Серия «золотой фонд психотерапии»



страница22/43
Дата15.05.2016
Размер4 Mb.
#12580
ТипКнига
1   ...   18   19   20   21   22   23   24   25   ...   43

245

Способ — интенсивные психотехнологии с применением рас­ширенных или каких-то других необычных состояний сознания.

Некоторых из вас может насторожить слово «психотехнология». Оно не имеет популярности даже в практической психологии. С другой стороны, при переводе этого слова мы обнаруживаем' сле­дующие греческие корни: «душа», «искусство, мастерство, уме­ние», «разум, рассудок, понятие». Если мы будем говорить о «ра­зумном искусстве взаимодействия с душой», то это будет ближе к истинной сущности этого слова.

Мы достаточно подробно обсуждали проблему РСС и его мес­то среди ИСС и указывали на то, что РСС обладает качествами осознанности, контролируемости, присутствия воли, намерения и возможности в любой момент вернуться в обычное состояние сознания.

Как показывают нейропсихологические и психофизиологичес­кие исследования [78, 80), существуют объективные предпосылки вхождения в РСС на уровне функционирования ЦНС.

Существует множество данных о психотерапевтических [74, 78, 171, 172], психокоррекционных, трансформационных, интегратив­ных аспектах РСС.

Некоторые исследования фиксируют влияние РСС на социаль­но-психологические закономерности групповой динамики, отли­чительные особенности взаимоотношений между ведущим и груп­пой, ведущим и клиентом, включенным в группу.

Когда при работе с клиентом используются РСС, мы можем го­ворить о том, что взаимодействие с клиентом строится в русле ин­тенсивных психотехнологий.

Использование РСС в терапии, интеграции и трансформации личности обладает высокой скоростью и интенсивностью воздей­ствия.

В то же время, как показывает опыт, часто адаптативные воз­можности личности к трансформации Эго, изменению ценност­ной ориентации, направленности, мотивационно-потребностной структуры ограничены. Также ограничены возможности социаль­ной ниши, в которой обитает клиент, к восприятию и адаптации его трансформации. Ломаются старые стереотипы коммуникации, ролевые ожидания и др., что часто приводит к частичной, а иногда полной дезадаптации личности. Человек уходит с работы, расста­ется с семьей и т.п.

Все это выдвигает высокие требования к качеству взаимодей­ствия специалиста с клиентом. Стратегия этого взаимодействия должна иметь системный характер и учитывать:

1) особенности личности клиента;



246

  1. структуру и содержание материала, который интегрируется личностью;

  2. возможности и ограничения психотехник, используемых в про­цессе взаимодействия;

  3. обеспечение обратной связи;

5) возможность системы поддержки и отслеживания в социуме.
Первый пункт выдвигает следующие требования:

  • обязательное индивидуальное собеседование при групповой форме работы;

  • соблюдение «закона восьми» (на одного специалиста не долж­но быть больше восьми клиентов);

  • владение специалистом профессиональными психологически­ми знаниями и навыками для исследования личности.

Второй пункт обладает чрезвычайной важностью в стратегии взаимодействия. Если специалист не представляет сложной внут­ренней архитектоники материала, интегрируемого личностью, то это, как правило, приводит к методологическим ошибкам, потере эффективности трансформационной работы, иногда к деструктив­ным изменениям в личности клиента.

Вне сомнений, можно надеяться на интуицию, спонтанность со­знания и внутреннюю мудрость человеческой психики. Но опыт показывает, что опора на профессиональные знания и элементар­ные научные представления о психическом делают качество взаи­модействия гибче, многограннее и, самое главное, возможно более соответствующим внутренней картине происходящего.



Третий пункт предполагает, что психолог имеет не только тео­ретические представления о психотехниках, но и владеет ими. В психоанализе является закономерностью то, что прежде чем пси­хоаналитик приступает к работе с клиентами, он сам проходит пси­хоанализ. Мы считаем, что прежде чем психолог приступит к рабо­те с использованием различных психотехник, он сам должен их пройти, испытать их во внутренней работе с самим собой. Это выд­вигает требование к учебным программам в вузе и программам переподготовки в их особой практической психотехнической ори­ентированности.

Четвертый пункт предполагает то, что психолог должен иметь время и возможности для получения обратной связи от своих кли­ентов. В профессиональном отношении вуз обязан формировать навыки проведения рефлексивного, чуткого, открытого собесе­дования с клиентом.

