А. И. Захаров ночные дневные и



страница3/20
Дата14.05.2016
Размер3.82 Mb.
#6953
ТипКнига
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   20

Беспокойство в отсутствие матери в 7 меся­цев означает прекращение эмоционального кон­такта, нарушение привычной эмоциональной взаи­мосвязи и, что самое главное, отдаление объекта привязанности. Это первый травмирующий опыт потери связи с окружающим миром, воплощен­ным пока в лице матери, опыт, который при даль­нейшем его подкреплении является предпосылкой к развитию страха одиночества, особой чувстви­тельности к разлуке, неразделенности чувств и тревожности в целом. Когда мать на время уходит °т ребенка, он проявляет беспокойство, которое

38

Дневные страхи



вскоре превращается в ожидание возвращения ма­тери. Если она почему-либо задерживается, у эмо­ционально чувствительных детей, особенно маль­чиков, может развиться своеобразный "невроз ожидания" — постоянное беспокойство, перерас­тающее в тревожное предчувствие предстоящего ухода матери, а затем в ожидание ее возвращения. Ребенок не может предсказать уход и приход ма­тери, что уже само по себе является фактором нео­пределенности. Частое перенапряжение эмоцио­нальной сферы в связи с непредсказуемым нару­шением контакта с матерью и ожиданием ее воз­вращения имеет своим следствием развитие реак­ций тревожного типа.

Если беспокойство в отсутствие матери в 7 месяцев говорит о начале привязанности к ней, то как же тогда объяснить страх, испытываемый 8-месячным ребенком перед чужими, незнакомы­ми ему людьми? Можно предположить, что беспо­койство в присутствии другого — это знак отсут­ствия матери, но так бывает далеко не всегда, по­скольку ребенок .боится чужих, даже если он на руках у матери.

Главное заключается в развитой способности детей этого возраста отличать мать по ряду при­знаков от других взрослых. Иногда посторонний приковывает внимание ребенка, и это позволяет на время забыть о матери, потерять ее, что через некоторое время вызывает острое беспокойство, поиск матери. И наконец, ребенок не может еще "поделиться" своей матерью с другими, очень не похожими на нее взрослыми, ибо мать принадле-

Возрастная динамика страха___________39

только ему и любой другой, "играющий под мать", вызывает у него чувство недоверия, насто­роженности и беспокойства.

В 8 месяцев у ребенка повышается чувстви­тельность к голосу матери и к музыкальным зву­кам. Это уникальный, никогда больше не повторя­ющийся у детей "музыкальный период" в их жиз­ни. Внимательные родители могут также заметить раскачивания ребенка в такт музыке, его явное удовольствие при этом — ведь он бросает даже свою любимую игрушку, ловя каждый звук по­нравившейся ему мелодии.

Но ребенок может испугаться и заплакать от одного появления в голосе матери непривычных и неприятных ноток раздражения, беспокойства и угрозы, не говоря уже о повышенном тоне и громко произнесенном "нельзя!". Настроенный на голос матери ребенок 8-ми месяцев чутко улавли­вает фальшь и наигранность в голосе другого чело­века. Даже если на лице взрослого улыбка, его вы­дают глаза, в которых отсутствуют теплота, ис­кренность и восхищение. Чем настойчивее в таких случаях взрослый пытается вступить в контакт с ребенком, изображая заинтересованность и ласку, тем сильнее испытываемые малышом беспокой­ство и страх.

Мы видим, что беспокойство в отсутствие ма­тери и в присутствии незнакомых обусловлено психологической природой становления привя­занности и формированием образа матери как еди­ного, неразрывно связанного с ребенком целого.

Яневиые страхи

Таким образом, возраст 7-9 месяцев — это период повышенной чувствительности к возник­новению тревоги и страха. Насколько он важен для последующего психического развития, пока­зывает наблюдение над мальчиком 7 лет, самым тихим и незаметным в школе, который панически боялся нового для него человека — учителя. Он также боялся оставаться один дома, поэтому был вынужден посещать группу продленного дня. К вечеру у него болела голова. Со слов матери, в 8-месячном возрасте он заболел астматическим бронхитом. В этот момент, да и раньше, мать была занята своими делами и не могла уделять ребенку достаточно внимания. Он часто плакал (как потом поняла мать, от беспокойства). На этом фоне прос­туда способствовала появлению типичных для астма­тического бронхита затруднений в дыхании и кашля. Вскоре вместе с матерью мальчик был по­мещен в больницу, где ему делали внутривенные инъекции лекарств. Кричал ли он больше от стра­ха при виде внезапно появляющихся незнакомцев в белых халатах, уносящих его от матери, или от боли при проведении крайне болезненных проце­дур, мы не можем сказать точно. Несомненно од­но: беспокойство, связанное с отлучением от мате­ри, и страх перед заменяющими ее чужими людь­ми у эмоционально чувствительного и впечатли­тельного мальчика явились толчком для развития в дальнейшем страха одиночества и страха обще­ния в новой, непривычной обстановке.

