Практикум для студентов специальностей 030701. 65 «Международные отношения»


Реально ли видение мира, свободного от ядерного оружия?



страница52/58
Дата11.05.2016
Размер5.3 Mb.
ТипПрактикум
1   ...   48   49   50   51   52   53   54   55   ...   58

Реально ли видение мира, свободного от ядерного оружия?


Встреча в Рейкьявике между генеральным секретарем Михаилом Горбачевым и президентом Рональдом Рейганом состоялась более 22 лет назад, в октябре 1986 г. Она проходила драматически - стороны обсуждали глубокие сокращения ядерных сил и организовали дополнительное заседание для преодоления разногласий по Стратегической оборонной инициативе (СОИ). По завершении встречи ни одного соглашения достигнуто не было. В то время многие расценили это как огромный провал, но сейчас большинство историков считают, что встреча послужила серьезным стимулом к сокращению ядерных сил.

Когда Джордж Шульц (государственный секретарь в администрации Рейгана) в начале 1990 г. спросил Михаила Горбачева, какой поворотный пункт в окончании холодной войны он считает самым важным, Горбачев ответил: встречу в Рейкьявике. Потому что именно там он и Р. Рейган подробно обсудили широкий круг проблем, и тем самым заложили основу для прогресса в будущем.



Приведенный рисунок позволяет предположить, что Рейкьявик действительно был поворотным пунктом в американо-советской гонке вооружений. 1986 стал годом, когда количество ядерных боезарядов достигло своего пика. Рейкьявик заложил основу для Договора по ракетам малой и средней дальности (РМСД) и Договора по ограничению стратегических наступательных вооружений (СНВ-1). (Оценки запасов ядерных боезарядов, использованные при построении графика, могут быть не совсем достоверны, поскольку ни одно правительство не публикует полной информации о составе ядерных сил. Наиболее точные данные предоставлены Великобританией и Францией).


Рисунок 4. – Мировые запасы ядерного оружия, 1945 - 2005 гг.*

* График составили: Hans M. Kristensen, Robert S. Norris (Federation of America an Scientists and Resources Defense Council). Авторы использовали материалы: Natural Resources Defence Council (http://ww.nrdc.org/nuclear/nudb/datainx.asp), Nuclear Notebook // The Bulletin of the Atomic Scientists (various issues).
Возможность полного избавления от ядерного оружия (ЯО) - один из вопросов (хотя и не центральный), которые обсуждались на встрече в Рейкьявике. Здесь ни одна из сторон не выдвинула формального предложения об уничтожении ЯО, хотя оно высказывалось Горбачевым ранее, в январе 1986 г. Эта проблема была неожиданно поднята в пылу дискуссии. По ходу спора о форме Договора СНВ Рейган произнес, что «он был бы не против, если бы мы ликвидировали все ядерное оружие». Горбачев ответил: «Мы это можем сделать. Мы можем его ликвидировать». Госсекретарь Шульц сказал «Давайте сделаем это». Рейган затем продолжил: «...Если бы они (СССР) согласились ликвидировать все ядерное оружие, то ... они могли бы передать этот вопрос своим дипломатам в Женеве, чтобы те составили проект договора, а Горбачев приехал бы в США и подписал его». Горбачев не возражал и продолжил обсуждение соглашения о сокращении стратегических вооружений.

Далеко не всем понравилось, что был поднят вопрос об уничтожении ядерного оружия. В Соединенных Штатах это вызвало множество критических оценок. Госпожа Тэтчер, считавшая ядерное оружие абсолютно необходимым для безопасности Британии и НАТО, вскоре прилетела в Вашингтон, чтобы высказать президенту Рейгану свое недовольство.



Инициатива Гуверовского института

В октябре 2006 г. Гуверовский институт (консервативный исследовательский центр, часто ассоциирующийся с Республиканской партией) при Стэнфордском университете провел конференцию в честь 20-й годовщины встречи в Рейкьявике. Главными организаторами были Джордж Шульц и Сидни Дрелл (стэнфордский физик с большим опытом участия в решении проблем безопасности и контроля над вооружениями). Цель конференции состояла в том, чтобы возродить предложенное Рейганом и Горбачевым видение мира, свободного от ядерного оружия. Подавляющее большинство участников были американцы, многие из которых участвовали в Рейкьявикском саммите.



