Зависимости


Мотивация употребления ПАВ



страница15/23
Дата12.05.2016
Размер2 Mb.
1   ...   11   12   13   14   15   16   17   18   ...   23

4.3. Мотивация употребления ПАВ

По мнению Б.С.Братуся, опьяняющее вещество (алкоголь, наркотик, токсическое средство) отражает проекцию психологического ожидания, актуальных потребностей и мотивов на психофизиологический фон опьянения, создавая внутреннюю картину, которую человек приписывает действию вещества, делая его психологически привлекательным.

Мотивация употребления алкоголя и наркотических средств имеет несколько форм (Ц.П.Короленко, Т.А.Донских):

1. Атарактическая мотивация заключается в стремлении применения веществ с целью смягчения или устранения явлений эмоционального дискомфорта. В таких случаях вещество, вызывающее опьянение, используется как лекарственный препарат, снимающий негативные феномены и симптомы душевного неблагополучия. Среди симптомов, которые в первую очередь подталкивают человека к употреблению таких веществ оказываются страх, тревога, депрессия и их разновидности. Повышенная эмоциональная насыщенность, негативный фон настроения способствуют выбору в пользу наиболее лёгкого решения проблемы. Снятие неблагоприятных симптомов происходит химическим путём. Возвращение обычного эмоционального состояния и чувства комфорта блокирует потребность дальнейшего использования веществ. Однако девиантное поведение формируется при атарактической форме мотивации в силу частоты применения данного способа снятия эмоциональных проблем, с переходом психологической зависимости в физическую.

2. Гедонистическая мотивация выступает как бы продолжением и развитием атарактической, но разительно отличающейся от неё по качеству. Атарактическая приводит эмоциональное состояние в норму из сниженного, а гедонистическая способствует повышению нормального (не сниженного) настроения. Гедонистическая направленность проявляется в получении удовлетворения, испытании чувства радости от приёма веществ (алкоголя, наркотиков и др.) на фоне обычно равного настроения (Рис. 18) [51, с.98].

Рисунок 18



Направленность изменения настроения при различных

видах мотивации употребления психоактивных веществ

--- - --- - --- - --- - --- - --- - --- - --- -



Гедонистическая мотивация

- --- - --- - --- - --- - --- - --- - --- - ---



ровное настроение (N) --- - --- - ---

--- - --- - --- - --- - --- - --- - --- - ---

--- - --- - --- - --- - --- - --- - --- - --- -

- --- - --- - --- - --- - --- - --- - --- - ---




Атарактическая мотивация


Гедонистическая направленность является типичной именно для аддиктивного поведения (хотя может встречаться и при других типах девиантного поведения – делинквентном, патохарактерологическом, психопатологическом). Человек с аддиктивной направленностью поступков склонен искать в алкоголе или наркотиках способ ухода от реальности в иллюзорный мир, доставляющий ему наслаждения. При этом он выбирает из богатого арсенала ПАВ лишь те, которые обладают эйфоризирующим эффектом, способствующим быстрому и резкому повышению настроения, появлению смешливости, благодушия, радости, любвиобилия, лёгкому достижению сексуального оргазма. Немаловажным становится поиск необычного (неземного) действия веществ, резко превращающего «серое существование» в интересный, полный неожиданностей «полет в неизведанное».

Наибольшие изменения психической деятельности, превышающие чисто эйфоризирующий эффект и сопровождающиеся иными психопатологическими расстройствами, наблюдаются при использовании ЛСД (лизергина, риэталамида лизергиновой кислоты), кодеина, марихуаны (гашиша) и кокаина (ниже будут рассмотрены особенности действия данных веществ при их применении).

