Психоанализ и религия



страница1/4
Дата21.05.2016
Размер0.71 Mb.
ТипГлава
  1   2   3   4
Глава 18 ПСИХОАНАЛИЗ И РЕЛИГИЯ

1. Вторжение в сферу религии

Прежде чем перейти к непосредственному рассмотрению взглядов Фрейда на религию, хотелось бы обратить внимание на то, что при работе с пациентами аналитику так или иначе приходится соприкасаться с религиозной проблематикой.

Во-первых, в современных условиях российской действительности, когда многодесятилетнее антирелигиозное, атеистическое воспитание молодого поколения сменилось модой на религиозность, далеко не всегда отличающуюся знанием и пониманием подлинных ценностей религиозного верования как такового, на прием к аналитику приходят люди различных мировоззренческих ориентации, и, следовательно, для установления доверительных отношений с пациентами аналитик обязан иметь представление и о психоаналитическом подходе к религии, и о религиозном взгляде на жизнь.

Во-вторых, независимо от мировоззренческой ориентации того или иного пациента, как впрочем и самого аналитика, соответствующая проработка получаемого на аналитических сессиях материала заведомо предполагает вторжение в религиозную проблематику, поскольку обсуждение таких вопросов, как возникновение чувства вины, тирания совести, карающие функции Сверх-Я, невротический страх, тесно связано с религиозными сюжетами, или, точнее говоря, непосредственно входит в сферу религии.

В-третьих, при работе с пациентами, страдающими неврозом навязчивых состояний, приходится иметь дело с такими защитными механизмами, которые прямо или опосредованно связаны с разнообразными формами суеверия и мистического мышления, на что в свое время обратил внимание Фрейд.

672


На основе собственного опыта работы с пациентами могу подтвердить, что, независимо от религиозной или атеистической позиции аналитика, ему приходится вторгаться в сферу религии, обсуждать религиозные темы или во всяком случае принимать во внимание религиозные убеждения тех, кто приходит к нему на прием.

Вспоминаю случай Дианы. Двадцатилетняя, замкнутая и малоразговорчивая девушка особенно уклонялась от обсуждения вопросов, связанных с ее взаимоотношениями с юношами. Собственно говоря, я и не ставил перед ней подобные вопросы, поскольку уже на первых двух консультациях почувствовал внутреннее напряжение и настороженность девушки, боровшейся, как потом оказалось, «с греховным искушением, отмеченным печатью божьего наказания». Именно так впоследствии она определила те переживания, которые выпали на ее долю и которые омрачали ее жизнь в последние годы. Понадобилось несколько месяцев совместной работы, прежде чем Диана поведала о своих страданиях, обусловленных строгим религиозным воспитанием в семье, не допускающим не только греховные деяния, но и богопротивные мысли, и участившимися сновидениями непристойного, эротического характера, после которых она просыпалась в ужасе оттого, что всевидящий Бог покарает ее за недостойное поведение во сне. Она не могла рассказать о своих переживаниях родителям, так как не хотела огорчать их и боялась их осуждения. Обращение к Богу с мольбой простить ее за ее ночные, не подвластные ее воле прегрешения не приносили успокоения, а, напротив, усиливали муки совести, поскольку непристойные сновидения навязчиво преследовали ее. Каждый раз, когда она ложилась спать, Диана испытывала ужас и страх от возможных ночных кошмаров. Редкая ночь проходила спокойно, и девушка чувствовала себя при пробуждении отдохнувшей. У нее все чаще стали появляться признаки непонятного для родителей заболевания, сопровождающегося головными болями, желудочными расстройствами, рассеянным вниманием, мешавшим ранее успешной учебе в институте. Врачи, к которым ее водили родители, прописывали Диане различные лекарства, но ее состояние не улучшалось. Молитвы родителей не были услышаны Богом, и девушка, что называется, «таяла на глазах» — она катастрофически похудела, выглядела изму-

673

ченной, и дальнейшее обучение в институте стало под вопросом.



Единственная подруга Дианы по институту каким-то образом уговорила ее обратиться ко мне. В тайне от родителей Диана два раза приходила ко мне на консультацию и неожиданно для себя, как впрочем и для меня самого, проявила интерес к психоанализу. Потом у нее состоялся разговор с родителями на предмет наших дальнейших встреч. Родители с недоверием отнеслись к психоаналитическому лечению, но, видимо, не видя иного выхода и обеспокоенные здоровьем дочери, созвонились со мной. Мы встретились, поговорили, и родители Дианы согласились на то, чтобы их дочь начала проходить анализ у меня.

Полагаю, что не последнюю роль в их решении сыграла обстановка комнаты, где я осуществляю прием. Дело в том, что над кушеткой (диваном), где обычно располагаются пациенты, висит большая картина, на которой изображен Христос, с ореолом сияния над головой, скользящий босыми ногами по поверхности волн. На полотне картины художник воспроизвел известный из Библии сюжет, повествующий о том, что вера творит чудеса и верящий в свою миссию Христос способен идти по воде, как будто это твердая поверхность земли. Эту картину я приобрел двадцать лет тому назад, когда не был практикующим аналитиком и, естественно, не предполагал, что ее символическое значение каким-то образом пересечется с психоанализом. Сегодня, когда эта картина, наряду с вырезанными из дерева головами Христа и Мефистофеля и другими произведениями искусства, коллекционирование которых пришлось на период 70—80-х годов, стала неотъемлемой частью интерьера комнаты, где я принимаю пациентов, как-то само собой получилось, что подобная нестандартная обстановка благоприятно сказывается на самочувствии людей или, во всяком случае, вызывает у них расположение ко мне. По всей видимости, именно это способствовало снятию той настороженности, которая первоначально была у родителей Диана по отношению к какому-то неизвестному им аналитику. Кроме того вид уже не молодого, обладающего бородой и похожего по облику на священника врачевателя способствовал, как я могу предположить, тому, что они доверили мне свою дочь. Во всяком случае Диана получила благословение

674

своих родителей и могла, не скрывая от них, приходить ко мне в назначенные часы.



