Тезисы международной научно-практической конференции "Реализация гендерной политики: от международного до муниципального уровня"



Скачать 396.5 Kb.
страница2/4
Дата21.05.2016
Размер396.5 Kb.
ТипТезисы
1   2   3   4

Воронцова Галина (кафедра экономики и менеджмента в туризме и гостиничном хозяйстве СПбГИЭУ)

ГЕНЕЗИС ФОРМИРОВАНИЯ ГЕНДЕРНЫХ СТЕРЕОТИПОВ

В СЕМЬЕ СОВРЕМЕННОГО РОССИЙСКОГО ОБЩЕСТВА

В условиях социально-политических и экономических трансформаций, переживаемых Россией в постсоветский период, наблюдается динамичное преобразование социальных отношений, в том числе, в области гендерного поведения. Трансформация общества оказывает влияние, как на межличностные отношения в повседневной жизни, так и на систему гендерных отношений, изменяются способы формирования моделей гендерного поведения, стереотипы и практики материнства подвергаются модификации.

Санкт-петербургский профессор С. И. Голод выделяет следующие типы семей: "патриархальную" (или «традиционную»), «детоцентристскую» (или "современная") и "супружескую" (или "пост-современную"). Характеристика этих исторических типов и сочетаний с анализом "тактик семейного воспитания" имеет весьма существенное значение для понимания роли женщины и мужчины в семье и в обществе.

Патриархальная форма семейных отношений рассматривается как наиболее архаичная. Она опирается на зависимость жены от мужа и детей от родителей. Главенство мужа в семье этого типа проявляется в том, что в его руках экономические ресурсы, и он принимает основные решения. В традиционной семье жестко закреплены внутрисемейные роли, женщине отводится подчиненная роль и господствует авторитарная система воспитания.

Наличие разных социальных ролей, которые  воспринимаются как фундаментальные различия между мужчинами и женщинами в их психике и деятельности, формирует гендерные стереотипы.

На протяжении длительного периода значение семьи в жизни общества и человека недооценивалось. Бытовавшие в 20-ые годы представления об отмирании института семьи в социалистическом обществе оказались весьма живучими. Негативное отношение к старой семье, которым они были вызваны, постепенно перешло на институт семьи вообще и укоренилось в общественном сознании. Этому в немалой степени способствовала официальная идеология, рассматривавшая семью как нечто сугубо ''личное'', противостоящее интересам общественного производства, как помеху участию женщин в производительном труде.

Самоценность семьи и семейной жизни для гармоничного и всестороннего развития личности человека, а тем самым и для общества, долгие годы не только не осознавалась в должной мере, но и прямо осуждалась. Женщине отводилась роль соратницы по борьбе за светлое будущее.

Создание сети детских учреждений для дошкольного воспитания, несмотря на декларации, по существу преследовало цель не столько облегчить положение работающих женщин (домашние заботы все равно оставались на их плечах), сколько ''освободить'' их от воспитания детей для более полного вовлечения в общественное производство. Роль женщины-матери отодвигалась, а прославлялась женщина-труженица, а роль отца – замалчивалась.

Уже с середины XIX века в Европе начинает формироваться другой тип семьи - детоцентристский, для которого характерно возвышение частной жизни, чувственной стороны брака и интимности.

В нашей стране поведение родителей, мотивированное интимно-эмоциональной привязанностью к детям, получило массовое распространение с конца 50-х годов, но в советском обществе она имела гипертрофированные форм после потерь второй мировой войны.

Следующий тип семьи – супружеский. Норма семейной жизни меняется: родители отказываются в полной мере подчинять собственные интересы интересам детей. Речь идет о возрастании роли личностного взаимодействия мужа и жены, регулируемого моральными принципами и поддерживаемые общностью внутрисемейных ценностей. Отсюда неформальный характер связи и "симметричность" прав и обязанностей супругов. Женщина и мужчина выступают в данном типе семьи как равноправные партнеры.