Начиная с 14-го месяца жизни наблюдается уменьшение беспокойства при отсутствии матери

Возрастная апнампка страха 41

й практически прекращается боязнь посторонних, ребенок этого возраста уже "поумнел", чтобы по-своему осознать, что мать принадлежит только ему и контакты с другими людьми не обязательно являются источником опасности и способны вне­сти интерес и разнообразие в его жизнь. Одновре­менно дети этого возраста начинают как бы "ос­мысливать" происходящее вокруг, приглядывать­ся к поведению общающихся с ними людей. Это этап накопления нового опыта, развития мышле­ния как основы интеллектуально-речевой дея­тельности. Вместе с тем сохраняется повышенная чувствительность к эмоциональному состоянию близких для ребенка взрослых. При их тревоге, страхе, возбуждении, семейных конфликтах у ма­лыша возникает ответная эмоциональная реак­ция, часто в виде плача и крика. Если мать при­ветлива и доверительна в общении с другими людьми и не обнаруживает беспокойства, то ребе­нок успокаивается быстрее, а главное — сам со­бой. В противном случае настороженность в отно­шении к незнакомым людям у матери может трансформироваться в дальнейшем в подозритель­ность, робость и застенчивость у ребенка.

К концу первого года жизни эмоциональный образ матери уже не обладает такой целостностью Для ребенка, как раньше. Ввиду возросшей двига­тельной активности малыша мать вынуждена что-то запрещать ему, что противоречит ее эмоци­ональному образу, сложившемуся у ребенка, и не­посредственному выражению его чувств и жела­ний. Тем не менее большинство матерей продол-

42

Дневные стоахп



жают находить общий язык с ребенком и при воз­растании его активности и самостоятельности, и при попытках выработать у него начальные навы­ки опрятности. Многие матери интуитивно нахо­дят равновесие между поощрением активности и запретами. Они создают дополнительные возмож­ности для ползания, переползания через специ­ально положенные валики из поролона, для само­стоятельного вставания при минимуме поддержки и страховки, умело отвлекают ребенка от нежела­тельных действий, не злоупотребляют запретами, произнося их ровным, спокойным, без излишней строгости голосом. Ребенок, получивший относи­тельную свободу, а также некоторый навык боле­вых ощущений при незначительных ушибах, при­обретает и первый опыт настойчивости и реши­тельности в преодолении препятствий, помогаю­щий ему выработать уверенность в себе, а в даль­нейшем и способность встречаться с опасностью лицом к лицу. Если же его чрезмерно оберегают, лишают возможности проявить самостоятель­ность, то риск появления страхов заметно выше. Существенная роль в развитии у ребенка во­левых черт характера принадлежит отцу, если он спускается со своего взрослого Олимпа и играет с ребенком, поощряя его первые шаги. Есть отцы, которые, стремясь как можно раньше психически закалить ребенка, заменяют живой непосред­ственный контакт с ним командами, а то и просто муштрой и дрессировкой. В таком случае малыш вместе со страхами может потерять свою непосред­ственность, эмоциональность, живость и впечат-

__________Возрастная динамика страха___________43

лительность. Чаще же раннее принуждение не бо­яться оборачивается не уменьшением, а увеличени­ем страхов и тревог, поскольку ребенок все больше и больше боится быть плохим и наказанным. Одно­временно он испытывает компенсаторно-заострен­ную потребность в эмоциональной безопасности и привязанности со стороны матери и тем самым не­редко оказывается в ситуации повышенной опеки и беспокойства. Именно здесь зарождается конф­ликт между родителями, когда отец тем чаще строг и наказывает детей, чем больше мать опека­ет и беспокоится о них. Истина же, как часто бы­вает, посредине — твердость и последовательность в обращении с ребенком должны быть согреты за­ботой и любовью.