Пятый пункт является чрезвычайно сложным в организацион­ном аспекте в силу дефицита времени психолога и высокой плот­ности трудового графика. Одновременно он является определен-

247

ным критерием эффективности работы и способом контроля про­цесса социализации клиента.

Все пять пунктов в их синтезе открывают широкие возможнос­ти в повышении эффективности, корректности и точности психо­логической работы.

В психотехнологическом обеспечении психологической рабо­ты в настоящий момент больше вопросов, чем ответов. Существует огромное количество моделей и подходов. Это показывает, что эта тема в психологии является перспективной как в теоретическом, так и в практическом аспектах.

Любая система глубинной психологии и психотерапии исхо­дит из необходимости исцеления, т. е. интеграции, воссоздания в гармоническом единстве всех осознанных и неосознанных сил и способностей. Однако каждая теория и технология по своему по­нимает, что такое здоровье, целостная личность, каковы главные принципы терапевтического процесса (роль и место слова, не­вербальных и телесных коммуникаций, структура и динамика сессий и т. д.); что такое диагноз, симптом, как и почему происхо­дит исцеление; что такое человеческая природа, какова роль те­рапевта.

Интегративная психология дает на эти вопросы свои ответы, вытекающие из опыта и теоретических установок, во многом про­тивоположных ортодоксальным направления прикладной психо­логии и психотерапии, использующей вербальные взаимодействия между терапевтом и клиентом.

Основная философская предпосылка интегративного подхода состоит в убеждении, что возможности обычного человека много боль­ше тех, которые проявляются в его повседневной жизни, где он, пре­бывая в хилотропическом моде (греч. — «материя»), отождествлен со своим телом и Эго. Эта ложная идентификация является причи­ной неподлинного, нездорового и неудовлетворительного образа жизни и основным источником эмоциональных и психосоматичес­ких нарушений.

Развитие дистрессовых симптомов, не имеющих органических причин, может рассматриваться как указание на то, что человек дошел до предела в ограничении и ущемлении своей природы. Од­нако кризисная ситуация несет одновременно возможность для ис­целения: преодоления внутренней раздробленности и разделен-ности между человеком и миром.

Возникающие симптомы отражают попытки организма освобо­диться от прошлых стрессов и травматических ситуаций, и тем са­мым через интеграцию достичь целостного состояния. Они рас­шифровываются как интерфейсная амальгама между хилотропи-

248

ческим и холотропическим модусами реальности, как гибрид, со­стоящий из их элементов. В «пространстве симптоматики» проис­ходит специфическое столкновение и борьба этих элементов за «поле переживания». Это случается либо при ослаблении защит­ных механизмов, либо при усилении холотропических гештальтов. В этой двойственной ситуации человек не способен ни подавить неосознанный материал, ни привести его к прояснению.

Понимание любой проблемной ситуации как интерфейса двух модусов сознания предполагает использование необычной психо­логической стратегии. Ее основная цель состоит в том, чтобы акти­визировать бессознательный материал, освободить энергию, зак­люченную в эмоциональных и психосоматических симптомах, и трансформировать стационарное равновесие двух модусов в по­ток переживания столь мощный, что он ведет к необычайным со­стояниям сознания. В этих состояниях происходит спонтанное ис­целение тела и психики, как будто бы они знают, как исцеляться, если мы им позволим сделать это. Мы можем вообще не понимать, как происходит исцеление. Оно может быть очень драматичным, болезненным, напоминать патологический процесс. Но при дей­ствительно глубоком изучении этого процесса становится ясно, что не имеет значения, насколько драматичным, пугающим или дезор­ганизующим он кажется, поскольку все это — проявление внут­ренней человеческой природы в процессе исцеления.

Интегративный подход в психологии является одновременно очень молодым и очень старым. Это чрезвычайно новый подход в истории западной психологии и чрезвычайно старый — в истории человечества вообще. Мы находим его истоки в шаманском и ду­ховном целительстве, психотехнике транса, используемых в раз­личных культурах, в разнообразных духовных практиках, которые были особенно развиты не только в восточных странах, но также и в западных. Интегративным принципом охватывается и описыва­ется ряд экстремальных ситуаций, например, околосмертный опыт. Люди, которые изучали ситуации угрозы жизни, клинической смер­ти, обнаружили их мощное трансформирующее влияние на после­дующую жизненную стратегию, постижение бытия, иерархию ценностей и т. д.

