Их решения



страница6/13
Дата15.05.2016
Размер3.32 Mb.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   13

2.2. Размышления о природе

межнациональных конфликтов
В качестве объекта нашего исследования мы выбрали категорию «межнациональный конфликт». Однако может возникнуть вопрос: «Почему межнациональный, а не этнический или этнонациональный?» Поэтому представляется целесообразным уточнить сущность принятого нами решения. Необходимость в уточнении основывается также на том, что в современной практике исследований применяется несколько понятий для обозначения од­них и тех же процессов и событий. Ряд авторов (Ж.Т.Тощенко, А.В.Малашенко, А.А.Мацнев, В.Г.Рязанов, Б.А.Хагба и др.) рассматривают упомянутые нами выше процессы и события как этнополитический конфликт. Принятой многими исследователями является трактовка рассматриваемых процессов как этнических (межэтнических) конфликтов. Такая точка зрения пред­ставлена в работах В.А.Тишкова, Г.А.Бордюгова, В.В.Пименова, А.М.Рыбакова и др. Этот термин используется также в официальных документах России. Аналогично трактуют вопрос некоторые зарубежные исследователи (У.Фольц и др.). Большая группа исследователей характеризует рассматриваемые реалии как межнациональный конфликт (Э.А.Баграмов, А.И.Доронченков, А.Г.Здравомыслов, Т.С.Сулимова и др.). Таким понятием пользуются и зарубежные авторы (Дуглас М.Джонстон и др.)168. В монографии будем использовать последний из названных терминов, что связано с приведенным нами выше пониманием нации и этноса, а также исходя из следующих рассуждений.

Во-первых, в тех ситуациях, которые мы будем рассматривать в нашем исследовании речь, как правило, идет и о межнациональных и о межэтнических конфликтах одновременно. Во-вторых, эти ситуации имеют признак совмещенности в пространстве и во времени. Однако справедливости ради стоит отметить, что в узком и строго научном смысле слова понятия «межнациональный конфликт» и «меж­этнический конфликт» - нетождественны. Так, гово­ря о реалиях современного Кавказа, можно утверж­дать следующее: конфликты между отдельными Севе­ро-Кавказскими республиками или конфликт между какой-либо из них и общероссийским Центром - это пример межнациональных конфликтов. Точно так же, скажем, если мы говорим о новых независимых госу­дарствах Закавказья, конфликт по оси «Тбилиси - Сухуми» или «Тбилиси - Цхинвал» - типичные меж­национальные конфликты.

В то же время, если мы берем острую форму взаимоотношений между этничес­кими или субэтническими группами, проживающими на конкретной территории (например, между армяна­ми и азербайджанцами в Нагорном Карабахе или меж­ду чеченцами и русско-казачьим населением в Чечне), к тому же форму, опосредованную взаимоотношения­ми элитных групп данных этносов, то она выражается понятием «межэтнический конфликт».

Обратимся, однако, к изложению вопроса по суще­ству. В этой связи стоит обратить внимание на ряд принципиальных моментов, изложенных В.Н. Рябцевым в труде «Конфликтология»169. По его мнению, в ряде сегментов постсоветского пространства обнаруживается взаи­мосвязь и взаимообусловленность межнациональных и межэтнических конфликтов. При этом фиксируется ситуа­ция, когда последние как бы встроены (в качестве ядра) в конфликты межнациональные. Иначе говоря, здесь мы имеем дело с двуслойностью этнонациональных конфликтов. Правомерно, он считает, использовать и другую аналогию - с айсбергом, где лежащая на поверхности и видимая глазу часть образует межнациональный конфликт, а подводная и скрытая от глаз аналитиков образует конфликт межэтнический.

Межнациональные конфликты более очевидны, так как они сводятся к борьбе за условия реализации ба­зовых потребностей групп населения (скажем, за тер­риторию, ресурсы и контроль над ними, дотации из центра, статус, влияние и т.д.). Как правило, они стро­ятся по двум осям:

общегосударственный центр - имеющая свою государственность и входящая в состав «большого Госу­дарства» малая нация или обладающая политической (административной) автономией этническая группа;

одно государство или политический (админист­ративный) регион - другое государство или полити­ческий (административный) регион, входящие в со­став «большого Государства».

Этого не скажешь о межэтнических конфликтах. Это более сложные, затрагивающие сферу бессознатель­ного в человеке, иногда глубоко укорененные и имею­щие историческую давность, конфликты. Строятся они также по двум осям

численно доминирующий титульный этнос, опи­рающийся на структуры государственной власти - эт­ническое меньшинство, организованное в движение, которое ставит своей целью защитить свои интересы и с этой целью стремится изменить существующее положение вещей;

одна этническая (субэтническая) группа - дру­гая этническая (субэтническая) группа, не занимаю­щие доминирующего положения в государстве и орга­низованные в политические или общественные дви­жения.

Таким образом, подводя итог вышеизложенному, мы в дальнейшем будем применять понятие «межнациональный (национальный) конфликт» и «межэтнический (этнический) конфликт как синонимы.170

Взгляды ученых, анализировавших проблему возникновения межнациональных конфликтов, можно разделить на три основные группы. Первая группа - исследователи, которые отдают предпочтение исключительно материальным причинам - борьбе за ресурсы, территорию, контроль над экономикой и т.п. Вторая группа – ученые, которые считают, что у истоков стоят нематериальные причины: политические, исторические, религиозные, проблемы безопасности и т.п. Третья группа придерживается мнения, что межнациональные конфликты возникают в результате действий элит, по тем или иным причинам заинтересованным в насилии. Впрочем, большинство исследователей этой проблемы сходятся во мнении, что каждый конфликт уникален и, соответственно, имеет уникальные предпосылки. Попробуем и мы сформулировать и отстоять свою точку зрения на природу возникновения межнациональных конфликтов.

