Шипицына Л. М. ; «Необучаемый» ребенок в семье и



страница20/36
Дата11.05.2016
Размер6.23 Mb.
1   ...   16   17   18   19   20   21   22   23   ...   36

7.7. ИССЛЕДОВАНИЕ УРОВНЯ

ЭМОЦИОНАЛЬНОЙ НАПРЯЖЕННОСТИ МАТЕРЕЙ, ВОСПИТЫВАЮЩИХ ДЕТЕЙ С УМСТВЕННОЙ ОТСТАЛОСТЬЮ

Сложности жизненного пути родителей в связи с появлением умственно отсталого ребенка постепенно формируют у них, как показано выше, все на­растающее внутреннее эмоциональное напряжение. При этом подавляющее количество эмоций носит отрицательный характер.

При изучении этого фактора были использованы методика «Семантичес­кий дифференциал» в варианте Ч. Осгуда (Приложение 1.10) и методика «Не­законченные предложения» (Приложение 1.11).

Было обследовано 66 матерей основной и 40 матерей контрольной групп, имеющих взрослых детей от 15 до 28 лет. Среди матерей основной группы было выделено две группы (по 19 человек каждая), имеющих детей с умеренной (УУО) и тяжелой (ТУО) умственной отсталостью.

Обобщенные результаты исследований основной и контрольной групп при­ведены в табл. 24.

Результаты проведенного исследования показывают, что эмоциональные переживания, связанные с понятиями «Я сам» и «Мой сын /дочь» в основной группе имеют меньшие отличия от аналогичных показателей контрольной груп­пы по сравнению с переживаниями, связанными с понятиями «Будущее моего сына / дочери» и «Болезнь моего сына / дочери».

В табл. 25 приведены исследованные показатели поданной методике в под­группах матерей, имеющих взрослых детей с УУО и ТУО.

Таблица 24



Значения факторных оценок у матерей основной и контрольной групп по методике «Семантический дифференциал»

Понятие

Я сам

Мой ребенок

Будущее моего ребенка

Болезнь моего ребенка




Фактор

Основная группа

Контроль­ная группа

Основная группа

Контроль­ная группа

Основная

группа

Контроль­ная группа

Основная

группа

Контроль­ная группа

Среднее значение оценки

А

0,68

1,03

0,52

0,87

-0,77

0,55

-0,15

0,52

0

0,3

0,28

1,2

0,7

-1,12

0,57

-1,37

-0,39

С

0,78

0,93

0,07

0,62

0,12

0,57

1,31

-0,02

Стандартное отклонение

А

1,78

1,16

1,26

1,18

1,5

1,3

1,49

0,98

0

1,3

1,26

1,24

0,76

1,74

1,21

1,17

1,0

С

0,79

0,98

1,34

1,2

0,89

0,82

0,82

0,93

Доверительный интервал

А

0,9

0,59

0,64

0,6

0,76

0,66

0,81

0,51

0

0,66

0,64

0,63

0,38

0,88

0,61

0,63

0,53

С

0,4

0,5

0,68

0,61

0,45

0,41

0,45

0,49

238

Таблица 25



Исследование показателей оценок у матерей умеренно (УУО) и тяжело (ТУО) умственно отсталых лиц по методике «Семантический дифференциал»

Понятие

Пока­затель

Я

сама


Мой сын / дочь

Болезнь моего сына / дочери

Будущее моего сына / дочери (со мной/без меня)

ЦУУО)

II (ТУО)

1(УУО)

II (ТУО)

1 (УУО)

II (ТУО)

1 (УУО)

II (ТУО)

Среднее значение оценки

Актив­ность

+0,75

+0,55

+1,00

+0,45

+1,18

+0,50

+0,80

-1,00

+0,77

-1,40

Оценка

+1,00

+0,60

+1,30

+1,70

-1,60

-1,05

+0,90

-1,45

+0,02

-1,50

Сила

+1,09

+0,50

+0,60

+0,20

+1,82

+1,20

+0,40

+0,40

+0,70

+0,33

Значения факторов А, О, С в основной группе понятия «Я сама» были мень­ше аналогичных значений факторов контрольной группы на 0,35 (5,8%), 0,15 (2,5%) и 0,15 (2,5%) единиц (рис. 40).