3. Мотивация с гиперактивацией поведения близка к гедонистической, но основывается не на эйфоризирующем, а на активирующем эффекте вещества. Часто эффекты действуют совместно, однако нередко человеком разделяются. При данной форме мотивации базисной становится потребность вывести себя из состояния пассивности, безразличия, апатии и бездействия с помощью веществ, провоцирующих необычную, запредельную живость реакции и активность. Особо важной становится стимуляция сексуальной активности и достижения «рекордных результатов» в интимной сфере. Таким образом, гиперактивация рассматривается чаще всего человеком как гиперсексуальность и возможность получить что-то необычное о сфере волюстических (сопровождающихся оргазмом) ощущений. Попытка достичь высшей степени «сексуального блаженства» с помощью гиперсексуальной активации сочетается с активностью к рискованной деятельности. Из наркотических веществ, обладающих активирующими свойствами, выделяются марихуана, эфедрин и его производные, сочетающие гиперактивацию и гиперсексуальность, а также кодеин, никотин и кофеин, вызывающие активность без гиперсексуальности. Мотивация с гиперактивностью и гиперсексуальностью, как правило, встречается при аддиктивном типе девиантного поведения. Пресытившись традиционными способами достижения оргазма, человек нацеливается на новые, более возбуждающие способы («ловля оргазма»), сопряженные с риском и употреблением ПАВ. Такие способы позволяют ему вывести себя (пусть на короткое время и ценой психических расстройств) из состояния скуки и равнодушия.

4. Субмиссивная мотивация применения веществ отражает неспособность человека отказаться от предлагаемого окружающими приёма ПАВ. Неспособность противостоять давлению вытекает из характерологических или личностных особенностей человека. В одном случае это обусловлено ананкастными или зависимыми чертами характера (робостью, застенчивостью, конформностью, тревожностью, осторожностью в общении), при которых индивид старается избегать ситуаций осуждения (в частности, за нежелание «за компанию» употреблять алкоголь и т.д.). Страх оказаться вне коллектива, быть изгнанным из него за неконформное поведение, стать «белой вороной» является базой для субмиссивной мотивации употребления ПАВ.

5. Псевдокультурная мотивация основывается на мировоззренческих установках и эстетических пристрастиях личности. Человек рассматривает употребление алкоголя или наркотических веществ сквозь призму «изысканности вкуса», причастности к кругу избранных – знатоков. Поведение индивида носит характер причастности к традиции, «культуре». В большей степени при псведокультурной мотивации важно не само употребление веществ, а демонстрация этого процесса окружающим. Чаще всего встречается при патохарактерологическом типе девиантного поведения (истерические характерологические расстройства).

В случаях формирования психопатологического типа поведения при таких заболеваниях, как алкоголизм, наркомании и токсикомании, девиантное поведение становится полностью зависимым от феноменологических клинических особенностей и стадий болезни. Выделяют три механизма доминирования алкогольной и наркотической потребности формирования зависимости с комплексом клинических симптомов и синдромов (Э.Е.Бехтель):

1. Эволюционный механизм. По мере повышения интенсивности эйфоризирующего эффекта происходит рост потребности, которая из второстепенной, дополнительной (аддиктивной, патохарактерологической) становится вначале конкурирующей, а затем доминирующей.

2. Деструктивный механизм. Разрушение личностной структуры, вызванное какими-то психотравмирующими факторами, крахом личности, сопровождается изменением её ценностных ориентаций. Значение прежде доминирующих потребностей при этом снижается. Второстепенная потребность в веществах, изменяющих психическое состояние, может неожиданно стать доминирующей, основным смыслообразующим мотивом деятельности.

3. Механизм, связанный с изначальной аномалией личности. Он отличен от деструктивного тем, что аномалия является длительно существовавшей, а не возникшей в силу психотравмирующего воздействия на личность. Выделяется три варианта аномалий: а) при аморфной личностной структуре со слабо выраженными иерархическими отношениями в системе потребностей и мотивов любая сколько-нибудь значимая потребность быстро становится доминирующей; б) при недостаточности внутреннего контроля неполная интернализация групповых норм не позволяет выработать внутренние формы контроля; в) при аномалии микросреды искажённые групповые нормы формируют аномальные установки на употребление веществ, изменяющих психическое состояние.

Следует иметь в виду, что молодые люди рассматривают наркотики как часть своей среды и нередко не умеют противостоять соблазну однократного употребления или давлению торговцев. Довольно быстро наступает привыкание к наркотику и тогда основным побуждающим фактором становится сама зависимость.

