Теории социальной психологии алексей тулин москва 2009



страница11/34
Дата15.05.2016
Размер5.83 Mb.
#12536
ТипРеферат
1   ...   7   8   9   10   11   12   13   14   ...   34

Управление агрессией.


Существует точка зрения согласно которой считается, что, когда рассер­женный человек «выпускает пар» посредством энергичных, но не причиняющих никому вреда действий, происходит следующее: во-первых, снижается уровень на­пряжения или возбуждения, а во-вторых — уменьшается склонность прибегать к открытой агрессии против провоцирующих (или других) лиц.

Эти предположения восходят еще к трудам Аристотеля (382—322 н. э.), счи­тавшего, что созерцание постановки, заставляющей зрителей сопереживать проис­ходящему, косвенно может способствовать «очищению» чувств. Несмотря на то, что сам Аристотель не предлагал конкретно этот способ для разрядки агрессив­ности, логическое продолжение его теории было предложено многими другими, в частности Фрейдом, полагавшим, что интенсивность агрессивного поведения мо­жет быть ослаблена либо посредством выражения эмоций, имеющих отношение к агрессии, либо путем наблюдения за агрессивными действиями других. Призна­вая реальность такого «очищения», Фрейд тем не менее был весьма пессимистич­но настроен относительно его эффективности для предотвращения открытой аг­рессии. Похоже, он считал, что его влияние малоэффективно и недолговечно.

Согласно этим авторам, «результатом любого акта агрессии является катар­сис, который уменьшает вероятность проявления других агрессивных действий». Короче говоря осуществление одного агрессивно­го акта — независимо от того, что его породило — снижает желание агрессора прибегать к другим формам насилия. Основываясь главным образом на этом и подобном ему предположениях, целые поколения родителей побуждали своих детей играть в активные игры, тысячи психотерапевтов призывали пациентов ос­вобождаться от враждебных чувств, а сообразительные предприниматели полу­чили весьма солидные доходы от продажи резиновых плеток и подобных средств, предназначенных для достижения эмоционального катарсиса. Оправдывает ли себя эта вера в лечебные свойства катарсиса и деятельности, приводящей к не­му? И вновь — имеющиеся эмпирические данные складываются в довольно сложную картину.

Во-первых, давайте задумаемся над утверждением, что на фоне сильной провока­ции деятельность, предполагающая энергичные, но безопасные действия, включая сравнительно безобидные формы агрессии, якобы может привести к разрядке на­пряжения или эмоционального возбуждения. Исследования, в которых проверя­лась достоверность этого предположения, в целом подтверждали гипотезу, но ука­зывали при этом на важные ограничения, которые необходимо учитывать при работе с данным процессом. С одной стороны, казалось бы, разрядка возбуждения, вызванного сильной провокацией, может произойти в результате осуществления физических действий, требующих больших усилий, или сравнительно безобидных нападок на других. Пожалуй, этот эффект прекрасно демонстри­рует целая серия исследований, проведенных Хокансоном.

В этих исследованиях на первом этапе испытуемых (обычно студенток коллед­жей) провоцировал экспериментатор. Далее им предоставлялась возможность совершить какие-либо агрессивные действия по отношению к нему или другим. До, во время и после эксперимента у испытуемых измерялось артериальное давле­ние. В целом результаты свидетельствуют об эмоциональной разрядке — катарси­се. У испытуемых, получивших разрешение проявить прямую агрессию по отно­шению к провокатору, отмечалось резкое падение уровня возбуждения.

Пожалуй, стоит детально рассмотреть один из подобных экспериментов, когда испытуемых, под предлогом изучения влияния выполнения интеллектуальных задач на физиологические реакции, просили пе­речислить последовательность от 100 до 0, убывающую на три. При этом экспе­риментатор неоднократно прерывал испытуемых, мешал им, в некоторых случаях настаивая на том, чтобы они начали перечисление заново. Наконец он заканчивал этот этап эксперимента, заметив с явным негодованием, что «нежелание сотрудни­чать» испытуемых делает всю работу бессмысленной. Как и следовало ожидать, такая крайне провокационная методика способствовала заметному росту показа­телей физиологического возбуждения у испытуемых (то есть у них резко подни­малось артериальное давление и учащался пульс).

Чтобы определить, произойдет ли спад возбуждения, если участникам экспери­мента предоставить возможность отомстить провокатору, испытуемых разделяли на несколько групп и дали им возможность проявить по отношению к экспери­ментатору: 1) физическую агрессию (разряды электрического тока); 2) вербаль­ную агрессию (оценки опросника); 3) воображаемую агрессию (сочинение исто­рий на основе просмотренных рисунков). Испытуемые же из четвертой, контрольной группы, не имели возможности ответить на резкие замечания экспериментатора. Результаты показали наличие эмоционального, катарсиса. У испытуемых, получивших возможность ответить экспериментатору физической агрессией, наблюдалось резкое падение возбуждения до первоначального уровня. То же самое можно сказать и об испытуемых, которым было разрешено мстить только посредством вербальной агрессии. Последний пример свидетельствует о том, что при таких условиях даже сравнительно безобидные действия могут привести к разрядке напряжения. Однако воображаемая агрессия по отношению к экспериментатору не привела к достижению подобного результата.

В ходе последующих исследований Хокансон и его коллеги получили данные, свидетельствующие о том, что проявление агрессии по отношению к лицам, ассо­циируемым с источником раздражения, может привести к разрядке физиологи­ческого напряжения. А нападки на лиц, не имеющих никакого отношения к провоцированию испытуемых, не приводят к такому же результату. В сочетании с данными других исследований эти данные наводят на мысль о том, что индивиды в мо­мент осуществления агрессивных действий действительно могут иногда ощущать разрядку эмоционального напряжения. С этой точки зрения, выводы, сделанные на основе житейского опыта, о том, что мы зачастую «чувствуем себя лучше» (то есть менее возбужденными или напряженными), расквитавшись с людьми, выво­дившими нас из себя, действительно имеют под собой основания.

Вплоть до самого недавнего времени внимание исследователей было направлено главным образом на выяснение причин агрессии, а не на поиск средств ее пре­дотвращения или редуцирования. Столь неутешительное положение дед можно объяснить широким распространением, с одной стороны, убеждения в том, что нам уже известны наиболее эффективные способы предотвращения агрессивных действий — наказание и катарсис; и, с другой — представления о том, что агрес­сию можно редуцировать путем элиминации факторов, способствующих ее про­явлению. Однако ни то ни другое не согласуется с имеющимися эмпирическими данными.

