Практикум для студентов специальностей 030701. 65 «Международные отношения»


К числу факторов, порождающих недоверие российской стороны, можно отнести следующие обстоятельства



страница11/58
Дата11.05.2016
Размер5.3 Mb.
ТипПрактикум
1   ...   7   8   9   10   11   12   13   14   ...   58

К числу факторов, порождающих недоверие российской стороны, можно отнести следующие обстоятельства.

США пытаются убедить Россию в том, что создаваемая система не направлена против нее. Вместе с тем подобное утверждение противоречит доктринальным подходам Вашингтона к построению оборонной политики. США декларировали, что исходят не из оценки угроз национальной безопасности, а из оценки возможностей других государств нести в себе такую угрозу. Россия – единственная страна, обладающая ядерным потенциалом, позволяющим уничтожить США. Нет оснований полагать, что, создавая многоэшелонную и крайне дорогостоящую систему противоракетной обороны, Вашингтон не предусматривает возможность уничтожения российских стратегических ракет. Все предварительные проработки вариантов сотрудничества и совместного создания системы противоракетной обороны наталкиваются на желание американской стороны ей управлять.

При этом элементы ПРО в Польше и Чехии могут оказаться лишь первым шагом всей этой системы на европейском континенте. Как и в случае с расширением НАТО, Россия снова может услышать рассуждения о праве каждого государства на защиту от возможной ракетной угрозы. В результате в западной части Европы будет развернута значительная группировка средств ПРО, способная нарушить баланс сил.

Москва давала понять Вашингтону, что системы ПРО, расположенные на территории России, позволяют оптимальным образом отражать ракетные угрозы с южного направления. Однако американцы не проявили интереса к такому сотрудничеству. Наряду с этим нет недостатка в информации о намерении США разместить элементы ПРО на территориях к югу от РФ. Это свидетельствует о двойном назначении американской системы: и против угроз с юга, и против России.

По оценкам ряда российских и американских экспертов, противоракеты, обладающие скоростью 4,5 - 9 км/сек., способны уничтожать цели, расположенные на расстоянии 2 000 - 2 500 км от места их дислокации (в данном случае на северо-востоке Польши). Исходя из этого, делаются предположения о том, что элементы системы ПРО в Восточной Европе могут быть задействованы против ракет, расположенных в Саратовской, Челябинской и Оренбургской областях. При скорости порядка 9 км/сек. противоракеты будут способны поражать ракеты, стартующие из любой европейской части России, в том числе вдогонку за боевыми блоками.

Кроме того, у российских экспертов есть опасения, что и по функциональным возможностям элементы системы американской ПРО в Европе будут заметно превосходить декларируемые характеристики. Нельзя исключать, что противоракеты в Польше легко переоборудовать в боевые. Последним понадобится незначительное подлетное время для поражения важных объектов на территории России. Вполне вероятно также, что противоракеты будут функционально пригодны для решения задач противоспутниковой борьбы. Нет гарантии, что они не станут использоваться для уничтожения космических ракет, запускаемых с российского космодрома в Плесецке.

Нельзя не учитывать, что планируемая РЛС в Чехии способна контролировать всю ракетно-космическую деятельность в европейской части России, в том числе и на полигоне Плесецк, а также акватории Баренцева, Белого и Карского морей, то есть зону действий Северного флота РФ, и т. п.

… Планы Соединенных Штатов, нацеленные на то, чтобы сформировать одновременно с оперативно развернутыми стратегическими ядерными силами значительный возвратный потенциал и наметить перспективу эффективной системы национальной ПРО, могут привести к разрушению стратегического баланса сил между двумя основными ядерными государствами. Это нанесет серьезный ущерб стратегической стабильности в глобальном масштабе.

В то же время, несмотря на значительный потенциал недоверия, система ПРО способна существенно содействовать обеспечению безопасности в условиях ядерной многополярности.