Ранее мы уже указывали, что межнациональные конфликты имеют свою давнюю историю. Им предшествовали межплемен­ные и межобщинные, а больше всего межконфессио­нальные конфликты, уносивший тысячи и тысячи человеческих жизней. Известные в Европе кресто­вые походы (христиан против мусульман), крово­пролитные побоища католиков и протестантов между собою, турок-мусульман и балканских наро­дов, христиан, боровшихся против господства турец­ких халифов.

Полна жестокими конфликтами исто­рия азиатских стран, где эти конфликты чаще всего имели религиозный характер. Межнациональные конфликты современного типа (в виде наци­ональных движений) стали возникать в XIX и в на­чале XX вв. В Европе они были связаны с формированием независимых государств и завершением становления современных наций (например, гер­манской, балканских), в Азии - главным образом, с борьбой народов за освобождение от колониаль­ной зависимости (Индия, Иран, Афганистан и др.), в Америке - также с борьбой за независимость от Испании и Великобритании.

Некоторые конфлик­ты, вспыхнувшие в конце XIX в., перманентно во­зобновляются и поныне. Например, курдское наци­ональное движение. Уже на конференции в Верса­ле по итогам Первой мировой войны представители курдов требовали национальной независимости, но ее нет и сегодня. Взаимная вражда балканских на­родов не раз была источником бурь в Европе.

С со­зданием в начале XX в. англичанами в Палестине «еврейского национального очага» возник конф­ликт между арабами и евреями, продолжающийся по сей день. Поначалу он был этническим, так как ни та, ни другая народность не являлись нациями. Конфликты, связанные с противоречием между этно-национальными интересами, играют «исклю­чительно важную» роль в наше время, хотя они не­посредственно возникали по спорным вопросам территориально-государственного устройства. Ведь в каждом случае конфликта борьба разгоралась за государственное самоопределение определенной, оказавшейся бесправной этнонациональной груп­пы. Например, в Южной Африке таким было чер­нокожее население; на Ближнем Востоке - арабы-палестинцы, в Турции и Ираке - курды и т.д. В Ев­ропе конфликтами, связанными с этно-национальными различиями стали: югославский, грузино-абхазский, англо-ирландский; в Азии - между этническими группами Афганистана, Рес­публики Бангладеш, Индии, Индонезии, Камбоджи, Мьянма, Филиппины, Шри-Ланки, Таджикис­тана; в Африке - между этносами Алжира, Анго­лы, Либерии, Руанды, Сомали, ЮАР, Судана, Эфи­опии; в Центральной и Южной Америке - между различными этническими общностями Колумбии, Гватемалы, Перу.

Показателен пример динамики развития югославского межнационального конфликта: вначале этноконфессиональное разделение южнославянс­ких народов; затем формирование взаимоисключа­ющих национальных идей и национализмов; как следствие - провал объединительного движения и разрушение единого югославского государства, как результат, образование самостоятельных государств. В итоге про­изошло расчленение территории, на которой жи­вут сербы, на три государства: Союзная респуб­лика Югославия (Сербия и Черногория), где сербы - основная национальная общность, Хорватия, для которой сербы - лишний этнос, Босния и Герцего­вина - мусульманское политическое объединение, стремящееся подчинить этнических сербов, лишив их большей части занимаемой территории и глав­ных промышленных и культурных центров.

Комплексно-системное исследование вышеперечисленных конфликтов показывает, что их природа всегда сложна и противоречива, поскольку имеет целый набор причин и конфликтогенных факторов, явные и латентные (скрытые) интересы сторон, определенные этапы развития и формы противоборства.

Здесь, по нашему мнению, интересны результаты исследований Ф.Файзуллина, в которых он подчеркивает, что в многонациональном обществе, естественно, всегда будут определенные национальные различия, противоречия, которые могут привести к серьезным национальным конфликтам. Но чтобы они, количественно накапливаясь, не приводили к коренным качественным изменениям в межнациональных отношениях, не перерастали в национальный антагонизм, они должны быть подвергнуты соответствующему социальному регулированию. Национальный фактор остается одним из определяющих индивидуальное и общественное сознание, политику и духовную жизнь, нравственность и поведение людей, подчеркивает профессор Файзуллин.

Например, по данным социологических исследований в Башкортостане, проведенных в 2001-2002 годах, на вопрос «Какие проблемы волнуют Вас больше всего?» на межнациональные отношения указали 23,3% респондентов башкир, 12,9% русских, 11,3% татар и 23,4% представителей других национальностей. Среди факторов, обостряющих межнациональные отношения, 34% опрошенных назвали общее ухудшение экономической ситуации, 33,3% - низкую культуру межнационального общения и нарушение принципов социальной справедливости, 15,7% - провокационные действия экстремистов, 10,6% - воздействие происходящих в обществе процессов по углублению национальной обособленности, 5% респондентов отметили неумение руководителей предприятий, хозяйств регулировать межнациональные отношения (диагр. № 2). При выяснении мнения респондентов по поводу того, какими показателями должны регулироваться межнациональные отношения, выяснилось, что на первое место они ставят социальную справедливость.171



Диаграмма № 2.
Результаты опроса общественного мнения граждан

Башкортастана (2001-2002 гг.) на вопрос:

«Какие факторы влияют на обострение

межнациональных отношений?