У матерей обеих подгрупп умственно отсталых молодых людей результаты исследования (понятие «Я сама») показывают положительные значения пара­метров активности, оценки и силы. При этом более высокие показатели обна­руживают матери УУО лиц. По сравнению с ними, у матерей лиц с ТУО пока­затель оценки собственной жизненной активности отстает на 0,2 единицы, оценка восприятия себя также на 0,4 единиц ниже, а оценка собственных сил на 0,59 единиц ниже (рис. 41).

По сравнению с группой матерей УУО лиц, матери ТУО лиц демонстриру­ют более низкую самооценку по всем исследованным показателям.

Полученные данные отражают взаимосвязь степени нарушений психиче­ских функций ребенка с оценкой собственной родительской роли в его воспи­тании.

Такие отличия оценок, даваемых родителями УУО и ТУО детей основной труппы, обусловлены прежде всего меньшей значимостью собственного «Я», поскольку оно заслоняется значительно более актуальными проблемами и пе­реживаниями, связанными с воспитанием и устройством своего больного ре­бенка и отягощающимися переживанием своей вины.

239


Понятие «Мой сын / дочь» для основной группы родителей имеет более низкие показатели по таким факторам, как А и С, ниже на 0,41 (6,8%) и 0,55 (9,4%) единиц, соответственно, и более высокие — по фактору О (выше на 0 5' 8,3%) (рис. 42).



Оценка матерями, имеющими детей с ТУО, понятия «Мой сын /дочь» име­ет более низкие значения, по сравнению с матерями детей с УУО, по таким показателям, как активность и сила, количественно выражающимся на 0,45 и 0,4 единиц ниже, и более высокие - по показателю О (выше на 0 4 единиц) (рис. 43). ' '



Активность переживаний в отношении данного понятия имеет небольшое значение, даже у матерей, имеющих детей с ТУО, так как с годами происходит его ослабление из-за множества повседневных забот и проблем, решаемых ро­дителями на протяжении многих лет. Можно думать, что с годами происходит привыкание к наличию в семье больного ребенка, и повседневные заботы сни-

240


жаюттяжесть переживаний, которые были более острыми в первые годы после его рождения.

Близкое к нулю значение силы эмоций, связанных с больным ребенком, мо­жет быть вызвано постоянным пребыванием ребенка с родителями. Как отме­чалось выше, в редких случаях эти дети находятся вне контроля родителей, са­мостоятельно посещая те или иные образовательные, производственные или спортивные учреждения, поэтому среднее значение силы эмоциональных пе­реживаний у матерей умственно отсталых детей низкое. Уровень оценки отно­шения к ребенку, напротив, в основной группе имеет более высокое значение, чем в контрольной группе, что можно объяснять тем, что для этих родителей их ребенок — «вечный ребенок», объект всех их помыслов и устремлений, они искренни в своей любви к нему и с годами это чувство не становится слабее. Фактически больной ребенок для родителей значит больше, чем здоровый ре­бенок для родителей контрольной группы.

Это свидетельствует о достаточно высокой привязанности матери к своему ребенку. Несмотря на серьезные отклонения в развитии, собственный сын или дочь многими матерями воспринимается весьма положительно как активный, хороший, но слабый и нуждающийся в помощи. При этом факт снижения по­казателей активности и силы собственного ребенка матерями лиц с ТУО (ниже на 0,55 и 0,4 единиц, соответственно, по сравнению с матерями лиц с УУО) на фоне более высокого значения оценки его личности в целом (рис. 43) может быть связан с более выраженными симбиотическими отношениями «мать — ребенок» в связи с ощущением матерью его большей беспомощности и соци­альной неприспособленности.

