Контрольные вопрос



страница15/31
Дата15.05.2016
Размер1.8 Mb.
#12510
1   ...   11   12   13   14   15   16   17   18   ...   31

Сверхчеловек Ницше


Идея сверхчеловека поднимается уже в самых ранних сочинениях Ницше. Она является ответом на деградацию людей в рамках современной цивилизации. Но кем является сверхчеловек –– этого Ницше не мог определить до самого конца, и чтобы попытаться понять это, нельзя выхватывать те или иные «слоганы». В период увлечения Вагнером и Шопенгауэром Ницше мыслит в терминах культа великих людей, свойственного его эпохе. В «Рождении трагедии» роль спасителей человеческого рода берут на себя веселые алкоголики, ярко переживавшие в состоянии подпития родственную связь не только друг с другом, но и со всем сущим, включая ужасную тайну бытия –– саму смерть. Затем он берет на вооружение дарвиновскую формулу эволюции, героем которой выступает вид, а не индивид. Роль последнего не так значительна: сохранение, передача генетического наследства и маленькие плодотворные мутации –– вот в чем состоит назначение отдельного человека. Бессмертен род, а не индивид. В своей «позитивистской» стадии интеллектуальной эволюции Ницше комбинирует эти биологические метафоры с «аполлоническими» и в формулах «знание-власть», «культурная политика», «власть искусства» находит их синтез. Наконец, во фрагментах «Воли к власти» Ницше завершает свой портрет сверхчеловека как самого умеренного существа, вполне владеющего своими страстями, управляющего своим поведением, разумно планирующего свою жизнь. Воля к власти здесь реализуется как искусство жизни, в которой человек учится управлять самим собою.

Кто же он такой сверхчеловек –– «белокурая бестия», селекционер или санитар культуры, методично уничтожающий слабых человеческих особей, одинокий герой, наподобие фанатичных мстителей из американских кинобоевиков, или, наконец, интеллектуал, порвавший со своей профессией и окунувшийся в мутные волны жизни, чтобы добиться успеха, а потом покончить жизнь самоубийством? Каждый читатель «Заратустры» понимает его по-своему, что, впрочем, и советовал делать Ницше. Он не был свободен от романтизма, однако все-таки не настолько от него зависел, чтобы создавать сусальные истории, которые манифестируют нереализованные желания, порожденные скукой повседневности. Без учета воздействия ее структур невозможно правильно понять то, что заставляло грезить именно в направлении «Заратустры».

В этом сочинении описывается трагическая судьба нового посланника, который учил о сверхчеловеке. Эту идею иногда понимают как плод «инспирации» –– необычайно яркого переживания, осенившего Ницше. На самом деле она имеет долгую предысторию. Прежде всего, это понятие возникает как итог размышлений о самоформировании и самовоспитании, характерных для «Несвоевременных». В работе «Шопенгауэр как воспитатель» Ницше описывает поиск закона, на основе которого формируется в молодой душе представление о самом себе. Суть его в следовании образцам. Воспитание –– это не просто многознание, а подражание великим людям прошлого. Только таким путем, подражая им, можно достичь вершин. Истинная самость не внутри, а вне меня, она не человеческая, а сверхчеловеческая. Путь к ней открывается благодаря возможности обещания. В таком понимании речь идет не о биологии и евгенике, а о культурной работе над собой, о пластике души, которая должна быть подвергнута суровой самодисциплине, благодаря которой человек может господствовать, прежде всего, над самим собой. Для этого еще в «Человеческом, слишком человеческом» Ницше нашел точную формулировку: Стать господином над самим собой, если раньше тобою правили некоторые нравственные нормы, то теперь ты должен управлять ими. Они всего лишь инструменты, среди других и твоя задача научиться использовать их для осуществления высших целей. Таким образом, речь ведется о самовоспитании, о культурном атлетизме. В «Заратустре» это приобретает биологический тон: человек произошел от обезьяны, но ушел в сферу цивилизации, сохранив при этом черты животного. Человек –– переходное существо, движущееся от обезьяны к сверхчеловеку. «В человеке важно то, что он мост, а не цель: в человеке можно любить только то, что он переход и уничтожение».111 Обезьяна напоминает ему о животном и вызывает стыд, болезненный стыд –– это и есть память, благодаря которой он возвышается к сверхчеловеку. Метафоричность биологических терминов становится все понятнее по мере прочтения книги. Целью развития является преобразование не только мозга, но и тела человека. Но верно ли бы мы поняли пафос книги, если бы ограничились указанием на необходимость совершенствования мускулатуры, нервов, сухожилий и т. п.? Да это просто комично!