Жизнь учит, что природа любого межнационального конфликта всегда сложна и противоречива, поскольку имеет целый комплекс причин и конфликтогенных факторов, явные и латентные (скрытые) интересы сторон, определенные этапы развития и формы противоборства. Следует согласиться с Р.Карчаа, который считает, что совершенно бесперспективны дискуссии о том, какова главная причина межнационального конфликта, какова второстепенная. По его мнению, генерализация одной причины малопродуктивна для анализа и прогноза, поскольку неистощимы взаимосвязи и взаимовлияния в кругу причин, представляющем порой крайне запутанный «клубок». Как известно, в каждом конкретном случае, на каждом этапе развития конфликта роль той или иной причины может меняться, они всегда резко различимы. Мощность «причинного континуума» может оказывать и оказывает влияние на развитие конфликта. Каковы же компоненты «причинного континуума»? Представляется, что все они «коренятся» в неразрывной связи объективных и субъективных сторон этнонационального бытия. Исходя из этого, Р.Карчаа различает следующие причины межнациональных конфликтов: социально-экономические, политико-правовые, исторические, культурные, психологические, экологические.172

М. Браун, автор книги «Национализм и этнический конфликт» считает, что существует группа факторов, ответственных за начало межнациональных конфликтов. Среди них он выделяет - слабость государства, проблемы с обеспечением внутренней безопасности, наличие дискриминационных политических институтов, особенности этнической географии данной страны (например, отдельные этнические группы живут, в основном, обособленно), культурная и экономическая дискриминация и т.д. То есть, М. Браун считает краеугольным камнем возникновения конфликта недостаток демократии и либерализма в обществе.

В свою очередь, Д. Фирон и Д. Лэйтин, авторы книги «Национальность, партизанская война и война» пришли к выводу, что «первую скрипку» в начале подобных конфликтов играют экономические, а отнюдь не политические факторы. Д. Лэйк и Д. Ротчайлд, авторы книги «Коробка со страхом: причины и управление этническим конфликтом», считают, что этнические конфликты более часто возникают в географически изолированных регионах, где на протяжении долгого времени компактно проживает определенная национальная группа, имеющая опыт войн за независимость или за власть в «большом» государстве.

Н. Самбанис, сотрудник Всемирного Банка, автор доклада «Имеют ли общие причины этнические и неэтнические гражданские войны?», пришел к выводу, что риск начала этнического конфликта возрастает, если в соседнем государстве наблюдается серьезный внутренний конфликт или идет война. Кроме того, чем демократичней и либеральней страны-соседи, тем меньше шансов начала подобного кровопролития. Сотрудники Всемирного Банка П. Коллер и А. Хеффлер проанализировали экономический аспект этой проблемы и пришли к выводу, что вероятность начала этнического конфликта зависит от уровня жизни этнического меньшинства. Чем более состоятельно население в «проблемном» регионе, тем выше шансы инсургентов получить необходимые ресурсы для начала межнационального конфликта. Кроме того, значительную роль играет наличие богатой и влиятельной диаспоры, которая, как правило, оказывает поддержку подобным движениям. По мнению Коллера и Хеффлера, чем более разнообразно и демократично общество, тем меньше шансов, что начнется этнический конфликт или гражданская война.

Один из известнейших авторитетов современной социологии, Майкл Манн, в своей новой книге «Темная сторона демократии. Как объяснить «этнические чистки»?» (2004) писал, что важнейшей причиной кровавых этнических конфликтов является то, что деление по этническим признакам замещает собой другие стратификации - классовые, региональные, гендерные. «Самые первые формы современных сообществ определялись политикой классов. Либеральные представительские государства возникли как способ смяг­чения классовых конфликтов, придания этим конфликтам формы борьбы за существование между «народа­ми» и «нациями». Но там, где современная борьба за демократию вовлекает «весь народ», сопротивление этой борьбе начинает пониматься как «иноземное». Главная проблема сегодняшних исследований этниче­ского национализма, по мнению Манна, - это игнорирование его социальных корней (механически заме­нившее изучение в прошлом только классовых причин).173



По данным Т.Р. Гарра, автора книги «Почему повстанцы сражаются», существует несколько универсальных факторов, по которым можно предсказать скорое начало силовой борьбы за независимость.

Фактор 1. Группа, относящаяся к этническим или религиозным меньшинствам, требует большей автономии, чем она имеет в настоящий момент. В подавляющем большинстве случаев эти претензии разрешаются политическими и экономическими методами.

Фактор 2. Риск начала военных действий повышается почти на 60% в том случае, если меньшинство некогда имело собственную государственность. Не имеет значения, когда и где существовало это государственное образование, каким образом оно было создано, какая форма правления использовалась и по каким причинам оно утратило независимость. К примеру, жители канадской провинции Квебек, которые являются потомками французских колонистов, требуют независимости, легитимизируя это тем, что некогда Канада была французской колонией. Еще более опасно, если утрата независимости произошла в относительно недавнем прошлом.

Фактор 3. Чем выше организованность групп, выступающих за независимость, тем больше шансов, что они начнут вооруженную борьбу. Риск увеличивается на 83% по сравнению с плохо организованными сепаратистами. К примеру, желание самоопределиться не было подкреплено созданиями мощных административных структур католическими жителями Северной Ирландии, входящей в состав протестантской Великобритании. Несмотря на то, что католики смогли создать несколько мощных террористических групп, единый организационный центр, представляющий интересы большей части населения, создан не был. Аналогичные процессы происходят и с этническими русскими, живущими в постсоветских государствах. Периодически они выступают за автономизацию отдельных областей или регионов, или присоединение их к России, но результатов эта деятельность не приносит.