ПРО в условиях ядерной многополярности

Ядерная многополярность означает существование нескольких групп государств:

* официально признанные ядерные государства (США, Россия, Великобритания, Франция, Китай);

* непризнанные ядерные государства, открыто заявившие о наличии у них ядерного оружия (Индия, Пакистан);

* государства, не признающиеся в обладании ядерным оружием (Израиль);

* государства, имеющие мотивацию к обладанию ядерным оружием и необходимый для этого научно-технологический потенциал (КНДР, Иран);

* государства «латентные», т.е. способные создать ядерное оружие, но в силу политической и военной нецелесообразности воздерживающиеся от перехода в разряд ядерных (Аргентина, Бразилия, Южная Корея и др.).

Нарастающие проблемы с энергоресурсами делают неизбежным распространение ядерных технологий. В результате ядерная многополярность будет расширяться, а ракетно-ядерные угрозы – возрастать.

Системы ПРО способны снизить мотивацию к обладанию ракетно-ядерным потенциалом, а также уменьшить либо предотвратить ущерб от возможного применения ракетно-ядерного оружия. Но проблему ПРО необходимо решать так, чтобы это не приводило к нарушению стратегического баланса сил между основными ядерными государствами.

Существует ряд особенностей построения систем ПРО. Достаточно указать на следующие.

* Ракетно-ядерная опасность может возникнуть с разных географических направлений. Поэтому система противоракетной обороны должна быть достаточно гибкой.

* Преднамеренное применение официально признанными ядерными государствами ядерного оружия друг против друга практически исключено ввиду полной бессмысленности. Но поддержание баланса ядерных потенциалов может еще длительное время сохранять политическую актуальность, влияя тем самым на отношение к появлению системы ПРО у одной из сторон.

* Наиболее актуальны угрозы применения ракет малой и средней дальности в ядерном оснащении непризнанными, непризнающимися или будущими ядерными государствами, но в перспективе не исключены угрозы применения межконтинентальных баллистических ракет.

* Система ПРО эффективна лишь при условии, что она способна поразить цель на различных участках траектории полета ракеты и боевых блоков.

* Эффективная система противоракетной обороны не может быть создана на территории одного государства из-за неопределенности направлений движения ракет и необходимости поражения целей на различных участках траектории полета.

* Рассредоточение средств ПРО неизбежно будет вызывать опасения государств, обладающих ракетным потенциалом и попадающих в зону действия этих средств.

* Опасения в связи с размещением вблизи национальной территории средств ПРО могут быть сняты в случае участия других государств, обладающих ракетно-ядерным потенциалом, в процессе управления этими средствами.

* Оптимальной с точки зрения затрат может быть система, использующая национальные средства ПРО государств, расположенных вблизи ракетоопасных направлений.

* Оптимальная ПРО – совместная (коллективная) по построению. Ее система управления должна позволять совместное использование национальных информационных и огневых средств, а также участие в управлении боевых расчетов от государств-партнеров.



Применительно к существующим средствам и системам можно предположить, что в состав совместной системы ПРО должны входить:

* национальные средства систем предупреждения о ракетном нападении (СПРН);

* национальные мобильные (наземного, морского и воздушного базирования) и стационарные огневые комплексы систем ПРО для поражения ракет на активном и пассивном участках траектории их полета;

* национальные наземные противоракетные комплексы, включая радиолокационные средства наведения, для поражения боевых блоков ракет на пассивном и конечном участках полета;

* совместные (многонациональные) средства и пункты управления, которые позволяют в комплексе использовать национальные средства ПРО различных государств, принимающих участие в создании системы противоракетной обороны.

… Очевидно, что элементы противоракетной обороны, размещаемые на национальной территории, должны находиться в собственном управлении, что, однако, не отменяет возможность их применения в составе общей системы.

… Очевидно, что на сегодняшний день актуальна постановка вопроса о региональной системе противоракетной обороны. Мобильный характер большинства существующих комплексов ПРО (С-300, С-400, Patriot, Aegis и пр.) позволяет реализовывать гибкую архитектуру системы, способную к развертыванию на различных ракетоопасных направлениях. Определенный опыт региональных ПРО уже накоплен. Есть основание и необходимый технический задел для осуществления комплексного применения и управления существующими национальными средствами противоракетной обороны.

