Предлагаемое учебное пособие преследует цель восполнения недостатка учебной литературы по третьему разделу курса «Общая психология», читаемого студентам, обучающимся по специальности «Психология»



страница6/12
Дата15.05.2016
Размер1.51 Mb.
#12535
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   12

11. Социогенез мышления

План:


11.1. Теория пралогического мышления Л. Леви-Брюля.

11.2. Кросс-культурное исследование мышления Дж. Брунера.

11.3. Экспериментально-психологическое исследование мышления А.Р. Лурия.

11.4. Взгляды Л.С. Выготского, А.Н. Леонтьева, С.Л. Рубинштейна на развитие мышление на ранних исторических этапах.

11.5. Теория первых этапов мышления П.П. Блонского.

11.6. История развития мышления.



11.1. Теория пралогического мышления Л. Леви-Брюля [10; 20; 37; 46]

Основным методом изучения исторического развития мышления является сравнение мышления людей, живущих в обществах, находящихся на разных этапах общественно-исторического развития.

Л. Леви-Брюль изучал записи путешественников и миссионеров о таких народностях как австралийцы, фиджийцы, туземцы Андаманских островов и т.д. Когда белые вошли в соприкосновение с этими народами, они еще не знали металлов, и их цивилизация могла быть отнесена к каменному веку (неолит или палеолит). Л. Леви-Брюль пытался реконструировать особенности мышления туземцев, которым он приписывал первобытное (пралогическое) мышление.

Пралогическое мышление – это особая форма психической деятельности, отличающаяся от логического мышления. Это мышление тех людей, которых не коснулась европейская цивилизация, которые не обучаются и живут естественным образом в условиях низкой цивилизации. К достоинствам первобытных людей и их мышления Л. Леви-Брюль относит осознанность, способность рассуждать. Например, первобытные люди проявляют ловкость и искусность в охотничьем и рыболовном промыслах, они изобретательно и мастерски изготавливают произведения искусства, их языки могут иметь сложное строение, сложный синтаксис, их дети хорошо и быстро учатся в миссионерских школах.

По содержанию пралогическое мышление является мистическим (магическим), оно допускает метаморфозы, оборотничество, перенесение свойства от соприкосновения с предметом или от его поедания. Это мышление нечувствительно к противоречиям, например, допускает, что человек или другое существо может находиться одновременно в двух или нескольких местах, не допускает алиби.

Пралогическое мышление не знает ни исключений, ни случайностей. Любое событие считается результатом воздействия чьей-то злой или доброй воли. Так, в одном африканском племени произошло несчастье: три женщины пошли за водой к реке и одну из них утащил крокодил. Стали дознаваться, колдун своего или соседнего племени подослал крокодила. Миссионер, живущий среди аборигенов, пытался доказать им, что произошедшее является случайностью. На что ему возражали, ссылаясь на следующий аргумент: почему крокодил схватил именно эту женщину, а не другую? Через некоторое время убили крокодила и в его желудке нашли браслеты, бывшие на ногах у погибшей. Для миссионера это было доказательством того, что крокодил просто съел женщину. Аборигены же утверждали, что крокодила послал колдун, чтобы тот притащил к нему именно эту женщину, а за свою работу крокодил получил ее браслеты, которые он держал в своем желудке, т.к. карманов у него нет.

Магические представления распространяются на те области жизни, где факты противоречивы и не постоянны. Например, с одной стороны, крокодилы трусливы и, как правило, на людей не нападают, а с другой стороны они иногда могут схватить человека. В тех местах, где крокодилов очень много и они часто бросаются на людей, уже не считается, что для этого нужна злая воля колдуна. Поэтому очень распространены магические представления относительно болезней, потому что заболевает человек не каждый раз, когда встречается с возбудителями инфекций, тем более, что сами представления о микробах отсутствуют.