Фактор 4. Чем лучше в регионе, претендующем на самоопределение, обстоит дело с инфраструктурой и информационными технологиями, тем больше шансов, что начнутся силовые действия. Если определенная этническая группа находится в юрисдикции одного государства и проживает на компактной территории, то фактор связи особой роли не играет. Но его значение возрастает многократно, если этническая или религиозная группа «поделена» между двумя или более государствами. Так, например, произошло с албанцами, «разделенными» между Сербией, Албанией и Македонией, басками во Франции и Испании, лезгинами в России и Азербайджане, чеченцами в России и Грузии и т.д. Вооруженных группы сепаратистов могут координировать свои действия лишь с помощью телефонов, радиостанций и т.д.

Фактор 5. Чем выше уровень рождаемости в этнической или религиозной группе, тем более она склонна начинать войну за самоопределение. Низкий уровень рождаемости может быть компенсирован притоком большого числа мигрантов и т.д.

Фактор 6. Парадоксально, но чем меньше та или иная этническая или религиозная группа страдала от репрессий и дискриминации со стороны центрального правительства, тем больше шансов, что она начнет вооруженную борьбу. Любопытно, что большинство групп, выступающих за самоопределение, ныне действуют в демократических государствах. Более того, разговоры о независимости начинались лишь после того, как страна меняла форму правления на демократическую.

Фактор 7. Начало силовых действий значительно более вероятно, если некогда представители этой религиозной или этнической группы уже вели подобную борьбу.

Авторы научного труда «Cоциология межнациональных отношений в цифрах»174 выделяют следующие факторы, оказывающие влияние на возникновение межнационального конфликта:



национальный состав региона конфликта (выше его вероятность в смешанных регионах);

тип поселения (вероятность выше в большом городе);

возраст (крайние полюсы: «старшие-молодые» дают более высокую вероятность конфликта);

социальное положение (выше вероятность конфликта при наличии маргиналов);

уровень образования (корни конфликта гнездятся в массе невысокого уровня образования, однако, следует помнить, что идеологами его всегда выступают отдельные представители интеллигенции);

политические взгляды (конфликтность значительно выше у радикалов).

Углубленное изучение причин межнациональных конфликтов как на территории Российской Федерации, так и в других регионах мира показало, что не всегда в их основе находятся серьезные национальные обстоятельства. Последние могут лишь окрашивать в национальный «цвет» политические, военные, экономические территориальные, экологические и иные проблемы. Национализм в этих случаях является солидаризирующей составляющей, выполняющей функцию социальной «ретуши» для того, чтобы скрыть суть проблемы, в том числе и в индивидуальном сознании представителей конфликтующих сторон.

Данный вывод совпадает с мнением известного российского ученого-этнолога В.А. Тишкова. Он считает, что различное понимание обществоведами феномена этничности, с одной стороны, и их дисциплинарная специфика с другой, обусловливают весьма широкий спектр интерпретации этнических конфликтов, охвативших в настоящее время обширную территорию бывшего Советского Союза. Характерная особенность создавшейся ситуации в том, что исследователями за­частую трактуются в качестве этнических общественно-политические процессы и события, природа которых на самом деле гораздо сложнее. Так, например, движения за независимость в Прибалтике трактовались не только советскими, но и зарубежными специалистами в основном как типичные этнические конфликты. Между тем, по мнению. В.Тишкова, определяющим моментом в этих движениях явился фактор политический - стремление соответствующих гражданских сообществ обрести суверени­тет и оформить государственность, которой они не имели или были лишены в условиях сначала царской, а затем совет­ской империи.

Безусловно, основу этих гражданских сообществ составили представители одной из этнических групп, которые сформулировали идею и программу этнонационализма и мобилизуют вокруг них широкие массы населения, в том числе и иноэтничного. Как известно, значительная часть русского населения поддержала идею независимости прибалтийских государств. Здесь конфликт не имеет четко выраженного межэтнического параметра, но он, безусловно, присутствует в той мере, в которой часть русскоязычного (нетитульного) населения бывших союзных республик ассоциирует себя с Центром и к соответствующими государственными структурами и институтами.175

История учит, что любой межнациональный конфликт начинается с межнациональной (этнической) напряженности, особого психического состояния этнической общности, которое формируется в процессе отражения групповым этническим сознанием совокупности неблагоприятных внешних условий, ущемляющих интересы этноса, дестабилизирующих его состояние и затрудняющих его развитие.

Будучи биосоциальным образованием, этническая общность в этих условиях, либо противится деструктивным действиям тех или иных факторов, либо ищет формы адаптации к ним, чтобы их ослабить. Поэтому, как считает В.А. Тишков, состояние межэтнической напряженности составляет не только психологический фон конфликта, но и способ мобилизации внутренних психологических ресурсов этноса для защиты своих интересов.176

По данным исследований, проведенных Центром социологии межнациональных отношений Института социально-политических исследований РАН, существует совокупность факторов, детерминирующих напряженность в межнациональных отношениях. Причём представления об этом отличаются в различных этнических группах. Так, если русские в первую очередь отмечают ухудшение экономической ситуации, политические кризисы, то для представителей титульных наций на первое место выходят такие признаки, как неуважение к языку, обычаям, культуре людей других национальностей, ошибки в национальной политике.177

Например, как показал проведенный ФОМ 23 января 1999 года опрос общественного мнения, россияне не считали межнациональные отношения, сложившиеся в то время в стране, благополучными. Лишь около трети опрошенных (30%) согласились с мнением, что в современной России все народы имеют одинаковые права. А свыше половины респондентов (56%) полагали, что «у некоторых народов прав сегодня меньше, чем у остальных».

Кроме того, по мнению подавляющего большинства опрошенных (70%), власти делают слишком мало, чтобы пресечь проявления национальной розни, публичные высказывания и действия, ведущие к ее разжиганию. Только 15% респондентов считают, что власти предпринимают все необходимое для пресечения подобных явлений178.