Комплекс ПРО в Восточной Европе имеет целью защитить Соединенные Штаты от межконтинентальных баллистических ракет в неопределенной временной перспективе. Совместные же с Россией работы по созданию европейской системы ПРО приостановлены. Выходом из создавшегося тупика призвана быть ориентация на главный принцип – не нарушать баланса сил между основными ядерными державами. Однако озабоченность Москвы как раз и состоит в том, что этот принцип может быть нарушен.

Из отмеченных ранее особенностей построения систем противоракетной обороны следует, что наиболее эффективный путь решения возникшей проблемы был предложен российским президентом. Открытие в Москве и Брюсселе Центров обмена данными и включение в систему российских радиолокационных средств закладывают фундамент для совместного построения системы ПРО как регионального, так и глобального масштаба.

Однако из американской позиции следует, что США готовы включить российские элементы противоракетной обороны в систему, но не готовы к совместному управлению ею. И все же сдвиги в поведении Соединенных Штатов наметились. Во всяком случае, сам факт сделанного российской стороне предложения о мерах по наблюдению за элементами системы ПРО в Польше и Чехии говорит о признании озабоченностей Москвы обоснованными. По всей вероятности, мы находимся в самом начале поиска компромиссных вариантов. В этих условиях возможны два компромиссных варианта.



Первый и самый простой связан с углублением предложений США по контролю, который российские эксперты могли бы осуществлять за элементами системы ПРО в Польше и Чехии. Предложения Соединенных Штатов еще до конца не выработаны, но можно утверждать, что они окажутся приемлемыми лишь в том случае, если позволят контролировать выполнение следующих технических условий:

* исключение возможности использовать радиолокационные средства, дислоцированные в Чехии, на российском направлении;

* исключение намерения переоборудовать противоракеты в боевые ракеты;

* предотвращение угрозы применения противоракет для поражения российских МБР и космических ракет.

Очевидно, что такой контроль не может быть основан на периодических экскурсионно-инспекционных проверках. Но недостатки данной модели тоже очевидны – ведь их присутствие может быть прервано в случае обострения ситуации и требует согласия со стороны Польши и Чехии.

Второй вариант, как наиболее рациональный с точки зрения создания эффективной системы ПРО, не нарушающей баланса сил, – принятие российских предложений по совместному построению системы и, главное, управлению ею.

… В дальнейшем не исключено постепенное движение в сторону российских предложений, не преследующих цель получить односторонние преимущества и наиболее рациональных с точки зрения построения эффективной системы ПРО.



Печатается по: Золотарев П.С. Противоракетная оборона: история и перспективы // Россия в глобальной политике. – 2008. – № 3. – C. 130-142. Режим доступа: http://www.ebiblioteka.ru/browse/doc/18648453.

Вопросы для самоконтроля:

  1. В чем заключалась суть «Единого комплексного оперативного плана ведения ядерной войны – 2» (1960 г.)?

  2. Что автор понимает под термином «глобальная система защиты»?

  3. Каковы особенности построения систем ПРО на современном этапе?

Приходько О.В.

Американская ПРО: повторение истории или новая перспектива

Доктрина национальной безопасности США, определяющая в качестве одной из главных целей обеспечение физической защиты населения и территории страны от внешних угроз, обуславливается особым геостратегическим положением США. В первой половине XIX века США приобрели способность осуществлять эффективный контроль в пределах своего континентального пространства: на севере и юге они граничат с дружественными государствами, а с востока и запада отгорожены океанами от потенциальных противников. В результате создания в СССР ядерного оружия и межконтинентальных средств его доставки США утратили стратегическую неуязвимость и с тех пор не оставляют попыток восстановить дарованный историческими и геополитическими обстоятельствами высокий уровень защищенности. ПРО вновь, как и четверть века назад, отводится в этих усилиях ведущая роль.

