Ббк 88. 2 С34 Сидоренко Е. В



страница2/23
Дата12.05.2016
Размер4.85 Mb.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   23
РАЗДЕЛ I

ИДЕИ


ИНДИВИДУАЛЬНОЙ

ПСИХОЛОГИИ

I

С какими понятиями у большинства из нас ассоциируется учение Адлера? Конечно, с «комплексом неполноценности», «мужским протестом» и «комплексом Наполеона». Все это — потуги маленького, слабого человека, который стремится стать могущественным и воцариться над миром.



Вряд ли Адлер согласился бы с таким кратким изложением своего учения. Равно как и его последователи, многие из которых считают, что учение Адлера намеренно искажалось самыми разными «авторитетами» или по крайней мере сознательно отодвигалось ими в тень (Manaster G. J., Corsini R. J., 1982, p. 36; CrandaSlJ. E., 1981).

Когда читаешь труды Адлера, невольно улавливаешь сходство его идей с концепциями самоактуализации, самореализации, сценариев жизни, индивидуального стиля деятельности, Эго-состояния Фрустрированного дитя, всю жизнь живущего в нас, и т. д. В тех случаях, когда авторы более поздних концепций специально не ссылаются на Адлера, трудно определить, имеем ли мы дело с независимыми открытиями, или эти теоретики находили для себя более удобным не упоминать источник их идей (Crandall J. E., 1981; Ellenberger H., 1962, 1970).

. Так или иначе, у Адлера было больше заимствователей, приникавших к богатому источнику его прозрений, чем последователей, готовых идти по его пути (Ehrenwald J., 1976).

Мы в долгу перед Адлером. Будем отдавать долги.

В последней своей книге Social Interest: A Challenge to Makind (1938) Адлер сам называет три главные идеи Индивидуальной психологии.

1. Каждый из нас ощущает собственную недостаточность, и это универсально.

Раздел I. Идеи Индивидуальной психологии

2. Каждый из нас будет бороться, чтобы преодолеть свою недостаточность, и это типично.

3. Слаженность индивидуальной и общественной жизни зависит от степени развития социальных чувств, и это хорошо.

Рассмотрим эти идеи последовательно.

Раздел I. Идеи Индивидуальной психологии

ГЛАВА I


ОЩУЩЕНИЕ НЕДОСТАТОЧНОСТИ И БОРЬБА ЗА ЕЕ ПРЕОДОАЕНИЕ

Адлер считал себя первым человеком, который описал трудности, встающие на пути развития ребенка с несовершенными органами или с ненормальными железами внутренней секреции (Adler A., 1932, р. 16). В статье 1907 года «Исследование недоразвития органов и их психической компенсации» он утверждал: физиологическая недостаточность может быть компенсирована развитием других органов или функций. Позже он обнаружил, что выявленный им феномен обладает гораздо большей объяснительной силой: он позволяет проникнуть в закон не только физиологического, но и личностного развития. Эволюция взглядов Адлера прошла несколько этапов.

1. ФИЗИОЛОГИЧЕСКАЯ НЕДОСТАТОЧНОСТЬ

МОЖЕТ быТЬ КОМПЕНСИрОВАНА

Разные органы и функции человеческого организма развиваются неравномерно. В какой-то момент некоторые органы оказываются сильнее других, а некоторые — слабее. Человек либо начинает беречь самый слабый орган, усиливая другие органы и функции, либо упорно пытается развивать его. Иногда эти усилия настолько серьезны и продолжительны, что компенсирующие органы или сам слабейший орган становятся гораздо более сильными, чем в норме. Например, ребенок со слабым зрением может натренировать себя в искусстве рассматривания; ребенок, прикованный к постели из-за болезни легких, — развить разные способы дыхания (Adler A., 1932). В своей медицинской практике с артистами цирка Адлер обратил внимание на то, что «дьяволы отваги» в цирке, как правило, были коротышками и имели многочисленные физические недостатки. Ограничения в каких-то одних группах мышц они преодолевали мощным развитием других групп мышц и тренировкой общей физической ловкости (Manaster G. J., Corsini R. J., 1982).