По мере перехода от одного типа семьи к другому меняются и взаимоотношения внутри семьи: как между супругами, так и между родителями и детьми.

Состояние института семьи на современном этапе достаточно противоречиво: с одной стороны, мы видим распад семьи, ее дестабилизацию и ослабление нравственно-воспитательного потенциала семьи (разводы, рождение детей вне брака, ранние сексуальные связи, асоциальное поведения детей и родителей, неготовность молодёжи к браку и нежелание создавать семью), а с другой – формирование нового типа семейных отношений, где речь идет о возрастании роли личностного взаимодействия мужа и жены, регулируемого моральными принципами и поддерживаемого общностью внутрисемейных ценностей. Эта особенность современной семьи проявляется в известной автономии супругов, когда интересы каждого из них шире семейных, а круг общения каждого выходит за рамки супружества.

Эмоциональные изъявления супругов регулируются не столько обычаями, традициями и внешними предписаниями, сколько индивидуальными идеалами, нравственно-эстетическими ценностями. Основные ценности семьи формируются именно во взаимодействии мужа и жены, становятся реальной базой взаимодействия внутри подсистемы "родители-дети" и ведущая роль по формированию этих ценностей должна принадлежать как матери, так и отцу.

Существующие стереотипы в отношениях между мужчиной и женщиной в современной российской семье, а именно, представление о типично женских и типично мужских ролях, принижение роли отца препятствуют формированию супружеского типа семьи.

Ежова Любовь, Центр независимых социальных исследований (ЦНСИ)
ГЕНДЕРНОЕ НЕРАВЕНСТВО В ТРУДОВОЙ СФЕРЕ
На современном этапе развития российского общества наряду с вопросами экономической стабилизации не менее актуальным становится обеспечение перехода России к устойчивому социальному развитию, что, в свою очередь, требует формирования социальной политики с учетом гендерной компоненты, т.е. оценку стратегии социальной политики с точки зрения гендерного равенства. Когда мы говорим о гендерном равенстве, то, прежде всего, имеем в виду Конституцию Российской Федерации, где в статье 19 зафиксировано, что "женщины и мужчины имеют равные права и свободы и равные возможности для их реализации". Это означает, что по закону женщины и мужчины обладают равным правовым статусом. Россией ратифицирован ряд международных документов, в которых закреплены международные критерии и нормы по обеспечению равных прав и равных возможностей мужчин и женщин. Но всегда ли равенство соблюдается в жизни? Женщины в силу ряда социокультурных обстоятельств остаются "догоняющим полом" в ряде важнейших областей жизнедеятельности, с недостаточным объёмом прав и особенно возможностей. В России, как и во многих других странах, имеет место гендерный дисбаланс.

В наиболее общем виде определение дискриминации звучит следующим образом: «дискриминация (лат. discriminatio — различение) - ограничение прав части населения по определённому признаку»2. С точки зрения ресурсного подхода, дискриминация - действия, закрывающие членам определенной группы доступ к ресурсам или источникам дохода, доступным для остальных.3 Традиционно различают две формы дискриминации: дискриминация «де юре», или неравенство, закрепленное в законах, и дискриминация «де факто», или неофициальное неравенство, укоренившаяся в социальных традициях, обычаях, представлениях. Различают также дискриминацию по категории, которая распространяется на всех людей, социально причисляемых к определенной категории, и статистическую дискриминацию, основанную на вероятности того, что принадлежность к какой-то группе ведет к наличию нежелательных характеристик.4 Таким образом, конкретный работник, например, оценивается исходя из критериев, которые сформированы для той группы, представителями которой они являются.

Часто в дискуссии встречается упоминание о скрытых и открытых формах дискриминации. Ни в одном словаре не содержится четкого определения этих понятий. Однако, судя по их использованию в текстах, можно предположить, что открытая дискриминация - это действия, нарушающие установленные законом правила, или несоответствие действующих правил принятым международным правовым нормам, тогда как скрытая дискриминация проявляется как результат совокупности факторов действующих в обществе, ее можно уловить лишь на статистическом уровне. Например, факт отказа в приеме на работу беременной женщине, подходящей данной должности по профессиональным параметрам можно считать случаем открытой дискриминации.