Весной 2001 г. президент Дж. Буш объявил создание системы национальной ПРО государственной политикой США. Двумя годами ранее контролируемый республиканцами Конгресс принял закон с аналогичной формулировкой. Официально декларируемая цель - построение эшелонированной системы ПРО, способной обеспечить защиту США, дружественных государств и союзников, а также американских войск, размещенных за рубежом, от всех типов баллистических ракет с помощью средств перехвата, покрывающих все участки траектории полета атакующих целей. Все это почти дословно повторяет задачу, поставленную перед программой ПРО, которая осуществлялась на основе «Стратегической оборонной инициативы» (СОИ), провозглашенной президентом Р. Рейганом в марте 1983 года.

Официальный Вашингтон открещивается от параллелей с тем проектом. Администрация Буша утверждает, что нынешняя политика в области ПРО основывается на иной логике, нежели та, что служила движущим мотивом программы СОИ. За проектом 1980-х годов стояли больше политические, чем военные причины. Реалистически мыслящие сторонники СОИ признавали, что даже при щедром финансировании программы для создания эффективной оборонительной системы потребуются десятилетия, если эта цель вообще является достижимой. Однако само движение к ней, как они считали, позволит направить эволюцию стратегического баланса в выгодном для США направлении.

Хотя аргументы и расстановка сил вокруг проблемы противоракетной обороны заметно изменились после «холодной войны», объявленные Вашингтоном в начале 2007 г. планы развертывания элементов ПРО в Восточной Европе лежат в русле основной тенденции развития американской военно-стратегической доктрины - атаковать угрозу на максимальном удалении от территории Соединенных Штатов. Сначала эта цель достигалась за счет распространения суверенитета США на всю Северную Америку, обеспечивая глубину стратегической обороны и контроль над морскими путями. Затем она осуществлялась посредством проецирования силы на Евразию: в первой половине XX века с помощью мощного военно-морского флота, а после Второй мировой войны путем развертывания непосредственного военного присутствия на континенте в виде многочисленных военных баз и пунктов поддержки передового базирования.



Современные программные документы США предусматривают обеспечение военного доминирования в космосе. Эта установка сформулирована в стратегии на период до 2020 г., одобренной Космическим командованием США («Vision for 2020»). В документе «Национальная космическая политика США», подписанном президентом Дж. Бушем в 2006 г., постулируется задача создать потенциал, который не позволит противнику использовать космическое пространство в целях, враждебных национальным интересам страны. Аргументация республиканской администрации, касающаяся роли ПРО в обеспечении национальной безопасности, демонстрирует преемственность американского стратегического мышления.

Современный этап американской политики в области ПРО

В 2001 г. США вышли из Договора по ПРО и через три года приступили к строительству национальной системы. Основная цель начального этапа развертывания ПРО - защита американской территории от потенциальной угрозы баллистических ракет Северной Кореи. Система наземного базирования, которую США начали размещать летом 2004 г., предназначена для перехвата одновременно до пяти атакующих ракет большой дальности типа разрабатываемой северокорейской МБР «Taepo Dong 2». Ее начальная конфигурация предусматривает развертывание 20 противоракет наземного базирования в Форт-Грили на Аляске и еще четырех пусковых установок - на базе ВВС Ванденберг в Калифорнии. В информационный контур национальной ПРО интегрированы крупные стационарные РЛС, расположенные на Аляске, в Калифорнии, Великобритании и Гренландии, а также мобильные РЛС (в том числе находящиеся вблизи Аляски и в Японии) и датчики космического базирования, выведенные на орбиту. Для перехвата ракет меньшей дальности (РМД) Соединенные Штаты создали средства ПРО морского базирования - это 16 эсминцев, оснащенных противоракетной системой «Иджис».

