственно созданной обстановке, а в конкретных условиях и обстоятельствах, сочетание которых создает реальную следственную ситуацию. Именно с реальным объектом-оригиналом имеет дело следователь…»1. Смысл слова «реальный» – «действительно существующий, не воображаемый» 2. Представляется, любая ситуация является плодом воображения следователя, иначе не выдвигались бы, например, версии. Как верно замечает Л.Я.Драпкин, «следователь исходит не из реальной ситуации (пусть это представляется оптимальным), а из ее информационной модели, из того, что отражено в его сознании и стало своеобразной базой (хотя и вторичной, отраженной) для дальнейшей деятельности»3.

Следственной ситуации присуще такое существенное свойство, как динамичность, то есть, как верно замечал И.М.Лузгин, «…ситуации могут меняться, переплетаться, исчезать и вновь возникать под воздействием некоторой совокупности фактов»4. В зависимости от этого меняется и программа действий следователя.

Одной из разновидностей следственной ситуации является конфликтная ситуация. Ясно, детерминантом такой ситуации является конфликт. Конфликт как таковой присущ всем сферам деятельности человека, пребывающего в обществе, и представляет собой столкновение противоположно направленных целей, взглядов, стремлений, серьезное разногласие между взаимодействующими субъектами, спор, приводящий к борьбе5. При этом конфликты в реальной действительности носят объективный характер и являются неотъемлемой частью межличностных отношений, находят свое выражение (проявление) в любой деятельности человека, где цели и интересы сторон не совпадают, как результат соперничества и противодействия; конфликты существовали и будут существовать до тех пор, пока существует человеческое общество. «Конфликт, – пишет К.Боулдинг, – может быть определен как ситуация конкуренции, в которой стороны понимают потенциальную несовместимость позиций и в которой каждая сторона стремится занять позицию, несовместимую со стремлением другой стороны»1.

Принцип состязательности в уголовном процессе подчеркивает допущение законодателем такой ситуации в расследовании. Действительно, в практике расследования преступлений в зависимости от ситуации на момент проведения отдельных следственных действий с участвующими в них лицами у следователя складываются определенные отношения, носящие бесконфликтный или конфликтный характер. Бесконфликтные ситуации характеризуются тем, что интересы следователя и конкретного участника уголовного процесса в определенной степени совпадают, то есть последний, обладая интересующей следствие информацией, доводит ее без каких-либо искажений до следователя, тот же не имеет никаких оснований сомневаться в достоверности получаемых сведений.

Конечно, такие ситуации являются наиболее желательными при проведении следственных действий с любым из участников уголовного процесса, независимо от его заинтересованности в исходе дела, и в случае ее достижения тактическая задача следователя может быть сведена к одному, но весьма существенному положению: не сделать следственную ситуацию конфликтной, не спровоцировать своими действиями, поведением конфликт с участником уголовного процесса2.

Но все же следует признать, что бесконфликтные ситуации – это редкое явление в практике расследования. Однако, как ни странно, длительное время в юридической литературе существовала и теория «бесконфликтного» следствия. Более того, предпринимались попытки возвести подобную ситуацию в абсолют.

Следует отметить, что в основе спора ученых здесь лежали прежде всего этические, моральные стороны предварительного расследования. Так, при оценке и обосновании неправомерного и правомерного воздействия на подследственного криминалисты и процессуалисты разделились на две группы: 1) сторонников «бесконфликтного» следствия, отстаивающих запрет на любые формы физического и психического воздействия на личность3; 2) исследователей, обосновывающих правомерность психического воздействия на личность1.

Сторонники первой группы аргументировали свои доводы в основном ссылками на этические, моральные стороны предварительного расследования, при этом не считали должным вникать в происхождение и сущность конфликта, оставляли в стороне (опускали в своих рассуждениях) объективный характер конфликта, его природу и происхождение2. Представители более осторожного подхода к данной проблеме считали, что «…получившая в последнее время широкое распространение “теория конфликтов” на предварительном следствии не имеет достаточных оснований»3.

