Реформирование, которое началось в России на рубеже двух столетий, затронуло все без исключения сферы жизни российского общества: экономическую и политическую, социальную и культурную


Суеверность как свойство личности



страница7/11
Дата12.05.2016
Размер2.66 Mb.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11

3. Суеверность как свойство личности.

Суеверность рассматривается нами как свойство личности, заключающееся в обращении к сверхъестественным силам в затруднительных ситуациях, вызывающих чувство страха. Суеверным может считаться человек, который некритично относится к народным поверьям (приметам, заговорам, заклинаниям, магическим ритуалам и пр.), полностью доверяя им, эмоционально реагируя на них и активно используя их в своей жизнедеятельности [50].

Суеверность - аффективно-когнитивный стиль реагирования в необычных, стрессогенных ситуациях, таких как беременность, роды, смерть и т.п., вызывающих страх, непонимание, плохо объяснимых. Суеверность следует отличать от черт характера. Характер – это способы поведения в типичных ситуациях, а суеверность – в нетипичных условиях. Суеверность имеет в своей основе следующие врожденные задатки: а) предпосылки к развитию наглядно-действенного и наглядно-образного мышления; б) эмоции страха и тревоги; в) физиологические потребности и потребности в безопасности и защите. Но можно сказать, что в целом суеверность формируется прижизненно.

Суеверность – относительно изолированная психологическая характеристика, в большей степени связанная с рано формирующимися в онтогенезе и более простыми психическими функциями и в меньшей степени – с более сложными психическими функциями, развивающимися относительно поздно. Актуализируется данный аффективно-когнитивный комплекс в суеверно-ритуальной деятельности [52]. Осуществляя суеверно-ритуальную деятельность, субъект реализует в своем поведении или отдельных поступках социальные нормы, выработанные, начиная с доисторической эпохи и позже, и оформленные в виде примет, молитв, заговоров, магических ритуалов. Сама суеверность является внутренней, интериоризированной психической функцией. Экстериоризуется суеверность в деятельности обучения окружающих – знакомых, родственников, детей – мистическим верованиям, а также в личном следовании приметам, в осуществлении ритуальных действий.

Представляется возможным рассматривать суеверность характеристикой индивидуальности наряду с интеллектом, способностями, характером, темпераментом и др. Можно предположить, что с интеллектом, когнитивными и темпераментальными характеристиками (в частности эмоциональностью) суеверность связана более тесно, чем с характером, способностями, самосознанием. Как нам кажется, это связано со сроками развития суеверности в онтогенезе – развитие суеверности связано с более ранними возрастами, такими как раннее детство, дошкольный возраст, младший школьный возраст, когда личность, характер, самосознание еще полностью не сложились, а эмоциональная, интеллектуальная сферы и сфера темперамента сформировались в большей степени. Безусловно, суеверность является социальным образованием, но появляется и закрепляется она как индивидуальная особенность в относительно ранние периоды жизни человека по сравнению с чертами характера, которые складываются позже.

Итак, предрасположенность к мистическим формам реагирования на необычные ситуации складывается относительно рано. Это не значит, что свойство суеверности не подвержено каким бы то ни было изменениям в течение жизни. В течение жизни интенсивность суеверных установок человека может возрастать. Разочарование в своих силах после неоднократных неудачных попыток изменить свою жизнь к лучшему создает благоприятную почву для мистицизма. Подобное явление свидетельствует о возможности изменения интернального локуса контроля на экстернальный после множественных неудач, что позволяет предполагать неустойчивый характер локуса контроля в течение жизни и его изменчивость под влиянием жизненных обстоятельств. Неверие в свои силы способствует появлению веры в чудо: человек неоднократно убеждается в своей невозможности управлять событиями, влияя на объекты внешнего мира, и ему остается надеяться только на вмешательство таинственных непознаваемых сил.

С возрастом суеверность имеет тенденцию к повышению. Суеверность у человека будет расти в условиях неудач, несбывшихся надежд и ожиданий, нереализованных планов, неподтвердившихся амбиций. Мистические установки усиливаются или формируются в большей степени в кризисные моменты жизни человека. Чаще всего это происходит после неуспешно разрешенного кризиса середины жизни (после 30-40 лет), когда обнаруживается несоответствие достигнутых успехов намеченным в юности планам. Сталкиваясь в течение многих лет с рядом непреодолимых препятствий на пути к достижению поставленных целей, человек постепенно перестает ждать от себя каких бы то ни было свершений. Он направляет свои ожидания к внешним по отношению к себе силам – богу, судьбе, року и другим сверхъестественным явлениям. Поэтому с возрастом у многих людей обычно усиливается религиозность, подкрепляемая страхом приближающейся смерти.

Рост суеверности может быть связан с отсутствием смысла жизни (с его утратой, с невозможностью обрести новый смысл), которое заставляет индивида испытывать страх пустоты и небытия. Тревога и вместе с ней суеверность усиливаются также и в тех случаях, когда смысл жизни человека не носит социально значимого характера. У женщин повышению уровня суеверности способствует синдром опустевшего гнезда и нереализованность (или неполная реализация) в профессиональном плане, опасение стать ненужной как в семейной, так и рабочей группе. И у мужчин, и у женщин мифологические установки усиливаются с возрастом под влиянием страха смерти. В результате появляется склонность к занятиям эзотерикой, увлечение восточными философиями, астрологией, оккультизмом и гаданиями. Вероятно, росту суеверности содействует неудовлетворенность своей жизнью.

Когнитивный аспект суеверности означает, что суеверные (мифологически мыслящие) люди не могут отделить существенные отношения вещей от несущественных. Но, не опираясь на существенные отношения, нельзя произвести заданное целенаправленное действие и получить нужный результат. Поэтому суеверный человек воспроизводит всю совокупность действий (всю ситуацию в целом, ранее заученную, дававшую нужный результат, без различения в ней существенного и несущественного, поскольку не знает, какое именно действие или операция приведет к успеху. Например, знахарка, когда лечит больного, совершает как существенные (объективные) действия – дает отвар травы, так и необъективные, несущественные – пассы руками или другие физические манипуляции над отваром. Отсюда некритическое отношение к опыту предков – ничего нельзя менять в заученном действии, его нужно воспроизводить в малейших деталях.

Суеверные люди также могут руководствоваться следующим принципом: лучше иметь хотя бы какое-нибудь знание, пусть даже самое фантастическое, чем не иметь вообще никакого. Поэтому к ненаучным объяснениям прибегают в первую очередь тогда, когда не знают, что предпринять, как поступить в трудной ситуации [48-50].

