Психотерапия в особых состояниях сознания



Скачать 10.95 Mb.
страница21/41
Дата12.05.2016
Размер10.95 Mb.
1   ...   17   18   19   20   21   22   23   24   ...   41

1 Поскольку принято считать, что вера в реинкарнацию несовместима с христианством и даже враждебна ему, отметим следующий момент. Концепция реинкарнации существовала в христианстве, пока в 543 году она вместе с другими утверждениями высокообразованного отца церкви Оригена не подвер­глась резким нападкам со стороны византийского императора Юстиниана и не была окончательно осуждена Вторым Константинопольским собором в 533 году (эти события хорошо изложены в первой части трилогии Д.С. Мережковского «Христос и Антихрист»). Ориген же, которого многие считают одним из наиболее выдающихся отцов церкви, писал в работе «О началах*: «Душа не имеет ни начала, ни конца... Каждая душа является в сей мир, усиленная победами, либо ослабленная поражениями предыдущей жизни. Ее положение в мире подобно ладье, коей предначертан путь к чести или бесчестью, опреде­лено прошлыми достоинствами и недостатками. Ее деятельность в этом мире определяет положение в мире грядущем».

2 В качестве подтверждения упомянем К. Г. Юнга, который в результате своих обширных работ в области сравнительной мифологии, необычайно развитой интуиции и собственного переживания соприкосновения со смертью признал выдающуюся ценность «Бардо Тедоль» и аналогичных текстов, опи­сывающих посмертный опыт, для понимания человеческого сознания, а также Олдоса Хаксли, который в книге *Рай и ад», основываясь на собственных Психоделических переживаниях, выдвинул предположение, что такие предстаа-ления, как рай и ад, являют собой субъективную реальность и могут быть пережиты весьма конкретным и убедительным образом в особых состояниях сознания.

Что вы чувствуете и о чем думаете в данную минуту? Может быть, ухмыляетесь: мол, где же ваши доказательства? А может быть, вы чувствуете, что в этом что-то есть? Вы хотели бы верить, что это случается в самом деле?

Швейцарский профессор геологии Альберт Хейм (просла­вившийся исследованиями процессов горообразования Альп), пережив несколько несчастных случаев, едва не окончившихся трагически, заинтересовался субъективными переживаниями умирания. В течение нескольких десятилетий он собирал на­блюдения и отчеты людей, прошедших через ситуации, угро­жавшие их жизни: солдат, раненных в бою; каменщиков и кровельщиков, падавших с высоты; рабочих, переживших ката­строфы во время строительства в горах и несчастные случаи на железной дороге, альпийских скалолазов, а также одного почти утонувшего рыбака.

Он пришел к выводу о поразительном сходстве субъектив­ных переживаний состояния, близкого к смерти, приблизитель­но у 95 процентов жертв. Незначительные различия отмечены лишь в деталях. Практически у всех, соприкоснувшихся со смертью, развивалось состояние, когда они не испытывали боли, отчаяния, горя или всепоглощающей тревоги, обычно поражающих людей в минуты менее острой опасности, а, на­против, усиливалась активность сознания, повышая интенсив­ность и скорость мышления в сотни раз. Затем приходило ощущение спокойствия и принятия ситуации на глубинном уровне. Восприятие событий и предвидение их результата были необычайно ясными. Судя по всему, не наблюдалось ни дез­ориентации, ни замешательства. Течение времени резко замед­лялось, и люди действовали с поразительной быстротой на основе четкой и реалистичной оценки ситуации. Все это часто сопровождалось неожиданным мысленным проигрыванием всей прошлой жизни жертвы. Наконец, человек, находящийся в условиях, угрожающих его жизни, слышал божественную музы­ку неземной красоты.

В 1961 году Карлис Осис и его сотрудники исследовали наблю­дения лечащих врачей и медицинских сестер, ухаживающих за умирающими. Вместо того, чтобы заниматься проверкой одной конкретной гипотезы, Осис решил просмотреть широкий диапа­зон явлений, характерных для умирающих, и выделить их типо­логию. Работа базировалась на обзоре и детальном анализе десяти тысяч разосланных опросников, из которых 640 вернулись назад. В них затрагивались различные аспекты наблюдений, сделанных у постели пациентов. Половина опросников рассылалась лечащим врачам, другая — медицинским сестрам. Согласно заявлениям лиц, возвративших их, они располагали в общей сложности опытом 35 540 наблюдений за процессом кончины.

