Реинкарнация и семья



Скачать 144.37 Kb.
Дата14.05.2016
Размер144.37 Kb.
ТипГлава

Глава 7


РЕИНКАРНАЦИЯ И СЕМЬЯ
Для большинства из нас семья была ядром, внутри которого мы впервые ощутили жизнь, где впервые уз­нали, что такое человек, что мы означаем друг для дру­га и что значит разделять общее существование. Через семью мы впервые познаем себя. Прежде чем мы успе­ем осознать, что происходит, семья в течение несколь­ких лет прочно держит нашу душу в руках, подготав­ливая к встрече с жизнью.
Если те люди, с которыми мы проводим эти крити­ческие годы, связаны с нами случайно, тогда, конечно, миром правит случай, и всякая видимость смысла — тоже случайность. А раз в случайности нет смысла, зна­чит, и мы лишены всякого смысла, как бы отчаянно ни пытались его себе приписать. Мы — аномалия жизни, опытный образец, созданный из триллионов случай­ных событий, вброшенных в жизнь биллионы лет на­зад. Но каждый, кто хоть раз пережил присутствие в своей жизни смысла, знает, что так не может быть. Ре­инкарнация свидетельствует, что это не так, и помога­ет осознать присутствие смысла в начале нашей жизни.
С реинкарнационной точки зрения младенчество и детство — длительный процесс пробуждения. По скольку большинство из нас прежде бывали на этой планете неоднократно, не единожды достигали зрело­сти и познавали смерть, мы видим все это не впервые. И все-таки это для нас так свежо и ново, будто мы здесь действительно в первый раз. Мы вновь совершаем круг. Много лет назад мы уже открывали для себя смысл своей жизни; прежде чем выбрать проблемы, которые во всей полноте предстанут перед нами и по­требуют разрешения, мы всесторонне рассматривали свой жизненный проект. А перед этим отдыхали в кру­гу семьи, готовясь к дальнему странствию. Именно здесь наши сокровенные Я формировались теми су­ществами, которым Вселенная, Бог или карма ввери­ли заботу о нас на самых хрупкой стадии развития, когда мы наиболее впечатлительны.
Если мы живем тысячи лет, раз за разом возвра­щаясь к Земле, принимая формы разных тел, возни­кая в разных веках и разных культурах, что может быть естественнее, чем собрать спутников, идущих одним с тобой путем? Если мы рассматриваем себя как существ бесконечной продолжительности, очевидно, что отношения, которые продолжаются в течение мно­гих жизненных кругов, имеют тенденцию к развитию. И наоборот, неестественно, что отношения, начинаю­щиеся в той или иной жизни, завершаются, когда оба тела умирают. Наверное, в каждой жизни мы начина­ем одни отношения, развиваем другие и завершаем третьи, разделяясь в мире и вечной дружбе.
Разве такие возможности не подтверждаются на­шим опытом? При встрече с отдельными людьми мы ощущаем глубинную связь, которую невозможно объяснить обстоятельствами нынешней жизни. По мере того как мы освобождаемся от проекций, оста­ется многое, что проекцией не является. Мы чувству­ем с этими людьми такое умиротворение, словно мы многое пережили вместе, и наши души открыты им. Это могут быть люди, с которыми мы встречаемся лишь однажды или которые входят в нашу жизнь. Они могут быть нашими ровесниками, моложе или старше нас, неважно — главное, что в их присутствии нам легко, мы ощущаем, насколько естественно наше взаимное узнавание. С их появлением нередко возни­кает сверхъестественное чувство, будто мы нашли то, что когда-то потеряли. Такого рода связь обусловлена годами совместной работы, характеризующейся боль­шими открытиями и ошеломляющими прорывами.

С другими же у нас при знакомстве возникают про­тивоположные ощущения. В их присутствии мы чув­ствуем непонятную, но явную угрозу, ведем себя на­стороженно, хотя внешне они кажутся другим и даже нам самим вполне безопасными.


Вариации незавершенных отношений бесконечны. Время от времени мы встречаемся с теми, к кому ис­пытываем влечение, немедленное и сильное притяже­ние, словно перед нами возникает нечто очень глубо­кое, но не до конца изученное. Возможно, любовные отношения, начавшиеся когда-то, но не прошедшие полный круг развития и завершения. Может быть, следующая ступень развития наступит в этой жизни, а может, она намечена для другой, но мы, проходя ря­дом во времени, ощущаем нашу связь.
