«Риторика и культура речи: наука, образование, практика»


МОДЕЛЬ ПРОГРАММЫ НЕПРЕРЫВНОГО



страница2/22
Дата15.05.2016
Размер4.28 Mb.
#12348
ТипСборник
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   22

МОДЕЛЬ ПРОГРАММЫ НЕПРЕРЫВНОГО

ФИЛОЛОГИЧЕСКОГО ОБРАЗОВАНИЯ
Ассуирова Л.В., Голубцова Л.В. (г. Москва)
Создание Модели Программы непрерывного филологического образования продиктовано рядом принципиальных позиций, в которых на современном этапе оказался ребенок как представитель социума и как представитель определенного образовательного учреждения.

Одна из позиций – нахождение ребенка в многонациональной, многоконфессиональной, многоязычной среде, что, с одной стороны, позволяет ему идентифицировать себя гражданином России, носителем русского языка и русской культуры, но, с другой стороны, затрудняет понимание ценности истоков русского мировоззрения и русской ментальности. Другая позиция – отсутствие в социальном пространстве единой духовно-нравственной идеологии, превалирование материальных ценностей над духовными, что активно отражено в СМИ и современной литературе. Это приводит к невозможности формировать у детей собственную мировоззренческую позицию.Третья позиция – приоритет изучения иностранных языков над русским языком, массовое увлечение информационными технологиями, что приводит к обеднению языка, к нежеланию и неспособности детей анализировать, критически оценивать и понимать тексты как носители культуры, источники формирования мировоззрения. Поскольку филология является «службой понимания» (С.С. Аверинцев), «филология есть связь всех связей» (Д.С. Лихачев), именно она должна лечь в основу формирования мышления, идентичности и культуры языковой личности.

Программа непрерывного филологического образования охватывает все ступени школьного образования и учитывает предметные и внепредметные формы преподавания предметов гуманитарного цикла, направленные на развитие мышления, формирование культуры чтения, развитие языковых и речевых способностей детей на основе разработки и создания интегративных программ, курсов, средовых сценариев, учебников нового поколения.

Программа предполагает реализацию следующих целей:

– создание дружественной детям «филологической среды»;

– разработка и создание образовательных филологических модулей по работе с детьми (модули создаются на основании интеграции видов деятельности и культурно-ценностных блоков);

– углубление представления детей о русской культуре и языке; возрождение интереса к русскому языку как основе идентификации и универсальному средству межкультурного, межэтнического общения, образовательной и профессиональной успешности;

– создание нового типа телевизионных передач по русскому языку;

– создание Интернет-коллекции текстов-образцов;

– создание Международной культурной программы для соотечественников за рубежом.

В программу непрерывного филологического образования заложены способы и методы по формированию способностей школьников воспринимать и понимать текст, критически оценивать данную в тексте информацию, интерпретировать и создавать собственные высказывания в разных стилях и жанрах на всех ступенях школьного обучения. На каждой из ступеней выделяются различные приоритеты: в начальной школе – это формирование языковой грамотности; в основной – речевых способностей детей, в старшей – способностей понимания текста и создания собственного художественного произведения. Модули, входящие в Программу непрерывного филологического образования, пронизаны едиными целями, основаны на принципах преемственности и предполагают новые формы трансляции материала.

Создание Модели Программы непрерывного филологического образования является актуальной проблемой, требующей решения следующих задач:

– разработка концепции Программы непрерывного филологического образования (принципы, задачи, содержание);

– разработка и апробация сквозных интегративных образовательных модулей, созданных на единых Программных принципах и объединенных едиными целями и способами действий;

– создание технологического пакета мониторинга качества образования в новых технологиях и их возможностей для формирования мировоззренческих основ личности;

– пересмотр содержания действующих стандартов в области филологического образования и отбор содержания Программы непрерывного филологического образования и текстового материала (прототипов и образцов), способных заинтересовать ученика, вызвать интерес к русскому языку и литературе, несущих культурный и мировоззренческий потенциал;

– подготовка научных и научно-педагогических кадров, способных работать с программами и технологиями нового поколения;


  • внедрение новых гуманитарных программ и технологий в практику образования студентов педагогических вузов.



