Исследование бессознательной проблематики и структуры характера в области психодиагностики и терапии


Обзор бессознательных отношений «мать–ребенок»



страница14/22
Дата11.05.2016
Размер1.71 Mb.
ТипОбзор
1   ...   10   11   12   13   14   15   16   17   ...   22

Обзор бессознательных отношений «мать–ребенок»

Поскольку отношения между матерью и ребенком имеют огромное значение для развития, в настоящее время сценотест используется также и для матерей, чтобы понять их бессознательное отношение к ребенку. Несложно побудить мам построить что-либо из материалов сценотеста. Они воспринимают это приглашение даже как особое к себе отношение.

Из следующих примеров можно увидеть, как глубоко проясняют домашнюю ситуацию сцены, созданные и матерями, и детьми.

Страдающий энурезом и гиперактивностью 10-летний мальчик поставил крокодила на мост, который он построил из кирпичиков, и засунул в пасть крокодилу фигурку маленькой девочки. На заднем плане с одной стороны стояла фигурка отца рядом с коровой, на другой – фигурка матери рядом с домом. Отец и мать тщетно пытались спасти девочку. Это удалось только собаке, которая была добавлена в сцену.

Получалось, что пациент, родившийся вне брака, был менее близок семье, чем маленькая кузина, дочь родственников отца. В этой сцене выразилась бессознательная агрессия к маленькой девочке, которая была более любима родителями.

Злоба пациента в отношении маленькой девочки стала понятной, когда мать, в свою очередь, построила сцену, когда ее об этом попросили. Она положила в шезлонг фигурку маленькой девочки рядом с фигуркой матери. Перед ними обеими она поставила стол с фруктами, в то время как фигурка мальчика, по возрасту соответствующая ее сыну, стояла немного в стороне. Из этой сцены стало ясно, в каком направлении должна состояться беседа с матерью.

Следующий пример показывает, как бессознательные отношения между матерью и ее 14-летним сыном отразились в построенной ими сцене.

В отношении мальчика нужно было выяснить, почему его причислили к кругу гомосексуалистов – была ли это школьная болтовня, слухи или подозрение было верным.

Мать и сын особо подчеркивали, что они живут исключительно друг для друга. Пациент, у которого отчетливо проступали женские черты поведения, был внебрачным ребенком незамужней матери. Он не знал своего отца. Мальчик построил сцену, представляющую собой съемки фильма, в котором мужчина вернулся из путешествия. На переднем плане была женщина, приветствовующая вернувшегося мужчину. Между ними был поставлен пес, а на заднем плане на меховом коврике лежал младенец между бабушкой и собачкой. В некотором отдалении взрослый мальчик усаживал маленького на игрушечный поезд впереди себя. Пациент обозначил гусака как «гоготушку», которая пыталась протиснуться между ним и женщиной, ожидая получить улыбку от вернувшегося домой мужчины. Здесь находит выражение желание доброжелательного отцовского отношения. Тоска по нежности отразилась также в ребенке на мягком меху: ребенок был укутан с двух сторон. Потребность в межчеловеческих отношениях – желание иметь друга по играм – отразилась в игре двух мальчиков с игрушечным поездом.

Случайно, когда сцена уже закончилась, пациент дал понять, что взрослый мальчик сажал на локомотив не маленького мальчика, а маленькую девочку. Эта перемена пола у используемых кукольных фигур заставляет думать о нарушении осознания своей принадлежности к мужскому полу.

Мать также перепутала мужские и женские кукольные фигурки: в то время как она говорила о четырех мальчиках, в сцене она использовала двух мальчиков и двух девочек, расставив их по разным углам. В центре стояла фигура матери, «приглашающим жестом» подзывающей их к «накрытому столу», однако на нем не было ничего съестного. Дом, у которого было только три стены, тогда как место четвертой заняла открытая дверь во всю стену, также не создавал ощущения уюта и защищенности.

Точно так же, как и у сына, у матери обнаружилась проблема в отношении к мужской и женской роли. Оба путали существенные детали мужских и женских кукольных фигур. В интерпретации своей сцены мать нашла «особенно прекрасным» то, что двое детей были не родными, а чужими. Здесь выразилось желание быть не настоящей матерью, а, скорее, благотворительницей. Мнимость приглашающего жеста отражается в том, что на накрытом столе нет ничего съестного.

Отсутствие у матери настоящих материнских чувств и женственности привело к тому, что пациент выказал склонность тянуться к подчеркнуто мужественным мужчинам.

Использование сценотеста позволило показать, что мальчика следует отделить от его неспособной к воспитанию матери и возможного гомосексуального окружения и отправить в оздоровительно-обучающее заведение.



Сценотест как вспомогательное средство
при терапевтическом лечении



Сценотест для психотерапевтической

консультации

Сценотест показывает себя достаточно полезным не только как диагностическое, но также и как вспомогательное терапевтическое средство. При легких невротических нарушениях и острых конфликтных ситуациях, особенно у взрослых, вкупе с психотерапевтической беседой, сценотест помогает наглядно показать пациенту его проблемы с помощью им же созданной сцены.

Кроме того, в консультациях по воспитанию он позволяет реально увидеть трудности ребенка, дать обстоятельный ответ. Уже одна только сцена, которую проигрывает ребенок, может повлиять на поведение близких и снять напряжение у самого ребенка, как это демонстрирует следующий пример.

Десятилетний приемный сын академика многократно возвращался своими прежними приемными родителями обратно в детский дом, поэтому каждый раз по возвращении в новую семью возникали различные трудности в воспитании.

Этот очень скрытный и зажатый ребенок поставил под деревом на клумбе три гроба. Один гроб предназначался королю, к которому маленькая дочка шла с лопатой, чтобы посадить там цветы. Ее отец, король, был мертв уже долгое время.

Девочка-школьница подошла с кувшином ко второй могиле, чтобы полить «незабудки», которые там росли. Здесь лежали ее недавно умершие родители.

К третьей могиле, в которой должен был быть погребен мальчик, маленький пациент решил поставить идущую фигурку куклы-матери, которая изображала здесь сестру мальчика.

Он представлял в игре, что сильный защищающий отец – сам король – умер, так же, как и родители девочки. Его собственный отец для него умер, потому что он никогда не заботился о мальчике. Он боялся потерять и приемных родителей, потому что они отдавали его обратно в детский дом. Его безнадежность выразилась в том, что он напоследок похоронил и еще одного мальчика. Было заметно, что во время игры, которая захватила и расслабила его, исчезло скрытое за его отвергающим поведением депрессивное настроение.

Как без принуждения рассказал мальчик, его собственный отец никогда о нем не заботился. С чувством тяжелого разочарования он переживал, что приемные родители вернули его в детский дом. Из этого развились амбивалентные чувства, связанные с чувством вины, которые мальчик бессознательно переживал. Это нашло выражение в созданной им сцене. Близкие родственники в ней умерли, а их могильщики были окружены любовью.

Общая картина – три могильщика и один скорбящий – свидетельствовала о чувстве покинутости, одиночества. От этого впечатления не могла отделаться и приемная мать; созданная сцена показала это так наглядно, что она сразу решила взять ребенка с собой в запланированное летнее путешествие.





Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   10   11   12   13   14   15   16   17   ...   22


База данных защищена авторским правом ©dogmon.org 2019
обратиться к администрации

    Главная страница