Суеверные люди по сравнению с лицами, мыслящими преимущественно рационально-логически, в большей степени характеризуются внушаемостью, низкой критичностью мышления, интеллектуальной пассивностью, тревожностью [27; 28]. Соответственно, на суеверных людей легче воздействовать извне, подчинять их себе, ими легче манипулировать. Такие люди все принимают на веру, не подвергая полученную информацию критическому осмыслению, сомнению. Сказанное не означает, что суеверный человек ощущает себя уязвимым, неполноценным или обделенным какими-то знаниями и качествами. Субъект, склонный к мистицизму, может чувствовать себя достаточно хорошо и испытывать удовлетворенность своей жизнью и собой благодаря активному использованию таких защитных механизмов как вытеснение, отрицание, замещение и пр.

Люди, доверяющие распространенным предрассудкам и мифам, вовсе не лишены рационально-логического способа мышления [50]. Если бы это было действительно так, они не смогли бы не только получать высшее образование и осуществлять сложную профессиональную деятельность интеллектуального плана, но и еще на уровне школы постигать основы научных знаний. Поэтому следует говорить о преимущественном преобладании того или иного типа мышления и сознания в той или иной ситуации. Провоцируют регрессию к мифологическому мышлению неопределенные и потенциально опасные ситуации, вызывающие тревогу.

Суеверные люди прибегают к актуализации абстрактно-логического мыслительных процессов только в условиях профессиональной деятельности, требующей научного подхода, а в ситуациях обыденной жизни, не выступающих для них в какой-либо связи с научными знаниями и понятиями, они регрессируют на уровень мистики. Верно и то, что задачи, решаемые в рамках профессиональной деятельности, не представляют непосредственной угрозы для организма и личности человека, не несут в себе прямой опасности, т.е. они являются слишком абстрактными, отвлеченными, чтобы быть значимыми для его жизнедеятельности.

Несмотря на осуществление суевериями аффективно-защитной функции, следует все-таки признать, что тем самым они демобилизуют психические силы индивида, делают его пассивным, мешают усвоению конструктивных способов борьбы с трудностями и препятствиями, не позволяют сформировать в полной мере активную созидательную позицию по отношению к миру и самому себе [50]. Мистические воззрения становятся преградой на пути к объективному познанию окружающего мира и самого себя, давая ложные, иллюзорные представления, исключающие самостоятельный поиск истины, заставляя доверять идущим из древности ассоциациям. По нашему мнению, суеверия тесно связаны с консерватизмом, застоем, отсутствием прогресса, самоуспокоенностью, отсутствием роста и развития.

Пассивный путь познания окружающей действительности приводит к формированию ограниченного сознания. Обобщая результаты исследований ряда авторов [9; 29; 31; 33; 45; 60], можно прийти к заключению о том, что люди, занятые исключительно физическими видами деятельности, не предполагающими реализации умственных усилий, также имеют ограниченное, недостаточно развитое сознание по сравнению с индивидами, выполняющими умственную работу, требующую абстрагирования и активного преобразования получаемой информации и передачи ее другим людям. То же, возможно, касается суеверий и суеверности: к суеверности будет предрасполагать доминирование в деятельности человека физического труда, значительный перевес действий с вещами и людьми в ущерб действиям с информацией отвлеченного и обобщенного (а не конкретного) характера, т.е. преобладание пассивной формы познания. Сознание суеверного человека можно рассматривать как обедненное только с позиций приверженности идеальным нормам психического развития, присущим обществам – носителям европейской цивилизации. В странах с большей долей физического труда по сравнению с умственным (в среднем) общественное сознание находится на более низкой ступени развития по сравнению со странами, где наблюдается обратное соотношение практической и теоретической деятельности.

Развитие суеверности, мистицизма, религиозности у современного индивида с достаточно высоким уровнем логического мышления можно предположительно рассматривать как один из многочисленных способов бегства в виртуальный мир от проблем действительно неразрешимых или кажущихся таковыми. Уход в мир иллюзий возможно осуществлять не только посредством наркотизации и алкоголизации, чтения фантастики, компьютерных игр, но также и с помощью суеверий. Человек, живущий в нестабильном мире разнообразных опасностей, ищет защиты в мире духов и богов. Убегая в виртуальный мир мистических представлений, он стремится к снижению уровня выраженности страха смерти. Этот страх, вероятно, становится более выраженным в условиях социальных, экономических и духовных кризисов, в условиях незащищенности.

Мир, наполненный неизвестным и непонятным, является потенциально опасным, и его отражение в сознании приобретает форму переживания тревоги и страха. Это, в свою очередь способствует развитию и стабилизации мифологического мышления и суеверий как его продукта. Вера в чудеса создает благоприятную почву для обращения индивида к помощи астрологов, гадалок, экстрасенсов и религии, а также к совершению предлагаемых ими ритуальных действий. Индивидуальными предпосылками к подобному поведению становятся преобладающее мифологическое мышление, аффективный подход к миру, синкретизм. Способом бегства из мира опасностей и страхов может стать также чтение и сочинение фантастики, компьютерные игры. Индивидуальными предпосылками для такого способа реагирования могут быть развитое логическое мышление, рациональный подход к миру, поиск разумных оснований. Наиболее разрушительным является способ ухода из мира тревог посредством алкоголизации, наркотизации, поиска новых ощущений без их осмысления. Индивидуальными предпосылками деструктивного реагирования являются доминирование восприятия над мышлением, сенсорно-перцептивный подход к миру, стремление к необычным ощущениям и впечатлениям [49].

Ю. Шрейдер [61] считает, что суеверным людям свойственна простая шкала ценностей, переходящая в жесткую обусловленность сознания, т.е. суеверия снижают степень ответственности человека. Нравственный аспект сознания, т.е. способность регулировать свое поведение в соответствии с социальными нормами и правилами, отдавая себе в этом отчет, по нашему мнению, хуже развит у суеверных людей (носителей мифологического мышления) [28]. Имеется в виду степень интериоризованности человеком моральных стандартов общества, а не выраженность его аморального поведения. Эти люди, как нам думается, в большей мере нуждаются во внешнем контроле, имея недостаточно хорошо развитый самоконтроль по сравнению с людьми, у которых стойко доминирует рационально-логическое мышление и не выражена суеверность. Поведение индивидов, склонных к мистицизму, больше регулируется переживанием стыда, нежели переживанием вины.

К помощи внешних средств организации своего поведения и деятельности суеверных людей заставляет прибегать недостаточно высоко развитая саморегуляция. И даже там, где не хватает общеизвестных суеверных представлений, они могут воспользоваться ими самими выдуманными ритуалами – например, пересчитыванием предметов в окружающем пространстве с целью прогнозирования успеха в деятельности. Подобное манипулирование окружающим позволяет суеверному человеку в любом случае усмотреть в нем благоприятный для себя исход ситуации.