Известный криминалист современности Р.С.Белкин подверг глубокому анализу противоречивость и ошибочность взглядов сторонников бесконфликтного следствия4. Жизнь подтвердила правоту таких подходов. В современных условиях уже никто не может отрицать того, что деятельность следователя в уголовном судопроизводстве при разрешении конфликтной ситуации – это борьба, порой непримиримая, между следователем и, как правило, недобросовестным участником процесса. Именно в ходе этой борьбы от следователя требуются соответствующий уровень подготовки и навыки работы в конфликтных ситуациях.

Конфликты (как «кирпичики», первооснова конфликтной ситуации) в той или иной степени сопровождают весь цикл деятельности следователя по расследованию преступлений сначала на стадии предварительного расследования, а затем следователь может быть втянут в конфликт и при осуществлении судебного производства. Тщательный анализ всех конфликтов, возникающих в ходе расследования, позволит соответствующим образом оценить следственную ситуацию, определить степень ее конфликтности.

Другой известный ученый-криминалист А.Р.Ратинов раскрыл и обосновал правомерность применения психологического воздействия на участников уголовного процесса, когда они пытаются ввести в заблуждение следователя или иным путем избежать ответственности за содеянное1. Они обоснованно считали, что нельзя огульно отрицать тактические приемы, вводящие в заблуждение противостоящих следствию лиц. При этом следователи, оперативные работники могут включать в эти приемы элементы дезинформации, игры на низменных чувствах и т. п.

Вместе с тем указанные криминалисты считали при этом обязательным разработку учеными в тесном сотрудничестве с практическими сотрудниками правоохранительных органов всесторонне обоснованных криминалистических рекомендаций относительно условий и пределов их применения. То есть любой предлагаемый тактический прием должен обладать свойствами допустимости.

В современных условиях, когда противодействие установлению истины в уголовном судопроизводстве достигло апогея, в том числе резко возросло число угроз и физического насилия в отношении участников уголовного процесса, следователю приходится бороться за информацию, а психологическая борьба в ходе взаимодействия сторон в обязательном порядке предполагает психологическое воздействие.

Специалисты в области судебной психологии справедливо считают, что грань между психическим насилием и психологическим воздействием на допрашиваемого определяется наличием свободы выбора. При насилии допрашиваемый существенно ограничен или вовсе лишен возможности выбора для себя линии поведения. А психическое влияние само по себе не диктует конкретного действия, не вымогает показания того или иного содержания, а, вмешиваясь во внутренние психические процессы, формирует правильную позицию участника следственного действия, сознательное отношение к своему поведению и лишь опосредованно приводит его к выбору определенной линии действия2. В различных ситуациях следователь воздействует не на содержание показаний, а на мотивационную сферу допрашиваемого лица.

Известно, что любая новая теория проверяется практикой через призму времени. Сегодня можно признать, что в условиях активного и изощренного противодействия раскрытию и расследованию преступлений термин «бесконфликтное следствие» выглядел бы нелепым. Однако идея бесконфликтного следствия, на наш взгляд, оставила негативный след в практической деятельности следователей. Многочисленные научные публикации сторонников теории с опорой на мнения весьма авторитетных процессуалистов, криминологов и криминалистов в определенной степени повлияли на разработку тактических и психологических средств преодоления конфликтной ситуации. Данное обстоятельство, по справедливому мнению ученых, способствует снижению качества раскрытия и расследования преступлений, «разоружает следствие», следователь же может превратиться в стенографиста, просто фиксирующего то, что ему сообщают, а противная сторона получит возможность для противодействия1. Многие такие качества характерны и современному следователю, хотя, конечно, причины этого кроются глубже.

Конечно, бесконфликтные ситуации являются наиболее желательными при производстве предварительного расследования, но наличие конфликта не снимает самой возможности общения и достижения его целей, поскольку при осуществлении различных функций уголовного судопроизводства всегда имеет место взаимное стремление к получению информации, которое обеспечивает интерес, необходимость общения в конфликтной ситуации2. Конфликт разрешается успешнее, если обе стороны заинтересованы в достижении некоторого общего результата, побуждающего их к сотрудничеству. Отсутствие желания обсуждать какие-либо вопросы конфликта не идет на пользу ни одной из сторон. Например, отказываясь от участия в отдельных следственных действиях, обвиняемый лишается возможности полноценно защищаться.