Некоторые родители очень негибки в своих требованиях, читают недоступную мораль и навя­зывают правила, которые нельзя выполнить. К то­му же вечно озабоченные и принципиальные ро­дители не улыбаются в ответ на улыбку ребенка, не смеются вместе, то есть не удовлетворяют его потребность в эмоциональном самовыражении и жизнерадостности. В результате чрезмерного ин­теллектуального прессинга и блокирования эмо­ций ослабляется чувственная сторона психическо­го развития и нарушается естественный баланс эмоционального и рационального в психике ребен­ка, причем именно тогда, когда он способен, как никогда, быть самим собой. Довольно скоро дети с односторонним интеллектуальным развитием на­чинают рассуждать по-взрослому. Но им не хвата­ет непосредственности, искренности в выражении

Дневные страхи

своих чувств, приобретающих все более и более рассудочный характер. В подростковом и юношес­ком возрасте они болезненно реагируют на замеча­ния, находят у себя мнимые недостатки и припи­сывают другим недружелюбные чувства к себе. Становясь взрослыми, они не могут отдаться чув­ству, любить так глубоко, как им хотелось бы. Так нарушение раннего эмоционального развития ска­зывается в дальнейшей жизни, способствуя, как мы увидим, появлению тревожно-мнительных черт характера.

Итак, первый год жизни — начало всех на­чал, важная веха на пути всего последующего эмо­ционального развития. Первый год жизни детей является и начальной школой родительского чув­ства, и школой бескорыстной, щедрой любви, ког­да мать и отец учатся постигать психологический код поведения ребенка, без слов понимать его чув­ства и переживания и находить с ним эмоциональ­ный контакт. Как в дальнейшем сложатся отно­шения родителей и детей, какой эмоциональный и духовный мир между ними возникнет, в немалой степени зависит от первого года жизни детей.

3.3. От 1 года до 3 лет

В этом возрасте интенсивно развиваются со­знание и речь, координируются движения, совер­шенствуются исследовательские формы поведе­ния, появляется настойчивость в преодолении трудностей. К 2 годам происходит осознание свое­го "я", понимание различий между девочками и

Возрастная апнампка страха 45

мальчиками, отношений "взрослый — ребенок — родитель". Возникающие таким образом отноше­ния являются необходимой предпосылкой для развития чувства семьи, соотносимого, в свою оче­редь, с чувством рода и, более широко, с чувством человеческой общности.

Формирование подобных психологических понятий возможно только в благоприятных семей­ных условиях, при эмоциональном контакте и взаимопонимании с обоими родителями, при от­сутствии постоянных семейных конфликтов. Тог­да семья становится для малыша надежной защи­той и позволяет в полной мере развить и реализо­вать свои способности и умения. В эмоционально спокойной и жизнерадостной семье у детей к кон­цу первого года жизни заметно уменьшаются, ес­ли они были, нерезко выраженные признаки нев­ропатии — следствие тех или иных нарушений во время беременности и родов. Ребенок меньше бес­покоится по ночам, крепче спит, не так реагирует на шум, яркий свет, перемену обстановки. Всего этого не происходит в тех семьях, где родители конфликтуют между собой, считая, что ребенок слишком мал, чтобы осознать их отношения. Бе­зусловно, дети не понимают, но эмоционально вос­принимают конфликт, испытывая острое чувство беспокойства всякий раз, когда неожиданно меня­ется поведение взрослых. Нужно помнить, что эмоциональное напряжение матери в конфликт­ной ситуации сразу передается ребенку, неблаго­приятно отражаясь на его самочувствии. Если мать годовалого ребенка очень расстроена, нахо-

аневные crpaxn

дится в подавленном настроении, не улыбается и почти не разговаривает с ним, но часто приходит в возбужденное состояние и тоскливое настроение, то не удивительно, что малыш капризничает, от­казывается от пищи, беспокойно спит днем и но­чью, становится вялым, менее жизнерадостным. Как только улучшается настроение матери, он за­метно успокаивается и начинает жить своей эмо­циональной жизнью.

До 2 лет интересы ребенка целиком сосредо­точены на близких людях, на семье, и пока нет особой потребности в общении со сверстниками. При стабильности семейных отношений эмоцио­нальное развитие ребенка находится в безопаснос­ти, уменьшая вероятность появления беспокой­ства и способствуя более адекватному формирова­нию его "я". В немалой степени это позволяет по­нять известную педантичность детей от 1 до 2 лет, выполняющую одновременно роль стабилизирую­щего фактора в процессе формирования "я" и свое­образного ритуала, предохраняющего от чувства беспокойства (тревоги), которое возникает, как мы знаем, в ситуациях неопределенности, непред­сказуемого изменения отношений с близкими людьми.