В исследовательских целях нами был создан и валидизирован на репрезентативной выборке в количестве 90 человек тест суеверности [48]. Тест суеверности позволяет косвенным путем определять у испытуемого уровень тревожности, уверенности в себе, приписывание ответственности и другие важные свойства личности, связанные с суеверностью. Благодаря применению теста суеверности испытуемый не догадывается о том, что именно измеряется в его личности, и не может влиять на результаты. Это особенно значимо в ситуации экспертизы с целью профотбора для профессий, предъявляющих повышенные требования к некоторым вышеперечисленным качествам. Поскольку важными составляющими суеверий являются приметы (люди, события и предметы, предсказывающие успех или неуспех деятельности суеверного человека), последние были выбраны нами в качестве содержания тестовых заданий. К тесту прилагается 6-балльная оценочная шкала: от «не верю, не следую примете» (0 баллов) до «всегда верю и следую примете» (5 баллов). Предлагаемая методика обладает критериальной диагностической валидностью.

Вопрос о связи суеверности с акцентуациями характера решался в исследовании с применением вышеназванной методики и опросника Смишека-Леонгарда на выборке, состоящей из 85 человек. Нами была обнаружена достоверная связь суеверности с возбудимым (rs = 0,43 ≥ rs 0,01) и застревающим (rs = 0,25 ≥ rs 0,05) типами характера. Корреляция суеверности с демонстративным и педантичным акцентуациями характера не выявлена. Кроме того, обнаружена достоверная связь суеверности с тревожным (rs = 0,5 ≥ rs 0,01), эмотивным (rs = 0,45 ≥ rs 0,01), экзальтированным (rs = 0,3 ≥ rs 0,01) и циклоидным (rs = 0,2 ≥ rs 0,1) акцентуациями темперамента. Связь суеверности с дистимическим и гипертимическим типами акцентуаций не выявлена.

Кроме того, нами изучались различия в суеверности между лицами с различными социально-демографическими и личностными характеристиками. Изучаемая выборка состояла из 134 лиц мужского и женского пола в возрасте от 17 до 21 года со средним образованием (студентов). Обнаружены достоверные различия в суеверности между мужчинами и женщинами: среди женщин чаще, чем среди мужчин встречаются лица, доверяющие и пользующиеся приметами. Это согласуется с имеющимися в психологии данными о большей внушаемости и конформности женщин в целом по сравнению с мужчинами [2], если принять предполагаемое наличие взаимосвязей суеверности с названными характеристиками личности.

Выявлены также различия в суеверности между студентами, успевающими на «хорошо» и «отлично» и студентами, обучающимися удовлетворительно: процентная доля суеверных в первой категории выше, чем во второй, т.е. суеверные люди чаще встречаются среди тех, кто учится хорошо и отлично, чем среди тех, кто учится на уровне ниже среднего. Данный факт, вероятно, связан с тем, что хорошисты и отличники испытывают по сравнению с троечниками большие опасения в отношении исхода экзамена (учебная деятельность и ее результат для них является более значимым). Состояние страха и тревоги по поводу возможной неудачи вызывает стремление защититься от нее, прибегая к помощи сверхъестественных сил.

Как показало исследование, статистически незначимыми являются различия в суеверности между лицами городского и сельского происхождения, а также людьми, родители которых имеют высшее образование и людьми, родители которых имеют среднее образование. Высокий уровень суеверности отличает все названые категории опрошенных.

С целью выявления взаимосвязей суеверности с такими личностными характеристиками, как тревожность и локус контроля, была использован шкала личностной тревожности Спилбергера и шкала локуса контроля Роттера. Выявлено наличие достоверной корреляции между суеверностью и тревожностью (r = 0,336 при p < 0,001, n = 107). Поскольку корреляционное исследование не позволяет выявлять причинно-следственные зависимости между изучаемыми явлениями, остается предполагать, что формирующаяся еще в детстве тревожность как черта характера и личности способствует в дальнейшем развитию у человека суеверности. В свою очередь, культивируемая взрослыми в ребенке суеверность закрепляет и делает устойчивой тревожность.

Скорее всего, суеверность является вторичным образованием по отношению к тревожности. Высокая тревожность помимо суеверности может принимать форму религиозности, фобий, неврозов. Таким образом, суеверность – социально выработанный способ реализации и выражения постоянного переживания страха и тревоги, а также их частичной нейтрализации.

Обнаружено также наличие статистически значимой связи между суеверностью и экстернальностью (r = 0, 235 при p>0, 05, n = 107). Трудно определить, что в данной паре качеств является изначальным – вера в приметы или склонность субъекта возлагать ответственность за все происходящее с ним на других людей или обстоятельства; зато легко заметить, что большинство используемых опрошенными примет способствуют снижению личностной атрибуции. Наличие подобной связи давно отмечено этнографами: например, представители северной народности нганасан никогда не станут обвинять себя в собственных неудачах (на охоте), а всегда будут винить обстоятельства (нарушение какого-либо запрета, осквернение духа охоты) [4].

По нашему мнению, суеверные люди характеризуются наличием такой формы контроля как искаженная интернальность. Человек с преобладанием искаженной интернальности, отвергая личную ответственность за свою деятельность во внешней объективной реальности (ответственность за действия по отношению к предметам окружающей действительности), тем не менее принимает на себя ответственность за осуществление таких промежуточных действий как воздействие на сверхъестественные силы, совершение магических ритуалов, заклинаний. Данные промежуточные действия можно рассматривать как операции, поскольку они являются способом осуществления реальных изменений во внешнем мире. К личной ответственности носитель мифологического мышления обращается в процессе воздействия на внешний мир посредством суеверно-ритуальных действий.

Таким образом, деятельность суеверного человека включает в себя два последовательных процесса: а) процесс осуществления суеверно-ритуальных действий и б) процесс воздействия на внешний мир. Первый процесс предполагает, что персональная ответственность отвергается и устанавливается экстернальный локус контроля. Индивид отрицает свою возможность менять что-либо вокруг себя. Ответственность возлагается на сверхъестественные явления. Экстернальная направленность субъекта связана с самими преобразуемыми предметами. Второй процесс означает принятие личной ответственности, которая связана с материальными и вербальными символами предметов. Воздействие осуществляется не непосредственно на сами предметы, а опосредованно - на их словесные и материальные образы.



Дипломное исследование С.Ю. Самойличенко, проведенное под нашим руководством, также показало, что связь суеверности и тревожности является значимой (r = 0,328 при p < 0,01, n = 98). В неопределенных условиях тревожность обычно повышается, а обращение к суевериям становится защитным механизмом и позволяет найти хоть и необъективное, но все-таки решение проблемы. В том же исследовании обнаружено наличие достоверной связи суеверности с мотивацией достижения успеха (r = 0,297 при p < 0,01). Суеверные люди обладают выраженным стремлением к успеху, что можно считать положительной предпосылкой становления профессионала. Тем не менее, наличие развитого стремления к успеху само по себе не объясняет путей и способов достижения целей.