Важно заметить, в соответствии с нашим подходом к изучаемой проблеме конфликты в той или иной степени могут сопровождать весь цикл деятельности следователя по расследованию и раскрытию преступления. Прежде всего, этот цикл может включать период от участия следователя в проверочных действиях до направления уголовного дела в суд. Однако нередко следователь втягивается в конфликт и на стадии судебного рассмотрения дела, во время исполнения наказания, когда подсудимый, осужденный или иное лицо вдруг начинает отказываться от своих показаний, утверждая, что давал их под воздействием незаконных мер принуждения.

Однако трудно согласиться с точкой зрения, что конфликт всегда влечет противодействие расследованию1. Более правильными представляются рассуждения А.Н.Петровой о том, что «несмотря на определенные различия терминов “противодействие” и “конфликт” с точки зрения филологии и криминалистики, оба они выражают направленность субъекта на создание помех деятельности следователя по установлению истины» 2. Помехи же процессу расследованию могут создавать любые участники процесса, в том числе и не препятствующие установлению объективной истины по уголовному делу. Например, сложные межличностные отношения в следственно-оперативной группе могут создать серьезные помехи следователю в ходе расследования. При этом отдельные работники органа дознания могут халатно отнестись к исполнению отдельного поручения следователя, оперативный работник может передать усеченную информацию о некоторых обстоятельствах преступления и т. п. Иными словами, конфликт (то есть «серьезное разногласие, острый спор»3) ведет к возникновению конфликтной ситуации, но не всегда к противодействию.

Умение прогнозировать конфликтность или бесконфликтность в расследовании, диагностировать предполагаемое поведение оппонента позволит следователю правильно спланировать и подготовиться к действиям по преодолению противодействия.

В криминалистической литературе встречаются различные классификации конфликтных ситуаций, приведем некоторые из них:

– конфликты, выражающиеся в отказе допрашиваемого входить в общение со следователем и давать ему какие бы то ни было показания;

– конфликты, выражающиеся в сообщении следователю заведомо ложной информации или в укрытии от него части определенной информации;

– конфликты, проявляющиеся в уничтожении или повреждении допрашиваемым доказательств совершения преступления, подговоре им свидетелей, шантаже и угрозах в их адрес, с тем чтобы они дали желательные для него показания;

– конфликты, проявляющиеся в попытках нанесения себе ранений при допросе или в совершении общественно опасных действий в отношении лиц, ведущих допрос, в попытках освободиться из-под стражи и в некоторых иных действиях, направленных на воспрепятствование установлению истины по уголовному делу1.

При подготовке или проведении отдельного следственного действия могут возникать следующие формы конфликтов:

– внезапный отказ лица от дачи показаний или от участия в запланированном следственном действии вопреки ранее заявленной готовности в нем участвовать;

– неожиданное изменение лицом, который, по твердому мнению следователя, должен выступать добросовестным участником процесса, ранее данных показаний не в пользу следствия;

– срыв лицом следственного действия, в ходе его проведения и др.2

Конечно, указанный перечень не является исчерпывающим. О наличии конфликта могут свидетельствовать выявленные иные приемы сокрытия преступления, уклонение от следствия, дискредитация объективности содержания доказательственной информации и др. Поэтому неудивительно, что в современных условиях конфликты в уголовном процессе в их многообразии и разносторонности не раз становились предметом более углубленного и специального изучения3.

Ряд ученых-криминалистов считают обоснованным введение в криминалистический тезаурус нового термина, определяющего сферу изучения конфликтов, имеющих значение для осуществления деятельности по раскрытию и расследованию преступлений, а именно нового частного криминалистического учения – «криминалистической конфликтологии». Одной из целей учения, по их мнению, должна стать разработка конкретных рекомендаций и предложений в целях своевременного предупреждения и законного разрешения таких конфликтов в интересах установления истины1.