Первобытное мышление подчинено закону сопричастности (партиципации). Партиципация – отношение, устанавливаемое между двумя предметами или явлениями, рассматриваемыми то, как частично тождественные, то, как имеющие очень тесное влияние друг на друга, тогда как на самом деле между ними нет ни причинной связи, ни пространственного контакта. В соответствии с партиципацией одна вещь может передать другой вещи свое существенное начало через соприкосновение. Одна и та же сила может проникать в неограниченное количество объектов (людей, растений, животных, предметов). Время и расстояние не являются ограничениями. Т.е. магические силы отличаются от физических сил тем, что не подчинены количественным пространственно-временным законам.

Этот закон означает также, что первобытные люди смешивают предшествующее обстоятельство с причиной (после этого – значит, вследствие этого). Например, туземец из Тана (Новые Гибриды), проходя по дороге, видит, как на него с дерева падает змея; назавтра или на следующей неделе он узнает, что его сын умер в Квинсленде; он обязательно свяжет два этих факта. Безразлично относясь к объективным связям, первобытный человек особенно внимателен к мистическим связям между явлениями.

Первобытные люди верят в силы и влияния, неощутимые для чувств, но, тем не менее, реальные. Любой объект (животное, растение, звезды, солнце, луна и пр.) представляет собой часть тотема. Каждый объект наделен сродством, правами, обязательствами в отношении членов своего тотема. У гоичолов сокол и орел слышат и видят все, они обладают мистическими силами, присущими перьям их крыльев и хвоста; эти перья, надетые шаманом, делают его способным слышать и видеть все, что происходит под землей и на земле, лечить больных, преображать покойников, низводить солнце с небес и пр. Из закона сопричастия следуют две формы воздействия на скрытые свойства вещей: магия изображения и магия заражения.

Индейцы чероки верят, будто рыбы живут такими же обществами, как и люди, что у них есть свои селения, дороги под водой и они – разумные существа. Чероки считают, что болезни – результат мистических действий животных, рассерженных на охотников. Во всех низших обществах охоте и рыбной ловле обязательно сопутствуют магические обряды и церемонии. После умерщвления дичи или рыбы совершаются искупительные обряды. У австралийцев существуют магические церемонии, устраивающиеся в начале сезона дождей для умножения тотемистических растений и животных.

Человеческое тело и каждый его орган также имеет мистическое значение. Сердцу, печени, почкам, глазам, жиру, костному мозгу и пр. приписывается определенное магическое действие на тех, кто их ест. Отверстия тела, экскременты, волосы, ногти, плацента, кровь и другие телесные жидкости также обладают магическим влиянием.

Предметы, изготовленные человеком и служащие для повседневного употребления, также имеют мистические свойства и становятся, в зависимости от ситуации, благодетельными или опасными. Чтобы эти предметы не стали опасными, изготовлять их следует по традиционно заданным предками образцам, не допуская ни малейшего отступления даже в деталях, орнаменте. Первобытные люди верят, что свойства предмета связаны с его формой. Изменяя форму предмета, человек утрачивает контроль над его мистическими свойствами и выпускает на волю враждебные силы, вызывающие гибель новатора и тех, кто с ним связан. Поэтому туземцы никогда не улучшают свои орудия. Аналогично, всякое изменение, вносимое рукой человека в состояние почвы, новая постройка, земляные работы (шахты, железная дорога) и пр. – все это может послужить причиной величайших несчастий, поскольку они разрушают установленный порядок вещей.

Первобытные люди, а также представители европейской цивилизации, сохранившие первобытный образ мышления, считают пластические изображения существ, писаные красками, гравированные или изваянные, столь же реальными, как и изображаемые существа. Имена рассматриваются ими как нечто конкретное, реальное и священное; как отдельная часть личности (вроде глаз или зубов). Индеец верит, что от злонамеренного употребления его имени он будет также страдать, как от раны. Первобытный человек аналогичным образом заботится о своей тени. Всякое посягательство на его тень считается посягательством на него самого. На Фиджи считается смертельной обидой наступить на чью-либо тень. В Западной Африке «убийства» совершаются путем вонзания ножа или гвоздя в тень человека; преступник такого рода, пойманный с поличным, подвергается казни.

