Человек как субъект и объект медиапсихологии



Скачать 383.31 Kb.
Дата15.05.2016
Размер383.31 Kb.
#12821
Человек как субъект и объект медиапсихологии. – М.: МГУ

имени М. В. Ломоносова / Ин-т человека; Изд-во Моск. ун-та,

2011. – 824 с.
Содержание

Предисловие ректора Московского университета

В. А. Садовничего .......................................................................7

Раздел I. Медиа в пространстве

информационно-коммуникационных технологий

Вартанова Е. Л.

Человек и цифровая революция в СМИ:

вызовы и проблемы ................................................................ 11

Миронов В. В.

Глобальное коммуникационное пространство

как фактор трансформации культуры .................................... 39

Зинченко Ю. П.

Виртуальная реальность в экспериментальной психологии:

к вопросу о методологии ........................................................ 58

Засурский Я. Н.

Все начинается с контента ...................................................... 76



Асмолов А. Г., Асмолов Г. А.

От Мы-медиа к Я-медиа: поиск себя в мире информации ..... 86



Пронина Е. Е.

Категории медиапсихологии:

факты, феномены, фантомы .................................................. 105

Матвеева Л. В.

Актуальные проблемы медиапсихологии .............................. 151



Петренко В. Ф.

Истина и правда публичного слова ....................................... 169

Mediapsihology_tabl.indd Sec31:3 30.06.2008 15:09:38

4

Человек как субъект и объект медиапсихологии

Раздел II. Человек информационной эры



Вартанова Е. Л.

От человека социального – к человеку медийному?

К вопросу о влиянии СМИ на аудиторию ............................. 199

Миронов В. В.

Поп-культура как продукт глобального

информационного пространства ........................................... 216

Зинченко Ю. П.

Виртуализация реальности: от психологического

инструментария к новой субкультуре .................................. 231

Кабрин В. И.

Транскоммуникация, нередуктивная психология

и человеческие метаценности ............................................... 279

Назаретян А. П.

Специфика современной коммуникации в контексте

Универсальной истории: знания массового поражения

и парадигма выживания ........................................................ 297



Дунас Д. В.

Эффект «последней капли»: к вопросу о способности СМИ

оказывать вредное влияние на аудиторию .......................... 332

Раскин А. В.

Права человека как психологическая категория .................. 346



Чудова Н. В.

Картина мира и социально-психологическая

адаптированность журналиста ............................................ 363

Вербицкая Ю. А.

Творчество на грани невроза: стрессогенные аспекты

профессиональной деятельности журналиста ...................... 392

Mediapsihology_tabl.indd Sec31:4 30.06.2008 15:09:38



5

Содержание

Кузнецова Ю. М.

Картина мира и современные технологии:

«легкость бытия» в Интернете ............................................... 437

Соколова Е. Т.

Современный нарциссизм как медийный

и клинический социокультурный феномен .......................... 468

Пронин Е. И., Пронина Е. Е.

Experimentum crucis, или Начала

и перспективы медиапсихологии .......................................... 504

Раздел III. Информационная открытость

и психологическая безопасность

Ениколопов С. Н.

Насилие и массовая коммуникация ...................................... 555



Зинченко Ю. П.

Масс-медиа как эффективный инструмент

профилактики социально-психологических

факторов развития терроризма ............................................. 575



Карицкий И. Н.

Эпоха тотального господства СМИ:

воспитание и саморазвитие –

манипуляция и потребление? ................................................ 595



Пронина Е. Е.

Национальная идентичность

как проблема медиапсихологии ........................................... 610

Войскунский А. Е.

Актуальные проблемы психологии Интернета ..................... 644

Mediapsihology_tabl.indd Sec31:5 30.06.2008 15:09:38

6

Человек как субъект и объект медиапсихологии

Ефимова Л. Л.

Зарубежный опыт экспертизы информационной продукции

в целях возрастной классификации ....................................... 658

Сорокина В. В.

Детские игры и игрушки как форма

массовой коммуникации ....................................................... 704

Раздел IV. На стыке наук: грани семиосферы



Петренко В. Ф., Коротченко Е. А.

Образная сфера в живописи и литературе.

Визуальные аналоги литературных тропов ........................... 721

Покровский Н. Е.

Границы визуальности и виртуальной реальности:

есть ли они? ........................................................................... 764

Козлов В. В.

Проблема объекта в мире массовой коммуникации:

автономная личность или социальная

взаимозависимость ............................................................... 785



Супрун А. П.

Психофонетический анализ текста ........................................ 804

Об авторах ............................................................................ 820

Mediapsihology_tabl.indd Sec31:6 30.06.2008 15__


Н. Е. Покровский

Границы визуальности

и виртуальной реальности: есть ли они?

Мир становится визуальным. И одновременно он высве-

чивается гранями виртуальности. С одной стороны, наше вос-

приятие все больше и больше нагружается яркими зритель-

ными образами, обрушивающимися на нас с щитов наружной

рекламы, проникающими в наше сознание с помощью цифро-

вых технологий телевидения, видео и фотографии. С другой

стороны, высочайший уровень фиксации и обработки изобра-

жений не приближает нас к самой действительности. Создает-

ся особая действительность – виртуальная.

В наши дни все чаще это понятие переводят в более высо-

кий смысловой ранг, говоря о «виртуальной реальности», под

которой обычно понимается Интернет и мультимедийные

технологии. Однако налицо непроясненность проблемы про-

дуцирования и характера корреляции глобальной виртуали-

зации общества: спровоцированная развитием мультимедий-

ных технологий, виртуализация провоцирует, в свою очередь,

развитие подобных технологий. В каком смысле современный

мир генерирует особую реальность? В чем ее особенность?

В каком смысле она может претендовать на всеобщий характер?

Или же речь идет о некоем частном явлении, незаслуженно аб-

солютизируемом? Виртуальность уже сегодня готова заменить

большинство основных институтов общества (включая семью,

образование, экономические и политические институты и пр.).

Но насколько безопасны подобные подмены? Что может

принести с собой замена реальных институтов виртуальны-

ми? Кто является властителями виртуальных миров?