По мнению ряда авторов, простому поиску удовольствия («кайфа») придаётся чрезмерное значение. Эйфория от удовлетворения «наркотического голода» длится недолго и быстро сменяется сонливостью, ступором. Ведущим побудительным мотивом, вероятно, является стремление избежать напряжения и боли. Любое напряжение воспринимается как предвестник явной угрозы существованию, аналогично недифференцированному младенческому ощущению голода.

Психологические исследования раскрывают глубокие бессознательные мотивы употребления химических веществ. Д.Вейлант отмечает, что люди применяют наркотики как «самолечение» психиатрических симптомов. Большинство исследователей отмечают связь между личностным депрессивным расстройством и развитием наркозависимости. Если на употребление марихуаны существенное влияние оказывают сверстники, то использование «тяжёлых» наркотиков, скорее всего, связано с глубоко нарушенными отношениями с родителями и дерпессией.

У каждого человека присутствует аддиктивная склонность, наличие же серьёзного личностного расстройства, по мнению Кресса, является ведущим условием перехода этой особенности в хроническое расстройство. Злоупотребляющие наркотиками, в целом, более личностно нарушены, изолированы и менее удовлетворены своей жизнью. Дж.Ханзян в качестве ведущих проблем химически зависимых называет базовые трудности саморегуляции в четырёх основных сферах: чувства, самооценка, взаимоотношения, забота о себе. Аддиктивные личности страдают от того, что не чувствуют себя «хорошими», что мешает им в свою очередь иметь удовлетворяющие их отношения с другими людьми. Химические вещества служат мощным средством против внутреннего чувства пустоты, дисгармонии и боли. Стремясь скрыть свою уязвимость, люди, склонные к зависимости, используют такие защитные паттерны, как избегание, отрицание, отказ от реальности, утверждение собственной самодостаточности, агрессия и бравада.

Наркотизацию можно рассматривать как развитие дефективных защит против невыносимых аффектов ярости, стыда и депрессии. Похоже, что наркозависимые просто не способны выносить данные аффекты – они испытывают состояние, близкое к панике. Вместо того чтобы осознать, проговорить и выразить свои чувства – освободиться от них, - зависимые люди применяют химические вещества для управления ими, «отключая» свои чувства и создавая иллюзию контроля.

Наркотики действительно имеют выраженное фармакологическое действие и способны на короткое время изменить психоэмоциональное состояние. Так, кокаин ослабляет депрессию и повышает активность, героин купирует ярость и депрессию, а опиаты в целом снижают чувства никчемности, стыда, вины, самокритики. Наркотики удовлетворяют потребность в стабильности, нейтрализуют карающее Супер-Эго, дают идеализированный объект. Глубинное изучение наркозависимых индивидов привело С.Блатта и др. к заключению, что зависимость от героина (одного из самых сильных наркотиков) существенно детерминируется:

а) потребностью контейнировать агрессию;

б) поиском удовлетворения желания символических отношений с материнской фигурой;

в) желанием ослабить депрессивные аффекты.


4.4. Факторы риска и антириска возникновения и развития злоупотребления ПАВ
Обстоятельства, достоверно увеличивающие шансы индивида стать потребителем ПАВ, называются факторы риска употребления ПАВ. Как уже отмечалось выше (глава 2), они нередко специфичны для определённых и этнических групп или для определённой общественной среды и могут зависеть от вида употребляемого ПАВ. Так, факторами риска употребления ПАВ могут быть:

- проблемы, связанные с физическим или психическим здоровьем;

- злоупотребление родителями ПАВ;

- высокий уровень семейного стресса, семейная нестабильность, низкий уровень дохода в семье;

- личностные особенности (неуверенность в себе, заниженная самооценка, колебания настроения, невысокий уровень интеллекта, неприятие социальных норм, ценностей и т.д.);

- ранняя сексуальная активность, подростковая беременность;

- проблемы межличностного общения в семье, в школе, в среде сверстников;

- регулярное общение со сверстниками, употребляющими ПАВ, отсутствие устойчивости к их негативному влиянию;

- невысокое качество медицинской помощи;

- высокий уровень преступности в регионе.

Обычно человек начинает употреблять ПАВ под воздействием нескольких факторов.