ЛЕКСИКО-ФРАЗЕОЛОГИЧЕСКИЕ ПРИЕМЫ

ПРИВЛЕЧЕНИЯ ВНИМАНИЯ АДРЕСАТА В ТЕКСТАХ

РЕГИОНАЛЬНОЙ ПРЕССЫ
Балицкая О.М. (г. Астрахань, balitskaya_olga@mail.ru)
Современная газетная речь многое взяла от экспрессии разговорной речи и от выразительности художественной литературы. Процесс повторения (повторяющиеся темы в газете) неизбежно сопровождается и процессом обновления. Журналисты стремятся к тому, чтобы читатель всегда ощущал свежесть формы и оригинальность мысли.

Заголовок – неотъемлемая и главная часть любой газетной публикации, поскольку он является первым звеном, на которое обращает внимание читатель при знакомстве с полосой. Заголовок в газете, в отличие от названий радио- и телепередач, — единица коммуникативная, он несёт определённую информацию о содержании публицистического произведения, о значении, характере и степени важности событий, отразившихся на страницах газеты, поэтому должен иметь эмоциональную окраску, возбуждать читательский интерес, привлекать внимание. Форма заголовка активизирует непроизвольное внимание читателя, которое не требует волевых усилий. Глаз скользит по заглавиям, останавливаясь преимущественно на тех, форма которых показалась наиболее привлекательной. При этом непроизвольное внимание скоро проходит, сменяется произвольным, направленным контролируемым сознанием. Тогда читатель обращается к языковому оформлению заголовка. Можно назвать разные приемы привлечения произвольного внимания читателя с помощью заголовка. Во-первых, заглавие активизирует работу читательского мышления через возбуждение интереса (интеллектуальной эмоции). Во-вторых, произвольное внимание к тексту привлекают заглавия, возбуждающие целую гамму эмоций – не только интерес, но и любопытство, недоумение, удивление и т.п. При этом заголовок выполняет рекламную функцию. Он формирует психический настрой личности, благодаря чему активизируется внимание, заставляющее читателя целенаправленно обратиться к газетной публикации.

В нашей работе большее внимание было уделено лексико-фразеологическим средствам привлечения внимания в заголовках региональных газет («Волга», «Комсомолец Каспия» (КК), «Горожанин»). В процессе исследования были выявлены следующие возможности создания ярких заголовков:


  1. Использование литературных прецедентных текстов с заменой лексических единиц: Пельменный вопрос: есть или не есть? («Волга», 12.12.08). Словесник – это звучит гордо («Волга», 16.05.08). Выселить нельзя оставить («Волга», 13.03.09).

  2. Обыгрывание известных строк из песен, стихотворений путем замены одного из слов: Квартира молодости нашей («Горожанин», 11.03.09). Мороз и солнце, день ужасный («КК», 18.01.08).

  3. Названия популярных фильмов и телесериалов: Богатые тоже плачут, точнее – их денежки («КК», 04.03.09). «Ночь в музее» состоялась и в Астрахани («Горожанин», 21.05.08).

  4. Метафора: Аренда не сдается («КК», 11.03.09). Ночи без градуса («Горожанин», 11.03.09). Социальная карта – не из «покерной колоды»? («Горожанин», 14.05.08). «Зарплатная серость» («Горожанин», 01.07.09).

  5. Использование пословиц и поговорок: Лучше один раз увидеть, чем 100 раз услышать («Горожанин», 04.03.09). Чужая душа – не потемки («КК», 11.03.09). Людей по осени считают («Горожанин», 15.04.09).

  6. Фразеологизмы: Семеро будут по лавкам («Горожанин», 11.02.09). Стелим соломки («КК», 23.10.09). Крокодиловые слезы («КК», 06.05.09).

  7. Лексический повтор: Трубы отдельно – электричество отдельно («КК», 20.03.09). Выборы на выбор («Горожанин», 18.02.09). Глава и голова («КК», 11.03.09)

  8. Употребление антонимов: От станции «Старогодие» до станции «Новогодие» («Волга», 31.12.08). Сотня в кармане – убытков на миллион («Волга», 29.02.08)

  9. Использование аббревиатур: Теперь вы не вы МРОТе («Горожанин», 25.06.08).