Грозящее наказание действительно может служить эффективным средством предотвращения агрессии, но лишь в том случае, если агрессор не находится в состоянии крайнего озлобления; если наказание, которого он может ожидать, дос­таточно сурово; если вероятность его применения действительно высока и если выгода от совершения агрессивного действия не слишком велика.

Действительное наказание также может удерживать агрессора от последую­щего совершения агрессивных действий, но лишь в том случае, если реципиент считает наказание вполне заслуженным, если оно следует сразу же за соверше­нием агрессивных действий и приводится в исполнение с соблюдением всех ус­тановленных правил. К сожалению, эти условия редко соблюдаются в системах уголовного законодательства большинства стран, и потому наказание, как метод борьбы с преступностью, сравнительно неэффективно.

Гипотеза о существовании катарсиса предполагает, что если приведенному в ярость индивиду дать возможность «спустить пары» в социально приемлемой форме, то это приведет к ослаблению переживаемых им негативных эмоций и тем самым снизит вероятность того, что в дальнейшем он прибегнет к социально опасным формам агрессии. Существующие данные подтверждают первое из этих предположений: участие в различных формах агрессивных взаимодействий, вклю­чая сравнительно безобидные, может приводить к резкой разрядке эмоциональ­ного напряжения. Однако это не единственный способ достижения подобного эффекта: к снижению уровня эмоционального напряжения может привести со­вершение индивидом практически любого действия, ослабляющего момент аверсивности в обращении с ним (индивидом) других индивидов. Данные, подтвер­ждающие вторую часть «катарсической» гипотезы — то есть положение о том, что если индивид, испытывающий в настоящий момент гнев или злобу, своевре­менно даст выход своей агрессии, то это снизит вероятность совершения им в будущем серьезного правонарушения — менее убедительны. Подобный эффект может давать только совершение индивидом нападения непосредственно на того, кто послужил источником его гнева или раздражения. Кроме того, достигнутое таким образом снижение агрессивности может быть весьма непродолжительным. Итак, следует признать, что действенность катарсиса как средства редуцирова­ния снижения агрессии в прошлом сильно переоценивалась.

Иногда агрессия может быть редуцирована с помощью демонстрации. Речь идет о тех случаях, когда в критической ситуации кто-либо проявляет сдержан­ность и/или призывает других не поддаваться на провокации. В отличие от других способов редуцирования агрессии (например, запугивания возможностью мести или наказания), демонстрация наглядных примеров неагрессивного поведе­ния может снизить частоту и интенсивность как прямых, так и косвенных прояв­лений агрессии.

На агрессию, как и на другие формы социальных взаимодействий, сильное влияние оказывают различные когнитивные факторы. Так, характер реакции индивидуума на провоцирующие действия других людей в значительной степени будет зависеть от совершаемых индивидуумом атрибуций, то есть от того, какое причинностное объяснение получат действия, квалифицируемые индивидуумом как провокация. С наибольшей вероятностью агрессия возникает в тех случаях, когда провокативность поведения других людей расценивается индивидуумом как злоумышленная и преднамеренная.

Информирование о наличии смягчающих обстоятельств — например, сообще­ние о принудительности чьего-либо участия в провокационных действиях — мо­жет оказаться весьма эффективным способом снизить агрессивность ответной реакции на подобные действия. Если подобное информирование носит упрежда­ющий характер, то ответная реакция на провокационные действия, когда они все-таки совершаются, может оказаться практически беззлобной. Часто эффективным способом предотвращения негативных последствий агрессивного взаимодействия может послужить попытка оправдать агрессора, дать причинное объяснение его агрессивному поведению, грубо нарушившему наши ожидания.

Довольно эффективным способом предотвращения агрессии является также индукция несовместимых реакций, то есть реакций, несовместимых с гневом или открытой агрессией. Подобные реакции и последующее ослабление открытой аг­рессии могут возникнуть при виде боли и страданий жертвы агрессии, в результа­те просмотра юмористических материалов и при умеренной эротической стимуля­ции. Результаты новейших исследований показывают, что индукция несовмести­мых реакций способна существенно ослабить конфликт в производственных условиях. В такой ситуации эффективным средством индукции несовместимых реакций может послужить скромный, но неожиданный подарок, ненавязчивая по­хвала и показ юмористических материалов.

Одна из причин того, что многие люди с удивительным постоянством попада­ют в конфликтные ситуации, заключается в отсутствии у них элементарных на­выков общения. Существуют специально разработанные программы по развитию навыков общения у такого рода «конфликтных» личностей, которые нередко по­зволяют добиться весьма ощутимых результатов.

***

Вопрос о сущности человеческой агрессии занимал лучшие умы человечества на протяжении многих веков и рассматривались с различных позиций – с точки зрения философии, поэзии, религии. Однако только в нашем столетии данная проблема стала предметом систематического научного исследования, поэтому неудивительно, что не на все вопросы, возникающие в связи с проблемой агрессии, имеются ответы. В сущности, изучение этой темы часто порождало больше вопросов чем ответов. Тем не менее налицо явный прогресс, и сегодня мы знаем уже довольно много об истоках и природе человеческой агрессии. Количество данных об агрессии так велико, что было бы невозможно рассмотреть весь имеющийся материал в настоящей работе.

Человек - весьма агрессивное существо, Ребенок проявляет первые признаки агрессивности задолго до того, как научится говорить. Агрессивность подчиняется своим законам, весьма своеобразным и порой непредсказуемым. Эти законы влияют не только на поведение каждого человека, включая политиков и военных, но и на поведение общества и государства. Когда государство попадает во власть инстинктов, созданных естественным отбором для стада наподобие павианьевого, и к тому же обзаводится атомным оружием, это очень опасно. А если таких государств окажется несколько, будущее мира может повиснуть на волоске.

Таким образом, можно сказать, что у каждого из нас в характере присутствует агрессивность. У кого-то она имеет оборонительные, доброкачественные формы, у кого-то, возможно, уже перешла и в деструктивную, злокачественную область. Но как бы это ни было человеку предоставляется возможность как существу разумному предотвращать появление агрессии и контролировать её. Надеюсь, что человечество сможет для себя сделать определенные выводы и обратить свою агрессию в конструктивное русло.



Адаптация и дезадаптация личности в социуме.

В психологии предложены различные определения адаптации, которые требуют специального рассмотрения. Следует также выработать такое определение социально-психической адаптации личности, которое, выраженное в собственно психологических понятиях, стало бы основой для рассмотрения различных аспектов процесса адаптации и его результата – адаптированности личности к определённым социальным ситуациям или устойчивым структурам.



