12 грудня 2014 р. ІV всеукраїнська науково-практична конференція “Андріївські читання”



страница32/38
Дата11.05.2016
Размер3.21 Mb.
1   ...   28   29   30   31   32   33   34   35   ...   38

Микитюк В. Ю.

студент

Классический приватный университет

ВОСПИТАТАТЬ – ЗНАЧИТ ЗАЖЕЧЬ
В ДУШЕ ДУХОВНЫЙ “УГОЛЬ


Средоточием личности является религиозный культ...

Из этого ядра личности, из культа,

и порождается вся человеческая культура.

Павел Флоренский

Будущее родной страны во многом зависит от того, как мы воспитаем подрастающее поколение. “Пустите детей и не препятствуйте им приходить ко Мне” (Мф. 19:14) – этот призыв обращает Христос Спаситель ко всем, кто вовлечен в благородное дело воспитания и образования.

В вечном поиске положительного и доброго мы, как правило, выходим на блистательный образец – общечеловеческие ценности и идеалы. Примером может служить наследие В. А. Сухомлинского, который отмечал: “Особая сфера воспитательной работы – ограждение детей, подростков, юношества от одной из самых больших бед – пустоты души, бездуховности… Настоящий человек начинается там, где есть святыни души…”

Детство – это удивительная страна. Ее впечатления остаются на всю жизнь. Человек как храм закладывается в детстве. В сегодняшней жестокой действительности ребенку необходимо введение в традиционную духовную культуру. Ведь культура – это организованная человеком среда обитания, это совокупность связей и отношений человека и природы, искусства и человека; человека и общества, человека и Бога.

Становление духовного человека невозможно без правильного воспитания. “Воспитать” – значит способствовать формированию духовно-зрячего, сердечного и цельного человека с крепким характером. А для этого надо зажечь и раскалить в нем как можно раньше духовный “уголь”, чуткость ко всему Божественному, волю к совершенству, радость любви и вкус к доброте.

“Конечная цель разумного воспитания детей заключается в постепенном образовании в ребенке ясного понимания вещей окружающего мира. Затем результатом понимания должно стать возведение добрых инстинктов детской натуры в сознательное стремление к идеалам добра и правды и, наконец, постепенное образование твердой и свободной воли”. (Н. И. Пирогов)

Знакомство с православной культурой дает представление о народных верованиях, традициях, обрядах, учит бережному, трепетному отношению к родной природе, своим предкам, истории народа.

Проблема морального воспитания молодого поколения и – шире – возрождения духовного потенциала нации является сегодня одной из кардинальных задач, решение которой требует общих усилий не только учёных-педагогов, психологов, культурологов, учителей, а и всех, кто имеет какое-либо отношение к процессу воспитания.

В этом контексте целесообразно обратиться к истокам – основам этнической культуры, которая воспроизводит архетип опыта нации и определяет её самосознание.

Знаменательным явлением наших дней стало возвращение в нашу жизнь и, в частности, в культуру реалий, связанных с возрождением большого пласта духовной жизни народа – христианства [1, 79]. Обращение к ним предполагает включение в перечень рассматриваемых явлений тех, которые имеют отношение к культовой, религиозной сфере. Пришло время осознать, что современная светская мораль берёт начало из культурных традиций, вырастая из религиозных корней.

Основой и важной составляющей этнической культуры славянских народов является православная традиция, то есть религия и религиозное сознание.

Интересна в связи с этим мысль Павла Флоренского о том, что “средоточием личности является религиозный культ... Из этого ядра личности, из культа, и порождается вся человеческая культура”. Отец Павел Флоренский говорил, что слово культура является причастием будущего времени от слова культ. Из культа, по Флоренскому, “непрерывно порождается культура, как шелуха, которая отслаивается от луковичного растения”, поэтому “понять культурные закономерности [в частности, мораль – авт.] невозможно в отрыве от культа” [2, 68]. Как справедливо заметил А. Кураев, “после Шпенглера и Флоренского культуролог не имеет права рассматривать одну часть культуры в полном отрыве от других её органических частей. Связь существует даже между такими, казалось бы, далёкими вещами, как математические модели и стили искусства, между конструкциями механизмов и уставами монашеских орденов” [3, 44–45].

В современных условиях процесс возвращения к истокам национальной духовной жизни сопровождается особенным эмоциональным отношением к нахождению, исконного, фундаментального. Очевидно, что “стабильность общества и иерархия его внутренних связей в наши дни зависят от культурных и религиозных традиций не меньше, чем это было на протяжении всей истории человеческой цивилизации. По этой причине более глубокое осознание корней и особенностей тысячелетней христианской традиции... является предметом не только эмоциональным, но и прагматическим” [7, 7].