Рифмовка как способ привлечения внимания к заголовку: Дал на лапу – дело в шляпе («Аргументы и факты (Астрахань)», 11.03.09). Добраться до дачи – большая удача («КК», 11.03.09).

Диапазон приемов привлечения внимания читателей не ограничивается вышеперечисленными средствами. Авторские идеи часто сочетают в себе несколько видов средств, но нельзя забывать, что во многом все зависит от специфики издания. Таким образом, журналисты стремятся уже с помощью заголовка пробудить у читателя активность, вовлечь его в процесс сотворчества. В этом они видят главное условие перерастания непроизвольного первичного внимания в сознательную сосредоточенность. С этой целью используются различные приемы актуали­зации языковых средств, приемы усиления смысловой нагрузки, оживления заголовка, выявления авторского отношения к тексту газетного материала.



ЛИТЕРАТУРА

  1. Кайда Л.Г. Эффективность публицистического текста / под ред. Я.Н. Засурского. – М.: Изд-во МГУ, 1989. – 182с.

  2. Лазарева Э.В. Заголовок в газете / Э.А. Лазарева. – Свердловск: Изд-во Уральского университета, 1989. – 94с.

  3. Лазутина Г.В. Основы творческой деятельности журналиста: Учебник / Г.В. Лазутина. – М.: Аспект Пресс, 2000. – 240с.



О НЕКОТОРЫХ ОСОБЕННОСТЯХ РЕЧЕВОЙ САМООЦЕНКИ НОСИТЕЛЕЙ СОВРЕМЕННОГО РУССКОГО ЯЗЫКА: АНАЛИЗ РЕЗУЛЬТАТОВ МОНИТОРИНГА
Бобылев Б.Г. (г. Орел, boris-bobylev@yandex.ru)
С 17 сентября по 16 ноября 2009 года в рамках ФЦП «Русский язык» (2006-2010 годы)» проводился I тур фестиваля «Русское слово»1:

В ходе проведения фестиваля был осуществлен мониторинг русской речи по различным языковым аспектам, направленный на выявление особенностей речевой самооценки носителей современного русского языка. В числе респондентов выступали учителя русского языка и литературы, студенты, школьники и другие категории граждан. Социологический опрос проводился на основе специальной анкеты, размещенной на сайте фестиваля «Русское слово».2.

Всего было опрошено 2304 человек, в том числе по категориям: школьники – 1331 человек; студенты – 148 человек; учителя-словесники – 573 человек; другие категории населения– 252 человек. Проведенный анализ позволил выявить некоторую специфику употребления отдельных компонентов речи в зависимости от региональной, социальной и возрастной принадлежности говорящих.

В региональном аспекте результаты осуществленного опроса, в целом, свидетельствуют о более строгом отношении к литературной норме жителей окраинных регионов: ДФО и ЮФО. Более высокий уровень терпимости к нарушениям литературной нормы (употреблению варваризмов, сленга, нецензурной лексики, просторечных форм и пр.) демонстрируют жители ЦФО и СЗФО. В социальном аспекте данные мониторинга демонстрируют более внимательное отношение к вопросам культуры речи со стороны учителей В возрастном аспекте итоги опроса могут служить основанием для утверждений о существовании тенденций к увеличению вариативности ударения, приближению произношения к написанию, активизации употребления разговорных и просторечных форм и конструкций (чем меньше возраст опрошенных, тем данные тенденции проявляются активнее). Представители молодого поколения менее склонны видеть в Интернете угрозу русском языку, активнее пользуются поисковыми системами при возникновении вопросов по русскому языку и культуре речи. Данные мониторинга также свидетельствуют о завышенной речевой самооценке значительной части участников опроса, недостаточной требовательности к выбору выразительных средств, недостаточно высоком уровне речевой рефлексии.