С реинкарнационнйй точки зрения существуют два типа семей, в которые мы включены: семья души и биологическая семья. Концепция первой у различных авторов наполнена разным смыслом, но в целом они говорят о семье существ, чьи взаимоотношения раз­виваются дольше одного жизненного цикла. Иногда эта концепция отражает верование, что люди от на­чала до конца своего опыта странствуют группами. Мы можем размышлять о них как о классах, проходя­щих вместе школьное обучение. Дороги членов этой семьи на протяжении одного жизненного цикла мо­гут вообще не пересечься, но они всегда связаны друг с другом духовно. Если один преуспевает в разреше­нии особо важной жизненной проблемы, обогащают­ся все члены семьи. Когда кто-то терпит фиаско, на его ошибке учатся все.
В широком смысле, в каком я и буду использовать этот термин здесь, наша семья души состоит из тех, с кем мы в течение многих жизненных циклов вмес­те переживаем различные события. Это могут быть личности, которых мы знали, кому доверяли и кого ценили в течение предыдущих жизней, или же, на­против, те, с кем у нас были проблемы. Проживая многочисленные жизни, мы, несомненно, соверша­ли ошибки, больно раня других людей. Таким обра­зом, мы можем находиться в конфликте с членами своей семьи души из-за непонимания, которое не было преодолено, обиды, оставшейся без компенса­ции, и непрощенных оскорблений. Эти люди тоже становятся нашими попутчиками, изводя нас, пока мы не почувствуем к ним уважения, которого они заслуживают, или не компенсируем ту обиду, кото­рую им причинили.
В разделенных мечтах и совместных проектах, в борьбе и конфликтах, в любви и ненависти наши семьи души включают в себя всех тех, с кем мы работа­ем в настоящем жизненном круге. Они — актеры, действующие по нашему кармическому сценарию. Они знают нас лучше других, влияют на нас и получают от нас более глубокую отдачу, чем от остальных. Это стер­жневые для нас люди, вокруг них вращаются все наши главные жизненные выборы. Если мы сейчас посту­паем не так, как должно, они появятся в нашей жиз­ни вновь, не в этом цикле, так в следующем. Они как бы закреплены за нами, чтобы поставлять основные жизненные вызовы, откликаясь на которые мы дол­жны выбирать, развиваться ли в более совершенное существо, чем мы есть, или отказаться от развития. Если мы отказываемся от выбора, то рано или поздно будем вынуждены вернуться к тому же самому мо­менту, так как основа всей жизни — развитие. Когда мы возвращаемся на исходную позицию выбора, то нередко (хотя и необязательно) вновь сталкиваемся с теми же людьми, которые в силу собственного разви­тия оказываются вовлеченными в ту же проблему, только с обратной стороны.
Очевидно, что из двух этих семей семья души бо­лее конструктивна для нашего странствия. Именно с ней мы предпринимаем следующий шаг в развитии, с помощью которого «шлифуем» себя, становясь больше, чем мы есть. Следовательно, нет ничего уди­вительного в том, что мы часто обнаруживаем чле­нов семьи души в составе семьи биологической. Ведь это так естественно — открыть на своей территории, окруженной чужими владениями, тех, кто фор­мирует нас, с кем мы связаны особенно сильно! Кар­ма вообще отличается очень интенсивными отношениями, а некоторые из самых мощных наших вза­имоотношений нередко обнаруживаются именно здесь.
Как может принятие реинкарнационного мировоз­зрения изменить взгляд на свою биологическую семью, повлиять на отношения между членами этой семьи? Какие откроются возможности, если мы будем смот­реть на них как на путешественников во времени, со­бранных для дальнейшего совместного развития? Ис­следуя эти возможности, мы можем наблюдать как за семьей, откуда вышли, так и за семьей, которую созда­ли сами. Давайте начнем с того, что взглянем на рож­дение и ранний родительский опыт.