Семья с больным ребенком видит его будущее как источник возрастающей фрустрации и тревоги. Матери боятся, что их ребенок не сможет жить и рабо­тать независимо, будет обречен на одиночество и изоляцию. В их представле­нии будущее не несет для них ничего хорошего. В этой связи особого внима­ния заслуживают результаты оценок отношения матерей основной группы к понятию «Будущее моего сына /дочери». Отмечаются большие отличия зна­чений факторов А, О и С (в отрицательных значениях) в сопоставлении с ана­логичными показателями контрольной группы, они составляютсоответствен-

241


но 1,32 (22%), 1,69 (28,2%) и 0,45 (7,5%) единиц (рис. 44). Будущее своего боль­ного ребенка видится родителям неопределенно-пассивным (абсолютное значе­ние фактора А - -0,11), то есть не поддающимся никакому управлению с их стороны. Сложившаяся в нашей стране система социальной реабилитации инвалидов вообще и умственно отсталых в частности не позволяет родителям питать радужные надежды на «светлое будущее» своих взрослых детей. Их на­стоящее и будущее они связывают только с собой: в одних случаях это со­вместная, например, работа мамы и посещение ребенком одной школы, дет­ского сада; в других — совместное проживание и труд на приусадебном или дачном участке или надомный труд; иногда — «настоящая работа» в картонаж­ных или аналогичных цехах, но под присмотром кого-либо из членов семьи или знакомых. Естественно, что видение таких перспектив оценивается еще ниже (значение фактора О = — 1,12).

Большинство матерей умственно отсталых детей делит категорию «будуще­го» на два понятия — будущее при жизни родителей и будущее ребенка после смерти последних. Если будущее ребенка при жизни родителей выглядит весь­ма позитивно, то будущее после их смерти представлено низкими показателя­ми фактора А (активности) и О (оценки), что говорит о том, что это понятие связано с неприятными эмоциональными переживаниями (рис. 45).

Отношение родителей основной группы к понятию «Болезнь моего сына / дочери» также имеет ярко выраженную специфику. Поскольку в семье неизле-



242


чимо больной ребенок является главным объектом всей жизнедеятельности родителей, то, естественно, приходится ожидать низких значений фактора оценки, что фактически имеет место (О = -1,37) (рис. 46).

С другой стороны, сила эмоционального напряжения, связанная с данным понятием (С = 1,31), указывает на чрезвычайную актуальность болезни ребен­ка, не кратковременной, а тяжелой болезни, длящейся всю жизнь и имеющей очень большое значение для родителей.

Таким образом, анализ результатов исследования, проведенного по методу «Семантического дифференциала», выявил отличия между оценками основ­ной и контрольной групп, касающихся всех четырех используемых для иссле­дования понятий. Анализ отличий позволяет говорить о том, что уровень са­мооценки у родителей, воспитывающих взрослого умственно отсталого ребенка, ниже, чем у родителей, имеющих здоровых детей, что может быть свя­зано с переключением большей части их устремлений на ребенка. Поэтому они достаточно высоко оценивают своего ребенка, сила же этих переживаний не­высока, так как в основном такие дети всегда рядом с родителями. Значитель­но большие отличия наблюдаются в оценках родителей основной и конт­рольной группы по отношению к понятиям, связанным с будущим и с болезнью детей. Оценки родителей основной группы имеют здесь очень низкие значе­ния по вполне объяснимым причинам — будущее безрадостно, бесперспектив­но, а болезнь — это серьезно и надолго. У них отсутствует естественный в таких случаях оптимистический прогноз, более высокая сложность и проблемность жизненного пути не позволяет им порой увидеть — хотя бы небольшое и неча­стое — положительное, что все же иногда встречается в их жизни.

Следовательно, шкалируемые понятия сопряжены в сознании матерей с сильными эмоциональными переживаниями и не могут не сказываться на от­ношении к своим детям, к себе и окружающим, что делает эти отношения в силу их эмоциональной напряженности не всегда последовательными.

Результаты изучения психологических особенностей матерей, проведенные с применением методики «Семантический дифференциал», были расширены исследованиями, полученными при использовании методики «Незаконченные предложения». Данная методика широко используется в клинической и иссле­довательской практике и позволяет выявлять степень эмоционального напря­жения родителей по отношению к различным сферам их жизнедеятельности.

243

В нашей работе этот подход позволил провести более тонкую дифференциа­цию выявленных отличий в оценках матерей лиц с УУО и ТУО.