Настроение конференции относительно состояния ядерных проблем в мире было мрачным: всего за несколько дней до открытия Северная Корея провела ядерное испытание. Было ясно, что усилия администрации Буша по предотвращению ядерного распространения не приносят успеха. Казалось, что режим ядерного нераспространения терпит поражение; было ощущение, что необходимо предпринять нечто радикальное, а сохранение status quo лишь приближает плохой исход.

Самым важным результатом конференции стала напечатанная в январе 2007 г. в Wall Street Journal статья, призывающая к миру, свободному от ядерного оружия. Ее подписали участники конференции Джордж Шульц и Уильям Перри, а также Генри Киссинджер и Сэм Нанн. Это была «двухпартийная» группа, состоявшая из двух республиканцев и двух демократов. В том же месяце призыв к немедленному действию поддержал в своей собственной статье в Wall Street Journal Михаил Горбачев.



Статья Дж. Шульца и соавторов (которых прозвали «Банда четырех») вызвала огромный интерес как в США, так и за их пределами. Авторы были удивлены и обрадованы реакцией, - в основном благосклонной, судя по полученным письмам и редакторским откликам в газетах по всему миру. Несомненно, их статья оказалась созвучна глубокой тревоге о путях развития ядерного мира. Они призывали к ряду шагов по закладке фундамента мира, свободного от ЯО: дальнейшим сокращениям ядерных сил, снижению боеготовности (de-alerting) американских и российских стратегических ядерных сил; ликвидации ядерных боезарядов ближнего радиуса действия, предназначенных для передового развертывания; ратификации Договора о всеобъемлющем запрете ядерных испытаний и другим подобным мерам.

Эти предложения были не новы. Новым было то, что их выдвинули люди с опытом работы в области национальной безопасности США, не замеченные в «утопическом мышлении» (по выражению Горбачева). Однако этого одного недостаточно для объяснения отклика на публикацию в Wall Street Journal (влиятельные фигуры нередко выступают с подобными призывами). Многие уже призывали к избавлению от ЯО, но это не привлекало общественного внимания. В данном случае мощный отклик был вызван неким сочетанием людей и момента времени.

В октябре 2007 г. в Гуверовском институте была проведена вторая конференция по обсуждению различных шагов в направлении к миру без ядерного оружия. Конференция вылилась во вторую статью в Wall Street Journal, опубликованную тем же «Квартетом» в январе 2008 г., в которой был перечислен ряд необходимых мер.

Примерно две трети бывших американских госсекретарей, министров обороны и советников по национальной безопасности выразили общую поддержку призыву Шульца и соавторов. Поддержал его и новый президент США Барак Обама. В интервью в сентябре 2008 г. (то есть еще до выборов) он заявил: «Как президент, я дам новое направление политике ядерных вооружений и покажу миру, что Америка привержена своим обязательствам по Договору о нераспространении ядерного оружия и будет стремиться к полному уничтожению всего ЯО. Я полностью поддерживаю повторное утверждение этой цели, предпринятое Джорджем Шульцем, Генри Киссинджером, Уильямом Перри и Сэмом Нанном, а также те отдельные меры, которые они предлагают для движения в этом направлении».

Политика в области ядерного оружия (за исключением проблемы ядерных амбиций Ирана) не являлась темой для обсуждения в ходе выборов президента и не стала предметом разногласий между кандидатами.



В июне 2007 г. поддержку инициативе Гуверовского института выразила министр иностранных дел Великобритании Маргарет Бекетт, а в феврале 2008 г. норвежское правительство организовало конференцию для рассмотрения возможности реализации концепции мира без ядерного оружия. Еще некоторое время спустя четверо видных государственных деятелей Германии опубликовали во Frankfurter Allgemeine Zeitung статью в ответ и в поддержку Гуверовской инициативы.