Изменение сложившихся эмоциональных от­ношений происходит при рождении второго ребен­ка. Тогда старший, привыкший к постоянной за­боте, может беспокойством и обидой ответить на переключение внимания матери. Чтобы привлечь внимание взрослых, он идет на всякие ухищре­ния. Одно "срабатывает" лучше всего — стоит за-

Возрастная динамика страха

болеть, чего-то испугаться, и мать опять принад­лежит ему, ласкает, заботится, уговаривает. При­мер. Когда мальчик испугался, оставшись один при родившейся сестре, мать сразу заволновалась, окружила повышенным вниманием, и он все чаще стал бояться оставаться один, чтобы опять не ока­заться в новой, травмирующей для него ситуации эмоционального забвения.

Уже к двум годам дети довольно чутко разли­чают симпатии родителей, плачут от обиды и вме­шиваются в разговор взрослых, не в силах перене­сти отсутствие внимания, "прилипают" к родите­лям, следуют по пятам, не позволяя долго разгова­ривать с кем-либо. Налицо ревность — желание безраздельно обладать объектом любви и привя­занности, в качестве которого первично выступает мать. Беспокойство из-за недостатка ее чувств в полной мере отражается во сне, наполняя ужаса­ми исчезновения матери и отсутствия помощи при опасности. Таким образом, ночное беспокойство выступает в качестве тонкого диктатора дневного неблагополучия ребенка, отсутствия уверенности в прочности и незыблемости семейного эмоцио­нального окружения.

Когда нервно и соматически ослабленного ре­бенка отдают в ясли, часто нарушается его эмоци­ональный контакт с матерью. Более выражено беспокойство при помещении в ясли у единствен­ных и чрезмерно опекаемых детей, матери кото­рых сами раньше испытывали страх одиночества.

Беспокойство ребенка еще больше усиливает­ся, если в семье конфликтные отношения, и сама

48

Пневные страхи



мать находится в состоянии длительного эмоцио­нального стресса, как и произошло с мальчиком 2 лет и 10 месяцев, помещенным в ясли. Он ску­чал без матери, молча сидел в углу, отказывался от пищи и не мог заснуть. Дома, наоборот, стано­вился возбудимым, капризным, нетерпеливым, чересчур обидчивым и боязливым, то есть требо­вал к себе повышенного внимания. В 2 года стал бояться темноты и сказочных персонажей, не от­пускал мать от себя, плакал и требовал ее постоян­ного присутствия. В итоге непереносимого эмоци­онального перенапряжения ухудшилась речь и по­явилось заикание.

Осознавая свое "я", отделяя себя от окружаю­щих, ребенок 2 лет уже не так односторонне фик­сирован на матери. Он все больше нуждается в об­щении с другими членами семьи. Вот почему дети этого возраста становятся заметно общительнее и легче вступают в контакт с незнакомыми людьми, однако в семье договориться становится все труд­нее. Недаром возраст 2-4 лет называют возрастом упрямства. Фактически же речь идет о развитии волевых качеств, противостоящих неуверенности в себе и нерешительности в действиях и поступ­ках. Те родители, которые беспощадно воюют с ре­бенком, все время ограничивают его самостоятель­ность или оберегают от любых, даже "неопасных опасностей", рискуют помешать развитию актив­ности на самых ранних этапах, что в дальнейшем способствует появлению страхов. Если пропустить время для стыковки эмоциональной и волевой сто­рон развивающейся психики ребенка, то они бу-

Возрастная динамика страха

дут существовать независимо друг от друга. Пове­дение такого ребенка: тих, "забит" дома и агресси­вен со сверстниками или дома "тиран", а вне пуга­ется любых контактов с посторонними людьми, а потому играет всегда один.

Естественно, что предоставлять самостоя­тельность надо как можно раньше, когда малыш только начинает ползать. Убрав все опасные пред­меты, родители должны разрешать ему свободно передвигаться по квартире. Самостоятельность всячески поощряется, "нет" произносится только в самых необходимых случаях, но зато соблюдает­ся неукоснительно. И у самих родителей нет испу­ганного выражения лица, тревожных возгласов, панических криков, драматических реакций и беспрерывных запретов. Они спокойны, потому что знают: все мелкие предметы, которые ребенок может проглотить, уже убраны (потребность все "пробовать на язык" естественна в этом возрасте). Жизнерадостное восприятие жизни родителями, теплое эмоциональное общение с детьми, уваже­ние растущей потребности в независимости и сво­евременная похвала укрепляют волевую сферу де­тей, что, в свою очередь, уменьшает вероятность появления страхов.

