Серия «золотой фонд психотерапии»



страница6/43
Дата15.05.2016
Размер4 Mb.
#12580
ТипКнига
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   43

61

  • при высокой интенсивности или длительности травмирую­щей, конфликтной ситуации возможен срыв адаптационных механизмов личности и группы;

  • высока вероятность «застревания» в ситуации без внеш­ней энергетической поддержки и внешней рефлексивной позиции;

  • как правило, кризис сопровождается потерей жизненных сил (витальности), когда конфликтное напряжение лишает груп­пу и личность внутренней энергии, понижением социаль­ной эффективности;

  • кризисные ситуации имеют энергетический потенциал, фиксирующий личность и группу на негативном аспекте опыта. Это сопровождается потерей перспективных целей в жизни, может привести к более продолжительным психо­логическим реакциям типа депрессии, апатии, повышению тревожности, другим деструктивным изменениям личнос­ти вплоть до психической и физической патологии. На уров­не группы кризис может завершиться потерей общегруп­повых целей, разрушением интегративных механизмов, к деструктивному психологическому климату и распаду.

Использование принципа позитивности также обусловлено тем фактом, что человек, сонастроенный с положительными состояни­ями, является существом с более высокой жизненной энергией, с более высокой степенью самоактуализации, проявленности в жиз­ни, в творчестве, в социуме. Группа с положительным психологи­ческим климатом является не только средой комфортного суще­ствования и реализации для членов группы, но и условием высо­кой социальной эффективности.

Принцип позитивности соответствует позиции активного состра­дания, когда психолог четко осознает свои возможности и ограни­чения, и исходя из этого, строит процесс психологической работы в соответствии с состоянием и возможностями клиента.

Выражением принципа позитивности для клиента является осоз­нание им необязательности страдания ради того, чтобы жить в соот­ветствии со своими потребностями, возможностями, и осознания сво­ей способности творить положительные переживания в собствен­ной жизни.

5. Принцип соотнесенности

Принцип соотнесенности — необходимость сотносить интенсив­ность действия психотехнологии, интенсивность действия личности психолога и уровень психологических возможностей клиента в кри-



62

зисном состоянии, влияющих на структуру, содержание и форму воздействия. Принцип указывает, что в практической деятельности психолог должен придерживаться определенных правил:



  • глубокое знание психотехнологий и их влияния на групповую динамику и личность («яды не всегда помогают — могут и от­равить»);

  • сущности не следует умножать без необходимости («бритва Оккама»). Это касается как применения психотехнологий по содержанию, сложности, количеству, так и уровня сложности механизмов интерпретации: мера, необходимая достаточность;

  • семантическая близость: смысловое поле и методическая ос­нащенность психотехнологии должны быть понятны, доступ­ны и приемлемы для клиента.

  • энергии внешней поддержки по длительности и интенсивно­сти должно быть достаточно для приведения личности и груп­пы из состояния кризиса в состояние баланса;

  • цели трансформации и психотерапии, которые ставит про­фессионал, должны быть соотнесены с индивидуальными и общегрупповыми целями клиентов, составлять единое смыс­ловое и энергетическое поле.

Принцип соотнесенности также касается психологического ди­станцирования во время взаимодействия психолога и клиента.

Кризисные состояния часто могут вызвать не только стремле­ние трансцендировать свою кризисную личность за счет «слия­ния» со значимым близким (в диаде с кризисной личностью это место занимает психолог или психотерапевт), но и психологичес­кую регрессию и, как следствие, образование трансфера особой силы, когда клиент полностью теряет самостоятельность. При ра­боте в групповой форме лидерские позиции психолога (особенно когда он выступает в качестве всезнающего «гуру» или обладает автократическим стилем управления на всех стадиях групповой динамики) могут лишить самостоятельности группу как целостно­го организма.

Важно в ходе работы ненарушение личностных пространств. Они могут взаимодействовать, соприкасаться друг с другом, не на­рушая целостности и суверенитета. Поддержка и курирование дол­жны быть соотнесены пространственно и по интенсивности на­столько, чтобы была реальная возможность позитивной интегра­ции кризисного состояния. При всей интенсивности и плотности взаимодействия клиенту нужно дать пространство для того, чтобы в нем выросла самостоятельность и самодостаточность на новом уровне эволюции.