Незаконченные предложения (в количестве 26) в данном варианте (Прило­жение 1.11) составлены так, чтобы в их продолжениях проецировались основ­ные аспекты внутренней картины переживаний. В работе использована клас­сификация переживаний Д. Н. Исаева (1991).

Наиболее важным в данном исследовании является качественный анализ ответов, так как они характеризуют не объективную тяжесть заболевания, а ее переживание. Другим способом обработки является количественная оценка результатов. При этом используется формализация и квалификация неопре­деленных и интуитивных утверждений, заключенных в ответах — продолже­ниях предложений и представляющих собой нечеткие множества. Принадлеж­ность высказываний к такому множеству может принимать любое значение в диапазоне от 0 до 1. В частности, если окончание предложения выражает явно положительные или отрицательные переживания, то ответ оценивается, соот­ветственно, нулевым или единичным баллом. Промежуточные значения оце­ниваются баллом, равным 0,5. Полученные количественные данные затем ус­редняли в рамках соответствующей группы и по этому значению вычисляли коэффициент эмоционального напряжения, как отношение среднего значе­ния к максимальному:

*\ж ср/ ^тах

Таким образом, методика «Незаконченные предложения» обеспечивает возможность оценки отношения к проблеме болезни взрослого ребенка.

Анализ результатов исследования показал, что почти 60% матерей умствен­но отсталых детей имели высокий уровень эмоционального напряжения, а ос­тальные 41% — нормальный. Подобные значения представлений родителей о здоровье, болезни и будущем своего ребенка, а также выраженность их отно­шения к этим вопросам позволяют говорить о неблагополучном психоэмоци­ональном состоянии в основной группе матерей в целом. Как и ожидалось, наибольшие значения эмоционального напряжения вызывают переживания, связанные с болезнью ребенка — «Отношение к болезни» (Кэн = 0,66) и «Пред­ставления о болезни» (Кэн = 0,55) (табл. 26).

Табл и ца 26



Оценки эмоционального напряжения по группам переживаний матерей основной группы (О < К < 1)

Группа переживаний (поД. Н.Исаеву, 1991)

Номера предложений

Среднее значение

Коэффициент напряжения

Представление о здоровье

1,8, 14,20

16,15(15%)

0,42

Представление о болезни

2, 15,21,26

21,3(18%)

0,55

Отношение к болезни

3,9,16,22

25,9(22%)

0,66

Отношение к лечению

4, 10, 17,23

16,2(14%)

0,41

Представления о будущем

5,11,24

18,7(17%)

0,48

Отношение семьи к болезни

6, 12, 18,25

16,2(14%)

0,41

244

Результаты исследования показали, что, как и в целом по основной группе, наибольшие значения эмоционального напряжения у матерей с УУО и ТУО обеих групп вызывают переживания, связанные с болезнью ребенка, — «От­ношение к болезни» (Кэн = 2,81 для УУО и 3,04 для ТУО) и «Представления о болезни» (Кэн = 2,12 для УУО и 2,23 для ТУО) (табл. 27).

Отношение семьи к болезни ребенка (Кэм = 1,50 в обеих подгруппах) также может расцениваться как достаточно сильное переживание, обусловливающее высокое эмоциональное напряжение (табл. 27).

Таблица 27



Оценка переживаний матерей, имеющих детей с УУО и ТУО

Оцениваемые показатели

Номера предложении

Среднее значение

Коэффициент напряжения

УУО

ТУО

УУО

ТУО

Представление о здоровье

1,8,14,20

5,5 (8%)

11,0(10%)

1,45

1,00

Представление о болезни

2,15,21,26

17,0(25%)

24,5 (22%)

2,12

2,23

Отношение к болезни

3, 9, 16,22

22,5 (33%)

33,5 (29%)

2,81

3,04

Отношение к лечению

4, 10,17,23

5,0 (7%)

14,5(13%)

0,62

1,32

Представления о будущем

5, 11, 24

5,5 (8%)

14,0(12%)

0,69

1,27

Отношение семьи к болезни

6,12,18,25

12,0(19%)

16,5(14%)

1,50

1,50

Таким образом, наибольшим негативным фактором, обусловливающим формирование высокого эмоционального напряжения у матерей умственно отсталого ребенка, является сам факт его болезни.