Дискриминация женщин является разновидностью более общего феномена «гендерной дискриминации», предполагающей ограничение прав по признаку пола. Что такое гендер? Само слово «гендер» - буквальный транскрипт английского термина ("gender"), который в английском языке обозначает социальный пол, в отличие от пола как биологического факта ("sex")5. Социальный пол (гендер) является социальной конструкцией. В любом обществе существует система норм поведения индивидуумов, предписывающая выполнение определенных половых ролей6. В большинстве обществ существует устойчивая система понятий "мужских" и «женских" ролей (гендерных ролей), профессий, занятий и черт характера. При этом возникают определенные представления, что есть "мужское", и что - "женское".

Дискриминация женщин означает ограничение или лишение прав женщин по признаку пола во всех сферах жизни общества: социально-экономической, политической, духовной, семейно-бытовой.

В данном исследовании объектом нашего7 внимания является дискриминация женщин в трудовой сфере, связанная с нарушением трудовых и социально-экономических прав.

Существует несколько аналитических подходов к проблеме женской дискриминации. В российских публикациях по проблеме женской дискриминации можно условно выделить несколько аналитических подходов. Одним из них является правовой подход, который используется, пожалуй, наиболее часто. В фокусе внимания данного подхода - существующая в обществе система правовых норм, законов, призванных обеспечить гендерное равенство и предотвратить женскую дискриминацию, анализ степени соответствия имеющихся правовых документов международным нормам и правовым стандартам. Другим направлением правового подхода можно считать анализ практического применения существующих правовых норм, иными словами, оценка того, насколько эффективно нормативно-законодательная база защищает права женщин. Особенностью правового подхода является его правозащитная направленность.

Экономический подход в отличие от правового, рассматривает женскую дискриминацию в контексте рыночных механизмов и экономических процессов. Основная идея экономического подхода – найти экономическое объяснение гендерной дискриминации, показать, каким образом гендерное неравенство «встраивается» в существующую экономическую систему и как оно «работает» на эту систему8.

С точки зрения социологического подхода дискриминацию женщин в сфере труда следует рассматривать в конкретном культурно-историческом контексте9, с учетом сложившегося в обществе гендерного порядка, доминирующих в различных социальных группах нормативных представлений о гендерных ролях и гендерных отношениях. Для описания доминантных типов отношений между полами в обществе социологи используют понятия «гендерный контракт»10, «гендерная система», «гендерный порядок». В фокусе внимания социологического подхода к исследованию дискриминации находятся в первую очередь сами женщины с их мнениями и оценками происходящего.

Социологическое исследование было проведено в 2008 году с использованием качественной методологии. Методы исследования – фокус-группы с рабочими женщинами, экспертные интервью, наблюдения. В качестве исследовательских «случаев» рассматривались два судостроительных предприятия Санкт-Петербурга, различающихся по степени экономической успешности.

В качестве объекта исследования были выбраны рабочие – женщины, занятые на работах во вредном производстве (маляры и формовщицы). На одном предприятии это формовщицы, которые работают в стеклопластиковом цехе, на другом – маляры, работающие в малярно-изолировочном цехе. В обоих кейсах работа связана с вредными условиями труда, сокращенным рабочим днем (7 часов), доплатами за вредность, дополнительным отпуском, снижением пенсионного возраста. Организация труда – бригадная. В обоих кейсах рабочие - мужчины работают вместе с женщинами над одним объектом, выполняя различные функции.

Для женщин   рабочих, занятых во вредном производстве, гендерное неравенство проявляется в следующих формах:

1. гендерная сегрегация – ассиметричное распределение мужчин и женщин по рабочим местам, которое реализуется при приеме на работу и при последующем распределении работ

2. соотношение заработков мужчин и женщин в пользу мужчин

3. различное соотношение формальной и фактической вредности условий труда для женщин и мужчин.