Виртуальность – это реальность, основанная на силе во-

ображения, идеализации, приемах ухода от воздействия ма-

териальности и системное распространение этого процесса

Mediapsihology_tabl.indd Sec28:764 30.06.2008 15:11:22

765

Н. Е. Покровский • Границы визуальности

и виртуальной реальности: есть ли они?

на все компоненты социальной структуры общества и инсти-

туты, это сознательное и «инженерно» сфокусированное кон-

струирование условных феноменов, приобретающих статус

основных. Процесс, который можно условно назвать «виртуа-

лизацией», становится все больше заметным и значимым не

только на микро-, но и на макроуровнях. Под «виртуализаци-

ей» необходимо понимать процессы, которые создают некую

«другую», идеально-фантазийную (имажинативную) реаль-

ность, замещающую повседневную жизнь и воздействие ма-

териальных факторов на жизнь общества.

В 2005 г. Американская лингвистическая ассоциация вы-

делила ключевое, наиболее выразительное понятие, доми-

нирующее в современном обществе (возможно, и имплицит-

но). И этим понятием стало truthiness («правдоподобность»).

Это понятие лингвисты определили как «качество, присущее

сформулированной концепции, которую индивидуум прини-

мает или предпочитает принимать за действительность, вме-

сто того чтобы верить фактам». В известной мере сконструи-

рованный имидж замещает реальность и постепенно начина-

ет главенствовать над ней.

Виртуальность и технологии

Тесная связь виртуализации с общественно-технологи-

ческими реалиями ХХ века не вызывает сомнения. Однако

связывать виртуализацию исключительно с развитием совре-

менных технологий коммуникации едва ли правомерно. Этот

процесс в своих элементах и фрагментах уходит в глубины

культуры и ретроспективу ее истории. В основе виртуализа-

ции, на наш взгляд, лежит базовая для человека способность

к воображению, идеализации, интеллектуальной деятельнос-

ти, основанной на продуцировании абстрактных моделей и

образов. Значимость мира мыслимого, «интеллигибельного»,

в отличие от мира, раскрываемого в ощущениях, постоянно

нарастала в ходе истории человечества. В известной мере пре-

одоление биологической природы человека было (и продол-

жает оставаться) вектором эволюции.

Mediapsihology_tabl.indd Sec28:765 30.06.2008 15:11:22



766

Раздел IV • На стыке наук: грани семиосферы

Развитие информационных технологий конца XX и нача-

ла XXI веков повлекло за собой качественное изменение са-

мого статуса информации в современном мире. В различных

социальных системах постепенно (и чем дальше, тем больше)

информационные технологии приобретают самодовлеющий

и самодостаточный характер, становясь реальностью-в-себе и

реальностью-для-себя.

В теперь уже далеких от нас 1970-х гг. в Массачусетском

технологическом институте для описания нового программ-

ного продукта было предложено вполне рабочее определе-

ние – «виртуальная реальность». Речь шла о разработке трех-

мерных пространственных моделей, которые использовали

для особенно убедительной симуляции реальности, скажем,

при обучении пилотирования самолетов, а также для различ-

ного рода компьютерных игр. Однако эффект создания столь

жизнеподобных моделей оказался неожиданным даже для их

создателей. Трехмерные пространственные компьютерные

модели, снабженные для большей убедительности звуковым

треком, стали «втягивать» в себя пользователей программ.

Из чисто прикладных и игровых продуктов они превратились

в особого рода осколки новой, виртуальной, реальности, ко-

торая обладала всеми чертами принудительности, всеобщно-

сти и универсальности. Это был реальный-нереальный мир,

постепенно отсекающий пользователя от мира обыденно ре-

ального.

К концу 1990-х гг. виртуальная реальность в своих раз-

личных инвариантах распространилась на многообразный

мир потребления (туризм, мода, видео, кино, компьютерные

игры, реклама, Интернет, телевидение, межличностные отно-

шения), который, с одной стороны, сохраняет свою предель-

ную физиологичность и материальность, но, с другой сторо-

ны, основывается на виртуальных симуляциях, игре и в итоге

ведет в символическое зазеркалье.

Первоначально само словосочетание «виртуальная реаль-

ность» рассматривалось как удачный слоган, основанный на

парадоксальном соединении, казалось бы, несоединимого:

Mediapsihology_tabl.indd Sec28:766 30.06.2008 15:11:22

767

Н. Е. Покровский • Границы визуальности

и виртуальной реальности: есть ли они?

«мнимое-очевидное», «воображаемое-непреложное» (Жарон

Ланье). Это, в свою очередь, привлекло к этому странному

концепту внимание бизнеса и маркетинга. Теперь же можно

говорить о том, что «виртуальная реальность» перешла из об-

ласти продаваемой на рынке метафоры в общезначимый сим-

вол современной действительности. Причем одна из важней-

ших особенностей виртуализации состоит в ее манипулятив-

ности, инженерной конструируемости и проектности. Факти-

чески в общественном поле теперь возможно интеллектуаль-



но сымитировать практически любой продукт и придать ему

убедительные черты бытийственности.

«Виртуальная корпорация», «виртуальная TВ-студия»,

«виртуальная демократия», «виртуальные деньги», «виртуаль-

ное обучение», «виртуальное общение», «виртуальная игруш-

ка» и т. п. Этот список можно продолжить. Многообразие воз-

действия виртуальной сферы на общество дает основание ста-

вить вопрос о тенденции возникновения в обществе нового

измерения. Мир, в одном смысле становясь все более и более

материальным, с другой стороны, уходит в имматериальную

сферу воображаемого, сконструированного, «параллельного»

и симуляционного. Пространственно-географические показа-

тели постепенно снижают свою первостепенную роль в нашей

жизни: Интернет, например, создает свое киберпространство,

во многом более активное, чем пространство физическое, и

резко сокращающее дистанции между людьми.

Пути научного проникновения в мир виртуального могут

быть достаточно разнообразными. Основным методом по-

прежнему можно считать интеллектуальное моделирование

процессов виртуализации и определение внутренних смысло-

вых граней этого процесса.