Примеры таких ситуаций можно было бы множить и дальше, однако ограничимся констатацией факта их извечной взаимосвя­зи с духовными исканиями. Стремление человека к духовному мощ­но и неодолимо. В этом оно напоминает сексуально-эротическое, но гораздо более фундаментально. Отрицание или подавление ду­ховной тяги к трансценденции приводит к серьезным проблемам в жизни личности и общества.

249

В рамках традиционных психотерапий, основанных на психо­анализе, серьезная коррекция психодинамических структур, ле­жащих в основе кризисной феноменологии, требует многих лет си­стематической работы. Представителям этих школ трудно пове­рить, что глубокие изменения личности могут происходить за считанные дни или даже часы, так как ортодоксальные теории не в состоянии объяснить эти результаты. Им также трудно принять тот факт, что процесс исцеления может идти независимо от ис­пользуемой техники и теоретических воззрений и что наилучшей теоретической стратегией может быть принятие и поддержка с полным доверием всего, что спонтанно происходит в терапевти­ческой сессии. Однако с точки зрения интегративного подхода эти удивительные вещи не только возможны, но и реальны, ибо психо­логический трансформационный процесс по самой своей сути яв­ляется не лечением болезни в соответствии с неким рецептом или сценарием, а попыткой самопознания и самооткрытия.

Интегративный подход (и интенсивные интегративные психо­технологии, в частности) прямо использует потенциал психики к са­моисцелению, лежащий в сердце самой прикладной психологии и психотерапии. Лишь в нем создаются оптимальные условия для по­явления этого потенциала, и за 2 — 3 часа происходит разрешение глубоких конфликтов, симптомов, психосоматических травм. Учас­тник сессии получает о себе обширные новые знания, а главное — развивает у себя чувство уверенности и контроля. Он начинает по­нимать, что единственный человек, который может ему действитель­но помочь — это он сам.

Каждый практикующий психолог или психотерапевт знает, что люди, приходящие на занятия (групповая форма) или индивиду­альный прием, уже обладают осознаваемыми или неосознаваемы­ми личностными проблемами: повышенной тревожностью, депрес­сивными тенденциями, неудовлетворенностью собой, чувством одиночества, фобиями, проблемами коммуникации, низкой или за­вышенной самооценкой и др.

Кроме психологических проблем можно указать также на пси­хосоматические расстройства, имеющие психогенную этиологию: органические психосоматические заболевания, функциональные психосоматические расстройства, вегетативные неврозы и громад­ное поле психосоматических расстройств, связанных с особенно­стями эмоционально-личностного реагирования и поведения (склонность к травмам, алкоголизм, токсикомания, табакокурение и др.).

Третьим немаловажным мотиватором посещения психолога или психотерапевта является направленность на «личностный рост»,



250

«осознание своего места в жизни», «познание самого себя» и про­чее, то есть проявленная потребность в изменении своей жизни, переструктурирования личностных смыслов.

Аналитическая работа со всеми тремя «кустами» мотивов пока­зывает, что причины всегда имеют глубинный психодинамичес­кий смысл. При этом клиентом свое актуальное состояние расце­нивается как нечто отрицательное, проблемное, плохое — «НЕ ТАК».

Основная цель — приведение клиента в состояние «ТАК», сня­тие проблемы, устранение психического стрессового фактора, про­работка травмы...

В самом общем смысле мы можем обозначить психическое со­стояние «НЕ ТАК» как определенный дисбаланс в жизни и дея­тельности человека, по причине которого возникает неразумное, с точки зрения личности, и неадекватное в социальном аспекте по­ведение, поступки и действия. В зоне «НЕ ТАК» находится также дисбаланс нервно-психического и соматического состояния кли­ента.

Каждый раз психолог сталкивается с зоной «НЕ ТАК» на раз­личных уровнях существования человека:

— соматическом;

-" нервно-психическом;



  • психологическом как конфликт базовых структур личности;

  • социально-психологическом как нарушение коммуникатив­ных функций и адаптационных механизмов к социальной среде.