Мало какие чувства можно сравнить с теми, что обуревают нас, когда мы даем жизнь новому суще­ству. Для тех пар, которые глубоко прочувствовали этот опыт, готовясь к нему физически, эмоционально и ду­ховно, данное переживание может открыть саму суть жизни. Это просто потрясающее событие, для него трудно подобрать слова. Мы можем вновь и вновь рас­суждать об энергиях, силе, интуиции и любви, но пока человек сам не пройдет через это переживание, он бу­дет вежливо кивать и думать, что мы просто охвачены эйфорией рождения. Конечно, в определенном смыс­ле так и есть. Это один из моментов, когда ток жизни подходит близко к поверхности, что по-настоящему возбуждает.
Для тех, кто живет один раз, опыт рождения часто сопровождается ощущением созидания жизни, может быть, даже в соавторстве с Богом. Такие пары воспри­нимают своего младенца как берущего начало «от них». Он представляется смесью двух их природ и, таким образом, выражением их любви, выбора друг друга как жизненных спутников. Они внимательно наблюдают за ребенком, пытаясь выявить физические черты, манеры или личные качества, напоминающие партнера или самих себя, нередко в поисках сходства добираясь до корней семейного древа. До двух недель о маленькой Стефани будут вынесены сотни суждений: бабушек, дедушек, тетей, дядей, других родственников, друзей, соседей. И все это — их способ поприветство­вать малышку и выразить ей свою любовь. Она — но­вое творение, уникальное смешение двух родов, корни которых уходят в глубину веков, дальше, чем могут проследить наши родословные.
Реинкарнация не отрицает этих чувств, она про­сто помещает их в более широкий контекст, делая упор на первоначальное существование Сверхдуши, кото­рая возвращается на Землю в этом ребенке. Посколь­ку Стефани, как и ее Сверхдуша, существовала до это­го рождения, значит, ее тело и черты характера, которые она берет у родителей, — не то, что она собой представляет, но больше среда, которую она выбрала для жизни и работы на Земле. Из тысяч возможных родителей она выбрала именно нас, чтобы завершить с нами следующую фазу своего развития. Реинкарна­ция не обесценивает родительский опыт, чего так опа­саются сторонники концепции «одноразового суще­ствования». То, что Стефани в какой-то другой жизни была еще чьим-то ребенком, не делает наши отноше­ния с нею менее уникальными или священными. Жизнь в течение многих циклов не подрывает значе­ния этого жизненного круга, не размывает его пере­живаний. Она просто по-новому обрамляет родительские чувства, приглашает увидеть в себе помощников, сотрудничающих в созидательном процессе исключи­тельной сложности. Мы открываем свои жизни Все­ленной и существу, пришедшему к нам и нуждающе­муся в нас, чтобы достичь цельности и полноты. В этом процессе мы обретаем именно того, кто нужен нам, чтобы завершить себя. Необычайная сложность соеди­нения родителей и ребенка поражает своей безоши­бочностью. В этом соединении судеб тщательно про­думан каждый бит информации, как это делают биологи при генетических спариваниях, тонко пере­плетены возможности и необходимости, то, что дол­жно быть, и то, что может быть.
Понимание логики реинкарнации помогает нам осознать то, что и так известно каждой матери: наш ребенок с самого рождения уникален, со своими ха­рактерными особенностями, присущими ему способ­ностями и страхами. Каждый приходит в жизнь с соб­ственной «повесткой дня», по-разному ведя себя даже в матке. Мы не обуславливаем появления в нем личности, но с самого начала работаем с личностью, которая уже здесь.
С реинкарнационной точки зрения наша ответ­ственность как родителей состоит в том, чтобы по­мочь детям открыть и развить в себе личность, какой они изначально являются. Мы должы оберегать это раскрытие, помочь пройти через трудные места и, воз­можно, увидеть ограниченность определенных путей земного бытия. Но всегда надо начинать с глубокого приятия той личности, которая появилась перед нами. Реинкарнация побуждает внимательно наблюдать и не брать на себя слишком много ответственности за то, какими должны, а какими не должны быть наши дети. Как хранители этой души мы должны быть вни­мательны к пунктам их жизненной «повестки». Не мы создавали ее, а значит, не можем ею управлять, даже временно.