К. Осис обнаружил, что около десяти процентов умираю­щих, видимо, были в сознании за час до смерти. Удивительно, но согласно сообщениям врачей и медсестер пациенты испы­тывали в основном отнюдь не страх. Указывалось, что чаще наблюдались ощущения дискомфорта, боли и даже безразли­чия. Было установлено, что примерно у одного из двадцати больных присутствовали признаки душевного подъема. Неожи­данным стало сделанное в рамках данного исследования откры­тие, что нередко имеют место видения преимущественно с нечеловеческим содержанием. Они встречались приблизитель­но в десять раз чаще, чем у аналогичной группы здоровых людей. Некоторые из видений более или менее соответствовали традиционным религиозным концепциям и представляли небе­са, рай или Вечный Град; другие носили черты их мирских образов невыразимой красоты вроде пейзажей с великолепной растительностью и экзотическими птицами. Согласно авторам для большинства переживаний были характерны яркие цвета и они весьма походили на психоделические переживания, вызы­ваемые мескалином или ЛСД. Реже наблюдались ужасающие видения чертей или ада либо иные, тоже пугающие, например погребение живьем.

Главный акцент в этом исследовании делался на галлюци­нациях умирающих, в которых участвовали люди. К. Осис смог подтвердить гипотезы У. Барретта и Дж. Хислопа (1908) о том, что пациенты в галлюцинациях видят в основном призраки покойников, часто желающих помочь переходу умирающего в загробный мир. Он также подтвердил, что эти галлюцинации носят характер настоящих привидений, так как их подавляющее число воспринималось больными в состоянии ясного сознания. При этом работа мозга не искажалась седативными или другими препаратами, высокой температурой тела, и лишь немногие пациенты страдали от заболеваний, способных провоцировать видения (травм мозга, черепно-мозговых нарушений, душевной болезни и уремии).

Исследование также показало, что характерные черты по­добных галлюцинаций относительно не зависят от физиологи­ческих, культурных и личностных факторов. Истоки пережива­ний данного вида, судя по всему, находились за пределами личностных и половых различий, физиологических факторов (типа медицинского диагноза и вида заболевания), а также Уровня образования и религиозного воспитания. Галлюцинации с покойниками чаще всего включали самых близких родствен­ников умирающих; иногда же в видениях появлялись не родст­венники, обычно это были живущие.

В 1969 году психиатр Элизабет Кюблер-Росс выпустила книгу «О смерти и умирании», обобщающую результаты ее

работы в качестве психотерапевта с тяжелобольными, опыта тренировочных семинаров, проведенных совместно с врачами медсестрами, студентами и священниками, а также исследова­ний, выполненных на факультете психопатологии университета Чикаго. В ней содержались многочисленные доказательства того, как часто люди, находящиеся на смертном одре, остро нуждаются в искренних человеческих контактах и психотера­певтической помощи. Она подчеркнула готовность умирающих обсуждать танатологические и близкие к ним темы и важность открытого и честного общения с ними; в результате подобного подхода они могут научить остающихся в живых важным вещам, относящимся не только к последним фазам жизни, но и к проблемам состояний человеческого сознания, а также редким аспектам человеческого бытия вообще. Кроме того, процесс работы с умирающими духовно обогащает каждого из его участ­ников, снижая уровень их тревоги относительно собственной смерти.

Кюблер-Росс выделила пять стадий, характеризующихся спе­цифическими эмоциональными реакциями и отношениями, че­рез которые последовательно проходит типичный умирающий по мере ухудшения своего физического состояния: стадии отторже­ния и изоляции, гнева, «попыток торговли», депрессии и, нако­нец, признания неизбежного.

В ряде статей профессор психиатрии университета штата Айопа Р. Нойес подверг обсуждению отчеты о переживаниях, написанные людьми, соприкоснувшимися со смертью, и про­анализировал их с медицинской и психологической точек зре­ния. Он обнаружил бросающееся в глаза сходство, типологи­ческое единство и характерную последовательность эпизодов, лежащих в основе этих, на первый взгляд, разнообразных отчетов.