Как правило, зона «НЕ ТАК» имеет системный характер, вклю­чает все уровни и в силу этого требует системного, комплексного подхода. Бывает довольно часто, что зона «НЕ ТАК» фиксируется социальным окружением человека (родственники, друзья), и в пси­хологическом отношении это оправдано, так как в состоянии дисба­ланса могут быть нарушены адекватное, взвешенное поведение и правильная самооценка. В этом случае перед психотерапевтом сто­ит дополнительная задача по осознанию и принятию зоны «НЕ ТАК» клиентом.

Вхождение в зону «НЕ ТАК» происходит в том случае, когда клиент встречается с переживаниями, которые по силе или про­должительности превосходят его психологические регуляторные _ возможности, что сопровождается нарушением психофизиологи­ческих, психологических и социально-психологических адапта­ционных механизмов субъекта. Здесь мы можем обозначить это переживание эмоциональным стрессом.

Представление о стрессе как универсальной реакции организ­ма, неспецифическом адаптационном синдроме было предложено

251

физиологом Г. Селье. При употреблении понятия «стресс» обычно имеется в виду стресс эмоциональный. Хотя на самом деле разно­видностей стресса немало. Так, зарубежные психологи выделяют стресс бизнесменов-менеджеров, «белых воротничков».

Последствиями хронического стресса помимо общеизвестных: усталости, сниженного настроения, раздражительности или апа­тии, нарушений сна и сексуальной потенции (зарубежные авто­ры используют специальный термин «выгорание») — являются еще и многочисленные заболевания, называемые болезнями адап­тации (по Селье), или болезнями цивилизации, или психосомати­ческими заболеваниями. Сюда относят гипертоническую болезнь, стенокардию, язву желудка, бронхиальную астму, сахарный диа­бет, некоторые кожные заболевания (экзема, нейродермит, псо­риаз) и др.

Стресс является реакцией напряжения, которая не всегда при­водит к повреждениям в организме (Л. Гаркави, М. Уколова, Л. Ква-кина). Повторный стресс, когда он протекает в допустимых грани­цах, приводит к привыканию (реакция адаптации), повышению стрессоустойчивости (реакция тренировки).

Стресс, как показали работы физиолога Г.И. Косицкого, разви­вается по определенным закономерностям и проходит через ряд этапов:


  1. Вначале — стадия мобилизации, сопровождающаяся повы1 шением внимания, активностью. Это нормальная, рабочая стадия. Силы расходуются экономно, целесообразно. Нагрузки, даже час­тые, протекающие на этой стадии, приводят к тренировке орга­низма, повышению его стрессоустойчивости.

  2. Если проблему решить не удается, развивается вторая ста­дия, или фаза «стенической отрицательной эмоции». Возникает из­быток отрицательных эмоций, носящих стенический, активно-дей­ственный характер: ярость, гнев, агрессия. Ресурсы организма рас­ходуются неэкономно, здесь все ставится на карту в попытке добиться цели любой ценой. Повторные нагрузки, доходящие до этой стадии, приводят к истощению организма.

  3. Следующая фаза — «отрицательная астеническая эмоция». Наступает черед отрицательных эмоций, носящих астенический, пассивно-бессильный, упадочнический характер. Человеком овла­девают тоска, отчаяние, неверие в возможность выхода из тяжелой ситуации.

  4. Последняя стадия — невроз, срыв. Человек полностью демо­рализован, он смирился с поражением. Наступают те негативные последствия, которые стресс оставляет в организме: депрессия, начальные стадии психосоматических заболеваний, которые мо-

252

гут перейти из стадии начальных, преимущественно обратимых нарушений в стадию нарушений стойких, органических.





В нашей классификации последние три стадии входят в зону «НЕ ТАК». Не нужно думать, что все люди живут в зоне «ТАК» и по этой причине психотерапевтические кабинеты пустуют. Зону «ТАК» и «НЕ ТАК» на стыке перекрывает зона «И ТАК ТОЖЕ» (см. рис. 15).

«ТАК»


«И ТАК ТОЖЕ»

«НЕ ТАК»


Рис. 15. Три зоны в личности

Это мудрое «И ТАК ТОЖЕ» является в некотором смысле анге­лом-хранителем личности: нормально, «болею — хоть отдохну от трудов праведных», «жена ушла — опять я свободен», «друзья от­вернулись — я исключителен...» Жизнь и смерть, уход и приход, встречи и расставания,, болезнь и здоровье, глупость и мудрость, счастье и несчастье... Именно в этой зоне у каждого человека жи­вет внутренний Гениальный Психотерапевт, уже хорошо осознав­ший и принявший мир во всем его разнообразии и выработавший драгоценное и благородное качество Равностности. Внутренний философ живет в зоне «И ТАК ТОЖЕ». Многие школы психотера­пии тем и занимаются, что меняют местами эмоционально насы­щенные личностные смыслы клиентов в этих трех зонах.