Для профессии формовщиц свойственна горизонтальная сегрегация, т.е. эта работа считается «женской» по следующим причинам:

Женщины лучше справляются с такой работой в силу «женской сущности» - лучшей приспособленности к монотонной работе, способности выдерживать неудобства и дискомфорт

«…ну, вы же понимаете, даже на корточках, ну, сколько мужчина там просидит, через полчаса у него затечет все: ноги, спина, и голова отвалится, то есть ему нужно будет создавать комфортные условия для работы…»

Женщины лучше приспособлены к такой работе в силу навыков, которые они получают в быту в ходе всей своей жизни

«женщине с тканью мокрой, как и в быту, так и на работе работать легче, чем мужчине»

Женщине, в отличие от мужчины, не очень интересны конечные результаты труда:

«… Женщине, ведь ей же по сути все равно, она работает, ну она и работает. А что из этой детали получится, это сборщику видней, он потом вырежет что-то там. Доклеит, прилепит. А она свою заготовку делает и делает…» (м., начальник цеха, кейс 1)

Для профессии маляра свойственна вертикальная сегрегация, когда мужчины работают с помощью механизмов, а женщины – вручную. Причина - сложность работы с механизмами, необходимость «мужского начала»:

«Современные методы окраски требуют присутствия мужского начала, это работа с аппаратами безвоздушного распыления, то есть это чисто познание техники. Во-первых, сам аппарат – его перекатить не так-то просто, размотать шланги, забраться на леса…(м., зам.начальника цеха, кейс 2).

Таким образом, закрепление за женщинами рабочих мест формовщиц и маляров ручной может расцениваться как нарушающее гендерное равенство, поскольку мужчины и женщины не конкурируют за данные рабочие места, они относятся к «вторичному рынку труда», и «зарезервированы» за женщинами; «женские» работы являются наименее выгодными с точки зрения соотношения затрачиваемых усилий, условий труда и размеров вознаграждения; женщины заполняют эти рабочие места не потому, что у них лучше получается данная работа, а потому, что сюда не хотят идти мужчины, которые ориентированы на более содержательные и более высокооплачиваемые работы.

Исследование зафиксировало расхождения в заработках мужчин и женщин, по исследуемым профессиям в среднем на треть, причем, это открыто признается всеми информантами. Однако, открытая дискриминация по зарплате отсутствует, т.к. «де-юре», работа и мужчин, и женщин оплачивается по единым тарифам. Скрытая дискриминация предопределяется влиянием на заработную плату следующих факторов: спектр (виды) выполняемых работ; сложность выполняемых работ; уровень квалификации работника; отработанное время и выполненный объем работ.

Выводы:

Гендерное неравенство существует

При отсутствии нарушений «де-юре» неравенство существует «де-факто», как результат действия скрытых механизмов трудовых отношений на уровне ежедневных взаимодействий



Фоновый характер дискриминации

Нельзя ассоциировать выявленное неравенство с открытой дискриминацией, связанной с негативными предубеждениями против женщин. Напротив, отношение к женщинам, занятым на вредных производствах, со стороны как руководителей, так и других работников скорее сочувственное, понимающее.



Вынужденный характер дискриминации

С одной стороны, женщины вынуждены претендовать на рабочие места «второго сорта», поскольку это вызвано необходимостью сочетать роль кормильца семьи с обязанностями по воспитанию детей. С другой стороны, действия руководителей также имеют вынужденный характер и вызваны дефицитом рабочей силы в условиях экономического спада, устаревшими технологиями, разрушенной системой профессиональной подготовки рабочих кадров и т.д.



Проблема дискриминации существует, но она не актуализирована в общественном сознании

Хотя обнаруженное гендерное неравенство не связано с природными различиями мужчин и женщин, оно воспринимается всеми участниками трудовых отношений как нормальное, естественное.