Детали того, как обещание Обамы воплотится в политике его администрации, пока неясны. Тем не менее в американском мышлении произошел сдвиг: если раньше акцент делался на том, как воспрепятствовать приобретению ЯО другими странами, то теперь основное внимание обращено на создание нового ядерного порядка, при котором обязательства ядерных государств стремиться к разоружению будут играть ключевую роль. Именно это предписывает Договор о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО): мир, свободный от ядерного оружия. Неядерные государства, подписавшие договор (то есть практически все государства мира), приняли обязательство не приобретать ЯО, в то время как ядерные государства обязались стремиться к ядерному разоружению.



Международный контроль над ядерными вооружениями: немного истории

Призыв к отмене ядерного оружия прозвучал не впервые. После Второй мировой войны под эгидой ООН шли переговоры об уничтожении атомной бомбы. Манифест Рассела-Эйнштейна 1955 г., заложивший основу пагуошских встреч, также призывал к уничтожению ядерного оружия. Этот же призыв содержался и в Договоре о нераспространении ядерного оружия 1968 г., а также в целом ряде докладов и документов комиссий после окончания холодной войны.

Сразу после окончания Второй мировой войны многие в США, и особенно ученые, вовлеченные в Манхэттэнский проект, считали, что мир не способен совладать с существованием атомной бомбы. Они только что пережили самую разрушительную в истории войну. Каким образом международная система, в которой повторяющиеся крупномасштабные войны казались ее естественной составляющей, сможет справиться с таким разрушительным оружием, как атомная бомба? По выражению Роберта Оппенгеймера, «народы этого мира должны объединиться - иначе они погибнут».

Во время Второй мировой войны великий датский физик Нильс Бор выступал за международное сотрудничество в обращении с ядерным оружием по ее окончании. Бор опасался, что политические разногласия приведут к распаду военного альянса и гонке вооружений между Советским Союзом и западными державами. Он не считал, что это неизбежно, поскольку рассматривал бомбу и как позитивный фактор, и как угрозу. Та степень опасности, которую она представляла для человечества, могла бы заставить государства сотрудничать, и тем самым заложить основу нового подхода к международным отношениям. Бор добился поддержки своих идей у влиятельных официальных лиц Вашингтона и Лондона, но не смог убедить ни Рузвельта, ни Черчилля в необходимости сотрудничать со Сталиным.

И все же идея международного контроля оставалась на политической повестке дня. В ноябре 1945 г. Трумэн вместе с премьер-министрами Великобритании и Канады призвал к созданию комиссии ООН для изучения возможных путей уничтожения атомного оружия и применения атомной энергии в мирных целях. Советское правительство приняло это предложение. Комиссия ООН по атомной энергии была образована в январе 1946 г. для выработки рекомендаций по четырем направлениям:

- обмен фундаментальной научной информацией;

- контроль за атомной энергией для обеспечения ее использования в мирных целях;

- уничтожение атомного оружия;

- установление гарантий против «риска нарушений и уклонения».



Два месяца спустя, в марте 1946 г., государственный департамент США опубликовал Доклад о международном контроле за атомной энергией, в котором был изложен план достижения двух целей: предотвращения использования атомной энергии в разрушительных целях и поощрения ее использования на благо обществу. Документ получил известность как доклад Ачесона-Лилиенталя (Дин Ачесон был заместителем госсекретаря США, а Дэвид Лилиенталь, в скором будущем первый председатель Комиссии по атомной энергии, - председателем Агентства долины реки Теннесси), однако главным вдохновителем доклада был Роберт Оппенгеймер.

В докладе Ачесона-Лилиенталя предлагалось поставить все опасные виды деятельности под контроль международного агентства по атомному развитию, в то время как безопасная работа (такая, как научные исследования и мирное использование атомной энергии) оставалась бы под контролем отдельных государств. «Опасным» назывался любой вид деятельности, предлагавший решение одной из трех главных проблем производства атомного оружия:

- поставки сырья;

- производства плутония и урана-235;

- использования этих материалов для изготовления атомного оружия.