Проблемы человеческого существования нескончаемы, так как жизнь всегда связана или угрозой, или уничтожением, или дефор­мацией значимых фрагментов, тенденций личности: поток челове­ческих «НЕ ТАК» бесконечен. И эта ситуация диктует необходи­мость предельно честно, аккуратно проанализировать зону «НЕ ТАК». Дисбаланс, обнаруженный клиентом или лицами из соци­альной среды, является следствием причин из личной истории кли­ента, сокрытых и неосознаваемых как клиентом, так и социальным окружением.

Причина и следствие образовывают некоторую целостность, ко­торая в различных школах психологии и психотерапии обознача­ется по-разному: подавленный материал, блок, напряжение, комп­лекс, незавершенный гештальт. У Рона Хаббарда это обозначено понятием «энграмм». Ст. Гроф ввел понятие СКО (систем конден­сированного опыта) для обозначения этих целостностей [30, 31, 34].



253

Мы уже рассморели несколько возможных форм ретранслиро­вания переживаний, целостных ситуаций опыта. Мы говорили о пяти языках сознания, о теории дхарм и видах возможного целост­ного знания. Мы, наверное, сможем вспомнить и другие, не менее изощренные языки описания психодуховной реальности. Но мне сейчас хочется поставить точку на историческом экскурсе.

Стало ли легче нам оттого, что в традиции существовали воз­можности передачи глубинного опыта?

Можем ли мы войти в плоть этих традиций?

И нужно ли это?

Говоря о языках сознания, дхармах, мы должны предельно чет­ко осознавать, что это тоже определенные семантические про­странства. Иногда очень экзотичные, иногда не очень, но всегда являющиеся смыслами, с которыми мы строим определенные от­ношения и наполняем соками переживаний.

Человеческому сознанию присуще продуцировать реальность, психическую реальность, наполнять ее отношением, значимостью и переживанием.

Отмечая эту чрезвычайно важную для человеческого сознания закономерность, мы должны понимать, что для реальной работы в практической психологии или психотерапии нам нужны опреде­ленные карты сознания, обладающие тремя качествами:



  • относительной адекватностью по отношению к психической реальности;

  • доступностью для понимания;

  • удобством применения.

В поисках дхармы

Понимая и принимая всю сложность описания целостностей психической реальности, мы все-таки вначале сделаем несколько замечаний по топологической соотнесенности этих целостностей, а также их динамическим, генетическим и энергетическим харак­теристикам.



Топологически те целостные системы, интеграция или частич­ная трансформация которых осуществляется в прикладной психо­логии и психотерапевтическом процессе, локализируются в струк­туре бессознательного (наше представление о сложной структуре этого феномена мы остановимся в следующих главах), но имеют представленность и проявленность в сознательной деятельности человека со всей ее сложной многоуровневой архитектоникой, в его поведении, способе мышления и наполнения смыслами внеш­ней и внутренней реальности, в творчестве и спонтанности.

254

Категория бессознательного не является новинкой, как в тра­диционной психологии, так и в среде специалистов, занимающих­ся связным осознанным дыханием. С тех пор, как существование бессознательного в психике человека было доказано во французс­кой психоневрологической школе и в психоанализе, эта категория сперва успешно кочевала из одного научного сборника в другой, и почти во всех школах психологии и психотерапии в течение XX столетия этому феномену уделялось достаточно внимания. Более того, благодаря средствам массовой информации и открытости на­учного знания сама категория и более или менее адекватное пред­ставление о ней внедрилось в обыденное сознание.

То, что еще в начале века существовало только в потаенных сак­ральных уголках научного психологического мышления, вошло в обиход обыденного языка и массового сознания. Но феномен бес­сознательного не стал более ясным.

Каждый психотерапевт и психолог четко осознает, что в своей практической работе он работает с тем объектом, который называ­ется психическая реальность индивида или группы, и в основном процесс приведения клиента в зону «ТАК» — это процесс осозна­ния бессознательного, вытесненного и подавленного материала из разных слоев картографии бессознательного.