Не касаясь существа аналитической работы, скажу лишь, что прошел не один^лесяц, прежде чем Диана решилась поведать мне во всех подробностях о тех искушениях, которые испытывала во время сновидений. По отдельным обрывкам фраз я догадывался о внутрипсихическом конфликте, вызвавшем у нее глубокие переживания и породившем болезненные симптомы. Но я намеренно не спешил обрушить на нее понимание истинного смысла глубинного конфликта, разыгравшегося между религиозным воспитанием и греховными, с ее точки зрения, влечениями, в которых она не хотела, точнее, не смела признаться самой себе. Тем более, что, как я мог заметить, наши встречи приносили Диане некоторое облегчение даже без вскрытия подлинных причин ее недомогания.

Коренной перелом в работе произошел после того, как однажды, не удержавшись и разрыдавшись на одной из сессий, она рассказала о страшном, греховном сновидении. Придя в себя и успокоившись, Диана в недоумении спросила меня: «Почему Бог не хочет мне помочь? Я столько молилась и просила его о прощении. Разве он не может сделать так, чтобы я видела другие сны? За что он меня наказывает? Днем я молюсь, каюсь в своих грехах, которых не совершала в жизни, а ночью со мной происходит такое, о чем впервые решилась рассказать только Вам. Как же мне жить дальше? Что делать?».

После признания Дианы в ее ночных прегрешениях мы много говорили с ней о Боге, грехе, вине, религиозных ценностях, взаимоотношениях между юношами и девушками, плотской и духовной любви, предназначении женщины в земной жизни, бессознательных влечениях и душевных страданиях, исторически сложившейся первоначальной божественности половых органов, которые в Древности почитались, подобно Божествам, и сексуальности, как нечто божественном и святом. Пожалуй, впервые в жизни она позволила себе не только без оглядки на возможное осуждение со стороны Бога обсуждать вслух те Проблемы, о которых ранее боялась даже помыслить, считая их неприличными, аморальными, недостойными и Неприемлемыми для религиозной девушки, но и по-ино-Щ посмотрела на привычные для нее представления о ■"•обви, сформированные под воздействием религиозного

675


воспитания в семье. Это не значит, что Диана отвернулась от Бога и с легкостью начала грешить в реальной жизни. Она по-прежнему оставалась набожной и религиозной. Однако она как бы сбросила с себя тот отягощающий ее и загоняющий в болезнь груз вины, который ранее взваливала на себя после пробуждения от кошмарных, вызывающих отвращение к самой себе и требующих наказания, точнее, самонаказания, снов эротического содержания. Во всяком случае, Диана в прямом и переносном смысле ожила. Она сумела подготовиться к очередной экзаменационной сессии, успешно сдала все зачеты и экзамены, стала более общительной и даже немного прибавила в весе. Перед расставанием на летние каникулы ее отец позвонил мне и в сдержанной форме поблагодарил меня, сказав, что Бог воздаст за мои труды, а мать передала с дочерью подарок — баночку меда. Предполагалось, что после летних каникул Диана продолжит систематический анализ. Однако августовский кризис 1998 года подорвал материальное положение в ее семье, как это имело место у большинства россиян, и ни у Дианы, ни у меня не было возможности продолжить наши встречи так часто, как мы рассчитывали на это первоначально.

К счастью, самочувствие девушки заметно улучшилось, и у нее появился молодой человек, который, по ее собственным словам, стал для нее настолько дорогим, что она стала подумывать о замужестве. На протяжении последующих полутора лет время от времени Диана приходила ко мне, чтобы разобраться в тех или иных проблемах, трудностях и переживаниях. В данный момент, то есть когда пишутся эти строки, она выглядит вполне работоспособной, жизнерадостной и не напоминает собой ту девушку, которая «таяла на глазах родителей». Правда, пока она не вышла замуж и, как говорила мне недавно, загадочно улыбаясь, сейчас это не составляет главную проблему ее жизни.

Случай с Дианой я привел вовсе не потому, что хочу показать, что в моей практике были не только неудачи, но и некоторые успехи. В данном контексте этот случай как нельзя лучше может служить наглядной иллюстрацией того, что в процессе психоаналитической терапии приходится иметь дело с верующими пациентами и учитывать их религиозные чувства. И никогда заранее не знаешь, какая светская или религиозная проблематика станет основной

676


для аналитической работы с новым, впервые приходящим к тебе пациентом. х

Так, например, я никак не предполагал, что одна из причин разрыва с женой обратившегося ко мне за помощью преуспевающего бизнесмена уходит своими корнями, как выяснилось впоследствии, в мусульманские традиции, связанные с различиями между горьковскими и казанскими татарами. Одним словом, религиозные ценности и психоанализ действительно оказываются вовлеченными в единое пространство, не говоря уже о том, что священник и психоаналитик подчас выполняют сходные функции с той лишь разницей, что первый отпускает грехи, облегчая душу прихожан, в то время как второй не претендует на подобную роль, довольствуясь врачеванием души. Не случайно и в том, и в другом случае важное значение придается религиозной или психоаналитической исповеди.