Все, что первобытный человек видит во сне, имеет для него такую же реальную силу, как и то, что происходит наяву. Во сне происходит общение с душами, духами – таинственными, невидимыми и неосязаемыми силами, окружающими человека со всех сторон, от которых зависит его судьба в большей степени, чем от видимых и осязаемых воздействий действительности. Сновидение для него – высшая форма восприятия (роль материальных воздействий минимальна, а роль невидимых сил – наибольшая). У североамериканских индейцев существует специальная техника, позволяющая человеку видеть пророческие сны. Так, юноша, который перед посвящением должен увидеть во сне животное, которое будет его личным тотемом, должен очисться посредство паровой бани, соблюсти трехдневный пост, жить в это время в стороне от людей, подвергать себя разным истязаниям до тех пор, пока не получит искомого видения. Поэтому к ясновидящим и сумасшедшим туземцы питают почтение и благоговение, поскольку те они способны общаться с невидимой реальностью.

Коллективные представления первобытных людей значительно отличаются от идей и понятий представителей европейской цивилизации: это не чисто интеллектуальные факты, в них присутствует значительная доля эмоций (чаще страха); они не имеет логических свойств; носят императивный, повелительный характер. Л. Леви-Брюль доказал возможность существования в любой культуре, а также у отдельного субъекта одновременно разных типов мышления.

Недостатки теории Л. Леви-Брюля. Л. Леви-Брюль считал, что пралогическое мышление не стремится к открытию нового, с его помощью нельзя получить новые знания. Для индейцев, африканцев не характерна дискуссия (Ф. Боасс опроверг этот вывод Л. Леви-Брюля). Пралогическое мышление сравнивалось только с логическим научным мышлением. Если рассматривать особенности мышления современного человека, то окажется, что в нашем мышлении представлены разные способы мыслительной деятельности, вплоть до пралогического мышления; логическое же мышление имеет лишь определенный процент. На основе теории Л. Леви-Брюля выдвинуты расистские теории. Доказательства неправоты этих взглядов представлены в исследованиях Дж. Брунера и А.Р. Лурия.

11.2. Кросс-культурное исследование мышления Дж. Брунера [5]

Дж. Брунер в своем кросс-культурном исследовании сопоставил разные психические функции у представителей разных национальностей, используя ряд тестов, изучающих способности к абстрактному мышлению, к синтезу понятий. Дж. Брунер сравнивал между собой характеристики мышления представителей двух групп. Первая группа состояла из детей племени уолоф (Сенегал). Вторая – американские и европейские школьники. Первая группа включала в себя детей, посещающих местную школу (первая подгруппа) и детей, не посещавших школу, не имеющих грамотных родителей (вторая подгруппа). Различие между подгруппами было очень велико. Первая подгруппа была ближе по своим показателям ко второй группе, чем ко второй подгруппе.

Дж. Брунер выделяет два вида ориентации: коллективистическую и индивидуалистическую. Коллективистическая ориентация свойственна была неграмотным детям племени уолоф. У них не развито самосознание (в понимании западной культуры), т.е. они не разделяют предмет своей мысли и высказывание о нем. Объект и мысль для них одно и то же: объяснению подлежит внешнее событие, а не высказывание о нем. Неграмотный ребенок не понимал вопрос «Почему ты говоришь, что в этом стакане воды больше, чем в том?». Он без труда отвечал на вопрос «Почему в этом стакане воды больше, чем в том?». Этим детям чуждо представление о том, что события могут выглядеть по-разному в зависимости от точки зрения. Неграмотным детям свойственен вербальный реализм – слово рассматривается как нечто столь же реальное, как и обозначаемый им предмет.

В результате школьного обучения эти дети приобретают способность различать собственные психологические реакции и внешние события: способность относить одни и те же раздражители к разным категориям в соответствии с различными критериями, т.е. подходить к ним с разных точек зрения.