Авторитетная швейцарская Neue Zürcher Zeitung роль традиционных религий оценивает как один из сплачивающих государство факторов. Этот тезис подтверждают этнологи: все этносы возникали как формы сплочения людей вокруг некой идеи, как правило, религиозной [8]. То же украинское казачество, сечевики, стали этнообразующей украинской нации. Именно казачество выделилось в единую общность из русско-литовско-татарского населення Юго-Западной Руси по принципу: “Кто хочет за веру христианскую быть посаженным на кол, кто хочет быть четвертован, колесован, кто готов претерпеть всякие муки за святой крест, приставай к нам” [11, т.1, 270]. При этом национальность тех, кто входил в новое сообщество, особого значения не имела: “Ревнуя о благочестии и чистоте своих храмов и православной предковской веры, запорожские казаки связали себя клятвенным обетом не принимать в свою среду никого, кроме православно-русских людей, а пришельцев других наций и других религий допускать к себе лишь после принятия ими во всей целости учения православной христианской церкви” [там же].

Очень тонко подметил эту глубинную и всеобъемлющую связь А. Солженицын: “Русь не просто приняла христианство – она полюбила его сердцем, она расположилась к нему душой, она излегла к нему всем лучшим своим. Она приняла его себе в название жителей, в пословицы и приметы, в строй мышления, в обязательный угол избы, его символ взяла себе во всеобщую охрану, его поименными святцами заменила всякий другой счётный календарь, весь план своей трудовой жизни, его храмам отдала лучшие места своих окружий, его службам – свои предрассветья, его постам – свою выдержку, его праздникам – свой досуг, его странникам – свой кров и хлебушек...” [цит. по изд. 5, 36].

Для украинцев Православие является религией этнообразующей и источником традиционной культуры и основ морали. Вот почему знание истории религий и основ христианства, и, прежде всего, Православия, представляет особый и отнюдь не сугубо академический интерес.

Многие культурные достижения Русская православная церковь обрела с принятием христианства ещё в 998 году и всегда настаивала на культурологическом характере изучения религиозных традиций.

В 14 областях Украины преподаётся предмет “христианская этика” в курсе истории Украины и украинской культуры.

В тоже время процессы глобализации и евроатлантической интеграции, сопровождающиеся проповедью экуменизма, разрушают православную традицию и присущие ей культуру и мораль. Крайне негативно отразилось на ситуации межконфессионального мира в Украине и позиции Православия перенесение резиденции главы подчинённых римскому понтификату униатов в Киев.

Не может не привлекать и не заслуживать уважения гражданская позиция деятелей Православной церкви, в частности, известного православного писателя-публициста, учёного и педагога Андрея Кураева, обеспокоенного не только судьбами российской и в целом славянской культуры, в том числе и украинской, но и опасностью превращения государств, прежде всего славянских, бывшего СССР в колонии “цивилизованного запада”, в связи с чем он пишет: “Одна духовная катастрофа в России уже произошла в начале ХХ века, другая совершается на наших глазах. Россию (и Украину! – авт.) сегодня перестраивают на наших глазах... на американско-протестантский лад. Если это удастся, это будет другая страна, не имеющая уже ничего общего со своей тысячелетней историей” [4, 10]. По меткому замечанию И. Строрупа, “доллар, гамбургер и евангелие от Билли Грэма идут рука об руку” [9, 167].

Противостояние Православия и протестантизма есть не просто порождение межконфессиональных конфликтов, но противостояние тысячелетней традиции и её отсутствия, духовности и бездуховности культуры и бескультурья: “... лишь две конфессии создали великие культурные традиции – и глубоко народные, и в то же время мировые, вошедшие и в быт народов, и в величайшие произведения искусства. Это католичество и православие... Чем русское христианство обогатило мировую культуру? – иконой, монастырским пением, русскими храмами, феноменом оптинских старцев, Достоевским...”[6, 43–44].

“... Я готов взять назад свои слова о бескультурье американских сект, – продолжает А. Кураев, – но лишь в том случае, если мне напомнят о каком-либо художнике-баптисте, о глубоком философе-пятидесятнике, крупном мыслителе-адвентисте или тонком поэте из секты с громким именем “Слово жизни“”...[5, 13].