63

6. Принцип потенциальности

Если мы обратим внимание на особенности русской менталь­ности, то можем отметить особый способ восприятия простран­ства. Оно переживается как простор, как то, куда вырываешься из неволи, как чистая потенциальность бытия, как воля, свобода, пол­ноценное дыхание, то есть духовная жизнь, не стесненная мирс­кой скорбью.

Интегративная методология при работе с кризисом, опираясь на целостное видение личности и группы в перспективе их материаль­ного, социального, духовного роста, предполагает при психологи­ческой работе с клиентом раскрытие его потенциальности, разви­тие интуиции, творчества, высших состояний сознания, личностных ресурсов.

Использование этого принципа предполагает, что индивидуум мобилизует свои ресурсы для преодоления кризисного состояния, фрустрации и страха, возникающих из-за отсутствия поддержки со стороны окружающих и неадекватности самоподдержки.

На наш взгляд, каждый человек — и социальное сообщество — обладает тенденцией к саморазвитию и потенциальностью, интен­цией к целостности, к большей свободе.

Раскрытие потенциальности может быть достигнуто на разных уровнях, и оно не обязательно будет включать в себя так называе­мый духовный уровень. Более того — формы раскрытия могут быть различными.

В психологической работе потенциальность может раскры­ваться:


  • в узнавании различных составляющих личности и группы, структуры, качеств, свойств, способностей, целей, истинной мо­тивации и т. д.;

  • в раскрытии перспектив развития материального, социаль­ного и духовного Эго;

  • в отождествлении или разотождествлении со значимыми фрагментами или качествами своего Эго на личностном уров­не и в отбрасывании неэффективных форм взаимоотноше­ний, стиля управления, целеполагания, деструктивных для группового функционирования структурных элементов (чле­нов группы или формальных и неформальных лидеров, мик­рогрупп) в социальных сообществах;

  • в раскрытии потенциальных возможностей, способностей, ви­тальных ресурсов;

  • в усилении основных тенденций личности и группы, особен­но экспансивной и гомеостатической;

64

  • в возможности отказа от отождествления себя с фрагментами Эго и структурными элементами группы и в приобретении способности их контролировать:

  • в раскрытии творческих сил личности, высших психических состояний сознания, экзистенциальных смыслов существо­вания. В группе — переживание чувства «мы», ощущение полной безопасности, комфортности и реализованности в групповом пространстве.

Мы могли бы еще продолжить этот список, т.к. направлений и форм раскрытия потенциальности множество.

Самое важное в принципе потенциальности — открытие про­стора для дальнейшего развития, движения, жизни среди людей.



7. Принцип многомерности истины

Принцип многомерности истины гласит следующее: любое объяснение и понимание индивидуальной психической реальнос­ти, а также социально-психологических закономерностей групп и сообществ всегда будет неполным, а значит и неистинным.

При любом объяснении и понимании будет ряд неучтенных пе­ременных, влияющих на поведение человека или группы, и выве­денные закономерности в индивидуальной психической реальнос­ти, в групповом пространстве будут справедливы лишь при опреде­ленных условиях и с определенной (неопределенной) вероятностью.

Поэтому любое объяснение и понимание человека и групп мо­жет претендовать на жизнь и истинность. Принцип многомерности отражает факт высокой динамичности индивидуальной психичес­кой реальности и межличностных отношений, их изменчивость и развитие.

Душа — тайна тайн. Истина о душе многолика. Каждый лик зас­луживает доверия и как зеркало (пусть иногда замутненное или по-разному кривое) отражает Единое.

И поэтому «не сотворите кумиров» и не цепляйтесь за истину как за веру. Истина многомерна и многолика. Правы материалисты и идеалисты, глупые и умные, образованные и необразованные, и гений человеческий настолько же близок к истине, насколько дере­венский дурак. Истина многоголоса и каждый клиент «глаголет нам ее устами».