В рассматриваемом возрасте тем не менее со­зревают новые страхи. Главным персонажем страшных сновидений чаще всего оказывается Волк. Его зловещий образ часто появляется после слушания сказок, в том числе о Красной Шапочке. Волк снится чаще детям, боящимся наказания со стороны отца. Кроме того, Волк ассоциируется

5O

Дневные страхи



с физической болью, которая возникает при вооб­ражаемом укусе острыми зубами. Последнее весь­ма существенно, если учесть характерный для де­тей данного возраста страх перед уколами и болью.

Ближе к 4 годам в кошмарных снах начинает фигурировать и Баба Яга, отражающая проблемы ребенка во взаимоотношениях со строгой мате­рью, которая недостаточно ласкова, часто грозит наказаниями. Уносящая к себе "плохих" детей и расправляющаяся с ними Баба Яга, приходит из мира, где царят насилие, несправедливость и бес­сердечие. Вот почему двухлетние и трехлетние де­ти всерьез просят иногда родителей убить Бабу Ягу и Волка, чтобы защитить от ночных кошма­ров. Обычно роль защитника поручается отцу, ес­ли он достаточно сильный в представлении ребен­ка. Подобные просьбы нельзя считать пустым кап­ризом и игнорировать, так как Волк и Баба Яга, живущие в подсознании ребенка, всегда свиде­тельствуют о каких-то тревожащих обстоятель­ствах его жизни, связанных, как правило, с отно­шениями со взрослыми в семье.

Перенесенный и не осознаваемый ребенком днем ужас или страдание цревращают ночь в борь­бу с воображаемыми чудовищами, порождаемыми фактически родителями. Если ребенок просыпает­ся ночью от страха и его удается успокоить, убаю­кать, то травмирующее влияние кошмарных сно­видений выражено меньше. Заметим, что уже со второго полугодия жизни некоторые эмоциональ­но чувствительные и беспокойные дети нуждают­ся в том, чтобы их иногда перед сном укачивали,

Возрастная лпнампка страха

51

убаюкивали, нежно пели песни, ласково гладили и обнимали. В этом и состоит умение матери со­здавать малышу эмоциональный комфорт и безо­пасность, когда он нуждается в этом больше, чем когда-либо.



Если нельзя проснуться во время кошмарно­го сна и позвать на помощь, то острое чувство бес­помощности, ужас перед неотвратимо надвигаю­щейся опасностью наносит психическую травму у повышенно эмоциональных, впечатлительных, а также нервно и физически ослабленных детей. Ес­ли они не могут закричать, парализованные стра­хом, то возникший спазм голосовых связок может проявиться и днем — голос при сильном беспокой­стве и в новой обстановке прерывается от волне­ния, трудно начать говорить. Дополнительным ис­точником такого заикания может быть любое вне­запное воздействие, ассоциируемое с типичными для этого возраста страхами перед неожиданными звуками, будь то сигнал машины или лай собаки.

Волк и Баба Яга символизируют угрозу для жизни, физическое уничтожение, прекращение жизни. Вместе с сильной, внезапно возникающей болью при физических травмах, заболеваниях об­разы Волка и Бабы Яги предваряют появление психологически мотивированного страха смерти у детей в 6 и 7 лет. Оба этих образа аккумулируют страх перед чем-то совершенно чуждым, отврати­тельным, агрессивно-бездушным и безжизненным в противоположность близости, нежности, ласко­вости и сердечности.

52

Дневные страхи



Чтобы ночью ребенок спал спокойно, без страшных сновидений, он должен знать, что ему ничто не угрожает, что его любят и всегда защи­тят. День его должен быть наполнен движениями, играми, радостью, смехом, новыми, но не чрез­мерными впечатлениями. В таком случае и сон бу­дет легкий, светлый. Не надо укладывать малыша слишком рано или слишком поздно. Иначе он пе­ревозбудится и у него нарушится естественный биоритм сна. Время засыпания должно быть все­гда одно и то же, но продолжительность самого сна меняется с возрастом в сторону укорочения.