Для мышления ведущую роль играет обучение (предполагающее владение логическим аппаратом). Научное понятие, даваемое в школе, излагается в видо-родовом отношении, в отличие от изложения житейского понятия. Обучение приводит к формированию логического мышления, которое не возникает стихийно. Роль письменной речи, изучаемой в школе, заключается в отрыве общения от непосредственной ситуации: вещи, о которых идет речь, непосредственно не присутствуют. Написанное слово отделяется от обозначенной им вещи. В результате формируются независимые от непосредственной ситуации способы мышления. Разрушается вербальный реализм: разделение вещи и слова приводит к пониманию того, что слова находятся в голове человека, а не в обозначаемой ими вещи. Возникают понятия мышления и человека как носителя мышления. Возникает способность отличать свою точку зрения от точек зрения других, индивид выделяет себя из группы, обретает самосознание.

11.3. Экспериментально-психологическое исследование мышления А.Р. Лурия [24]

Эксперимент проводился в 30-е годы в Узбекистане в отдаленных районах, где люди вели патриархальный образ жизни (дехкане). Сравнивались неграмотные испытуемые с испытуемыми, прошедшими ликбез или обучавшимися в школе 1-2 года. Для изучения особенностей их мышления использовался ряд тестов: «исключение четвертого лишнего», задачи на решение силлогизмов и др. Содержание тестов было приближено к жизни крестьян. Неграмотные испытуемые не относили предметы к единой категории; предметы классифицировались не путем вербально-логических операций, а на основе наглядных представлений об участии предметов в практической ситуации. У грамотных крестьян отвлеченная классификация преобладала над введением предметов в практическую ситуацию. Определение понятий неграмотные испытуемые выполняли через наглядное описание изолированных предметов или вообще отказывались осуществлять данную операцию, считая ее бессмысленной. Определение понятия через отнесение его к более общему им было недоступно.

Без обучения мышление остается на житейском, наглядно-действенном уровне, связанном с непосредственной деятельностью. Логическое мышление, носящее абстрактный характер, не появляется у туземцев, т.к. они не имеют в нем потребности (не имеют контактов с наукой). Логика (классификации, абстрактные категории) необходима для усвоения и хранения научных знаний.

Распределение типов мышления по категориям населения:






Наглядно-действенное

Смешанное

Словесно-логическое

Неграмотные

80%

16%

4%

Малограмотные (ликбез)

-

30%

70%

Молодежь, прошедшая 1-2 класса школы

-

-

100%

Неразвитость логического мышления неграмотных испытуемых проявилась и в опытах, в которых нужно было сделать вывод из предложенного силлогизма. Например «На дальнем севере, где снег, все медведи белые; Новая Земля находится на дальнем севере. Какого цвета там медведи?». Неграмотные испытуемые не могли сделать умозаключение, исходя их посылок силлогизма, т.к. связаны своим непосредственным практическим опытом (логический вывод заменяют апелляцией к наглядному опыту). Процессы умозаключения и вывода протекали у них не в вербально-логическом, а в наглядно-действенном плане. А.Р. Лурия выделил 3 причины, вызывающие трудности рассуждения:

- недоверие к исходной посылке, если он не воспроизводит наглядный личный опыт; отказ принять и исходить из нее в дальнейших рассуждениях («Я там не был», «Я этого не видел»); рассуждения только на основании непосредственного опыта;

- посылка силлогизма не имела для испытуемого всеобщего характера, воспринималась как частное сообщение;

- силлогизм легко распадался у испытуемых на 3 независимых частных положения, не образующих единую логическую систему.

При решении обычных задач, условия которых не расходились сданными практического опыта, неграмотные испытуемые, ссылаясь на отсутствие собственного опыта, отказывались выполнять требуемые условиями формальные логические операции и обращались к догадкам, не вытекавшим из условия задачи. Условия задачи замещались воспроизведением наглядной практической ситуации. Решение специально составленных арифметических задач, условия которых противоречили реальному практическому опыту, обычно было недоступно. Испытуемые отказываются решать такие задачи («так не бывает») или деформируют задачу соответственно реальным условиям. Испытуемые, прошедшие школьное обучение, без труда выполняли условные, теоретические операции при решении условной задачи, отвлекаясь от их отношений к наглядному практическому опыту.