Согласно Р. Нойесу описания переживаний состояния бли­зости к смерти и самой смерти распадаются на три последова­тельные стадии: сопротивление, обзор жизни, трансцендент­ность. Хотя сила, с которой эти конкретные стадии проявились в том или ином описании, может значительно разниться и, несмотря на то, что в отдельном случае одна из них может и отсутствовать, все же неизменность и постоянство их прояв­ления таковы, что дают право на подобную градацию.

Начальная стадия — сопротивление — включает в себя осозна­ние опасности с последующим чувством страха в отношении нее либо борьбы с ней и, наконец, признание неизбежности смерти. Понимание факта неотвратимости кончины пробуждает корот­кую, хотя и отчаянную борьбу с ней, часто сопровождаемую выраженной тревогой. Человек мечется между стремлением к активному господству над ситуацией и тягой к пассивному уходу-

Как правило, пока сохраняется хоть малейший шанс на выжива­ние осознание опасной ситуации и активное отношение к ней весьма велики. При подобных условиях энергия, необходимая для физической и умственной деятельности, может резко возрастать. Дезорганизующее чувство паники снимается, но способно воз­никнуть с новой силой, как только минует непосредственная опасность. Необыкновенное усиление умственной деятельности, возникающее у лиц, подвергающихся угрозе смерти или тяжкого увечья, часто находит выражение в полностью осознанной, дли­тельной и сложной череде мыслей и даже в эффективной деятель­ности по спасению собственной жизни.

Как правило, стадия обзора жизни следует непосредственно за сдвигом от попыток активного господства над ситуацией к пассивному уходу. Этот процесс сопровождается отщеплением сознания от телесной формы, что служит источником пережи­ваний существования вне тела. Люди могут фактически наблю­дать, как их тела приближаются к гибели, но сама гибель не признается реальной; так они переходят на позиции посторон­них наблюдателей, бесстрастно следя за развивающимися со­бытиями. Обзор жизни, обычно происходящий тогда же, при­нимает форму панорамы воспоминаний, сменяющих друг друга в быстрой последовательности и как бы охватывающих все прошлое индивида. Иногда развертывание такой картины жиз­ни направлено в прошлое от момента несчастного случая назад к детству, иногда наоборот, повторяя имевшую место в реаль­ности хронологическую последовательность событий. Все это, как правило, сопровождается ощущением положительных эмо­ций, реже — негативным и болезненным чувством. Изредка обзор жизни принимает голографическую, а не векторную форму. В таком случае важные воспоминания, относящиеся к различным периодам жизни, возникают одновременно — как части единого континуума.

Согласно Нойесу такой возврат к воспоминаниям о про­шедшем может являться следствием резкой утраты сознанием возможности ориентироваться в будущем. Стареющие люди, приближаясь к концу жизненного пути, проявляют склонность меньше задумываться над будущим и больше вспоминать про­шлое. Подобным же образом те, кому неожиданно угрожает прекращение жизни, могут испытывать резкий рост внимания сознания к прошлому. Такая узкая фокусировка жизненной энергии на событиях прошлого может соотноситься с интен­сивностью и яркостью возникающих воспоминаний о давно Прошедшем.

Нойес подчеркнул экзистенциальную важность подобного заключительного обзора жизни и того уникального взгляда на ж, к которому он приводит. К моменту смерти существо-

вание индивида становится завершенной и неизменной струк­турой. Во все времена смерть рассматривалась как вершина жизненного пути именно по этой причине. Она давала послед­нюю возможность обрести или защитить те цели, которые мыслились как высшие. Умирающие, переживающие этот за­ключительный обзор, страстно утверждают трансцендентное значение факта своего существования и включают его в миро­вой порядок, смысл которого они постигают. Все это может рассматриваться в качестве могучего утверждения духовных устремлений умирающего. Часто случалось так, что визионер­ские переживания отдельных людей были настолько приятны­ми, что ощутившие их испытывали сильное желание умереть и так навеки остаться в запредельных мирах. Зачастую они выка­зывали обиду и даже враждебность за то, что их «оживили» и вернули в повседневную реальность.