Имеют ли под собой серьезную основу такие предложения, покажет время, когда конкретные предложения и рекомендации ученых в этой области будут реализованы в практике правоохранительных органов. Это лежит за рамками нашего исследования.

В уголовном процессе конфликты в той или иной степени сопровождают все его этапы. Как справедливо замечает С.К.Побережный: «Нередко следователь втягивается в конфликт и на стадии судебного рассмотрения дела, когда подсудимый или иное лицо вдруг начинают отказываться от своих показаний… Более того, такие конфликты проявляются и во время исполнения наказания»2.

Пока лишь можно констатировать, что проблемами конфликтологии в целом занимаются различные отрасли наук (психология, психиатрия, социология, управленческая сфера и пр.), изучение же конфликтных ситуаций на различных стадиях уголовного процесса и разработка путей их упреждения и нейтрализации свойственны в основном юридической психологии и криминалистике.

В ходе нашего исследования мы попытались дать ответ на вопросы, в какой части конфликты и конфликтные ситуации изучены и рассмотрены в криминалистике и как положения частной криминалистической теории следственных ситуаций помогут разрешению многих проблем в раскрытии и расследовании преступлений в условиях усилившегося противодействия.

Прежде всего, деятельность следователя в процессе разрешения конфликтной ситуации мы рассматриваем как борьбу между следователем и определенным его оппонентом в уголовном процессе. Вместе с тем борьбу, соперничество, конфликт нельзя рассматривать как войну с определенной категорией лиц. Смысловая нагрузка означенных понятий в ходе расследования в известной степени имеет условное, переносное значении. В уголовном процессе идет борьба не с конкретным участником расследования «…как личностью, а с отдельными проявлениями… низменных побуждений, за лучшее в этой личности, то есть, по существу, участвуют в той борьбе, которая происходит во внутреннем мире человека»1.

Но как бы эти выражения в настоящее время не казались устаревшими, а подчас и пафосными в условиях излишнего рационализма («рассудочного, без эмоций отношения к жизни», – по С.И.Ожегову2), характерного для современного мира, но это правда. Задача следователя – погасить или сгладить как можно раньше любой конфликт в ходе расследования, ибо он способен нарастать как ком и привести к самым тяжелым последствиям не только для процесса расследования в целом, но и для самого виновного.

Например, подозреваемый в совершении группового преступления может скрыть личности других соучастников из-за ложно понятых чувств товарищества (землячества и т. д.). Это может стать серьезным основанием для избрания в отношении него такой меры пресечения, как арест. При содержании такого лица в следственном изоляторе криминальное воздействие на него может быть усилено, в результате основную вину он берет на себя. Вместе с тем возможен и иной вариант развития событий: в результате чистосердечного признания вины уже в начале расследования это же лицо может значительно облегчить свою участь в будущем. Таким образом, у любого участника уголовного процесса, как правило, есть право выбора. Очень многое зависит от способности следователя повлиять на поведение оппонента (обвиняемого, подозреваемого и др.). Однако нередко следователь не принимает должных мер по установлению хотя бы психологического контакта.

Как верно отмечал Р.С.Белкин, в ходе раскрытия и расследования преступления «…конфликт с законом может обрести форму конфликта со следователем – лицом, призванным установить истину. Так возникает конфликтная следственная ситуация, в которой противодействие установлению истины со стороны заинтересованных в этом лиц и меры следователя по преодолению этого противодействия и достижению целей следствия являются доминирующими факторами»1.

Все изложенное свидетельствует, что конфликт не может образоваться внезапно, а проходит в процессе своего развития несколько стадий. Приемлемым представляется мнение специалистов в области конфликтологии, которые предлагают следующую последовательность развития стадий конфликта:

1) предконфликтная ситуация;

2) инцидент;

3) эскалация;

4) кульминация;

5) завершение конфликта;

6) постконфликтная ситуация2.

Рассмотрим означенные стадии развития конфликта.