В ходе данного исследования проводилась также экспериментальная работа, заключавшаяся в воздействии на испытуемых, обратившихся за консультацией по фэн-шуй. В нашем случае символика древнекитайского учения, трактующего применение вещественных символов природных стихий для достижения жизненного успеха, использовалась как одна из разновидностей суеверий. Измерялось влияние формируемых экспериментатором суеверий на такие свойства клиентов как тревожность и мотивация достижения успеха. В результате выяснилось, что благодаря данным экспериментатором рекомендациям по применению символики фэн-шуй снизилась личностная тревожность клиентов в связи с субъективным разрешением их проблем. Вместе с тем повысилась суеверность как следствие укрепления старых суеверий. Повысился также уровень выраженности мотивации достижения успеха. Вероятно, отмеченные испытуемыми изменения произошли большей частью на субъективном уровне. Произошли ли объективные улучшения в жизни клиентов, остается неизвестным. В данном случае суеверия выполняли главным образом психотерапевтическую функцию, т.е. способствовали улучшению самочувствия клиентов, не привнося объективных изменений в их жизнь.

Что касается отношений, возникающих между качествами «суеверность» и «уверенность в себе», наблюдения показывают, что суеверия являются способом повышения уверенности. Поэтому в ситуациях, порождающих неуверенность, страх, тревогу, недовольство, разочарование и пр., лучше довериться некритично мифам и суевериям, чтобы обрести уверенность, преодолеть разочарованность, избежать сомнений. Так, подвергаясь сектантской пропаганде, новички, находящиеся в условиях голода, недосыпания, физических перегрузок, усталости, тревоги и пр., предпочитают безоговорочно поверить пропаганде (мифам), лишь бы избавиться от неопределенности и неизвестности [5]. А.И. Захаров [24] отмечает, что в большей степени предрасположены к суевериям и предрассудкам подростки менее эмотивные (без открытого выражения эмоций), более подчиняемые, менее уверенные (склонные к самообвинению). Менее склонны к суевериям подростки с открытым выражением чувств, доминирующие и уверенные в себе. На лиц, предрасположенных к магическому настрою, эффективно воздействует внушение в бодрствующем состоянии.

Назовем также некоторые условия появления и развития суеверности, сохранения суеверий в современном обществе:

• С точки зрения П.Я. Гальперина [16], суеверные представления порождаются отсутствием в некоторых областях жизни строгого постоянства фактов, их разноречивостью. Суеверия порождаются не столько полным невежеством, сколько недостаточным знанием, полуобразованностью [61]. Мы считаем, что суеверия популярны из-за того, что они объясняют любые проблемы в простой форме и предлагают простые решения сложных задач.

• Низкий уровень развития способности к абстрагированию и оперированию отвлеченными категориями, свойственный носителям мифологического мышления. Бог, находящийся в душе верующего, – это интериоризованные моральные нормы, совесть, отражаемая в чувстве вины. Но массам, которые в своем сознании сохраняют пережитки первобытной культуры и архаического мышления и нуждаются в зримой наглядности, предлагается бог экстериоризованный, представленный в виде зрительно оформленной стимуляции – икон, росписей на стенах храма, регулярной аудиостимуляции – проповедей, литургий, богослужений, исполнения треб и пр., и всех видов стимуляции (включая обонятельную) в совокупности [60]. Причем напоминание о боге для представителей этого уровня сознания должно происходить постоянно и регулярно в виде внешнего контроля по причине отсутствия внутреннего контроля. Это уровень стыда, а не вины, когда человек руководствуется не внутренне усвоенными нравственными принципами, а страхом перед осуждением со стороны окружающих и страхом перед наказанием.

• Некритичность мышления и высокий уровень доверия. Как считает, М. Мюллер [37], без веры невозможны ни истинная религия, ни ложная, и суеверия в частности. Г.Г. Почепцов [43] указывает, что заговоры и проклятия лучше всего действуют тогда, когда в них верят, причем беспрекословно. Как мифологические тексты, так и суеверия не проверяемы.

Заговор действует только на верующих в его силу; целебные снадобья не действуют, если они не наговорены на глазах у больного, т.к. главная сила в словах заговора, а снадобья – лишь успокоительные средства [18].

• По мнению Д.В. Ольшанского [38], устойчивость суеверий связана с тем, что случаи их подтверждения прочно фиксируются, а факты явной ошибочности вытесняются.

• Постоянная повторяемость и узнаваемость мифологических текстов, их долговременность [43]. Миф опирается на многократно внедренные в человеческое сознание структуры и дает возможность для интерпретации не только прошедших, но и будущих событий. Долговременность существования в сознании человека суеверий обусловлена постоянной повторяемостью ритуалов (крошки со стола вытирают каждый день, корова телится 1 раз в год, человек выходит из дома каждый день, экзамены сдают 2 раза в год, луна обновляется каждый месяц и т.д.). Повторяемость также характерна для заговоров, молитв.

• Сочетание стремления к приобретению новых знаний с низким уровнем развития волевой регуляции деятельности. Мы имеем в виду уже упоминаемое нами ранее стремление к минимизации усилий. Как утверждает К. Хазел [59], оккультная практика дает надежду на получение знаний, которые нельзя приобрести, используя логические научные методы.

• Апелляция созданного коммуникатором сообщения к эмоциональной сфере реципиентов. Как утверждает Г.Г. Почепцов [43], в христианстве аргументация строится на использовании эмоции страха, основывающейся на введении полярных понятий.

• Экстремальные ситуации, в которых, по мнению У. Бернбаха [44], биологическая составляющая человека играет главную роль. По нашему мнению, в кризисные моменты на первый план выходят потребности, стоящие на низших ступенях иерархии – физиологические и потребности в безопасности, поэтому мистицизм процветает на осколках разрушающегося (материально или /и духовно) общества. К. Хазел [38] пишет, что страх перед будущим, болезнями, одиночеством, переживание опасностей, угрожающих жизни, пробуждает стремление к безопасности, желание получить утешение, ответы на свои вопросы. Это способствует росту оккультизма, магии, суеверий, мистическим обрядам и учениям.

Т. Рибо [47] указывает на то, что страх порождает призраки, суеверия, религиозные обряды, бессмысленные и химерические. Мифы и религиозные понятия порождены работой воображения человека, противостоящего природным стихиям. Не имея возможности их познать, он овладевает силами природы посредством обрядов и магических действий. Отсутствие научной подготовки поощряет воображение создавать способы воздействовать на внешний мир с целью извлечения выгоды.

• Детская позиция верующего, занимающего подчиненное положение по отношению к богу или богам, которые воспринимаются как родители, советчики, дающие знание, силу, покровители, опекуны, заботящиеся о своих детях. Это способствует перекладыванию персональной ответственности за свою судьбу и жизнь на другого, вышестоящего, в частности, на бога. К нему, как отцу обращается верующий в минуту горя, страха, скорби за утешением и успокоением [37]. Родительская позиция также может быть предпосылкой суеверности. По мнению Т. Адорно [1], суеверия и стереотипность мышления присущи авторитарным личностям, характеризуемым некритичным отношением к авторитетам и враждебностью к проявлениям слабости. Т. Адорно и Э. Фромм [58] признаками психологической слабости авторитарной личности считают иррациональность, мистицизм и руководствование в первую очередь эмоциями. Авторитарная личность (личность, стремящаяся к власти и подавлению других людей) формируется в условиях массовых фрустраций и неврозов. Ее эмоциональная сфера характеризуется подавленностью, напряжением, тревожностью, безысходностью, отчаянием.

