Станислав Лем Раса хищников



страница6/41
Дата17.05.2016
Размер2.21 Mb.
#18698
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   41

Рана{20}

О Варшавском восстании61 уже очень много писали в связи с его шестидесятой годовщиной – и в «Тыгоднике», и в других изданиях. Я даже подумывал, не показать ли, выступив в роли адвоката дьявола, как это выглядело с советской позиции, но мне расхотелось. Все ведь знают, что Сталин желал нам худшего. Он хотел истребить нас, и ему было удобно, чтобы вместо него это сделали немцы.

В малом масштабе я наблюдал подобное во Львове. Когда в сорок четвертом в город снова вошли Советы, первые два дня аковцы62 с бело красными повязками{21} ездили на джипах вместе с офицерами советского авангарда. Потом аковские посты исчезли, потому что людей забрали в НКВД. Отца, который был врачом Армии Крайовой, мне удалось в последний момент вернуть с лестницы, когда он с повязкой на рукаве собирался выйти на улицу.

Вот почему мне не слишком хочется воплощаться в ипостась адвоката дьявола. Хотя с чисто стратегической точки зрения это, естественно, сделать можно. Повстанцы не захватили Окенче63, а следовательно, никакие парашютисты не могли высадиться на аэродроме. В свое время немцы под командованием генерала Штудента атаковали Крит64 именно при помощи парашютного десанта и, правда, захватили его, но с огромными потерями, потому что, опустившись на головы защитников острова, нарвались на мощный заградительный огонь. Советская сторона не хотела принимать даже пассивного участия в помощи восстанию и противодействовала полетам английских и американских самолетов со снабжением для повстанцев.

В руках у немцев остались и все мосты; один только Берлинг65 предпринимал отчаянные попытки с несколькими частями 1 й Армии66 форсировать Вислу. Во второй, более почетной для Советов фазе советско германской войны все города были взяты в обход фланга, с запада, – в том числе Вильнюс, Минск, Витебск, ну и Львов. Стало быть, и в Варшаве следовало совершить большой обходной маневр. Это – если рассуждать в чисто военных категориях и не затрагивать ужасный политический фон. Ибо, повторяю, Сталин желал нам зла – и правительству в Лондоне, с которым он разорвал отношения, и подполью.

Обычно существует выбор: быть или не быть, но здесь никакого выбора не оставалось! Сегодня много говорится о героически отчаянном аспекте восстания. Сомосьерра67 – вот это по нашему, такие порывы – польская специальность. Я не был варшавянином, и потому в каком то смысле мне проще сказать, что этот порыв не пошел прахом. Но это слабое утешение, поскольку потери были ужасающие: Варшава в руинах, истребление гражданского населения, гибель лучших из лучших, таких, как, например, Бачинский68. Станислав Пигонь69 сказал, что мы стреляли во врага бриллиантами. Вчера я с удовлетворением читал старый номер «Шпигеля», где рассказывалось о Нюрнбергском процессе; однако же фон дем Бах Зелевски70, один из палачей Варшавы, не был повешен и даже не сидел в тюрьме. В завершение беседы для «Лампы» я сказал Дунин Вонсовичу71: «А теперь, пожалуйста, добавьте еще, что Лем – сторонник смертной казни». Особенно для таких людей, как те, что растоптали нашу столицу. Эта рана не зажила до сих пор.

У истоков трагедии стояла злая воля Сталина. Ему удобно было сложа руки смотреть, как гибнет подавляемое немцами восстание. Бур Коморовский72тоже не питал иллюзий относительно советских намерений: прощаясь с женой, он сказал, что в итоге, вероятно, окажется в советской тюрьме. Немцы бросили на подавление восстания самые страшные отбросы общества: бригаду Каминского73, бандитов Дирлевангера74, а теперь обрушивается, как снег на голову, госпожа Эрика Штайнбах75 и проливает над восстанием крокодиловы слезы – бесстыдство этой женщины, на мой взгляд, не сравнимо ни с чем. И меня не удивляет ярость Бартошевского76, который в прошлом приложил столько усилий, чтобы прийти к польско германскому соглашению.

С годовщиной Варшавского восстания совпало неприятное известие об объятиях Кучмы с Путиным. В предыдущем номере «Тыгодника» был опубликован, и справедливо, панегирик Ежи Помяновскому77, а тем временем украинцы с русскими делают все то, от чего предостерегает Помяновский в своей новой книге. История – не лечение переломов, мы не можем вправить кости Украине, но украинцам негоже торпедировать проект трубопровода, который должен был пройти через Польшу, – ведь Польша первой признала независимость Украинского государства.

Говорят, что у государства не бывает друзей, есть только интересы. На короткой дистанции Украина, вернее – группа, поддерживающая Кучму, – возможно, и заинтересована в том, чтобы найти общий язык скорее с Россией, чем с Польшей, от которой не получит трубопровода, но более далекие последствия такого решения могут оказаться печальными для всех. Запад не слишком хорошо понимает, что его пассивность по отношению к Украине ведет к реставрации империи. У нас же нет достаточно сильной карты, чтобы хоть ненамного перевести стрелку истории. Украина – бедная страна, но населения в ней больше, чем в Польше, и наше правительство не вправе ничего диктовать ее правительству. Конечно, все еще можно изменить, в Киеве есть оппозиция, Ющенко и прочие, окончательные решения еще не приняты, но пока все это выглядит частью неспешной и при том весьма продуманной работы Путина.

Пословица гласит: ударь по столу – отзовутся ножницы; всякий раз, как я вспоминаю в своих фельетонах о Львове, тут же отзываются его бывшие жители, сегодня уже – увы – как и я, большей частью люди пожилые, или их дети. После предыдущего фельетона я получил несколько писем: профессор Ежи Ковальчук, чью книгу, посвященную одной из львовских гимназий, я упомянул, пишет, что очень мне за это признателен. Позвонил и знакомый историк литературы, который побывал недавно во Львове, и стал меня утешать: такой прекрасный город, поистине европейский! Я ему на это: заметил, сам двадцать пять лет там прожил. Но сознание того, что Львов – европейский город, не уменьшает боли его утраты.


Июль 2004



Каталог: book -> philosophy
philosophy -> Смысл жизни и акме: 10 лет поиска материалы VIII x симпозиумов Под ред. А. А. Бодалева, Г. А. Вайзер, Н. А. Карповой, В. Э. Чуковского Часть 1 Москва Смысл 2004
philosophy -> Учебное пособие для студентов высших учебных заведений
philosophy -> Книгах «Диалектика теория познания. Историко-философские очерки.»
philosophy -> Мераб Мамардашвили Введение в философию, или То же самое, но в связи с романом Пруста «В поисках утраченного времени»
philosophy -> Ііі о развити общества анализ известной части истории человечества
philosophy -> Бернард Эммануилович Быховский Сигер Брабантский
philosophy -> Анатолий Протопопов Трактат о любви, как её понимает жуткий зануда
philosophy -> Александр Архипович Ивин
philosophy -> Память, история, забвение. Рикёр П


Поделитесь с Вашими друзьями:
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   41




База данных защищена авторским правом ©dogmon.org 2022
обратиться к администрации

    Главная страница