Следует отметить, что «Отношение к лечению» и «Представления о буду­щем» вызывают несколько большую степень эмоционального напряжения у матерей ТУО молодых людей (1,32 и 1,27 у матерей ТУО лиц, соответственно, против 0,62 и 0,69 у матерей УУО лиц). Вероятно, это отражает отсутствие у родителей веры в успешность лечения их ребенка, а также неопределенную перспективу их будущего (табл. 27).

Следует отметить, что данная методика не совсем корректна в отношении выявления представлений матерей о будущем своего ребенка — полученная оценка эмоциональной напряженности по этому фактору кажется несколько заниженной по сравнению с оценками, получаемыми в ходе наблюдений. При­чиной несоответствия может быть высокая степень психологической защиты, не позволяющая вербализовать наиболее актуальные опасения, или не совсем адекватная подборка соответствующих предложений.

В целом, тенденция распределения оценок эмоционального напряжения по группам переживаний по методике «Незаконченные предложения» согласует­ся с результатами, полученными при исследованиях по методике «Семанти­ческий дифференциал», что позволяет говорить об определенной закономер­ности полученных результатов.

Анализ эмпирических материалов позволяет сделать следующее заключение.

Воспитание в семье ребенка-инвалида репрезентируется в сознании мате­рей как исключительная по своей травмирующей силе жизненная ситуация.

245

При этом степень травматизации по мере взросления ребенка может усили­ваться, деструктивно влияя наличность матери. Одна из особенностей вос­питания больного ребенка в семейных условиях как особого класса жизнен­ных ситуаций состоит в том, что ребенок и его неблагополучие представляют некую среду, в которую «заключены» сами родители и, прежде всего, мать. Подобная структура жизненной ситуации характерна и для воспитания здо­рового ребенка в раннем возрасте, когда он почти всецело поглощает внима­ние родителей. Но по мере его взросления происходит процесс «высвобож­дения» родителей. Позже родители становятся в большей степени той сферой, в которую «заключен» ребенок. В случае воспитания больного ребенка этапа «высвобождения» родителей не происходит. Следствием этого становится по­степенно усиливающаяся симбиотическая связь матери с ребенком. Фикса­ция этой связи негативно влияет как на развитие самого ребенка, так и на личностное и социальное становление матери. Жесткая симбиотическая связь способствует изоляции обоих членов этой связи от окружающих и во многом блокирует процесс самоактуализации за пределами семьи — получение об­разования, профессиональная карьера, реализация личных потребностей и др. Неслучайно по результатам метода «Психологическая автобиография» перс­пектива будущего времени у таких матерей коротка (не более полугода) в срав­нении с женщинами примерно того же возраста, воспитывающих здоровых детей. В последнем случае дальность временной перспективы в зависимости от возраста варьирует в пределах от 2-4 лет до 10-12 лет. Сама заполненность времени (прошлого, настоящего, а главное — будущего) значительно беднее. Обращает на себя внимание преобладание событий с отрицательным знаком и активное игнорирование положительных событий, имевших место как факт биографии.



Сконцентрированность на нуждах ребенка приводит к почти полному их отождествлению со своими собственными. Именно поэтому многие потреб­ности ребенка понимаются неправильно, что проявляется в затруднениях взгля­нуть на собственного ребенка с какой-то иной точки зрения, отличной от соб­ственной.

Жизненное пространство воспринимается как малоизменяемое. Замкну­тость на ребенке приводит к весьма огрубленному делению этого жизненного пространства на то, что имеет отношение к ребенку, и на все остальное. Имен­но поэтому в результатах методики «Психологическая автобиография» прак­тически не фигурируют другие значимые люди, такие как собственные роди­тели, то есть бабушка и дедушка ребенка.

В образе будущего естественным образом отсутствует реализация жизнен­ного сценария своего ребенка — рождение внуков, профессиональная карьера сына или дочери, что также сужает временную перспективу.