Как правило, стадия трансцендентности естественным об­разом вытекает из происшедшего обзора жизни. Лица, обозре­вающие свое существование с точки зрения содержащегося в нем добра и зла, могут воспринимать его со все возрастающим отдалением. Они способны достичь положения, при котором их жизнь видится как единое целое и одновременно в ней разли­чима каждая деталь. В конце концов преодолевается и это ограничение, и умирающий испытывает то, что обозначается как мистическое, трансцендентальное, космическое сознание (то, что А. Маслоу назвал «пиковым переживанием*). Иногда обзора жизни не происходит, и человек, неожиданно столкнув­шийся с перспективой скорой смерти, прямо переходит к стадии преодоления.

Важным дополнением к исследованиям Нойеса являются данные, собранные Давидом Роузеном (1975), психиатром Ленглипортерского психоневрологического института в Сан-Франциско, наблюдавшим лиц, оставшихся в живых после совершения попытки самоубийства путем прыжка с моста. Он зафиксировал и проанализировал характер субъективных пере­живаний, возникающих во время таких прыжков, а также долговременное воздействие данного события на жизни спасен­ных людей. Все они во время и после прыжка переживали мистические состояния сознания, характеризующиеся утратой чувства пространства и времени, а также ощущением духовного возрождения и единства с другими людьми, всем миром и Богом. Вследствие личного соприкосновения со смертью неко­торые из них пережили глубокое религиозное обращение, дру­гие же описали укрепление в себе присущих им и ранее рели­гиозных взглядов. Один из выживших вообще отрицал наличие у себя суицидальных намерений. Он воспринимал мост «Золо­тые ворота» как «золотые двери», сквозь которые он уйдет из

материального мира в иную духовную область. Он заявил, что его прыжок являлся исполнением духовной потребности и был скорее проблемой парапсихологии, нежели психопатологии.

Отчеты о своих переживаниях, написанные оставшимися в живых, весьма схожи с материалами, собранными Хеймом, и сообщениями о переживаниях соприкосновения со смертью из других источников. Основное отличие заключено в том, что акцент делается на стадии трансцендентных переживаний при полном отсутствии элемента борьбы и сопротивления; пережи­вание воспоминаний о событиях прошлого и обзор жизни также отсутствуют либо сокращены. Розен связывает эти различия с насильственным преднамеренным характером самоубийства по сравнению с неожиданным и непреднамеренным характером несчастных случаев: лица, планирующие самоубийство, уже пережили и сопротивление акту прерывания жизни, и частич­но — обзор своей жизни еще на стадии принятия решения о самоубийстве.

Вскоре опубликовал свое исследование «Жизнь после жиз­ни» Раймонд А. Моуди. Автор собрал данные о ста пятидесяти лицах, и его наблюдения распадаются на три различные кате­гории: 1) некоторые из переживаний людей, которые возвраще­ны к жизни после того, как их сочли умершими, они были признаны и объявлены таковыми лечащими врачами; 2) отчеты лиц, которые во время несчастных случаев, тяжких ранений или заболеваний находились на грани физической смерти; 3) отчеты людей, передававших свои переживания на пороге и в момент наступления смерти тем, кто пребывал у их смертного одра.

Моуди лично и подробнейшим образом опросил более пя­тидесяти человек, относящихся к первым двум категориям, и обнаружил далеко идущее сходство в их индивидуальных рас­сказах. Ему удалось выделить в переживаниях, связанных со смертью, несколько основных черт, повторявшихся с удиви­тельным постоянством.

Так, большая часть описаний содержала в себе сожаления о невыразимости переживания и о неспособности нашего языка передать его особую природу. Умирающие часто рассказывали, что во время коматозного состояния либо после клинической смерти они слышали отдельные фразы и даже полностью вос­принимали разговоры об их состоянии, которые вели доктора, медсестры и родственники (иногда правильность их воспри­ятия удостоверялась последующим расследованием)1. Нередко



1 В 1981 году Михаил Сабом представил исследование, в котором сопо­ставлял рассказы своих пациентов, переживших временную смерть, с тем, что фактически происходило в то время и что было доступно объективной провер­ке, и нашел подтверждение этому феномену.