Изучению факторов риска употребления ПАВ посвящён ряд отечественных и зарубежных исследований, разработаны классификации факторов риска возникновения и развития наркомании, токсикомании, алкоголизма.

Мы приводим некоторые из этих классификаций для того, чтобы показать неоднозначность подходов к данному вопросу.

С.В.Березин, К.С.Лисецкий [63, с.64-65] выделяют четыре основных группы факторов, способствующих развитию отклоняющегося поведения в целом и алкоголизации и наркотизации в частности:

1. Нравственная незрелость личности: отрицательное отношение к обучению, отсутствие социально одобряемой активности и социально значимых установок; узкий круг и неустойчивость интересов, отсутствие увлечений и духовных запросов; неопределенность в вопросах профессиональной ориентации, отсутствие установок на трудовую деятельность, дефицит мотивации достижений, уход от ответственных ситуаций и решений; утрата «перспективы жизни», видения путей развития своей личности; терпимость к пьянству, наркотикам.

2. Нарушенная социальная микросреда: неполная семья; сильная занятость родителей; отсутствие братьев и сестёр; искажённые семейные отношения, приводящие к неправильному освоению социальных ролей, неправильное воспитание; раннее (12-13 лет) начало самостоятельной жизни и преждевременное освобождение от опеки родителей; лёгкий и неконтролируемый доступ к деньгам и непонимание того, как они достаются; алкоголизм или наркомания у кого-либо из близких родственников или близких людей; низкий образовательный уровень родителей.

3. Индивидуально-биологические особенности личности: наследственная отягощенность в отношении психических заболеваний и алкоголизма, тяжёлые соматические заболевания и нейроинфекции в раннем детстве; органические поражения мозга, умственное недоразвитие, инфантилизм.

4. Индивидуально-психологические особенности и нервно-психические аномалии личности: низкая устойчивость к эмоциональным нагрузкам, повышенная тревожность, импульсивность, склонность к рискованному поведению, недостаточная социальная адаптация, особенно в сложных условиях, акцентуации характера.



Н.А.Сиротой (1990) разработана классификация факторов риска возникновения и развития наркомании в подростковом возрасте [82, с.6-8].

1. Факторы пре-, пери-, постнатальной отягощённости:

- патологически протекавшая беременность у матери;

- хронические и острые тяжёлые заболевания матери в период беременности;

- хронические и острые тяжёлые психические травмы в период беременности;

- патологически протекавшие роды;

- задержки нервно-психического развития в раннем возрасте;

- нервно-психические отклонения в раннем детстве.

2. Факторы наследственной отягощённости:

- психические заболевания родителей, родственников;

- алкоголизм родителей, родственников;

- наркомания родителей, родственников.

3. Факторы нарушенного онтогенеза:

- черепно-мозговые травмы;

- психотравмы;

- тяжёлые соматические заболевания.

4. Различные нарушения отношений в семье и семейного воспитания:

- неполные, распавшиеся семьи;

- отсутствие семьи;

- деструктивные семьи;

- воспитание по типу явной или скрытой гипопротекции;

- психопатологические личностные или акцентуированные характерологические особенности родителей.

5. Нарушения психосоциальной адаптации в процессе развития подростка:

- формирующаяся отчуждённость, противоречивость и нарастающая неудовлетворённость в отношениях с родителями;

- избегающий, поверхностный, формальный стиль общения в семье;

- формальное отношение к внутрисемейным проблемам, игнорирование их;

- снижение успеваемости;

- нарушения школьной дисциплины;

- неполноценность коммуникативных контактов (поверхностное, недифференцированное межличностное общение);

- конфликтность в отношениях со сверстниками – представителями формально детерминированного коллектива или избегание общения с ними;

- конфликтность в отношениях с учителями и администрацией школы;

- нарушение принципа социальной обусловленности коммуникативных связей, построение общения со сверстниками преимущественно по «территориальному принципу»;

- уменьшение интенсивности и неустойчивость общения со сверстниками противоположного пола, выраженные проблемы общения с ними;

- отсутствие устойчивых увлечений;

- склонность к асоциальным формам поведения.