Ницше опирался на современные ему представления об эволюции. В 1881 г. в Сильс-Мария он прочитал немало книг по биологии. В целом относясь к учению Дарвина достаточно критично, Ницше синтезировал две идеи: во-первых, идею развития, которая была применительно к культуре разработана Гегелем и последователями исторической школы; во-вторых, идею эволюции биологической субстанции. Дарвинская идея о происхождении человека из животного, конечно, пошатнула веру в своеобразие человека. Следствием биологии также стало понимание духа как функции тела. Этим обусловлен интерес Ницше к физиологии и стремление понять разум как телесный орган. Однако следует иметь в виду, что дарвинизм –– лишь одно из направлений, которым интересовался Ницше, а, главное, что идею эволюции Ницше применил к человеческой культуре настолько своеобразно, что ни о каком национал- или социал-дарвинизме Ницше не может идти и речи. Более того, именно дарвинизм способствовал тому, что он критично оценил идею прогресса. Конечно, селекция сверхчеловека опирается на логику дарвинизма: если развитие направлено от животного к человеку, то почему оно на нем должно остановиться? Отсюда предположение о возможности сверхчеловека как высшего биологического типа. Хотя у Дарвина не встречается термина «сверхчеловек», биологический футуризм не был ему чужд. Очевидно, что такого рода фантазм вытекает из идеи развития. Сам Дарвин, впрочем, оставался скептиком и не считал возможным продолжение эволюции от человека к сверхчеловеку. Зато оппоненты Ницше Д.Ф. Штраус и Е. Дюринг, указывая на деградацию некоторых биологических видов, предрекали человеку светлое биологическое будущее. Особенно в разного рода популярной литературе по дарвинизму сверхчеловек понимался как новый биологический тип, и мы сегодня должны помнить, что Ницше противопоставлял им свое оригинальное культурно-историческое понимание сверхчеловека.

Следует учесть популярность Т. Карлейля и Р. Эмерсона, уподоблявших сверхчеловека расе героев, святых, гениев ученых и художников. В многочисленных биографиях Лютера, Шекспира, Наполеона великие люди характеризовались как продукт глубоких качественных трансформаций человеческого рода. Ницше возражал не только против дарвинизма, но и против идеалистической абсолютизации роли культурной элиты, и критиковал как биологические, так и культурно-социологические теории. Он высмеивал понимание сверхчеловека как наполовину святого, наполовину гения и указывал на ложность его определения как идеального типа человека высшего рода. В новом предисловии к «Рождению трагедии» подвергаются сомнению притязания святости, которая ориентировала на отказ от мира. Также атлетический герой и «правитель-художник» (Цезарь-Борджиа) не считаются больше образом сверхчеловека. Во время создания «Заратустры» Ницше сплавлял в нем наполовину идеалистические, наполовину религиозные черты. В пятой книге «Веселой науки», написанной после «Заратустры», сверхчеловек рисуется как актер и имморалист. В «Генеалогии морали» речь пойдет о «белокурой бестии», но не о биологическом, а о культурном типе, который Ницше заимствовал у эпохи Ренессанса, раскрывшего витальную энергию человека.

Если есть сверхчеловек, то почему нельзя допустить существование внутри нас сверхзверя? Человек –– это самое ужасное на свете, так он охарактеризован в греческой трагедии. «Зверь в нас должен быть обманут; мораль есть вынужденная ложь, без которой он растерзал бы нас».112 Осознав себя свободным, человек наложил на себя ограничения в форме закона. Ограничивающий проявление зверского начала в человеке порядок не является чем-то чисто внешним и неизменным. Практическое значение имеет не сам по себе моральный закон, а способ его исполнения в физиологической и психической материи, в характере, «хабитусе».

Положению об абсолютности христианской морали соответствует допущение о неизменности характера. Ницше подвергает сомнению то и другое. Если рассмотреть историю человеческого рода, то обнаружится весьма значительная трансформация представлений о плохом и хорошем. «Порядок ценности благ, –– отмечал Ницше, –– непостоянен и неодинаков во все времена».113 Сегодня справедливость реализуется через суд, а личная месть считается преступлением. Однако так было не всегда. Поэтому Ницше предлагает расценивать жестоких и безнравственных людей, как некие реликты прошлого. В силу недоразвитости, умственной и культурной отсталости некоторые люди не получили всестороннего развития и ведут себя в современном обществе, как в первобытной орде. Они угрожают нашему мирному существованию, но можно ли вменить им это в ответственность? Главное, как жить с ними. Если их собрать и посадить в одно место, то общество, как показал Мандевиль в своей «Басне о пчелах», деградирует. А если предоставить им свободу, то не станет ли общество жить по законам маркиза де Сада?