Полагаю, что после этого необходимого отступления можно приступить к рассмотрению взглядов Фрейда на религию. Интересные и поучительные сами по себе, они, несомненно, заслуживают внимания, тем более что, выступая в качестве разрушителя различного рода иллюзий, разделяемых человеком и человечеством, основатель психоанализа высказал в свое время такие идеи, которые вызвали, мягко говоря, неудовольствие не только у верующих людей, далеких от психоанализа как такового, но и у части психоаналитиков, не согласных с его религоведче-ской позицией.

2. Безбожный иудей

В зарубежной литературе имеется немало работ, посвященных раскрытию взглядов Фрейда на религию. В отечественной литературе также наличествует ряд публикаций на эту тему [1], так что при необходимости читатель может обратиться к ним. Но заинтересованному в этом вопросе читателю я бы рекомендовал ознакомиться Прежде всего с переведенными на русский язык трудами самого Фрейда, в которых он изложил свое понимание Происхождения и сущности религии. Речь идет в первую очередь о таких его произведениях, как «Тотем и табу»,

677


«Будущее одной иллюзии», «Недовольство культурой», «Человек Моисей и монотеистическая религия».

В рамках предложенной вниманию читателя книги нет необходимости вступать в непрекращающуюся до сих пор в исследовательской литературе дискуссию по поводу того, был ли Фрейд религиозным человеком или атеистом, обусловлено ли его нетрадиционное видение религии личными переживаниями, связанными с воспитанием в детстве, или психоаналитическим подходом, выработанным им в зрелые годы, насколько адекватно он понял существо религии как таковой или, прилагая усилия к разоблачению одной иллюзии, впал в другую. Ограничусь рассмотрением лишь тех аспектов, которые в контексте данной книги представляются важными и необходимыми, с точки зрения понимания истории, теории и практики психоанализа.

Прежде всего хотелось бы обратить внимание на то, что, как в своем эпистолярном наследии, представленном многочисленными письмами различным людям, так и в своих научных трудах Фрейд неизменно придерживался одной установки. Страстное стремление к раскрытию истины не сопровождалось у него предвзятым отношением к тому, что становилось объектом исследования и размышления. Это в полной мере относится и к взглядам Фрейда на религию, независимо от того, были ли они изложены им до или после возникновения психоанализа. Суть подобной установки сводится к тому, что при всем своем осознании важного исторического значения религии в жизни человека и человечества, он не мог следовать слепо традиционному миропониманию и человекознанию, обусловленному религиозными ценностями. Отсюда его критическое, но не лишенное уважения отношение к религии как таковой,

В разделе о Фрейде как человеке обращалось внимание на то, что в возрасте до трех лет у него была набожная, придерживающаяся католической веры няня, бравшая с собой в церковь маленького мальчика и рассказывавшая ему о Боге, рае и аде. Из биографических источников, включая труд официального биографа Фрейда Э. Джонса, известно, что мальчик находился под большим впечатлением от увиденного и услышанного, после посещения церкви пересказывал матери религиозные истории, читал дома проповеди и пытался по-своему толковать деяния Бога. В детстве он любил рассматривать красочно оформленные ил-

678

цострации в прекрасно изданной Л. Филиппсом Библии, а на день рождения, когда ему исполнилось 35 лет, отец подарил ему экземпляр этой, как он написал в дарственной надписи, Книги книг. В юношеские годы и в зрелом возрасте Фрейд в разговорах со своими коллегами, в переписке с друзьями и в своих работах использует различного рода грамматические выражения типа «Бог знает, какой вихрь вернул меня из Фрайберга», «божественная леность», «взовите к Богу», «слава Богу», «да осудит его Бог за это!», «дай вам Бог совершить как можно больше!» и другие.



Вместе с тем во многих работах Фрейда содержатся такие критические высказывания в адрес религии, которые свидетельствуют о его негативном отношении к религиозному верованию как таковому. Да и как иначе можно расценивать его высказывания, согласно которым религия — это «всеобщий невроз навязчивых состояний», религиозные учения — «иллюзии, доказательств им нет», религиозные догматы — «своего рода невротические реликты», утешения религии «не заслуживают доверия», опасно связывать этические требования с «религиозной набожностью», запрет на мышление, к которому прибегает религия, «отнюдь не безопасен ни для отдельного человека, ни для человечества»! Какие могут быть сомнения в антирелигиозной личностной позиции Фрейда, если он сам называл себя безбожником или, как это имело место в письме швейцарскому пастору Оскару Пфистеру от 9 октября 1918 года, «совершенно безбожным иудеем»!

Из приведенных выше отрывочных высказываний может создаться впечатление, что в детстве Фрейд находился под воздействием религиозно окрашенного воспитания, но со временем, особенно с момента выдвижения и развития психоаналитических идей, стал все чаще и резче высказывать критические соображения в адрес религии. Однако это впечатление не соответствует действительности, поскольку, как свидетельствуют биографы Фрейда, будучи с детства знаком с Библией и еврейскими обычаями, он тем не менее, используя выражение Э. Джонса, вырос без веры в Бога. Сам основатель психоанализа недвусмысленно заявлял, что всегда был неверующим, был воспитан без религии, хотя и не без уважения к этическим требованиям культуры.

679

Полагаю, что при рассмотрении взглядов Фрейда на религию не стоит сбрасывать со счета последнее высказанное им соображение, то есть его уважение к этическим требованиям культуры, так или иначе соотнесенным с религиозным верованием. Даже в поздние годы своей деятельности, когда из-под его пера вышла специально посвященная критике религии работа «Будущее одной иллюзии», Фрейд признавал особую ценность религиозных представлений для человека и ее психологическую значимость для жизни многих людей. Вышеприведенное выражение «дай вам Бог совершить как можно больше!» относится к 1938 году и содержится в одном из его писем, адресованных известному писателю Стефану Цвейгу. А в своей последней фундаментальной работе «Человек Моисей и монотеистическая религия» Он писал о том, что моисеева религия «принуждала народ к прогрессу духовности», всему, что связано с возникновением религии, «присуще нечто величественное» и в идее одного-единственного Бога содержится «частица вечной истины», только не материальной, а исторической истины.