Оценка данных шкалирования такого понятия, как «Будущее моего ребен­ка» методом семантического дифференциала свидетельствует об его явной ам­бивалентности. Будущее ребенка четко разделено на два полюса — будущее при жизни родителей и будущее после их смерти. По факторным нагрузкам (сила, оценка, активность) понятие «Будущее моего ребенка» переживается прибли­зительно как понятие «Болезнь моего ребенка».

246

Воспитание ребенка-инвалида в семье воспринимается как явление исклю­чительно индивидуальное, неповторимое и несопоставимое. Именно поэтому аналогии, высказываемые в беседе с матерями, могли трактоваться ими как явное непонимание их переживаний.

Чувство глубокой привязанности к ребенку (сыну или дочери) неизменно сочетается с явным или скрываемым чувством вины перед ним. Драму своего ребенка большая часть матерей пытается объяснить в исключительно нрав­ственных категориях, таких как «несправедливость». Само чувство вины име­ет весьма сложную структуру и с трудом поддается описанию. Оно включает в себя и жалость к своему ребенку, и определенную неприязнь к другим детям, чувство беспомощности и неокупаемость громадных нравственных и физичес­ких усилий. Так или иначе, эти стороны отражались в результатах наблюдений и клинических бесед, а также в показателях методик «Семантический диффе­ренциал» и «Незаконченные предложения».

Полученный эмпирический материал был подвергнут обработке методом контент-анализа с последующей процедурой факторизации. В результате уда­лось построить иерархическую структуру факторов, составляющих наиболее актуальные проблемы семьи, воспитывающей ребенка-инвалида. Рис. 47 и 48 демонстрируют две указанные иерархические факторные структурные модели проблемных ситуаций.



247


Как видно из приведенных рисунков, факторные модели имеют различную семантическую структуру, что говорит о необходимости построения двух стра­тегий в едином психотерапевтическом процессе работы с подобными семьями.

Для разработки таких стратегий в организации помощи семьям, имеющим ребенка с нарушением интеллекта, особенно матерям такого ребенка, важную роль играет понимание не только и не столько влияния внешних причин и их результатов на личностные особенности женщины-матери, сколько проблемы в самой структуре ее личности, ее внутреннем мире, ее самооценке, самоотно­шениях и самоактуализации. Этим вопросам посвящена следующая часть на­шего исследования.



7.8. ИССЛЕДОВАНИЕ ВНУТРЕННЕГО МИРА МАТЕРЕЙ, ВОСПИТЫВАЮЩИХ ДЕТЕЙ С УМСТВЕННОЙ ОТСТАЛОСТЬЮ

Представляло интерес выявить особенности структуры самоотношения лич­ности матерей, имеющих больного ребенка, по сравнению с женщинами, вос­питывающими здоровых детей.

В качестве исследовательского инструмента была использована методика «Исследование самоотношения» С. Р. Пантелеева: тест-опросник предполагает выявление 9 характеристик, позволяет построить индивидуальный профиль самоотношения и обладгхет высокими диагностическими возможностями (При­ложение 1.12).

Анализ полученных результатов по данной методике показал, что при ис­следовании структуры самоотношения матерей, воспитывающих детей с на­рушением интеллекта (41 чел.) и здоровых детей (20 чел.) имеется разница по всем шкалам (табл. 28).

Таблица 28 Структура самоотношения матерей опытной и контрольной групп

Шкалы

Средние значения

Опытная группа

Контрольная группа

Закрытость

6,7

5,7

Самоуверенность

6,4

12,0

Саморуководство

5,9

8,6

Отраженное самоотношение

7,3

6,8

Самоценность

7,7

10,0

Самопринятие

7,3

8,6

Самопривязанность

5,2

6,4

Внутренняя конфликтность

7,4

4,7

Самообвинение

5,8

3,4

248

В экспериментальной группе по сравнению с контрольной отмечались бо­лее высокие значения по 4 шкалам: «внутренняя конфликтность» — в 1,6 раза; «самообвинение» — в 1,7 раза; «закрытость» — в 1,2 раза; «отраженное само­отношение» — в 1,1 раза.