Слово о великом риторе

(Памяти академика А.С.Рижского)
Бондарева О.Н. (г. Санкт-Петербург, olga_bondarewa@mail.ru)
«…не бывает пророк без чести …»

(Мф. 13:57)

…«Надобно стихотворцу, представляя нравственное изящество, сильно быть тронуту возвышением души в предприятии,.. тогда слово его будет огненным потоком, вливающим пламень в сердца других людей [6, с.40]». Это наставление принадлежит русскому философу, ритору академику Ивану Степановичу Рижскому и изложено в его учебнике «Наука стихотворства», изданном в 1811 году, §27 «Чувствительность души». Оно неизменно вызывает в памяти строки из пушкинского «Пророка»:

[…]

«Как труп в пустыне я лежал



И Бога глас ко мне воззвал:

Восстань, пророк, и виждь, и внемли,

Исполнись волею моей,

И, обходя моря и земли,

Глаголом жги сердца людей» [4, с.149].

Иван Степанович Рижский [07(20).09.1759-15(28).03.1811] происходил из духовного звания, получил образование в Псковской семинарии, а затем в семинарии Троице-Сергиевой лавры. Иван Степанович получил свою фамилию по месту его рождения в г. Риге. В Троицкой семинарии с 1779 по 1786 г. преподавал риторику, поэзию, историю и философию и римские древности. Там же издал сочинения, находящиеся в связи с преподаваемыми им предметами: в 1784 г. – «О богослужении древних римлян», а в 1786 г. – «О политическом состоянии древнего Рима».

С октября 1786 г. был приглашен преподавателем в Горное училище в Санкт-Петербурге. Президент Берг-коллегии писал Рижскому: «как усовершенствование в дарованиях хорошо изъяснять свои мысли и здраво рассуждать составляют важную необходимость для тамошних воспитанников, дабы впоследствии могли они быть способнее к возлагаемым на них должностям, то я желал бы, чтобы вы взяли на себя преподавание им риторики и логики» [8, с.65]. В нем около 15 лет преподавал латинский язык, логику, риторику, историю и географию, обучал переводам с французского языка. Результатом его преподавательской деятельности стали написанные специально для воспитанников Горного училища «Умословие, или умственная философия» (1790 г.) - первый российский учебник логики и «Опыт риторики» (1796 г.).

С сентября 1799г. И.С. Рижский стал штатным секретарем Св. Синода, с июля 1801 – членом Государственной Берг-коллегии, продолжая при этом преподавательскую деятельность. По поручению горного ведомства, Рижский перевел с французского «Физическое и топографическое описание Тавриды», составленное академиком П.С. Палласом и отредактировал перевод «Опыта рудословной системы» Кронштедта. В мае 1802 г. за научно-литературные труды Ивану Степановичу Рижскому присвоено почетное звание доктора философии и одновременно он был избран членом Российской академии.

В 1803г. И.С. Рижский назначен в Харьковский университет профессором российской словесности и красноречия. После открытия университета на первом заседании Совета он был избран его ректором. Рижский состоял так же деканом отделения словесных наук (словесного факультета) и секретарем Совета. Преподавал теорию словесности, первым в российских университетах стал читать курс истории русской литературы. Основные научные интересы Рижского концентрировались вокруг философских вопросов языкознания, что и нашло отражение в его последующих трудах. Некоторые из них ("Опыт риторики" (1796), "Введение в круг словесности" (1806), "Наука стихотворства", изданная в 1811 г. Академией наук в Петербурге) долгое время использовались в качестве учебных пособий в Санкт-Петербургском Горном кадетском корпусе, а так же в Харьковском, Московском и Казанском университетах.

Талантливый педагог и мыслитель, испытавший влияние классиков античности, М.В. Ломоносова, митрополита Платона (Левшина) и выдающихся европейских ученых, он оставил ряд трудов, в совокупности представляющих курс русской словесности. Несомненно, что становление А.С. Пушкина, П.А. Вяземского, Н.М. Языкова, Ф.И. Бальдауфа, П.П. Аносова, И.П. Чайковского и др. прошло под влиянием сочинений И.С. Рижского.

Как правило, Иван Степанович Рижский окончания параграфов своих учебников иллюстрировал превосходными строфами из поэзии М.В. Ломоносова, Г.Р. Державина и др. авторов. Но 27-й параграф «Науки стихотворства» еще не имел стихотворного произведения, равного мысли автора, и мог быть украшен, по его замыслу, позднее. По принятой тогда практике учащиеся сами писали сочинения в развитие темы автора.