Речь не идет о двойственном, амбивалентном отношении Фрейда к религии, как это может показаться на первый взгляд. Речь идет, еще раз повторю, чтобы подчеркнуть важность этого момента, о вполне осознанной исследовательской и житейской установке, согласно которой, с пониманием относясь к психологической ценности для человека религиозных идей, Фрейд и до, и после возникновения психоанализа подходил к оценке религии с позиций критического мышления.

Показательными в этом отношении являются его размышления о религии, содержащиеся в одном из писем к невесте, датированном 23 июля 1882 года, то есть в то время, когда ему было 26 лет. Сообщая Марте о своем разговоре со старым евреем, к которому он обратился с заказом почтовой бумаги, на каждом листе которой гравер должен был поставить монограммы «М» и «3» (начальные буквы имени влюбленных), Фрейд изложил мысли человека, давшего истолкование нескольким религиозным заповедям, и высказал свои соображения по этому поводу. В частности, он писал: «Действительно, человечество в течение столетий верит. Следовательно, веру, религию ни в коей мере нельзя считать безрассудством. Напротив, в религии есть некий высший смысл» [2. С. 54—55]. И далее: «Влияние религии

680

на сознание человека ^громно, особенно когда религиозные, глубоко философские идеи перестали быть застывшими догмами. Они стали объектом глубоких научных размышлений и, конечно, оказали огромное влияние на мировое искусство, поэзию и литературу. Сколько гениальных мыслителей и поэтов черпали из религиозных сюжетов духовную пищу для своих творений. Даже если отвлечься от глубокого содержания религии, то надо признать, что ее необычайная одухотворенность и логическая стройность вдохновляли лучшие умы человечества» [3. С. 55]. Но в этом же письме Фрейд одновременно выразил свое неприятие по поводу застывших религиозных догм, не допускающих критического мышления. Он подчеркнул: «Святое писание претендует исключительно на истинность и предполагает покорность и послушание верующих. Но все это никак не связано с неотъемлемым правом человека на сомнения и уж тем более на ниспровержение каких бы то ни было авторитетов» [4. С. 55].



Все вышесказанное не означает, что представления Фрейда по отдельным аспектам религиозной проблематики оставались неизменными на протяжении его исследовательской и терапевтической деятельности. По мере развития психоаналитических идей он вносил уточнения в свои объяснительные схемы, касающиеся механизмов функционирования психики человека, содержания его Я, отношений между вытеснением и страхом. Уточнения вносились им и по вопросам, связанным с пониманием сущности и происхождения религии. Но общая исследовательская, терапевтическая и житейская установка, заключающаяся в служении истине, сохранялась на протяжении всей его деятельности как применительно к психоанализу в целом, так и по отношению к религии.

3. Религия как универсальный невроз

Первоначально сущность и происхождение религии рассматривались Фрейдом в связи со сравнительным анализом неврозов навязчивости и отправлением верующими людьми религиозных обрядов. В работе «Навязчивые действия и религиозные обряды» (1907) он высказал мысль, что оба этих явления при всей их разноплановости в скрытой форме включают в себя подавление бессознательных

681


влечений человека. Иными словами, в основе этих явлений лежит воздержание от непосредственного удовлетворения природных, главным образом, сексуальных влечений, что и определяет их сходство. Отсюда его вывод, согласно которому навязчивые действия, навязчивый невроз можно рассматривать как патологическую копию развития религии, определив «невроз как индивидуальную религиозность, религию как всеобщий невроз навязчивых состояний» [5. С. 15].

Собственно говоря, этот вывод был подготовлен предшествующим размышлением Фрейда о сходстве между паранойей и суеверием, нашедшим отражение в более ранней его работе «Психопатология Обыденной жизни» (1901). Размышляя по этому поводу, он писал: «Различие между смещениями, происходящими у параноика и суеверного человека, не так велико, как это кажется на первый взгляд» [6. С. 297]. Двадцать четыре года спустя, ссылаясь на раннюю работу «Навязчивые действия и религиозные обряды», в своей «Автобиографии» Фрейд подчеркнул, что ранее охарактеризовал «вынужденный невроз как искаженную личную религию, а религию, так сказать, как универсальный вынужденный невроз» [7. С. 141].

С психоаналитической точки зрения Фрейда, религия выступает как защитная мера человека против своих собственных бессознательных влечений, которые в религиозных верованиях получают иносказательную форму удовлетворения, благодаря чему внутрипсихические конфликты личности, столкновения между сознанием и бессознательным утрачивают свою остроту. Такое понимание религии совпадало с ранней фрейдовской трактовкой культурного развития человечества, согласно которой в основе прогресса культуры лежит внешнее и внутреннее подавление сексуальных влечений человека. Фрейд исходил из того, что часть процесса подавления бессознательных влечений совершается в пользу религии, разнообразные обряды и ритуалы которой символизируют отречение человека от непосредственных чувственных удовольствий, чтобы затем приобрести умиротворение и блаженство в качестве воздаяния за воздержанность от плотских наслаждений. Данная мысль была выражена им в работе «Культурная» сексуальная мораль и современная нервозность» (1908). Размышляя на эту тему, Фрейд подчеркнул: «Часть страстей, от удовлетво-

682


рения которых отказывались, приносилась в жертву Богу. Приобретенное таким образом общее благо было объявлено священным» [8. С. 18—19].