Агентство должно было контролировать мировые поставки урана и тория, строить и эксплуатировать промышленные реакторы и заводы по разделению изотопов, лицензировать строительство и эксплуатацию энергетических реакторов, а также другие виды деятельности в отдельных странах.

Этот доклад лег в основу предложения США, представленного в июне 1946 г. Бернардом Барухом перед Комиссией по атомной энергии ООН. Пятью днями позже Андрей Громыко, посол СССР в ООН, представил советский план. В нем содержался призыв к проведению международной конвенции, запрещающей производство, хранение и использование атомного оружия, а также к уничтожению всех существующих атомных бомб в течение трех месяцев.

Эти два предложения были основаны на совершенно различных предпосылках. План Баруха (как и доклад Ачесона-Лилиенталя) предлагал создание могущественного международного агентства. Барух все же несколько изменил рекомендации доклада: он настаивал, чтобы постоянные члены Совета Безопасности ООН отказались от права вето в данной области, и подчеркивал, что государства должны наказываться за нарушения. Советское предложение повторяло Женевский протокол 1925 г. о запрете химического оружия, хотя и развило его, запрещая не только использование, но также производство и хранение оружия. Как и Женевский протокол, оно не включало положения о международном контроле, возлагая его на отдельные правительства. (Сталин вскоре включил в него положение о полном международном контроле.) Сравнительная характеристика этих двух предложений выглядит следующим образом.

США: международная организация; отсутствие вето; международный контроль; международные механизмы исполнения.

СССР: национальные правительства; вето; национальный контроль; национальные механизмы исполнения.

В декабре 1946 г., по требованию Соединенных Штатов, Комиссия по атомной энергии ООН одобрила план Баруха десятью голосами «за» при воздержавшихся Советском Союзе и Польше. Советское вето исключило возможность одобрения Советом Безопасности ООН доклада Комиссии.

Дискуссии в Комиссии продолжались, но перспективы достижения соглашения тускнели по мере ухудшения американо-советских отношений. В июне 1947 г. Советский Союз выдвинул новое предложение. Оно по-прежнему призывало к заключению Конвенции о запрете атомного оружия, но теперь содержало идею Международной контрольной комиссии с правом инспекции «всех объектов добычи атомного сырья и производства атомных материалов и энергии». Эти объекты должны были оставаться в руках государств, но подлежать инспекции. Новое предложение серьезно противоречило плану Баруха и его представлениям о международном контроле. Оно получило лишь поверхностное рассмотрение в Комиссии ООН и было формально отвергнуто в 1948 г. Попытка поставить атомную энергию под международный контроль, в которую было вложено много надежд и усилий, закончилась неудачей.

Провал попыток установления международного контроля объясняли многими факторами (в том числе, несговорчивостью СССР и исправлениями, внесенными Барухом в доклад Ачесона-Лилиенталя), однако существует более фундаментальное объяснение. Ни Трумэн, ни Сталин не рассматривали бомбу единственно и даже преимущественно как общую угрозу, требующую коллективного действия - другими словами, так, как они должны были бы это делать в представлении Нильса Бора. Для Трумэна бомба была могущественным инструментом дипломатического давления в то время, когда США и Советский Союз вели борьбу за будущее устройство послевоенного мира. Для Сталина бомба была инструментом дипломатического давления, который Трумэн мог использовать для устрашения и деморализации Советского Союза.

Отношение Трумэна к международному контролю было двойственным. Он не воспользовался предупреждением военного министра Генри Стимсона о том, что Москва серьезно отнесется лишь к прямому подходу, приняв вместо этого предложение государственного секретаря Джеймса Бирнса о переговорах под эгидой ООН. Нет никаких свидетельств о том, что Сталин со своей стороны желал международного контроля над атомной энергией или же верил, что Соединенные Штаты были серьезно заинтересованы в нем. Соединенные Штаты и Великобритания пытались сохранить свои атомные исследования в тайне от Советского Союза, когда три государства были союзниками в войне против Германии. Как можно было ожидать сотрудничества сейчас, когда они стали соперниками в борьбе за послевоенное устройство мира? План Баруха не рассеивал этих подозрений, поскольку он требовал от Советского Союза отказаться от создания атомной бомбы и принять контроль со стороны могущественного международного агентства еще до того, как Соединенные Штаты уступят контроль над их собственными атомными бомбами и объектами.