Виртуальная реальность состоит из многих «миров», сы-

митированных нашими органами чувств. Основную роль в

конструировании этих множественных миров играет язык их

описания и восприятия. Изображения, зрительные ощущения,

семиотика электронной коммуникации приглашают в мир

виртуального, обладая при этом чертами принудительной убе-

Mediapsihology_tabl.indd Sec28:767 30.06.2008 15:11:23

768

Раздел IV • На стыке наук: грани семиосферы

дительности, доходчивости и коммуникативности. Это образы

рекламы, дизайн, мультимедиа, электронный дискурс, ком-

пьютерные игры, мода, фотография и видео. Их нельзя считать

некоей второстепенной оболочкой виртуальной реальности.

Они входят в ее структуру в качестве значимых самодостаточ-

ных компонентов и нагружаются особым смыслом.

Освоение языка виртуального и визуального1

Современный мир как виртуальный представляется в по-

следние десятилетия в широком круге работ различных тео-

ретических и философских направлений. Термин «виртуаль-

ный мир» прочно вошел в научный и медиадискурс. Кроме

макросоциальных феноменов, объектом, на котором можно

наблюдать виртуальные изменения, является повседневная

жизнь людей. Виртуализация в виде Интернета, медиа, со-

товых телефонов проникает в обыденную реальность и пре-

образует ее течение (см., например, работу М. Кастельса «Га-

лактика Интернет»2). К феномену трансформации сущности

времени обращается норвежский антрополог Т. Х. Эриксен в

книге «Тирания момента. Время в эпоху информации»3. Сами

медиа входят в жизнь сегодняшнего человека и создают осо-

бую реальность. Классикой социологической мысли является

книга М. Маклюэна «Понимание медиа»4. Современные тео-

рии созданы Ж. Бодрийяром, М. Кастельсом, Н. Луманом (см.

например, книгу Н. Лумана «Реальность масс-медиа»5). Инте-

ресной является концепция медиавирусов6.

1 Этот раздел написан с использованием материалов, под-

готовленных Н. А. Харламовым.

2 Кастельс М. Галактика Интернет: размышления об Интер-

нете, бизнесе и обществе. – Екатеринбург: У-Фактория, 2004.

3 Эриксен Т. Х. Тирания момента. Время в эпоху информа-

ции. – М.: Весь мир, 2003.

4 Маклюэн М. Понимание медиа. Внешние расширения че-

ловека. – М.; Жуковский: Канон-пресс-Ц, Кучково поле, 2003.

5 Луман Н. Реальность масс-медиа. – М.: Праксис, 2005.

6 Рашкофф Д. Медиавирус. Как поп-культура тайно воздей-

ствует на наше сознание. – М.: Ультра. Культура, 2003.

Mediapsihology_tabl.indd Sec28:768 30.06.2008 15:11:23

769

Н. Е. Покровский • Границы визуальности

и виртуальной реальности: есть ли они?

В российской социологии виртуализация стала пред-

метом исследовательского интереса ряда видных авторов –

Л. Г. Ионина, Д. В. Иванова, М. А. Бойцова, В. С. Жидкова и

др.7 За пределами академических трудов сложились свои тра-

диции трактовки термина «виртуализация» (иногда ее назы-

вают «имагологией», т. е. теорией создания имиджей). Так,

одна из наиболее популярных версий виртуализации принад-

лежит писателю М. Кундере8. В его понимании, виртуализация

оказывается теорией и практикой сотворения «кажимостей»,

создания вымышленной реальности, которая при всей своей

искусственности в состоянии при определенных условиях зат-

мевать реальность подлинную. В связи с этим само понятие

«подлинности» (аутентичности) в значительной степени рас-

творяется.

В журналистике, художественной критике и искусство-

знании термин виртуализация применяется для оценки ин-

формационной стратегии, прежде всего в области телевеща-

ния и популярных искусств, направленной на массовое потре-

бление имиджей в самых различных сферах. Сами работники

средств массовой информации и PR, современной «фабрики

грез», пользуются словом «виртуализация», обозначая им тех-

нологии как анализа уже существующих в средствах комму-

никации образов, так и их создания9. Виртуализация – это за-

7 См., например: Бойцов М. А. Что такое потестарная има-

гология? Рукопись статьи, обсужденной на заседании ИГИТИ

ГУ-ВШЭ, 24 октября 2005; Иванов Д. В. Виртуализация обще-

ства. Версия 2.0. – СПб: Петербургское Востоковедение, 2002;



Ионин Л. Г. Социология культуры. 4-е изд., перераб. и доп. – М.:

ГУ-ВШЭ, 2004.

8 Кундера М. Бессмертие. – СПб, 2004. – С. 126–131. Очевидно

влияние на Кундеру в этом пункте французской философской и

социологической мысли, в частности, Ролана Барта и Бодрийяра

с его знаменитыми «симулякрами».

9 Уэбстер Ф. Теории информационного общества. – М.:

Аспект Пресс, 2004. Книга Уэбстера кроме собственно критиче-

ского анализа интересна тем, что в ней имеется краткое изложе-

ние теорий нескольких выдающихся мыслителей, в частности

Д. Белла и Ю. Хабермаса.

Mediapsihology_tabl.indd Sec28:769 30.06.2008 15:11:23



770

Раздел IV • На стыке наук: грани семиосферы

кономерный этап развития современной глобализированной

культуры и технологий, имеющий объективные предпосылки

своего возникновения в современном мире и столь же зако-

номерные пути своей дальнейшей эволюции. В этом смысле

заказ на виртуализацию, по нашему мнению, приходит от са-

мого общества. Виртуализация в большей степени самостоя-

тельно «прорастает» сквозь текстуру современной культуры,

а не только искусственно создается за закрытыми дверями в

среде имиджмейкеров и виртуалистов.

Виртуальная реальность и «гиперреальность» (термин

Ж. Бодрийяра) под известным углом зрения составляют важ-

ный компонент сегодняшнего общества, в том числе россий-

ского. Понимание структуры смыслов гиперреальности имеет

высокую прикладную ценность, например, для маркетинга и

производства медиапродукции.

Постижение виртуальности невозможно без освоения и

фиксации специфического концептуального языка. Полез-

ным в данном случае могут быть такие подходы, как дискурс-

ный анализ10 и семиологические методы (представленные,

например, в работах Р. Барта).