Под этим же углом зрения Фрейд рассматривал древние религии, в которых многое из того, в чем себе отказывал человек, было передано Богу и разрешалось только во имя Бога. Исповедующие эти религии древние народы как бы находили самих себя, хотя в их сознании присутствовал лишь образ Бога. Они как бы проецировали вовне свою внутреннюю бессознательную мотивировку, наделяя Бога собственными внутрипсихическими качествами.

В основу психоаналитического понимания религии Фрейдом была положена способность человека к вытеснению, сублимированию бессознательных влечений, проецированию их вовне и символическому удовлетворению социально неприемлемых, запретных желаний. Во всяком случае, с самого начала своей исследовательской и терапевтической деятельности в качестве основателя психоанализа он придерживался того мнения, что «значительная доля мифологического миросозерцания, простирающегося даже и на новейшие религии, представляет собой не что иное, как проецированную во внешний мир психологию» [9. С. 297].

В работе «Леонардо да Винчи. Воспоминание детства» (1910) Фрейд делает следующий шаг в понимании религии. Прежде всего он усматривает тесную связь между комплексом отца и верой в Бога. По его убеждению, наработки в сфере психоанализа показали, что «личный Бог — не что иное, как возвеличенный отец» [10. С. 205]. Кроме того, размышления о природе и сущности религии привели его к выдвижению идеи, согласно которой возникновение религиозности связано с длительной беспомощностью человека, от рождения нуждающегося в защите и покровительстве. Эта мысль отчетливо звучит как в его работе о Леонардо да Винчи, так и в переписке со швейцарским, психиатром Карлом Густавом Юнгом, в одном из писем к которому от 2 января 1910 года он писал: «мне бросилось в глаза, что последней причиной потребности в религии является инфантильная беспомощность, которая у человека значительно сильнее, чем у животного» [11. С. 414]. И наконец, в этот период Фрейд высказал нетривиальную мысль о том, что религия как бы защищает верующего человека от невроза, что с позиций психоанализа вполне объяс-

683

нимо. «Защиту от невротического заболевания, которую религия представляет верующим, легко объяснить тем, что она лишает их комплекса родителей, от которого зависит сознание вины как индивида, так и всего человечества, и уничтожает его у них, тогда как неверующий вынужден в одиночку справляться с этой задачей» [12. С. 205].



В свете данных психоанализа, высказанное Фрейдом положение о том, что религия защищает верующего человека от невротического заболевания, нуждается в пояснении. В самом деле, разве психоаналитикам не приходилось иметь дело с пациентами, придерживающимися религиозных верований и тем не менее страдающими психическими расстройствами? Разве среди верующих нет невротиков, не обязательно обращающихся за помощью к психоаналитикам, но тем не менее являющихся таковыми?

.Немецкие психоаналитики X. Томэ и X. Кэхеле показали, что подчас приходится иметь дело с пациентами, травмированными религией, или ее представителями, и основной вопрос с позиций психоанализа «сводится к определению влияния христианской веры и библейских историй на невротические страхи пациентов» [13. С. 704]. Мною приведенный случай с Дианой служит наглядным подтверждением того, религиозность не всегда служит надежным щитом, защищающим верующего человека от бегства в болезнь. В данном конкретном случае глубокие внутренние конфликты между бессознательными влечениями девушки, дававшими о себе знать в сновидениях эротического характера, и ощущением греховности, навеянным религиозным воспитанием и сопровождавшимся мучительным чувством вины, с неизбежностью привели к тому, что Диане пришлось обратиться за помощью к аналитику.

Но все это вовсе не означает, что Фрейд был абсолютно не прав, когда говорил о защитных функциях религии, предохраняющих верующих от возникновения невротических заболеваний. Судя по всему, религия, действительно, обладает подобными защитными функциями, однако, как показывают жизнь и аналитическая практика, она не может застраховать целиком и полностью верующего человека от возможных соскальзываний в лоно невротического расстройства. Религиозная исповедь предназначена для снятия внутриличностных конфликтов верующего чело-

века, и в этом смысле она имеет свое терапевтическое значение. И тем не менее, даже получая отпущение грехов, не все верующие оказываются в состоянии избавиться, скажем, от ночных кошмаров, связанных с их прегрешениями в сновидениях, как это имело место в случае Дианы.

Разумеется, речь идет вовсе не о том, чтобы вместо религиозной исповеди верующие люди непременно обращались к психоанализу. Как говорится, Богу богово, а Кесарю кесарево. И религиозная исповедь, и психоанализ по-своему могут помочь тем, кто обращается к ним за помощью в надежде разрешить свои внутриличностные конфликты. Кстати сказать, я полагаю, что, если бы религиозное воспитание Дианы в семье было менее строгим, а то духовное лицо, к которому как выяснилось в процессе анализа, она обращалась за помощью, было более компетентным в области психологии влечений, то, вероятно, отпала бы и потребность в психоаналитической терапии. Но этого не произошло. Хотя, в отличие от неверующего человека, пытающегося в одиночку справиться с чувством вины, Диана могла опереться на духовное лицо, перенесенный на Бога, но до конца не устраненный комплекс родителей давал о себе знать на бессознательном уровне, а страдания девушки не только не прекращались, но, напротив, усиливались, что привело в конечном счете к заболеванию и необходимости обращения к а'налитику.