Ю.М. Жуков [23], опираясь на теорию трансактного анализа Э. Берна, указывает, что межличностные позиции «Родитель» и «Дитя» глухи к доводам рассудка, т.е. в случае общения с ними апелляция к фактам и логике не дает заметного эффекта. «Дитя» подвержен внушающим воздействиям и обращению к чувствам, а «Родитель» подвержен влиянию со стороны признанных авторитетов (достаточно и ссылок). Занятие позиции «Дитя» – один из способов ухода от ответственности за принятие решения и решения проблемы. «Взрослый» мало подвержен влиянию эмоций, он принимает доводы рассудка, логики, доверяет фактам. Эта позиция характеризуется большей ответственностью за выполнение принятых решений.

К. Хазел называет следующие причины обращения к суевериям:

- стремление к счастью, чувству надежности, безопасности;

- любопытство, желание узнать что-то новое, будущее, обрести новое знание, развлечение;

- страх беды, болезни;

- потребность подражать;

- стремление распоряжаться своей судьбой, принять правильное решение, обрести помощь [59].

По нашему мнению, суеверия основываются на важных, но нереализованных потребностях (потенциальных мотивах). Например, неудовлетворенные потребности в безопасности, в аффилиации, в объяснении явлений окружающего мира (наука всего объяснить не может в силу большого количества неисследованных областей). Это также и потребность в экономии усилий, в легких путях достижения цели, в снятии ответственности, потребность в комфорте, в избегании трудностей и неудач. Потребность в аффилиации – суеверия позволяют почувствовать себя единым с большими группами людей. Противопоставление себя другим чревато отвержением и одиночеством, враждебностью окружающих, изгнанием из микрогрупп и общества в целом. Потребность в безопасности – совершая ритуальное действие, человек защищает себя от таинственных, враждебных ему сил (болезней, смерти, неприятностей).

Физиологической основой суеверных представлений, по мнению С. Н. Давиденкова [19], выступает переключение с очага возбуждения, вызванного страхом и тревогой перед какой-то опасностью, на новый очаг возбуждения, вызванный любым раздражителем, способным стать источником торможения для первого очага. Подобный очаг может быть порожден любым предметом, лицом или явлением, оказавшимся в том же времени и пространстве, что и сам носитель иррационального мышления. Таким образом, субъекту суеверий удается организовать свое поведение, овладев аффективным состоянием.

Помимо этого, в качестве психофизиологической основы иррациональных представлений А.Ф. Анисимов [4] рассматривает свойство выше перечисленных астенических чувств снижать тонус коры головного мозга и повышать уровень внушаемости. В.И. Носович [39] утверждает, что мистические образы выполняют тонизирующую роль, улучшают самочувствие человека, снимают нервное напряжение, придают уверенность и вызывают душевный подъем.

Как считает П.В. Симонов [54], актуальное состояние мифотворчества имеет психофизиологические аналогии с состоянием гипноза, когда электрическая активность правого полушария преобладает над активностью левого: отказ от активного поиска и переход к пассивно-подражательному поведению. Так, массовость сообщений о наблюдавшихся аномальных явлениях (например, сообщения нескольких сот жителей Бельгии о НЛО в ноябре 1989 г.) не только не свидетельствует о реальности существования НЛО, но дает повод думать о взаимном индуцировании наблюдателей [11]. П.В. Симонов указывает на то, что левое полушарие выделяет высоковероятные события и формулирует закономерность появления сигналов, правое полушарие оценивает неопределенность среды и прогнозирует маловероятные события. А.Г. Ваганов предполагает, что свидетели появления НЛО и уфологи – люди с доминирующей активностью правого полушария мозга.
4. Суеверность и профессионализм.

По нашему мнению, в соответствии с действием ранее перечисленных факторов, современные представители некоторых социальных категорий, в первую очередь, профессиональных, подвергаясь влиянию различных опасностей и случайностей в процессе своей деятельности, особенно склонны доверять иллюзорным представлениям. Так, можно предположить, что крестьяне, моряки, летчики, шахтеры, успех деятельности которых непосредственно связан с природными проявлениями, отличаются повышенной суеверностью по сравнению с другими категориями населения, в меньшей степени подверженными опасностям. На особую суеверность летчиков, моряков, водителей, спортсменов указывают Н.А. Гришина, И. Дзялошинский, называя в качестве причины повышенный риск данных профессий [17; 22].

В.Е. Меницкий [36], будучи профессиональным летчиком-испытателем, говорит о летчиках как о чрезвычайно суеверных людях. Он считает, что ритуальные действия и талисманы поднимают тонус, душевное равновесие, катализируют хорошее настроение и психологическую устойчивость. При этом не имеет значения, как утверждает автор, помогает ли на самом деле вещь-талисман или нет. Талисман укрепляет уверенность в себе и поднимает дремлющие внутренние силы человека. Это особенно важно при работе, связанной с риском. Если приметы у летчика повторяются и у него все идет удачно, то он невольно становится едва ли не заложником этих примет.

В курсовом исследовании нашей студентки Соловьевой М.П. изучалось наличие связей между суеверностью и профессионально важными качествами (ПВК) на материале представителей профессий, связанных с повышенной ответственностью, в частности водителей. В.Е. Гаврилов [25] выделяет следующие профессионально важные качества, необходимые для водителей различных видов наземного, водного и воздушного транспорта: управление транспортными средствами; острота зрения; глазомер; цветоощущение; пространственные представления; распределение и переключение внимания; быстрота реакции; координация движения; психическая и выносливость; физическая выносливость. В исследовании принимало участие 20 профессиональных водителей мужского пола в возрасте от 27 до 55 лет. Для изучения были выбраны такие ПВК как переключение внимания, пространственные представления и сила нервной системы (психическая выносливость) как наиболее доступные для измерения. Замер названных качеств осуществлялся с помощью методики Горбова – Шульте (переключение внимания), методики Шепарда (пространственные представления) и теппинг-теста (сила нервной системы). Уровень суеверности измерялся с помощью разработанного нами теста [48].