Всесторонний комплексно-системный анализ межнациональных конфликтов показывает, что какими бы причинами они не вызывались, они, в конечном счете, приводят к массовому нарушению законов и прав граждан.

Хас-Мамедов, например, видел причины межнациональной напряженности в последствиях миграционных процессов, необеспеченных соответствующими социально-политическими мероприятиями властей на местах. Касаясь армяно-азербайджанского конфликта в начале ХХ века, он указывал, что за последние три года русское население Закавказья выросло на 10 тыс. чел., т.е. на 36% переселенцев, прибывших сюда с 1898 г., когда была официально разрешена колонизация. В результате разделения населения края на христиан и нехристиан возросла неприязнь местного населения к русскому, особенно ухудшилось положение мусульман в сфере образования, участия в местном управлении, частной практике, адвокатуре, духовной сфере. Так, мусульмане Дагестанской области, Кубанской и Терской областей не имели своего духовного управления и вплоть до 1917 г. не смогли добиться его учреждения. Власти никак не реагировали на участившиеся с 1905 года межнациональные конфликты, и они переросли в армяно-азербайджанскую резню.179

Исследование структуры причин возникновения межнациональной напряженности позволяет сделать вывод, что неизбежно выделяются причины как объективного, так и субъективного характера.

Следует согласиться с Н.Кокшаровым, который считает, что объективными причинами обострения межнациональной напряженности могут быть:

во-первых, последствия серьёзных деформаций национальной политики, накопившаяся за долгие десятилетия неудовлетворенность, выплеснувшаяся наружу в условиях гласности и демократизации;

во-вторых, результат серьёзного ухудшения экономического положения в стране, которое также порождает недовольство и вражду у различных слоёв населения, причём эти негативные настроения канализируются, прежде всего, в сфере межнациональных отношений;

в-третьих, следствие закостеневшей структуры государственного устройства, ослабления тех основ, на которых создавалась свободная федерация народов.

К субъективным причинам Н.Кокшаров относит следующие:

социально-экономические (безработица, задержки и невыплаты зарплаты, социальных пособий, не позволяющие большинству граждан удовлетворять необходимые потребности, монополия представителей одного из этносов в какой-либо сфере услуг или отраслей народного хозяйства, и т.д.);

культурно-языковые (связанны с защитой, возрождением и развитием родного языка, национальной культуры и гарантированных прав национальных меньшинств);

этнодемографические (сравнительно быстрое изменение соотношения численности населения, т.е. увеличения доли пришлого, иноэтнического населения в связи с миграцией вынужденных переселенцев, беженцев);

этнотерриториально-статусные (несовпадение государственных или административных границ с границами расселения народов, требование малых народов о расширении или приобретении нового статуса);

исторические (взаимоотношения в прошлом – войны, былые отношения политики «господство – подчинение», депортации и связанные с ними негативные аспекты исторической памяти и т.д.);

межрелигиозные и межконфессиональные (включая различия в уровне современного религиозного населения);

сепаратистские (требование создать собственную независимую государственность или же воссоединение с соседним «материнским» или родственным с культурно-исторической точки зрения государством).180

Экспериментальные исследования и системно-комплексный анализ конфликтов позволили ученым сделать вывод, что в настоящее время сложились три уровня напряженности в межнациональных отношениях.

Первый из них - этноограниченность (т.е. нежелание идти на контакт за пределами своего этноса) - является наиболее распространенным. Проявляется в повышении интереса к созданию мононациональных семей (происходит уменьшение доли смешанных браков), в предпочтении работать в однонациональных коллективах, в монополизации руководящих постов уровней представителями своего народа. Практически каждый из народов, особенно те, которые имеют национально-государственную или национально-территориальную автономию, охвачен этой болезнью, являющейся исходной, первоначальной базой для разрушения межнационального согласия. Ярким примером здесь являются межнациональные отношения в странах Балтии, Башкортостане, Татарстане, в Украине и других постсоветских республиках.

Второй уровень - этноэгоизм (стремление к обеспечению преимуществ своему народу за счет других народов), который сегодня получает все большее распространение. До 30-40% коренного населения республик считает естественным получение преимуществ перед другими народами, населяющими республику.

Например, в России уже стало почти правилом, что занятость русских превышает их долю в населении лишь в промышленности и, отчасти, в науке здравоохранении, просвещении. Во всех остальных сферах и отраслях включая органы государственного и хозяйственного управления, состав студенчества, доля русских ниже, чем их удельный вес в составе населения. В Татарстане, например, де-факто вводятся жесткие ограничения по национальному признаку на владение и распоряжение природными ресурсами, вытесняются российские акционеры, контрольными пакетами акций обеспечиваются представители татарского населения и т.д. В Дагестане этноэгоизм проявляется в скрытом противостоянии лакцев и кумыков (из-за кумыкских земель), в стремлении ногайцев добиться объединения ногайских территорий, поделенных ныне между Дагестаном, Ставропольским краем и Чечней.



Третью стадию - этнофобизм, характеризует прямая враждебность, непримиримость по отношению к иным, «не своим», чужим народам. Особенно ярко, например, он проявился в известном осетино-ингушском конфликте. Еще в феврале 1957 г. был поднят вопрос о широко известном сегодня Пригородном районе. «...Ингуши, - сообщалось в записке заведующего отделом ЦК КПСС по РСФСР В.Чураева, - настаивают на передаче Пригородного района Северной Осетии в состав ЧИ АССР, мотивируя это тем, что до 1944 г. он входил в эту республику». Но принадлежавшая ранее ЧИ АССР правобережная часть современного Пригородного района Северной Осетии была оставлена Северо-Осетинской ССР. В 1992 г. это обернулось силовым конфликтом. Немало проблем возникло и с возвращением балкарцев. Из 62 селений, принадлежавших им, сохранилось лишь 18, а жилых помещений - только 23 %. Назрел вопрос и о возвращении Кабардино-Балкарии пастбищ на Черных землях и территории Курпского района, переданного в 1944 г. Северо-Осетинской АССР. Кабардинский обком КПСС высказывался о нежелательности восстановления автономии балкарцев, но его не послушались.181

В то же время как показало исследование сегодня можно сделать вывод о том, что процесс этнофобии нарастает только там, где существует определенная историческая память в сознании этноса или эту карту разыгрывают в пользу решения своих интересов политические силы, особенно с использованием СМИ. В подтверждении этого приведем данные социологического опроса, проведенного в Иркутской области в 2001 году.