И каждая школа практической психологии, психотерапии про­сто на свой лад описывает свой предмет. Мы можем чем-то востор­гаться, что-то презирать, не принимать, отрицать. А принцип мно­гомерности истины говорит — все правы, ибо истина и церковь одна.

65

Только каждый смотрит в разные части этой церкви, рассказывает об увиденном на своем языке в соответствии со своим жизненным опы­том, образованием, мировоззрением и групповыми приоритетами.

Мы не имеем никаких предвзятых отношений к существованию абсолютной и относительной истины и вполне осознаем принцип конкретности истины.

Принцип многомерности истины в реальном взаимодействии психолога с клиентом выдвигает следующие требования:



  • при интеграции кризисного состояния преследовать не свои личные цели, а помочь личности и группе в достижении их собственных целей;

  • предлагать альтернативные способы восприятия жизни и кри­зисного состояния в том числе. Если необходимо — операцио-нализировать выход из кризиса, указывать реальные действия, которые должен сделать клиент. Брать ответственность.

  • понимать и с определенной долей условности принимать лю­бой образ мира и действовать в соответствии с ним;

  • хорошо понимать и представлять многообразие теорий, кон­цепций, моделей о любой проблемной ситуации. Умение ра­ботать внутри нескольких парадигм. Умение видеть ценность альтернативных подходов к работе с кризисным состоянием личности и группы.

Принцип многомерности истины — призыв к рефлексивной, по­нимающей и сопереживающей розиции по отношению к любому мнению, позиции, опыту, суждению, идее, теории и учению. Одно­временно он означает изменчивость содержания, формы и спосо­бов взаимодействия с клиентом в зависимости от его личности (со-циальнопсихологических характеристик группы, когда клиентом яв­ляется группа), его интересов и мотивов, установок, а также установок и возможностей специалиста.

Любая теория, концепция, терапевтический миф, учение, идея, житейское суждение о психической реальности при кажущейся зачастую их полноте и универсальности являются справедливы­ми лишь при определенных обстоятельствах и с известной долей вероятности. Следует помнить, что как самые гениальные психо­логические теории, так и заявления некоторых клиентов о «сгла­зе», «порче» являются в первую очередь попыткой структуриро­вать и транслировать собственный внутренний опыт. Предельное осознание относительности и в то же время истинности любого понимания психического освобождает специалиста от догм и при­ближает его к точке мудрости, к драгоценному состоянию Равно-стности. Наш разум производит объяснения, а реальность снисхо­дительно принимает любое из них.



бб

В заключение хотелось бы отметить, что методологические прин­ципы интегративного подхода являются не сводом правил, опреде­ляющих процесс психологической работы, а скорее направлением профессионального мышления, философской и психологической тенденцией, имеющей практическое применение.



Триединство метода психологии

В начале любого научного труда принято описывать актуальность поставленной проблемы.

Что касается проблемы метода психологии, актуальность очевид­на — психология и есть метод — теоретического описания психи­ческого, исследования феноменологии психической реальности и воздействия на нее.

Автор этой книги пришел в психологию из своих личных кризи­сов за методом. С глубокого детства меня «доставала» проблема смер­ти и своего умирания. В подростковом возрасте к этой стержневой проблеме бытия человека в мире добавились еще две — одиноче­ство и сезонные депрессии. Я боялся осени, «когда умирают одино­кие» (из моего дневника седьмого класса). И когда небо затягивало тяжелыми облаками и начинались бесконечные дожди, мне каза­лось, что Господь плачет над юдолью человека, и скорбь моя была глубока.

И я пришел на факультет психологии Ярославского государ­ственного университета в 1975 году с полной и наивной увереннос­тью, что психология даст мне способ разрешения экзистенциаль­ных проблем смерти, одиночества и депрессии.

Пять лет обучения не разрешили моего коана. Более того, зна­комство с профессором Михаилом Семеновичем Роговиным откры­ло мне, что наиболее посвященные в предмет психологии несут ту же тяжелую ношу, с которой я пришел в университет.