Сравнение полученных данных с помощью коэффициента Пирсона показало, что существует обратно пропорциональная связь между уровнем суеверности и пространственными представлениями (r = - 0,58 при p < 0,01) и обратно пропорциональная связь между суеверностью и переключаемостью внимания (r = - 0,66 при p < 0,01). Не обнаружено значимой связи суеверности с силой нервной системы (r = - 0,28). Три четверти опрошенных водителей считает себя суеверными, и в своей профессиональной деятельности прибегает к помощи амулетов, молитв, иконок и примет. В ходе опроса выяснилось, что наиболее распространенными профессиональными приметами у водителей являются следующие: увидеть первым мужчину, выезжая, - к удаче; в качестве талисмана в машине всегда должна быть иконка; нельзя ничего брать из машины, которая побывала в аварии; если дорогу перейдет человек с полным ведром – это к удаче; если кошка перебежит дорогу справа налево – это к удаче, наоборот – к беде; если едешь в дальнюю поездку, выезжая из города, нужно креститься; если в ночь перед поездкой снится плохой сон – поездку лучше отложить; если выдали автомобильный номер 666, его лучше поменять; возвращаться с полпути – к несчастью.

Актуализация суеверий происходит не постоянно, а только в ситуациях, где для решения возникшей проблемы у суеверного человека не хватает научных знаний, и он возмещает их путем использования архаических поверий [49]. Не исключено также и то, что данный субъект обладает некоторой суммой научных знаний, но не доверяет им в силу их невысокой применимости в обыденных житейских обстоятельствах. Обычно мистические установки оказываются усвоенными еще в детстве, до овладения понятийным мышлением в ходе школьного обучения. Они непроизвольно и безотчетно актуализируются в ситуациях, требующих безотлагательного, без раздумий, принятия важного решения, становясь, таким образом, побудителями поведения и деятельности. Вера в сверхъестественное порождается несамостоятельностью и некритичностью еще недостаточно развитого мышления. В настоящее время количество стрессогенных ситуаций, требующих быстрого обнаружения эффективного выхода из них, резко выросло. Для большинства людей усвоение научных знаний, реализуемых в практической деятельности, за этим процессом не поспевает.

Суеверия легко уживаются в голове одного человека с мышлением рационально-логическим. Причина заключается в том, что эти два типа мышления, казалось бы, противоречащие друг другу, направлены на решение различных задач, не связанных друг с другом в реальной жизнедеятельности. Так, профессиональная деятельность человека обычно оказывается плохо связанной или даже изолированной от его повседневной жизни. В итоге в профессиональной деятельности субъект использует разум, а в обыденной жизни – веру, т.к. рациональными знаниями, необходимыми для нее, он не обладает.

Отрицательная роль суеверий заключается в том, что они мешают получению полноценного образования, основывающегося на научных знаниях, снижают обучаемость. Носитель суеверий хуже усваивает новые знания, не соответствующие или противоречащие его мифологическим установкам, сопротивляется этим знаниям, или соглашается с доводами науки формально, в душе оставаясь приверженцем своего мифа.

Высшее образование остается для такого человека ущербным, незавершенным. Лица с преобладающим мифологическим мышлением менее чувствительны к логическим аргументам и доказательствам, и более чутки к эмоциональной аргументации, на которой строится мистическое воздействие. Для этих людей большим доказательством являются яркие примеры, случаи из их собственной жизни или жизни знакомых. Абстрактные законы и механизмы, выявленные наукой, но не представленные наглядно, остаются для суеверных индивидов пустым звуком, т.к. не сохраняются в их сознании в виде применяемых на практике умений и навыков. Абстракции и обобщения, в противоположность случаям из жизни, для них веским доказательством служить не могут.

На суеверных людей легче влиять посредством внушения и манипулирования. Они склонны некритично, на веру принимать суждения средств массовой коммуникации и окружающих, распространяющих непроверенные слухи. Любой новый миф, т.е. бездоказательное сообщение, обращающееся к эмоциональной сфере, достаточно часто повторяющееся, будет принято как истинное суеверной аудиторией.

Некритичное следование мифам может вести к безразличию, пассивности, бездеятельности, недостатку инициативы и самостоятельности. Достаточно вспомнить дикаря, безропотно умирающего по приказу шамана, приговорившего его к смерти. Дикарь не сопротивляется воздействию колдуна, поскольку расценивает его приказ как единственно возможный, верный, истинный, и не предполагающий альтернатив.

Суеверные люди из-за свойственной им некритичности мышления не сомневаются в принятом решении, не ищут других вариантов решения задачи. Они принимают предлагаемое вышестоящими лицами суждение как единственно возможное и не выдвигают контрдоводов. Суеверные люди в значительной степени подвержены влиянию авторитета, и готовы сделать все, что велит авторитетное лицо без обсуждения и критического осмысления. Носители мифологического мышления предпочитают получать информацию из тех источников, которые подтверждают их собственное мнение, и избегают контакта с коммуникаторами, которые это мнение опровергают. Кроме того, будучи крайне подчинены групповым нормам, суеверные люди не станут инициировать никакого нового дела без разрешения на то своей референтной группы.

Люди, мыслящие рационально, в противоположность мыслящим мифологически, готовы выслушать разные точки зрения с тем, чтобы их сравнить, осмыслить и самостоятельно принять решение. Они сами обращаются к альтернативным источникам информации и осуществляют активный поиск всевозможных мнений.

Рационализм не связан напрямую с формальным образованием человека. Так, А. Фенько [57] считает, что уровень формального образования никак не сказывается на вере в приметы, колдовство, домовых, привидения. При этом люди с высшим образованием отдают предпочтение научным суевериям: парапсихологии, биоэнергетике, экстрасенсорике, телепатии, телекинезу, инопланетянам. Этот род мифов позволяет сохранять иллюзию научности, экспериментальной проверки, измеряемости, рациональности.

Слепой вере в бездоказательные сообщения, каковыми являются суеверия, способствует неосведомленность и некомпетентность человека в ряде областей знания. Большинство людей в настоящее время является узкими специалистами в своей профессиональной области. В этих сферах они предрассудками не пользуются и высмеяли бы каждого, кто с ними поделился бы суевериями, связанными с их профессиональными умениями.

«Профессиональный кретинизм» создает благоприятные условия для того, чтобы, не разбираясь в чуждой ему сфере жизнедеятельности, субъект мог смело прибегать к помощи мифов, не имеющих научного подтверждения, но создающих иллюзию достаточного и адекватного объяснения неизвестных явлений и интерпретации их причинно-следственных связей. Не обладая научными знаниями в чуждой ему как специалисту области, человек легко доверяет предрассудкам, существующим в обыденном сознании по поводу предметного поля данной науки. Таким образом, отсутствие соответствующей профессиональной подготовки способствует распространению ненаучных сведений о незнакомых и непонятных явлениях.

Например, человек, имеющий медицинское образование, относится критически к сообщениям, утверждающим возможность воскрешения умерших или регенерации органов, удаленных из организма путем оперативного вмешательства, из оставшихся клеток. Но тот же самый человек не выдвигает никаких возражений и не испытывает сомнений, когда ему сообщают о возможности сверхъестественных явлений в областях жизнедеятельности, в которых он некомпетентен (полтергейст, предсказание будущего, ясновидение и др.). Если такой человек не разбирается в физике, химии или технике, он будет склонен интерпретировать соответствующие процессы с точки зрения их чудесного происхождения, не объяснимого с точки зрения науки.