Как мужчины, так и женщины признают в целом худшее положение женщин по сравнению с мужчинами, но не оценивают его через призму гендерного неравенства.

Существование сходных гендерных стереотипов у руководителей и рабочих, у мужчин и женщин делают ситуацию бесконфликтной. Этому способствует господствующий в трудовых отношениях патернализм как механизм интуитивной компенсации не партнерских отношений.



Рекомендации:

Предлагается сделать три шага на пути к гендерному равенству на уровне предприятий:



Первый шаг – анализ гендерного равенства различных категорий персонала на уровне статистических показателей деятельности предприятий, преодоление «гендерной слепоты» статистики. Необходима разработка индикаторов и системы показателей, которая бы улавливала гендерное неравенство на уровне предприятий.

Второй шаг – это гендерный мониторинг трудовой сферы. Ограниченная ценность статистических данных должна быть компенсирована, на наш взгляд, гендерным мониторингом (разовым, ежегодным) на уровне предприятия

Третий шаг – повышение уровня гендерной культуры, руководителей всех уровней, которые пока не воспринимают существующее неравенство мужчин и женщин в терминах и смыслах гендерной дискриминации
Ельяшевич А.М., Суворова М.К. СПб государственный политехнический университет
ГЕНДЕРНЫЕ СТЕРЕОТИПЫ И ГЕНДЕРНЫЕ ПРЕДРАССУДКИ:

ИССЛЕДОВАНИЕ С ПОМОЩЬЮ ПСИХОДИАГНОСТИЧЕСКОГО ТЕСТА ГСИО (ГЕНДЕРНАЯ САМОИДЕНТИФИКАЦИЯ И ОЦЕНКА)

Часто понятия стереотип и предрассудок рассматривают как синонимы. С нашей точки, зрения, эти два понятия не являются вполне тождественными.

В Википедии приводится определение стереотипа, данное Уолтером Липпманом: стереотип — это принятый в исторической общности образец восприятия, фильтрации, интерпретации информации при распознавании и узнавании окружающего мира, основанный на предшествующем социальном опыте.

В Википедии можно найти и определения предрассудка: предрассудок, это — смутные, а порою и ложные, основанные на неудовлетворительном или искаженном знании закономерностей развития общественных явлений, чаще всего принимаемые на веру со слов других людей взгляды на жизнь и окружающие условия.

По нашему мнению, предрассудки являются более индивидуальными характеристиками, а стереотипы - более социальными. При этом, если некоторые стереотипы могут правильно отражать реальность и оказывать, как отрицательное, так и положительное влияние на поведение человека , то предрассудки отражают реальност искаженно и их влияние на поведении человека всегда отрицательно.

Мы попытались проанализировать с этой точки зрения гендерные стереотипы и гендерные предрассудки с помощью психодиагностического теста ГСИО (гендерная самоидентификация и оценка), разработанного одним из авторов доклада (А.Е.), в котором: респонденту дается список из 60 качеств и предлагается оценить по 5-балльной системе, насколько эти качества свойственны мужчинам или женщинам, насколько они выражены у самого тестируемого, насколько они являются положительными или отрицательными и, наконец, насколько эти качества необходимы для его профессии.

Сопоставление результатов оценки списка качеств по 4 шкалам позволяет определить ряд характеристик: степень маскулинности-фемининности респондента по его собственным представлениям; степень его маскулинности-фемининности по характерным для данной социальной и возрастной группы представлениям; преобладание у тестируемого положительных или отрицательных качеств по его собственному мнению (положительная или отрицательная самооценка); степень положительности-отрицательности его качеств по усредненной для этой группы мнению; соответствие его представлений о "мужских" и "женских" качествах с оценке; стремление тестируемого считать качества какого-то пола только положительными или только отрицательными; сходство со "средним" мужчиной или "средней" женщиной и др.