Небихевиористское определение адаптации. В зарубежной психологии значительное распространение поучило необихевиористское определение адаптации, которое используется, например, в работах Г. Айзенка и его последователей. Адаптацию (adjustment) они определяют двояко: а) как состояние, в котором потребности индивида, с одной стороны, и требования среды – с другой полностью удовлетворены. Это состояние гармонии между индивидом и природной или социальной средой; б) процесс, посредством которого это гармоничное состояние достигается.

Такое состояние адаптации можно описать только в общих теоретических понятиях, поскольку на практике достижима только относительная гармония между средой и индивидом. Адаптация как процесс, согласно Р. Хэнки, принимает форму изменения среды и изменений в организме путём применения действий (реакций, ответов), соответствующих данной ситуации. Эти изменения являются биологическими. Об изменениях психики и использования собственно психических механизмов адаптации в этом сугубо бихевиористском определении нет речи. Это обстоятельство является основным недостатком бихевиористского подхода к проблеме адаптации личности.

Социальную адаптацию бихевиористы понимают как процесс физических, социально-экономических или организационных изменений в специфически-групповом поведении, социальных отношениях или в культуре. Следует отметить, что в таком определении социальной адаптации речь идет преимущественно об адаптации групп, а не индивида, о личностных изменениях, происходящих в процессе адаптации индивида, нет никакой речи.

Отмечается, что термин «социальная адаптация» используется также для обозначения процесса, посредством которого индивид или группа достигают состояния социального равновесия в смысле отсутствия переживания конфликта со средой.

Таким образом, в бихевиористических определениях социальной адаптации имеются элементы, которые можно использовать для выработки адекватного определения социально-психической адаптации личности.

Интеракционистское определение адаптации. Согласно интеракционистской концепции адаптации, которую развивает, в частности, Л. Филипс, все разновидности адаптации обусловлены как внутрипсихическими, так и средовыми факторами.

Согласно Л. Филипсу, адаптированность выражается двумя типами ответов на воздействия среды: а) принятие и эффективный ответ на те социальные ожидания, с которыми встречается каждый в соответствии со всоим возрастом и полом (посещение школы, овладение школьными предметами, установление дружеских отношений со сверстниками,, ухаживание, брак). Такую адаптированность Л. Филипс считает выражением конформности к тем требованиям, которые общество предъявляет к поведению личности; б) в более специфическом смысле адаптация не сводится просто к принятию социальных норм: она означает гибкость и эффективность при встрече с новыми и потенциально опасными условиями, а также способность придавать событиям желательное для себя направление. В этом смысле адаптация означает, что человек успешно пользуется создавшимися условиями для осуществления своих целей, ценностей и стремлений. Такая адаптированность может наблюдаться в любой сфере деятельности. Адаптивное поведение характеризуется успешным принятием решений, проявлением инициативы и ясным определением собственного будущего. Личность которая осуществляет преимущественно эту форму адаптации, не уходит от проблемных ситуаций, а использует эти ситуации для реализации своих стремлений, целей, основных притязаний.

Основными признаками эффективной адаптированности, согласно интеракционистам, являются следующие: а) адаптированность в сфере "внеличностной" социально-экономической активности, где индивид приобретает знания, умения и навыки, добивается компетентности и мастерства; б) адаптированность в сфере личных отношений, где устанавливаются интимные, эмоционально насыщенные связи с другими людьми, а для успешной адаптации требуются чувствительность, знание мотивов человеческого поведения, способность тонкого и точного отражения изменений взаимоотношений.

Следует отметить еще одну важную особенность интеракционистского понимания адаптации: представители этого направления социальной психологии проводят различие между адаптацией (adaptation) и приспособлением (adjustment). Так, например, Т. Шибутани пишет: «Итак, каждая личность характеризуется комбинацией приемов, позволяющих справляться с затруднениями, и эти приемы могут рассматриваться как формы адаптации. В отличие от понятия «приспособление», которое относится к тому, как организм приспосабливается к требованиям специфических ситуаций, адаптация относится к более стабильным решениям – хорошо организованным способам справляться с типическими проблемами, к приемам, которые кристаллизируются путем последовательного ряда приспособлений».

Такой подход, во-первых, выгодно отличается от бихевиористского тем, что в нм проводится различие между адаптацией и приспособлением, тогда как бихевиористы для всех случаев используют термин «приспособление», что является выражением их биологизаторского подхода к психической активности человека. Это объединяет концептуальный аппарат социальной психологии личности и теории социально-психической адаптации. Во-вторых, подход интеракционистов, как он представлен в книге Т. Шибутани, ясно указывает на то, что следует провести различие между ситуативной адаптацией и общей адаптацией к типичным проблемным ситуациям. Здесь просматривается также очень полезная идея, согласно которой общая адаптация (и адаптированность) является результатом последовательного ряда ситуативных адаптаций к повторяющимся ситуациям, имеющим общие определяющие черты.

Психоаналитическая концепция адаптации личности специально разработана немецким психоаналитиком Г. Гартманном, а механизмы и процессы адаптации защитной адаптации рассмотрены в работе Анны Фрейд.

Психоаналитическое понимание адаптации опирается на представления З. Фрейда о структуре психической сферы личности, в которой выделяются три инстанции: Id, Ego и Super-Ego. Id (Оно) включает инстинкты, Super-Ego представляет собой систему интернализованной морали, а в Ego включаются в основном рациональные познавательные процессы личности. Id руководствуется принципом удовольствия, Ego – принципом реальности. Ego "ведет войну" против Id, против Super-Ego и внешней реальности.

Г.Гартманн считает, что только психоанализ не может разрешить проблему адаптации, так как последняя является также предметом биологии и социологии. Однако без открытий психоанализа эта проблема, по его мнению, не может быть решена.

Г. Гартманн признает большое значение конфликтов в развитии личности. Но он отмечает, что не всякая адаптация к среде, не всякий процесс научения и созревания являются конфликтными. Адаптация, согласно Г. Гартманну, включает как процессы, связанные с конфликтными ситуациями, так и те процессы, которые входят в свободную от конфликтов сферу Id.

Г. Гартманн и др. психоаналитики проводят различие между адаптацией как процессом и адаптированностью как результатом этого процесса. Хорошо адаптированным психоаналитики считают того человека, у которого продуктивность, способность наслаждаться жизнью и психическое равновесие не нарушены.

Современные психоаналитики различают две разновидности адаптации: а) аллопластическая адаптация - изменение мира «под себя»; б) аутопластическая адаптация - изменение себя «под мир». К этим двум собственно психическим разновидностям адаптации он добавляет еще один: поиск индивидом такой среды, которая благоприятна для функционирования организма.