В начале 2007 г. Вашингтон обратился с официальным предложением к Варшаве и Праге о размещении на их территории объектов американской системы ПРО. Пять лет назад США рассматривали Чехию, Польшу, Венгрию и Словакию в качестве возможного места дислокации элементов ПРО и получили от них, по сообщениям американской прессы, предварительное согласие. В итоге Соединенные Штаты остановили свой выбор на первых двух из названных стран. К 2012 г. США планируют построить в Чехии РЛС наведения противоракет, которую будут обслуживать 150 человек, и оборудовать в Польше позиционный район в составе десяти противоракет, где будет находиться 200 человек военного персонала.

До сих пор США развертывали в Европе лишь системы нестратегической ПРО. Сейчас европейским государствам впервые предлагается стать частью системы перехвата баллистических ракет большой дальности с характеристиками пусть и ограниченной (рамками объявленных планов), но стратегической ПРО. В этом состоит качественная новизна нынешней ситуации. Создание европейского сегмента американской ПРО преподносится Вашингтоном как мера, направленная на защиту от потенциальной угрозы со стороны баллистических ракет ближневосточных стран, таких как Иран, который, по американским расчетам, к 2015 г. будет иметь ракеты большой дальности.

Интерес США в области ПРО простирается и на постсоветское пространство. Глава Агентства по ПРО генерал-лейтенант Г. Оберинг не скрывает заинтересованности США в развертывании РЛС на Кавказе. Правда, Вашингтон официально пока не направлял государствам региона просьбу о предоставлении территории для этой станции. То, что США рано или поздно постараются развернуть в кавказском регионе элементы ПРО, не вызывает сомнений. Кавказ граничит с Ближним и Средним Востоком, Магрибом, где распространение баллистических ракетных вооружений продолжается весьма активно и где расположены «пороговые» государства, создающие ракетные средства доставки все большей дальности. Специфика географического местоположения закавказских республик определяет выгодность использования их территории в качестве площадки для запуска средств перехвата иранских ракет на активном участке траектории полета.

В дальнейшем американская система стратегической ПРО будет расширяться за счет подключения к ней новых средств и технологий, а также развертывания дополнительных компонентов. В соответствии с объявленными планами, к 2014 г. в нее будут входить 54 противоракеты большой дальности (40 - на Аляске, 4 - в Калифорнии, и 10 - в Польше); 18 боевых кораблей, оснащенных системой «Эйджис», включая более 130 ракет-перехватчиков; четыре системы высотного заатмосферного перехвата - ТХААД (THAAD) почти с 100 противоракетами; а также четыре РЛС типа той, что недавно была развернута в Японии. Одну из этих радиолокационных станций для обнаружения целей и наведения противоракет США планируют разместить на Кавказе, но пока не определились с выбором места ее дислокации.



В президентство Дж. Буша ежегодные прямые расходы США на ПРО составляют около 10 млрд. долл., что в 2,5 - 3 раза превышает средний уровень расходов 1980 - 1990-х годов. Администрация запросила у Конгресса на строительство объектов ПРО в Чехии и Польше 310 млн. долл. на 2008 фин. г. Суммарные расходы на американскую ПРО в Европе оцениваются в 3,5 - 4 млрд. долл. В профильных комитетах Конгресса запрос на следующий год был урезан. После этого Вашингтон предложил польским и чешским властям взять на себя часть затрат по обустройству мест базирования американской ПРО. В качестве примера была приведена Япония, которая покрывает 50% расходов, связанных с размещением на ее территории систем ПРО. Помимо России и США, еще 15 государств осуществляют разработку противоракетных технологий, в том числе Израиль и Япония, которые давно и активно сотрудничают с Вашингтоном, создавая совместные проекты в области ПРО. По объему инвестиций на эти цели Соединенные Штаты не имеют конкурентов.

Преемственность стратегической логики или повторение истории

Предложение администрации Буша о развертывании системы ПРО в Восточной Европе во многом воспроизводит логику, которой следовали США во второй половине 1960-х годов. 40 лет назад решение о развертывании системы «Сентинел» официально подавалось как создание защиты от возможного ракетного удара Китая, несмотря на то, что у КНР тогда не было МБР с ядерными боезарядами, способных достичь американской территории. Выбор районов дислокации противоракет и РЛС указывал на то, что эта система должна была быть ориентирована на перехват советских ракет в не меньшей мере, чем китайских, ведь только два из 17 позиционных районов ПРО планировалось создать на западном побережье США - наиболее вероятном направлении подлета китайских МБР.