6. Психологические факторы:

- зависимость особенностей личностного реагирования, социальной перцепции, характера межличностного общения и Я-концепции от влияния референтной группы сверстников;

- тенденция к реализации эмоционального напряжения в непосредственное поведение, минуя процесс когнитивного осознания и принятия решения;

- игнорирование системы социальных установок и ролей;

- нарушения в сфере социальной перцепции (несоответствующая возрасту коммуникативная и социальная некомпетентность, несформированные в соответствии с возрастом самооценка и прогноз оценки своего поведения в глазах окружающих);

- несформированная в соответствии с возрастом способность адекватно оценивать и вербализовать взаимоотношения с окружающими;

- отсутствие стремления к конструктивному разрешению проблемных и конфликтных ситуаций;

- отсутствие сформированного представления о жизненных целях;

- отсутствие сформированного реального и идеального образа Я и значимых окружающих и как следствие отсутствие стимула к саморазвитию и усовершенствованию;

- неосознанный, часто парадоксально проявляющийся в поведении «призыв о помощи», направленный к членам семьи и окружающим.

Факторы защиты от риска употребления ПАВ (протективные факторы) – это обстоятельства, достоверно снижающие шансы индивида стать потребителем ПАВ.

Факторы защиты от риска употребления ПАВ:

- стабильность и сплочённость, адекватное воспитание и тёплые доверительные отношения в семье;

- средний и высокий уровень дохода в семье, обеспеченность жильём;

- адекватная самооценка, развитые навыки самостоятельного решения проблем, поиска и принятия социальной поддержки, устойчивость к негативному влиянию сверстников, умение контролировать своё поведение;

- высокий уровень интеллекта и устойчивости к стрессу, физическое и психическое благополучие;

- соблюдение общественных норм в употреблении ПАВ;

- высокое качество медицинской помощи;

- низкий уровень преступности в регионе;

- доступность служб социальной помощи.

В течение жизни на индивида воздействует совокупность факторов риска и факторов защиты, которые не имеют прямых вероятностных связей с формированием аддикции, т.е. поведения, ведущего к формированию зависимости от ПАВ [82, с.7].

В настоящее время существует ряд подходов к диагностике повышенного риска алкоголизма и наркомании у подростков, коррекции их поведения, эмоциональных нарушений.

Согласно наркологическому подходу основными признаками риска считаются злоупотреблением чаем, кофе, табаком, алкоголем, наследственная отягощенность наркологическими и психическими заболеваниями. При педагогическом подходе признаками риска считаются вредные привычки (курение, грызение ногтей), педагогическая запущенность, воспитание в социально неблагополучных семьях. Правоохранительный подход в качестве основных признаков риска рассматривает определённые формы девиантного поведения: азартные игры, самовольные уходы из семьи, уклонение от учёбы и работы, участие в асоциальных и антисоциальных подростковых группах. Психиатрический подход основное значение придаёт психическим нарушениям: неврозам, психопатиям, депрессиям, органической мозговой патологии [63, с.65].

Существуют тесты для определения степени риска к употреблению ПАВ у подростков. В качестве примера приводим один из них в Приложении 2.
4.5. Концепции риска приобщения к употреблению ПАВ

Отсутствие на сегодняшний день оптимальной концепции риска приобщения к употреблению алкоголя, наркотиков и других психоактивных веществ осознаётся как отечественными, так и зарубежными исследователями. По мнению Н.А.Сироты такой концепции и не может быть, так как постоянно изменяется окружающая среда и характер её воздействия на людей. Существует ряд концептуальных моделей, являющихся наиболее универсальными, но и они развиваются и совершенствуются в процессе изменений, происходящих в мире, и в соответствии с развитием мировой психологии [82, с.9].