Вне сомнений, я узнал в университете о том, что я холерик и экст­раверт и мой IQ выше высокого. Но это не разрешило ни моих внут­риличностных проблем, ни тем более межличностных. И закончил университет одинокий степной волк с ницшеанским Заратустрой в центре своей духовной идентификации, наполнивший свои пробле­мы философским и мировоззренческим осмыслением.

Эта часть книги — не дань той категории метода, который явля­ется общепризнанным в психологии. Это попытка нового, интегра­тивного понимания метода психологии, который вбирает в себя не только классические представления, но и его духовное, философс­кое, психотехническое осмысление.

Последние 15 лет мы посвятили поиску методологической систе­мы психологии, наиболее адекватной по отношению к накопленно-

67

му в культуре опыту. Постепенное формирование учения об этой системе, наши методологические изыскания привели нас к интег­ративной методологии и попытке целостного описания психичес­кой реальности.

Мы будем рассматривать метод в интегративной психологии в его триединстве:


  1. как способ теоретического исследования;

  2. как систему способов и приемов эмпирического изучения;

  1. как профессиональное психологическое психотехническое, практическое воздействие или взаимодействие с субъектом (ин­дивидуальным или групповым).

Следует отметить, что в первых двух компонентах современная психология достаточно сильна, но третий аспект метода даже на уровне личностного роста и разрешения внутренних проблем само­го психолога очень не развит. Именно поэтому в настоящий момент остро стоит проблема психотехнизации психологии, особенно в си­туациях кризисных. Именно по этой причине на третьем аспекте метода мы остановимся более подробно. Но при этом проблему методов воздействия мы будем толковать более многомерно и рас­ширенно. На наш взгляд, современная психология не может суще­ствовать без инструментов самоисследования, методов разреше­ния внутриличностных и межличностных проблем, кризисных со­стояний, инициации духовного опыта, каковыми и являются психотехники, разработанные внутри психодуховных, в том числе религиозных, мистических, эзотерических традиций человечества.

Метод как способ теоретического исследования

Когда я представляю теоретическое содержание современной психологии, то мое сердце наполняется грустью и отчаянием.

У меня возникает ощущение, что я хочу переплыть океан на ма­ленькой лодочке и уже видя гребни волн, понимаю, что это невоз­можно: не превозмочь.

Не хватит даже сотен жизней и упорных сидений с утра до ве­чера перед текстами, чтобы даже конспективно ознакомиться с со­творенной человеческим умом психологией.

И каждый психолог, умудренный минимальным знакомством с теорией психологии, понимает, что психологию трудно объяснить не потому, что в ней существует недостаток интерпретаций и по­ниманий, а потому, что есть ужасающее разум множество понима­ний и объяснений.

Мы не будем останавливаться на конкретных методах форми­рования психологических теорий и концепций типа анализа, син-



68

теза, эмпирического обобщения и т.д. Нам важно выстроить мини­мальные требования к теоретическим построениям, которые су­ществуют в психологии.



Требования к теории в психологии

На наш взгляд, любое теоретическое построение психологии дол­жно обладать тремя качествами, для того чтобы адекватно отражать своей предмет и быть точным методом исследования своего пред­мета.



1. Понятность и доступность. Вне сомнения, в современной пси­
хологии нет недостатка в теоретических построениях, описываю­
щих территорию психического. Но в основном они написаны на
таком языке, что человеку нужно очень долго заниматься внутри
школы или направления психологии, чтобы приблизительно осоз­
нать контуры этой карты. Классическими образцами таких карт
являются психоанализ, гештальт-психология, бихевиоризм.

К великому сожалению, каждый достаточно крупный лидер пси­хологии разрабатывает свой терминологический аппарат, мало со­звучный языку нормального человеческого общения. В этом смысле получение современного психологического образования сводится к освоению смысловых пространств различных направлений пси­хологии.

Другой крайностью является профанация психического, когда сложнейшие механизмы человеческого поведения, мотивации, де­ятельности упрощаются, и за видимой простотой выхолащивается само содержание механизмов, свойств, явлений души человечес­кой. Именно по этим причинам необходимо найти некоторую сре-динность изложения между псевдонаучной сложностью (птичьим языком психологии, как выражается известный психолог В.В. Но­виков) и плоским упрощением психологии.