В Александровском Лицее А.С. Пушкина и его товарищей словесности обучал талантливый педагог Николай Федорович Кошанский по «Опыту риторики» (1796), а позднее и по «Науке стихотворства» (1811) И.С.Рижского. Позднее он в своем собственном учебнике «Общая риторика» (1829) часто ссылался на своего старшего коллегу И.С.Рижского.

Современный ученый Владимир Иванович Аннушкин отметил, что эта возвышенная риторичность из лицеистов готовила «философски серьёзных и государственно мыслящих людей» [1]. Полагаю важным привести несколько мыслей Ивана Степановича Рижского из разных его сочинений, служащих цели воспитания добродетели и нравственности путём преподавания словесности.

«Силою слова проницать в души других, повелевать из умами, растрогать их чувствительность разительным изображением нравственного… есть искусство красноречия, составляющее предмет риторики» [7, с.5].

«В политике, равно как и в нравоучении, не делать добра называется великим злом» [7, с.177].

«Словесность… есть язык и при том привлекательный, прочих наук». «Она единственно сохраняет и передаёт вечности успехи других наук» [5, с.7].

Стихотворство «было бы совершенно детскою забавою, если бы не сообщало нам истины и не внушало добродетели» [6, с.9].

Ученик И.С. Рижского Алексей Иконников, получив известие о кончине Ивана Степановича, прочувственно откликнулся: «Я вспоминал прежде с радостью; я вспоминаю теперь со слезами то время, когда находясь во храме науки, где научают добывать из гор богатства для Монарха и Отечества, я обучался у тебя словесности; я помню, как восхищал словом юные сердца наши, как легко развивались под руководством твоим еще не зрелые наши понятия, как глубоко укоренялись в ум и душу твои правила» [3, с.2].

Возвращаясь к «пророческим» повелениям Ивана Степановича Рижского, следует присоединиться к мнению великого русского философа Сергея Николаевича Булгакова: «Если бы мы не имели всех других сочинений Пушкина, но перед нами сверкала бы вечными снегами лишь эта одна вершина («Пророк» - Б.О.), мы совершенно ясно могли бы увидеть не только величие его поэтического дара, но и всю высоту его призвания. Таких строк нельзя сочинить, или взять в качестве литературной темы, переложения, да это и не есть переложение. Для пушкинского «Пророка» нет прямого оригинала в Библии» [2, с.263].

К сожалению, имя великого ученого академика Ивана Степановича Рижского остается в забвении и в России, и на Украине. Отсутствуют мемориальные доски, не переизданы его труды, не отчеканены медали и не отпечатаны почтовые марки – визитные карточки стран, граждан которых он обучал грамотности. Будем надеяться, что данная конференция послужит стимулом к прославлению его великого имени и к 200-летию его памяти в 2011 году положение будет иным.

ЛИТЕРАТУРА

1.Аннушкин В.И. Николай Федорович Кошанский // http://genhis.philol.msu.ru/article_137.html

2. Булгаков С.Н. Тихие думы / Сост., подгот. текста и коммент. В.В.Сапова; послесл. К.М.Долгова. - М.: Республика, 1996. – 509 с. – (Б-ка этической мысли). – ISBN 5-250-02565-Х.

3. Иконников А. Мысли при кончине И.С.Рижского. - Харьков, 1811. – 3 с.

4. Пушкин А.С. Собрание сочинений: в 10т. - М.: Гос. издат. худож. лит., 1959. Т.2: Стихотворения (1823-1836). – 800 с.

5. Рижский И.С. Введение в круг словесности. – Харьков: Университетская типография, 1806. – 108 с.

6. Рижский И.С. Наука стихотворства. - СПб.: Типография В.Плавильщикова, 1811. – 354 с.

7. Рижский И.С. Опыт риторики. - Харьков: Университетская типография, 1805. – 407 с.