Нынешняя ситуация во многом напоминает эту историю 40-летней давности, давая основание считать недосказанными официально декларируемые мотивы американского решения.

Во-первых, планы создания национальной противоракетной обороны и развертывания американской системы ПРО в Европе обосновываются гипотетической угрозой со стороны Ирана и КНДР. Эти государства далеки от создания ракет большой дальности. Хотя Северная Корея продвинулась дальше Ирана в разработке этих вооружений, но их испытания завершились провалом, и в ходе шестисторонних переговоров, прошедших в Пекине в июле 2007 г., Пхеньян дал принципиальное согласие на свертывание своей ядерной программы в обмен на выполнение ряда его условий.

Во-вторых, планируемая система ПРО будет охватывать полностью лишь Северную и Центральную Европу, оставляя немалую часть наиболее уязвимого южного региона Европы открытой для потенциальных ракетных ударов с Ближнего Востока. С географической точки зрения Турция гораздо больше подходит для размещения ПРО, чем Восточная Европа. По мнению неправительственных экспертов, местоположение предполагаемой РЛС (речь идет о Чехии) слишком сдвинуто на запад от идеального расположения, в результате чего без прикрытия останется часть Греции и Италии. Более подходящей для развертывания они считают территорию Литвы, Белоруссии, России, Украины или Грузии.

Американские теоретики консервативного направления не скрывают, что развертывание ПРО в Европе может позволить американской стороне извлечь дополнительное преимущество из геополитической асимметрии, существующей между США и Россией. Учитывая технические возможности «восточноевропейской» ПРО, эта система в предложенном варианте не способна оказать заметное влияние на российский потенциал ядерного сдерживания. Однако Россию не устраивает сам подход, когда США пытаются решить проблему уязвимости, не считаясь с последствиями своих действий для российских интересов безопасности.



ПРО и американская концепция стратегической стабильности

Доктрина взаимного ядерного сдерживания угрозой гарантированного уничтожения в ответном ударе противоречит концепции американской однополярности, уравнивая Россию и США по ключевому критерию военной безопасности. Это равенство основывается на возможностях стратегических ядерных сил сторон по отношению друг к другу. А равенство и однополярность, - две вещи несовместимые. Разногласия между Москвой и Вашингтоном по ПРО отражают противоречия, порождаемые американским стремлением вырваться за ограничения ядерного сдерживания с помощью новых технологий. Это стремление воплощала в себе программа СОИ, в которой важное значение придавалось разработке противоракетных технологий, основанных на новых физических принципах, для эшелонированной противоракетной обороны США с элементами космического базирования. Сами авторы того проекта признавали, что ПРО может «породить двусмысленности и проблемы, так как существует взаимосвязь между стратегическими наступательными и оборонительными вооружениями».



Каталог: files
files -> Рабочая программа дисциплины «Введение в профессию»
files -> Рабочая программа по курсу «Введение в паблик рилейшнз»
files -> Основы теории и практики связей с общественностью
files -> Коммуникативно ориентированное обучение иностранным языкам в Дистанционном образовании
files -> Варианты контрольной работы №2 По дисциплине «Иностранный (англ.) язык в профессиональной деятельности» для студентов 1 курса заочной формы обучения, обучающихся по специальности 030900. 68 Магистратура
files -> Контрольная работа №2 Вариант №1 Text №1 Use of Non-Police Negotiators in a Hostage Incident
files -> Классификация основных человеческих потребностей по А. Маслоу Пирами́да потре́бностей
files -> Рабочая программа для студентов направления 42. 03. 02 «Журналистика» профилей «Печать», «Телевизионная журналистика»


Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   7   8   9   10   11   12   13   14   ...   58


База данных защищена авторским правом ©dogmon.org 2019
обратиться к администрации

    Главная страница