Кроме того, как справедливо пишет А. Кураев, “при открытых границах гораздо быстрее перемещаются отбросы культуры, а не её вершинные достижения. Много ли европейских опер и картинных галерей побывали в России (и на всём постсоветском пространстве, включая Украину – авт.) после того, как она открылась к “общеевропейскому дому“? Западная культура представлена у нас сегодня преимущественно рекламой товаров, большинство из которых почему-то имеет отношение отнюдь не к духовности: от зубной пасты и жвачки до гигиенических тампонов” [3, 76]. Вообще нашествие псевдокультуры, хлынувшей с Запада, воспринимается церковью как пришествие антихриста. Не государство, но Церковь возвысила голос против этого мутного потока, выступив с заявлением в печати.

Позиция православия становится понятной, если вспомнить, что ещё в 20-е годы учёный и византолог Ф. Успенский писал: “Язык и религия – это два великих дара, из-за которых стоит бороться до истощения сил и с изменой которым народ теряет свою национальную самобытность и своё право на историческую роль” [10, 140].

“Как-то весной, – рассказывает отец Андрей, – я побывал в одной школе (лицее), где старшеклассникам история России преподавалась по книге З. Бжезинского. Это я узнал лишь позже – сначала же я был просто поражён тем самоуверенным отторжением Православия и даже просто обычного национального чувства, которое я встретил в этих подростках. Они твердили только об одном: “Все имеют право делать всё”. А потом выяснилось, что воспитаны они не на Соловьёве и Достоевском, а на Бжезинском, на книгах идеолога, который придумал назвать нашу страну “империей зла”. Историки имеют право спорить – чьё видение истории глубже и вернее: Бжезинского или Солженицына. Но учитель государственной школы не имеет права прививать детям ненависть к своей стране” [6, 11]. Здесь речь идёт уже не только об экономической и культурной, но и самой беззастенчивой духовной экспансии, и любые попытки противостоять ей влекут за собой экономические санкции: попытка России поставить барьер перед американскими проповедниками сразу отозвалась запретом помощи России в размере почти 200 миллионов долларов [там же, 10].

Если мы помним о национальной идее и преследуем цель формировать у молодого поколения моральные ценности, следует воспитывать интерес и любовь к культурному наследию украинского народа, раскрывая содержание православного искусства: музыки, иконописи, архитектуры, литературных источников, а также приобщать детей к моральным устоям православной культуры как традиционной для народа Украины, раскрывать смысл высоких моральных ценностей христианства, дать школьникам основные, фундаментальные ориентиры истины и добра, не допустить засорения детских душ оккультизмом, язычеством и другими проявлениями чуждой и враждебной для них бездуховности [12].

Трудно не согласиться с тем, что “национальная, образовательная, культурная и религиозная политика государства должна быть направлена на то, чтобы наши дети были именно нашими детьми, чтобы они говорили на нашем языке, чтобы они ценили то, что придавало смысл жизни нашим предкам и нам, чтобы то лучшее, что создано нашей культурой в прошлом, жило и в будущем” [6, 9].

Список использованной литературы

1. Гулакян Б. С. Освоение культурно-исторического языкового наследия в современной речевой практике / Б. С. Гулакян // Вопросы языкознания. – 1993. – № 6.

2. Копейкин К. В. Восточная и западная традиция в религии и науке / К. В. Копейкин // Наука, философия, религия: Наука в христианском мире : Пятая междунар. конф. (29–31 августа 1994 г.). – Дубна, Россия.

3. Кураев А. Вызов экуменизма / А. Кураев. – Москва, 1997.

4. Кураев А. С кем борются иностранные миссионеры / А. Кураев // Всё ли равно, как верить. – Клин, 1994.

5. Кураев А. Протестантам о православии / А. Кураев. – Москва, 1997.

6. Кураев А. Православие и право: Церковь в светском государстве / А. Кураев. – 1997.

7. Разумова Е. М. Пасха / Е. М. Разумова, Г. В. Шепелев, Г. С.  Стрельникова. – Москва, 1992.

8. Скворцов Д. Мирное сосуществование в отдельно взятой стране / Д. Скворцов. – 2000, 8 февраля 2008.

9. Строруп И. Вера по-американски: товар на экспорт? / И. Строруп // Проблемы экуменизма и миссионерской практики : cб. наук. тр. – Москва, 1966.

10. Успенский Ф. И. История Византийской империи. Период Македонской династии (867–1057) / Ф. И. Успенский. – Москва, 1997.

11. Яворницький Д. І. Історія запорізьких козаків / Д. І. Яворницький. – Київ, 1990. – Т. 1–3.

12. Яворський А. Необхідність виховання і формування норм християнської моралі та моральних цінностей у сучасних школярів / А. Яворський // Православний вісник. – 2004. – № 3.




Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   28   29   30   31   32   33   34   35   ...   38


База данных защищена авторским правом ©dogmon.org 2019
обратиться к администрации

    Главная страница