И еще одно соображение. Говоря о том, что религия защищает верующего человека от невротического заболевания, Фрейд одновременно пришел к убеждению, согласно которому религия становится как бы универсальным неврозом. Конечно, можно не соглашаться с подобным утверждением, претендующим на предельное обобщение. Тем не менее в размышлениях Фрейда о религии под этим углом зрения содержится мысль о том, что, спасаясь от индивидуального невроза и не подозревая ни о чем, верующий человек может оказаться во власти коллективного невроза, проявляющегося в одержимости какой-либо религиозной идеей и агрессивном отношении к инакомыслящим, инаковерующим, вплоть до разжигания ненависти против них, способной обернуться насилием, терроризмом, убийством ни в чем не повинных людей. Трагические события в России осенью 1999 года, связанные с организацией террористами варварских взрывов жилых домов в Москве, Волгодонске и других горо-

684

685


дах, в результате которых погибли сотни мирных жителей, являются наглядным подтверждением всплеска коллективного невроза, возникшего на почве националистических умонастроений и ислама.

Давая психоаналитическое объяснение религии, Фрейд исходил из того, что корни религиозной потребности лежат в комплексе родителей. Интересно отметить, что, хотя представления об Эдиповом комплексе имелись у Фрейда еще в 1897 году, о чем, как уже говорилось, свидетельствуют его письма к Флиссу, сам термин был использован им только в 1910 году. Причем именно в этот период времени он соотнес родительский комплекс с религией, что нашло свое отражение в работе о Леонардо да Винчи. Год спустя Фрейд использовал термин «Эдипов комплекс» непосредственно по отношению к религии. Так, в письме к Юнгу от 1 сентября 1911 года он писал о том, что «в Эди-пове комплексе кроется корень религиозных чувств» [14. С. 428], В этом же письме Фрейд сообщал своему корреспонденту, что на протяжении последней недели его занятия были посвящены той же теме, что и усилия Юнга, а именно, рассмотрению проблемы происхождения религии.

К тому времени Фрейд и Юнг, знакомство которых состоялось в 1906 году, тесно сотрудничали друг с другом. Юнг работал над книгой «Либидо, его метаморфозы и символы», которая, несмотря на зримую поддержку психоаналитических концепций Фрейда и постоянные ссылки на его труды, включала в себя идеи и интерпретации, приведшие в конечном счете к отходу от основателя психоанализа, разрыву с ним в 1913 году и разработке нового направления в исследовании и терапии, получившего название аналитической психологии. В контексте рассмотрения взглядов Фрейда на религию нет необходимости останавливаться на тех тонкостях юнговского понимания либидо не как сексуальности, на чем настаивал в то время основатель психоанализа, а как душевной энергии вообще. Достаточно сказать, что подобное различие в понимании либидо в значительной степени предопределило, наряду с другими фактами и обстоятельствами, последующий разрыв между Фрейдом и Юнгом, которого основатель психоанализа рассматривал в пору их сближения в качестве своего преемника. Однако последующие разногласия между ними обусловливались и иными воззрениями, в

686


том числе относящимися к пониманию природы, существа, происхождения религии и содержательной интерпретации мифов.

В частности, в одном из писем Фрейду от 11 февраля 1910 года Юнг высказал суждение, согласно которому только мудрецы знают, что такое этика, а простым смертным не обойтись без мифа, и что религию может сменить только религия. Основатель психоанализа вряд ли мог согласиться с подобной точкой зрения, и не случайно, высказывая критические соображения в адрес религии, в более поздних своих трудах он делал ставку на разум человека и науку. В работе «Либидо, его метаморфозы и символы» Юнг предложил такое толкование мифа об Эдипе, в соответствии с которым, на что уже обращалось внимание в одном из разделов книги, Сфинкс является олицетворением «страшной матери», представляет собой «кровосмесительно отщепленную долю либидо» и символизирует «страх перед матерью» [15. С. 185—186].

Вполне очевидно, что Фрейду не могла импонировать подобная интерпретация мифа об Эдипе, поскольку она вела к далеко идущим последствиям. В терапевтическом плане это означало смещение акцента при выявлении невротических страхов с образа отца, как это имело место у основателя психоанализа в случае маленького Ганса, на образ страшной, «кастрирующей матери», когда вместо отцеубийства на передний план выступало детоубийство, что впоследствии нашло свое отражение в практической работе ряда психоаналитиков [16]. Не трудно представить себе, какие чувства одолевали Фрейда во время чтения работы Юнга «Либидо, его метаморфозы и символы» и насколько болезненно он воспринял подобные новации. И если по прочтении данной работы он был сдержан в своих суждениях, надеясь каким-либо образом предотвратить назревающий разрыв, то после того, как это случилось, основатель психоанализа не мог оставаться в стороне и, подвергнув критике отступников в лице Адлера и Юнга, подчеркнул, что «юнгианские новоизобретения» и соответствующие коррективы к психоанализу проистекают из стремления «избавиться от всего, что раздражает в семейных комплексах, чтобы не столкнуться с этим вновь в религии и этике» [17. С. 196].

Рассмотрение Юнгом религиозной проблематики и проведение им аналогии между психической деятельно-

687

стью невротиков и примитивных народов подтолкнуло Фрейда к исследованию истоков возникновения религии. Результаты этого исследования нашли отражение в четырех статьях, опубликованных им в журнале «Имаго». В 1913 году вышла в свет книга Фрейда «Тотем и табу. Психология первобытной культуры и религии», в которую вошли эти статьи. В данной книге он предпринял попытку осмысления с позиций психоанализа психологии народов, что, фактически, было противоположностью юнгиан-ского подхода, ориентированного на объяснение индивидуальной психологии через призму коллективного бессознательного. И если в работе «Навязчивые действия и религиозные обряды» Фрейд провел аналогию между неврозом и религиозными ритуалами, то в книге «Тотем и табу» он показал значение параллелизма онтогенетического и филогенетического развития в душевной жизни, провел параллели между невротиком и первобытным человеком, сведя то общее, что имеется между ними, к инфантилизму.