1. Трансакционная модель. Поведение человека определяется характеристиками инидвида и среды, в которой он функционирует. Результатом взаимодействия индивида и среды является развитие индивидуальных характеристик человека. На личностное жизненное пространство, психологический и поведенческий статус влияют концептуальные факторы среды, которые в свою очередь подвластны влиянию индивида. Результаты взаимодействия между личностью и средой описываются в терминах «трансакций». Согласно трансакционной модели возможность предвидеть результаты поведения человека зависит от идентификации анализа и понимания таких трансакций. Риск в отношении возможности приобщения к употреблению ПАВ может быть вызван следующими причинами:

а) характеристиками индивида, имеющего те или иные преддиспозиционные особенности;

б) характеристиками среды, воздействующей на индивида;

в) специфическими комбинациями индивидуальных и средовых характеристик.

Эти причины в совокупности ведут к последовательности событий, вызывающих функциональное или дисфункциональное поведение. Такие последствия называются «этиологическими» изменениями, определяющими эмоциональные и поведенческие исходы, которые можно предотвратить с помощью превентивных мер. Развитие ребёнка рассматривается как продукт динамических интерактивных состояний и опыта, который он получает в процессе функционирования в семейной и социальной среде. Наиболее важным положением этой модели является то, что индивид и среда не рассматриваются в отрыве друг от друга. Они – взаимозависимые элементы одной системы, а поведение человека строго обусловлено накопленным опытом.

2. Модель антисоциального поведения основывается на трансакционной модели и исходит из того, что в процессе развития ребёнка существуют периоды несогласованной активности. Взрослые, неумеренно стремясь дисциплинировать детей, создают контекст, в котором ребёнок усиленно обучается принудительному поведению. Родители, постоянно следящие за детьми и контролирующие их действия, требуют выполнения строгих дисциплинарных установок; этим они снижают позитивные усилия ребёнка и уменьшают для себя вероятность вовлечённости в общение с ним. В ответ на действия родителей у ребёнка развивается неуступчивое поведение, выражающееся в плаче, криках, стремлении передразнивать воспитателей, в разнообразных видах протестного поведения. Это вызывает у родителей негативный ответ, усиливающий в свою очередь протест ребёнка. Таким образом, между родителями и ребёнком устанавливается взаимодействие на основе насилия и агрессии (скрытых или открытых). Если часто и интенсивно проявляющееся протестное поведение ребёнка сопровождается чрезмерным нормативным давлением родителей, он обучается ригидным поведенческим стереотипам, которые будет использовать и в дальнейшей жизни, при общении со сверстниками, в школе. Одновременно тормозится обучение ребёнка лабильным, более подвижным и чувствительным, адаптивным стратегиям. Когда протестное, неуступчивое, ригидное поведение используется ребёнком при общении со сверстниками и учителями в школе, неизбежны агрессивный ответ или избегание общения. В результате снижается самооценка, успеваемость, формируются негативные трансакции, что ведёт к употреблению алкоголя, наркотиков и другим формам саморазрушающего и антисоциального поведения.

3. Модель поведения риска основана на психосоциальных концепциях риска и проблемного поведения. Факторы риска возникновения и развития психосоциальных расстройств, алкоголизма и наркомании рассматриваются с точки зрения двух доминант – социальной среды и поведения. При этом среда является носителем такого доминирующего фактора, как стресс, а само поведение индивида в ситуациях стресса – возможным фактором риска. Эта концепция привлекает внимание к потенциальным исходам и последствиям, позволяя рассматривать поведение того или иного индивида как неоднозначное и усматривать в нём не только негативные, но и позитивные для личности факторы. Например, употребление наркотиков подростками, несомненно имеющее негативные исходы, может преследовать позитивные цели, такие, как интеграция в социальную среду сверстников, повышение самооценки, снятие эмоционального напряжения и т.д. Поэтому при разработке превентивных программ важно понимать, что антисоциальное и асоциальное поведение просто устранить невозможно – необходимо предложить удовлетворяющую альтернативу. В связи с этим основной целью превенции должно быть именно построение поведения.

Курение, алкоголизм, употребление наркотиков, ранняя сексуальная активность, как сказано выше, могут быть инструментами налаживания связей со сверстниками, своеобразной социализации, установления автономности от родителей, отвержения авторитетов, норм, ценностей, попыткой утверждения собственной зрелости, выхода их детства, приобретения более взрослого статуса. Это характеристики обычного психосоциального развития, при котором поведение риска приобретает функции рычага необходимых и естественных изменений.