«Мы часто можем видеть детей, которые преодолели эти трудности и в процессе их преодоления развили необыкновенно полезные возможности. В этом отношении Индивидуальная психология — не слишком хорошая реклама для евгеники и ее селективных схем. Многие из наиболее выдающихся людей, внесших огромный вклад в культуру, начинали с несовершенных органов; зачастую у них было плохое здоровье и они рано умирали. И именно от тех людей, которые жестоко боролись с трудностями, причиняемыми их собственным телом, как если бы это были внешние обстоятельства, — именно от этих людей мы получили больше всего пользы и возможностей для продвижения вперед. Борьба усилила их, и они пошли дальше» (Adler A., 1932, р. 15).

Существуют выдающиеся примеры компенсации недостаточности органов: это Франк и Сметана, у которых были конституционные нарушения слуха; великий оратор Демосфен; великий Эдуард Мане, у которого было дефективное зрение (Dreikurs R., 1953). Ф. Виттельс продолжает этот список именами Стилихона и Тор-стенсона — двух парализованных полководцев, которые поражали современников молниеносностью продвижения своих войск (Виттельс Ф., 1991, с. 120).

2. ДЕЛО НЕ в ФИЗИЧЕСКОЙ НЕДОСТАТОЧНОСТИ,

А В ОЩУЩЕНИИ НЕДОСТАТОЧНОСТИ

Представление о недостаточности переходит из биологической плоскости в психологическую.

Неважно, есть ли в действительности какая-либо физическая недостаточность. Важно, что сам человек чувствует по этому поводу, есть ли у него ощущение, что ему чего-то недостает. А такое ощущение у него, скорее всего, будет. Правда, это будет ощущение недостаточности не в чем-то конкретно, а во всем. «На протяжении всего периода развития ребенок испытывает чувство, что он уступает в чем-то как своим родителям, так и всему миру в целом. Вследствие незрелости его органов, его неопределенности и несамостоятельности, вследствие его потребности опираться на более сильные натуры и из-за часто возникающего болезненного ощущения подчиненности другим людям в ребенке развивается чувство несостоятельности, которое затем выдает себя на протяжении всей жизни» (Adler A., 1924, р. 13).

Генерализованное ощущение своей слабости, малости, превзой-денности — первично. Оно предопределяется тем, что все мы рождаемся маленькими и беспомощными и потом еще долго учимся

«Комплекс неполноценности» и анализ ранних воспоминаний

использовать свои силы. То, что мы выбираем какой-либо орган или функцию для конкретизации ощущения недостаточности, — вторичный процесс. Почувствовав, что мы уступаем по уровню своего развития окружающим людям, мы становимся очень чувствительными к любой органической недостаточности. Например, обнаруживается, что ребенок нуждается в очках. «Так вот в чем дело! Это и есть объяснение отставания. Если бы только у меня было хорошее зрение!» Знание о проблемах со зрением пришло позже ощущения несовершенства, но стало объяснением и оправданием его (Manaster G. J., Corsini R. J., 1982, p. 37).

Поскольку все мы несовершенны, генерализованное ощущение недостаточности, скорее всего, найдет себе конкретное объяснение, нашу ахиллесову пяту, нашу индивидуальную слабость. Но дело не в этом. Открытие Адлера состоит в том, что общее ощущение собственной малости, недостаточности, несовершенства — нормальное человеческое чувство. «Быть человеком — значит ощущать свою недостаточность» (Adler A., 1932, р. 82).

5. Ощущение НЕДОСТАТОЧНОСТИ НЕВЫНОСИМО,

И ЧЕЛОВЕК НАЧИНАЕТ бОрОТЬСЯ, ЧТОбы ПРЕОДОЛЕТЬ ЕГО

Пусть объективно ощущение недостаточности нормально и универсально. Субъективно оно невыносимо. «Ни одно человеческое существо не может долго выносить чувства несостоятельности: оно ввергает его в такое напряжение, что требуется хоть какое-нибудь действие» (Adler A., 1932, р. 51). Чувство несостоятельности толкает нас к тому, чтобы пытаться преодолеть свою недостаточность, развить свои возможности и добиться в чем-нибудь совершенства.