Для визуальной антропологии и социологии фундамен-

тальной стала монография Джона Колльера мл. «Визуальная

антропология: фотография как метод исследования»11 (впо-

следствии доработанная и изданная новым изданием).

Одной из первых работ на современном этапе развития

визуальной социологии стала статья Говарда Беккера «Фото-

графия и социология», в которой были поставлены многие

ключевые вопросы, в частности, вопрос о том, может ли фото-

графия считаться в точности передающей информацию. Впо-

10 См., например: Филлипс Л., Йоргенсен М. Дискурс-анализ.

Теория и метод. – Харьков: Гуманитарный Центр, 2004; Gee, J.

An introduction to discourse analysis. Theory and method. – New

York: Routledge, 1999.

11 Collier, J. Jr. Visual anthropology: photography as a research

method. – New York: Holt, Rinehart, Winston, 1967; Collier, J. Jr.,

Collier, M. Visual anthropology: photography as a research method.

2nd ed. – Albuquerque: University of New Mexico Press, 1986.

Mediapsihology_tabl.indd Sec28:770 30.06.2008 15:11:23

771

Н. Е. Покровский • Границы визуальности

и виртуальной реальности: есть ли они?

следствии Беккером была написана статья «Визуальная со-

циология, документальная фотография и фотожурналистика:

(почти) все зависит от контекста»12.

Классиком визуальной социологии также считается Ду-

глас Харпер. В статье «Визуальная социология: расширение

социологического взгляда» предлагаются четыре основных

варианта modus operandi визуально-социологических иссле-

дований (научный, нарративный (повествующий), рефлек-

сивный, феноменологический). Теоретический раздел дан-

ной статьи является своего рода расширенным определением

визуальной социологии. Материалы развиваются Харпером в

статье «Новое прочтение визуальных методов»13.

Характерным для указанных работ является то, что, не-

смотря на акцент на фотографии, визуальная информация не

сводится лишь к тривиальному фотографированию и сбору

фотографических и видеоматериалов, но включает и визуаль-

ные образы в медиасфере и их смысловую интерпретацию.

Впоследствии было издано несколько монографий и сборни-

ков статей, которые, собственно, и составляют ядро зарубеж-

ной, прежде всего американской литературы и, соответствен-

но, американской традиции в визуальной социологии14.

Эмпирические исследования в рамках визуальной социо-

логии ведутся уже более тридцати лет. Журнал «Качественная

социология» (Qualitative Sociology) посвятил один из номеров

визуальной этнографии (номер 12 (вып. 2), лето 1989 г.).

Существует и пользуется популярностью в профессиональ-

12 Becker, H. S. Photography and sociology // Studies in the

Anthropology of Visual Communication. – 1974. – № 1. – Р. 3–26;

Becker, H. S. Visual sociology, documentary photography, and

photojournalism: It’s (almost) all a matter of context // Visual

Sociology. – 1995. – Vol. 10. – № 1-2. – Р. 5–14.

13 Harper, D. Visual sociology: expanding sociological vision //

The American Sociologist. – 1988. – Vol. 19. – № 1. – Р. 54–70.

14 В частности, это сборники: Prosser, J. (ed.) Image-based

research: a sourcebook for qualitative researchers. – London: Falmer

Press, 1998; Wagner, J. (ed.) Images of information: still photography

in the social sciences. – Beverly Hills: Sage, 1979.

Mediapsihology_tabl.indd Sec28:771 30.06.2008 15:11:23

772

Раздел IV • На стыке наук: грани семиосферы

ных кругах журнал Visual Studies, ранее называвшийся Visual



Sociology, который целиком посвящен изучению визуальных

образов, в том числе их социологическому анализу. Проведен-

ное Хернаном Вера15 в Голландии и Германии фотографиче-

ское исследование оформления окон в частных домах позво-

лило реконструировать такие черты культуры, как намеренно

демонстрируемая внешним наблюдателям «витринная» част-

ная жизнь, а также стиль повседневной организации жизни в

жилых кварталах современного города. Статья Линды Кэлоф

и Эми Фитцджеральд16 описывает результаты исследования

фотографий в охотничьих журналах с точки зрения того, ка-

кими ценностями нагружены публикуемые фотографии. При

всей внешней незначительности предмета визуального ана-

лиза авторы создают убедительную модель гендерных и расо-

вых отношений, имеющих яркие визуальные индикаторы.



Виртуальность как игра

Й. Хейзинга рассматривал игру в виде деятельности, по-

средством которой создается культура. На основании изуче-

ния истории культуры он сделал вывод об уменьшении роли

игры: культура, по его мнению, теряет игровой элемент, заме-

щая его понятиями пользы и экономического интереса.

Однако определенные тенденции современного мира воз-

вращают игровой элемент в культуру и возводят его на новое,

возможно еще более значимое место. Некоторые уже ставшие

более или менее традиционными игровые формы получают

новое выражение, возникают все новые и новые ранее не-

возможные игровые формы, примером которых, в частности,

могут быть флеш-мобы. Современные технологии позволи-

ли появиться новой реальности – виртуальной реальности,

отличной и в то же время схожей с реальным (физическим)

15 Vera, H. On Dutch Windows // Qualitative Sociology. – 1989. –

Vol. 12. – № 2. – Р. 215–233.

16 Kalof, L., Fitzgerald, A. Reading the trophy: exploring the

display of dead animals in hunting magazines // Visual Studies. –

2003. – Vol. 18. – № 2. – Р. 112–122.

Mediapsihology_tabl.indd Sec28:772 30.06.2008 15:11:23

773

Н. Е. Покровский • Границы визуальности

и виртуальной реальности: есть ли они?

миром. Но виртуальная реальность – это не столько и не толь-

ко мир, созданный посредством высоких технологий, это,

в большей степени, определенная логика – игровая логика.

И она переходит из виртуальной реальности в реальный мир.

Условно говоря, все участники виртуальной «ситуации» пре-

красно осведомлены о ее условности, конвенциональности и

«нереальности». Но они соглашаются считать нереальное ре-

альным, условное – безусловным и т. д. Однако в своих прак-

тических действиях они как раз исходят из требований и кон-

венций этой игровой ситуации, что прекрасно подтверждает

известную теорему Уильяма Томаса: «Если люди определяют



некоторые ситуации в качестве реальных – эти ситуации

становятся реальными в своих последствиях».