Психоаналитики придают большое значение социальной адаптации личности. Г. Гартманн отмечает, что задача адаптации к другим людям встает перед человеком со дня его рождения. Он адаптируется также к той социальной среде, которая частично является результатом активности предыдущих поколений и его самого. Человек не только участвует в жизни общества, но и активно создает те условия, к которым должен адаптироваться. Все в большей степени свою среду человек создает сам.

В целом психоаналитическая теория адаптации человека является в настоящее время самой разработанной. Психоаналитики создали широкую систему понятий и открыли ряд тонких процессов, с помощью которых человек адаптируется к социальной среде. Однако в целом психоаналитическая теория адаптации носит печать биологизаторских тенденций психоанализа, она опирается на фрейдовские представления о структуре психики, ее инстанциях (Оно, Я, Сверх-Я) и их взаимодействиях, поэтому для нас неприемлема. Но не следует забывать, что многие вопросы психологии адаптации личности впервые сформулированы представителями психоанализа и ряд достижений психоаналитиков в этой области (например, открытие и довольно подробное описание целой системы защитных механизмов) представляет непреходящую ценность для психологии.

Бихевиористская, интеракционистская и особенно психоаналитическая интерпретации психической адаптации являются наиболее распространенными и содержат много полезных идей, удачных формулировок проблем и указания путей дальнейших эмпирических и теоретических исследований. Однако, приведенные определения только частично отражают существенные особенности социально-психической адаптации личности. Выработка же полноценного научного определения социально-психической адаптации личности возможна только на основе идеи онтогенетической социализации.

Онтогенетическую социализацию можно определить как такой процесс взаимодействия индивида и социальной среды, в ходе которого, оказываясь в различных проблемных ситуациях, возникающих в сфере межличностных отношений, индивид приобретает механизмы и нормы социального поведения, установки, черты характера и их комплексы и другие особенности и подструктуры, которые в целом имеют адаптивное значение.

Социально-психическую адаптированность можно охарактеризовать как такое состояние взаимоотношений личности и группы, когда личность без длительных внешних и внутренних конфликтов продуктивно выполняет свою ведущую деятельность, удовлетворяет свои основные социальные потребности, в полной мере идет навстречу тем ролевым ожиданиям, которые предъявляет к ней эталонная группа, переживает состояние самоутверждения и свободного выражения своих творческих способностей. Адаптация же – это тот социально-психологический процесс, который при благоприятном течении приводит личность к состоянию адаптированности.

Одним из важнейших принципов теории социально-психической адаптации личности мы считаем следующее утверждение: в сложных проблемных ситуациях адаптивные процессы личности протекают с участием не отдельных, изолированных механизмов, а их комплексов. Эти адаптивные комплексы, вновь и вновь актуализируясь и используясь в сходных социальных ситуациях, закрепляются в структуре личности и становятся подструктурами ее характера. Изучение устойчивых адаптивных комплексов является одним из путей развития научной характерологии. Отметим, что следует различать три их основные разновидности: а) незащитные адаптивные комплексы, используемые в нефрустрирующих проблемных ситуациях; б) защитные адаптивные комплексы, являющиеся устойчивыми сочетаниями только защитных механизмов; в) смешанные комплексы, состоящие из защитных и незащитных адаптивных механизмов. Таким образом, принимая во внимание встречающуюся в психологической литературе классификацию адаптивных механизмов на защитные и незащитные, мы распространяем ее на адаптивные комплексы и дополняем эту классификацию средним, смешанным типом адаптивного комплекса, соответственно – адаптивного процесса и адаптированности, которые осуществляются смешанными адаптивными комплексами. Изучение адаптивных комплексов, таким образом, может в значительной мере способствовать развитию характерологии, являющейся важнейшей, но и наиболее слаборазвитой частью социальной психологии личности.

Социально-психическая адаптация личности, осуществляющаяся на уровне личностных механизмов, не сводится к конформизму. Конформистское поведение, как выражение соответствующей социальной установки, является только одной из возможных адаптивных стратегий, осуществляется с помощью различных смешанных адаптивных комплексов и выражается в разнообразных поведенческих формах. Социально-психическая адаптация личности может иметь неконформистский и творческий характер, тогда как конформистское поведение в некоторых ситуациях может быть неадекватным, приводящим к формированию таких черт и установок личности, которые делают невозможной ее гибкую адаптацию. Длительная приверженность к конформистской стратегии адаптации может способствовать формированию склонности личности к систематическим ошибкам поведения (нарушениям норм, ожиданий, шаблонов поведения) и созданию все новых проблемных ситуаций, для адаптации к которым у нее нет ни адаптивных способностей, ни готовых механизмов и их комплексов. В частности, сознательно осуществляемая конформистская стратегия может стать предпосылкой возникновения перманентных внутренних конфликтов личности.

Уровень адаптированности членов общества к уровню успешности их жизнедеятельности оказывает воздействие на основные социальные процессы, создает определенную общественную ситуцию.

При нарушениях процессов адаптации в данной социальной (групповой) среде личность оказывается в состоянии дезадаптированности. Это состояние лишено тех положительных психологических особенностей, присущих состоянию адаптированности.

Социально-психологическая дезадаптированность личности выражается в неспособности ее адаптации к собственным потребностям и притязаниям. Одни из признаков социально-психологической дезадаптированности личности является переживание ею длительных внутренних и внешних конфликтов без нахождения психических механизмов и форм поведения, необходимых для их разрешения.

Имея в виду то обстоятельство, что человек начинает осуществлять адаптивные процессы во всех тех случаях, когда оказывается в проблемных ситуациях (а не только при переживании конфликтных ситуаций), можно выдвинуть проблему уровней дезадаптированности. Так, если человек оказывается в проблемной ситуации и должен адаптироваться (имеет соответствующую мотивацию и социальная среда ждет от него исполнения адаптивных действий), то это означает, что он находится в состоянии временной дезадаптированности. Временная дезадаптированность характерна, например, для людей, которые оказались в новых учебных или производственных группах, в которых их функции (роли) и взаимоотношения с другими членами еще не определилсь, поскольку находятся в процессе становления.