Это — движущая сила развития. Ощущение собственной несостоятельности порождает борьбу.

Далее уже начинается эволюция взглядов Адлера на конкретное содержание этой борьбы. В разное время он по-разному трактовал ее.

Поначалу им был использован термин «потребность завершения», отражающий стремление людей к целостности и завершенности. Это было то же значение термина, которое использовала и Б. В. Зейгарник.

Более широко известны другие термины: Streben nach Macht {нем.) — «стремление к силе»; mastery (англ.) понятие, которое можно перевести и как «мастерство, совершенное владение», и как «господство, власть». Именно эти термины дали почву для

Раздел I. Идеи Индивидуальной психологии

искаженных толкований, поскольку их можно трактовать как господство над другими людьми (Manaster G. J., Corsini R. J., 1982). Между тем, как горячо повторяют последователи Адлера, он имел в виду овладение обстоятельствами и задачами, собственными возможностями (Manaster G. J., Corsini R. J., 1982, p. 41; Dreikurs Ferguson E., 1989, p. 361; Ansbacher H. L, 1992, p. 11).

Обсуждая процесс развития ребенка и его стремление преодолеть свою слабость, Адлер использовал также термин «мужской протест». В ощущении слабости есть нечто женственное, в борьбе против слабости — мужественное. Независимо от пола, ребенок будет выражать свою слабость по-женски, а протест — по-мужски. «И нормальное стремление ребенка приютиться возле кого-то, и преувеличенная покорность невротически предрасположенного индивидуума, и ощущение слабости, и чувство несостоятельности, усиливаемое повышенной чувствительностью, и понимание своей никчемности, и ощущение, что тебя постоянно отталкивают куда-то в сторону и что преимущества не на твоей стороне, — все это, вместе взятое, ощущается как нечто женское. В противоположность этому активная борьба, стремление к самоутверждению, пробуждение инстинктов и страстей — все это с вызовом выплескивается и мальчиком, и девочкой как некий мужской протест. Так на основании ложных суждений, которые, однако, усиленно поддерживаются нашей социальной жизнью, у ребенка развивается некий психический гермафродитизм» (Adler A., 1924, р. 22).

«Не так уж редко родители детей говорили мне, что до десяти лет они сами не были вполне уверены, к какому полу они относятся. Девочки иногда и в четырнадцать лет не знают точно своего пола и даже воображают, что каким-нибудь тем или иным способом они все еще могут бътгь превращены в мужчин. Такая неопределенность в понимании своей половой роли — один из типичных источников развития невроза или психоза» (Adler A., 1924, р. 324). «Надо привести ребенка к пониманию равноценности обоих полов» (Adler A., 1930, р. 222). «Идеализация мужественности налагает на мальчика или подрастающего мужчину обязанность если не быть, то казаться выше по отношению к женщине. Это ведет к тому, что он перестает верить самому себе, начинает преувеличивать свои требования и ожидания от жизни и чувствовать себя более незащищенным. С другой стороны, маленькая девочка чувствует, что она ценится меньше, чем мальчик. Это толкает ее либо к преувеличенным попыткам преодолеть это несоответствие путем борьбы по всем направлениям реальной или кажущейся недооцен-'ки, либо, напротив, к признанию того, что она, как и предполагалось, в чем-то уступает... Женщины склонны недооценивать себя под давлением традиций и предрассудков, настолько прочно уко-

«Комплекс неполноценности» и анализ ранних воспоминаний

ренившихся в обоих полах, что потребуется по крайней мере два поколения, прежде чем мы сможем совершенно определенно от них освободиться» (Adler A., 1924, р. 334-335).