В подготовленном Комитетом по молодежной политике Администрации Иркутской области Государственном докладе «О положении молодежи в Иркутской области», являющемся Приложением к Постановлению Губернатора области от 3 января 2001 года №1-п, приводятся результаты анкетирования, посвященного проблеме межнациональных отношений в молодежной среде. Как показало анкетирование, проблема национальной идентификации не играет для молодежи существенную роль, однако проблема межнациональной неприязни существует. Объектами межнациональной неприязни чаще всего становятся: жители кавказских республик (62,6%); цыгане (58,8%); азиаты (корейцы, китайцы) (41,9%); жители среднеазиатских республик (15,9); африканцы (12,4%); русские (9,1 %); арабы (8,8%) (диагр. № 3). В анкетах были указаны также американцы, буряты, украинцы. Несмотря на то, что стереотипы по отношению к отдельным национальностям определились довольно четко, 59% опрошенных заявили, что в их окружении не возникают национальные конфликты, часто такие конфликты возникают лишь в окружении 1,8% респондентов. Как полагают авторы доклада, частые упоминания о национальных конфликтах в средствах массовой информации не соответствуют реальной ситуации межнациональных отношений в области.182

В жизни этническая общность всегда либо противится деструктивным действиям, либо ищет формы адаптации, чтобы их ослабить. Поэтому состояние межнациональной напряженности - не только психологический фон конфликта, но и способ мобилизации внутренних психологических ресурсов этноса для защиты своих интересов.


Диаграмма № 3.
Результаты опроса общественного мнения граждан Украины

по поводу возможности возникновения на ее территории

межнациональных конфликтов



Степень межнациональной напряженности зависит от структуры и содержания межнациональных коммуникаций, особенностей национальной (этнической) культуры взаимодействующих общностей и исторического характера отношений между ними. Эти компоненты обретают свое существование в виде системы взглядов, представлений, мнений, убеждений, выражающих отношение к существующей практике межнациональных отношений в государстве (в виде этнокультурных установок, поведенческих моделей, а также в виде отдельных фрагментов ис­торической памяти этноса, включающей оценочное знание исто­рических событий в сфере межнациональных отношений).183

Существенно влияет на уровень формирования межнациональной напряженности история межнациональных отношений. Историческая память особенно хорошо фиксирует национальные обиды и признательность. А митинги на исторические темы способствуют переводу социальной напряженности в межнациональную. Всегда удобнее указать на исторического врага, чем разобраться в том, кто виноват в сегодняшнем положении народа и, самое главное, что нужно сделать, чтобы выбраться из него. Прошлое в этом случае начинает восприниматься через призму настоящего.

Если рассматривать межнациональную напряженность как массовое психическое состояние, то можно утверждать, что она основана на эмоциональном заражении, психическом внушении и подражании. Социально-психологические процессы в митингующей толпе близки к массовой психологии толпы, где индивид снижает уровень критического отношения к себе и ответственности за свое поведение, где идет сдвиг от рационального к эмоциональному, осознание общей силы и личной анонимности.

При этом психологи наблюдают в группе кумулятивный эффект - усиление эмоциональной волны, как правило, тревожного или агрессивного содержания. В толпе очень легко перейти от эмоций к действию - для этого толпе нужен лидер или лидирующая группа. Здесь очень велика вероятность перехода к насилию, что еще бо­лее усиливает межнациональную напряженность.

Особо необходимо отметить, что значительно стимулируют процесс нагнетания межнациональной напряженности слухи184, стремительно циркулирующие в системе неформальных коммуникаций.

Так, например, в 20-е годы ХХ столетия в СССР возникла проблема - взаимоотношения коренных горских народов с казачеством. В ходе гражданской войны значительная часть казачества воевала на стороне белой армии, что вызвало негативное отношение к нему со стороны советских органов. Имели место случаи коллективного наказания казачьего населения, высылки из станиц. Проявлялись и националистические настроения казаков по отношению к горцам. Усиленно распространялись слухи о вытеснении казаков, вообще русских. В Информационной сводке Терской ВЦК (февраль 1921 г.) сообщалось: «Казаки ряда станиц полагают, что их... выселят и вообще будет выселение всего русского населения с Кавказа». Когда выселяли жителей из казачьей станицы Архонской - в отместку за налет бандитов на красноармейцев, то среди казаков распространился слух: «Выселяет не власть, а осетины, с целью захватить готовые постройки». Осетины, конечно же, никакого отношения к этой акции не имели.