Можно выделить следующие три основные разновидности социально-психической дезадаптированности личности: а) устойчивая ситуативная дезадаптированность (имеет место тогда, когда личность не находит путей и средств адаптации в определенных социальных ситуациях, хотя предпринимает такие попытки). В качестве ответа на такую хроническую ситуацию дезадаптированности такие люди в конце концов приобретают специфический защитный комплекс, одним из признаков наличия которого является неверное, искаженное восприятие и осознание своего социального статуса; б) временная дезадаптированность (устраняется с помощью адекватных адаптивных предметных, социальных и внутрипсихических действий); в) общая устойчивая дезадаптированность (она является состоянием перманентной фрустрированности, наличие которого активизирует ставшие патологическими (патологизированные) защитные механизмы; вследствие многократного применения патологизированных защитных механизмов формируются специфические виды психических комплексов – синдромы неврозов и психозов).

Для понимания особенностей адаптивного процесса следует знать тот уровень дезадаптированности, отталкиваясь от которого следует начинать свою адаптивную активность.

Для развития теории социально-психической адаптации личности, совершенно необходимо знание механизмов социализации, поскольку именно в процессе социализации перед личностью возникают те проблемные ситуации, для преодоления которых формируются адаптивные механизмы.

Согласно Т.Парсонсу, социализация индивида осуществляется с помощью трех основных механизмов: а) познавательных механизмов; б) защитных психических механизмов, с помощью которых принимаются решения в тех случаях, когда между потребностями личности возникают конфликты; в) механизмов приспособления, которые тесно связаны с защитными механизмами. Механизмы приспособления, согласно Т.Парсонсу, сублимируют те конфликты, которые связаны с внешними объектами. Такое приспособление приводит к интернализации элементов социального контроля и в этом смысле имеют сходство с функционированием сверх-Я. Здесь по существу утверждается мысль о том, что в процессе социализации личности, после когнитивных механизмов, важнейшую роль играют психические механизмы адаптации, причем сублимацию Т.Парсонс, по-видимому, не считает механизмом защитного характера.

Представляется, что в процессе социализации можно выделить как минимум три грани.

Во-первых, акцент в анализе социализации может быть сделан на трансляции культурно задаваемых ценностей, моделей поведения, способов социальной категоризации и т.п. Социальное развитие личности в этом случае будет рассматриваться преимущественно как процесс инкультурации.

Во-вторых, процесс социализации может быть понят как процесс собственно усвоения, интернализации различных модусов социального опыта, и соответственно акцент в исследованиях будет поставлен на механизмах этого усвоения и самом содержании усвоенного.

В-третьих, внимание может быть уделено преимущественно анализу возможных результатов социализации, и в данном случае речь скорее будет идти о социализации как адаптации.

Т.Парсонс считает, что "классические" защитные механизмы (фрейдовские динамизмы) служат для разрешения внутренних конфликтов личности, а функцией механизмов незащитной адаптации является разрешение внешних конфликтов.

Согласно Т.Парсонсу, познавательными механизмами социализации являются подражание (имитация) и психическая идентификация, которые опираются на чувства уважения и любви.

При обсуждении этой проблемы Т.Парсонс, с нашей точки зрения, игрнорирует одно важное обстоятельство, что не позволяет ему видеть внутренние связи различных механизмов социализации. Речь идет о том, что подражание и идентификация, как познавательные механизмы социализации, участвуют в тех адаптивных личностных процессах, которые развертываются в психике человека после того, как она оказывается в проблемной ситуации, Достаточно вспомнить, например, о существовании такого механизма защитной адаптации, как психическая идентификация с агрессором. С другой стороны, нет оснований для утверждения, будто в процессах защитной и незащитной адаптации из всех познавательных механизмов участвуют только подражание и идентификация. Достаточно, например, проанализировать структуру рационализаций для доказательства того, что психическая адаптация личности осуществляется с участием и других познавательных механизмов, в том числе механизмов научения (на которые в данной связи обратил внимание и сам Т.Парсонс).

Таким образом, все те механизмы, которыми, согласно Т.Парсонсу, осуществляется процесс онтогенетической социализации личности, участвуют также в процессах ее адаптации на всех этапах ее развития.

Социализация, согласно Т.Парсонсу, осуществляется благодаря функционированию еще нескольких механизмов. которые он характеризует в качестве "катетически-оценочных". Таковы: а) подкрепление-затухание, которые основаны на принципе удовольствия-страдания: этот принцип осуществляется в виде применения вознаграждений (поощрений) и наказаний; б) торможение, которое уподобляется механизму вытеснения; в) субституция (замещение), разновидностями которой являются перенос (трансфер) и перемещение. Т.Парсонс выделяет еще одну группу механизмов социализации, которые он объединяет под названием "ценностно-приобретаемых".

Для теории социально-психической адаптации личности существенным является то, что глубокое изучение адаптивных функций защитных механизмов позволит раскрыть такие стороны адаптированности и ее нарушений, которые до сих пор не исследовались.

Согласно самому общему определению, социализация – "процесс, в ходе которого человеческое существо с определенными биологическими задатками приобретает качества, необходимые ему для жизнедеятельности в обществе".

В советской социологии и социальной психологии выделяются также два основных "плана" социализации: филогенетический и онтогенетический. Исследовать филогенетический аспект социализации – означает выяснить пути и механизмы формирования родовых свойств человечества. Онтогенетическая социализация (о которой везде у нас идет речь, кроме специально оговоренных случаев) – это процесс формирования конкретных социально-психологических типов личностей в процессе их онтогенетического развития.

Для плодотворного изучения социализации и социальной активности людей следует подробнее разрабатывать концептуальный аппарат теории социальной психологии личности. В частности, нам представляется важной дифференциация онтогенетической социализации и социально-психической адаптации личности в данной социальной (в частности, в групповой) среде. Для решения этой задачи, важность которой отмечена и другими авторами , мы исходим из положения, согласно которому личность может быть социализированной, но дезадаптированно.. Более того, дезадаптированность человека может быть прямым следствием высокой степени и полноты его социализированности. Поэтому нам представляется не совсем точным утверждение некоторых авторов, будто "социально-психическая адаптация – один из путей более полной социализации.

Социализированность личности, в зависимости от конкретной групповой ситуации, может стать основой как для адаптированности, так и для дезадаптированности. Если в данном обществе моральные нормы и принципы, а также другие общечеловеческие ценности служат главным средством маскировки эгоистических стремлений, т.е. если доминирующей социальной ориентацией людей является двуличие (а во многом таково положение вещей в буржуазном обществе), то вполне естественно, что социализированность личности, осуществленная путем интернализации общечеловеческих ценностей, может стать постоянной причиной фрустрированности и дезадаптированности.

Онтогенетическая социализация есть процесс интернализации групповых норм, ценностей и типичных форм поведения, имеющий место в ходе индивидуального психического развития индивида. Она может осуществляться на уровнях малых групп, организации и всего общества. Адаптированность личности в группе – это такое ее состояние, которое позволяет ей без длительных конфликтов и фрустраций с возможной полнотой проявлять свои творческие, конструктивные возможности, переживать состояния самоутверждения и собственной ценности, значительности.