имели место ощущения мира и спокойствия, подчас несущие на себе оттенок потусторонности. Многие умирающие сооб­щали о восприятии странных звуков, похожих на описывае­мые в мифояогии. Некоторые из этих звуков, наподобие гром­ких щелчков, рева, звона, жужжания, свиста и хлопков, были явно неприятны. Другие включали в себя прекрасный перезвон колокольцев, успокаивающие звуки или даже волшебную му­зыку.

Необычайно часто встречались описания прохода сквозь тем­ное закрытое пространство, обозначаемое как воронка, пещера, туннель, цилиндр, долина, желоб или сточная труба.

Еще одна общая черта опыта соприкосновения со смер­тью — переживание явления выхода из тела — принимало самые разнообразные формы. Некоторые описывали воспри­ятие себя как бесформенного облака, энергетической структуры либо чистого сознания. Другие четко ощущают свое тело, которое, однако, прозрачно, невидимо и неслышно для обита­телей в мире феноменов. Иногда возникает чувство страха, замешательства и желания вернуться в физическое тело, порой, напротив, появлялись экстатические ощущения отсутствия вре­мени, веса, ощущения мира, покоя, ясности. Некоторые на этой стадии проявляли беспокойство о судьбе своих физических тел, другие были совершенно к ним равнодушны. Запахи, ароматы, температура, тактильные ощущения не воспринимались, зато зрение и слух резко усиливались, достигая почти безграничного уровня1.

Многие умирающие сообщают о встречах с другими сущест­вами — покойными родственниками и друзьями, «духами-хра­нителями» или духовными руководителями. Особенно часто, судя по всему, происходит видение встречи со «Светящимся существом», которое является источником неземного сияния, лучистым и сверкающим, но обладающим и определенными личностными характеристиками, такими, как любовь, теплота, сострадание и чувство юмора. Общение с этим Существом происходит без слов, путем непосредственной передачи мысли. В рамках данной встречи или вне ее умирающий мог переживать частичный или полный обзор своей жизни, почти всегда про­текающий в ярких цветах и включающий в себя трехмерные движущиеся формы. Смысл данного переживания, видимо, заключен в понимании того, что постижение любви к другим и обретение высшего знания являются максимальными ценнос­тями человеческой жизни. Во многих сообщениях описывалось достижение границы или предела и возвращение. Такая граница

1 Сходство между этими переживаниями и описаниями тибетского состо­яния бордо просто поразительно.

носит чисто абстрактный характер либо символически выраже­на в виде водной преграды, седого тумана двери или врат, изгороди или линии.

Отношение к возвращению, видимо, меняется в процессе умирания. В течение нескольких первых мгновений после на­ступления смерти люди испытывают, отчаянное желание вер­нуться в тело и сожалеют о своей кончине. После некоторого продвижения, и особенно после встречи со «Светящимся су­ществом», прежнее намерение может уступить место нежела­нию возвращаться. Некоторые не знают, как они вернулись, связывая это порой с собственным решением поступить таким образом. Другие чувствуют, что были либо посланы обратно «Светящимся существом», либо возвращены чувством любви, желаниями и молитвами других независимо от их собственных намерений.

Моуди уделяет особое внимание тем трудностям, которые люди, соприкоснувшиеся со смертью, испытывают при попыт­ках рассказать об этом особом событии, которое они сами воспринимали как глубокое, реальное и важное. Автор указы­вает на то, что такие трудности, равно как и неспособность иных людей понять их, нередко вместе со снисходительным или даже насмешливым отношением — вот причина того, что мы так мало слышали об этих довольно часто происходящих случаях. Лучше всего это может быть проиллюстрировано тем фактом, что на протяжении всего исследования лишь в одном случае врач обнаружил хоть какое-то знакомство с околосмертными переживаниями!

У людей, выживших после ситуации, грозившей им смертью, либо перенесших клиническую смерть, в результате случивше­гося развивались новые представления о ее природе. Многие утрачивали страх перед ней. У них развивалось позитивное отношение к ней, отнюдь не связанное с желанием умереть или суицидальными наклонностями. Их сомнения, касающие­ся возможности посмертного существования, рассеивались, и продолжение жизни сознания за пределами физической кончи­ны становилось экспериментально доказанным фактом.