Характеристики виртуальной реальности (в частности,

реальность по принципу воздействия: управляемость, услов-

ность и прерываемость) делают ее практически идеальной

средой для игры. Главными составляющими игры являются

имитация (игра есть имитирующая реальность система – за-

мещение абсолютной реальности ее иллюзией) и условность

(в силу конвенционального характера правил, задающих поле

игры): это прерываемость, условность пространства, времени

и идентичности.

Как способ проведения времени в виртуальном простран-

стве онлайн-игры занимают далеко не последнее место, в зна-

чительной степени благодаря тому, что нигде виртуальность

как особый мир не имеет такой визуальной достоверности,

как в играх – и особенно в графических играх последнего по-

коления.


Новейшие компьютерные игровые двигатели и драйверы

создают миры, мало отличающиеся своей визуальной состав-

ляющей от реального (физического) мира. Современные тех-

нические средства позволяют добиться недостижимой ранее

достоверности, схожести с реальным (физическим) миром:

продуманная физика мира, плавные, абсолютно живые дви-

жения аватар, мимика, выражения эмоций, звук – все выгля-

дит и ощущается «как живое». Одновременно с этим отчетли-

Mediapsihology_tabl.indd Sec28:773 30.06.2008 15:11:23

774

Раздел IV • На стыке наук: грани семиосферы

во виден вторичный, симуляционный характер этой игровой

реальности, как в фантастических элементах, так и, прежде

всего, в условности некоторых сторон игры.

Таким образом, в условиях развития графического интер-

фейса современных онлайн-игр они становятся интересным

предметом для анализа. Скриншоты игр становятся фактиче-

ски аналогом фотографий: они отображают как индивидуаль-

ные предпочтения людей, так и некоторые аспекты социаль-

ных отношений, взаимодействий и структур.

Виртуальность уже сегодня готова заменить большинство

основных институтов общества (включая семью, образова-

ние, экономические и политические институты и пр.). Ее по-

всеместное распространение словно удваивает окружающий

мир на «настоящий» и «ненастоящий». Насколько безопасны

подобные подмены и удвоения? Что может принести с собой

замена реальных институтов виртуальными? Кто является

властителями виртуальных миров? Сегодня эти вопросы сто-

ят особенно остро и требуют вполне реальных ответов.

Наиболее ярким проявлением виртуальной реальности

является Интернет. Из специализированной компьютерной

сети за короткий срок Интернет превратился в социальную

систему, субъектами которой являются реальные и виртуаль-

ные личности, группы и общности, в нем полностью копи-

руется структура реального общества, в которую переходят

реальные социальные и этические проблемы, такие как со-

циализация и социальное отчуждение посредством Интер-

нета, самоидентификация личностей и групп и т. д. Важным

представляется исследование развития социальной системы

Интернета, ее социальных вызовов и угроз.



Онтологический статус виртуальности

Виртуализация – неизменный спутник и продукт культу-

ры как таковой.

На ранних этапах становления философского рационализ-

ма, в частности у Платона, были сформулированы принципы,

согласно которым мир идеальных сущностей и форм обладает

Mediapsihology_tabl.indd Sec28:774 30.06.2008 15:11:23

775

Н. Е. Покровский • Границы визуальности

и виртуальной реальности: есть ли они?

большей степенью реальности, чем мир материальных пред-

метов. Дальнейшая история европейского идеализма и рацио-

нализма, в лице Декарта провозгласившая субстанциальный

дуализм и параллелизм бытия и идеального мышления, увен-

чалась гегелевским абсолютным идеализмом, согласно ко-

торому мир, данный в ощущении, есть продут саморазвития

познающей себя идеальной субстанции. Другая ветвь евро-

пейской философии породила «грезящий идеализм» Беркли,

уводивший человека в мир субъективных феноменов, «ком-

плексов ощущений», не релевантных материальности.

Можем ли мы рассматривать эти и иные инварианты иде-

ализма, делавшие главный акцент на продуктивной силе со-

знания, в качестве предыстории виртуализации? Разумеется,

о терминах и понятиях можно и должно спорить. Но в любом

случае такая постановка вопроса имеет право на существова-

ние. При этом речь идет не только и не столько об истории

философии. В более широком плане культура вырабатывает

общественные и широко распространенные формы инсти-

туализации идеальной сферы. Это, прежде всего, религия,

искусство, психоделические практики в своих различных ва-

риантах. В контексте этих социальных феноменов и практик

индивид и индивиды с различной степенью интенсивности

погружают себя в мир имажинативного, создают свой имма-

териальный мир и существуют в нем – от кратковременных

точечных проникновений и прикосновений вплоть до профес-

сионально обусловленных программ коллективных действий

и полной (невозвратной) идентификации с этим миром. Более

того, как представляется, любые формы концентрированной

продуктивной интеллектуальной деятельности фактически

соприкасаются со сферой идеального как универсума. А это

подразумевает, хотя бы потенциально, перспективу погруже-

ния в это идеальное.

Культура уже достаточно давно выработала инструмен-

тарий и набор образцов виртуализации. Формы фантазийной

зависимости достаточно разнообразны. Они простираются

от сферы художественной литературы, когда писатель силой

Mediapsihology_tabl.indd Sec28:775 30.06.2008 15:11:23

776

Раздел IV • На стыке наук: грани семиосферы

креативной воли полностью отождествляет себя с миром сво-

их героев (Г. Флобер: «Мадам Бовари – это я»), входит в этот

мир и пребывает в нем, от грандиозных виртуальных про-

ектов в сфере политики (социалистическая теория и социа-

листическая революция в России XX века) до теоретической

социологии, пытающейся в замкнутом круговороте продуци-

ровать понятия, порождаемые «духом самих понятий», поте-

рявших вектор своей корреляции с реальным социальным ми-

ром. Подчас эти формы приобретают замкнуто-сектантский

характер, во многих иных случаях они становятся массовыми

и тиражируемыми и тем самым порождающими саморазви-

вающийся миф.