В экспериментальной группе по средним значениям показатели 4 шкал соответ­ствовали значениям выше среднего уровня: «самоценность» (7,7), «внутренняя конфликтность» (7,4), «самопринятие» (7,3) и «отраженное самоотношение» (7,3).

Значения остальных шкал соответствовали среднему уровню.

В контрольной группе по 5 шкалам значения показателей самоотношения были выше, чем в опытной группе, особенно по шкалам «самоуверенность» и «самоценность». Внутри контрольной группы значения показателей 4-х шкал соответствовали высокому уровню: «самоуверенность» (12,0). «самоценность» (10,0), «саморуководство» (8,6) и «самопринятие» (8,6), показатели остальных шкал соответствовали среднему и лишь показатели шкалы «самообвинений» (3,4) — низкому уровню.

Исследование количества матерей, выполнявших тест «Самоотношения», в соответствии с разными уровнями показало, что в обеих группах доминиро­вал по всем шкалам средний уровень (табл. 29), кроме шкал «саморуководство» и «самоуверенность» в контрольной группе, где в 1-м случае преобладал высо­кий уровень, а во 2-м, в одинаковом числе случаев, — высокий и средний.

В экспериментальной группе по 4 шкалам у более четверти обследованных женщин выявлен высокий уровень следующих показателей: «самоценность» — 36,6%, «отраженное самоотношение»— 34,0%, «самоуверенность»— 27% и «самообвинение» — у 27%. Показатели, соответствующие низкому уровню, наблюдались по 5 шкалам и не более чем у 1-2 человек (табл. 28).

В контрольной группе не отмечалось высоких значений показателей ни у одной обследованной матери по шкалам «внутренняя конфликтность» и «са­мообвинение», но у 30% и 35% женщин, соответственно, выявлен низкий уро­вень. По остальным шкалам, кроме шкал «закрытость» и «отраженное самоот­ношение», у матерей, имеющих здоровых детей, в 25% и выше наблюдались высокие значения показателей.



Табли ца 29 Уровни показателей самоотношения матерей опытной и контрольной групп,%



Шкалы

Уровень опытной группы

Уровень контрольной группы

высокий

средний

низкий

высокий

средний

низкий

1

Закрытость

17,1

78,0

4,9

15,0

85,0

-

2

Самоуверенность

27,0

73,0

-

50,0

50,0

-

3

Саморуководство

14,8

73,0

12,2

60,0

40,0

-

4

Отраженное самоотношение

34,0

66,0

-

15,0

85,0

-

5

Самоценность

36,6

63,4

-

35,0

65,0

-

6

Самопринятие

24,4

75,6

-

25,0

75,0

-

7

Самопривязаность

9,7

83,0

7,3

25,0

60,0

15,0

8

Внутренняя конфликтность

4,9

90,2

4,9

-

70,0

30,0

9

Самообвинение

27,0

58,2

14,8

-

65,0

35,0

249

Следовательно, для большинства матерей, воспитывающих детей с нару­шением интеллекта, характерно наличие внутренних конфликтов, сомнений, несогласия с собой. У них отмечается тенденция к самокопанию и рефлексии на негативном эмоциональном фоне отношения к себе. Матери детей-инва­лидов ставят себе в вину рождение больного ребенка; в связи с этим они уходят в себя, считают, что отношение к ним и их деятельности вызывает у окружаю­щих людей негативизм и непонимание.

Как экстрапунитивные, так и интрапунитивные реакции в сочетании с не­высоким саморуководством при несоответствии образа идеальной модели мира и самого себя могут вылиться у матерей умственно отсталых детей в субъектив­ное ощущение личной и социальной неадекватности. Однако значимым явля­ется понимание ими необходимости изменить представление о жизни, себе, по­требность увидеть новые возможности в своей жизни, поскольку матери больных детей, хотя и испытывают самоуничижение, о чем свидетельствуют высокие зна­чения по шкалам «внутренняя конфликтность» и «самообвинение», но одновре­менно с этим у них отмечается и аутосимпатия (высокие показатели по шкалам «отраженное самоотношение»). Эти результаты подтолкнули нас к изучению причин, которые позволяют матерям больных детей не падать духом, а реализо­вать свой внутренний потенциал в трудной жизненной ситуации.