В 1927 г. в ходе переселения горцев из ущелий, куда они были вытеснены во времена Кавказской войны, наделение их землей шло не только за счет бывшей горской инонациональной верхушки, но и за счет казачества. К 1927 г. только чеченцы получили 13 тыс. га из земель, приписанных станицам. Пpитеснения со стоpоны советского pуководства вызывали недовольство казачества и порождали национальную обиду в отношении чеченцев, ингушей, карачаевцев, осетин. С другой стороны, имели место и противоположные факты. Так, в 1921 г. среди горцев распространялись слухи, что красноармейские части, участвующие в борьбе с бандитизмом, защищают казачество за счет интересов горцев. Отношения между горцами и казаками, в частности, Терской области, издавна были обострены. Переделы земли усугубили обстановку, дали повод для территориальных претензий. Рецидивы старых взаимных обид между горцами и казаками сказываются и ныне.185

Имеющийся сегодня информационный вакуум или искаженная информация в СМИ вызывают новый круг слухов. «В политической жизни общества пресса, - пишет политолог А.А.Чичановский, - играет бинарную роль: она и отображает политику (репродуктивная функция), и творит ее (продуктивная) …национальную политику в том числе и таким образом творят и средства массовой информации, и властные структуры, и все прочие внутренние и внешние исторические и текущие обстоятельства»186.

Кроме того, межнациональная, как и социальная, напряженность характеризуется таким пограничным психическим состоянием, как массовая невротизация, а на этой основе развиваются страх культурной ассимиляции и ощущение необходимости национальной консолидации. Эти состояния отличаются повышенным эмоциональным возбуждением, вызывающим различные негативные переживания: тревогу, массовую национальную напряженность, беспокойство, раздражительность, растерянность, отчаяние и др.

Такие состояния вызывают широкие негативные эмоции, увеличивается круг раздражителей, провоцирующих отрицательные реакции. В этих условиях самые обычные, нейтральные слова воспринимаются как агрессивные, люди кажутся менее симпатичными и т.д. Еще резче поляризуются отношения “свои” - “чужие”. Своя этническая группа оценивается более позитивно, а чужие - более негативно. Так, все успехи - это наши внутренние заслуги, все неудачи вызваны внешними обстоятельствами, а главное - кознями внешних врагов, под которыми автоматически понимаются иноэтнические группы.

Напряженность конфликтной ситуации, затрудненность информационного общения и убежденность партнеров во взаимной несовместимости создают условия для формирования у них состояния агрессивности. Хорошо известно, что такое психическое состояние делает человека невосприимчивым к рациональному поведению. Любое действие в таких условиях вызывает резкую ответную реакцию другой стороны и в итоге завершается общим противоборством ее участников. Проведенный учеными – конфликтологами187 сравнительный анализ межнациональной напряженности в Прибалтике, в Украине, в Приднестровье, на Кавказе, в республиках Закавказья и Средней Азии, а также в различных регионах Российской Федерации свидетельствует о доминирующей роли политики во всех этих конфликтных ситуациях. Роль политического фактора явилась во многом преобладающей как при их возникновении и развитии, так и в процессе урегулирования.

Например, Т.Резникова выделяет следующие политические причины возникновения межнациональных конфликтов на постсоветском пространстве:

стремление к самоутверждению национальных элит стран СНГ и Прибалтики - в результате происходит методичное вытеснение русского и «русскоязычного» населения из сферы управления, экономики и культуры;

существование большого количества исторически сложившихся межнациональных споров между народами (армяне и азербайджанцы, грузины и абхазы, русские и некоторые коренные народы Северного Кавказа) - при этом, способный урегулировать их центр (союзное правительство) отсутствует;

произвольный характер границ между бывшими союзными республиками и новыми независимыми государствами (в Средней Азии, между Россией и Украиной (Крым, восток Украины) и др.), провоцирующий территориальные споры;

неоконченность процесса формирования нации у некоторых из народов, образующих новые независимые государства (конфликты между племенными группировками в Таджикистане, между выходцами из различных жусов в Казахстане, между жителями Востока и Запада Украины)188.

Таким образом, напряженность в межнациональных отношениях - одна из характерных черт кризисно - катастрофического состояния общества. Например, распад СССР обусловил появление (или обострение) сложных проблем во взаимоотношениях между российскими народами. Со всей остротой встал вопрос о сохранении целостности Российского государства, которому западные, и некоторые отечественные политики пророчат сегодня распад на множество мелких полуфеодальных самостоятельных государств, находящихся в состоянии экономической и политической междоусобицы. Все большее количество людей в разных российских регионах осознает, что государственная целостность России - это последний рубеж, за которым - историческое небытие, полный распад, исчезновение.



Вышеизложенное позволяет не только определить основные причины и факторы, влияющие прямо или косвенно на межнациональную напряженность, но и сделать некоторые выводы. Так, в частности, применительно к России, по мнению К. Гусаевой189, можно утверждать следующее.

Первое. Межнациональные отношения характеризуются во всех регионах определенной напряженностью. Общий рост недовольства существующим положением (социально-экономическим в первую очередь) выступает в качестве мощного ускорителя всех форм “протестного реагирования”, “протестных движений” в различных областях общественной практики, в том числе и в области межнациональных отношений. Неудачи и провалы экономического реформирования усиливают неприятие проводимой государством экономической политики и обусловливают низкий рейтинг принимаемых правительством решений. Все это стимулирует, в конечном счете, центробежные тенденции, сепаратизм не только национальный, но и региональный, создающий угрозу единству и целостности Российского многонационального федеративного государства.

Второе. Разрешение уже проявившихся противоречий между Центром и республиками (регионами) делает необходимым уточнение административного деления России, максимальное приближение его к исторически сложившимся экономическим зонам (районам).

Третье. Решение проблем национального суверенитета должно быть связано с идеей национально - культурной автономии. Именно эта форма может быть наиболее эффективной для решения задач развития культуры, языка, обычаев и традиций этнических общностей, повышения их социального статуса в многонациональном сообществе. Акцент именно на данном варианте решения вопросов национального самоопределения позволит сохранить нерушимость государственных границ.