Надо признать, что виртуализация в своей социальной

проекции подчас соседствует и взаимодействует с такими яв-

лениями, как сознательно применяемая общественная ложь,

институализированный обман и социальное мифотворче-

ство. В известной мере это также инструменты виртуализа-

ции, используемые с целью закрепления экономической и

политической власти (вполне материальной по своей при-

роде). Это и сознательно стимулированное – различными

способами – балансирование на грани «этого» и «того» ми-

ров, связанное с уходом либо в мир прошлого (Дон Кихот как

своеобразный символ виртуализации17), либо в мир футури-

стической фантастики (фильмы «Матрица», «Дневной дозор»

и мн. др.).

Предпринятые выше попытки наметить исторические

корни и традиции виртуализации, между тем, не могут снять

вопрос о принципиально новом характере виртуализации ХХ-

XXI вв., эпохи информационной революции и глобализации.

17 Сервантес создает выдающееся художественное произ-

ведение, полностью имажинативное, то есть виртуальное, как и

любое другое произведение художественной литературы. Глав-

ный герой романа, Дон Кихот, рыцарь печального образа, в свою

очередь, создает в своем воображении мир давно ушедшей ры-

царской эпохи и живет в этом мире, болезненно соприкасаю-

щемся с реальностью. Одна виртуальность множится на другую

виртуальность.

Mediapsihology_tabl.indd Sec28:776 30.06.2008 15:11:23

777

Н. Е. Покровский • Границы визуальности

и виртуальной реальности: есть ли они?

До ХХ века конструирование фантазийных миров, даже

в своих наиболее интенсивных формах, не носило массово-

го и стереотипно-продуцируемого характера. Оно было рас-

считано на отдельные социальные группы (социальные слои

и субкультурные сообщества), которые пользовались правом

потреблять роскошь имажинативности в тех или иных ее фор-

мах. Пожалуй, только религия давала пример тотальной мас-

совости.

В нашу эпоху виртуализация приобрела иной, всеобщий

характер. И в этом состоит, быть может, главная особенность

современной культуры. В свое время эта эпоха отдаленно на-

чалась с гутенберговского книгопечатания и широкого тира-

жирования художественных текстов, прошла в XIX веке этап

тиражной печатной прессы, в ХХ веке достигла новых высот

технологичности в кинематографе, радио и телевидении. Ко-

нец ХХ века ознаменовался всеобщим внедрением Интернета

и цифровых технологий, во многом сделавших виртуализа-

цию достоянием сотен миллионов пользователей. И то, что

прежде на протяжении веков было уделом избранных, в наши

дни стало всеобщим.

Развитие технологий информатизации способствовало

тому, что два основополагающих понятия – время и простран-

ство – перестали быть однозначными, они диверсифициро-

вались и плюрализировались. Anything, anywhere, anytime

таков лозунг индустрии, создающей имиджи и распростра-

няющей их18. Географические показатели пространства уже

не играют столь значительную роль в жизни общества, как

это было совсем еще недавно. Географическое пространство

все меньше и меньше является для нас первостепенным. Оно

стало пластичным, искусственно конструируемым по месту и

времени, разделяемым на части и легко воссоединяемым по

желанию креативщика. Интернет сокращает до минимума

информационные дистанции между людьми. Время, которое

также претерпело изменение, перестало быть объективным,

18 Anything, anywhere, anytime – слоган всемирно известной

корпорации HP.

Mediapsihology_tabl.indd Sec28:777 30.06.2008 15:11:23



778

Раздел IV • На стыке наук: грани семиосферы

это уже не показатель процессов, фактов, это нечто другое для

современного человека, а именно длительность между под-

ключениями к активной «матрице» виртуализации, будь то

телевизор, компьютер, иллюстрированный журнал или ме-

гамолл в качестве храма потребления (Дж. Рицер). Развитие

медиа, которое последовало за прогрессом в науке и технике,

привело к тому, что сейчас информация является одним из са-

мых необходимых ресурсов для человека.

Это повлекло за собой пришествие и нового человека,

вполне соответствующего эпохе виртуализации и информа-

тизации. Пластичность потребителя виртуальности стала ве-

дущей характеристикой личности – «Каждый может быть

любым» (Бодрийяр). И легкодоступность виртуализационных

технологий делает это возможным практически для каждого.

Современный школьник старших классов на своем домаш-

нем компьютере может самостоятельно творить реальность

компьютерных игр и компьютерного графического простран-

ства, уходить в это пространство, подключенное к Интернету,

и жить в этом чисто виртуальном мире. Синдром интернет-

компьютерной зависимости постепенно становится нормой в

современном обществе.

Социальная наука может изучать современное состояние

общества так же, как делала это в XIX веке, но в данном случае

огромная сфера изучения окажется вне поля зрения ученых,

что приведет к проблемам в самом обществе. Поэтому в усло-

виях виртуализации жизни необходим другой подход к изуче-

нию социальных явлений.

Прежде чем разработать какой-то оригинальный и эффек-

тивный подход, необходимо понять и описать все те изменения

в нашей жизни, которые можно назвать «виртуализацией».



Виртуализация как реальность

Значительнее в нашей повседневной жизни становится

роль образов, роль изображений, роль ощущений, которые не

пытаются отражать действительность, но создают свои миры.

Копия начинает обладать сходством с референтом, поскольку

Mediapsihology_tabl.indd Sec28:778 30.06.2008 15:11:23



779

Н. Е. Покровский • Границы визуальности

и виртуальной реальности: есть ли они?

строит себя по образу идеи. Постепенно копия замещает ре-



ферент и приобретает самостоятельность. Симулякр – это

копия копии, лишенная подобия. Уход от аутентичности и по-

гружение в мир «копий копий» сопровождается возникнове-

нием соответствующих широко распространенных и всем из-

вестных языковых форм русского языка: «как бы», «на самом

деле» и пр. Виртуализация – это все «как бы» настоящее, но



«на самом деле» не настоящее. Симулякр становится нерепре-

зентативной моделью, не подразумевающей существование

объективного референта. В итоге виртуализация приводит к

тому, что симуляция становится сначала параллельной реаль-

ности, а затем и имманентной реальности. Реальность напол-

няется и взрывается изнутри виртуальностью.