Мы — садовники, помогающие процессу созида­ния, но ни в коем случае не руководители его. Мы го­товим основу, но фактически не создаем приходящее к нам существо, даже если оно принимает наш гене­тический код. Мы не полностью контролируем на­правляемые нами силы природы. Каждое дерево име­ет свою форму. Мы поливаем его, передаем ему энергию своей жизни и терпеливо ждем, чтобы уви­деть, какое это дерево, как оно будет расти, что ему потребуется. Мы принимаем решения за него: подре­заем ветки, формируем крону, устраняем препятствия, руководствуясь самыми лучшими побуждениями и своим пониманием того, что хорошо для этого дере­ва. Мы — распорядители жизни, хранители следую­щего поколения инкарнированных душ.
Но как много мы не знаем о своем ребенке! Не зна­ем, какой опыт он уже приобрел на жизненном пути, какие уроки извлек и какие принес с собой дары, что­бы разделить их с нами. Мы знаем лишь, когда роди­лось его тело, но каков возраст его души? Молода ли она и прошла только несколько кругов, а может быть, это одна из самых старых душ, успешно преодолев­шая тысячелетия цикличного движения? Обычно та­кие основополагающие вещи для нас — тайна за се­мью печатями. Мы не знаем даже, как соотносится его возраст с нашим. Душа в маленьком свертке, который вы так нежно прижимаете к груди, может быть, на тысячи лет старше вас! Вот тут потребуется неболь­шое замечание.
Величайший вклад реинкарнации в отношения ро­дители — ребенок, на мой взгляд, состоит в том, что она побуждает нас подойти к своему ребенку с боль­шей открытостью. Поскольку мы, пытаясь понять своих детей, не можем принимать себя за точку отче­та, нам остается только ждать, чтобы увидеть, кто они и какие они в действительности. Реинкарнация при­глашает нас посмотреть на детей как на гостей нашего дома, вверенных нашим заботам с целью взаимного совершенствования. Это восстанавливает равенство душ и не умаляет роли родителей.
Последний пункт очень важен. Мне иногда при­ходилось слышать, как неумные родители прибега­ют к аргументам о реинкарнации, чтобы оправдать свое халатное отношение к родительским обязанно­стям. «Мэри — старая душа, поэтому мы позволяем ей принимать самостоятельные решения». Томми — тиран песочницы: «наверное, он в предыдущих жиз­нях был воином». (В таком случае он был также и тем, против кого вели войну). Такие спекулятивные фантазии потакают капризам и опасны для наших детей. Осознавать, что у наших детей есть история жизней, предшествующих настоящей, не означает, что они сейчас — не дети, а мы — не их родители. Мой ребенок может быть на века старше меня, но в этой жизни я — его родитель и должен принять на себя зачастую неприятную обязанность следить за дисциплиной и учебой. Однако, делая это, не надо терять из вида картину души, живущей определен­ное количество лет в теле ребенка. Тело обманчиво.
Если мы уделяем внимание только ему, это неизбеж­но приведет к недооценке более глубинной правды личности.
Наши судьбы неразрывно связаны с судьбами на­ших детей. С реинкарнационной точки зрения в жиз­ни нет случайностей. Судьба — это карма, карма на­ших детей является частью нашей и неотделима от нее, и наоборот. Сплетение энергий, привносящее в нашу жизнь события, включает в себя и судьбы на­ших детей. Поэтому мы способны воспринимать их трагедии и успехи с той же открытостью, что и свои собственные удачи и провалы. Как мы справляемся с их проблемами и избегаем ловушек, таящихся в них? Чему мы должны научиться из этого опыта?
Это справедливо как для внешних событий, таких как автокатастрофа или преждевременная смерть, так и для кармы их личностей. Временами наши дети бы­вают весьма искусны в том, чтобы раздражать нас. Кроме исключительной способности находить каждый наш изъян и сыпать на него соль, эти дети, как прави­ло, обладают диаметрально противоположной нашей и конфликтной природой. Они требуют от нас того, чего мы не можем дать, или же наносят удары по са­мым чувствительным точкам одним своим существо­ванием. С реинкарнационной точки зрения эти кон­фликты надо воспринимать как кармические, а значит признавать, что в них нет вины детей, которым в дан­ном случае просто приходится быть посредниками больших, чем они сами, сил. Все эти трудности имеют свое значение в нашей жизни и преследуют в ней свою цель. Как бы ни были тяжелы эти кармически обуслов­ленные конфликты, они несут с собой величайшие возможности, если мы примем их вызов и справимся с ними так, как надо.