Поскольку личность одновременно является членом нескольких групп, то в некоторых из них она может быть хорошо адаптирована, в других – хуже. Она может быть членом и таких групп, в которых ее положение близко к полной дезадаптированности. Например, при хорошей адаптации в трудовом коллективе личность может быть дезадаптирована в семье.

Все вышесказанное позволяет прийти к еще одному выводу, касающемуся соотношения социализации и адаптации: поскольку социализация личности не всегда обеспечивает ее социально-психическую адаптацию, следует выделить две ее разновидности:

а) адаптирующую социализацию

б) дезадаптирующую социализацию.

Можно предложить нижеследующую – наиболее общую – классификацию разновидностей социально-психической адаптации личности: нормальная адаптация; девиантная или нонконформистская адаптация; патологическая адапатция.

А. Нормальная адаптация. Нормальным можно назвать такой адаптивный процесс личности, который приводит к ее устойчивой адаптированности в типичных проблемных ситуациях без патологических изменений ее структуры и, одновременно, без нарушений норм той социальной группы, в которой протекает активность личности. В результате нормальной адаптации, если берется только отрезок жизненного пути личности, ограниченный данным адаптивным процессом, ни в структуре личности, ни в той группе, в деятельности которой она участвует, не происходит существенных, т.е. приводящих к возникновению качественных новообразований, изменений.

Нормальная социально-психическая адаптация личности, в свою очередь, бывает двух видов: защитная и незащитная.



Нормальной защитной адаптацией мы называем те действия личности, которые осуществляются с помощью известных защитных механизмов (агрессии, рационализации, проекции, регрессии, формирования обратной реакции, сублимации и др.), если эти механизмы не стали патологическими.

Незащитные адаптивные процессы отличаются тем, что начинаются в нефрустрирующих проблемных ситуациях, требующих от личности принятия рациональных решений. Они осуществляются без участия известных защитных механизмов, т.е. с помощью незащитных адаптивных комплексов. Для достижения адаптированности в условиях возникновения нефрустрирующих проблемных ситуаций используются познавательные процессы личности, процессы целеобразования и целеполагания, групповые социально-психологические механизмы и решения задач, различные формы социальной уступчивости (в частности, конформного поведения, но без привлечения защитных механизмов), процессы общения и обмена информацией, интеллектуализации индивидуального жизненного опыта и др.

Поскольку многие реальные проблемные ситуации сложны и включают как фрустрирующие личность факторы, так и такие, которые вызывают к жизни незащитные адаптивные познавательные и эмоционально-волевые процессы, то можно выделить также третий тип социально-психической адаптации личности, который мы называем смешанным или средним. Смешанный, защитно-незащитный тип социально-психической адаптации личности осуществляется в тех проблемных ситуациях, в которых она частично фрустрирована, но одновременно стоит перед конструктивными задачами, связанными с ее социальными ролями. Параллельно с решением этих задач путем достаточно эффективного использования познавательных способностей и социального опыта, индивид обнаруживает также защитную агрессивность, склонность к самооправданию (путем рационализации), виновным из-за возникающих трудностей и неудач считает других (используя механизмы проекции и атрибуции).

При осуществлении каждого из этих трех разновидностей нормальной адаптации используется адаптивный комплекс специфического типа. В случае защитной адаптации это «чисто» защитный комплекс (состоящий, например, из агрессивных действий и мотивации, рационализации и регрессии в качестве их специфической ассоциации). В случае незащитной адаптации комплекс состоит из незащитных механизмов (незащитный адаптивный комплекс), и, наконец, в третьем случае формируются и используются смешанные (защитно-незащитные) адаптивные комплексы.

Если адаптация имеет место в результате разрешения проблемной ситуации, то в этом случае, используются преимущественно незащитные адаптивные механизмы и процессы (в том числе продуктивное мышление, приводящее к открытию новой целостной структуры). Когда же адаптация имеет место с сохранением проблемной ситуации (например, конфликта личности с лидером ее эталонной группы), тогда преимущественно используются защитно-адаптивные механизмы. Причем в этом случае структурные изменения самой личности должны быть более значительными: личность меняется для приспособления к ситуации, которую не может разрешить, трансформировать или ликвидировать исходя из своей внутренней мотивации.

В тех случаях, когда адаптация осуществляется с использованием как защитных, так и незащитных адаптивных механизмов, нередко ассоциированных в защитно-незащитные адаптивные комплексы, подвергаются частичным изменениям как личность, так и объективная социальная ситуация.



Б. Девиантная адаптация. Девиантными, или отклоняющимися, неконформистскими можно назвать те процессы социальной адаптации личности, которые обеспечивают удовлетворение потребностей личности в данной группе или социальной среде, в то время как ожидания остальных участников социального процесса не оправдываются таким поведением.

Девиантная адаптация условно может быть подразделена на два основных подвида: а) неконформистская адаптация; б) новаторская (инновативная, творческая) адаптация.

а). Неконформистской мы называем такой процесс социально-психической адаптации личности, благодаря которому она преодолевает внутригрупповую проблемную ситуацию необычными для членов этой группы способами и путями и. вследствие этого, оказывается в конфликтных отношениях с нормами группы и их носителями.

б). Инновативная (новаторская) или творческая адаптация. Так называют ту разновидность человеческой деятельности или исполнения роли, в ходе и результате которой личность создает новые ценности, осуществляет нововведения в те или иные области культуры. Здесь уместно привести одну важную мысль Т.Шибутани: «… приспособление не обязательно означает пассивную капитуляцию перед внешними обстоятельствами; люди часто активно приспосабливаются к среде, изменяя ее и создавая условия, в которых впоследствии ион смогут более эффективно преследовать другие цели».



В. Патологическая адаптация – это такой социально-психологический процесс (активность личности в социальных ситуациях), который полностью или частично осуществляется с помощью патологических механизмов и форм поведения и приводит к образованию патологических комплексов характера, входящих в состав невротических и психотических синдромов.

В процессе патологической адаптации используются такие защитные механизмы, которые выносят поведение личности за пределы нормальной адаптации, становятся неадекватными ответами на возникающие проблемные ситуации. Отметим, также, что каждому виду неврозов и психозов свойственны свои характерные защитные механизмы. Это наблюдение следует дополнить несколькими важными уточнениями:

а) эти ведущие или наиболее характерные для каждого невроза или психоза механизмы являются патологическими;

б) для каждого невроза или психоза характерен определенный защитно-адаптивный комплекс, а не просто отдельный защитный механизм;

в) данное добавление касается вопроса о том, в какой мере невротическое или психотическое поведение человека с социально-психологическом плане можно считать адаптивным.