Мифологическое мышление неустранимо в силу того, что оно формируется под воздействием воспитания и культурного окружения, начиная с младенчества и раннего детства, и в результате приобретает большую устойчивость и обусловливает восприятие окружающей действительности человеком. Логическое же мышление начинают формировать относительно поздно – не ранее школьного возраста, а в полной мере – в юношеском возрасте в системе профессионального образования. Логическое мышление накладывается на мифологическое мышление, но оказывается не в состоянии его вытеснить и подчинить себе всецело.

Примером тому служат представители различных этнических групп, получающие как среднее, так и высшее образование, но продолжающие взирать на мир с позиций первобытного человека; в большей степени усвоившие дологический способ мышления, а научные понятия заучив лишь механически. Кроме того, школьное и вузовское обучение, целенаправленно формирующие логическое мышление, позволяют применять логику лишь в рамках отдельных задач и проблемных ситуаций, и не предполагают переноса сформированных логических навыков в новые ситуации, не рассматриваемые в школьном или вузовском курсах. Способность мыслить логически не выходит за пределы преподносимого в школе или вузе материала.

Большая воздействующая сила суеверий по сравнению с научными знаниями заключается в том, что они не требуют поиска доказательств. Мифы преподносятся их носителями в директивной форме, как непреложная истина, не требующая изучения и проверки, не вызывающая сомнений. Носитель суеверий, будучи сам твердо убежден в своей правоте, имеет возможность внушать окружающим веру в достоверность своих воззрений без требования логической аргументации.

Рациональное, научное знание делает человека менее уверенным, сомневающимся в правоте той или иной точки зрения. Сомнения полезны тем, что стимулируют поиск истины. Напротив, незнание делает человека самоуверенным. Чем меньше человек знает, тем больше он уверен в себе и доволен собой. В ситуациях, где человек чувствует себя тревожно, поскольку не обладает необходимыми и достаточными знаниями, он предпочитает некритично довериться мифам и суевериям, чтобы почувствовать себя увереннее и оптимистичнее, избежать сомнений, избавиться от неопределенности и неизвестности. Чем больше человек уверен в своей компетентности и профессионализме, тем меньше он стремится пополнять свой багаж знаний, т.к. считает, что ему и так уже все известно и он во всем разбирается. Чем меньше знаний, тем ниже критичность мышления.

Высокий уровень суеверности отрицательно сказывается на эффективности профессиональной деятельности. Примером снижения эффективности деятельности является использование американскими оккупантами суеверий филиппинских партизан: когда было установлено, что партизаны боятся вампиров, на эту тему активно стали распространять слухи, а затем подбросили труп противника без крови и с двумя дырочками на шее, в результате чего солдаты противника покинули район [43].

Суеверность является препятствием к профессиональному развитию в том плане, что суеверный человек в первую очередь удовлетворяет свой мотив безопасности, а не мотивы более высокого порядка (познания, самореализации, творчества, созидания).

Ложные, необоснованные убеждения, каковыми являются суеверия, препятствуют развитию у специалиста как критического, так и творческого, гибкого мышления, необходимого для решения новых задач. Вера в сверхъестественные явления лишает профессиональную деятельность специалиста научных оснований, делает ее бессистемной и нелогичной. Такой человек не будет стремиться проверять свои предположения и решения, делать их доказательными и объективными.

В качестве позитивной роли мифологического мышления и суеверности можно считать создание благоприятных предпосылок для самоизменения, личностной трансформации, смены установок [12]. Так, достигаемое фанатичными молитвами или ритуалами по «снятию порчи» измененные состояния сознания позволяют совершить важную внутреннюю работу. Это становится возможно, если ритуал соответствует мифологии данного человека.

Итак, выполняя аффективно-защитную и компенсирующую функции, суеверия позволяют снизить уровень тревоги, повысить уровень удовлетворенности жизнью и собой, обрести чувство безопасности и защищенности. Другой положительный аспект функционирования суеверий заключается в первоначальном преодолении с их помощью трудностей в воображаемом плане, а впоследствии и неосознанного регулирования поведения в соответствии с ожиданиями. Отрицательная роль суеверий включает создание помех личностному и интеллектуальному развитию, творчеству, самоактуализации; создание предпосылок подчиняемости управляющим воздействиям со стороны и реактивности. Суеверный способ реагирования в большей степени актуален для неопределенных ситуаций, трудных периодов жизни, требующих быстрого принятия важных решений. Суеверность также может являться результирующей тенденцией длительного опыта неудач.

Как нам кажется, выраженность мифологического мышления и суеверий у наших современников отрицательно сказывается на эффективности профессиональной деятельности лиц, занятых умственным трудом, оперирующих научными категориями – ученых, врачей, преподавателей, инженеров. При этом суеверность может положительно влиять на удовлетворенность жизнью, чувство безопасности и комфорта.

В ходе дальнейших исследований суеверности предполагается апробировать такие методы ее преодоления как тренинг и фокус-группа. Проведение тренинга предполагает косвенное воздействие на свойство суеверности посредством развития рационального, логического мышления. Предполагается, что совокупность упражнений и игр, развивающих логические операции анализа, синтеза, абстрагирования и обобщения на основе существенных признаков, будет способствовать снижению уровня суеверности испытуемых. Проведение фокус-группы включает осуществление групповых дискуссий по теме суеверий, мистицизма и оккультизма; использование техники вакцинации, т.е. приведение контраргументов, открывающих происхождение примет и магических ритуалов, их смысл, механизмы их воздействия; ведение испытуемыми дневников наблюдений, фиксирующих частоту совпадений ожиданий, прогнозируемых приметами, снами, предсказаниями и действительно реализовавшихся событий, обсуждение полученных результатов в ходе дискуссии; экспериментальную проверку суеверий с последующим обсуждением: фиксация последствий нарушения определенных примет и предрассудков.


Литература

  1. Адорно Т. Авторитарная личность // Социс. 1993. №3.

  2. Анастази А. Дифференциальная психология. М.: Эксмо-Пресс, 2001.

  3. Андреев А.Ю. Бог умер // home.perm.ru

  4. Анисимов А.Ф. Исторические особенности первобытного мышления. Л.: Наука, 1971.

  5. Аронсон Э., Пратканис Э.Р. Эпоха пропаганды. СПб.: Прайм-ЕВРОЗНАК, 2002.

  6. Берн Э. Познай себя. Екатеринбург: ЛИТУР, 2002.

  7. Блейлер Э. Аутистическое мышление / Хрестоматия по общей психологии. Психология мышления. М.: Изд-во Моск. ун-та, 1981.

  8. Блонский П.П. Память и мышление. СПб.: Питер, 2001.