Исследование выявило существование стереотипов, разделяемых большинством женщин и мужчин в определенных группах, как совпадающих у различных групп и у женщин и мужчин, так и различающихся. В то же время наблюдаются существенное отличие индивидуальных характеристик от средних, которое связано, как с индивидуальным опытом, так и с психологическими характеристиками респондента, в частности, со степенью его эксравертности и интровертности. В ряде случаев эти индивидуальные характеристики являются проявлениями явных гендерных предрассудков.



Еремин Николай, председатель правления

Санкт-Петербургской общественной организации

социальной помощи «Северный путь»
СОЦИАЛЬНЫЕ СЕРВИСЫ ДЛЯ МУЖЧИН:

НЕВИДИМЫЕ КЛИЕНТЫ
Длительное время основой гендерного равенства в сфере социальной защиты населения было внимание, сосредоточенное на оказании, в основном, помощи женщинам и это можно было бы объяснить, так как женщина и является основной жертвой гендерной дискриминации. Это позволило многим полагать, что гендерные аспекты социальной политики относятся только к женщинам и детям и не касаются мужчин. Со временем пришло понимание роли и ответственности мужчин в отношении достижения гендерного равенства. Но это понимание, еще не всегда реализуется на практике. Изучая систему социальной защиты населения, мы хотим сосредоточить свое внимание на мужчинах, не только как на группе повышенного риска, но и как на своеобразном индикаторе наличия элементов гендерной политики.

Стоит отметить, что мужчины часто невидимы в области социального обслуживания, не являются клиентами реализуемых программ, направленных на работу с социально-уязвимыми слоями населения. Есть несколько причин, почему это произошло. Традиционный взгляд на мужчин рисует их сильными «мачо», не нуждающимися в социальной защите. Социальные работники, только закрепляют эти гендерные стереотипы, если не признают, что мужчины, не зависимо от того, какой ущерб они нанесли, также нуждаются в социальной помощи. Считая, что женщины и дети более бесправны, более уязвимы, мы сосредоточили свои усилия на оказании помощи отдельным категориям клиентов социальных служб. Однако, исключив мужчин из процесса социальной реабилитации жертв, возможно, мы вновь делаем жертвы еще более уязвимыми. Рассмотрим, как видятся социальная работа с мужчинами в социальных службах города.

В Санкт-Петербурге насчитывается 52  государственных учреждения, осуществляющих социальное обслуживание семей и детей, из них 10 учреждений городского подчинения и 42 учреждений районного подчинения. Нас интересуют учреждения третьего типа, это 17 районных центров помощи семье и детям (из которых 2 городского подчинения). Деятельность их многопрофильна, в их структуре организованы службы, работающие с различными категориями граждан, в том числе с семьями и детьми, находящимися в трудной жизненной ситуации, женщинами, попавшими в трудную жизненную ситуацию. Работа организована как в нестационарных формах, так и в стационарных (кризисный центр, квартиры-убежища).

Все они различаются по масштабу, объему оказываемых услуг, но можно отметить, что оказание всех видов социальных услуг, связанных, как правило, с вопросами защиты детей, хотя и реализуются теоретически для «всех», с гендерной точки зрения, незначительно сориентированы на работу с мужчинами.

Приняв Концепцию развития системы социальной защиты населения Санкт-Петербурга, главными целями реализации социальной политики было заявлено сокращение масштабов бедности, стабильное повышение качества жизни всех слоев населения Санкт-Петербурга и снижение социальной напряженности в обществе. На наш взгляд, достижению этой цели должны служить принятые меры совершенствования социальной сферы, переход к адресности социальных услуг. Каким же образом были учтены мужчины, как получатели социальных услуг, при разработке стандартов и нормативов социального обслуживания, мы можем увидеть, изучив эти нормативы.