Конечно, есть клинические больные и насильники, вопрос об изоляции и наказании которых не вызывает сомнений. Но как достичь понимания и взаимного признания, например, между образованными и культурными и низшими слоями общества, качество жизни которых весьма различно? Как быть в отношениях между старшим и молодым поколениями? Старики не просто консервативны, они более жестоки и архаичны, ибо условия их жизни были более суровыми (если общество деградирует, тогда все переворачивается).

Как показал Руссо, цивилизация не обеспечивает автоматического роста нравственности и гуманности. Высшая культура не ограничивает, а лишь придает выражению, реализации низменных инстинктов некую утонченную форму. Современный человек, гордящийся своей цивилизованностью, оказывается равнодушным и даже жестоким к другим, и не испытывает сострадания к боли и лишениям других людей. Таковы не только преступники, но и светские люди, расточающие комплименты и улыбки, но в душе остающиеся пустыми и холодными. Идеалы «простодушного», «нецивилизованного» человека предполагают метафизическое допущение греха. На самом деле область нравственных представлений находится в постоянном колебании: не аскеза и страсть, а познание –– вот лучшее средство самовоспитания и преодоления диких задатков.

Ницше пытается осмыслить рост цивилизованности во всей ее сложности. Он показывает, что такие понятия, как добро, благодарность, сострадание имели в древности специфическое значение. Например, он раскрывает архаичную благодарность как своеобразную форму мести: оказывая благодеяние, один свободный человек унижает другого свободного человека, который в отместку за это оказывает первому ответную благодарность. Тут нет речи о «добротолюбии». Исследуя иерархическое общество, Ницше постепенно впадает в пафос относительно «морали господ». «Хорошим» среди сильных и свободных мужчин, связанных в первобытную общину инстинктом возмездия, считается тот, кто отвечает добром на добро и злом на зло. Дурным считается не тот, кто наносит вред –– например, мужественный враг, а тот, кто возбуждает презрение. Напротив, слабые и порабощенные вырабатывают иные оценки плохого и хорошего: «здесь всякий иной человек считается враждебным».114

Ницше полагал, что наша современная нравственность выросла на почве господствующих родов и каст. Однако уже здесь он предпринимает попытку микроанализа моральных чувств современных людей. Например, он указывает, что сострадание перерождается в «христианскую ипохондрию», что доброта и любовь при их чрезмерной экзальтации подвергаются инфляции. Вообще, Ницше предлагает сосредоточить внимание при анализе современной морали не на принципах, а на телесных проявлениях высоких идеалов: дружеское расположение в общении, улыбка, теплое рукопожатие. Автопортрет здорового человека по Ницше таков: «Удачный человек приятен нашим внешним чувствам, он вырезан из дерева твердого, нежного и вместе с тем благоухающего. Ему нравится только то, что ему полезно; его удовольствие, его желание прекращается, когда переступается мера полезного. Он угадывает целебные средства против повреждений, он обращает в свою пользу вредные случайности; что его не губит, делает его сильнее. Он инстинктивно собирает из всего, что видит, слышит, переживает свою сумму: он сам есть принцип отбора, он много пропускает мимо».115 Добродушие, приветливость, сердечная вежливость являются ни чем иным, как «непрерывным осуществлением человечности». Именно они, а не провозглашение принципов сострадания и гуманности, свидетельствуют о преодолении эгоистического инстинкта в культуре. Ницше, вслед за Ларошфуко, предложил дистанцироваться от морали сострадания, которая не способствует энергичной борьбе с несчастьем. При этом он открывает тонкое извращение этого чувства у слабых людей, которые стремятся нарочно вызвать сострадание, чтобы причинять боль другим людям: «жажда вызывать сострадание есть жажда наслаждения самим собою, и притом на счет ближних».116 Этот привело к резкой оценке христианского сострадания, как формы власти слабых над сильными.


Каталог: userfiles -> anthrop -> markov
userfiles -> За январь-сентябрь 2013 года
userfiles -> Темы курсовых работ, утвержденных Советом программы
userfiles -> Темы курсовых работ, утвержденных Советом программы
userfiles -> «Адаптация детей раннего возраста к условиям дошкольного учреждения» Воспитатель Антипова Г. А
userfiles -> «Психологические аспекты адаптации персонала во время испытательного срока»
markov -> Программа учебной дисциплины опд. "Философская антропология"
anthrop -> Программа учебной дисциплины гендерная антропология для студентов дневного отделения философского факультета, специальность
anthrop -> Программа учебной дисциплины душа человека – введение в философию психоанализа
anthrop -> " структуры повседневности и моральное сознание" специальность – прикладная этика


Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   11   12   13   14   15   16   17   18   ...   31




База данных защищена авторским правом ©dogmon.org 2022
обратиться к администрации

    Главная страница