Понятие «мужской протест» давало повод для самых разнообразных интерпретаций: «Женщины хотят быть мужчинами — пожалуйста» (Виттельс Ф. 1991, с. 121). «По Адлеру, ребенок хочет быть мужчиной, но и женщина хочет быть мужчиной, ибо из всех троих мужчина самый сильный... Адлер дал этому название: "мужской протест", по-моему, довольно неудачно. Неудачно потому, что этот протест не имеет ничего общего с мужским полом и точно так же действителен у женщин и у детей, как и у мужчин» (Виттельс Ф., 1991, с. 121).

Ясно, что этот термин был неподходящим в силу своей многозначности. Адлер обращается к новым терминам: «стремление к превосходству*- и «стремление к совершенствованию». Превосходство — тоже двойственный термин, поскольку превосходство мы чувствуем всегда над кем-то или над чем-то; значит, его можно трактовать не только как превосходство над задачами жизни и прежними уровнями собственных достижений, но и как превосходство над другими людьми. Термин «совершенствование» подходит больше: «Сравнивая себя с недостижимым идеалом совершенства, человек постоянно преисполняется чувством, что он ниже его, и мотивируется этим чувством» (Adler А., 1956, р. 117). С другой стороны, Адлер предостерегал своих учеников против перфекционизма, и не случайно «смелость совершать ошибки» рассматривается как одна из составляющих социального интереса (Kaplan H. В., 1991).

В своих последних работах Адлер использует термины «стремление к превосходству» и «стремление к совершенствованию» как взаимозаменяемые. «Совершенствоваться — значит в чем-то превзойти самого себя» (Manaster G. J., Corsini R. ]., 1982, p. 75).

По мнению Дж. Крендалла, стремление к превосходству — это борьба за самоосуществление, самостановление и совершенствование. Впоследствии это универсальное стремление, открытое Адлером, нашло свое отражение в концепциях самореализации К. Хор-ни (1950), самоактуализации К. Гольдштейна (1939) и А. Маслоу (1954), актуализирующейся тенденции К. Роджерса (1959), мотивации эффективности Р. Байта (1959). Последний называл Адлера «дедушкой», подчеркивая сходство между стремлением к превосходству и мотивацией эффективности — внутренне подкрепляемым стремлением все дальше продвигаться в овладении новыми знаниями и навыками (Crandall J. E., 1981).

Названные концепции проникнуты идеей становления. «Мы называем это потребностью роста» (Manaster G. Т., Corsini R. Т., 1982, р. 41).

Раздел I. Идеи Индивидуальной психологии

Все это звучит очень жизнеутверждающе. К сожалению, на пути развития ребенка могут встать труднопреодолимые препятствия. «Существуют такие ситуации детства, из которых ребенком часто выводится весьма ошибочное представление о жизни» (Adler A., 1932, р. 16). Адлер выделял три такие ситуации.

Неблагоприятные ситуации детства

1. Несовершенство органов

«Во-первых, мы должны остановиться на детях с несовершенными органами, страдающих от болезней и недомоганий в раннем детстве. Эти дети перегружены, и им будет трудно почувствовать, что значение жизни — внесение своего вклада в нее» (Adler A., 1932, р. 14).

Мы вновь возвращаемся к несовершенству органов. У детей с объективными органическими недостатками генерализованное ощущение несостоятельности, по-видимому, будет все-таки более выраженным, чем у детей, не страдающих такими ограничениями.

К органическим недостаткам могут относиться:

- слабость, болезненность;

- неуклюжесть, косолапость и любые другие признаки моторного недоразвития;

— инфантильные дефекты вроде косоглазия, глазных тиков и др.;

- уродства и признаки внешней дегенерации;

— леворукость;

- недостатки конституции: малый или слишком большой рост, кривые или иксообразные ноги;

- недостатки органов чувств: близорукость, тугоухость и др.;

— заикание и другие речевые дефекты;