2. Точность и соответствие реальности. Нет ни в философии,
ни в психологии, ни в духовных традициях абсолютно точной тео­
рии, описывающей психическое. Более того, в научных кругах не­
соответствие теории (карты психического) с самой психической
реальностью (местностью), является основной движущей силой ме­
тодологических и теоретических поисков в течение последних двух
с половиной тысячелетий. Точность карты определяется тем, на­
сколько она созвучна реальной жизни.

Часто, анализируя психологические теории, мы приходим к вы­воду, что они мало соприкасаются с жизнью людей, существующих в объективном мире. Они являются продуктом коллективного со­знания психологов, объединенных в определенную парадигму пси­хологии.



69

Если мы пойдем еще глубже, то впадем в махровую ересь: нет психологии, а есть некие слегка диффузные представления о пси­хологии самих психологов и при этом субъективный (личностный, биографический) компонент в этом собирательном образе психо­логии играет большую, если не решающую роль.

Это без сомнения не касается психологов-преподавателей, чи­тающих 20 лет один и тот же курс психологии по Петровскому, и студентов-отличников, которые собираются сдать экзамен у этих преподавателей завтра. Следует отметить для справедливости, что ни преподаватель, ни студент не знают, как соотносятся эти зна­ния и представления с их реальной жизнью.

Часто точные и подробные теории (карты) в психологии разра­батываются для определенных территорий психического, напри­мер, сенсорно-перцептивных процессов. При этом происходит яв­ное предметное сужение «территории» психики. Так же существу­ет соблазн закономерности, полученные на определенной территории, экстраполировать, перенести на все пространство психического. Это наблюдается повсеместно в психологической науке. С другой стороны, узкие территориальные теоретические и экспериментальные модели в основном имеют «сакральный» ха­рактер и доступны только для узких специалистов в психологии.

Одновременно существует реальная угроза формирования те­орий несуществующих феноменов психики, основанных на фан­тазиях и вымыслах. В последнее время появилось огромное коли­чество «психологии» с галлюцинаторной «территорией», которые больше похожи на шизофренический бред, но тиражируются под названием «популярная психология» в огромных количествах. Не меньшую роль в этом направлении играют «популяризации» (про­фанации) психологии в различных телепрограммах.

Для любого человека, осознающего и воспринимающего, без всякого специального психологического образования, существует потребность в целостном понимании себя не только как носителя материальных и социальных качеств, но и души, духа.

Именно в силу этого теория психологии должна быть достаточ­но универсальна, проста, читаема и адекватно применима в любой жизненной ситуации человека, но должна не потерять при этом научной надежности и точности.

3. Достаточная подробность. Это требование является особен­но значимым для объяснения многих феноменов интерперсональ­ного и трансперсонального характера.

Монтень писал, что человек не живет, а собирается жить завт­ра. Насколько я понимаю, это не касалось той выборки людей, ко­торые занимаются психологией. Многие психологи странным об-



70

1

разом умудряются жить в тех методологических и смысловых про­странствах, которые были существенно важны и адекватны 100 — 150 лет назад.

И вправду, иногда психолог выглядит человеком, который не живет, а бродит среди теней давно ушедшего.

Вне сомнений, каждый достаточно образованный психолог по­нимает, что психическая реальность всегда более сложна и много­мерна, чем любая теоретическая модель.

Одновременно многие психологи модель, теорию психологии путают с самой психической реальностью и известный феномен «влияния установки на восприятие» срабатывает как «видение» (слово точное, т.к. точно отражает галлюцинаторный характер мо­дели) самой психической реальности.

Есть феномены еще печальнее среди психологов, когда они пе­рестают верить, что можно что-то получить из мира развития пси­хологии, из других, конкурирующих теорий и моделей, часто куль­турно и парадигмально построенных на других образах и идеях, моделях теории и практики науки. При этом безопасность субъек­тивной модели психологии основывается на экономии интеллек­туальных и эвристических способностей, а любая минимальная критика воспринимаются как угроза картине мира. Их часто отли­чает скудость мыслей, чувств, ригидность, подозрительность и уп­рямство. И хочется спросить: кто ты — клиент или психолог?