Стадия предконфликтной ситуации характеризует положение дел накануне конфликта. Нередко бывает, что на этой стадии имеется достаточно сильная напряженность в отношениях сторон в уголовном процессе, но она остается подспудной и не выливается в открытые столкновения. Подобное положение называют потенциальным или латентным (скрытым) конфликтом3.

В других случаях с самого начала расследования положение дел может складываться вполне благополучно и конфликт начинается внезапно под воздействием какого-то внешнего, случайно вторгнувшегося в эту ситуацию фактора.

Так, следователь, вовлекая определенное лицо в уголовный процесс, изначально может не предвидеть с его стороны противодействия, тем более, если это лицо имеет намерение активно содействовать правосудию. Однако в нормальный ход расследования могут вмешаться обстоятельства, ведущие к возникновению конфликта. Например, свидетелю (потерпевшему) становится известно, что в совершении преступления заподозрен близкий ему человек; или в процесс расследования вмешивается некое заинтересованное в исходе дела лицо, осуществляющее неправомерное воздействие в отношении фигуранта, обладающего доказательственной информацией. Очень важно уметь предугадывать возможность появления подобных обстоятельств, быстро мобилизоваться, оценить ситуацию и принять верное решение для локализации конфликта в самом начале его развития и устранения его вредных последствий.

Со стадии инцидента, собственно, и начинается конфликт, именно здесь происходит первая стычка конфликтующих. На данной стадии следователь понимает, что перед ним находится участник уголовного процесса, который, по меньшей мере, не намерен содействовать осуществлению правосудия. По мнению ряда авторов, чтобы отношение между ними носило конфликтный характер, оно должно быть осмыслено, воспринято как конфликтное хотя бы одной из указанных сторон. Только при этом конфликтное состояние системы межличностных отношений становится конфликтной ситуацией1.

На стадии инцидента налицо противоположность интересов сторон в уголовном процессе. Если следователь ставит цель уголовного преследования, в том числе изобличения виновных, всесторонности и полноты расследования по делу и т. д., то для его оппонента основным интересом является, как правило, стремление избежать уголовной ответственности или смягчить наказание.

В случае неправомерного воздействия на участника уголовного процесса главной ценностью для него становится, как правило, собственная безопасность и безопасность близких, чего, по его субъективному мнению, можно достичь посредством противодействия раскрытию и расследованию. Здесь следователю важно предпринять меры к выяснению причин занятой участником уголовного процесса позиции, чем последний мотивирует свое поведение.

Конечно, конфликт, начавшийся с инцидента, может вместе с ним и закончиться. Например, противоборствующие участники конфликта расстаются, чтобы больше не встречаться, или им удается разрешить свои разногласия. Но в уголовном процессе в условиях, как правило, острого и долговременного противостояния сторон такие случаи скорее являются исключением. Речь чаще идет об особом случае – остром конфликте, представляющем собой стычку противников.

А в целом на этой стадии следователю важно уметь осуществлять правильное предварительное диагностирование уровня конфликтности и степени контактности лиц, с которыми ему предстоит вступить во взаимодействие. Как справедливо замечает О.В.Полстовалов, это «во многом предопределяет снижение тактического риска, а следовательно, и наиболее полное, всестороннее и объективное исследование всех выясняемых обстоятельств»1.

На данной стадии следователь может применить обычные меры: приемы тактического и психологического характера, основанные на методах убеждения. Важно, что на стадии инцидента определяются факторы и истинные мотива конфликта:

а) субъект оказывает противодействие осознанно и в дальнейшем не намерен его прекращать;

б) субъект противодействия, препятствуя установлению истины по уголовному делу, заблуждается в отношении отдельных обстоятельств дела;

в) катализатором противодействия являются следственные ошибки, пробелы и иные недоработки следователя;

г) другие факторы и мотивы.

Таким образом, именно на этой стадии для следователя важным представляются:

1) осознание ситуации как конфликтной;

2) выбор процессуальных и криминалистических средств разрешения конфликтов и их реализация2.