- рвота, ночное недержание мочи, ненормальности стула и т. д. К этой области могут быть отнесены любые признаки, за которые ребенка часто подвергали оскорблениям, унижениям, насмешкам или наказаниям (Adler A., 1924, р. 19; 1931, р. 14). «Если рядом с ними не окажется человека, который отвлечет их внимание от них самих и заинтересует их другими людьми, они, скорее всего, будут заниматься в основном своими собственными ощущениями. Позже, сравнивая себя с окружающими, они совсем потеряют уверенность, и может случиться даже в нашей нынешней цивилизации, что ощущение отставания у них будет еще и усилено жалостью, насмешками или избеганием товарищей. Все это — такие обстоятельства, в которых они могут повернуться в себя, потерять надежду внести какую-то полезную долю в общую жизнь и начать считать себя лично оскорбленными этим миром» (Adler A., 1932, р. 14-15).

~~

™I________ «Комплекс неполноценности» и анализ ранних воспоминаний



Вместе с тем Индивидуальная психология отказывается от теории детерминизма: «С самого начала я искал способы преодоления этих трудностей, а вовсе не оснований для перекладывания ответственности за неудачи на наследственность или физическое состояние. Никакое несовершенство органов не влечет за собой ошибочного стиля жизни. Мы никогда не найдем двух детей, чьи железы одинаково повлияли на них. Мы не можем судить по телу, будет ли развитие души хорошим или плохим. До сих пор, однако, большая часть детей, которые начинали развитие с несовершенных органов и несовершенных желез, воспитывались не в правильном направлении: никто не смог понять их трудностей, и они стали интересоваться главным образом самими собой. Именно по этой причине мы находим такое большое количество неудачников среди детей, чьи ранние годы были обременены несовершенными органами...» (Adler A., 1931, р. 15-16).

Учитывая, что в Санкт-Петербурге абсолютно здоровым в 1992 году был признан только каждый двадцатый ребенок, а из детей, посещающих детский сад, — только семь детей из тысячи, можно предположить, насколько распространена у нас эта неблагоприятная ситуация детства. С другой стороны, получается, что быть нездоровым ребенком стало почти нормой («нормальное ленинградское здоровье»). Наконец, весьма вероятно, что дети просто выбирают «уход в болезнь», но об этом ниже.

2. Избалованные дети

«Второй тип ситуации, который часто дает повод для развития ошибочного представления о жизни, — это ситуация избалованного ребенка. Избалованный ребенок приучен ожидать, что его желания будут считаться законом. Ему предоставляли особое положение, когда он еще ничего не делал, чтобы заслужить его, и обычно такой ребенок начинает считать свое особое положение своим врожденным правом. Впоследствии, когда он попадает в обстоятельства, где он уже не является центром внимания и где другие люди не ставят своей главной целью учитывать его чувства, он страшно теряется: он чувствует, что мир пренебрег им! Его приучили ждать чего-то от других, а не давать. Он никогда не учился как-то иначе разрешать проблемы. Ему так услуживали, что он потерял независимость и даже не знает, что сам может что-то сделать. Он интересовался исключительно самим собой и так и не узнал, насколько полезно и необходимо сотрудничество. Когда возникают трудности, у него есть только один способ встретить их — требовать чего-нибудь от других людей. Ему кажется, что ситуацию можно исправить, только если он восстановит свое особое пололсение и сможет

раздел I Идеи Индивидуальной психологии

заставить других людей признавать, что он — человек особенный и должен получать все, что хочет.

Такие избалованные дети, вырастая, становятся, вероятно, самым опасным классом нашего общества. Некоторые из них торжественно заявляют о своей доброй воле: они даже могут стать очень "любящими", чтобы сохранить возможности для тиранства. Но они отказываются сотрудничать так, как обычные люди сотрудничают в своих обычных человеческих делах. Есть и другие, которые восстают более открыто: когда они перестают чувствовать приятную теплоту и подчинение, к которым привыкли, им кажется, что их предали. Они начинают думать, что общество враждебно по отношению к ним, и пытаются отомстить за себя всем вокруг. И если общество проявит враждебность к их образу жизни (что оно, несомненно, и сделает), они воспримут эту враждебность как новое доказательство того, что именно с ними плохо обращаются. Вот почему наказания всегда неэффективны: все, что они могут сделать, — это укрепить мнение, что «другие против меня». Но выбирает ли испорченный ребенок забастовку или открытое восстание, пытается ли он доминировать через слабость или мстить через насилие, — фактически он совершает одну и ту же ошибку. И действительно, иногда мы встречаем людей, которые в разное время пробуют разные методы. Но их цель остается неизменной. Им кажется: "Жить означает быть первым, быть признанным в качестве самого главного, получать все, чего я хочу", — и до тех пор, пока они таким образом будут понимать значение жизни, любой принятый ими метод будет ошибочным» (Adler A., 1932, р. 16-17).