У меня их тяга к прошлому вызывает страшные ассоциации: безумная мать лелеющая свое мертвое дитя или (это реальный слу­чай из моей психологической практики) любящая жена несколько лет живущая одной заботой — уходом за могилой умершего мужа.

Я вижу, как таких психологов отпугивает все новое, и в своей маниакальной чистоплотности «соблюдения научных традиций» они готовы к «кострам очищения».

И по этой причине особенно хочется сформировать установку открытости и понимания среди разных поколений психологов, да и между психологов одной эпохи, но принадлежащих к разным па­радигмам понимания предмета и метода психологии.

Ведь суть уже не в том, что карта психического подробно не опи­сана, а в том, что эти подробные карты никак не могут вписаться в мировоззренческие модели самих психологов.

Основные отличия теорий в психологии

Для интегративного подхода на уровне метода как теоретичес­кого способа исследования важно, что идея поиска адекватной те-



71

ории психического была доминирующей не только в психологии, но и в психодуховных традициях большей части цивилизованного человечества на протяжении почти всей его истории, как в рели­гиозных, так и в философских и психологических системах.

Концептуальное осмысление психической реальности, каким бы неясным ни было его выражение в прошлом, является цент­ральной для эволюции человечества и пронизывает культуры и эпохи, сохраняя общие существенные черты. Она сформировала не только экзистенцию мировых традиций — даосизма, буддизма, христианства, мусульманства, но и теорий величайших филосо­фов, ученых и психологов.

Реализация метода как способа теоретического исследования и понимания психического в различных подходах имеет следующие базовые различия:



  1. в терминологическом аппарате;

  2. в степени сложности структурно-функциональной дифферен­циации психического;

  3. в специфике предмета, в фокусировке исследовательских уси­лий на различных структурных компонентах, свойствах, уров­нях, механизмах психического;

Остановимся на них подробнее, т.к. это нам позволит выделить главные особенности в теоретических построениях не только пси­хологии и философии, но и других гуманитарных наук.

1) Различия в терминологическом аппарате

При первом приближении мы можем установить тот факт, что рефлексия предмета психологии существовала в различных языко­вых средах и само понимание «тайны тайн» обусловлено культур­но-исторически .

Для примера приведем минимальный текст, который касается буддийской психологии, тем более что в интеллектуальной среде Рос­сии в настоящий момент наблюдается увлечение восточной фило­софией и психологией.

Часто эти интересы носят демонстративный характер, имеют только внешнюю форму и не затрагивают сущности этих философ­ских и религиозных систем. Причина тому проста — трудно или невозможно разобраться в восточных системах, не входя в их кате­гориальный аппарат и смысловые пространства, а также не владея их психопрактиками.

Затронем некоторые тексты из понимания природы сознания с точки зрения различных школ экзотерического буддизма сутр и эзо­терического буддизма тантр [17, 18, 48, 50, 115, 183].


Каталог: book -> psychotherapy
psychotherapy -> Психотерапия в особых состояниях сознания
psychotherapy -> Юлия Алешина Индивидуальное и семейное психологическое консультирование
psychotherapy -> Учебное пособие «Психотерапия»
psychotherapy -> Серия «золотой фонд психотерапии»
psychotherapy -> Психопрофилактика стрессов
psychotherapy -> Книга предназначена для психологов, педагогов, воспитателей, дефектологов, социальных работников, организаторов детского и семейного досуга, родителей. Л. М. Костина, 2001 Издательство
psychotherapy -> Искусство выживания
psychotherapy -> Ялом Групповая психотерапия
psychotherapy -> Карвасарский Б. Д. Групповая психотерапия ббк 53. 57 Г90 +616. 891] (035)
psychotherapy -> Аарон Бек, А. Раш, Брайан Шо, Гэри Эмери. Когнитивная терапия депрессии


Поделитесь с Вашими друзьями:
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   43




База данных защищена авторским правом ©dogmon.org 2022
обратиться к администрации

    Главная страница