Каждая из стран для защиты своих интересов больше полагалась на собственные силы, чем на международный режим, который у каждой из них вызывал сомнения. С провалом идеи международного контроля на первый план в качестве основы, на которой теперь строились ядерные отношения, выступило сдерживание (deterrence). Действительно, первые формулировки ядерного сдерживания в Соединенных Штатах были выдвинуты в споре с теми, кто утверждал, что неустановление международного контроля над атомной энергией приведет к катастрофе. Задача уничтожения ядерного оружия рассматривалась как нереалистичная в течение всей холодной войны. Задача разоружения была заменена на задачу контроля над вооружениями, нацеленного на установление баланса устрашения, а не на полное уничтожение ядерного оружия.

Как и в 1945 - 1946 гг., сегодня мы снова находимся в том состоянии, когда международная система кажется неспособной справиться с опасностью ядерного оружия. Период оптимизма, последовавший после окончания холодной войны, уступил место более пессимистической оценке того, что существующий ядерный порядок, если и не полностью разрушен, то находится под огромным «напряжением»: новые ядерные угрозы - в особенности, исходящие от новых ядерных держав и негосударственных акторов, - преобладают в американском взгляде на проблему ЯО.

Конечно, современный ядерный порядок значительно отличается от того, каким он был в 1945 - 1946 гг., хотя часто можно услышать ностальгические упоминания о плане Баруха и докладе Ачесона-Лилиенталя. Однако, несмотря на различия, автор считает, что из предшествующего опыта можно извлечь два важных урока.

Во-первых, в определении политики по ядерному разоружению критически важен политический контекст. Соглашение о международном контроле должно было опираться на единое представление о том, как может и должен развиваться послевоенный мир, но такового не существовало. Бор считал, что атомная бомба - это общая угроза, правильным ответом на которую было бы сотрудничество, но Трумэн и Сталин рассматривали бомбу совсем иначе.

Это имеет отношение к инициативе Гуверовского института. Необходима некоторая степень общего понимания - в первую очередь между ядерными державами - того, по какому пути пойдет мир, если человечество будет стремиться к миру без ядерного оружия.



Ядерное разоружение - это сугубо политическое мероприятие, которое трудно осуществлять, если нет, как говорилось выше, единого представления о мире и о том, как он мог бы развиваться. Сегодняшний стратегический контекст гораздо более гибкий, чем во время холодной войны, когда относительно стабильная международная политическая структура позволяла сосредоточиться в основном на технических аспектах контроля над вооружениями. Сейчас же, когда делаются попытки продумать проблему разоружения, политический контекст приобрел новое значение.

Во-вторых, сущностно важно, чтобы ядерные и другие крупные державы (в особенности Германия и Япония) осознавали: любая программа ядерного разоружения - это их программа. Хотя, на наш взгляд, сомнительно, что это могло повлиять на конечный итог; Бор был прав, предлагая Черчиллю и Рузвельту предварительный контакт со Сталиным для обсуждения приемлемого варианта. Стимсон давал такой же совет в сентябре 1945 г., когда убеждал Трумэна обратиться непосредственно к Сталину - на основании того, что в случае участия других, менее крупных держав Сталин не воспримет идею международного контроля всерьез. Это могло оказаться более продуктивным, чем амбициозный план, основанный на дилемме «либо да - либо нет». С этой точки зрения план Ачесона-Лилиенталя, при всей его блистательности, - классический пример скорее технократического, нежели политического подхода к международной политике. Для контраста Шульц и его коллеги подчеркивали, что они выдвигают свои идеи как основу для дискуссий с другими странами.