Одним из важнейших аспектов исследования Моуди являет­ся предпринятое обсуждение воздействия опыта прикосновения к смерти на жизнь испытавших этот опыт людей. Они ощутили, что она расширилась и углубилась. У них проявился серьезный интерес к глубочайшим философским и духовным вопросам, и ДЛЯ них начала действовать совершенно иная, чем прежде, Шкала ценностей. Существование внезапно оказалось гораздо Ценнее, и значительно больший акцент стал делаться на полно-Ценное переживание текущего момента, на то, что происходит «здесь и сейчас». Наблюдались также серьезные изменения

в представлениях об относительности ценности физического тела и ума. Реже это сопровождалось развитием парапсихоло-гических способностей.

В 1984 году вышла книга Кеннета Ринга «Направляясь к Омеге: в поисках смысла переживания смерти», в которой убедительно доказано, как переживание смерти преображает мировоззрение человека, шкалу его ценностей, духовные ори­ентации. Эффекты околосмертных переживаний включают по­вышение самооценки и уверенности в себе, признание ценнос­ти жизни и природы, заботу и любовь к ближним, явное снижение упора на материальные приобретения и развитие универсалистской, вселенской духовности. Вполне возможно, что предсмертные состояния играют роль катализатора в разви­тии личности. Установлена прямая зависимость между пережи­ванием смерти и развитием способностей к экстрасенсорному восприятию.

Данный материал полностью соответствует выводам Уолте­ра Панке (1966) о последовательности мистических пережи­ваний, происходящих спонтанно или в ходе занятий религиоз­ной практикой, без пребывания в ситуации, несущей в себе угрозу жизни. Одна из выделенных им категорий, описываю­щих мистическое сознание, включала в себя устойчивые, по­зитивные перемены в чувствах, взаимоотношениях и поведе­нии, следующих за переживанием подобного рода. Характер таких перемен, судя по всему, совпадал с описанными Р. Моуди и К. Рингом.

Понаблюдайте, каковы будут ваши реакции при выполнении следующих упражнений.

Упражнение «Ручей»

Сядьте прямо.

Сделайте несколько глубоких вдохов.

Войдите в особое состояние сознания.

Представьте, что вы поднимаетесь по горной дороге, рядом с которой протекает ручей.

Когда ручей и дорога начнут расходиться, сойдите с дороги и следуйте вдоль ручья к его истоку... Это небольшой родничок прозрачной воды, выбивающийся из-под земли. Он совсем маленький.

Теперь вообразите, что вы — капля этого родника, почувст­вуйте, как вы стекаете по склону, соединяетесь с другими каплями, становитесь ручейком, который сбегает вниз, затем сливается с другими ручейками и превращается в широкий поток. Заметьте, как замедляется ваше течение там. где склон

становится пологим, и как снова ускоряется на крутых местах. Что вы чувствуете, когда камни встречаются на вашем пути?.. Когда рыба проплывает в глубине потока?

Теперь вы стали широкой-широкой рекой и медленно-мед­ленно движетесь мимо городов, деревень... Наверху, над вами — люди, лодки, корабли. Какие чувства это у вас вызывает?


Каталог: book -> psychotherapy
psychotherapy -> Юлия Алешина Индивидуальное и семейное психологическое консультирование
psychotherapy -> Учебное пособие «Психотерапия»
psychotherapy -> Серия «золотой фонд психотерапии»
psychotherapy -> Психопрофилактика стрессов
psychotherapy -> Книга предназначена для психологов, педагогов, воспитателей, дефектологов, социальных работников, организаторов детского и семейного досуга, родителей. Л. М. Костина, 2001 Издательство
psychotherapy -> Искусство выживания
psychotherapy -> Ялом Групповая психотерапия
psychotherapy -> Карвасарский Б. Д. Групповая психотерапия ббк 53. 57 Г90 +616. 891] (035)
psychotherapy -> Аарон Бек, А. Раш, Брайан Шо, Гэри Эмери. Когнитивная терапия депрессии
psychotherapy -> Игровая семейная психотерапия отрывки из книги, готовящейся к выходу в издательстве "Питер"


Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   17   18   19   20   21   22   23   24   ...   41


База данных защищена авторским правом ©dogmon.org 2019
обратиться к администрации

    Главная страница