  9. Брунер Дж. Психология познания. М.: Прогресс, 1977.

  10. Брушлинский А.В. Культурно-историческая теория мышления. М.: Высшая школа, 1968.

  11. Ваганов А.Г. Мифологическое мышление и сетевые коммуникационные технологии // Мир психологии. 2003. №3.

  12. Вачков И.В. Основы технологии группового тренинга. М.: Ось-89, 2005.

  13. Веккер Л.М. Психика и реальность: единая теория психических процессов. М.: Смысл, 1998.

  14. Выготский Л.С.Мышление и речь. Т.2. М.: Педагогика, 1984.

  15. Габдуллин И.Р. Явление предрассудка: гносеологические корни и социальные детерминанты // Credo. 1997. №5.

  16. Гальперин П.Я. Лекции по психологии. М.: Высшая школа, 2002.

  17. Гришина Н.А. Суеверия музейных сотрудников // www.sgu.ru

  18. Грушко Е.А., Медведев Ю.М. Энциклопедия русских суеверий. М.: ЭКСМО-Пресс, 2000.

  19. Давиденков С.Н. Эволюционно-генетические проблемы в невропатологиии. Л., 1947.

  20. Даль В. Толковый словарь живого великорусского языка. М.:РИПОЛ-КЛАССИК, 2002.

  21. Демоз Л. Психоистория. Ростов н/Д.: Феникс, 2000.

  22. Дзялошинский И. Российский журналист в посттоталитарную эпоху. Некоторые особенности личности и профессии // www.inguk.ru

  23. Жуков Ю.М. Эффективность делового общения. М.: Знание, 1988.

  24. Захаров А.И. Психотерапия неврозов у детей и подростков. Л.: Медицина, 1982.

  25. Зеер Э.Ф. Психология профессий. Екатеринбург: Деловая книга, 2003.

  26. Зеленский В. Аналитическая психология. Словарь. СПб.: Б.С.К., 1996

  27. Лебедев В.И. Духи в зеркале психологии. М.: Сов. Россия, 1987.

  28. Лебон Г. Психология масс. Мн.: Харвест, М.: АСТ, 2000.

  29. Леви-Брюль Л. Первобытное мышление. М.: Атеист, 1930.

  30. Леман А. История магии и суеверий от древности до наших дней. М.: Эксмо, 2002.

  31. Леонтьев А.Н. Избранные психологические произведения: в 2х т. Т.1. - М.: Педагогика, 1983.

  32. Лотман Ю., Успенский Б. О семиотическом механизме культуры // Семиотика. Вып. V. Тарту, 1971.

  33. Лурия А. Р. Об историческом развитии познавательных процессов. М.: Наука, 1974.

  34. Мезенцев В.А. Энциклопедия чудес. Кн. I. Обычное в необычном. М.: Знание, 1988.

  35. Мелетинский Е.М. Поэтика мифа. М., 1976.

  36. Меницкий В.Е. Моя небесная жизнь: воспоминания летчика-испытателя. М.: ОЛМА-ПРЕСС, 1999.

  37. Мюллер М. От слова к вере. М.: Эксмо, 2002.

  38. Ольшанский Д.В. Психология масс. СПб.: Питер, 2001.

  39. Носович В.И. Психология веры. Л.: Лениздат, 1970.

  40. Пикалев А. О церковных суевериях // www.mitropolia-spb.ru

  41. Попова М. А. Фрейдизм и религия. М.: Наука, 1985.

  42. Поршнев Б.Ф. О начале человеческой истории. М.: Мысль, 1974.

  43. Почепцов Г.Г. Психологические войны. М.: Рефл-бук, 2000.

  44. Почепцов Г.Г. Коммуникативные технологии двадцатого века. М.: 1999.

  45. Пропп В.Я. Сказка. Эпос. Песня. М.: Лабиринт, 2001.

  46. Рассел Б. Может ли человек быть рациональным? // www.i-u.ru

  47. Рибо Т. Творческое воображение. СПб., 1901.

  48. Саенко Ю.В. Исследование суеверности тестовым методом // Проблемы российской правовой системы. Инновационные процессы в образовании. Таганрог: Изд-во ТИУиЭ, 2003.

  49. Саенко Ю.В. Психологические аспекты суеверий и суеверности // Известия высших учебных заведений. Сев.-Кав. регион. Общ. науки. Приложение. 2005. №6.

  50. Саенко Ю.В. Суеверия как препятствие для личностного и профессионального развития // Акмеология: личностное и профессиональное развитие: Мат-лы Межд. науч. конф. 7-8 окт. 2004 г. М.: Издательский ДОМ «ЭКО», 2004.

  51. Саенко Ю.В. Суеверия как продукт мифологического мышления // Творческое наследие А. В. Брушлинского и О.К. Тихомирова и современная психология мышления. М.: Ин-т психологии РАН, 2003.

  52. Саенко Ю.В. Суеверия современных студентов // Вопросы психологии. № 4. 2004.

  53. Саенко Ю.В. Суеверия и мышление / Сб. Проблемы регионального управления, экономики, права и инновационных процессов в образовании: IV Межд. науч.-практ. конф. Т. 4. Таганрог: Изд-во ТИУиЭ, 2005.

  54. Симонов П.В. Созидающий мозг: нейробиологические основы творчества. М.: Наука, 1993.

  55. Словарь практической психологии / Сост. С.Ю. Головин. Минск: Харвест, 1998.

  56. Справочник по психологии и психиатрии детского и подросткового возраста / Под ред. С.Ю. Циркина. СПб.: Питер, 1999.

  57. Фенько А. У веры глаза велики // Коммерсант-Власть. № 45. 4 декабря 2001.

  58. Фромм Э. Бегство от свободы. М.: Прогресс, 1989.

  59. Хазел К. В плену суеверия. Заокский: Источник жизни, 2002.

  60. Шкуратов В.А. Историческая психология. М.: Смысл,1997.

  61. Шрейдер Ю. Наука – источник знаний и суеверий // Новый мир, 1969, вып. 10.

  62. Элиаде М. Аспекты мифа. М., 1995.




Каталог: 2011
2011 -> Программа дисциплины «Российский и мировой рынок pr»
2011 -> Лидерство как личностный феномен
2011 -> Духовно-просвітницький центр монастиря Глинська пустинь м. Глухів 2010 рік
2011 -> Г. Эбнрлайн Причины возникновения агрессивности
2011 -> • единства диагностики и коррекции
2011 -> 1. Социальные и психологические причины отклоняющегося поведения
2011 -> Мимо наркотиков :: Модель профилактики аддиктивного поведения в образовательном учреждении
2011 -> Учебное пособие / А. Деркач, В. Зазыкин. Спб.: Питер, 2003. 256 с


Поделитесь с Вашими друзьями:
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11


База данных защищена авторским правом ©dogmon.org 2019
обратиться к администрации

    Главная страница