На фазе эскалации конфликт «шагает по ступенькам» (лат. scala – лестница), реализуется в серии отдельных актов – действий и противодействий конфликтующих сторон. Важно, что обе противоборствующие стороны осознают наличие конфликта. Например, следователь, воспринимая адресованную ему информацию, понимает, что она заведомо недостоверна. Конфликт разрастается, он может быть непрерывным – с постоянно возрастающей степенью напряженности отношений и волнообразным, нейтрализовать его на этой стадии практически невозможно. При этом действия противодействующей стороны отличаются высокой степенью подготовки, изощренностью, несмотря на то, что лицо, оказывающее противодействие, ознакомлено с требованиями закона в его адрес. На фазе эскалации, кроме обычных мер, следователь может применить и более жесткие меры, например меры процессуального принуждения и ответственности, установленные законом.

Чем больше в данный временной период имеется информации по делу, тем благоприятней следственная ситуация, и наоборот. Именно наличная информация, возможности ее получения и исследования на определенном этапе расследования являются непременным обстоятельством, обусловливающим ту или иную реальную следственную ситуацию.



Кульминация конфликта приводит обе стороны к действиям, наносящим серьезный ущерб в целом расследованию по делу. На данной стадии следователь понимает, что все его действия, направленные на разрешение конфликтной ситуации, претерпевают неудачу; противодействующее лицо поддерживает свою твердую позицию в противостоянии со следователем, источник (иногда единственный) доказательственной информации по делу безвозвратно утерян. Следователь фиксирует полученную недостоверную информацию как итог следственного действия или процессуально оформляет отказ от дачи показаний.

Участник следственного действия удостоверяет свои показания, хотя и испытывает дискомфорт от того, что может быть привлечен к уголовной ответственности за воспрепятствование предварительному расследованию или правосудию. Но при этом он опасается не столько карательной функции закона, сколько наступления иных неблагоприятных для себя последствий: привлечения к уголовной ответственности близких, реализации угроз в свой адрес со стороны заинтересованных лиц. Одновременно это может свидетельствовать о его сомнении в действенности мер правоохранительных органов по обеспечению его безопасности.

Стадия завершения конфликта характеризуется ценностными категориями, то есть во главу ставится проблема соответствия результата, полученного, допустим, в ходе конкретного следственного действия, затратам сил и средств со стороны следователя.

Если в итоге конфликтная ситуация не привела к позитивному результату, все же следователь получает определенную информацию для дальнейшего производства по делу, анализ которой позволяет выдвинуть ряд версий о причинах конфликта; условиях, способствующих ему, и т. д. Кроме этого, наличие информации позволяет прогнозировать, а соответственно, и упреждать противодействие, в том числе воздействие в отношении иных участников процесса.



Постконфликтная ситуация и предыдущая стадия в определенной степени являются взаимозависимыми фазами развития конфликта, и той и другой присущи ценностные категории. Конфликт не проходит совершенно бесследно; в зависимости от того, какие последствия преобладают, конфликт в целом как для следователя, так и недобросовестного участника уголовного процесса может быть как конструктивным, так и деструктивным. Например, если в отношении свидетелей (потерпевших) останутся нереализованными угрозы со стороны воздействующих лиц, то становится вполне осуществимой угроза уголовной ответственности за дачу ложных показаний или отказ от дачи показаний. В случае принятия решения о содействии расследованию участник уголовного процесса вступает в конфликт уже с субъектами посткриминального воздействия, поэтому успех в разрешении данного конфликта во многом зависит от следователя и своевременности предупредительных действий с его стороны.

Подводя итог вышеизложенному, следует отметить, что в теории конфликта имеется такое понятие, как «конфликтная компетентность», то есть умение разобраться, насколько точно в конфликте представлены те противоречия, которые могут и должны быть разрешены. Это предполагает, что деятельность следователя по разрешению конфликтных ситуаций в свою пользу должна реализовываться последовательно в несколько этапов.

Во-первых, необходимо выяснить, действительно ли на данном этапе расследования имеет место конфликт (возможно, это всего лишь заблуждение одной из сторон), то есть необходимо понять ситуацию, которая сложилась в определенный момент.