Если вернуться к биологическим семьям, собствен­ным родителям, братьям и сестрам, то какие возмож­ности по пересмотру наших с ними взаимоотноше­ний открываются с принятием реинкарнационного мировоззрения? Может ли это помочь примириться с тем, что уже случилось, и если да, то каким образом?
С самого рождения воспитанные на популярной западной психологии, многие из нас привыкли рас­сматривать особенности личностей как приобретен­ные в семье, в первую очередь взятые от родителей, братьев, сестер и прочих людей, занимающихся на­шим воспитанием. «Если бы они лучше меня вос­питывали, я бы сейчас не был таким», «Если бы они уделяли мне больше внимания, слушали меня, раз­говаривали со мною, я бы не был таким любителем порисоваться и пустить пыль в глаза», «Если бы они были щедрее, я был бы гораздо скромнее в своих по­требностях». Однако с реинкарнационной точки зре­ния все происходит с точностью до наоборот. Думать так, как я описал выше, — значит ставить телегу впе­реди лошади.
Согласно реинкарнационному мировоззрению, «у меня определенные жизненные проблемы не потому, что у меня были такие родители, а наоборот: у меня были такие родители, потому что я выбрал для себя разрешение именно этих определенных проблем». Мы существовали до нашего рождения. Наша большая история заставляет нас работать над специфически­ми проблемами в этом жизненном цикле. Вокруг этих проблем будет сосредоточена вся наша жизнь. Они в той или иной степени будут проявляться в разных ее областях: в детских отношениях, ухаживании, же­нитьбе, карьере, здоровье, взаимоотношениях с деть­ми, отношении к самому себе. Они будут с нами до тех пор, пока мы не сможем их разрешить, не узнаем их шифр, не освободим себя от внутреннего програм­мирования, которое привязывает нас к ним.
Если мы посмотрим на родителей с этой точки зре­ния, то увидим, что они — вовсе не причина наших проблем, просто с ними связано первое проявление этих проблем. Наша жизнь притягивает к себе опре­деленных людей, именно этих, а не других. Их вклад в нашу жизнь и родительская ответственность исполь­зуются исключительно для того, чтобы заставить нас осознать наши частные проблемы. В глубочайшем смысле в наши жизни может войти только то, что внутри нас. Наши ранние воспитатели лишь создают условия, которые выносят определенные скрытые модели на поверхность, где их можно увидеть. Эти модели фиксируются в нашей личностной структуре в ранние годы формирования характера, где и оста­ются, помогая нам или становясь источником наших мучений, пока мы не сделаем с ними что-либо. У ин­дусов есть специальное слово для таких установоч­ных жизненных моделей — самскара. Самскара фор­мирует русло, по которому течет наше осознание жизни. Динамики кармы, действующие через наших родителей, — те же, которые карма использует в дру­гих контекстах. Карма формирует обстоятельства и события нашей жизни так, чтобы они извлекали на поверхность отношения, эмоции или верования, уже находящиеся внутри нас. Карма — это не что-то случающееся с нами, но то, что обусловлено обстоя­тельствами предыдущего существования, берущими начало в ином времени и месте. Активизируя эти об­стоятельства, мы создаем возможности трансформи­ровать их.
Наши родители кармичны для нас, как и их отри­цательные стороны. Их несовершенство служит на­шему совершенствованию, помогая осознавать соб­ственные недостатки и успешно с ними справляться. Это касается и нас, и наших детей. Стараясь быть со­вершенными родителями, мы терпим фиаско. Мы не повторим ошибок своих родителей — мы наделаем новых. Наши дети должны сражаться с теми несовер­шенствами, которые мы пробудим в них, как мы в свое время сражались с недостатками, пробужденными нашими родителями. Как ни парадоксально, но наши несовершенства совершенны для тех существ, кото­рые вверены нашей заботе.