4. Тотем, табу и невроз

При осмыслении психологии первобытной культуры и религии Фрейд исходил из того, что «психоаналитическое исследование с самого начала указывало на аналогии и сходства результатов его работ в области душевной жизни отдельного индивида с результатами исследования психологии народов» [18. С. 326]. Используя доступный для анализа в то время этнографический материал и опираясь на работу Дж. Фрэзера «Тотемизм и экзогамия» (1910), он рассмотрел проблему боязни инцеста у дикарей и подчеркнул, что с позиций психоанализа страх перед инцестом представляет собой типичную инфантильную черту и свидетельствует об удивительном сходстве с душевной жизнью невротиков. Дикие народы чувствовали угрозу в инцестуозных желаниях человека и поэтому прибегали к строгим мерам их предупреждения. Впоследствии эти инцестуозные желания стали бессознательными, оказывающими воздействие и на современного человека. Как показал психоанализ, первый сексуальный объект ребенка всегда инцестуозен, то есть направлен на запрещенные объекты, на мать или отца. У невротика наблюдается проявление психического инфантилизма. В его бессознательном

688

главную роль играют инцестуозные фиксации либидо. Но открытия психоанализа в этой области встречают недоверие среди взрослых и нормальных людей. Это объясняется тем, что подобное неприятие является прежде всего продуктом отвращения людей к их собственным прежним, имевшим место у первобытных людей, но вытесненным затем инцестуозным желаниям. Таковы, по мнению Фрейда, исторические сходства между дикарем и невротиком.