В этих условиях следователю и оперативному работнику очень важно уметь проводить анализ стратегической информации о следственной ситуации и осознавать ее содержание. В частности, науке и практике известны традиционная (двусторонняя) конфликтная ситуация, в которой обе противоборствующие стороны осознают наличие конфликта, и мнимобесконфликтная, когда следователь не осознает конфликтный характер состояния расследования. В ряде случаев имеет место ситуация мнимого конфликта, которая возникает при отсутствии реального конфликта, когда стороны – участники уголовного судопроизводства ошибочно полагают, что между ними действительно существуют конфликтные отношения и действуют в соответствии с этой совершенно неадекватной информационной моделью – моделью конфликтной ситуации1. Так, факт непризнания обвиняемым своей вины не должен расцениваться как несомненный конфликт, он создает лишь предпосылку для складывания конфликтной ситуации. Следователь должен определить, с чем связано непризнание вины – с противодействием расследованию, чтобы уйти от наказания, или действительно имеются факты его невиновности, о которых следователь еще не знает.

Следует заметить, две последние ситуации, фактически слабо контролируемые следователем, могут привести к самым неблагоприятным последствиям.

Конечно, опытный следователь в ходе изучения следственной ситуации может скорее распознать, где имеет место противодействие, а где заблуждение или иные обстоятельства, не позволяющие отдельным лицам в полной мере выполнять свои обязанности в уголовном судопроизводстве.

В юридической литературе приводится характерный пример из следственной практики. В ходе расследования уголовного дела о крупных хищениях платины, совершаемых из цехов завода по обработке цветных металлов, у следователя установились внешне доброжелательные отношения с обвиняемым К., который давал правдивые показания о краже. На одном из дополнительных допросов обвиняемый К. предложил выдать следствию около 180 г платины, спрятанной у него в тайнике. Для проверки его показаний следователь вывез обвиняемого под усиленной охраной и в сопровождении двух оперативных сотрудников милиции на указанное К. место. После обнаружения 186 г платины, усыпив бдительность охраняющих его сотрудников, К. совершил побег из-под стражи. Наиболее серьезная тактическая ошибка следователя и оперативных работников заключалась в том, что они приняли решение о выезде на место сокрытия платины, не дождавшись агентурного сообщения о намерениях и поведении К. в камере перед проведением согласованного со следователем процессуального действия. Из сообщения следовало, что К. просил у своих сокамерников какие-то «надежные адреса» и утром, после завтрака, попрощался с ними. Исправляя допущенные ошибки, следователь и оперативные работники разработали детальный план розыска беглеца. При допросе сокамерников (без расшифровки конфидента) были получены пять адресов, которые они дали К. Сопоставляя эти сведения с данными наружного наблюдения, установленными за родственниками и близкими друзьями обвиняемого, следователь организовал засады в местах возможного появления К., и на третий день после побега он был задержан1.

Анализ приведенного примера позволяет сделать следующие выводы.

Во-первых, следователь действовал в двух различных ситуациях: вначале – в мнимобесконфликтной, а затем – в двусторонней конфликтной ситуации.

Во-вторых, в мнимобесконфликтной ситуации следователь потерпел поражение из-за несвоевременного получения агентурного сообщения, в результате чего обвиняемый совершил побег.

Затем в двусторонней конфликтной ситуации следователь, проведя комплексный анализ следственной и оперативной информации, принял правильное решение и задержал обвиняемого К.

В других случаях, наоборот, различные действия защитника, свидетеля и иных лиц необоснованно воспринимаются следователем как действия, препятствующие расследованию.

Поэтому для того, чтобы у следователя не складывалось предвзятого, мнимого убеждения в наличии конфликтной ситуации, надо, во-первых, оценивать следственную ситуацию по объективным признакам. Наиболее полно такие признаки изучены частной криминалистической теорией противодействия расследованию и криминалистических методов его преодоления. В частности, признаками являются «негативные» обстоятельства, улики поведения, различные факты уклонения от следствия, невербальные жесты, свидетельствующие о неискренности допрашиваемых, и т. д.