Поскольку процесс адаптации, как ряд взаимообусловленных внутрипсихических и внешних действий, должен удовлетворить как потребности личности, так и ожидания и требования социальной группы, то вполне понятно, что паталогизированное поведение индивида с точки зрения группы может считаться адаптивным лишь в том случае, когда для успеха групповой деятельности от личности ожидается именно такое поведение. А такие случаи встречаются только тогда, когда нормы, принятые в группе или в организации тоже являются патологическими (в смысле несоответствия естественной природе человека как стремящейся к свободе и творческому самоутверждению существа).

С другой стороны, патологическое поведение личности для нее самой может быть адаптивным только в том случае, когда освобождает ее от фрустраций, необходимости несения непосильной ответственности, облегчает удовлетворение некоторых основных потребностей усилиями других.

Для теории социально-психической адаптации особую важность имеет выделение еще двух основных разновидностей адаптации:

а) адаптация путем преобразования и фактического устранения проблемной ситуации;

б) адаптация с сохранением ситуации.

В первом случае адаптивные ресурсы и механизмы личности мобилизуются для реконструкции реальной социальной ситуации, а сама личность претерпевает только сравнительно небольшие и в основном положительные изменения (приобретение новых знаний и навыков, социальной компетентности). Во втором случае личность претерпевает более глубокие изменения, но такие, которые большей частью не способствуют ее самоактуализации и самосовершенствованию. Адаптация путем преобразования или полного устранения объективной проблемной ситуации осуществляется преимущественно с помощью незащитных адаптивных механизмов и их комплексов, тогда как для адаптации с сохранением ситуации (например, межличностного или внутреннего конфликта) актуализируются уже приобретенные защитные комплексы или же создаются новые.

Отметим, что именно для обозначения адаптации личности с сохранением проблемной ситуации правомерно использование термина приспособление: личность меняется, а ситуация в основном остается без изменения. Все разновидности конформизма являются механизмами и стратегиями приспособления в этом специфическом смысле.

Помимо вышеописанных основных видов адаптации существуют такие разновидности адаптации, как профессиональная адаптация и физиологическая адаптация.

Профессиональная адаптация. Проблема профессиональной адаптации (профадаптации) личности – один из аспектов общей проблемы ее социально-психической адаптации. Это такой процесс, посредством которого индивид, с одной стороны, удовлетворяет свои требования и ожидания, предъявляемые к профессии и условиям ее осуществления и, с другой – тем требованиям, которые к нему предъявляют структура и содержание деятельности, условия ее осуществления и те социальные группы, под контролем которых протекает профессиональная деятельность личности. Можно сказать, что речь идет об адаптации личности к своему официальному социальному статусу в группе (организации), к соответствующей роли и условиям ее осуществления (ролевого поведения).

Следует отметить, что многие адаптивные механизмы могут иметь два или более «векторов» функционирования. На основе этого можно выделить еще несколько разновидностей адаптации:



1.Внешняя адаптация – это адаптивный процесс, посредством которого личность приспосабливается к внешним, объективным проблемным ситуациям. Внешняя адаптация может быть с сохранением проблемной ситуации или с ее устранением и т.п.

2.Внутренняя адаптация (коадаптация), имеет также ряд разновидностей:

а) внутренняя адаптация, направленная на разрешение внутренних конфликтов и других внутрипсихических проблем личности;

б) внутренняя структурная адаптация в узком смысле – это процесс какого-либо адаптивного механизма с теми уже образованными адаптивными механизмами, с которыми он составляет комплекс. Это также процесс образования корределяций определенного адаптивного комплекса с другими, уже сформированными устойчивыми адаптивными комплексами;

в) внутренняя структурная адаптация в широком смысле: приспособление адаптивного механизма или комплекса ко всей структуре личности. Целостная структура личности может оказать сопротивление включению в ее состав новых адаптивных механизмов или комплексов как чужеродных или, напротив, может быть весьма «рецептивной» к другим механизмам и комплексам.



3.Реадаптация. Если адаптированный в данной социальной среде (в групповой ситуации) человек оказывается в новой группе, в которой преобладают другие ценности, нормы и привычные формы поведения, где ведущая деятельность тоже другая, то перед ним возникает задача реадаптации: адаптация в новой среде сопровождается пересмотром и частичным или полным отказом от норм, ценностей, способов поведения, социальных ролей, а также от некоторых адаптивных механизмов, их комплексов и стратегий.

Физиологическая адаптация. Психологическая адаптация личности должна при дальнейшем своем развитии опираться на знание физиологических механизмов человеческого развития. Необходимо отметить, что на процесс физиологической адаптации оказывают влияние конституционально-типологические особенности, определяющие индивидуальную реактивность организма, его адаптационные особенности, своеобразие течения физиологических процессов, патологическое предрасположение. В.П. Казначеев описал три конституциональных типа, характеризующихся различными индивидуально- типологическими особенностями адаптации при длительном пребывании в экстремальных климато-географических условиях.

1. Тип "спринтер" хорошо переносит действие раздражителей интенсивных по силе и кратковременных. В то же время он физиологически мало приспособлен к выдерживанию длительно действующих факторов средней и слабой интенсивности. Вследствие этого конституционально- адаптационные свойства «спринтеров» оказываются более выигрышными только в течение первых 2-3 лет пребывания в экстремальных условиях.

2. Тип "стайер" менее приспособлен к действию кратковременных и сильных экстремальных факторов. В то же время он способен сохранять повышенную устойчивость при нагрузках слабой и средней интенсивности, продолжительных по времени. Благодаря подобным конституционально- адаптационным свойствам «стайеры» после относительно кратковременной перестройки могут длительно сохранять оптимальный уровень адаптированности. В начальный же период адаптации (до одного года) «стайеры» по эффективности адаптации уступают «спринтерам».

3. Смешанный тип - "микст", занимает промежуточное положение между «стайером» и «спринтером».

Указанные закономерности представляется возможным распространить и на процесс адаптации к хронической психической напряженности. Так, две различные по быстроте и устойчивости адаптации к условиям хронического эмоционального стресса группы, описываемые как группа успешной краткосрочной адаптации (с последующим ее срывом) и долгосрочной устойчивости (resilience), выделены при изучении психической адаптации мирного населения в зоне вооруженного конфликта.