Каталог: book -> psychoanalis -> classical psychoanalysis -> %D0%9B%D0%B5%D0%B9%D0%B1%D0%B8%D0%BD%20%D0%92.%20%D0%9C.,%20%D0%9A%D0%BB%D0%B0%D1%81%D1%81%D0%B8%D1%87%D0%B5%D1%81%D0%BA%D0%B8%D0%B9%20%D0%BF%D1%81%D0%B8%D1%85%D0%BE%D0%B0%D0%BD%D0%B0%D0%BB%D0%B8%D0%B7%20%D0%B8%D1%81%D1%82%D0%BE%D1%80%D0%B8%D1%8F,%20%D1%82%D0%B5%D0%BE%D1%80%D0%B8%D1%8F,%20%D0%BF%D1%80%D0%B0%D0%BA%D1%82%D0%B8%D0%BA%D0%B0
%D0%9B%D0%B5%D0%B9%D0%B1%D0%B8%D0%BD%20%D0%92.%20%D0%9C.,%20%D0%9A%D0%BB%D0%B0%D1%81%D1%81%D0%B8%D1%87%D0%B5%D1%81%D0%BA%D0%B8%D0%B9%20%D0%BF%D1%81%D0%B8%D1%85%D0%BE%D0%B0%D0%BD%D0%B0%D0%BB%D0%B8%D0%B7%20%D0%B8%D1%81%D1%82%D0%BE%D1%80%D0%B8%D1%8F,%20%D1%82%D0%B5%D0%BE%D1%80%D0%B8%D1%8F,%20%D0%BF%D1%80%D0%B0%D0%BA%D1%82%D0%B8%D0%BA%D0%B0 -> Библиография
%D0%9B%D0%B5%D0%B9%D0%B1%D0%B8%D0%BD%20%D0%92.%20%D0%9C.,%20%D0%9A%D0%BB%D0%B0%D1%81%D1%81%D0%B8%D1%87%D0%B5%D1%81%D0%BA%D0%B8%D0%B9%20%D0%BF%D1%81%D0%B8%D1%85%D0%BE%D0%B0%D0%BD%D0%B0%D0%BB%D0%B8%D0%B7%20%D0%B8%D1%81%D1%82%D0%BE%D1%80%D0%B8%D1%8F,%20%D1%82%D0%B5%D0%BE%D1%80%D0%B8%D1%8F,%20%D0%BF%D1%80%D0%B0%D0%BA%D1%82%D0%B8%D0%BA%D0%B0 -> Зигмунд фрейд: человек и основатель психоанализа достижима ли биографическая истина?
%D0%9B%D0%B5%D0%B9%D0%B1%D0%B8%D0%BD%20%D0%92.%20%D0%9C.,%20%D0%9A%D0%BB%D0%B0%D1%81%D1%81%D0%B8%D1%87%D0%B5%D1%81%D0%BA%D0%B8%D0%B9%20%D0%BF%D1%81%D0%B8%D1%85%D0%BE%D0%B0%D0%BD%D0%B0%D0%BB%D0%B8%D0%B7%20%D0%B8%D1%81%D1%82%D0%BE%D1%80%D0%B8%D1%8F,%20%D1%82%D0%B5%D0%BE%D1%80%D0%B8%D1%8F,%20%D0%BF%D1%80%D0%B0%D0%BA%D1%82%D0%B8%D0%BA%D0%B0 -> Введение. Откровения аналитика
%D0%9B%D0%B5%D0%B9%D0%B1%D0%B8%D0%BD%20%D0%92.%20%D0%9C.,%20%D0%9A%D0%BB%D0%B0%D1%81%D1%81%D0%B8%D1%87%D0%B5%D1%81%D0%BA%D0%B8%D0%B9%20%D0%BF%D1%81%D0%B8%D1%85%D0%BE%D0%B0%D0%BD%D0%B0%D0%BB%D0%B8%D0%B7%20%D0%B8%D1%81%D1%82%D0%BE%D1%80%D0%B8%D1%8F,%20%D1%82%D0%B5%D0%BE%D1%80%D0%B8%D1%8F,%20%D0%BF%D1%80%D0%B0%D0%BA%D1%82%D0%B8%D0%BA%D0%B0 -> Неврозы: смысл, этиология, терапия
%D0%9B%D0%B5%D0%B9%D0%B1%D0%B8%D0%BD%20%D0%92.%20%D0%9C.,%20%D0%9A%D0%BB%D0%B0%D1%81%D1%81%D0%B8%D1%87%D0%B5%D1%81%D0%BA%D0%B8%D0%B9%20%D0%BF%D1%81%D0%B8%D1%85%D0%BE%D0%B0%D0%BD%D0%B0%D0%BB%D0%B8%D0%B7%20%D0%B8%D1%81%D1%82%D0%BE%D1%80%D0%B8%D1%8F,%20%D1%82%D0%B5%D0%BE%D1%80%D0%B8%D1%8F,%20%D0%BF%D1%80%D0%B0%D0%BA%D1%82%D0%B8%D0%BA%D0%B0 -> Ошибочные действия
%D0%9B%D0%B5%D0%B9%D0%B1%D0%B8%D0%BD%20%D0%92.%20%D0%9C.,%20%D0%9A%D0%BB%D0%B0%D1%81%D1%81%D0%B8%D1%87%D0%B5%D1%81%D0%BA%D0%B8%D0%B9%20%D0%BF%D1%81%D0%B8%D1%85%D0%BE%D0%B0%D0%BD%D0%B0%D0%BB%D0%B8%D0%B7%20%D0%B8%D1%81%D1%82%D0%BE%D1%80%D0%B8%D1%8F,%20%D1%82%D0%B5%D0%BE%D1%80%D0%B8%D1%8F,%20%D0%BF%D1%80%D0%B0%D0%BA%D1%82%D0%B8%D0%BA%D0%B0 -> Эдипов комплекс
%D0%9B%D0%B5%D0%B9%D0%B1%D0%B8%D0%BD%20%D0%92.%20%D0%9C.,%20%D0%9A%D0%BB%D0%B0%D1%81%D1%81%D0%B8%D1%87%D0%B5%D1%81%D0%BA%D0%B8%D0%B9%20%D0%BF%D1%81%D0%B8%D1%85%D0%BE%D0%B0%D0%BD%D0%B0%D0%BB%D0%B8%D0%B7%20%D0%B8%D1%81%D1%82%D0%BE%D1%80%D0%B8%D1%8F,%20%D1%82%D0%B5%D0%BE%D1%80%D0%B8%D1%8F,%20%D0%BF%D1%80%D0%B0%D0%BA%D1%82%D0%B8%D0%BA%D0%B0 -> Психоаналитическое учение о бессознательном
%D0%9B%D0%B5%D0%B9%D0%B1%D0%B8%D0%BD%20%D0%92.%20%D0%9C.,%20%D0%9A%D0%BB%D0%B0%D1%81%D1%81%D0%B8%D1%87%D0%B5%D1%81%D0%BA%D0%B8%D0%B9%20%D0%BF%D1%81%D0%B8%D1%85%D0%BE%D0%B0%D0%BD%D0%B0%D0%BB%D0%B8%D0%B7%20%D0%B8%D1%81%D1%82%D0%BE%D1%80%D0%B8%D1%8F,%20%D1%82%D0%B5%D0%BE%D1%80%D0%B8%D1%8F,%20%D0%BF%D1%80%D0%B0%D0%BA%D1%82%D0%B8%D0%BA%D0%B0 -> Откровения аналитика
%D0%9B%D0%B5%D0%B9%D0%B1%D0%B8%D0%BD%20%D0%92.%20%D0%9C.,%20%D0%9A%D0%BB%D0%B0%D1%81%D1%81%D0%B8%D1%87%D0%B5%D1%81%D0%BA%D0%B8%D0%B9%20%D0%BF%D1%81%D0%B8%D1%85%D0%BE%D0%B0%D0%BD%D0%B0%D0%BB%D0%B8%D0%B7%20%D0%B8%D1%81%D1%82%D0%BE%D1%80%D0%B8%D1%8F,%20%D1%82%D0%B5%D0%BE%D1%80%D0%B8%D1%8F,%20%D0%BF%D1%80%D0%B0%D0%BA%D1%82%D0%B8%D0%BA%D0%B0 -> Психоанализ и этика извечные нравственные проблемы
%D0%9B%D0%B5%D0%B9%D0%B1%D0%B8%D0%BD%20%D0%92.%20%D0%9C.,%20%D0%9A%D0%BB%D0%B0%D1%81%D1%81%D0%B8%D1%87%D0%B5%D1%81%D0%BA%D0%B8%D0%B9%20%D0%BF%D1%81%D0%B8%D1%85%D0%BE%D0%B0%D0%BD%D0%B0%D0%BB%D0%B8%D0%B7%20%D0%B8%D1%81%D1%82%D0%BE%D1%80%D0%B8%D1%8F,%20%D1%82%D0%B5%D0%BE%D1%80%D0%B8%D1%8F,%20%D0%BF%D1%80%D0%B0%D0%BA%D1%82%D0%B8%D0%BA%D0%B0 -> Сексуальная жизнь человека


Поделитесь с Вашими друзьями:
  1   2   3   4


База данных защищена авторским правом ©dogmon.org 2019
обратиться к администрации

    Главная страница