8. Сухомлинов М.И. Материалы для истории образования в России: [1]-2. СПб, 1865-1866. Т.1: «Из Журн. М-ва нар. прос.», 1865 – 164 с.
«ПЕРВОЕ ВПЕЧАТЛЕНИЕ» КАК ОПРЕДЕЛЯЮЩАЯ ФАЗА КОММУНИКАТИВНОГО ДИСКУРСА
Бондарчук Е.М. (г. Самара, elena_bondarchuk@mail.ru)
«Первое впечатление» является начальной фазой коммуникативного дискурса, фазой важной, информативно насыщенной. Эта часть взаимодействия представляет собой отправную точку вектора последующего развития как конкретной ситуации, так и общения в целом. Здесь, в экспозиционной части коммуникации, осуществляется «психологическое соприкосновение» [2, с. 160] и формируется энергетический субстрат (основание) из эмоциональных и ментальных компонентов, на котором возводится «здание» отношений к собеседнику. Его архитектура зависит от того, где обозначилась доминанта впечатления, полученного от человека, – в зоне приятного или неприятного. Можно сказать, что на этом этапе создается коммуникативная матрица, в которую всякий раз автоматически будет «укладываться» собеседник уже в новых обстоятельствах, в другом времени, в иных условиях.

Разумеется, первое впечатление может быть неполным, неточным, а иногда и вовсе ошибочным, тем не менее, состоявшись один раз, оно становится «сопроводительным документом» личности практически навсегда. Последующие впечатления о собеседнике, дополняющие и расширяющие сведения о нем, располагаются как бы «поверх» первого впечатления, образуя параверсию впечатления. «Первые 30 секунд … он [собеседник – прим. Е.Б.] активно формирует о вас свое первое впечатление. Это происходит совершенно автоматически, срабатывает эволюционный механизм, необходимый для выживания. Что делать: «наводить мосты» или «строить оборонительные сооружения»? Ответ на этот вопрос определяет дальнейшую стратегию поведения…» - пишет С.Ребрик, специалист по деловой коммуникации. И далее сообщает, какие именно параметры личности собеседника выявляются на этапе «первого впечатления»: опасен - безопасен, умен – глуп, сексуален – несексуален, доверять – не доверять, обеспечен – бедноват, полезен – бесполезен, дружелюбен – враждебен, открытый – скрытный, профессионал – дилетант, молод – в годах, уступчивый – жесткий, приятен –неприятен [3, с. 72]. И, конечно, чем выше уровень коммуникативной компетентности воспринимающего, тем значительней объем «считанной» информации, тем более она точна. В этом случае возникает необходимость преодолеть разрозненность полученных сведений, то есть перейти от списочного представления качеств личности к их систематизации, что возможно, например, при рассмотрении данных первого впечатления через призму теории текста. Текст является структурой, имеющей три основных уровня: во-первых, это система графических знаков (собственно текст), во-вторых, система смыслов (подтекст), в-третьих, идейное ядро (сущность, концепция).

В контексте этой тернарной системы внешний облик человека, который включает достоинства и недостатки внешности, одежду (цвет, фасон, качество), особенности фигуры (вес, рост, телосложение), можно соотнести с уровнем графических знаков текста. Другими словами, это совокупность смыслов, которые находятся на самой поверхности и доступны мгновенно. Здесь доминирует собственно визуальная информация, знаковая репрезентация человека. Впрочем, если учитывать концепцию П. Флоренского, эта «поверхностность» мнимая. Философ ХХ века, вслед за Аристотелем, рассматривает зрительное восприятие как процесс осязания, однако гораздо более тонкий, чем собственно тактильные ощущения, и особый, поскольку осуществляется на дистанции. «<…> глаз вместе с другими органами восприятия происходит из того же зародышевого листка, что и кожа, орган осязания; в этом отношении и глаз и кожа представляются попавшими на поверхность тела органами нервной системы. …организм одет в один сплошной нерв, облечен в орган восприятия, то есть в живую душу. Глаз есть тогда некий узел утончения, особенно чувствительное место кожи с частною, но особо тонко решаемой задачею» [4, с. 88-89]. «Осязательность» взгляда позволяет предположить, что одежда играет роль защитного слоя, предохраняющего от проникновения в более глубокие слои личности. Она, подобно природной окраске шкур животных или насекомых, может защищать своей незаметностью или, напротив, яркой цветовой гаммой.