Давайте не будем описывать эти несовершенства только в терминах клинической патопсихологии, по­скольку это значит увидеть малую часть целого. У од­них родителей мы, к примеру, можем научиться тому, что едва ли не самым важным в жизни является на­личие материальных благ. Некоторые индивидуумы покидают дом с глубокой верой в эту установку, за­печатленную в их мировоззрении, а жизнь потом со всей жестокостью показывает им ущербность этого убеждения. Возможно, они станут обладателями ог­ромного богатства, но оно не сможет заполнить ощу­щение душевной пустоты, грызущей их изнутри. Или же будут раз за разом терять то, что копили годами, пока не обнаружат удовлетворенность, совершенно не связанную с материальными благами. Можно при­вести и другой пример: допустим, индивидуумы на­учились у родителей формуле, определяющей, что та­кое «настоящий мужчина» или «настоящая женщина». Когда они применяют ее в своих взрослых взаимоот­ношениях, их мир прямо на глазах начинает рушить­ся. Жизнь откликается на определенные пункты со­зданной ими программы, которую вытащили на свет их родители, но они сами же стояли у ее истоков.
Совершенствование жизни — долгий путь со мно­гими истинами, и по мере продвижения их предсто­ит отыскать и развить. Некто может в одной жизни достичь непререкаемого уважения, трудясь на благо церкви или государства, а в более поздней — узнать, чем чревата такая ситуация, когда берешь на себя слиш­ком много обязанностей по отношению к этим инсти­тутам. Кто-то, усвоив в более ранней жизни уроки са­мопожертвования, в следующей понимает, чем нельзя жертвовать даже ради благополучия других. Нет нуж­ды создавать систему всех жизненных уроков. Только глупец мог бы попытаться сделать это. Оглянитесь вок­руг, и вы увидите миллионы людей, сражающихся со своими уникальными проблемами. Можете быть уве­рены; все эти проблемы — часть обучения.
Какие темы уроков мы отбираем для себя, опреде­ляется в наших семьях. Именно они нацеливают нас не императивно, но основательно. В конечном итоге их роль — извлечь суть нашей жизни, наставить нас на наш путь, выкристаллизовав нечто внутри нас. Какое облегчение чувствуют обе участвующие в про­цессе обучения стороны, когда наконец открывают для себя, как работает жизнь, и получают возможность простить родителям, братьям, сестрам все пред­полагаемые грехи, оскорбления, унижения, от которых они страдали. С реинкарнационной точки зрения, даже если они потерпели неудачу, их нельзя за это осуждать. Мы и только мы ответственны за все, что случилось в нашей жизни, в этом и заключается ве­личайшая свобода. Стоит только признать себя ответ­ственным за свою судьбу — за жизненный сценарий, как внезапно оказывается, что эту судьбу легче изме­нить, легче простить актеров за их роли в пьесе и тем самым показать, что мы поняли, о чем пьеса, по край­ней мере, до настоящего акта. Прощение — сложная вещь. К нему ведут бесчисленные ступени, но, не пре­одолев их, мы не сможем почувствовать твердую почву под ногами. Мы должны простить по-настояще­му, окончательно, без всякого камня за пазухой, без малейшего осадка обиды. На глубочайшем уровне мы должны простить Реальность, находящуюся за всеми прерывистыми реальностями, простить сам Космос, или Дао, или Бога, — неважно, какое имя мы дадим источнику всего сущего. Только прощая все и всех, мы по-настоящему начинаем делать гигантские шаги.



Каталог: book -> way
way -> Е. И. Сотник Азбука самореализации
way -> В. П. Гоч, С. В. Белов Работа в причине. 1 ступень
way -> Книга для учащихся к читателю Для вас, молодых людей, очень полезно уже с ранних лет занять ответственное положение. Это совершенно необходимо для развития ума и особенно характера
way -> Игорь Калинаускас Lift. Поднимите внутреннюю энергию на максимально возможный уровень
way -> Дети индиго. Кто управляет планетой Геннадий Степанович Белимов Дети индиго. Кто управляет планетой? От издателя
way -> Бугаев А. Ф. – Эниология вечности, или Новый «Дао дэ цзи»
way -> Петю втолкнули в высокую горницу с занавешенными окнами и го­рящими факелами
way -> О чертах характера о привычках и воле о потребностях, мотивах и действиях


Поделитесь с Вашими друзьями:


База данных защищена авторским правом ©dogmon.org 2019
обратиться к администрации

    Главная страница