Поскольку ребенок должен приобрести адаптивные навыки, которые способствуют выживанию популяции, резонно предположить, что обычаи по уходу за детьми в стабильных и растущих обществах являются продуктом адаптационного процесса, в котором плохо адаптированные общества неспособные выжить были абсорбированы лучше адаптированными обществами или радикальным образом изменили свои обычаи по уходу за детьми. Процесс адаптации состоит из нескольких стадий:

1. Изначальная адаптация генотипически различных личностей к нормативному принуждению посредством преднамеренной социализации. В этом процессе распределение генотипов личности предполагает неплановые вариации, и ценности родителей, их решения, касающиеся воспитания детей, устанавливают селективные критерии. Адаптационно-селективные модели пригодны на уровне популяции, где нормативно принятые модели выбираются родителями в соответствии с личностным генотипом их детей для более успешной их социализации.

2. Вторичная адаптация индивидуальных личностей к нормативному окружению посредством выбора социального поведения. Личностный генотип является постоянным источником импульсов, желаний, идей, которые создают неплановые вариации с точки зрения выполнения социальной роли. Индивид имеет в нормативно сформированном образе себя, который является центральным в его фенотипическом социальном характере, систему критериев для выбора среди этих генотипических импульсов. Поэтому каждую роль или иную экологическую нишу он занимает, предполагая свойственные им критерии оценивания и поощрений-наказаний за поведение, имеющее различную степень совместимости в его генотипической диспозицией. Действуя внутри пределов этой системы посредством собственного (может быть, временного) стабилизированного образа себя, он отвечает требуемым характеристикам своего микроокружения, испытывая поощрения или наказания за связанное с его генотипом поведение и выбирает наиболее соответствующие модели поведения.

3. Адаптация совокупности личностных характеристик популяции к нормативному поведению посредством селективного давления социальных санкций. “Некоторые люди имеют личностные черты, которые благоприятны нормативному окружению, в котором они функционируют; как следствие они проявляют большие таланты, мастерство, гармоничность в исполнении роли и способны достигнуть больших успехов и социального поощрения. Другие люди, хотя и способны принять нормативно санкционированные черты характера посредством социализации и вторичной адаптации, с большим трудом исполняют социальную роль, поскольку их генотипическая диспозиция менее соответствует требования их окружения; как следствие они менее способны достигнуть успеха и социального поощрения и более склонны к девиантному поведению.

Следует отдельно рассматривать процессы адаптации в стабильном обществе и в меняющемся обществе.

Три основных типа адаптации в стабильном обществе, или три основных типа мотивационных оснований конформности по отношению культурных норм, следующие: добровольная конформность, вынужденная конформность с мотивационным смещением, нормативный плюрализм. Добровольная конформность — это адаптивная модель, которую теоретически разработал Спиро. В ней ролевое поведение служит жизненным функциям одновременно и социальной системы, с которой связана эта роль, и личностной системы, на которую эта роль возложена. Этот оптимальный компромисс основан на высокой степени конгруэнтности поведенческих стереотипов институциональных норм, руководящих выполнением роли, и генотипических диспозиций личности. Оптимальная адаптивная подгонка на уровне отношений организм - среда, также как и на других уровнях, может быть достигнут несколькими путями. Эта подгонка может развиться в процессе селективной институциализации, так, что институцианальные нормы, полученные от предшествующих поколений дают личностное удовлетворение и нынешнему поколению. Другая моделью оптимальной адаптивной подгонки между распределением генотипических личностных диспозиций и институциональными нормами состоит в том, что нормы оставляют достаточное пространство, чтобы каждый индивид развивал свое собственное адаптивное решение посредством проб и ошибок.

Противоположная указанной выше модели адаптации является вынужденная конформность, в которой индивид подчиняется нормативному давлению и принимает роль, которая эффективно препятствует проявлению частных мотивов, возбуждаемых этой ролью. Эта ситуация широко распространена в подчиненных кастах, при диктатуре и т.п. Спиро совершенно справедливо утверждал, что вынужденная конформность является мотивированным поведением и может осуществляться только при мотивационной предрасположенности индивида. (Мотивы — страх наказание или желание выжить).


***

Рассмотрение накопленных к настоящему времени фактов и идей, относящихся к проблеме адаптации на уровне личностных механизмов, позволяет заключить, что многие частные вопросы проблемы социально-психической адаптации, касающиеся отдельных адаптивных механизмов, ещё не решены… Недостаточны наши знания о том, каким образом в сложных ситуациях адаптивные механизмы сочетаются в комплексы и позволяют личности, преодолевая эти ситуации, прийти к адаптированному состоянию. Не существует четких критериев адаптированного состояния личности, её социально-психической адаптированности как состояния динамического взаимодействия со средой.

В данной работе мы рассмотрели различные точки зрения на проблему адаптации, как то: небихевиористское, интеракционистское определение адаптации, психоаналитическая концепции. Также здесь было рассмотрено определение социально-психической адаптации личности на основе идеи онтогенетической социализации. Также здесь были рассмотрены различные виды адаптации: нормальная адаптация (защитная и незащитная), девиантная или нонконформистская адаптация (неконформистская, новаторская), патологическая адаптация; а также профессиональная и физиологическая адаптация.

Эффективная социально-психическая адаптация представляет собой одну из предпосылок к успешной профессиональной деятельности. Частая смена коллективов, будь то школьный класс, дружеская компания, новые коллеги по работе, заставляет обращать всё больше внимания к процессу социальной адаптации. Успешное вхождение коллектив является залогом успеваемости ученика, залогом повышенной трудоспособности, если мы говорим об отношениях между коллегами; дружеская обстановка в классе часто помогает подростку избавиться от ряда комплексов.

Проблема социальной адаптации представляет собой важную область научных изысканий, расположенную на стыке различных отраслей знания, приобретающих в современных условиях всё большее значение. В этой связи адаптационную концепцию можно рассмотреть как один из перспективных подходов к комплексному изучению человека.


Каталог: download
download -> Coping with Final Exams Stress ( Справляемся со стрессом перед выпускными экзаменами)
download -> Стресс и способы борьбы с ним (Stress and How to Cope With It)
download -> Потребность
download -> Примерная программа дисциплины психология журналистики
download -> Пояснительная записка требования к студентам
download -> Биография А. Маслоу. Основные положения теории гуманистической психологии А. Маслоу
download -> Иерархическая модель классификации мотивов: абрахам маслоу
download -> Теория абстрактного мышления и перспективы познания
download -> Лекции Происхождение сознания. Психика животных и человека


Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   7   8   9   10   11   12   13   14   ...   34




База данных защищена авторским правом ©dogmon.org 2022
обратиться к администрации

    Главная страница