Второй уровень текста - подтекст, как было сказано выше, связан с системой смыслов. В рамках первого впечатления выявляется эмоциональный статус личности. Каким образом это происходит помимо интуитивного понимания, основанного «на некоторых стереотипах восприятия и прошлого жизненного опыта» [1, с. 171]? Интересные комментарии дает американский исследователь Д.Гоулман: «Вероятнее всего мы, наблюдая проявление эмоций у других, непроизвольно имитируем их посредством неосознанного двигательного подражания выражению их лиц, жестам, тону голоса и другим невербальным показателям эмоций. Путем такой имитации люди воссоздают в себе настроение другого человека…»[1, с. 187] Эти эмоциональные волны, передающиеся в малых движениях тела, фиксируются только с помощью электронных датчиков и обычно не воспринимаются невооруженным глазом [1, с. 188] При синхронизации физических движений возникает ощущение слаженности, общности. В этом случае возможен диалог, взаимопонимание. Напротив, отсутствие конгруэнтности, моторный диссонанс приводит к отчуждению, неудовольствию, раздражению. Итак, моторная имитация позволяет проникнуть в сферу чувств и определить эмоциональный статус личности. Для участника коммуникации важно, является ли собеседник носителем негативной (разрушительной) или позитивной (созидательной) энергетики. Личность с низким порогом чувствительности сможет распознать множество нюансов в этой сфере, отличить демонстрируемое от скрываемого, ситуативное от постоянного.

Третий уровень текста - идейное ядро – подводит нас к сущностному, концептуальному содержанию личности, участвующей в коммуникации. Речь идет об истинном, глубинном, духовном содержании человека, о том, каким, по определению М.Цветаевой, «его [человека – прим. Е.Б.] задумал Бог и не осуществили родители». Это измерение человеческой личности раскрывается через вербальные средства (речь) и паравербальное сопровождение (голос, интонацию и пр.). Здесь тоже стоит отметить важность латентной имитации речи, скрытой артикуляции, которая осуществляется помимо воли слушателя в процессе восприятия сообщаемого. Реципиент «проговаривает» слова, копирует интонацию и либо принимает говорящего, входит с ним в резонанс, либо отвергает как чужеродное. Роль бессознательного здесь очень велика. Осознанное же понимание ядра, сущности личности возможно при наличии духовного опыта у слушающего, приобретаемого, как известно, длительным самоуглублением, самопостижением, которые утончают восприятие. В этом случае глубинное содержание открывается духовным очам, духовному зрению.

Итак, первый и второй уровни первого впечатления можно квалифицировать как социально-исторические, то есть более подвижные, изменяемые, модифицируемые. Третий же уровень является бытийным, онтологическим, то есть включает общечеловеческие, вечные ценности. На этом, сущностном, уровне говорил Иешуа с Понтием Пилатом в сцене допроса в романе М. Булгакова «Мастер и Маргарита». Однако не был понят, поскольку собеседник находился в другом ценностном измерении, подходил к ситуации с социально-исторических позиций.

Данная статья ставит больше вопросов, чем дает готовых ответов. Но для автора принципиально важно философское заострение проблемы первого впечатления, которое открывает новые горизонты для его изучения.


Каталог: sites -> default -> files
files -> Вопросы для вступительного экзамена в аспирантуру по специальности
files -> Пояснительная записка Настоящая программа является программой вступительного экзамена в аспирантуру по специальности 19. 00. 01. «Общая психология, психология личности, история психологии»
files -> 1. Предмет философии и структура философского знани
files -> Міністерство освіти і науки України Державний заклад „Луганський національний університет імені Тараса Шевченка”
files -> 12 грудня 2014 р. ІV всеукраїнська науково-практична конференція “Андріївські читання”
files -> Методичні рекомендації для проведення виховних заходів в загальноосвітніх навчальних закладах
files -> Перечень вопросов, по которым участники образовательного процесса (дети, родители, педагоги) могут получить консультации
files -> Что такое агрессивность?
files -> А. Зайцев Научный редактор А. Реан Редакторы М. Шахтарина, И. Лунина, В. Попов Художник обложки В. Шимкевич Корректоры Л. Комарова, Г. Якушева Оригинал-макет


Поделитесь с Вашими друзьями:
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   22




База данных защищена авторским правом ©dogmon.org 2022
обратиться к администрации

    Главная страница