Четвертое. Рост национального самосознания, активизация национальной жизни в различных формах актуализируют историческую память, способствуют оживлению представлений и стереотипов, возникших в прошлые времена, но не потерявших своего значения в межнациональных отношениях сегодня. Заметно происходит усиление влияния национального самосознания на все стороны общественной жизни, в том числе и на экономическую. Последнее требует обязательного учета в процессе проведения связанных с переходом к рынку мероприятий, особенно земельной реформы и приватизации.

Пятое. Усиление напряженности в межнациональных отношениях обусловлено значительным распространением фактов нарушения в повседневной жизни принципа равенства прав наций. Обращает на себя внимание и то обстоятельство, что весьма значительной является доля населения, выражающая готовность участвовать в конфликтах на стороне своей национальной группы.

Шестое. Широкое распространение в общественном сознании получили представления об игнорировании национальных интересов. Эти представления в случае ухудшения общей ситуации способны активизировать как титульные нации, так и национальные меньшинства в отстаивании своих интересов любыми способами, не исключая насилие.

Седьмое. Все более явственно ощущается необходимость разработки научной концепции (теории) гармонизации межнациональных отношений и соответствующей ей программы практических действий на переходный период. В основу этой концепции должны быть положены идеи национального центризма (преодоление крайностей в национальном вопросе во всех его аспектах), федерализма (обеспечение фактического равноправия всех национально-территориальных и административно-территориальных единиц), межнациональной консолидации с демократизацией межнациональных отношений и всемерным развитием национально-культурных автономий, а также признание и учет национальных и региональных интересов всех субъектов федерации.

Восьмое. Национальная политика сегодня становится по своей сути национально-региональной. Региональная консолидация (не противопоставляющая себя российскому Центру) позволяет обеспечить приоритет наднациональных ценностей, приближает к пониманию первостепенной важности общенациональной идеи - идеи возрождения России как великого, могучего государства с демократическими порядками и социально ориентированной экономикой. Национальный же суверенитет как воплощение национальной идеи, утверждающей необходимость национальной государственности (одна нация - одно государство), бесперспективен.190

Девятое. Реализация идеи возрождения России предполагает высокую активность широких слоев населения, людей разных национальностей и конфессий. В этой связи представляется весьма перспективной разносторонняя поддержка недавно возникшего движения, объединяющего в своих рядах ученых, народных депутатов, представителей общественности, - “Сотворчество народов во имя жизни” (Сенежский форум), главной задачей которого (как определено в его программе и уставе) является поиск путей национального согласия. Сегодня особенно ясно, что возникающие в сфере межнациональных отношений проблемы не могут быть решены только усилиями “верхов”.

Десятое. Необходимо предметное изучение национальных проблем в каждом регионе (республике, крае, области) в режиме мониторинга, т.е. периодически осуществляемых по единой методике массовых опросов населения. Полученная на их основе информация должна сопоставляться и дополняться данными статистики, результатами анализа программ национальных движений и фронтов, материалов выступлений средств массовой информации.191

Таким образом, мы видим, что многоплановость межнациональных конфлик­тов объясняет наличие в научной и популярной литературе противоречи­вых точек зрения по этому вопросу. Их содержание определяется тем, как тот или иной автор представ­ляет себе национальную общность, что признает за ее основу.

Рассмотрев объективные и субъективные причины возникновения межнациональных конфликтов, их сущность и содержание мы подошли к необходимости формулирования категории «межнациональный конфликт».

М.Д. Давитадзе192 считает, что межнациональные конфликты как социальное явление есть столкновение интересов разного уровня и содержания и представляют собой проявление сложных глубинных процессов в отношениях между отдельными этническими общностями, группами людей, протекающих под влиянием множества социально-экономических, политических, исторических, психологических, территориальных, сепаратистских, языково-культурных, религиозных и иных факторов. Ряд авторов пытаются дать определение межнационального конфликта как формы разрешения противоречий между двумя или несколькими инонациональными субъектами.193 Шевцов В.М. и др. считают, что это определенное состояние политических отношений между субъектами.194 В ряде научных работ межнациональный конфликт рассматривается как форма межгруппового конфликта, в котором группы с противоречивыми интересами различаются по национальному (этническому) признаку.195 Согласно В.Тишкову, этнический конфликт есть любая форма внутри- и трансгосударственных гражданских противостояний, в которых хотя бы одна из сторон самоорганизуется или мобилизуется по этническому принципу или от имени этнической общности».196

Наверное, каждое из этих определений имеет право на существование, все зависит только от того, что взять за основу, какой критерий выбрать для определения этого явления.

Однако если учитывать, что мы используем комплексно-системный подход к исследованию межнационального конфликта, а также принятый нами допуск в соотношении категорий «нация» и «этнос», то в данном случае будет целесообразно дать ему следующее определение.




Каталог: files -> docs
docs -> Продуктивность реализации Программы развития учреждения
docs -> Г(О)боу центр психолого – медико – социального сопровождения
docs -> Соотношение структуры сна и индивидуально-психологических особенностей человека
docs -> Методические рекомендации по выполнению и защите выпускных квалификационных работ для студентов
docs -> Нижегородский государственный педагогический
docs -> 1. Цели освоения дисциплины. Образовательная цель
docs -> Решение основать в Лиге Комитет по личной терапии и балинтовскому движению
docs -> В процессе работы мы часто встречаемся с проявлениями тревожности, которые мешают школьникам эффективно участвовать в учебном процессе, результативно общаться и наполняют жизнь массой негативных эмоций
docs -> Информация об агрессии. Причины агрессивности детей


Поделитесь с Вашими друзьями:
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   13


База данных защищена авторским правом ©dogmon.org 2019
обратиться к администрации

    Главная страница