Логическое мышление современного человека имеет историческую природу, складывалось постепенно. Оно является результатом организованного обучения, наиболее поздним продуктом исторического развития мышления. Появляется отвлеченное, категориально отношение к действительности: познавательное действие приобретает способность выходить за пределы непосредственного практического опыта в область логических рассуждений.

А.Р. Лурия также исследовал развитие самосознания в историческом аспекте. В ходе беседы испытуемым задавался вопрос, как он оценивает свой собственный характер, чем отличается от других людей, какие положительные черты и какие недостатки он может отметить у себя. Затем аналогичные вопросы задавались в отношении других людей – его родных, знакомых. Неграмотные дехкане, жители отдаленных кишлаков не могли сделать предметом анализа свои внутренние психические качества, заменяли его выделением внешних обстоятельств, бытовых нужд, поступков. Они либо отказывались называть у себя какие-нибудь отрицательные качества, либо описывали конкретные материальные факты (недостатки – плохие соседи, мало одежды, много долгов). В редких случаях, пытаясь описать свои особенности, испытуемые ссылались на оценки, получаемые со стороны. Характеристика других людей давалась легче и полнее, чем своя собственная. Анализ индивидуальных особенностей нередко заменялся анализом группового поведения, а личное «я» - общим «мы». У тех крестьян, кто получил хоть небольшое образование, встречалось выделение и оценка собственных психических свойств.



11.4. Взгляды Л.С. Выготского, А.Н. Леонтьева, С.Л. Рубинштейна на развитие мышление на ранних исторических этапах [9; 18; 39]

Л.С. Выготский утверждает, что словесно-логическое мышление, как и другие высшие психические функции, возникает в процессе совместной деятельности и разделения функций между людьми, а также опосредствования знаками (языком). Совместная деятельность требует, чтобы один человек называл некоторые результаты действий другого человека до выполнения этих действий. Словесное обозначение результатов действий другого человека и есть сознательная цель; целеобразование первоначально возникает в форме требования, предъявляемого к другому человеку. Позднее это требование может быть обращено на самого себя в результате интериоризации.

Мышление впервые принимает форму самостоятельной деятельности со своими мотивами, целями и операциями, когда труд умственный отделяется от труда физического. Дальнейшее развитие умственного труда связано с дифференциацией задач, видов умственной деятельности. Мышление примитивных народов, подчиняющееся закону партиципации, является по своей сущности комплексным мышлением (см. тему «Развитие понятийного мышления»).

А.Н. Леонтьев рассматривает сознание человека на ранних исторических этапах в следующем виде. Круг осознаваемого ограничивался отношениями, возникающими в практической деятельности (раньше возникли названия домашних животных и растений, чем диких). Первоначально осознаваемое было узко ограничено - люди осознавали только их отношение к природе. Сначала люди вообще не осознают своих отношений к коллективу – «Я» не отделено от «Мы». В дальнейшем люди осознают не только их отношение к природе, но и отношение друг к другу. Значения и смыслы совпадают, поскольку содержание общественного и индивидуального сознания едино, что является главной особенностью первобытного сознания. Расчленение смыслов и значений связано с расширением круга осознаваемого, к чему приводит развитие труда – его орудий, форм и трудовых связей участников. Начинают осознаваться отдельные операции, условия действия. Разделение труда приводит к возникновению новых видов деятельности с самостоятельными мотивами – начинают осознаваться новые мотивы.

С.Л. Рубинштейн генетически исходной формой мышления называет мышление синкретическое (первобытное), в котором разнородные представления связаны между собой в нерасчлененное целое. Это мышление свойственно детям (дошкольникам) и «примитивным» народам. Например, синкретизм выражается в суждении ребенка о том, что «Солнце не падает, потому что жарко». По мнению Ж. Пиаже, причиной синкретизма является нерасчлененность различных типов связей – причинно-следственных, части и целого, атрибутивных (приписываемых). Основные черты первобытного мышления, выделенные С.Л. Рубинштейном:

1. Первобытное мышление функционирует внутри восприятия и оперирует нерасчлененными данными наглядной ситуации. Это мышление сковано непосредственно данным содержанием практической ситуации. Такое мышление не выделяет опосредованных существенных связей. Понятие не отделяется от наглядно данного предмета, число – от исчисляемого. Рассуждение еще доформально, мышление не теоретично. Считать на этой стадии можно лишь определенные предметы: коров, медведей. На предложение считать со стороны представителей культурно отсталых народов следует обычно вопрос: «Что считать?». При этом предметы, подлежащие счету, мыслятся всегда в конкретной ситуации; например медведи в ситуации охоты. Поэтому медведей можно считать лишь до 6, т.к. «ни одному человеку не доводилось убить большее число медведей». Счет коров может вестись до 60, потому что «не бывает, чтобы один человек владел б'ольшим числом коров». Операции над числами совершаются лишь внутри конкретных ситуаций. Ограниченность практики порождает и ограниченность мышления. Еще недоступно разрешение проблем, требующих высших форм теоретического мышления, ему.

2. Непосредственная близость к практическим потребностям действия. Это мышление адекватно при решении практических задач, но неадекватно по отношению к отвлеченным проблемам миропонимания в силу своего синкретизма и применения синтеза без анализа.

3. Это мышление насыщено плохо контролируемыми эмоциями. В практической ситуации эмоции подчинены контролю эффективности действия. При переходе к общим проблемам, в кото­рых нет непосредственного контроля практической ситуации, давление эмоций выражается в отклонении от объективности. Мышление подчиняется «логике чувств» — не столько принципу ре­альности, сколько принципу удовольствия. Это связано с низким уровнем техники и недостаточным владением человеком природой.



11.5. Теория первых этапов мышления П.П. Блонского [4]

Первоначальное развитие понятий проходит три основные стадии:

1. На начальной стадии мышление тесно связано со случайным восприятием, непроизвольным вниманием и воображением. Понятие отражает случайное, поверхностное, несущественное. Понятия плохо дифференцированы. Малая дифференцированность понятий подтверждается значительным аграмматизмом словаря первобытного человека. Например, в меланезийском языке слово «отец» - «тамаи», но так же зовутся и братья отца. Но «тама» – значит «подобно», и «тамаи» точнее всего перевести через «похожий». Мать на этом языке – «веве», но так же зовутся и все сестры матери. Но «равеве» означает «деление», «отдел» (ребенок принадлежит к тому же «делению» племени, к какому и мать с ее сестрами).

Понятия на этой стадии являются фантастическими. Содержанием понятия чаще является поразительное, необычное, поверхностное, т.е. то, что заинтересовывает внимание и порождает яркие образы. Поэтому примитивное мышление близко стоит к воображению.

Продуктом такого мышления является не рассуждение, а рассказ. Подтверждением этого является содержание первобытной «науки», преимущественно состоящей из мифов, сказок, преданий. Кроме того, новое суждение является выводом из ряда сходных случаев (примеров, прецедентов), имевших место ранее. Судить на основании прецедентов – не столько рассуждать, сколько вспоминать, поэтому первобытная «наука» была собранием прецедентов, хранящихся в памяти стариков, ссылавшихся на них в нужных случаях. «Так никогда за нашу память не было» было синонимом «Это неправильно».

2. На второй стадии мышление тесно связано с практическим опытом, привычками и вербальной памятью. Появляется общее понятие, которое отражает тождественное, наименее изменяющееся, неслучайное и в этом смысле существенное. Содержанием общих понятий является сходное, чаще всего встречающееся, обычное. Мышление обособляется от воображения.

На этой стадии (как и на предыдущей) еще не развиты противоположные понятия: одно и то же слово имеет противоположные значения (темный – светлый, теплый – холодный, вчера – завтра и т.д.). Не развиты отрицательные понятия: в языках примитивных народов мало отрицательных слов.

3. На третьей стадии мышление оперирует противоположностями и противоречиями, а также относительными понятиями. Это мышление отражает действительность уже не только в ее тождестве и единстве, но и в ее противоречиях и противоположностях, в ее связях и отношениях



11.6. История развития мышления [47]

В эпоху первобытности преобладало мифологическое мышление, характеризующееся образностью, безразличием к логическим противоречиям, отсутствием разграничений между естественным и сверхъестественным, персонализацией сил природы, поляризованностью рисуемых явлений. Поляризация – противопоставление живого и мертвого, теплого и холодного, сухого и влажного и т.д. Дописьменные классификации строятся без помощи понятий, на основе комбинаций образов. Мифологическое мышление, так же как и мышление логическое выполняет функцию упорядочивания.