Относя подавленные целостности топологически в структуру бессознательного, мы четко осознаем, что это не более чем метафо­ра. Тем более, как мы указывали выше, эти системы имеют досто­верную проявленность в обыденной сознательной жизни и дея­тельности человека. Более того, для тех смыслонасыщенных пере­живаний, которые являются объектом как клинически ориентированной, так и личностно ориентированной психологии и психотерапии, более подходит название целостностей психичес­кой реальности (ЦПР).

В динамическом аспекте мы хотим указать на то, что ЦПР нахо­дятся между собой в таком же взаимодействии, какое существует среди живых систем: они подавляют или поддерживают друг дру­га, могут бороться друг с другом или создавать сообщества.

Проявление генетического принципа в характеристике ЦПР на­ходит свое выражение в том, что они имеют свое время и обстоя­тельства рождения (которые мы можем описать структурно и со­держательно на языке семикомпонентной модели) на определен­ной онтогенетической стадии, последующую эволюцию, развитие, рост, естественную инволюцию, старость, смерть. При этом мы впол­не допускаем, что происхождение некоторых ЦПР может быть свя­зано с периодом внутриутробного развития, рождения, а также ин­терперсональными и трансперсональными слоями психического.

255

Энергетический аспект хочется рассмотреть особо подробно. Именно этот аспект, на наш взгляд, не столь глубоко рассмотрен в психологии, психотерапии и в интенсивных психотехнологиях, ис­пользующих ИСС при работе с клиентами.

Рассматривая психику человека, его сознание как особое жи­вое пространство, наполняющее реальность смыслами, мы также можем обозначить ее как мощную энергетическую систему, про­дуцирующую различные семантические пространства, состоящие из ощущений и воснриятий, эмоций и чувств, образов, символов, мыслей. Эти семантические пространства в силу нейтральности и единства продуцирующей энергетической системы соотносимы по сложности. Говоря языком метафоры, образ полевой ромашки вполне соотносим с философской системой Рене Декарта, карти­ной Леонардо да Винчи или русской народной сказкой «Василиса Прекрасная».

Именно в силу единости энергического поля невозможно четко дифференцировать, а методологически просто неверно, ущербно ставить какие-то пограничные столбы между телом и сознанием, сознанием и духом, духом и телом. Также неверно отделять инди­видуальность от социальной и телесно-физиологической среды, в которую она погружена и через взаимодействие с которой она осоз­нает себя человеком.

В то же время мы достоверно знаем, что электрический ток те­чет по проводам, соки жизни — в дерево через корни, и мир, в котором мы живем, структурирован.

Структурированы и потоки энергии, и у них есть свое направ­ление, сила, плотность. Все живое обеспечивает свою жизненность этой энергией, которую мы обозначили витальностью.

При анализе топологии материала, с которым работает клиент в расширенном состоянии сознания, мы определили это место в бессознательном.

Мы не хотим придумывать новые названия целостностям, кото­рые под воздействием различных механизмов сознания оказались в этом месте.

Но хочется еще раз подчеркнуть основные качества этих цело-стностей:



  1. Они являются открытыми живыми системами со своей внут­ренней иерархически построенной структурой, сложными внут­ренними взаимосвязями.

  2. Как всякая живая система они обладают рядом свойств:

— энергообменом, то есть они потребляют энергию, трансфор­мируют, накопляют ее;

Каталог: book -> psychotherapy
psychotherapy -> Психотерапия в особых состояниях сознания
psychotherapy -> Юлия Алешина Индивидуальное и семейное психологическое консультирование
psychotherapy -> Учебное пособие «Психотерапия»
psychotherapy -> Серия «золотой фонд психотерапии»
psychotherapy -> Психопрофилактика стрессов
psychotherapy -> Книга предназначена для психологов, педагогов, воспитателей, дефектологов, социальных работников, организаторов детского и семейного досуга, родителей. Л. М. Костина, 2001 Издательство
psychotherapy -> Искусство выживания
psychotherapy -> Ялом Групповая психотерапия
psychotherapy -> Карвасарский Б. Д. Групповая психотерапия ббк 53. 57 Г90 +616. 891] (035)
psychotherapy -> Аарон Бек, А. Раш, Брайан Шо, Гэри Эмери. Когнитивная терапия депрессии


Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   18   19   20   21   22   23   24   25   ...   43




База данных защищена авторским правом ©dogmon.org 2022
обратиться к администрации

    Главная страница