В частности, признаки как внешние проявления противодействия могут утвердить следователя в мысли о начавшемся противодействии и значительном осложнении уже существующей конфликтной ситуации.

Во-вторых, важно определить причины конфликта. Исчерпывающее определение характера проблемы, приведшей к конфликту, всесторонний учет всех факторов, детерминирующих противодействие или влияющих на преодоление противодействия, позволяют следователю осознать истоки противоречия и найти точки соприкосновения конфликтующих сторон. Если выявлены определенные факты, необходимо организовать тщательное наблюдение за их развитием. Например, обнаружив факт родственной связи между обвиняемым и свидетелем, попытаться выяснить степень ее влияния на характер конфликтной ситуации в настоящее время и в будущем. Следственные ошибки и иные недоработки следствия также нередко становятся причиной конфликта. Так, при затянувшемся рассказе допрашиваемого следователи нередко проявляют нервозность, часто прерывают собеседника вопросами. В конечном счете, как справедливо замечает В.Трубочкина, «…допрашиваемый теряет нить повествования или просто замыкается, убежденный в безразличном отношении следователя к его повествованию. В этом случае невыполнение следователем элементарных этических норм становится препятствием для установления истины»1.

В-третьих, необходимо наметить (посредством поиска) возможные пути разрешения конфликта. По справедливому замечанию И.М.Лузги­на, следственные ситуации – это управляемые категории, поддающиеся целенаправленному изменению2. Таким образом, следователи и оперативные работники должны не созерцать пассивно за развитием конфликтной ситуации, а активно влиять на этот процесс. Здесь следователь ставит перед собой вопрос: что бы он мог сделать, чтобы разрешить возникший конфликт, что в этом направлении могут сделать его коллеги, что может сделать конфликтующий со следователем субъект, и намечает пути выхода из конфликта.

В-четвертых, реализовать намеченный способ разрешения конфликтной ситуации, то есть претворить в жизнь комплекс намеченных уголовно-правовых и уголовно-процессуальных средств, оперативно-розыскных мероприятий, тактических приемов и иных методов.

В-пятых, следует критически оценить мероприятия и действия, предпринятые для разрешения конфликта, их эффективность и недостатки.

Важность разрешения конфликтной ситуации очевидна. Если следственная ситуация предстает на любом этапе расследования как данность, то определение степени ее сложности зависит от подготовленности и умения следователя «читать» следственную ситуацию. Ведь в основе более или менее сложной ситуации лежит информационная неопределенность. По мнению Л.Я.Драпкина, в зависимости от количества, характера и содержания негативных факторов (трудностей, барьеров) все сложные ситуации можно дифференцировать по пяти классификационным группам: проблемные, конфликтные, тактического риска, организационно-неупорядоченные и комбинированные3. Именно в конфликтной ситуации проявляется несовпадение интересов соперничающих сторон.

С одной стороны, проблемы конфликтов, конфликтных ситуаций, их умелое выявление, разумное и законное разрешение и необходимое предотвращение всегда имели и имеют на современном этапе огромное значение в деятельности по раскрытию и расследованию преступлений. С другой стороны, познание конфликтной ситуации позволяет установить, действительно ли имеет место противодействие, если да, то важно определить его характер и содержание.




Каталог: portal -> docs
docs -> Учебно-методическое пособие по курсу «Деловые коммуникации» предназначено для студентов, обучающихся по направлению 081100. 62: «Государственное и муниципальное управление»
docs -> Ккл по курсу: «Общая психология. Раздел: Введение в общую психологию» Направление подготовки
docs -> Рабочая программа дисциплины Юридическая психология Направление подготовки: 030900 Юриспруденция
docs -> Влияние звуковых сенсорных стимулов на функционирование кардиореспираторной системы у студентов 03. 03. 01 физиология


Поделитесь с Вашими друзьями:
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   12


База данных защищена авторским правом ©dogmon.org 2017
обратиться к администрации

    Главная страница