С этой целью предпринято исследование матерей взрослых детей с умерен­ной и тяжелой умственной отсталостью при помощи методики «Самоактуали­зация».

Результаты опросника теста «Самоактуализация» выражаются в виде 11 шкал (Приложение 1.13), описывающих разные стороны личности, которые можно представить в виде индивидуальных и усредненных для группы обследован­ных матерей профилей.

Индивидуальные личностные профили весьма разнообразны. Обобщенный график (гистограмма), представленный на рис. 49, демонстрирует более низ­кие значения профиля по шкалам 7, 9 и 11. Эти шкалы отражают следующее:



250


Шкала 7 «Спонтанность». Это свойство, прямо вытекающее из увереннос­ти в себе, внутренней свободы, доверия к окружающим людям. Низкий пока­затель по этой шкале говорит об обратном — внутренней зажатости, трудно­сти быть естественным, страхе быть неправильно понятым.

Шкала 9 «Аутосимпатия». Низкие показатели говорят о тенденции к невро­тизму, тревоге, неуверенности в себе.

Шкала 11 «Гибкость в общении». Спад показателей по этой шкале говорит о трудностях в межличностном общении, прежде всего в процессе самораскры­тия и самовыражения, об избегании личного общения, неуверенности в своей привлекательности, интересности и т. д.

С определенной долей основания можно предполагать, что гистограмма самоактуализации личности матерей, воспитывающих детей-инвалидов, отра­жает не только особенности их характера, но и во многом типичную для мно­гих из них жизненную ситуацию. Вместе с тем существует и обратная связь: чем ниже показатели, тем тяжелее переживается характер собственной жиз­ненной ситуации, тем более она воспринимается как бесперспективная и бе­зысходная.

Матери с низкими показателями личностного профиля, как правило, весь­ма категоричны в оценке своих детей, как в положительном, так и в отрица­тельном отношении. Их оценка характеризуется ригидностью и фрагментар­ностью. У них, скорее всего, устанавливаются жесткие симбиотические связи со своими детьми. Описанные личностные свойства и формирующиеся под их влиянием отношения с ребенком могут служить негативным фактором в раз­витии навыков общения и самостоятельного поведения в сферах «человек — человек» и «человек — предмет».

Проведенные исследования и полученные результаты выявили как общие, так и индивидуально-типологические особенности семейных проблем воспи­тания молодых инвалидов, и это поможет в разработке психокоррекционных программ, ориентированных и на семейные отношения в целом, и в отдельно­сти на родителей и их детей.

Полученный эмпирический материал и его анализ демонстрирует, что сте­пень проблемности внутрисемейных отношений напрямую не зависит ни от характера заболевания, ни от выраженности интеллектуальной, речевой и по­веденческой патологии. Влияние патологического фактора (конечно, до изве­стной степени его выраженности) существенно опосредуется личностными особенностями родителей, особенно матерей, установками, характером семей­ной психологической атмосферы и рядом других переменных.

251


Социализация и интеграция лиц с глубоким нарушением интеллекта


Каталог: files -> oogo -> File
files -> Коммуникативно ориентированное обучение иностранным языкам в Дистанционном образовании
files -> Варианты контрольной работы №2 По дисциплине «Иностранный (англ.) язык в профессиональной деятельности» для студентов 1 курса заочной формы обучения, обучающихся по специальности 030900. 68 Магистратура
files -> Контрольная работа №2 Вариант №1 Text №1 Use of Non-Police Negotiators in a Hostage Incident
files -> Классификация основных человеческих потребностей по А. Маслоу Пирами́да потре́бностей
files -> Рабочая программа для студентов направления 42. 03. 02 «Журналистика» профилей «Печать», «Телевизионная журналистика»
File -> Е. А. Игры с аутичным ребенком. Установление контакта, способы взаимодействия, развитие речи, психотерапия. М.: Теревинф, 2004. 136 с. Книга
File -> Внутренняя позиция матери ребенка раннего возраста с синдромом дауна


Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   16   17   18   19   20   21   22   23   ...   36


База данных защищена авторским правом ©dogmon.org 2019
обратиться к администрации

    Главная страница