Представляет интерес и проведенный нами оп­рос 200 матерей детей 1—3 лет по списку из 29 видов страха. Наиболее частым у детей 2-го года жизни является страх неожиданных звуков (52 % мальчи­ков и 52 % девочек). На втором месте находится страх одиночества (44 % мальчиков и 34 % дево­чек), затем идут страхи боли, уколов и связанная с этим боязнь медицинских работников. В 2 года страхи боли и уколов выдвигаются на первый план (каждый второй мальчик или девочка), затем следу­ют страхи одиночества (у девочек 48 %, у мальчи­ков 36 %). По сравнению с 1-ым годом уменьшается страх неожиданных звуков (каждый третий маль­чик и девочка). Это указывает на уменьшение безус­ловно-рефлекторных, инстинктивно обусловленных страхов, и нарастание страхов, имеющих главным образом условно-рефлекторную природу происхож­дения (боль, уколы, медработники). К 2 годам суще­ственно увеличиваются, особенно у мальчиков,

Возрастная апнампка страха

53

страхи перед засыпанием, что связано с более час­тыми у них кошмарными сновидениями.



Полученные данные показывают повышен­ную чувствительность дехей преддошкольного возраста к внезапным и болевым воздействиям, одиночеству и отсутствию поддержки взрослых. Соответственно все, что связано с семейными кон­фликтами, медицинскими манипуляциями, на­хождением в больнице или помещением в ясли, может быть существенным источником эмоцио­нального стресса, беспокойства и страхов.

Проблемы страхов у детей не существует у тех родителей, которые уверенно и в то же время гибко ведут себя по отношению к детям, учитывают осо­бенности их темперамента, зарождающиеся склон­ности и интересы, считаются с их "я". Страхов в первые годы всегда меньше и они быстрее сходят на нет, если мать рядом с ребенком, в семье доми­нирует отец, родители не ведут "войну" с упрям­ством, развивают, а не подавляют или заглушают тревогой формирующееся "я" ребенка, сами роди­тели уверены в себе и способны помочь детям в пре­одолении воображаемых и реальных опасностей.

3.4. От 3 до 5 лет

Это возраст эмоционального наполнения "я" ребенка. Чувства уже обозначаются словами, четко выражено стремление к пониманию, доверию, бли­зости с другими людьми. Формируется и чувство общности — понятие "мы", под которым ребенок подразумевает вначале себя и родителей, а затем

54

Дневные страхи



себя и сверстников. Устанавливается ряд этичес­ких категорий, в том числе чувство вины и сопере­живания. Возрастает самостоятельность — ребенок занимает себя сам, не требует постоянного присут­ствия взрослых и стремится к общению со сверст­никами. Развиваются фантазии, а вместе с ними и вероятность появления воображаемых страхов.

В эти годы наиболее интенсивно формируют­ся такие эмоции, как любовь, нежность, жалость, сочувствие и сострадание. Почти в равной степени эти чувства проявляются в отношении обоих роди­телей, если между ними нет конфликта и они яв­ляются для детей объектом любви. В этом возрасте можно услышать от детей фразы: "Любить меня можно, а не любить нельзя", "Если ты меня нака­жешь, я все равно буду тебя любить". Любовь, та­ким образом, имеет еще безусловный характер, и родители должны основательно подумать, прежде чем употреблять такие фразы, как: "Я не люблю тебя", "Я не буду с тобой дружить", поскольку они крайне болезненно воспринимаются детьми 3-5 лет и приводят к возникновению у них беспо­койства (не всегда внешне проявляемого). В ряде случаев на него указывают нарастающая затормо­женность, неустойчивость настроения, повышен­ная обидчивость и капризность.


Каталог: Files -> downloads
downloads -> Погребняк Надія Сергіївна м. Енергодар вересень 2013р. Запропонована програма
downloads -> Учебное пособие Издательство Института Психотерапии Москва 2002 Филиппова Г. Г
downloads -> Сборник материалов VI международной научно-практической конференции «михоило-архангельские чтения»
downloads -> Т. Г. Шевченко рыбницкий филиал пгу им. Т. Г. Шевченко V международная научно-практическая конференция «Михаило-Архангельские чтения» Сборник
downloads -> Исследование показателей морально-психологического климата в трудовом коллективе Москва 2014
downloads -> Мэтры мировой психологии э. Г. Эйдемиллер И. В. Добряков И. М. Никольская
downloads -> М. И. Лисина считает, что образ себя и прежде всего аффективный компонент возникает в младенческом возрасте. М. И. Лисина выделяет, с одной стороны, частные, конкретные знания, представления субъекта о своих возмож
downloads -> Ю. В. Кравченко, завідувач навчально-методичного кабінету історії та основ правознавства Н. С. Черткова


Поделитесь с Вашими друзьями:
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   20




База данных защищена авторским правом ©dogmon.org 2022
обратиться к администрации

    Главная страница