3. Пренебрегаемые дети

«Третья ситуация, в которой легко может быть допущена ошибка, — это ситуация пренебрегаемого ребенка. Такой ребенок никогда не знал, чем могут быть любовь и сотрудничество: в его понимание жизни не входят эти дружественные силы. Можно ожидать, что когда он столкнется с проблемами жизни, то будет переоценивать их трудность и недооценивать свою собственную способность разрешить их с помощью других и при их добром отношении. Он столкнулся с тем, что общество холодно к нему, и теперь будет ожидать, что оно всегда будет холодно. И в особенности он не будет понимать того, что может завоевать любовь и уважение полезными для других поступками. Он будет подозрительным к Другим и не способным доверять самому себе. И действительно, нет такого переживания, которое бы могло заменить бескорыстную любовь. Первая задача матери — дать своему ребенку ощущение, что можно довериться другому человеку; позже она должна расширить

«Комплекс неполноценности» и анализ ранних воспоминаний

и усилить это чувство доверия, чтобы оно стало включать все остальное окружение ребенка. Если она не справилась с этой первой задачей — завоевать интерес, любовь и сотрудничество ребенка, — ему будет очень трудно развить социальный интерес и товарищеское чувство по отношению к окружающим. У каждого есть способность интересоваться другими; но эта способность должна упражняться и тренироваться, иначе ее развитие будет подавлено.

Если бы существовал чистый тип пренебрегаемого, ненавидимого или нежеланного ребенка, мы, вероятно, обнаружили бы, что он совершенно глух к существованию сотрудничества; что он изолирован, не способен общаться с другими людьми и совершенно несведущ в том, что могло бы помочь ему жить в сообществе людей. Но, как мы уже видели, в таких обстоятельствах человек погиб бы. Тот факт, что ребенок пережил период младенчества, — доказательство того, что ему все же предоставляли какую-то заботу и внимание. Таким образом, мы никогда не имеем дела с чистым типом пренебрегаемых детей; мы имеем дело с теми, кто получал меньше обычно получаемой детьми заботы или в чем-то был пренебрегаем, а в чем-то нет. Короче, надо сказать просто, что пренеб-регаемый ребенок никогда не встречал другого человека, которому он мог бы полностью довериться. Очень печальный комментарий к нашей цивилизации — то, что многие не справившиеся с жизнью люди были сиротами или незаконнорожденными и что в целом мы должны относить их к группе пренебрегаемых детей» (Adler A., 1932, р. 18).

Итак, три неблагополучные ситуации детства могут привести к формированию ошибочного стиля жизни. Дети с органическими несовершенствами могут потерять уверенность в своих силах и уйти в себя; избалованные дети вместо того, чтобы решать задачи жизни, будут искать окольных путей тирании — либо демонстрируя свою слабость, либо проявляя жестокость, либо и то и другое. Пренебрегаемые дети будут недооценивать свои силы и преувеличивать трудность жизненных задач.

Все они так или иначе не подготовлены к задачам жизни и не верят в свою способность решить их. А это подходящая почва для того, чтобы чувство недостаточности превратилось в комплекс.

Выше мы уже говорили о том, что более точный перевод словосочетания Minderwertigkeitsgefahl — чувство недостаточности. Каким же образом чувство недостаточности превращается в комплекс недостаточности? Для этого нужны три условия:

1) перед человеком встает проблема;

2) он не подготовлен и не оснащен для решения этой проблемы;

Раздеи I- Идеи Индивидуальной психологии

31

3) он убежден в том, что не сможет решить ее (Adler A., 1932,



р. 53).