Модель поведения риска связана с личностным развитием, психосоциальной адаптацией в подростковом возрасте и свидетельствует о том, что определённые формы поведения могут подвергать опасности нормальное развитие. Однако изменить лишь следует форму поведения, оставив прежними цели развития. В результате успешный компромисс между психосоциальными и личностными сторонами развития подростка может быть найден. Модель подросткового поведения риска включает в себя такие параметры, как социальная среда, восприятие среды; личность, поведение; биологические и генетические параметры, которые подразделяются на риск-факторы и факторы протективные, препятствующие поведению риска; учитываются также формы и исходы поведения. Эта модель отражает общие уровни в структуре организации различных форм поведения подростков и связана с концепцией жизненного стиля [82, с.11].

4. Модель ситуации риска наркотизации подростков. Выделяют пять доминирующих сфер, в которых может разворачиваться ситуация риска наркотизации для подростков:

1) Личностные факторы. Изучение связи между личностными факторами и употреблением ПАВ производилось путём сравнения целого ряда личностных параметров у потребителей ПАВ и подростков, их не употребляющих. В результате было выделено несколько наиболее значимых факторов: самооценка, психологическая склонность к протестному поведению, конформность, депрессия, тревога, слабый контроль эмоций, неустойчивость границ в межличностном общении (например, агрессия).

2) Процессы, происходящие в семье. В данном контексте наиболее значимыми являются: стиль родительского поведения (что разрешается, что не позволяется и когда; какие способы наказаний используются; техники контроля и родительского мониторинга; семейная коммуникация, взаимодействие между родителями; особенности поведения родителей в целом).

3) Социальное влияние сверстников. Исследуется влияние сверстников на решения и выбор поведения подростка: оказывают ли сверстники социальную поддержку или подавляют личность; употребляют ли они наркотики и алкоголь и как подросток к этому относится; какими ролевыми моделями являются сверстники для подростка.

4) Социальные и личностные навыки самоуправления. Определяются навыки саморегуляции и отказа от предложения употребить ПАВ. Эти умения базируются на жизненных навыках и ресурсах личности подростка (навыки постановки целей, принятия решения, групповой дискуссии, персональной и социальной компетентности, разрешения проблем).

5) Ожидания, связанные с алкоголем и наркотиками. Выявляются убеждения, касающиеся ПАВ, их действия, исходов употребления; когнитивные мотивации, связанные с проблемой, употреблять их или нет, когда, сколько раз, при каких обстоятельствах или не употреблять никогда и т.д. В контексте данных исследований наиболее интересна концепция «когнитивных медиаторов», выдвинутая Л.Шеером и Ж.Ботвиным (Sheier L., Botvin G.S., 1999). Авторы считают, что на пути социальных влияний, которые могут оказывать окружающие (родители, учителя, сверстники), встают так называемые «когнитивные медиаторы» – убеждения, суждения, полученные из опыта самого подростка, привнесенные и усиленные убеждения семьи, являющиеся эффектом рекламы, и т.д. Таким образом, «когнитивные медиаторы» могут играть роль как факторов риска, так и роль протективных факторов в зависимости от их качества и содержания.

Важно то, что процесс социальных влияний управляем, что позволяет оптимистически относиться к грамотно построенным превентивным программам.


Каталог: wp-content -> uploads -> 2015
2015 -> Методическте рекомендации для студентов по дисциплине «психология журналистики» цели и задачи дисциплины дисциплина «Психология журналистики»
2015 -> Агрессивное поведение детей дошкольного возраста
2015 -> -
2015 -> «влияние компьютерных игр на проявление агрессивности у подростков»
2015 -> Причины появления агрессии у детей Телевизионные программы и компьютерные игры
2015 -> Программа коррекционно-профилактических мероприятий по снижению агрессивности у молодежи
2015 -> Лекция «Адаптация убд лвк к мирной жизни»
2015 -> Адаптация первоклассников
2015 -> Адаптация пятиклассников к новым условиям учёбы


Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   11   12   13   14   15   16   17   18   ...   23


База данных защищена авторским правом ©dogmon.org 2019
обратиться к администрации

    Главная страница