Например, норматив № 38 «Обеспеченности стандарта социальных услуг, предоставляемых несовершеннолетним, находящимся в социально опасном положении, в нестационарной форме в учреждении социального обслуживания». Он содержит 480 услуг, из которых только 20 услуг можно отнести к работе с семьей: «Консультирование несовершеннолетних и их семей по вопросам пенсионного, жилищного, семейного и других видов социального законодательства, связанного с правами и законными интересами клиентов»

Норматив №41 обеспеченности стандарта социальных услуг, предоставляемых несовершеннолетним матерям с младенцами и несовершеннолетним беременным, в нестационарной форме в учреждении социального обслуживания, содержит 337 услуг. Предусматривает ли он работу с отцом ребенка? Возможно, ведь 38 предлагаемых услуг, пожалуй, можно рассматривать в таком ключе. Это:

- консультирование по развитию родительской культуры (индивидуальное и групповое) – 6 услуг;

- содействие в обеспечении безопасной психологической среды в семье несовершеннолетней матери и ребенка - 4 услуги;

- проведение занятий по коррекции социально-педагогической защищенности – 24 услуги;

- консультирование несовершеннолетних и их семей по вопросам пенсионного, жилищного, семейного и других видов социального законодательства, связанного с правами и законными интересами клиентов – 4 услуги.

Кажется, что наиболее полно возможности организовать социальную работу с мужчинами представлены в 46 нормативе обеспеченности стандарта социальных услуг, предоставляемых семьям, находящимся в сложной жизненной ситуации, с несовершеннолетними детьми, в нестационарной форме в учреждении социального обслуживания. Этот норматив содержит 448 видов социальных услуг. Среди них - проведение психологической коррекции (индивидуальное и групповое) – 10 услуг; проведение социально-психологических тренингов по развитию социально-бытовых навыков (не менее 5 человек) – 12 услуг и даже организация занятий в хореографической студии (не менее 10 человек) – 48 услуг. Какое количество отведено на работу с насилием в семье? 1 услуга в виде «Содействия в привлечении к уголовной ответственности виновных в психическом и физическом насилии над клиентами социальных служб»

Еще заметнее отсутствие мужчин, как клиентов социальных служб, в предложенных к реализации нормативах обеспеченности стандарта социальных услуг, предоставляемых женщинам, пострадавшим от любых форм насилия, в нестационарной форме в учреждении социального обслуживания (№ 48). Когда изучаешь этот норматив, понимаешь, что страдания женщин от насилия еще не скоро прекратятся. В рациональном наборе, содержащем 70 видов социальных услуг (из которых 12 – это наблюдение за состоянием здоровья (измерение температуры тела, определение артериального давления и др.)), на «содействие в получении бесплатной юридической помощи в соответствии с действующим законодательством» отведена 1 услуга, на «оказание помощи в написании заявлений, обращений, жалоб» также 1 услуга.

Полагаю, вы согласитесь, что женщины, ставшие жертвами насилия, заслуживают право на безопасность, право на защиту. Если социальная служба, работающая с лицом, пострадавшим от всех видов насилия, а в конкретном примере - женщиной, изначально не ориентирована на работу с мужчиной, применившим насилие, если в самой системе отсутствуют службы и специалисты, ведущие такую работу, в чем смысл рациональности производимых затрат? И если принимаются решения, изначально гендерно-несбалансированные, разве мы не должны добиваться их изменения?

На наш взгляд, отсутствие стандартов и нормативов социальной работы с мужчинами, направленных на оказание социальной помощи различным категориям, только ведет к увеличению случаев насилия в семье, насилия в отношении детей, ухудшению положения самих мужчин. Открытие социальных сервисов для мужчин, не означает оправдания их насильственным действиям. Этим мы вовлекаем их в процесс перемен в своей судьбе, в интересах его детей, его семьи, его самого.

Гендерный парадокс: в то время, когда мужчины являются привилегированной группой во многих сферах нашей жизни, социальная сфера не видит в них клиентов социальных служб. Возможно полагая, что у нас нет мужчин:

- совершающих насильственные действия в отношении членов семьи;

- нарко- и алко- зависимых отцов семейств;

- вышедших из мест лишения свободы;

- переживающих кризис, связанный с экстремальными ситуациями (участники войн, жертвы религиозных сект);

- жертв трудового трафика;

- жертв межэтнических конфликтов;

- с семейными проблемами (развод, кризис во взаимоотношениях с детьми, с женой).