«Из этого определения мы видим, что гнев точно так же может быть выражением комплекса недостаточности, как слезы или оправдания». «И вовсе не следует, что человек с сильным чувством недостаточности окажется покорным, тихим, стеснительным и безобидным человеком. Чувства недостаточности могут выражать себя тысячей способов. Попробую проиллюстрировать это анекдотом о трех ребятишках, которые впервые пришли в зоопарк. Когда они подошли к клетке со львом, один из них спрятался за материнскую юбку и сказал: "Хочу домой". Второй ребенок побледнел и задрожал, но остался стоять, где стоял, и сказал: "А я ни капельки не боюсь". Третий, свирепо уставившись на льва, спросил у матери: "Может, мне плюнуть в него?" Все три ребенка в действительности ощущали свою слабость, но каждый выражал свои чувства по-своему, в соответствии со своим жизненным стилем» (Adler A., 1932, р. 50).

Ощущение собственной недостаточности оказывается весьма устойчивой личностной характеристикой (Dixon P. H., Stra-no D. А., 1989).

Содержание личностной черты зачастую лучше всего проявляется при попытках ее измерения. К сожалению, существует мало эмпирических исследований ощущения недостаточности. Попытки измерить этот конструкт не всегда адекватны его содержанию.

В 1927 году Хайдбредер пыталась измерить «нормальный комплекс недостаточности». Она создала рейтинговую шкалу из 137 черт, характеризующих комплекс недостаточности. Испытуемые должны были отмечать уровень, отражающий степень обладания той или иной чертой. Она искала точку перелома, которая отделяла бы переход «отсутствия» комплекса в его «присутствие». Однако она не использовала сравнений — субъективных сравнений человеком самого себя со значимыми другими.

Мера ощущения недостаточности должна основываться на субъективном сопоставлении себя с другими людьми, аналогичном тем сопоставлениям, которые проводил человек в детстве в своей родительской семье (Adler А., 1932; Dreikurs R., 1967; Mosak H. H., 1977). Кроме того, это должно быть субъективное сравнение по трем типам переменных: а) физические характеристики; б) социальные характеристики; в) личностные цели и нормы (Dreikurs R., 1967; Dixon N,, Strano D. A., 1989).

Между тем недостаточность чаще всего измеряли с помощью шкал исследования самоконцепции и самоуважения (Dixon N., Strano D. A., 1989). Как правило, это были «абсолютные» замеры, без-субъективного соотнесения себя с другими людьми, к тому же весьма подверженные фактору социальной желательности.

«Комплекс неполноценности» и анализ ранних воспоминаний

X. Мозак предположил исследовать чувство недостаточности с помощью трех типов сопоставлений:

1) сравнение представления о себе с идеальным образом «Я», включающим в себя и физические характеристики;

2) сравнение представления о себе с представлением об окружающих;

3) оценка расхождения между представлением о себе и индивидуальным моральным кодексом — «вина» (Mosak H. Н., 1977).

Подобного рода методику предлагают Дж. Менестер и Р. Кор-зини (1982). Приведем ее полностью.

«Посмотрите, пожалуйста, на рис. 1, который мы используем для объяснения комплекса недостаточности. Каждая из 5 линий — это непрерывная шкала. Если хотите, обозначьте на этих шкалах свои оценки. Это будет ваша оценка самого себя в сравнении с другими людьми — такими же, как вы. Например, двадцатисемилетняя белая замужняя женщина со средними средствами будет оценивать себя в сопоставлении с другими женщинами той же расы, возраста и обстоятельств, как она их воспринимает.

Это — процентная шкала. 50% — среднее значение. Так что если бы эта женщина оценивалась только, скажем, по росту, а ее рост

раз




Поделитесь с Вашими друзьями:
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   23


База данных защищена авторским правом ©dogmon.org 2019
обратиться к администрации

    Главная страница