Таким образом, средства виртуализации формируют

миры, то есть замкнутые универсумы сколь угодно большо-

го или локального масштаба. «Мир медиа», «мир рекламы»,

«мир моды» («мир кожи», «мир паркета», «мир меха») порой

становится для массового потребителя первостепенным и бо-

лее важным, чем сами товары, факты и люди19. Происходит

потребление имажинативного, имиджевого, а не реальной

потребительной стоимости, которая в известной мере стано-

вится вторичной по отношению к виртуальной стоимости. В

конце концов, прежде всего потребляется бренд, а не сам то-

вар. Процессы виртуализации и потребления симуляционно-

го бренда во всех сферах пронизывают жизнь современных

сообществ. Зафиксировать и описать эти процессы – одна из

основных целей исследовательской программы.

Существенную роль в конструировании этих множествен-

ных миров играет визуальность. Она сокращает путь к има-

жинативному, она более доходчива, впечатляюща, более за-

хватывающа. В конце концов, 80% информации, получаемой

человеком, приходит через зрительные рецепторы.

19 Указанные рекламные слоганы и названия весьма характер-

ны с социологической точки зрения. Практически каждая мизера-

бельная потребительская практика, получившая массовое распро-

странение, претендует на создание своего виртуального «мира».

Mediapsihology_tabl.indd Sec28:779 30.06.2008 15:11:23

780

Раздел IV • На стыке наук: грани семиосферы

Визуальные образы (скорее, «симулякры») преследуют

современного человека повсюду. Они прорываются сквозь

оболочку индивидуальной защиты и оказывают мощное воз-

действие на психику. Сфера визуального восприятия превра-

щается в основной канал связи с виртуальной реальностью.

Казалось бы, безобидная наружная реклама, убаюкивающий

восприятие гладкий дизайн интерьеров и предметов быта,

плазменные панели, вещающие по спутниковым каналам в

огромных объемах, – все это и есть проникновение виртуаль-

ной визуальности в мир человека наших дней.

В академическом преподавании средства наглядной визу-

альности (постер-сессии, программа PowerPoint и др.) захва-

тывают все большие и большие пространства. Виртуальные

аудитории, объединяющие по каналам IP-телефонии в ре-

жиме on-line университеты различных континентов, создают

прообраз университетов будущего. Физические характери-

стики коммуникации в процессе образования становятся вто-

ричными, уступая место онлайну. Университет завтрашнего, а

отчасти и сегодняшнего дня – это виртуальное общение ауди-

торий и преподавателя, разнесенных в пространстве на сколь

угодно большое расстояние.



Социологическое воображение

и социология воображаемого

Характерная особенность современных обществ состо-

ит и в том, что визуальные конструкты постепенно вытесня-

ют вневизуально-интеллектуальные. Так, книга и собствен-

но чтение уступают место потреблению визуальных имид-

жей («картинки» любого рода, плакат-реклама, телесериал

и пр.20). Книга превращается в артефакт (полиграфический

20 Примечательно, что даже книжная продукция теперь на-

гружается и перегружается иллюстративно-визуальным мате-

риалом в противовес чисто текстовому. Развитие индустрии так

называемой глянцевой прессы – лучшее тому свидетельство. Все,

что возможно, переносится в зрительно-изобразительную сферу.

Весьма показателен и пример с учебниками по истории социоло-

гии, превращенными в сериальные комиксы.

Mediapsihology_tabl.indd Sec28:780 30.06.2008 15:11:23

781

Н. Е. Покровский • Границы визуальности

и виртуальной реальности: есть ли они?

сувенир), предмет интерьера, подарок, сокровище, а не ис-

точник информации. Чтение книги (а также книгоиздание и

книготорговля) уходят со сцены на наших глазах. Притом, как

представляется, речь идет не о временной флуктуации рынка

культурных продуктов, а об изменившемся векторе развития

культуры как таковой. В этом смысле и проникновение в за-

зеркалье виртуальности в значительной степени может идти

по пути расшифровки визуальных имиджей.

Обостренное чувство зрительного восприятия мира при-

суще не всем. Это чувство не самоочевидно, оно свойственно

далеко не всем. Миллионы людей смотрят вокруг себя, но не

видят окружающего мира, их взгляд словно проскальзывает

по поверхности визуального, не проникая вглубь. Социоло-

гия, особенно т. н. визуальная социология учит нас не только

фиксировать взгляд на мире вещей и мире людей, но постоян-

но искать внешние индикаторы внутренних феноменов. А это

большое искусство, опять-таки свойственное не всем. Отдель-

ные люди наделены им от рождения, другие благоприобрета-

ют его, третьи никогда не овладевают умением визуального

анализа, навсегда оставаясь вне круга визуализаторов.

В социологическом мире постоянно идут дискуссии о том,

насколько визуальный анализ адекватен целям и методам со-

циологии как таковой. При этом задаются вопросы: на каком

основании делают те или иные выводы в контексте анализа

визуального ряда? Не есть ли свобода множественных интер-

претаций зрительных индикаторов лишь прикрытие субъек-

тивного произвола неоправданных суждений – по принципу

«Я вижу это так, а вы – совершенно иначе. И кто же прав?». Но

здесь в силу вступает принцип процессуальной дискуссии. Дей-

ствительно, множественность интерпретаций одних и тех же

зафиксированных зрительных феноменов имеет место, при-

том практически всегда. Но процесс коллективного анали-за

(обсуждения) как раз и становится основой анализа. В столк-

новении точек зрения возникает социальный феномен.

Визуальный анализ обладает несомненными эвристиче-

скими свойствами. Он ориентирован на познание и понима-

Mediapsihology_tabl.indd Sec28:781 30.06.2008 15:11:23



782

Раздел IV • На стыке наук: грани семиосферы

ние социального мира с помощью объединения социальной

теории и навыков работы с фотокамерой. Молодые социологи

овладевают так называемым социологическим воображени-

ем. Используя визуальную информацию, социолог с помощью

социологического воображения может проникнуть в суть яв-

лений и процессов окружающего социального мира.

Sociological imagination – важное понятие современной

социологии. Оно было введено Ч. Р. Миллсом21 для обозначе-

ния принципа социологической генерализации, то есть под-

ведения конкретных фактов под обобщенную категорию или

тенденцию, выход за пределы наивной и обыденной созер-

цательности и переход к аналитике социальной реальности.