Мышление раннеписьменной (античной) эпохи носит переходный характер. Оно, как и мифологическое склонно к поляризациям, к аналогиям. Мышление первых философов и ученых Древней Греции образно-логическое (в нынешней терминологии – наглядно-образное). Это способность выразить глубокую и сложную идею без помощи абстракций, играя образами и словами обыденного языка. Понятия и определения в таком мышлении отсутствуют. Рациональная интерпретация может довести их до понятийных систем. Это мышление оперирует «псевдопонятиями» (представлениями) – образное содержание принимается за абстракцию. В отличие от коллективного и обезличенного мифологического мышления образно-логическое мышление античности имеет приметы индивидуального творчества.

В 5 в. д.н.э. из условий полиса и массовой грамотности рождается логико-риторический, дедуктивный рационализм. Логический способ мыслить несли в массы софисты, обучая технике убеждения. Истина для них не имела значения, а была важна убедительность. Т.о. они способствовали отделению мысли от приемов доказательства и проложили дорогу формальной логике. Ее ядром является силлогистика (теория умозаключений). Силлогизм (первая посылка – вторая посылка – вывод) обеспечивает иерархию понятий и иерархическое представление о мире, о порядке вещей.

В средние века дедуктивная логика поддерживает феодально-сословный строй и христианскую картину мира. В средневековье соседствуют мифологическое и логическое мышление. Мистика практиковала непосредственное усмотрение сверхчувственности духовным зрением. Схоластика постигала общее в рассуждениях посредством логики. Умственный склад эпохи выступает в символизме – использовании изобретенных смыслообразов. Символика средневековья – культовые предметы и строения, тексты, жесты, слова, предназначенные для неграмотного большинства и грамотного меньшинства (симбиоз изображения, слова, эмоционального и телесного движения). Мыслить – значит открывать скрытые значения, открывать в земных вещах их высший, духовный смысл. Смыслообраз не имеет однозначной грамматической связи с означаемым в отличие от знака. Логика не очищена от чувственности. Главная задача средневекового символического мышления – аксиологизировать сущее, изыскивать смысл каждого явления и находить ему место в иерархии бытия.

В средние века не требуется однозначного соответствия между означаемым и означающим. Для каждого знака ищут большое количество референтов. Задача перевода – не однозначный перевод, а толкование. Задача средневекового ученого – найти внешнее соответствие различных явлений природы. Исследование всякого явления начинается с этимологии (толкования). Ученый часто зашифровывает результат своих исследований, т.к. он считает, что найденный им символ – орудие власти, способное воздействовать на мир.

В Новое время к дедукции добавляется индукция (обобщение эмпирических фактов), логические операции отделяются от живого языка (математическая логика). Современный человек мыслит логически. Это умение приобретается благодаря обучению в школе. Рассуждение освобождается от власти образа, чувственности. Логический вывод – результат формальных операций с абстракциями и делается безотносительно к действительным вещам и ситуациям.


Каталог: book -> common psychology
common psychology -> На подступах к психологии бытия
common psychology -> А. Н. Леонтьев Избранные психологические произведения
common psychology -> Л. Я. Гозман, Е. Б. Шестопал
common psychology -> Конрад Лоренц
common psychology -> Мотивация отклоняющегося (девиантного) поведения 12 общие представления одевиантном поведении и его причинах
common psychology -> Берковиц. Агрессия: причины, последствия и контроль
common psychology -> Оглавление Категория
common psychology -> Учебное пособие Москва «Школьные технологии»
common psychology -> В психологию
common psychology -> Александр Романович Лурия Язык и сознание


Поделитесь с Вашими друзьями:
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   12




База данных защищена авторским правом ©dogmon.org 2022
обратиться к администрации

    Главная страница