Как уже говорилось, инициатива Гуверовского института основана на понимании того, что международная система не способна справиться с ядерными угрозами в их нынешнем виде: прежде всего, с угрозой попадания ядерных технологий в руки безответственных «государств-изгоев» и террористических групп. Многим кажется, что ядерное сдерживание не является столь эффективной стратегией противодействия этим новым ядерным угрозам, какой оно представлялось во время холодной войны (в ретроспективе можно даже сказать, что оно и тогда не выглядело таким уж действенным, поскольку в те годы случалось множество острых моментов, чреватых ядерной опасностью).

В этом смысле данная инициатива согласуется с ключевым положением доктрины Буша, изложенным в Стратегии национальной безопасности (сентябрь 2002 г.). Этот документ выдвигал тезис о том, что сдерживание неэффективно против новых ядерных угроз (со стороны «стран-изгоев» и террористов). Гуверовская инициатива принимает это положение. Но она не принимает второе положение доктрины Буша о том, что Соединенные Штаты должны быть готовы к упреждающим действиям (то есть нанесению превентивных ударов) в отношении «зарождающихся» (а не только «непосредственных») угроз. Выражаясь точнее, превентивные удары имеют очень низкий приоритет среди существующих вариантов действия и не возводятся в статус национальной стратегии. Таким образом, инициатива Гуверовского института может восприниматься как отказ от доктрины Буша в том смысле, что она не рассматривает превентивные удары (называемые в доктрине Буша «упреждением») как удовлетворительный инструмент, на который можно в первую очередь положиться в отношении новых ядерных угроз. Автор полагает, что это заключение есть следствие войны в Ираке - не потому, что у Ирака не обнаружилось никакого ядерного оружия, а потому, что превентивная война оказалась намного труднее, чем предполагала администрация Буша.

Центральным положением инициативы является то, что порядок, основанный на дискриминации (при котором некоторые страны обладают ядерным оружием, а другим отказано в этом праве) не будет работать в долгосрочной перспективе. Дело не только в том, что появятся дополнительные государства, желающие приобрести собственное ЯО. Ядерный режим не будет иметь легитимности в глазах даже тех государств, которые не желают его иметь. Они могут быть менее заинтересованы в поддержке и защите дискриминационного ядерного режима, чем такого, который полностью запрещает ядерное оружие.

Если согласиться с этими положениями, то какова дальнейшая перспектива? Отличается ли эта инициатива от предшествующих призывов к ядерному разоружению? Рассмотрим некоторые аспекты.

Видение и этапы

В первую очередь, инициатива Гуверовского института соединяет представление о мире, свободном от ядерного оружия, и шаги, задуманные как начало движения в этом направлении. Это представление критиковалось в США как нежелательное. Будет ли такой мир безопаснее? Вдруг такая радикальная цель заставит правительства отказаться от разумных пошаговых мер? Не тот ли это случай, когда лучшее - враг хорошего? Не порождает ли это нереалистических ожиданий? Не упускается ли возможность упрочения status quo? Таковы главные критические высказывания о гуверовской инициативе в США.



Каталог: files
files -> Рабочая программа дисциплины «Введение в профессию»
files -> Рабочая программа по курсу «Введение в паблик рилейшнз»
files -> Основы теории и практики связей с общественностью
files -> Коммуникативно ориентированное обучение иностранным языкам в Дистанционном образовании
files -> Варианты контрольной работы №2 По дисциплине «Иностранный (англ.) язык в профессиональной деятельности» для студентов 1 курса заочной формы обучения, обучающихся по специальности 030900. 68 Магистратура
files -> Контрольная работа №2 Вариант №1 Text №1 Use of Non-Police Negotiators in a Hostage Incident
files -> Классификация основных человеческих потребностей по А. Маслоу Пирами́да потре́бностей
files -> Рабочая программа для студентов направления 42. 03. 02 «Журналистика» профилей «Печать», «Телевизионная журналистика»


Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   48   49   50   51   52   53   54   55   ...   58


База данных защищена авторским правом ©dogmon.org 2019
обратиться к администрации

    Главная страница