Социологическое воображение фактически является необхо-

димым условием всякого социологического мышления как

такового22. Социология вне социологического воображения

невозможна, это основа социологии как профессии. Визу-

альная дидактика рассчитана на развитие социологического

мышления студентов и ставит своей целью научить макси-

мально полно использовать визуальные средства для анализа

окружающего мира. Будущие социологи с помощью фотофик-

сации внешних признаков тех или иных явлений учатся тому,

как распознавать глубинные тенденции жизнедеятельности

общества. Не так давно, в 2005 г., профессор Петр Штомпка,

выдающийся польский социолог, Президент Международной

социологической ассоциации давал мастер-класс по визу-

альной социологии на кафедре общей социологии Государ-

ственного университета – Высшей школы экономики. Пустив

по аудитории отпечатки фотографий, сделанные в разные

годы, социолог шаг за шагом погружал аудиторию в глубин-

ные слои социальной реальности. Визуальное на наших гла-

зах становилось социологически реальным. Замечательными

21 Миллс Ч. Р. Социологическое воображение / Под общ. ред.

Г. С. Батыгина. – М.: NOTA BENE, 2001.

22 См. также: Штомпка П. Теоретическая социология и со-

циологическое воображение // Социологический журнал. –

2001. – № 1. – С. 148-149.

Mediapsihology_tabl.indd Sec28:782 30.06.2008 15:11:23

783

Н. Е. Покровский • Границы визуальности

и виртуальной реальности: есть ли они?

авторскими снимками наполнена книга П. Штомпки «Социо-

логия. Анализ современных обществ»23, ставшая популярным

учебником социологии во многих странах мира, включая и

Россию24.

Когда-то, впрочем совсем еще недавно, фотография была

своего рода колдовством, доступным далеко не всем. В темно-

те домашней лаборатории, чаще всего в ванной комнате, при

свете красного фонаря в ванночке с проявителем возникали

на бумаге образы мира. В этом было что-то магическое. И фо-

тографа нередко воспринимали в качестве волшебника, по-

четного гостя, важного человека, умеющего остановить мгно-

вение и зафиксировать его. Со временем изобрели «мыльни-

цы» – простенькие пленочные камеры, не требовавшие боль-

шого тщания для съемки. И тут же родился феномен one-hour

photo – коммерческая печать любых снимков за один час.

Наши дома стали стремительно наполняться стандартными

цветными снимками, которые в лучшем случае хранились в

альбомчиках, а в худшем – бессистемно складывались в кар-

тонные коробки из-под обуви. Посещение друзей в их квар-

тирах превратилось в мучение. Гостя немедленно нагружали

кипой альбомов, в которых он вынужденно должен был рас-

сматривать типовые фотоимиджи. Более того, всякое путе-

шествие превратилось в нескончаемый процесс фотографи-

рования – без цели, без эстетики, без понимания смыла ви-

зуального. Джон Урри назвал это tourist gaze, то есть взгляд

туриста, «впертый» в реальный ландшафт и преобразующий

этот ландшафт, ибо внешняя среда силами туристических ди-

зайнеров стала все больше и больше подыгрывать туристам,

словно приглашая их: «Сними меня, сними меня!» Но для

чего? Ответ дает феномен, получивший название «синдром



Кодака» (Н. Покровский). Турист, делая бесконечные серии

снимков, стремится захватить и, в конечном счете, присвоить

часть символического пространства и стать его обладателем.

23 Штомпка П. Социология. Анализ современных обществ. –

М.: Логос, 2005.

24 Штомпка П. Визуальная социология. – М.: Логос, 2007.

Mediapsihology_tabl.indd Sec28:783 30.06.2008 15:11:23

784

Раздел IV • На стыке наук: грани семиосферы

Визуальные образы стали нашим символическим и виртуаль-

ным сокровищем, которое, правда, ни на что не обменивается

и никому особенно не нужно, кроме самого его обладателя.

Цифровая революция все перевернула верх дном. Теперь

уже каждый неофит стал способен не просто творить визуаль-

ные чудеса с помощью своей мегапиксельной цифровой ка-

меры и последующей компьютерной обработки снимков, а

создавать свою собственную реальность, переносить ее в Ин-

тернет и фактически растворяться в нем. Возникла проблема

не столько захвата изображения, сколько его складирования

и систематизации. Жесткие диски компьютеров наполняются

тысячами цифровых изображений, которые никто и никогда

не просматривает, ибо их так много и они так неинтересны.

Но в этой лавине зафиксированных изображений стала нахо-

дить свое новое амплуа социология. Она не ориентируется на

эстетику и особенное, для социологии важна фактографич-

ность и типичность. И потому каждый более или менее вразу-

мительный снимок может стать в своем социальном контек-

сте предметом для анализа. Можно сказать, что «цифра» вос-



создала визуальную социологию.

Mediapsihology_tabl.indd Sec28:784__
Каталог: data -> 2013
2013 -> Программа разработана в соответствии с: Образовательным стандартом ниу вшэ по направлению подготовки 030300. 62 "Психология"; Образовательной программой направления
2013 -> Разработка требований к оценке социально-личностных компетенций и диагностике мотивационно-ценностной составляющей системных и инструментальных компетенций в рамках разработки системы методического обеспечения фгос, разрабатываемых с участием ниу
2013 -> Тема Введение в конфликтологию
2013 -> -
2013 -> «Современные технологии организации внеурочной деятельности в образовательной области
2013 -> Программа предназначена для преподавателей, ведущих данную дисциплину, учебных ассистентов и студентов направления подготовки 030600. 62 «Журналистика»
2013 -> Конкурсу «Юный психолог» иМежрегиональной олимпиаде школьников «Высшая проба»
2013 -> Высшая школа экономики отделение статистики, анализа данных и демографии факультета экономики Кафедра демографии
2013 -> Программа дисциплины «Эффективные коммуникации и методы ведения переговоров»

Скачать 383.31 Kb.

Поделитесь с Вашими друзьями:




База данных защищена авторским правом ©dogmon.org 2022
обратиться к администрации

    Главная страница