Кто сегодня может сказать, какая структура отвечает за сохранение мужчин в семье, за здоровье мужчин, работает на предотвращение ранней смертности мужчин, рискованного поведения, оказывает им помощь в воспитании детей. Не разово, не в рамках клуба, а целенаправленно и систематически, в рамках государственной социальной политики, в целях достижения гендерного равенства. Но это вопрос. А что мы можем сделать? Представляется, что социальные службы города должны внести коррективы в свою деятельность, и, возможно этим внести коррективы в общие направления социальной политики:

- увеличить представительство мужчин в кадровом составе социальных служб, особенно важно привлечь мужчин к работе с группами риска;

- выйти за пределы центров, наладив работающие модели межведомственного взаимодействия;

- при реализации рациональных наборов на практике, предусматривать равное вовлечение в получение услуг и отцов, а не только матерей;

- вести статистику, определяющую не только общее количество оказанных услуг, но и сколько рациональных наборов оказано мужчинам, женщинам, детям;

- пересмотреть качество рациональных наборов, подвергнув их гендерному анализу и гендерной коррекции;

- дополнить перечень стандартов социальных услуг, стандартами оказания социальной помощи мужчинам.


Использованная литература:

1. Гендерное образование: проблемы и перспективы: материалы межрегиональной научно-практической конференции/ под ред. М.Е.Верховкиной. – СПб, СПбАППО, 2010. – 182с

2. Гендерная психология. Практикум. 2-е изд./Под ред. И.С.Клециной.–СПб.: Питер, 2009.-496 с

3. Закон Санкт-Петербурга от 30.01.2008 № 42-10 «О государственных стандартах социального обслуживания населения Санкт-Петербурга»

4. Кон И.С. Мужчина в изменяющемся мире. М.: Время, 2009. 496 с

5. Попова Д.О. Трансформация семейных ценностей и второй демографический переход в России: кто в авангарде?// Родители и дети, мужчины и женщины в семье и обществе / Под науч. ред. С.В Захарова, Т.М. Малевой, О.В. Синявской; Выпуск 2.Независимый институт социальной политики. М.: НИСП, 2009. с. 163-184

6. Постановление Правительства Санкт-Петербурга от 16.05.2006 № 559 «О Концепции развития системы социальной защиты населения Санкт-Петербурга на 2006-2010 годы»

7. Смирнов Д.А. Современный российский мужчина в семье и о семье: Стиль «молодого отца» в массовом сознании и поведении россиян// Конструирование маскулинности на Западе и в России: Межвуз. сб. научно-методических матери



Каталог: data -> 2011
2011 -> Программа дисциплины «Российский и мировой рынок pr»
2011 -> Программа дисциплины Разработка управленческих решений для направления 080500. 62 «Менеджмент»
2011 -> Профессиональное самоопределение личности сущность профессионального самоопределения
2011 -> Агадуллина Елена Рафиковна
2011 -> Программа дисциплины «Основы социологии»
2011 -> Пояснительная записка. Требования к студентам Программа курса опирается на знания, полученные студентами-психологами при изучении всех предыдущих психологических дисциплин и особенно курсов
2011 -> Пояснительная записка. Аннотация
2011 -> Пояснительная записка Аннотация. Программа дисциплины «Психодиагностика» включает в себя : содержание дисциплины
2011 -> Программа дисциплины [Введите название дисциплины] для направления/ специальности [код направления подготовки и «Название направления подготовки»
2011 -> Индивидуальные ценности в структуре сознания


Поделитесь с Вашими друзьями:
1   2   3   4


База данных защищена авторским правом ©dogmon.org 2019
обратиться к администрации

    Главная страница